Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

СТАРИННАЯ (АНТИЧНАЯ) ЛИТЕРАТУРА есть новые публикации за сегодня \\ 26.05.18

РУССКИЕ ДОКУМЕНТЫ КОНЦА XV-XVIII вв. В ХРАНИЛИЩАХ ПАРИЖА

Дата публикации: 08 февраля 2018
Автор: В. И. БУГАНОВ
Публикатор: Шамолдин Алексей Аркадьевич
Рубрика: СТАРИННАЯ (АНТИЧНАЯ) ЛИТЕРАТУРА
Номер публикации: №1518104596 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


В. И. БУГАНОВ, (c)

найти другие работы автора

В зарубежных архивах имеется немало источников по истории России (славянских, русских, на иностранных языках), которые до сих пор не введены в научный оборот. Изучение материалов по истории России в Парижской Национальной библиотеке, описанных в свое время в работах С. М. Строева, Л. В. Черепнина1 и других ученых, показало, что многие из них представляют исключительный интерес.

Некоторые памятники являются подлинниками или современными событиям копиями, другие имеются в поздних списках. Таковы, например, памятники XVI в. - Степенная книга в списке второй половины XVIII в. (не полный текст, а отрывки)2 , "История о великом князе Московском" А. М. Курбского в списке конца XVIII - начала XIX века3 . Ценные сведения содержатся в розрядной книге 1492 - 1579 гг.4 , вывезенной в числе прочих рукописей из России в конце XVII в. ученым шведом И. Г. Спарвенфельдом. Она начинается с записи: "Книга разрядная 7051-го году. Розряд царя и великого князя Иоанна Васильевичя всеа Росии", далее говорится о постройке Иван- города, набеге крымских татар "на украину в Алексин" и пр.5 . На самом деле эти события относятся к 7000-му, то есть 1492 году6 . Разрядная книга принадлежит к спискам пространной редакции7 , причем она дополняет в отдельных деталях печатный текст, хотя в целом значительно короче его. Некоторые известия в парижском списке приводятся в двух редакциях, отличающихся друг от друга; очевидно, составитель пользовался двумя рукописями разрядов, из которых выбирал интересовавшие его тексты.

Большой интерес вызывает актовый материал, представленный, как правило, подлинниками. Сохранилось немало документов XVII-XVIII веков. Привлекает внимание комплекс актов Кирилло-Белозерского монастыря за 1621 - 1687 годы. В самом раннем из них (грамоте из Новгородской чети на Вологду, Двину и в Каргополь от 27 июля 1621 г.) речь идет об освобождении монастыря на два года от всяких налогов8 ; центральная власть пошла на это в условиях не изжитого еще к началу 20-х годов XVII в. хозяйственного разорения и острой нехватки денежных средств по весьма простой причине - монастырь (как об этом писали в челобитье игумен Савватий "з братьею") до крайности "оскудел" в годы набегов интервентов и "ру[ских] воров разоренья"; "в вотчинах де крестьянца от разоренья ост[а]лися немногие, и по многие годы хлеба не сеяно"; к тому же "на море" разбило 5 монастырских ладей с солью и запасами, сгорели на соляном промысле в Золотице две варницы (соляных промысла), а в Ярославле - монастырский двор со всякими запасами. Ввиду оскудения казны монахам (их было в то время 207 человек) и мирским работникам не на что купить платье и обувь, и они "для одежи и хлебные скудости бредут розна". Грамота подробно перечисляет статьи доходов монастыря с различных угодий


1 С. М. Строев. Описание памятников славяно-русской литературы, храня" щихся в публичных библиотеках Германии и Франции. М. 1841; Л. В. Черепнин. Славянские и русские рукописи в Парижской Национальной библиотеке (Краткий обзор). "Археографический ежегодник за 1961 г.". М. 1962.

2 Национальная библиотека, Департамент рукописей (далее - НБ, ДР), слав. N 4, рукопись в 1, 164 лл.

3 Там же, слав. N 51, в 4, 180 стр.

4 Там же, слав. N 3, в 1, 378 лл., скоропись второй половины XVII в., разряды - на лл. 3 - 285 об.; лл. 286 - 378 об. - Повесть об .Александре Македонском (см. об этой рукописи: V. Vodoff, Histoire et philologie russes - Annuare 1973/74. Ecole pratique des hautes etudes. P. 1974, pp. 393 - 394).

5 НБ, ДР, слав. N 3, л. З.

6 "Разрядная книга 1475 - 1605 гг.". Т. 1, ч. 1. М. 1977, стр. 30, 31.

7 В. И. Буганов. Разрядные книги последней четверти XV - начала XVII в М. 1962, стр. 25 и сл.

8 НБ, ДР, слав. N 68/I.

стр. 137


в казну, говорит о величине налога, который он должен был платить и от которого освобождался на два года (всего 136 руб. 31 алтын 4,5 деньги)9 .

Другие документы сообщают об исполнении Кирилло-Белозерским монастырем повинностей. Так, по грамоте 14 января 16(51 г. его обязали выслать в Путивль, в полк воеводы и боярина кн. И. И. Лобанова-Ростовского, 77 конных даточных людей с запасами и кормом для коней10 . Это распоряжение было связано с мобилизацией воинских сил в ходе русско-польской войны (1654 - 1667 гг.) после воссоединения Украины с Россией. Монастырь, как видно из источника, и ранее поставлял даточных людей: но челобитью его властей, которое пересказывается в грамоте, "многие слуги на нашей великого государя службе под Конотопом и в Киеве побиты и в полон пойманы. А ныне де у вас в Кирилове монастыре слуг немного". Монастырский приказ распорядился выбрать в указанное число даточных людей тех, кто в монастыре был "не у дел", а "в прибавку" к ним "ис служебников и ис конюхов добрых молотцов, которых бы с нашу великого государя службу было. А старых и увечных на нашу великого государя службу не выбирали. А которые в монастырские службы слуги будут вам годны, и тех слуг на... службу не посылали"11 .

Грамота из Приказа Большого дворца от 20 ноября 1681 г. предписывает собрать и выслать для царских конюшен в Москве и Александрове слободе сено с вотчин монастыря в ряде уездов (Московский, Переяславль-Рязанский, Дмитровский, Углицкий, Ростовский, Бежецкий, Пошехонский, Костромской; в целом-1739 крестьянских дворов)12 . Всего следовало собрать 96 копен "с полукопною и нол-пол-чети копны мерных сена". Грамота объясняет, что это распоряжение вызвано чрезвычайными обстоятельствами - "для нынешняго сенного недороду" (очевидно, из-за погодных условий)13 .

Ряд столбцов Кирилло-Белозерского монастыря рассказывает о ссылке "под начал" (то есть иод наблюдение) людей, допустивших, с точки зрения властей, преступления, злоупотребления. Так, в грамоте патриаршего Разрядного приказа от 1 февраля 1668 г. упоминается житейный старец костромского Ипатьевского монастыря Леонтий Моренцов. Он был отправлен из Костромы на Белоозеро, но существу, в политическую ссылку, "за затейные ево слова". О чем говорил старец, неизвестно. Очевидно, как это бывало в подобных случаях, он непочтительно или "ругательно" отзывался о тех или иных представителях церковной или светской власти; за подобную вину полагалось "смирять" духовных лиц, как это и случилось с Моренцовым, которого указали в Кирилло- Белозерском монастыре "держать под крепким началом в монастырских трудех, а с монастыря спускать никуды не велели. И к церкви божий велели ему приходить по вся дни. А как ево спросят, чтоб он был в лицах (налицо. - В. Б.)" 14 .

Немаловажным в глазах руководителей церкви была и вина посадской "жопки" Пелагеи (Палашки) Ивановой, о которой идет речь в грамоте Духовного приказа от 22 февраля 1673 г., посланной в Кирилло-Бслозерский монастырь от имени патриарха Питирима. Эта "посестрия" тяглеца московской Бронной слободы Ивана Иванова, постригшаяся в свое время в монахини (когда, неизвестно), отказалась от пострига ("постригся, черное платье самовольно с себя скинула"). Возможно, несчастную девушку насильно заставили принять монашество, и ока нашла в себе силы бросить вызов тем, кто заставил ее это сделать. Во всяком случае, ее проступок вызвал сильный гнев духовных властей. Патриаршее ведомство приказало отослать "тое жонку" в Воскресенский Горицкий девичий монастырь, подчинявшийся, очевидно, кирилло-белозерской обители, и "держать под крепким началом в цепи и железах, в монастырских трудех и с монастыря ее спущать до нашего указу отнюдь не велеть: а во время божественного пения велели ее приводить к церкви божий по ися дни" 15 , Мо-


9 Там же, лл. 1 - 3.

10 Там же, слав. N 68/III.

11 Там же, лл. 1 - 2.

12 Там же, слав. N 68/VIII.

13 Там же, лл. 1 - 2

14 Там же, слав. N 68/VI, лл. 1 - 2.

15 Там же, слав. N 68/VII, лл. 1 - 2.

стр. 138


настырские власти сообщили об исполнении этих указаний16 ; сохранилась и расписка игуменьи Воскресенского Горгщкого девичьего монастыря Марфы о принятии Ивановой ("Палашку Иванову приняли и иод началом держать в крепи велели")17 .

Тот же патриарший Разрядный приказ грамотой 31 января 1682 г. распорядился принять в Кирилло-Белозерском монастыре переведенного из Кожеозерского монастыря Каргопольского уезда бывшего благовещенского протопопа Андрея. Как известно, протопопы московского Благовещенского соборе являлись духовниками самих царей, то есть лицами влиятельными среди правящих светских и духовных деятелей. В документах говорится о долгой ссылке сначала в одну северную обитель, потом в другую, в которой, по указанию центра, "велеть ему (протопопу Андрею. - В. Б.) быти во особой братской кельи и пищу и питие давати ему братское и в послужение дати ему в келью служебника. И, будучи в монастыре, пребывати ему, Андрею, в покаянии и в церковь божию приходити повсегда". Далее предусматривается приставить к бывшему протопопу "священника доброжительнаго и в божественных писаниих искуснаго" в качестве духовника, "который бы мог привести ево к покаянию". Оказывается, в Кожеозерском монастыре, где Андрей находился с 1676 по 1682 г., он духовника не имел и к покаянию не склонился. Кирилло-белозерский духовник- должен "над ним, Андреем, смотрети накрепко: нет ли за ним к покаянию какие противности". Грамота строго указывает не пускать "крамольных людей" в келью к Андрею, а его самого никуда из монастыря не выпускать. При посещении его "сродниками" последних должен сопровождать кто-либо "из соборных старцов". Наконец, предусматривается постричь Андрея, если он "пожелает монашеского чина,., но уставу церковному и по чину монастырскому"18 . Власти монастыря сообщили, что все ими сделано, как указано19 .

Речь шла об А. С. Постникове, который 26 марта 1666 г. из священника церкви Григория Неокесарийского в Замоскворечье превратился в протопопа Благовещенского собора в Кремле и духовника царя Алексея Михайловича. Именно протопоп Андрей в 1671 г. венчал с Н. К. Нарышкиной царя, который его почитал и защищал от нападок патриарха Иоакима, невзлюбившего царского духовника. Но после смерти Алексея Михайловича патриарх добился от его сына и наследника Федора Алексеевича согласия на осуждение Андрея; последнего обвинили в сношениях с бывшим патриархом Никоном, выступлении против патриаршей власти, нарушении правил поведения (например, присутствии на царских пирах). Андрея сослали в Кожеозерский монастырь, а Никона перевели из Ферапонтова в Кирилло-Белозерский монастырь20 .

В Кирилло-Белозерском монастыре находился московский отставной стрелец Никита Курятников. В XYII в. было принято направлять в монастыри на прокормление старых, увечных стрельцов. Однако Курятникову вменялась какая-то "вина". По словам грамоты из Стрелецкого приказа от 20 октября 1687 г., он был в монастырь "послан вместо ссылки за вину, а не на пропитание". Подобное случалось довольно часто в 1680 - 1690-е годы - в пору стрелецких восстаний и дворцовых заговоров, интриг и расправ. Одним из пострадавших и являлся, вероятно, этот стрелец, о котором в более ранней грамоте от 28 апреля 1687 г. велено было "о даче из монастырской казны денег и хлеба и иных запасов и за непослушание ево о наказанье и о наряде ево на всякие монастырские работы, и в какой ему службе в монастыре быть пристойно, указ чинить вам (архимандриту Иосифу, келарю Александру "з братиею". - В. Б.) по своему рассмотрению. А на пропитание ему велено давать против дворовых людей, а не против слуг". Как видно из грамоты от 20 октября, монастырские власти известили Стрелецкий приказ (в отписке от 11 октября 1687 г.): Н. Курятников "великих государей (в то время царский престол занимали братья Иван и Петр Алексеевичи. -В. Б.) указу и грамот не слушает", "безвремянно протает" депь-


16 Там же, лл. 4 - 5.

17 Там же, л. 3.

18 Там же, слав. N 68/IX, лл. 1 - 3.

19 Там ж, лл. 4 - 5.

20 Леонид. Духовники великих князей и царей московских и всея Россия. ЧОИДР. Ч. 1, отд. V. 1876, стр. 218 - 219; Н. Д. Извеков. Духовник царя Алексея Михаиловича протопоп Андрей Савикович Постников. "Христианское чтение". Ч. 1, 1888, стр. 126 - 139,

стр. 139


ги и запасы из монастырской казны, утверждает, что ему велено быть в монастыре "в слушках" (а не дворовым человеком), отказывается исполнять работы и "питатца так же, как и монастырские люди питаюгца", "и во всем прекословит, и говорит... с невежеством". Поведение его не осталось безнаказанным. Грамота предписывает монастырским властям: "И вы б тому ссыльному стрельцу Миките Курятникову за то ево воровство и за непослушание велели учинить жестокое наказанье, вместо кнута бить батоги или плетьми нещадно, чтоб он впредь жил во всяком послушании и в работе". Далее указывается и в будущем, если стрелец "учнет какие непристойные слова говорить или в послушании быть не учнет", наказывать и смирять его "по монастырскому обыкновению, не о[т]писываясь к нам, великим государем, к Москве. А о даче на прокормление против таких же монастырских работных людей чинили по прежней нашей великих государей грамоте"21 .

Среди столбцов XVII в. имеются два документа по истории поместного землевладения. Первый из них - ввозная грамота 26 апреля 1646 г. (выдана вместо утерянной владельцами ввозной же грамоты 9 июля 1638 г.), которая подтверждает право вдовы помещика Г. Чичерина Марфы с сыном и дочерью на "прожиточное поместье" в Козельском уезде. Документ перечисляет земли, входившие в состав владения Чичерина, который умер в 1638 г., и перешедшие к его вдове с детьми. Обе ввозные грамоты (утерянная 1638 г. и сохранившаяся 1646 г.) основаны на козельских писцовых книгах "писма и меры" Василия Толбузина и подьячего Ивана Глазова "137-го и 138-го и 139-го году" (1636 - 1641 гг.). Грамота велит крестьянам, которые живут в том поместье, чтобы они "вдовы Марфы, Григорьевы жены Чичерина, з детми с сыном с Ондреем да з дочерью з девкою с Просковьицею слушели и пашню на них пахали и доход помещиков им платили". Поскольку сын покойного помещика (в год смерти отца он был еще недорослем) уже мог по возрасту служить (с 15 лет), то ему приказывается "с того поместья наша служба служить часа того и мать свою вдову Марфу до ее живота (до кончины. - В. Б.) и сестру девку Просковьицу кормить и, вскормив сестру, замуж выдать"22 .

Второй акт - сотная выпись из Поместного приказа от 9 марта 1694 г. стольнику К. И. Селиверстову на владение пустошью Голевской, Шиловского стана, Алексинского уезда. В ней приводятся выписи из различных документов XVII в. (писцовые книги 1627 - 1629 гг., грамоты, обыски, отписки, челобитные) на различные поместные владения представителей этой дворянской фамилии и их соседей в Шиловском стане на р. Волконе, об их обменах, передачах от отца к сыну, от умершего мужа к вдове и т. д. В них сообщается о стремлении других представителей рода Селиверстовых получить некоторые из этих земель, которые к моменту подачи челобитных были "порозжими", то есть не обрабатывались, не имели владельца; об обысках - проверках этих сведений с помощью местных приказчиков, старост и крестьян (иногда почти до 100 человек), наконец, о передаче пустоши Голевской К. И. Селиверстову 23 .

В Национальном архиве Франции сохранился в виде столбцов статейный список 1658 г., где описаны переговоры русских послов стольника Я. Н. Лихарева, дьяка И. Пескова и полномочных представителей императора Священной Римской империи Леопольда "его цессарского величества думных людей" графа Ф. З. Курца, великого канцлера королевства Чешского Я. Гертвика, графа Знотвица24 . В начале статейного списка сообщается, что "в прошлом 164-м году" (1655/56 г.) отец Леопольда император Фердинанд III присылал к царю Алексею Михайловичу послов с посреднической миссией для переговоров о заключении мира с Польшей (в это время шла русско- польская война после воссоединения Украины с Россией). Царь Алексей "рати свои великие от королевские стороны (то есть русские войска, воевавшие против войск короля Яна-Казимира. - В. Б.) велел задержать и обратити те рати на общаго неприятеля на шведа" (началась война Польши и России со Швецией, которая захватила, помимо прочего, ряд земель Речи Посполитой). Состоялись переговоры "о покое"


21 НБ, ДР, слав. N 68/Х.

22 Там же, слав. N 49, лл. 1 - 4.

23 Там же, слав. N 62.

24 Национальный архив, АЕ-III-117, М 720.

стр. 140


с Польшей (с русской стороны их вели великие и полномочные послы боярин кн. Н. И. Одоевский "с товарищи"), об избрании Алексея Михайловича "на королевство Польское и великое княжество Литовское", поскольку Речь Посполитая оказалась в очень сложной обстановке25 . Но после "проволок" переговоры, в которых принимали участие и императорские послы, закончились безрезультатно.

В 1658 г. император Леопольд через своего посланника в Москве Я. Х. Фракштена, привезшего царю Алексею весть о смерти Фердинанда III, подтвердил свое стремление быть, как и его покойный отец, посредником при заключении мира между Россией и Польшей. Царь "слыша о отшествии сего света цесарского величества... поскорбел не по малу", заявил, что хочет быть "в братстве и любви" с Леопольдом "и желает того слышати, чтоб он, великий государь (то есть Леопольд. - В. Б.), отца своего... наследовал престол". Лихарев и Песков говорили, что русский государь готов вести переговоры о "правдивом и безобманном и постоятельном мире" с Яном-Казимиром, который должен, "отложа хитростные проволоки, слать" своих великих и полномочных послов в Москву или дать "полную мочь" (соответствующие полномочия) тем своим послам, которые в Вильне вели переговоры с Одоевским и другими русскими представителями. Кроме того, Лихарев и Песков, соблюдая честь и достоинство своего царя и Русского государства, не преминули упрекнуть австрийскую сторону в том, что посланник Фракштен, будучи в Москве, на приеме у царя, называл Алексея Михайловича "велеможным" государем, в то время как своего императора, польского и датского королей "величествами, а не велеможными и тем перед ними кабы соунижал честь великого государя нашего". Московские бояре за то посланнику выговаривали, но на отпуске (прощальной аудиенции) у царя повторилось то же самое - австрийский посланник упорно говорил русскому царю с "велеможеством, а не с величеством". Об этом посланнику написали в грамоте, но тот ее "покинул" на дворе, где проживал во время пребывания в Москве; "и тем он великому государю нашему его царскому величеству учинил бесчестно". Алексей Михайлович, желая быть "в дружбе и любви" с его цесарским величеством, отпустил посланника "честно", но император, как говорили теперь Лихарев и Песков, должен посланнику за его самовольство учинить "указ, чего он достоин".

Несколько документов, относящихся к XVIII в., имеется в Парижской Национальной библиотеке. Один из них - подлинная жалованная грамота от 18 сентября 1736 г. московским купцам А. Еремееву, И. Васялькову, А. Товарову, А. Носыреву, Г. Колобову, Р. Журавлеву и Г. Бабкину на заведение суконной фабрики в Москве26 . Основание фабрики было связано с развитием московской текстильной промышленности в XVIII веке27 . Суконная мануфактура Еремеева и его компаньонов была в этом столетии одним из самых крупных, ведущих и успешно действующих предприятий28 . Жалованная грамота (или указ) императрицы Анны Ивановны, не полностью и плохо опубликованная около полутора столетий назад29 , дает упомянутым выше купцам помощь и различные льготы для заведения мануфактуры (денежный заем, помещение, лес для построек, освобождение от служб, постоев, пошлин, обучение работных людей с помощью мастеров с других суконных мануфактур и др.).

Из двух написанных на бересте рапортов Верхнекамчатской приказной избы (сентябрь 1767 г. и 18 июня 1768 г.) можно узнать, что в эти годы в Верхнекамчатском остроге не было никаких съестных и прочих припасов (хлеб и др.)30 . Эти документы отражают тяжелое положение, в котором находилось в то время населе-


25 С. М. Соловьев. История России с древнейших времен. Кн. V (тт. 9 - 10). М. 1961, стр. 658 - 666 и др.

26 НБ, ДР, слав. N 43.

27 См.: Д. С. Бабурин. Очерки по истории Мануфактур-коллегии. М. 1939; И. В. Мешалин. Текстильная промышленность крестьян Московской губернии в XVIII и первой половине XIX в. М. -Л. 1950, и др.

28 Е. И. Индова. О российских мануфактурах второй половины XVIII в. "Историческая география России. XII - начало XX в.". М. 1975, стр. 250 - 253.

29 ПСЗ. Т. IX. СПБ. 1830, N 7060, стр. 932 - 935. В публикации нет начала и конца грамоты, текст ее передан с рядом ошибок.

30 НБ, ДР, слав. NN 50/1, 50/11; первый документ не издан, второй опубликован, но очень неточно (см. "Переписка на березовой коре в Камчатке в 1767 - 1768 гг." - "Русская старина", 1891, т. 72, N 10, стр. 223 - 224)ю

стр. 141


ние Камчатки. В литературе отмечалось, что именно в эти годы здесь распространилась эпидемия оспы, в течение четырех лет подряд вымерзал на корню весь хлеб31 .

В списке второй половины XVIII в. имеется завещание (духовная) В. Н. Татищева32 , в списке конца XVIII в. - известное "Описание, собранное поныне из ведомостей разных городов, сколько самозванцем и бунтовщиком Емелькою Пугачевым и err" злодейскими сообщниками осквернено и разграблено божиих храмов, также побито дворянства, духовенства, мещанства и прочих званий людей с показанием кто именно и в которых местах" 33 . "Описание" было издано Сенатом в 1775 г. и затем неоднократно перепечатывалось34 .

Как показывает этот краткий обзор, в Национальной библиотеке и Национальном архиве Франции имеются весьма ценные источники по истории Русского государства периода феодализма. Можно предполагать, что подобные материалы есть и в других хранилищах Парижа (например, в архиве министерства иностранных дел Франции)35 . Кроме того, в Национальной библиотеке есть источники по истории России на иностранных языках, прежде всего на французском. Один из таких материалов - описание России начала XVII в., составленное французом, находившимся там в то время, - сейчас готовится к изданию.


31 А. Сгибнев. Исторический очерк главнейших событий в Камчатке с 1650 по 1856. СПБ. 1869, стр. 9 - 15; И. В. Щеглов. Хронологический перечень важнейших данных из истории Сибири 1632 - 1882. Иркутск. 1883, стр. 287 - 288; И. И. Огризко. Очерки истории сближения коренного и русского населения Камчатки (конец XVII- начало XX в.). Л. 1973, стр. 13.

32 НБ, ДР, слав. N 36, лл. 1 - 32 об

33 Там же, слав. N 48, лл. 123 - 146 об. "Описание" помещено в сборнике, включающем также указ Петра I от 15 января 1718 г. с "наказом губернаторам и воеводам и их товарищам, по которому они должны поступать" (лл. 1 - 17 об.), указ от 9 января 1775 г. о наказаниях сподвижникам Е. И. Пугачева (лл. 114 - 122 об.), ратификацию Ништадского мира и реляцию о его заключении (лл. 82 - 111 об. - рукописный и печатный тексты), и др.

34 "Ложный Петр, или жизнь и похождения бунтовщика Емельки Пугачева". М. 1809, стр. 121 - 141.

35 M. Lesure. L'histoire de Russie aux Archives Nationales. P. 1970; В. А. Георгиев. Материалы по русской истории в архиве министерства иностранных дел Франции. "Вопросы истории", 1974, N 10,

Опубликовано 08 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?