Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ПРАВО БЕЛАРУСИ есть новые публикации за сегодня \\ 24.11.17



Уголовно-правовая борьба с незаконным оборотом наркотических средств,психотропных веществ и прекурсоров в РБ
публикация №1242383224

15 мая 2009 Dem@n - УГОЛОВНОЕ

Аннотация от автора: Дипломная работа

Открыть полную версию публикации



Эффективност норм права, эффективность права, эффективность актов применения
публикация №1195503661

19 ноября 2007 Lev - НОРМОТВОРЧЕСТВО

Аннотация от автора: Эффективност норм права, эффективность права, эффективность актов применения
План
Введение
1. Эффективность норм права
1.1. Проблематика изучения эффективности норм права
1.2. Понятие эффективности норм права
1.3. Критерии и условия эффективности норм права
2. Понятие и факторы эффективности права
2.1. Подходы к пониманию эффективности права
2.2. Факторы эффективности права
2.3. Эффективность реализации права
3. Эффективность актов применения норм права
3.1. Понятие применения права и его признаки
3.2. Акты применения права, их виды.
3.3. Эффективность актов применения права
Заключение
Приложения
Литература


















Введение

Наверное, никто не сможет указать точное время возникновения права. Однако однозначно можно утверждать, что вместе с появлением такого феномена как право, появилась и проблема эффективности права, поскольку право нужно лишь постольку, поскольку оно способно реально воздействовать на общественные отношения. Многие великие мыслители пытались найти рецепт идеального закона, идеального права, которое было бы максимально эффективным. Но с развитием и усложнением общества менялось и право, делая проблему его эффективности все более актуальной. И сколь долго будет существовать постоянно изменяющееся право, столь долго проблема эффективности права будет оставаться актуальной.
Для Республики Беларусь, данная проблема стала как никогда актуальной в 90-е годы двадцатого века, когда с распадом Советского Союза она превратилась в самостоятельное государство с объективной потребностью в собственном законодательстве взамен старого и неэффективного советского права. Необходимость проведения экономических реформ потребовала создания эффективного законодательства, отвечающего нуждам, как граждан, так и государства. Пиком законотворческой деятельности в данный период можно назвать принятия за довольно короткий промежуток времени значительного числа кодифицированных нормативных актов.
Необходимо отметить, что проблема эффективности права является предметом рассмотрения различных теоретических и прикладных правовых дисциплин. Данным вопросом интересовались, как уже говорилось, многие теоретики, юристы, социологи, законодатели. С развитием же науки проблема эффективности права нашла новое преломление и стала вновь активно обсуждаемой. На постсоветском пространстве данным вопросом занимались такие ученые, как В. В. Лапаева, В. Н. Кудрявцев, В. И. Никитинский, С. В. Поленина, В. В. Глазырин; в Республике Беларусь эффективность хозяйственного законодательства рассматривалась Александром Добровольским. В Швейцарии проблема качества законодательства и его эффективности послужила основанием зарождения новой правовой науки – легистики (Шарль-Альбер Моран).







































1. Эффективность норм права
1.1. Проблематика изучения эффективности норм права

Проблема эффективности правовых норм всегда привлекала внимание ученых. В право¬вой теории существует несколько определений эффективности права. Но всякое определе¬ние, на наш взгляд, должно удовлетворять практическим потребностям исследования или использования конкретного предмета. В юридической литературе прошлых лет были наме¬чены два аспекта в изучении эффективности правовых установлений. «...Чтобы от уже сло¬жившихся теоретических положений, – пишут, например, В.Б. Никитин, В.В. Орехов, Л.И. Спиридонов, – перейти к конкретным исследованиям эффективности юридической нормы, необ¬ходимо создание, с одной стороны, теории эффективности права как такового, а с другой – методики эмпирической проверки умозрительно выдвинутых гипотез» [1].
В условиях исследований эффективности правовых норм первостепенное значение при¬обретает необходимость разработки теоретических положений эффективности права, его отраслей, отдельных норм и институтов. В юридической литературе справедливо отмеча¬лось, что «определение эффективности в различных отраслях права по своей сути должно быть одноплановым, однозначным и в то же время учитывать специфику регулируемых общественных отношений, особенности видов правонарушений и т.д.»[2] .
Исторически первой сферой использования и разработки понятия «эффективность», как известно, была экономика. Задача определения экономической эффективности – одна из древнейших. Однако понятие «эффективность» здесь в значительной степени совпадает с понятием экономичности, с достижением высоких результатов при наименьших затратах.
Расширение сферы приложения этого понятия привело к необходимости обобщить его содержание. По мнению М.Н. Андрющенко, «практика использования понятия "эффектив¬ность" показывает, что эффективность выступает мерой возможности, но не любой, а той, которая выражает цель человека, реализует его идею, т.е. эффективность есть мера возмож¬ности с точки зрения ее близости к наиболее целесообразному, необходимому (нужному) человеку результату. Здесь речь идет о близости к цели в ее оптимальном выражении»[3]. Следовательно, эффективность есть количественная характеристика отношения цели и теоретической возможности, теоретической возможности и нормы ее материализации, цели и материализации ее конструктивного решения.
Анализ юридической литературы по проблеме эффективности правовых установлений показывает, что содержательная сторона этого понятия все еще остается весьма проблема¬тичной. В самых первых определениях понятие «эффективность правовых норм» полно¬стью или частично отождествлялось с их оптимальностью, правильностью, обоснованно¬стью и целесообразностью. В данном случае под эффективностью правовых норм понима¬лись правильность, обоснованность норм права, соответствие их потребностям обществен¬ного развития, закрепление в них оптимальных вариантов поведения [4].










1.2. Понятие эффективности норм права

И.С. Самощенко, В.И. Никитинский, А.Б. Венгеров и целый ряд других авторов высту¬пили против трактовки эффективности как оптимальности средств правового воздействия регулируемым общественным отношениям [5]. Они указали на неразрывную связь понятия эффективности с результативностью, достижением целей правовых предписаний.
Развернутое обоснование эта позиция получила в монографии В.И. Никитинского. Автор отмечал: «Термин "эффект" употребляется в русском языке в значении результата, следст¬вия чего-нибудь. Отсюда эффективность органически связана с результативностью, дейст¬венностью каких-либо мероприятий, правил, систем <...> Нет сомнения, что право может быть высоко результативным лишь в случае, если оно отвечает определенным требованиям как с точки зрения содержания (научно обоснованно, соответствует объективным законо¬мерностям развития, достигнутому уровню правосознания общества, внутренне согласова¬но). Так и формы (доходчиво по языку и стилю изложения, стабильно, систематизировано, освобождено от, повторений, противоречий)...
Причину недостаточной эффективности конкретной правовой нормы всегда следует ис¬кать в нарушении подобных требований. Однако такое изучение еще не дает познаний в об¬ласти действительной эффективности правовых норм... Для выявления точной зависимости, например, между научной обоснованностью той или иной нормы и ее эффективностью надо, прежде всего, определить саму эффективность»[6]. Об эффективности конкретной нормы права нельзя также судить, абстрагируясь от ее цели. Именно цель правовой нормы является эталоном оценки ее эффективности. Таким образом, можно сделать следующий вывод, что эффективность правовой нормы есть не просто результат, эффект ее действия, а соотноше-ние между этим результатом и социальной целью, положенной в основу правового предпи¬сания.
При рассмотрении правовых средств достижения цели В.И. Никитинский указывал, что «соответствие избранных правовых средств цели – необходимая предпосылка эффективно¬сти правовой нормы ... неправильный выбор средств исключает или снижает эффективность правового регулирования, только неразрывное единство потребности, средств и путей дей¬ствия образует, по существу, содержание цели»[7], однако в его работе это указание остается не более, чем декларацией.
Поэтому следует признать справедливым замечание рецензентов монографии В.И. Ни¬китинского о том, что в ней не проанализировано соотношение целей правовых норм со средствами их достижения[8]. Важно знать, какими средствами достигается поставленная правом цель, на каком социальном фоне, в какой среде функционирует право, какова оценка правовых норм в общественном мнении, в правосознании, как право взаимодействует с социальной структурой.
Следовательно, эффективность правовых норм выражает отношение между фактически достигнутым, действительным результатом и той социальной целью, для достижения кото¬рой были приняты соответствующие правовые нормы. На основании этого, эффективность правовых норм как самостоятельное общественное явление следует понимать только в этом смысле. Определение эффективности правовых норм как соотношения между результатом их действия и поставленной социальной целью характеризует общее содержание рассмат¬риваемого явления. И.С. Самощенко, В.И. Никитинский, А.Б. Венгеров дают однозначное понимание эффективности правовых норм как отношения между фактически достигнутым, действительным результатом их действия и той социальной целью, ради которой они были приняты[9].
С определением эффективности как соотношения между результатом и целью не согла¬сился М.Д. Шаргородский. Возражая В.И. Никитинскому, он указывал, что нельзя смеши¬вать значение терминов «эффект» и «эффективный»; «эффект – это действительно резуль¬тат, следствие чего-нибудь, но эффективный – это дающий эффект, приводящий к нужным результатам, т.е. способный этот результат создать»[10].
В.И. Никитинский понимал под эффективностью только уже достигнутый результат. Но при таком понимании вообще невозможно было бы прогнозировать эффективность ни в науке, ни в практике; а если эффективность норм права анализировать всегда только после ее издания, то пользы от этого будет не так уж много. Между тем можно и должно анализи¬ровать и прогнозировать эффективность правовых норм, которые должны быть приняты в перспективе, а также таких, которые вообще не были и не будут приняты.
М.Д. Шаргородский признавал правильным сформулированное А.С. Пашковым и Д.М. Че¬четом определение эффективности правового регулирования как действенности, результа¬тивности, т.е. способности оказывать влияние на общественные отношения в определенном, полезном для общества направлении[11] и не соглашался с включением в данное определение оценочного момента: «полезные для общества». Эффективность – это абстрактное понятие, означающее только способность применяемого средства содействовать достижению желательной цели[12].
Другая группа ученых под эффективностью правовых норм понимают результаты или, что одно и тоже, социальные последствия, реальные изменения, которые возникают в жизни при осуществлении законов[13], т.е. связывают эффективность правовых норм с результатив-ностью их воздействия. Эффективность права – это способность при правильном его при¬менении получать положительный результат в регулировании общественных отношений[14].
Не вдаваясь в дальнейшие подробности обсуждения этой сложной проблемы, которая заслуживает самостоятельного рассмотрения, необходимо отметить следующее. Термин «эффективный» (от латинского effectus – действие) означает действенный, оказывающий нужное действие, дающий необходимый, обычно положительный результат, т.е. дающий какой-то результат, приводящий к каким-то нужным последствиям[15]. Кроме того, термин «действенный» подразумевает не всякий результат и не любое достижение цели по принци¬пу «цель оправдывает средства», а только такой результат, который представляется в дан¬ных условиях наилучшим, т.е. наиболее оптимальным. Поэтому С.Н. Сабанин считает обос¬нованно связывать эффективность с полученным результатом[16]. Для того чтобы оценить свойства такого результата, необходимо сопоставить его с намеченной целью.
По этим соображениям представляется верным определение эффективности правовых норм как соотношения между фактическим результатом их действия и теми социальными целями, для достижения которых эти нормы были приняты. В настоящее время большинст¬во специалистов склоняются к данной точке зрения[17]. Исходя из данного определения, эф¬фективность правовых норм - это не их внутреннее качество, а определенное свойство их действия, которое выражается именно в воздействии на неправовые явления, на фактиче¬ские отношения людей. Действие права далеко не всегда может быть сведено к его реализа-ции путем соблюдения, использования и применения правовых установлений, возможны и иные способы его влияния на индивидуальное, групповое, общественное сознание и пове¬дение.










1.3. Классификация целей и уровни эффективности норм права

Критерием оценки эффективности правовых норм являются их цели[18], для достижения которых была создана норма. Для правильного решения вопроса о целях необходимо исхо¬дить из общетеоретических положений о целях. Цель – это категория, обозначающая зара¬нее мыслимый результат сознательной деятельности человека, общества в целом. Добиваясь осуществления поставленных целей, человек прибегает к выбору необходимых средств.
В.И. Плохова считает, что степень эффективности правовых норм должна устанавли¬ваться с помощью критериев, под которыми следует понимать определенные измерители полноты достижения его целей[19]. О достижении поставленной цели позволяют судить опре¬деленные показатели. На взгляд ряда авторов, критерием эффективности правовых норм должны быть признаны показатели, позволяющие измерить степень достижения правовыми нормами своих целей[20]. Следует поддержать авторов, разграничивающих критерии и пока¬затели эффективности. Как отмечает И.В. Шмаров, «критерии эффективности... нельзя сме¬шивать с показателями... Каждому критерию эффективности... должны соответствовать определенные показатели»[21].
О достижении поставленной цели позволяют судить определенные показатели. Рассмот¬рим показатели эффективности правовых норм на примере целей наказания. Целями нака¬зания согласно УК являются: восстановление социальной справедливости, исправле¬ние осужденного, предупреждение преступлений. В свою очередь, предупреждение преступлений проявляется в двух формах. Первой формой является общее предупреждение пре¬ступлений, т.е. нормы уголовного закона имеют своей целью недопущение совершения ка¬ких бы то ни было преступлений вообще (общая превенция). Второй - специальное преду¬преждение преступлений, т.е. предупреждение новых преступлений освобождаемых и их исправление (частная превенция).
Показателем достижения частной превенции служит несовершение нового преступления лицом, освобожденным от наказания. Следовательно, одним из показателей эффективности применения того или иного вида уголовно-правового принуждения служит состояние реци¬дивной преступности. Снижение рецидива со стороны лиц, подвергшихся определенной мере наказания, при условии хотя бы стабилизации общего состояния преступности, веро¬ятно, тоже можно рассматривать как положительный эффект применения этой меры. Таким образом, ряд ученых поддерживают точку зрения, что единственно реальным показателем эффективности наказания является уровень рецидива после освобождения за достаточный промежуток времени[22] , другие – уровень рецидива во время отбывания наказания и после него вплоть до снятия судимости[23] .
Совершение нового преступления освобожденным является показателем неэффективно¬сти примененного института. Однако необходимо иметь в виду, что «предположение о пря¬мой связи между рецидивом и состоянием уголовного и уголовно-исполнительного законо-дательства и практики применения закона в большинстве случаев ошибочно фактически, т.к. оно не учитывает влияния на рецидив ряда других социальных факторов и вытекает из преувеличения роли и возможностей уголовного права в борьбе с преступностью, по сути дела приписывает ему в этой области решающую роль»[24].
Следовательно, когда затрагиваются вопросы о повторном совершении преступлений как показателе неэффективности наказания, речь идет о связи между одной из причин явле¬ния с самим явлением, т.е. повторность рассматривается в качестве показателя неэффектив¬ности лишь в той мере, в какой является результатом несовершенства действующего уго¬ловного законодательства и практики его применения.
Как цель соответствующего воздействия исправление представляет собой изменение взглядов и привычек человека, которое исключает совершение им новых преступлений хотя бы из страха перед наказанием. Показателем исправления осужденных является: формиро¬вание у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирования правопослушного поведения.
Эффективность действия правовых норм зависит от определенных субъективных и объ¬ективных условий, которые относятся как к самому праву, так и к сфере его реализации. Характер взаимосвязи правовой нормы с различными сторонами общественной жизни и оп¬ределяет те условия, которые обеспечивают эффективность ее действия.
Эти условия можно рассмотреть с различных точек зрения, проанализировать в разных аспектах. Но наиболее продуктивно классифицировать условия эффективности действия нормы по основанию, связанному с элементами механизма действия права. С этой точки зрения, условия эффективности действия нормы будут относиться, во-первых, к самой нор¬ме; во-вторых, к деятельности правоприменительных органов; в-третьих, к особенностям правосознания и поведения граждан, соблюдающих или нарушающих требования правовой нормы.
Условия, относящиеся к самой норме, можно обозначить как факторы совершенства за¬конодательства, под которым имеется в виду соответствие правовых норм тем общим и конкретным социально-экономическим, идеологическим, культурно-психологическом и ор-ганизационным условиям, в которых они будут действовать.
Для соблюдения этих условий необходимо обеспечить подготовку и принятие таких норм, которые были бы научно обоснованы, соответствовали целям развития законодатель¬ства на основе объективных потребностей общества. Вполне понятна в связи с этим задача правовой науки: разработать систему критериев (показателей), характеризующих степень со¬вершенства издаваемых норм как в содержательном, так и в технико-юридическом смысле.
Соответствие избранных правовых средств цели – необходимая предпосылка эффективности правовых норм; неправильный выбор средств исключает или снижает эффективность правового регулирования, поскольку только неразрывное единство правового регулирования, поскольку только неразрывное единство потребности, средств и путей действия образует содержание цели. Именно в средстве реализации та или иная цель получает определенность и конкретность.
Следующую группу условий эффективности действия правовых норм составляют фак¬торы совершенства правоприменительной деятельности. Самый совершенный закон, рас¬считанный на правильное применение государственными органами, например судом и пра-воохранительными органами, окажется неэффективным, если практика его применения не будет соответствовать предъявляемым к ней требованиям.
Правоприменительная деятельность – явление сложное, не сводимое к изданию актов применения права. Она включает не только закрепленную в процессуальных нормах проце¬дуру «движения дела» (например от органов расследования к суду), но и большое число не¬формальных связей и отношений. Различные звенья правоприменительной подсистемы, должностные лица оценивают состояние правопорядка, вырабатывают свои позиции по во¬просам применения закона, высказывают мнения и влияют на мнения других лиц, прини¬мают решения по конкретным делам, изменяют текущую практику, выступают с предложе¬ниями по совершенствованию законодательства. Весь этот сложный механизм материально-правовых, процессуальных, организационных, технических и иных связей и отношений и образует правоприменительную деятельность, совершенство которой является одним из важных условий эффективности действия нормы.
Совершенство закона и совершенство практики его применения тесно связаны между собой. Законодательство и деятельность правоприменительных органов можно в опреде¬ленном аспекте рассматривать как две взаимодействующие модели: логическую (абстракт-ную) и динамическую (действующую), каждая из которых обеспечивает действие другой. Так, закон есть необходимый инструмент для осуществления задач, стоящих перед право¬применительными органами. Система правоприменительных органов (государственный ап¬парат, в том числе юстиция в широком смысле этого слова) использует закон в качестве мо¬дели своей деятельности. В то же время и саму эту систему (юстицию) можно рассматри¬вать как средство для достижения целей, поставленных законом.
В процессе применения права возможны ошибки, подмена требований правовых предпи¬саний усмотрением должностных лиц; возможны ситуации, когда на практике та или иная норма права вообще не применяется или применяется ограниченно. Если требования право¬вых норм в процессе их реализации нарушаются, снижается эффективность правового регулирования.
Главным условием повышения эффективности правовых предписаний в рассматривае¬мой сфере является дальнейшее укрепление законности, борьба с фактами нарушения права, неправильного его применения. Важную роль в повышении уровня применения права игра¬ют руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РБ. Указанные разъяснения при¬званы способствовать ликвидации тех отклонений в практике, которые затрудняют дости¬жение намеченной цели.
Такое динамическое соотношение правовой нормы и правоприменительной деятельно¬сти объясняется тем, что и то и другое суть взаимодействующие элементы всей социальной системы, инструменты государства и общества, предназначенные для регулирования обще-ственных отношений и управления социальными процессами. Это еще раз подчеркивает ту мысль, что эффективность действия правовой нормы складывается на основе совокупного действия нескольких условий, в том числе совершенства закона и практики его применения.
Оценив в ходе исследования степень эффективности правовых норм или выявив неэф¬фективность отдельных норм, приходится далее устанавливать причины слабой действен¬ности юридической регламентации или недостаточной эффективности применения какого-то закона, выявлять пути и средства повышения эффективности той нормы, которая не дает нужного результата. На этой основе вырабатываются научные рекомендации для дальней¬шего совершенствования законодательства и всей правоприменительной деятельности в определенной области регулирования общественных отношений.
К третьей группе условий, обеспечивающих эффективность действия норм права, отно¬сится уровень правосознания и характер поведения граждан, соблюдающих закон. Под пра¬восознанием понимается совокупность взглядов, убеждений, оценок, представлений о праве и законности, свойственных обществу в целом или конкретной личности[25].
Эти условия включают такие показатели, как уровень знания закона, степень одобрения его гражданами, развитость навыков правового регулирования. Чем выше уровень знания соответствующих правовых норм, чем в большей степени позитивно оцениваются содер¬жащиеся в них положения, тем успешнее они реализуются и, соответственно, имеют более высокую эффективность. Эффективность действия правовой нормы может оцениваться применительно к соблюдению ее в обществе в целом, в различных социальных слоях и группах населения, а также конкретными категориями лиц.
Следовательно, необходимо совершенствовать механизм применения закона и дополни¬тельно обеспечивать соблюдение нормы посредством таких мер, которые бы компенсирова¬ли выявленные дефекты правосознания.
Условия эффективности действия нормы, заключающиеся в высоком уровне правосоз¬нания и навыков правового поведения, находятся в тесной взаимосвязи с другими, упомяну¬тыми выше условиями: совершенством закона и совершенством практики его применения. Несовершенный закон вряд ли получит одобрение в общественном правосознании. Низкий уровень общественного правосознания может свести на нет действие самого совершенного закона. Следовательно, только соединение всех трех условий воедино обеспечивает высо¬кую эффективность действия правовой нормы.


























2. Понятие и факторы эффективности права
2.1. Подходы к пониманию эффективности права

Эффективность права является одним из важнейших объектов изучения общей теории государства и права.
В связи с очевидной важностью вопроса об эффективности права как для понимания механизма действия права, так и для понимания воздействия права на состояние общества в целом, отдельных индивидуумов и их взаимоотношения, большинство теоретиков права занимались изучением этой проблемы, отстаивая различные, порой противоположные, мнения относительно существа данного вопроса.
Основные концепции теории прва (в частности нормативная, материалистическая ) исходят из чисто формального подхода к эффективности права, рассматривая ее, как соответствие правореализационной деятельности положениям закона и достижение цели закона, без учета истинных интересов и ценностей отдельных граждан, групп и классов, а также общественных затрат необходимых для достижения этой цели.
Для того чтобы максимально точно определить значение термина «эффективность права» необходимо рассмотреть, как трактовали это понятие различные ученые. Для этого, в свою очередь, необходимо сравнить различные дефиниции и содержание данного термина с точки зрения разных авторов.
Большинство российских исследователей, говоря о дефиниции эффективность права, ссылаются на определение, данное в работе В.Н. Кудрявцева, указывая, что под указанным термином чаще всего понимается «соотношение между фактическим результатом их действия и теми социальными целями, для достижения которых эти нормы были приняты» [26].
Подобное этому, дано определение в работе А. А. Зелепукина «Эффективность российского законодательства»: «Понимая правовое регулирование как воздействие на общественные отношения, осуществляемое при помощи права и других юридических средств, мы говорим о его эффективности, имея в виду степень достижения цели, которая ставилась при разработке конкретных нормативных актов»[27].
В учебнике В. В. Лапаевой представлено определение эффективности права, исходящее из основной (по мнению автора учебника) функции права – как «средства объективного, общесправедливого для конфликтующих сторон разрешения социальных конфликтов». По мнению автора под эффективностью закона следует понимать степень соответствия реального уровня конфликтности в урегулированной законом сфере отношений оптимальному для данной сферы уровню конфликтности 28.
Юрист Александр Добровольский в своей работе «Критерии эффективности хозяйственного законодательства», подходит к определению данного термина с другой стороны. Он пишет: «Можно определить понятие эффективности правового регулирования экономических отношений как величину, обратно пропорциональную той доле совокупных общественных издержек, которая связана с правовым регулированием»[29].
По моему мнению, ни одно из данных выше определений не раскрывает в полном объеме значение термина «эффективность права». Рассмотрим те неточности, которые, на мой взгляд, присутствуют в этих определениях по порядку.
Одним из существенных недостатков двух первых (схожих между собой) определений является то, что основной акцент в данных дефинициях делается на достижение цели (социальной цели). Отметим, что такой подход в понимании эффективности права через достижение социальной цели, для достижения которых эти нормы были приняты, характерен для научных работ советских ученых 70-80-х годов. Такая позиция основана на нормативистском понимании права, бывшей «единственно правильной» в то время. Для того чтобы соединить данную концепцию с пониманием права как социального регулятора, было принято подразделять цели на материальные (собственно социальные) и юридические [30, с. 43]. Утверждается, что материальные (социальные) цели могут иметь экономический, политический, идеологический и другой характер и являются глобальными, «дальними» целями [30, с. 48]. Юридические цели –цели, ближайшим объектом которых будет само право, его исполнение и соблюдение. И «важность выделения юридических целей для решения проблемы изучения эффективности действующего законодательства состоит в том, что эффективность норм права, служащих таким целям, должна определяться прежде всего из юридических, а не более отдаленных материальных целей» [26, с. 27].
Исходя из такого деления выделяется два вида эффективности права: юридическая эффективность и социальная эффективность. Юридическая эффективность характеризируется соответствием поведения адресатов правовой нормы с требуемым поведением, указанным в норме; а социальная эффективность, эталоном которой является более отдаленная социальная цель, находящаяся вне сферы правового регулирования [26, с. 30].
На мой взгляд, такое деление целей является необоснованным. Во-первых, исходя из того, что право призвано регулировать общественные отношения, нельзя утверждать, что право существует для того, чтобы его соблюдали, то есть нельзя признавать исполнение и соблюдение права основной целью его существования. Точное соблюдение нормы права (при ее качественности) является лишь необходимым условием достижения социальных целей права. Во-вторых, как уже было сказано выше, нельзя признавать социальными целями только такие общегосударственные цели как «политические, экономические идеологические». Такая трактовка социальных целей в полной мере соответствует «системоцентрическому типу общественной организации и социального регулирования», при котором человек считается средством достижения так называемых общественных целей [31, с. 64]. Более правильным, по моему мнению, является определение социальных целей в соответствии с персоноцентрическим типом, в соответствии с которым смысл и цель общества – человек, его свобода [31, с. 67]. Основываясь на положениях данного типа социального регулирования «истинными» социальными целями правового регулирования являются интересы и ценности отдельных граждан и групп, их права и обязанности. Это тем более логично, поскольку право может быть реализовано только непосредственно отдельными гражданами, юридическими лицами или организациями в процессе их взаимодействия друг с другом. Социальные цели, которые преследует государство при конструировании конкретной правовой нормы, могут в значительной степени отличаться от истинных целей и интересов отдельных субъектов (граждан, организаций). Обе эти цели совпадают лишь в идеальном случае. И с другой стороны, как отмечает Корельский, «наибольшая эффективность реализации правовой нормы достигается при совпадении целей отдельной личности и общества, сочетании общечеловеческих и социально-групповых, классовых интересов в условиях стабильности общественных отношений» [32].
В соответствии с положениями общей теории права, право можно представить как совокупность норм права. Однако, как справедливо отмечено в учебнике Сырых В. М., «эффективность права или какой-либо его отрасли не равна простой совокупности эффективности отдельных правовых норм и институтов, поскольку она не сводится к их сумме» [33, с. 37]. Для максимально точного определения эффективности права, следует, на мой взгляд, учитывать, помимо эффективности каждой нормы, социальную значимость тех отношений, которые данной конкретной нормой регулируются. Таким образом, теоретически, при наличии точных данных об эффективности всех норм и их социальной значимости можно было бы определить эффективность права в целом, которая будет представлять, на мой взгляд, не сумму эффективности отдельных норм, а средневзвешенное значение от суммы произведений эффективности норм и их социального значения.
Таким образом становиться очевидным, что изучение эффективности права в целом или отдельной отрасли является весьма сложным и практически неосуществимым, поэтому при проведении конкретно-социологических исследований определяется эффективность отдельных норм права. А, говоря об изучении эффективности права, имеются в виду теоретические вопросы, такие как сущность, общие критерии оценки и элементы эффективности правовых норм. Оценить же эффективность права можно лишь качественно на основе анализа практики применения права[34, с. 163].
Исходя из всего вышесказанного, эффективность права можно представить в виде следующей схемы и формулы (см. приложение № 1)
Все вышеизложенные определения исходят из того, что эффективность – это фактический результат действия права. Следовательно, эффективность права должно изучаться как один из институтов реализации права (или механизма действия права). На такой позиции стоят практически все теоретики права 35. Однако, это отнюдь не означает, что эффективность правовой нормы (действия нормы права), должна оцениваться только на основе данных о фактическом действии нормы, после принятия закона и его реализации. На мой взгляд, такая оценка «по факту» чревата внесением изменения в практически каждый принимаемый нормативный акт (что, в принципе, и происходит в Республики Беларусь). По моему мнению, анализ эффективности нормативного акта необходимо проводить еще на стадии создания законопроекта (как институт предзаконодательной социологии) в виде оценки его социальной обусловленности и возможных правовых и социальных последствий его реализации.
Подводя итог исследованию различных подходов к пониманию эффективности права, следует дать определение, которое в наибольшей мере отвечало бы сущности данного понятия с точки зрения права.
Эффективность права – результативность правового воздействия. Она характеризуется, прежде всего, отношением между фактическим результатом действия юридических норм и той социальной целью, для достижения которой эти нормы были изданы.
Как было отражено выше, единого подхода к определению понятия эффективности права – нет.
Также было отмечено, что эффективность права представляет собой общую эффективность всех норм права, а эффективность отрасли права – общую эффективность норм этой отрасли. При этом, эффективность, являясь показателем действия права, должна оцениваться не только по конкретным уже существующим результатам, но (обязательно) и на стадии проектирования нормативного акта.




























2.2. Факторы эффективности права

Для того чтобы правильно оценить эффективность права необходимо также знать ее структуру, то есть нужно определить какие составляющие определяют эффективность конкретной нормы. Большая часть авторов, занимающихся этой проблемой, сходятся в том, что эффективность права зависит от трех основных факторов (состоит из трех элементов):
1. Качество нормативного акта (закона)
2. Эффективность правореализации и правоприменения;
3. Уровень правосознания и правовой культуры 36, с. 124.
Эти факторы, в свою очередь, также состоят из элементов, определяющих их эффективность и соответственно эффективность права (см. приложение № 2).
Из приведенной схемы видно, что все три элемента эффективности права связаны между собой. Поэтому, можно говорить о том, что эффективность права зависит от эффективности трех стадий действия права: норма права, правореализация, правосознание и правовая культура. При этом, на первое место в данной схеме можно было поставить правосознание и правовую культуру, поскольку именно там возникает правообразующий интерес, который должен быть отражен в качестве социального содержания закона. Таким образом, происходит постоянное циклическое повышение (или понижение) эффективности права:
выше уровень правовой культуры => качественнее правовая норма => эффективнее реализация нормы =>повышение уровня правовой культуры =>.
Исходя из вышеприведенной схемы, можно говорить о том, что на этих трех этапах происходит «трансформация» обусловленности права. В зависимости от того, насколько точно нормотворческая и правореализационная деятельность органов государственной власти учитывает социальные интересы, мотивы и ценности и обусловлена ими, эффективность нормативного акта соответственно повышается или понижается.
2.3. Эффективность реализации права

Если говорить о влиянии эффективности правореализации на эффективность права, то оно обусловлено ролью реализации права в механизме действия права. Даже самый качественный закон, если он не реализовывается или реализовывается недостаточно полно, не будет эффективным, поскольку издание законодательного акта не является самоцелью. Закон принимается «от людей, людьми и для людей», то есть он нужен для того, чтобы каждый конкретный индивид или организация могли воспользоваться им для достижения каких-либо благ или разрешения проблем.
Следует отметить, что некоторые авторы, исходя из важности данного элемента механизма действия права и его особенностей, говорят о том, что эффективность права – это свойство именно процесса правореализации. А качество закона является лишь необходимым условием эффективности действия права, его реализации [26, с. 124]. Такая позиция основана на нормативной теории права, в соответствии с которой, правом является только то, что закреплено в законе.
Реализация права – это претворение права в жизнь, реальное воплощение содержания юридических норм в фактическом поведении субъектов [37, с. 325].
Уже из приведенного определения, становиться очевидным, что необходимым условием реализации права и залогом ее эффективности, является качественный законодательный акт. Если закон не будет отвечать всем требованиям, то субъект реализации не сможет в полной мере реализовать закрепленное в законе право или надлежащим образом исполнить возложенную на него обязанность из-за различных дефектов закона: недостаточно четко определена цель, круг прав и обязанностей, закон не согласовывается с законодательством, текст написан недоступным языком или содержит логические ошибки и т.п. Если закон не качественный, то его реализация только усугубит это, и лишь в исключительных случаях может повысить его эффективность.
Если бы процесс реализации права заключался в претворении в жизнь только норм права, содержащихся в качественных законах, то это являлось бы главной предпосылкой эффективности реализации права. Но основная проблематичность эффективности реализации права как раз и заключается в том, что в Республике Беларусь действует множество всевозможных подзаконных актов. Данный вопрос относиться к проблеме эффективности реализации права, поскольку они призваны обеспечивать на основании законов конкретизированное нормативное регулирование всего комплекса общественных отношений с целью реализации права.
Необходимо отметить, что, также как и качество реализации права в целом, качество подзаконных актов зависит от качества законодательных актов. Так если подзаконный акт принимается в исполнение некачественного закона, то он может только снизить эффективность права, но не повысить, так как подзаконный акт издается в разрез с положениями закона (даже если это направлено на исправление содержащихся в нем ошибок и неточностей) он становиться незаконным, что влечет его неэффективность.
В теории права выделяют четыре основные формы реализации права в зависимости от содержания реализуемых законодательных актов:
1. использование – субъект осуществляет свои права, предоставленные ему юридической нормой;
2. соблюдение – субъект строго следует установленным запретам: не совершает тех действий, которые ему не дозволены;
3. исполнение – такая форма реализации права, при которой субъект совершает активные действия во исполнение возложенной на него юридической обязанности;
4. применение – это особая форма реализации права, при которой осуществляется властно-организующая деятельность компетентных органов и лиц, обеспечивающих в конкретных жизненных случаях реализацию юридических норм, путем издания индивидуально-правового акта 38, с. 43.
Выделение этих форм реализации права имеет важное значение не только для теории права, но и при изучении эффективности реализации права.
Механизм реализации права влияет на эффективность реализации права, постольку каждая форма механизма содержит различное количество элементов в своей структуре, что увеличивает риск сбоя в работе всего механизма.
Следующим, определяющим эффективность реализации права, является информационная обеспеченность субъектов правореализации. Все субъекты правореализации (органы власти, юридические и физические лица) для точного и правильного использования, соблюдения, исполнения или применения закона должны обладать необходимой и достаточной информацией о состоянии правового регулирования конкретного отношения. Этот вопрос становиться все более актуальным в последнее время с увеличением числа различных нормативно-правовых актов. В результате наплыва огромного количества правовой информации, все сложнее становиться соблюдать принцип знания права.
В Республике Беларусь для разрешения данной проблемы создан Национальный центр правовой информации, который осуществляет распространение правовой информации в соответствии с Указом Президента Республики Беларусь № 565 от 01.12.1998 «О порядке распространения правовой информации в Республике Беларусь». В соответствии сданным Указом правовая информация распространяется как на бумажных, так и на электронных носителях. На практике зачастую получается, что получить достаточную правовую информацию по конкретному вопросу можно только используя эталонный банк данных правовой информации в виде его электронной копии39, п. 6. Проблема заключается в том, что распространяется Национальным центром правовой информации юридическим лицам и предпринимателям по очень высоким ценам, а сами юридические лица могут распространять правовую информацию только после получения лицензии.
Для всех форм реализации права (кроме использования) характерно присутствие в его механизме определенного органа государственной власти, осуществляющего правореализационную деятельность. Поэтому еще одним фактором, влияющим на эффективность реализации права является качество работы такого органа. Качество работы органа правореализации складывается из многих составляющих: состояние управления (научность организации труда правореализаторов, организационная структура органа власти, порядок его деятельности, четкость распределения функций, компетенций, слаженность и согласованность всех звеньев системы органов правореализации); микроклимат, в котором происходит правоприменение (деловитость, творческий подход, обстановка, в которой нет места бюрократизму, формализму, волоките, проявлениям косности, равнодушия к человеку); субъективные качества работников органа правореализации (знание им права, уровень правосознания, профессиональная этика, авторитет, опыт, высокие нравственные качества, общий культурный уровень); материально-техническое обеспечение процесса реализации права и т.д.[40, с. 173]. Говоря о значимости работников органов правореализации следует отметить, что Макс Вебер обращал особое внимание на роль «правового персонала» в процессе реализации права [35].
Еще одной составляющей эффективности реализации права является уровень правосознания и правовой культуры субъектов права, на которых направлено действие закона. Роль правосознания в реализации права заключается в отношении к закону лица, использующего, исполняющего, соблюдающего или применяющего норму.
На эффективность реализации закона активно влияют различные условия внешней среды, под которыми понимаются всевозможные неправовые факторы (механизмы): экономические, политические, культурные, экологические, природные и т.п. Выше уже упоминалось о том, что закон, являясь звеном в более высокой системе должен учитывать воздействие на регулируемые им отношения таких неправовых факторов. Однако, наибольшее значение данный вопрос имеет конкретно для эффективности реализации права, поскольку в законе, действующим длительное время, невозможно учесть всех возможных факторов внешней среды и приспособление к этим условиям является задачей реализации права. Именно неправовые по своему характеру механизмы, взаимодействуя между собой, обуславливают отклонение от идеального, регулятивного механизма от намеченных законодателем целей, обуславливают переход от модели, предложенной законодателем, к другой; ломают законодательную модель.
Следовательно, для наиболее эффективной реализации права, поведение субъектов реализации права должно находиться в гармонии с другими механизмами (экономическими, политическими, культурными и т.п.). В противном случае имплантация закона в общественные отношения приведет лишь к его адаптации, но не реальному влиянию на общественные отношения. Адаптированный закон не может обновить общество [38, с. 54].























3. Эффективность актов применения права

3.1 Понятие применения права и его признаки
«Применение права – это деятельность компетентных органов по реализации правовых норм путем вынесения индивидуально-конкретных предписаний». Применение права представляет собой особую форму реализации права. Особую, потому что она дополняет три основных формы реализации права, протекая то в одной, то в другой, то в третьей форме:




Правоприменительная деятельность необходима в тех случаях, когда полная реализация правовой нормы не возможна при использовании непосредственных норм реализации права, то есть не срабатывает механизм саморегуляции правоотношений. Эти случаи можно сгруппировать в несколько больших групп:
- когда правоотношения, определенные права и обязанности не могут возникнуть у конкретных физических или юридических лиц без вмешательства государства в лице компетентных органов (например, назначение пенсии или призыв на военную службу).
- когда нужно установить наличие или отсутствие конкретных юридических фактов или официально зарегистрировать определенные юридические действия (например, признание человека умершим или нотариальное удостоверение какой-либо сделки).
- когда правовой спор не может быть разрешен субъектами правоотношения самостоятельно из-за конфликта интересов (например, защита чести и достоинства гражданина, раздел имущества при разводе).
- когда совершено правонарушение и необходимо определить для правонарушителя вид и меру юридической ответственности (например, наложить штраф или определить меру уголовного наказания).
Но юридическое решение конфликта еще не означает его ликвидацию в социальном плане. Например, применение права при призыве на военную службу призывников-отказников может породить более серьезный конфликт между конкретным лицом и государством. Поэтому перед субъектами правоприменения всегда должна стоять цель не только восстановить нарушенное субъективное право, принудить лицо к исполнению социально необходимого поведения, но и ликвидировать причины и условия, которые привели к конфликту.
С помощью правоприменительной деятельности устраняются противоречия не только во всех сферах общественной жизни, но и в самой правовой системе. Например, при столкновении компетентного органа с той или иной проблемой в области применения права, внимание должностных лиц обращается на несовершенство законодательства в данном вопросе, на опыте правоприменительной деятельности базируются законодатели при разработке новых и доработке действующих правовых норм. Материалы правоприменения говорят об определенных недостатках в работе самих компетентных органов и показывают пути их устранения.
Применение права обладает рядом существенных признаков.
- Во-первых, применение права – это деятельность, которую могут осуществлять только органы, специально уполномоченные на это государством (остальными формами реализации права могут заниматься все субъекты права). К числу таких органов относятся законодательные, исполнительные, судебные, надзорно-контрольные, негосударственные организации.
- Во-вторых, применение права носит государственно-властный характер. Решение принимается по одностороннему волеизъявлению уполномоченного органа, выступающего от имени государства. Вне зависимости от того какой орган, государственный или негосударственный, осуществляет правоприменение, оно всегда имеет государственный характер, только во втором случае правоприменительные полномочия делегируются организации государством. Именно властность правоприменения позволяет уполномоченным органам претворять в жизнь конкретные меры государственного принуждения.
- В-третьих, правоприменительная деятельность протекает в особых, установленных нормативными актами процедурах. «Значение внутренней процессуальной формы определяется тем, что она представляет собой «технологию» достижения истины. Она служит средством наиболее рациональной организации элементов содержания и внешней формы правоприменения, их взаимодействия между собой». Необходимость соблюдения процессуальной формы при правоприменении вытекает, прежде всего, из соблюдения требования законности при осуществлении государственного принуждения (особенно в уголовном, гражданском процессах). Соблюдение процедуры правоприменения служит важной гарантией охраны и защиты прав и интересов граждан, организаций и государства. Но развитие общественных отношений требует постоянного совершенствования процедурной формы правоприменения. Например, жизнь убедительно показывает, что в нашей стране потерпевшие и свидетели практически остаются один на один с преступниками после возбуждения уголовного дела, подвергаясь шантажу и порой физическому насилию. Поэтому представляется целесообразным изменение процесса правоприменения в уголовном процессе для обеспечения защиты этих категорий участников правоприменения.
- В-четвертых, результатом деятельности по применению права является вынесение индивидуально-конкретных предписаний, в которых определены права и обязанности участников какого-либо правоотношения. Оформляются они индивидуально-конкретными актами применения права. «Указанные акты в концентрированной форме выражают суть юридического дела, содержат все необходимое для поднормативного, казуального регулирования общественных отношений».
- В-пятых правоприменительная деятельность осуществляется на основе правовых норм. Уполномоченные органы должны постоянно отслеживать изменения в законодательстве, изучая нормативно-правовые акты, издаваемые правотворческими органами не только республиканского, но и местного уровней.
Правоприменительная деятельность очень разнообразна, поскольку осуществляется на основе самых различных норм права и правоприменением занимаются самые разные органы.


















3.2 Акты применения права, их виды.

Итогом правоприменительной деятельности выступают акты применения права. Они фиксируют основные выводы и решения, полученные на других двух стадиях правоприменения.
«Правоприменительный акт – это документ, в котором содержится индивидуально–конкретное предписание, вынесенное компетентным органом в итоге решения юридического дела». Это определение предполагает, что правоприменительный акт – это документ, но он может быть выражен и словом (например, голосование судьи если в судебном заседании принимает участие более одного судьи), и даже жестом (например, взмах жезлом работника ГИБДД). Поэтому более подходящим представляется определение В.В. Лазарева: «Правоприменительный акт – государственно-властный индивидуально-определенный акт, совершаемый компетентным субъектом права по конкретному юридическому делу с целью определения наличия или отсутствия субъективных прав и юридических обязанностей и определения их меры на основе соответствующих правовых норм и в интересах их нормального осуществления».
«Акт применения права является разновидностью понятия "акт управления" и используется как для характеристики действия соответствующего органа, так и формы выражения этого действия. Причем в сфере управления такой формой могут быть и соответствующие документы и устные индивидуально-конкретные веления – результат правоприменительной деятельности».
Акты применения как государственно-властные веления обеспечивают действие закона, его претворение в жизнь. Они представляют собой необходимый и важнейший элемент правовой системы государства. Акт применения является одним из видов правовых актов, который характеризуется определенными специфическими чертами.
- Во-первых, акт применения исходит от компетентных органов, поэтому и сам носит государственно-властный характер, охраняется им и обеспечивается государством в его реализации.
- Во-вторых, он носит конкретно-индивидуальный характер, поскольку адресован конкретным субъектам, указывает на то, кто при данной ситуации обладает субъективными правами и юридическими обязанностями и какими.
- В-третьих, акт применения права является обязательным к исполнению. Он обладает юридической силой – свойством порождать определенные правовые последствия. Юридическая сила правоприменительного акта базируется на государственно-властных полномочиях принимающего его органа и на юридической силе применяемой нормы права.
- В-четвертых, акт применения права имеет определенную установленную законом форму.
Большинство актов применения права являются актами – документами. В них есть текст, который составляется в соответствии с требованиями использования юридической терминологии, четких юридических конструкций. Со временем вырабатываются и получают закрепление в нормативных актах и в обыкновениях практики типизированные, стандартные формуляры актов-документов, которые упорядочивают юридическую работу, вносят в нее необходимую определенность, юридическую и документальную строгость. Особенности правоприменительных актов, требования к ним изучаются в специальных юридических науках, прежде всего науках процессуального права – уголовного, гражданского, административного.
Наименование акта применения права может совпадать с наименованием нормативно-правового акта (например, «указ»), поэтому необходимо четко представлять принципиальные отличия одних от других. Самое главное отличие состоит в том, что в правоприменительных актах содержатся индивидуально-конкретные предписания, а в нормативно-правовых – нормы права, то есть предписания общего характера. «Нормы права адресованы всем, кто оказался в определенных условиях, они регулируют определенные виды общественных отношений и рассчитаны на неоднократное применение. Индивидуально-конкретные предписания адресованы конкретным субъектам права, они регулируют конкретные общественные отношения (конкретные ситуации) и имеют обычно разовое значение».
Акты применения права могут быть самыми различными. В связи с этим их можно классифицировать (объединить в группы) по различным основаниям:
- по форме можно выделить: указы, приговоры, решения, постановления, приказы и т.д.
- по субъектам их издающим различаются: акты государственных органов и общественных организаций; акты органов власти и исполнительно-распорядительных органов; акты высших органов власти и управления и местных органов; акты органов правосудия, прокуратуры, надзора и контроля; единоличные и коллегиальные.
- в зависимости от содержания общественных отношений и применяемых к ним норм права правоприменительные акты следует подразделять на регулятивные и правоохранительные. Такие акты выполняют различные функции в механизме правового регулирования.
- Регулятивные акты направлены на конкретизацию правомочий, на положительные действия управомоченных субъектов, а также конкретизацию юридических обязанностей.
- Правоохранительные акты обеспечивают главным образом регулятивные отношения, направленные на охрану прав, свобод и интересов различных субъектов. Их содержанием, как правило, являются: требования устранить правонарушение, властный приказ исполнить юридическую обязанность, либо выражают меру государственного принуждения.
- по своему юридическому значению акты применения права различают основные и вспомогательные.
- Основные акты - это акты, которые содержат веление, выражающее конечное решение юридического дела (приговор, решение суда).
- Вспомогательные - это акты, которые содержат предписания, подготавливающие издание основных или же направленные на них осуществление (различные акты надзора и контроля, акты следственных действий).
- в зависимости от действия во времени правоприменительные акты делятся на: акты однократного действия (штрафы) и длящиеся (регистрация брака, зачисление в ВУЗ);
- по предмету правового регулирования различают акты уголовно-правовые, гражданско-правовые, процессуальные и материальные;
- в соответствии с тем, какие юридические последствия вызывают акты применения (а они являются юридическими фактами) их можно разделить на: правообразующие, правоизменяющие и правопрекращающие. Такое деление является условным, поскольку один и тот же акт может вызвать все указанные последствия;
- по тому, на какой круг лиц распространяют свое действие акты применения различают: общего действия и индивидуальные;
- по внешней форме выражения правоприменительные акты могут быть устными, письменными и конклюдентными;
- по степени отражения нормативного веления в содержании актов:
- а) первичные
- б) производственные
- в) смешанные
- по сферам использования:
- а) хозяйственные
- б) социально-культурные
- в) административно-политические.




























3.3. Эффективность актов применения права

Результативность правового регулирования во многом зависит от эффективности правоприменительных актов. Включенные в механизм правового регулирования, эти акты призваны обеспечить его четкую работу. Правоприменительные акты являются важным средством для достижения тех целей (конкретных и перспективных), которые стоят перед нормой права. Таким образом, у правоприменителя не может быть каких-либо иных, не предусмотренных правом целей.
Отсюда измерять эффективность правоприменительных актов следует так же, как и эффективность правовых норм, сопоставляя фактически достигнутый результат их действия с целями соответствующих правовых норм.
Вместе с тем не во всех случаях можно говорить о социальной эффективности актов применения права. Все зависит от применяемой нормы, ее содержания. Так, многие нормы содержат императивные веления, требующие от правоприменителя принятия однозначного решения. Например, предоставить отпуск несовершеннолетнему ровно на 1 месяц. Здесь роль правоприменителя сводится к пассивному проведению в жизнь воли законодателя. От него не требуется творческого подхода к реализации данной нормы, лишь качественное ее применение.
Следовательно, качественное применение подобных норм способно обеспечить лишь их юридическую эффективность, но не повлиять на их социальную эффективность, на степень достижения социальных целей норм. Правоприменение здесь в основном сливается с такой формой реализации права, как исполнение, с той только разницей, что предполагает в данном случае издание правоприменительного акта.
Иную ситуацию можно наблюдать при применении норм, дающих свободу усмотрения правоприменителю (относительно-определенных, диспозитивных норм). В этом случае результаты индивидуального регулирования могут существенно отразиться на степени достижения целей применяемых норм, внести определенный вклад в общую эффективность правового регулирования.
Так, конкретизируя наказание, расширительно или ограничительно толкуя норму, уточняя содержание прав и обязанностей у конкретных лиц, правоприменительное решение творчески влияет на социальный эффект правового регулирования. Здесь происходит приращение степени достижения цели нормы за счет наиболее целесообразного ее применения. В этом случае можно говорить о социальной эффективности правоприменительных актов, а для ее определения необходимо установить ту долю результата, которую дает индивидуальное регулирование (правоприменение в сопоставлении с целью правовой нормы).
Эффективность правоприменительных актов зависит от их юридической и фактической обоснованности, от качества применяемого нормативного акта, законности и действенности их содержания, полноты учета всех возможных последствий, целесообразности, а также от качества организации принятия решения и его реализации.
Любая деятельность плодотворна и эффективна, когда осуществляется с полным пониманием дела. Выявление эффективности правоприменительного акта связано с определением целей издания данного акта, результатов его действия, соизмерения результатов с целями и неизбежными издержками. Полная эффективность правоприменительного акта достигается, когда все его цели, и ближайшие и отдаленные, и конечные, достигнуты с минимальным ущербом для общества, небольшими экономическими затратами, в оптимальные сроки.




Заключение
В процессе проведенных в настоящей курсовой работе исследований были выявлены и изучены проблемы эффективности права и получены следующие результаты.
При наличии большого числа различных определений эффективности права, абсолютное большинство авторов сходятся в том, что в основе эффективности права лежит его социальная обусловленность, то есть соответствие нормативного регулирования ценностям, интересам и потребностям людей, возникающих в процессе их общения. Также единым во всех дефинициях является то, что эффективность права определяется как соотношение фактического результата и его социальной (социально обусловленной) целью. При этом необходимо учитывать совокупные общественные затраты, необходимые для достижения данной цели.
Эффективность права представляет собой общую эффективность всех норм права, а эффективность отрасли права – общую эффективность норм этой отрасли. При этом, эффективность, являясь показателем действия права, должна оцениваться не только по конкретным уже существующим результатам, но (обязательно) и на стадии проектирования нормативного акта.
Являясь результативным показателем действия права, эффективность права состоит из трех элементов (соответствующих стадиям механизма права): качество закона, эффективность правореализации, уровень правосознания и правовой культуры. Эффективность каждой из этих стадий зависит в первую очередь от «трансформации» социальных интересов и ценностей на каждой стадии: зарождаясь в правосознании, они закрепляются в законе, отражаются в процессе реализации права и в результате преобразуют правовую культуру.
При этом, качество законодательного акта обеспечивается при соблюдении следующих основных условий:
Потребность в принятии закона, его цели и содержание должны быть социально обусловлены, то есть должны основываться на потребностях и интересах не государственных органов, а граждан и социальных групп.
Способы регулирования (права, обязанности, льготы, ответственность) должны соответствовать регулируемыми ими отношениям; развивать заинтересованность индивидов в реализации нормы и поддерживать саморегуляцию общественных отношений.
Законом должны регулироваться только принципиальные и значимые общественные отношения, регулируя их настолько общим образом, чтобы все возможные вариации конкретного отношения подпадали под действие конкретного закона с учетом развития этого отношения в будущем.
Закон должен быть единственным законодательным актом, соответствовать актам высшей силы и согласовываться с существующим законодательством.
В процессе принятия закона должна быть четко соблюдена процедура разработки и издания законодательного акта, необходимая для проверки его социальной обусловленности и соответствия законодательству.
Текст закона должен быть понятным, четким, лаконичным; структура его и содержание должны соответствовать требованиям юридической техники и правилам логики.
Закон должен предусматривать процедуру реализации, учитывать и способствовать повышению существующего уровня правосознания и правовой культуры общества.
В свою очередь эффективность правореализации зависит от следующего. Во-первых, эффективность правореализации зависит от качества закона и вида правовых норм, содержащихся в нем, который обуславливает форму правореализации и соответствующий механизм. Во-вторых, эффективным может быть только такая правореализация, которая во всем соответствует требованиям законодательства. Это же относиться к подзаконным актам, необходимым для правильной реализации права. В-третьих, для всех форм правореализации необходимым условием эффективности реализации права является обеспеченность правовой и другой информацией всех субъектов, ответственных за реализацию права. В-четвертых, необходимо обеспечить качественную работу всех органов правореализации в соответствии с положениями менеджмента. В-пятых, реализация права должна органично вливаться во все силы и механизмы, воздействующие на регулируемые правом отношения и взаимодействующие между собой. В-шестых, качество правореализации непосредственно зависит от правосознания и правовой культуры всех субъектов правореализации. В-седьмых, особо строгие требования должны предъявляться к качеству правоприменения, результатом которой являются правоприменительные акты. И в-восьмых, всякая правореализационная деятельность (и в особенности правоприменительная) должна основываться не только на законодательных и подзаконных актах, но и учитывать интересы и потребности граждан и юридических лиц и конкретных фактических обстоятельствах.
Наконец, важнейшим определяющим элементом эффективности права является уровень правосознания и правовой культуры. При этом воздействие правосознания и правовой культуры на эффективность права является взаимосложным, что проявляется в следующем. Во-первых, качественный закон может возникнуть только в обществе с высоким уровнем правовой культуры. Во-вторых, уровень правосознания субъектов правореализации непосредственно влияет на качества реализации права. В-третьих, низкое качество законодательства и его сложность делают принцип знания права нереальным. И в-четвертых, знание законов гражданами, отношение к ним, готовность соблюдать его и наличие у граждан навыков правового поведения, составляющие индивидуальное правосознание, непосредственно влияют на эффективность права в каждом конкретном случае. И наоборот, некачественные законы и подзаконные акты, неэффективная правореализационная деятельность снижают уровень правосознания и правовой культуры.






















ПРИЛОЖЕНИЯ
Приложение № 1
Логическая модель эффективности права












Эф. права = ∑ (Эф. нормы права ∙ Соц. знач-сть. нормы) ∕ Кол-во норм

Эф. нормы права = Факт ∕ (Соц. цели ∙ Общ. затраты) ∙ 100%



Приложение № 2
Элементы (составляющие) эффективности нормы права







































Примечания

1. Никитин В.Б., Орехов В.В., Спиридонов Л.И. О возможном подходе к исследованию эффективности правовой нормы // Проблемы социологии права. Вып. 1. Вильнюс, 1970. С. 90.
2. Веремеенко И.И., Попов Л.Л., Шергин А.П. Понятие и условие эффективности административных санкций // Правоведение. 1972. № 5. С. 32.
3. Андрющенко М.Н. Понятие эффективности и его философский смысл // Учен. зап. каф. обществ, наук вузов г. Ленинграда. Вып. 12. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1971. С. 45-46.
4. См.: Керимов Д.А. Свобода, право и законность в социалистическом обществе. М., 1960. С. 143.; Пашков А.С., Явич Л.С. Эффективность действия правовой системы // Сов. государство и право.
1970. № 3. С. 41 -44; Казимирчук В.П. Право и методы его изучения. М., 1965. С. 200; Пелевин С. Эффективность права и законодательство о разводах // Правоведение. 1971. № 3. С. 98.
5. См.: Самощенко И.С., Никитинский В.И., Венгеров А.Б. К методике изучения эффективности правовых норм // Сов. государство и право. 1971. № 3. С. 70-71; Шикин Е.П. Основные условия эффективности применения права: Автореф. дис.... канд. юрид. наук. Свердловск, 1971. С. 5.
6. Никитинский В.И. Эффективность норм трудового права. М., 1971. С. 12 - 13.
7. Там же. С. 44.
8. См.: Казимирчук В.П., Кудрявцев В.Н., Лившиц Р.З. Исследование эффективности правовых норм // Сов. государство и право. 1971. № 10. С. 146.
9. См.: Самощенко И.С., Никитинский В.И., Венгеров А.Б. Указ. соч. С. 70-71.
10. Шаргородский М.Д. Наказание, его цели и эффективность. Л., 1973. С. 58.
11. См.: Пашков А.С., Чечет Д.М. Эффективность правового регулирования и методы ее выявления // Сов. государство и право. 1965. № 8. С. 3.
12. См.: Шаргородский М.Д. Система наказаний и их эффективность // Сов. государство и право. 1968. № 11. С. 54; Он же. Наказание, его цели и эффективность. С. 57 - 58.
13. См.: Лебедев М.П. Об эффективности воздействия социалистического права на общественные от¬ношения // Сов. государство и право. 1963. № 1. С. 29; Он же. Об эффективности воздействия права на общественные отношения // Сов. государство и право. 1963. № 1. С. 29; Михайловская И. Вопросы социологии в уголовном процессе // Сов. государство и право. 1970. № 19. С. 11.
14. См.: Алексеев С.С. Проблемы теории права: Курс лекций. Свердловск, 1972. Т.1. С. 98.; Шикин Е.П. Указ. соч. С. 5; Ковалев М.И. Пути повышения эффективности криминологических ис-следований. // Вопросы эффективности уголовно-правовых норм. Вып. 66. Сведловск, 1978.
С. 9; Пашков А.С., Чечет Д.М. Эффективность правового регулирования и методы ее выявления //Сов. государство и право. 1965. № 8. С. 3; Общая теория государства и права: Учеб. / Под ред.В.В. Лазарева. М., 2001. С. 151.
15. Словарь синонимов русского языка. М., 1975. С. 645, 117.
16. См.: Сабанин С.Н. Проблемы повышения эффективности институтов освобождения от уголовной ответственности или наказания: канд. юрид. наук. Свердловск, 1981. С. 47.
17. См.: Сырых В.М. Социология права. М, 2001. С. 354; Кудрявцев В.Н., Никитинский В.И., Самощенко И.С., Глазырин В.В. Эффективность правовых норм. М., 1980. С. 22.
18. См.: Теория государства и права: Учеб. / Под ред. А.И. Королева, Л.С. Явича. Л., 1987. С. 302; Сырых В.М. Указ. соч. С. 355.
19. См.: Плохова В.И. К вопросу о понятии и критериях эффективности уголовного наказания // Некоторые вопросы эффективности уголовного законодательства. Вып. 49. Свердловск, 1976. С. 15.
20. См.: Емельянов Ю.Н., Козаченко И.Я., Соколов А.Ф. Об изучении эффективности наказания //Там же. С. 34.
21. Шмаров И.В. Критерии и показатели эффективности наказаний // Сов. государство и право. 1968. №6. С. 62.
22. См.: Сергеева Т.Л., Помчалов Л.Ф. Эффективность краткосрочного лишения свободы // Эффективность уголовно-правовых мер и борьба с преступностью. М., 1968. С. 45.
23. См.: Шаргородский М.Д. Наказание, его цели и эффективность. С. 63; Карпец И.И. Об эффективности уголовного наказания // Соц. законность. 1966. № 5. С. 20.
24. Никифоров Б.С. К вопросу об изучении эффективности уголовно-правовых мер борьбы с преступностью. М., 1968. С. 10.
25. См.: Теория государства и права: Учеб. / Под ред. В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. Екатерин¬бург, 1996. С. 324.
26. Кудрявцев В.Н., Никитинский В.И., Самощенко И.С., Глазырин В.В. Эффективность правовых норм. М.: ВНИИСЗ, 1980. 176 с.
27. Зелепукин А. А. Эффективность российского законодательства// http// www.urfak.spb.ru.
28. Социология права/ Лапаева В. В.; Под. ред. Нарсесянца В. С. М.: Норма, 2000. 456с.
29. Александр Добровольский. Критерии эффективности хозяйственного законодательства// Адкрытае грамадства Iнфамацыйна-аналiтычны бюлетэнь 1998, № 5(107).
30. Пашков А.С., Явич Л.С. Эффективность действия правовой нормы (к методологии и методике социологического исследования // Сов. государство и право. 1970. № 3.
31. Четвертин В. А. Понимание права и государства. Введение в курс теории права и государства. М.: Знание, 1997. 284 с.
32. Теория государства и права. Учебник для вузов/ Под ред. Корельского В.М. и др.// http// www.tarasie.narod.ru.
33. Эффективность закона (методология и конкретные исследования) /Отв. ред. В.М. Сырых, Ю.А. Тихомиров. М.: БЕК, 1997, 216 с.
34. Кудрявце В. Н., Казимирчук В. П. Современная социология права: Учеб. Для юрид. Фак. И ин-тов. М.: Юристъ, 1995. 328 с.
35. Учебник по теории государства и права/ Под ред. М. Н. Марченко// http// www.tarasie.narod.ru.
36. Курганов С. И., Кравченко А. И. Социология для юристов: Учебн. пособ. для вузов/ М.: Право, 1999. 268 с.
37. Теория права и государства/ Под ред. В.В. Лазарева. М.: Юрист, 1996. 458 с.
38. Механизм реализации нормативно-правовых актов/ Отв. ред. И. Я. Дюрягин. Челябинск: Челяб. гос унив-тет, 1995. 108 с.
39. Указ Президента Республики Беларусь N 565 от 01.12.1998 г. (ред. от 03.01.2002 г.) «О порядке распространения правовой информации в Республике Беларусь»// "Республика", 1998 г., N 287.
40. Завадская Л. Н. Механизм реализации права. М.: Норма, 1992, 238 с.


















Список использованных источников

1. Кудрявцев В.Н., Никитинский В.И., Самощенко И.С., Глазырин В.В. Эффективность правовых норм. М.: ВНИИСЗ, 1980. 176 с.
2. Зелепукин А. А. Эффективность российского законодательства// http// www.urfak.spb.ru.
3. Социология права/ Лапаева В. В.; Под. ред. Нарсесянца В. С. М.: Норма, 2000. 456с.
4. Александр Добровольский. Критерии эффективности хозяйственного законодательства// Адкрытае грамадства Iнфамацыйна-аналiтычны бюлетэнь 1998, № 5(107).
5. Пашков А.С., Явич Л.С. Эффективность действия правовой нормы (к методологии и методике социологического исследования // Сов. государство и право. 1970. № 3.
6. Четвертин В. А. Понимание права и государства. Введение в курс теории права и государства. М.: Знание, 1997. 284 с.
7. Учебник по теории государства и права/ Под ред. М. Н. Марченко// http// www.tarasie.narod.ru.
8. Теория государства и права. Учебник для вузов/ Под ред. Корельского В.М. и др.// http// www.tarasie.narod.ru.
9. Эффективность закона (методология и конкретные исследования) /Отв. ред. В.М. Сырых, Ю.А. Тихомиров. М.: БЕК, 1997, 216 с.
10. Кудрявцев В. Н., Казимирчук В. П. Современная социология права: Учеб. Для юрид. Фак. И ин-тов. М.: Юристъ, 1995. 328 с.
11. Курганов С. И., Кравченко А. И. Социология для юристов: Учебн. пособ. для вузов/ М.: Право, 1999. 268 с.
12. Лившиц Р. З. Теория права/ http// www.tarasie.narod.ru.
13. Закон Республики Беларусь от 10.01.2000 г. (ред. от 04.01.2002 г.) «О нормативных правовых актах Республики Беларусь»// Звязда, 2002, N 143-144.
14. Конституция Республики Беларусь от 15.03.1994 г. (ред. от 24.11.1996 г.)// "Звязда", 1996, N 276.
15. Юридическая социология: Учеб. для вузов/ Отв. ред. В. А. Глазырин. М.: Норма, 2000. 284 с.
16. Колдаев Н. П. Некоторые проблемы законотворчества и его эффективности// СибЮрВестник, 1999 № 4 с. 38-46.
17. Ш. А. Моран. Методология законотворчества. Метод принятия закона и права. Введение в методику разработки законодательных актов// Стенограмма заседаний Государственной Думы Российской Федерации, 29.04.1997// http// www.akdi.ru.
18. Эталонный банк правовой информации Республики Беларусь// НЦПИ.
19. Указ Президента Республики Беларусь № 99 от 04.03.1998 «О некоторых вопросах законопроектной деятельности в Республики Беларусь»// Советская Белоруссия, 1996 № 2.
20. Витушко В. А. Государственно-правовое регулирование рынка. Мн.: БГЭУ, 1996. 176 с.
21. Актуальные вопросы нормотворчества в Республике Беларусь. Мн. Амалфея, 1996. 176 с.
22. Указ Президента Республики Беларусь № 407 от 28.07.1997 г. «О создании Национального центра законопроектной деятельности при Президенте Республики Беларусь»// "Республика", 1997, N 161
23. Постановление Палаты Представителей Национального Собрания Республики Беларусь от 04.12 1997 г. «О регламенте Палаты Представителей Национального Собрания Республики Беларусь»// НЦПИ (документ не публиковался).
24. Методика нормотворческого процесса в Республике Беларусь/ И. С. Андреев, В. Н. Дмитрук и др. Мн.: НЦЗД, 2000. 129 с.
25. Керимов Д.А. Законодательная техника. М.: Филин, I998. 246 с.
26. Чернявская Н.Ф. Логические дефекты системы законодательства// Тез. докл.межвуз.научно-практ.конф.:«Правовые акты: социальная обусловленность, качество, применение и совершенствование», Мн. 1999. 248 с.
27. Закон Республики Беларусь от 04.01.2002 г. «О внесении изменений и дополнений в Гражданский кодекс Республики Беларусь»// Звязда, N 18, 30.01.2002.
28. Галко И. К., Сокол С. Ф. Социология. Социология права: Лекционные материалы/ Барановичи: Укрупненная типография, 1999. 268 с.
29. Б. И. Сазонов. Социальные, организационные и правовые механизмы действия закона// Государство и право 19993, № 1.
30. С. Ф. Сокол, И. К. Галко. Правовые акты: социальная обусловленность, качество, применение и совершенствование.// Тез. докл. межвуз. научно-практ. конф.: «Правовые акты: социальная обусловленность, качество, применение и совершенствование», Мн. 1999. 248 с.
31. Карбонье Жан. Юридическая социология. М.: Юрид. лит., 1986, 347 с.
32. Социология права: Уч. пособ./ Под. ред. Сырых В. М., М.: Юр. дом «Юстицинформ», 2001. 446 с.
33. Эшби У. Р. Введение в кибернетику. М.: Прогресс, 1975. 295 с.
34. Эффективность правового регулирования/ под. ред. В. Д. Попкова, М.: Изд-тво Моск. ун-та, 1975. 223 с.
35. Теория права и государства/ Под ред. В.В. Лазарева. М.: Юрист, 1996. 458 с.
36. Правила Министерства юстиции Республики Беларусь от 30.03.1999 г. «Правила подготовки и принятия правовых актов министерств и иных республиканских органов государственного управления, учета и систематизации указанных актов и правовых актов Национального банка, за исключением правовых актов индивидуального применения»// Бюллетень нормативно-правовой информации, 1999 г., N 12.
37. Указ Президента Республики Беларусь N 565 от 01.12.1998 г. (ред. от 03.01.2002 г.) «О порядке распространения правовой информации в Республике Беларусь»// "Республика", 1998 г., N 287.
38. Завадская Л. Н. Механизм реализации права. М.: Норма, 1992, 238 с.
39. Марфицин П. Г., Кожевников В. В. Социологический способ толкования норм права и проблемы усмотрения в правоприменительной деятельности// http// www.mgp.omsk.ru
40. Закон Республики Беларусь от 06.06.1996 г. «Об обращении граждан»// "Ведомости Верховного Совета Республики Беларусь", 1996 г., N 21, ст.376.
41. Хропанюк В.Н. Теория государства и права. М: Юрист, 1995. 456 с.
42. Проблемы общей теории права и государства/ Под. ред. В.С. Нерсесянца. М.: Наука, 1999. 384 с.
43. Кодекс Республики Беларусь от 07.12.1998 г. «Гражданский кодекс Республики Беларусь»/ Национальный центр правовой информации Республики Беларусь, 1999. – 512 с.
44. Приказ Министерства юстиции Республики Беларусь N 26 от 07.04.1994 г. «Об утверждении Методических правил подготовки проектов нормативных актов, вносимых на рассмотрение Совета Министров Республики Беларусь»// "Бюллетень нормативно-правовой информации", 1994 г., N 4.



ТРУДОВОЙ КОДЕКС РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ 1999 г. ОСНОВНЫЕ НОВЕЛЛЫ ОБЩИХ ПОЛОЖЕНИЙ И ИНСТИТУТА ТРУДОВОГО ДОГОВОРА
публикация №1192975754

21 октября 2007 Александр Павлович Шиманский - ТРУДОВОЕ

Аннотация от автора: Трудовой кодекс Республики Беларусь 2 (далее -ТК) принят Палатой представителей Национального собрания Республики Беларусь 8 июня 1999 г., одобрен Советом Республики Национального собрания Республики Беларусь 30 июня 1999 г., а 26 июля 1999 г. подписан Президентом Республики Беларусь. Согласно ст. 466 ТК Кодекс вступил в силу с 1 января 2000 г...

Открыть полную версию публикации



БЕЛОРУССКО-РОССИЙСКОЕ ПРИГРАНИЧНОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО КАК ФАКТОР ФОРМИРОВАНИЯ СОЮЗНОГО ГОСУДАРСТВА БЕЛАРУСИ И РОССИИ
публикация №1192974710

21 октября 2007 Александр Павлович Шиманский - ТАМОЖЕННОЕ

Аннотация от автора: Пространственная дифференциация условий экономической деятельности, в том числе во внешнеэкономической сфере, усиливающаяся территориальная неравномерность развития интеграционных отношений вызывают к жизни новые разнообразные формы международных экономических связей, в их числе приграничное сотрудничество. Начав активно практиковаться в рамках Европейского союза, оно стало эффективным способом микроинтеграции и формирования "Европы без границ", а также действенным инструментом выравнивания уровня социально-экономического развития регионов и приграничных территорий стран-членов ЕС...

Открыть полную версию публикации



В ГОСУДАРСТВАХ - УЧАСТНИКАХ СНГ. РАЗВИТИЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА РЕСПУБЛИКИ БЕЛАРУСЬ О ЛИЧНОМ ПОДСОБНОМ ХОЗЯЙСТВЕ ГРАЖДАН
публикация №1185207057

23 июля 2007 Александр Павлович Шиманский - АГРАРНОЕ

Аннотация от автора: В настоящее время личное подсобное хозяйство рассматривается как одна из организационно-правовых форм деятельности граждан по производству сельскохозяйственной продукции. В аграрном праве выделяют следующие признаки личного подсобного хозяйства: 1) форма сельскохозяйственного производства, основу которой составляет труд граждан и членов их семей, частная собственность на средства производства, а также право собственности, владения или пользования земельным участком; 2) тесная связь с общественным производством и дополнительный источник доходов семьи; 3) в основном потребительский характер, поскольку произведенная продукция потребляется непосредственно производителем; 4) излишки сельскохозяйственной продукции могут быть реализованы на рынке, организациям потребительской кооперации, колхозам, совхозам и иным субъектам хозяйственной деятельности.

Открыть полную версию публикации



ВОПРОСЫ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ УГОЛОВНОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ
публикация №1185206395

23 июля 2007 Александр Павлович Шиманский - УГОЛОВНОЕ

Аннотация от автора: Значительным шагом к реформированию уголовного судопроизводства стало введение в действие с 1 января 2001 г. в Республике Беларусь новых Уголовно-процессуального и Уголовного кодексов. В отличие от российского и украинского законодательства право прекращать производство по уголовному делу и освобождать лицо от уголовной ответственности предоставлено суду и прокурору. В связи с этим, возникает вопрос, что следует понимать под термином "освобождение от уголовной ответственности". К сожалению, законодатель не дал ответа на данный вопрос. Он лишь ограничился констатацией, что уголовная ответственность в Республике Беларусь основывается на принципах законности, равенства граждан перед законом, неотвратимости ответственности, личной виновной ответственности, справедливости и гуманизма (ст. 3 УК РБ). Известно, что в юридической литературе нет единого мнения по вопросу об освобождении от уголовной ответственности. В монографии С. Г. Келиной освобождение от уголовной ответственности представляется одним из уголовно-правовых институтов и относится к категории уголовного права. Некоторые ученые рассматривают освобождение от уголовной ответственности как комплексный уголовный и уголовно-процессуальный институт, поскольку одни нормы (уголовно-правовые) закрепляют основания освобождения от уголовной ответственности, а другие (уголовно-процессуальные) закрепляют процессуальный порядок и последствия освобождения.

Открыть полную версию публикации



Мартинович И.И. НЕКОТОРЫЕ АСПЕКТЫ РЕФОРМИРОВАНИЯ СУДОУСТРОЙСТВА В РЕСПУБЛИКЕ БЕЛАРУСЬ И РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ // "Государство и право", Date:07-01-2000(GIP-No.007)
публикация №1182262533

19 июня 2007 Александр Павлович Шиманский - СУДЕБНОЕ

Аннотация от автора: Углубление интеграционных процессов Союза Беларуси и России, подписание Декларации о создании Союзного государства, договора и соглашения об обеспечении равных прав граждан на территории Российской Федерации и Республики Беларусь предполагают сближение национальных правовых систем этих государств, унификацию их законодательства, в том числе о судебной власти и судоустройстве. В этой связи не лишен смысла сравнительный анализ новейшего законодательства о судебной организации, белорусского и российского опыта реформирования судебных систем, становления независимой и самостоятельной судебной власти как гаранта прав и свобод граждан, действенности законов.

Открыть полную версию публикации



Комментарий к Налоговому кодексу Республики Беларусь - Статья 20.Взаимозависимые лица
публикация №1165443120

07 декабря 2006 Александр Павлович Шиманский - НАЛОГОВОЕ

Аннотация от автора: Взаимозависимыми лицами признаются физические лица и (или) организации, наличие отношений между которыми оказывает непосредственное влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц.

Открыть полную версию публикации



Комментарий к Налоговому кодексу Республики Беларусь - Статья 19.Индивидуальные предприниматели
публикация №1165356660

06 декабря 2006 Александр Павлович Шиманский - НАЛОГОВОЕ

Аннотация от автора: Индивидуальными предпринимателями признаются физические лица, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей...

Открыть полную версию публикации



Комментарий к Налоговому кодексу Республики Беларусь - Статья 18.Место жительства плательщика – физического лица
публикация №1165010820

02 декабря 2006 Александр Павлович Шиманский - НАЛОГОВОЕ

Аннотация от автора: Местом жительства плательщика – физического лица признается место (населенный пункт, дом, квартира или иное жилое помещение), где это физическое лицо постоянно или преимущественно проживает, а при невозможности установить такое место – место прописки (регистрации) или иное место, указанное в паспорте или другом удостоверении личности, либо место нахождения имущества этого лица.

Открыть полную версию публикации

ДАЛЕЕ:

| 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 | Следующие 10 публикаций

Ваше мнение?