Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ есть новые публикации за сегодня \\ 23.08.17

В. Н. ТАТИЩЕВ КАК ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ДЕЯТЕЛЬ

Дата публикации: 31 мая 2017
Автор: И. М. ШАКИНКО
Публикатор: Шамолдин Алексей Аркадьевич
Рубрика: БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ
Источник: (c) Вопросы истории, 1975-04-30
Номер публикации: №1496221745 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


И. М. ШАКИНКО, (c)

найти другие работы автора

Василий Никитич Татищев вошел в историю России не только как крупный ученый, но и как видный государственный и общественный деятель. "Математик, естествоиспытатель, горный инженер, географ, этнограф, историк и археолог, лингвист, ученый юрист, политик и публицист, и вместе с тем просвещенный практический деятель и талантливый администратор"1 - так характеризовал Татищева один из специалистов по истории XVIII века. Много ярких имен сподвижников Петра I прочно вошло в русскую историю. Но во второй четверти XVIII в. Татищев был, пожалуй, одним из наиболее последовательных сторонников петровских традиций и в то же время государственным деятелем, довольно чутко прислушивавшимся к переменам в жизни. В личности и деяниях Татищева как представителя нового дворянства отразились многие противоречия той переломной эпохи.

Род Татищевых своими корнями уходил в глубь веков и начинался от князей Смоленских, потомков Владимира Мономаха. Издавна Татищевы служили стольниками, окольничими, воеводами. Отец Татищева Никита Алексеевич, хотя и принадлежал к обедневшей ветви древнего рода, относился к столичному дворянству. Семи лет" Василий Татищев вместе со старшим братом Иваном был пожалован в стольники и "служила при дворе царицы Прасковьи Федоровны. Ему и была уготована служба при дворе. Но в начале 1704 г. в селе Преображенском, на Генеральном дворе, шел набор новых полков. Петр I лично осмотрел 8 тыс. дворянских Недорослей; среди них были и братья Татищевы, оба попавшие в драгунский полк. Драгун Василий Татищев показал себя сообразительным и дисциплинированным солдатом. Через год, став офицером Азовского драгунского полка, он был внесен в списки молодых- дворян, посылаемых за границу для обучения военному искусству. Но за границу на этот раз ему не удалось попасть: незадолго до срока, намеченного для отъезда, умер отец. Татищевы - три брата и сестра - осталась сиротами (мать умерла еще раньше). Теперь Василий Никитич мог надеяться только на самого себя. Отныне он месяцами, а то и годами будет занят военными походами, поездками в Европу, на Урал, в Астрахань, Атмосфера петровских преобразований пришлась ему по вкусу. Поручик Василий Татищев выполнял поручения быстро и хорошо, его заметно выделяли среди других офицеров за исполнительность, смекалку, расторопность.

Полковой командир дьяк Автоном Иванов посылает его со специальными поручениями то в Польшу, то в Москву, то в Киев. Во время этих разъездов Татищев видит всколыхнувшуюся в результате петровских реформ Россию. Он общается с людьми из окружения царя, ему передается их деловой настрой. Вероятно, в 1706 г. Татищев был представлен Петру I. Василий Татищев участвует в главных кампаниях и сражениях Северной войны, в том числе в Полтавской баталии. Это наложило отпечаток на формирование его взглядов, дало ему житейский опыт: Во время Прутского похода произошла встреча Татищева с генерал-фельдцейхмейстером Я. В. Брюсом, который сыграл в его судьбе важную роль. Вместе с ним весной 1712 г. Татищев едет "за моря... для присмотрения тамошняго военного обхождения". Поездка продолжалась всего два месяца. Но уже на следующий год он снова отправляется за границу. На этот раз почти четыре года он будет "для науки за моря", изучая инженерное


1 Д. А. Корсаков. Василий Никитич Татищев. "Русская старина", 1887, июнь, стр. 566.

стр. 125


дело, артиллерию, математику, немецкий язык2 . В марте 1716 г. Татищев вернулся в Россию. Как и всякий, кого посылали на учение в Европу, о" сдает экзамен и успешно его выдерживает. Теперь он служит в Петербурге при Я. В. Брюсе, составляет по его заданию практическую планиметрию, работает над книгой по машиноведению, участвует в строительстве Оружейного двора.

В 1717 г. Татищева опять посылают за границу, для ремонта артиллерии при дивизиях А. И. Репнина и А. А. Вейде, расквартированных в Померании и Мекленбурге. Он добросовестно выполняет это задание: неутомимо организует ремонтные работы, находит мастеров, достает материалы. По окончании этих работ генерал Репнин сообщал Брюсу: "Присланный от Вашего превосходительства поручик Татищев человек доброй и дело свое в моей дивизии изрядно исправил. Истинно никогда так [не] было, за что благодарствуем и желаю дабы и всегда здесь при нас таковы ж были, а не такие, какие были и ныне есть" 3 . Вскоре после возвращения в Петербург Татищев стал капитан-поручиком.

Во время Аландского конгресса (1718 - 1719 гг.) он являлся офицером связи между генерал-фельдцейхмейстером Я. В. Брюсом и царем и попадал на прием к Петру I то в Петербурге, то на Олонецких водах, то на кораблях в Балтийском море. Теперь царь внимательнее присматривался к офицеру, который не только толково докладывал о ходе переговоров со шведами, но и высказывал свои соображения о различных делах. С интересом выслушивает он идею Татищева о размежевании земель в России и, не откладывая дела в долгий ящик, поручает ему подать о том "представление". Весной 1719 г. Татищев составил записку о своем оригинальном способе, "како ландкарты или чертежи земель сочинять с объявлением угодий", и взялся осуществить это с помощью 400 человек4 . Вскоре Татищев был определен "к землемерию всего государства и сочинению обстоятельной Российской географии с ландкартами", и ему было поручено "главное заведование" всеми работами. С увлечением берется Татищев за новое поручение. Он обстоятельно собирает книги по этому вопросу и старинные карты, подбирает людей, проявляя к делу живой интерес. Но Я. В. Брюс, назначенный по совместительству президентом Бергмануфактурколлегии, решил послать Татищева на Урал - колыбель русской горнозаводской промышленности. 9 марта Татищеву объявили указ Берг коллегии: ехать "в Сибирскую губернию на Еунгур и прочие места для осмотру рудных мест и строения заводов", а в конце июля он уже был в Кунгуре. Всех, кто знакомится с началом деятельности Татищева на Урале, удивляет, что с первых своих шагов на новом поприще он не просто осуществлял общее руководство, а действовал со знанием дела. Это свидетельствует о той основательности и тщательности, с которой он относился к новому заданию.

Приехав в Кунгур, капитан Татищев (об указе о присвоении ему нового чина он узнал в пути) организует поиск новых месторождений, набирает для горных и заводских работ людей, выискивая их повсюду: среди местных крестьян; пленных шведов, для которых добился у Синода разрешения жениться на русских девушках и вдовах; среди ссыльных, разбросанных по сибирским городам и острогам. В конце декабря 1720 г. Татищев переезжает на Уктусский казенный завод. Здесь он собирался разместить горную канцелярию и значительно расширить предприятие. Но оказалось, что реконструировать его не имело смысла: мелководная речка Уктуска пе могла дать необходимых энергетических ресурсов крупному заводу. Тогда в январе 1721 г. совет мастеров принял решение строить новый завод на более удобном месте. Вскоре Татищев доложил в Берг коллегию: "Ездил по оной реке (Исети. - И. Ш. ) мест осматривать и, хотя за зимнею погодой основания земли видет[ь] неможно, однако ж обрели отсюда (от Уктусского завода. - И. Ш. ) разстоянием в шести верстах место5 , положением берегов и доволством лесов весма удобно, також и ру-


2 Е. Е. Колосов. Новые биографические материалы о В. Н. Татищеве. "Археографический ежегодник за 1963 год". М. 1964, стр. 109.

3 "Материалы к биографии В. Н. Татищева". Свердловск. 1964, стр. 24, 31.

4 См. П. П. Пекарский. Новые известия о В. Н. Татищеве. СПБ. 1864, стр. 11; Н. А. Воскресенский. Законодательные акты Петра I. М. -Л. 1945, стр. 70 - 71.

5 На этом месте позднее возник Екатеринбург (ныне Свердловск).

стр. 126


да ближе, нежели здесь. А по разсуждению мастеров возможно на оном построит четыре домны и сорок молотов" 6 .

Проект Татищева, посланный в Берг-коллегию в феврале 1721 г., являлся программой преобразования огромного и богатого края. Он предлагал построить завод, а на нем возвести не только доменные и медеплавильные печи, но и разные "фабрики", производящие сталь, проволоку, жесть, инструменты. Здесь же он задумывал освоить ремесла: часовое, стекольное, камнерезное, бумажное 7 . По замыслу Татищева, новый завод на Исети должен был стать центром горного дела на Урале, связующим звеном заводов, рассыпанных по всему Каменному поясу. Будущий город-завод мыслился им и как торговый центр Урала и Сибири. Татищев предлагал перевести сюда ярмарку из Ирбита и проложить здесь дорогу в Сибирь8 . Этим начинаниям он придавал большое значение для заселения и дальнейшего экономического развития края. "Наипаче же, - отмечалось в проекте, - что купечество приезжее увидят здесь множество разных ремесел и, уведомясь о прибытках и обстоятельствах горных, возъимеют охоту и сами в том прибытка искать станут..." 9 . Поднимая на Урале казенное горное дело, Татищев неизбежно должен был столкнуться с Демидовыми (Никитой и его старшим сыном Акинфием), которые энергично осваивали край, строя один за другим свои заводы. Демидовы старались не допустить на Урал не только других промышленников, но и казну. Попытки Татищева умножить государственные заводы и поставить под контроль частные вызвали сопротивление Демидовых. Конфликт между горным начальником и Демидовыми обострился настолько, что Н. Демидов решил выжить Татищева с Урала и подал на него ложный донос Петру I. Разобраться в конфликте Татищева с Демидовым поручили генералу В. И. Геннину, назначенному в апреле 1722 г. горным начальником уральских заводов.

Для решения горных дел Татищев уехал с Урала в Москву в январе 1722 г. и вернулся назад в октябре, но уже не горным начальником, а в качестве подследственного. Однако, несмотря на это обстоятельство, он с головой окунулся в работу. Татищев убедил Геннина в целесообразности и необходимости осуществления своего проекта, в том числе в продолжении строительства нового завода на Исети. Берг-советник Михаэлис, остававшийся при уральских заводах до приезда Геннина, забраковал проект и место, выбранное Татищевым, и начал строить завод на другой реке10 . "И мню, - писал Геннин о Михаэлисе, - что он учинил то, хотя себя показать", а "на Исети место того ради оставил, что Татищев сперва нашел, расчистил и лесов наготовил, також и леса свозил, чтоб тем Татищеву славу не допустить". Геннин поддержал своего предшественника и нашел, что "оное место (выбранное Татищевым. - И. Ш. ) весьма к строению удобное", а потому он, Геннин, "презрев собственную непристойную гордость", продолжил строительство именно здесь11 . Геннин высоко оценил Татищева как энергичного организатора и знатока горнозаводского дела. Не закончив еще следствия, Геннин писал в декабре 1722 г. Брюсу, что Татищев "здесь о всем известен и к строению заводов удобен, и вижу его в том радение и искусство. Того ради определил я его к оному делу до указу. Однакож только у строения велел быть, а не в Берг-амте сидеть"12 . Таким образом, бывший горный начальник, находившийся под следствием, стал, выражаясь современным языком, начальником строительства, а также главным инженером и главным архитектором: по его проекту и под его руководством шло строительство завода и города на Исети.


6 "Из истории Урала". Сборник документов и материалов. Свердловск. 1971. стр. 60 - 61.

7 Свердловский областной государственный архив (далее - СОГА), ф. 24, оп. 1, д. 4-а, лл. 86 - 86 об.

8 Там же, д. 6, лл. 56 - 58.

9 Там же, л. 58.

10 Вскоре плотину, построенную на месте, выбранном Михаэлисом, снесло вешней водой.

11 Государственный исторический музей, Отдел письменных источников (далее - ГИМ ОПИ), ф. 395, д. 19, лл. 45 - 50.

12 Н. К. Чупин. В. Н. Татищев. "Сборник статей, касающихся Пермской губернии". Вып. I. Пермь. 1882, стр. 78. Геннин сделал это вопреки указу Берг-коллегии: "Капитану Василию Никитичу Татищеву быть при розыске, а у горного начальства дел ему до окончания [розыску] быть не надлежит" (СОГА, ф. 24, оп. 1, д. 12, л. 203).

стр. 127


На исетские берега прислали полк солдат из Тобольска, плотников, кузнецов, каменщиков из Олонца, крестьян из окрестных слобод. Стройка велась в бешеном темпе. Условия труда были каторжными. Быстрее, чем срубы, росли здесь, на берегах уральской реки, могилы. Весной 1723 г. начались побеги. Беглецов ловили и по приговору военного суда били кнутом, прогоняли через шпицрутены. Но побеги продолжались. "Того ради, - писал Геннин царю, - понужден был.., которые пойманы, перевесить... и ежели не перестанут бежать, жесточе поступать буду"13 . Однако "бежать" не перестали. Геннин снова доносил Петру I: "Собран был Тобольский полк на экзекуцию... 4-х человек вместо смертной казни гоняли шпицрутенами 6 раз, а ноздри не пороты. Василий Жеравцев колесован живой и поднят на колесо поверху и в то время голова отсечена и поставлена на спицу, а два бобыля Широков и Колесников повешены, а Федор бит кнутом на площади и вырваны ноздри и уши отрезаны, сослан на галеру" 14 . Летом 1723 г. здесь работало около 5 тыс. человек. После Петербурга это была крупнейшая стройка России, бесперебойная работа которой обеспечивалась также и в результате беспощадной распорядительности Татищева.

Когда стройка на Исети пошла в нужном темпе, Геннин послал Татищева на Каму, где при впадении в нее речки Ягошихи возводился медеплавильный завод. Но стройка там велась "весьма непорядочно". Приехав на Ягошиху, Татищев сам снял план местности, сделал чертежи будущего завода и других строений, нанял рабочих. Через месяц он писал Геннину, что стройка идет полным ходом. Татищев по праву может считаться одним из основателей двух крупнейших городов Урала - Екатеринбурга и Перми. Осенью 1723 г. он снова на берегах Исети, где строили плотину, завод и крепость. Введенный в состав Сибирского обер-бергамта, он разрабатывает заводские штаты, составляет разные инструкции. При его участии были пущены в ход молотовые будущего Екатеринбургского завода. Между тем еще в феврале 1723 г. Геннин закончил следствие по делу Татищева и Демидовых и доносил Петру I, что до приезда Татищева .на Урал Н. Демидов дерзко нарушал законы "и до сего времени никто не смел ему, боясь его, слова выговорить, и он здесь поворачивал, как хотел... Ему (Демидову. - И. Ш. ) не очень мило, что вашего величества заводы станут здесь цвесть для того, что он мог больше своего железа продавать и цену наложить, как хотел, и работники б вольные все к нему на заводы шли, а не на ваши; а понеже Татищев по приезде своем начал прибавливать или стараться, чтоб вновь строить вашего величества заводы, и хотел по горной привилегии поступать о рубке лесов и обмежевать рудные места порядочно: и то ему також было досадно и не хотел того видеть, кто б ему о том указал... Наипаче Татищев показался ему горд, то старик не залюбил с таким соседом жить и искал как бы его от своего рубежа выжить, понеже и деньгами он не мог Татищева укупить, чтоб вашего величества заводам не быть".

Геннин внес предложение вновь назначить Татищева горным начальником уральских казенных заводов: "Вашему величеству от радетельного и верного моего сердца, как отцу своему объявляю: к тому делу лучше не сыскать, как капитана Татищева, и надеюся, что ваше величество изволите мне в том поверить, что я оного Татищева представляю без пристрастия, не из любви или какой интриги, или б чьей ради просьбы, я и сам его рожи калмыцкой не люблю, не видя его в том деле весьма права и к строению заводов смысленна, рассудительна и прилежна" 15 . Высший суд оправдал Татищева и постановил: с Н. Демидова за то, что "он не бил челом о своей обиде на Татищева у надлежащего суда, но, презирая указы, дерзнул его величество в неправом своем деле словесным прошением утруждать, вместо наказания взять штраф 30000 рублев". Сумма штрафа была огромна даже для Демидова, и потому Петр I, не желая обижать заводчика, многое сделавшего для развития горного дела в России, и не отпугнуть этим штрафом других "охочих" к заводам людей, указал отложить окончательное решение дела о Демидове до приезда с Урала Геннина.


13 "Описание уральских и сибирских заводов". М. 1937, стр. 47.

14 СОГА, ф. 24, оп. 1, -д. 21, лл. 233 - 233 об.

15 Цит. по: С М. Соловьев. История России с древнейших времен. Кн. IХ. М. 1963, стр. 484.

стр. 128


В конце ноября 1723 г. Геннин послал Татищева в Петербург "с нужнейшими делами до его императорского величества... дабы как наискорее из Сената и коллегии решения получить без остановки" 16 . В столице Татищев и в Сенат и в Берг-коллегию входит с новыми предложениями, докладывает царю о нуждах уральских заводов. В феврале 1724 г. царь берет его с собой на Олонецкие заводы и Парциальные воды 17 . Во время бесед с Петром I Татищев предлагает привлечь к освоению горных богатств Урала новых промышленников и по заданию царя подает проект об условиях отдачи медных месторождений "охочим людям в компанию". Этот проект Татищева, состоящий из 25 пунктов, оговаривал права и обязанности будущих членов компании, условия предоставления им кредитов, обеспечения медных рудников и заводов рабочей силой (в том числе и вольнонаемными работниками, "понеже таких заводов без вольных работников содержать невозможно")18 . Проект, отвечавший духу времени, предусматривал для привлечения частного капитала в промышленность предоставление компанейщикам особых льгот и привилегий по сравнению с существовавшим законодательством и практикой. Татищев считал, что материальные затраты казны с течением времени сторицей окупятся благодаря экономическому процветанию страны, росту ее богатства и могущества. Хотя медные месторождения около речки Полевой так и не были переданы в руки частных промышленников (на чем настаивал Татищев), однако некоторые условия его проекта впоследствии вошли в практику взаимоотношений Берг-коллегии с заводчиками 19 .

В 20-е годы XVIII в. Татищев сумел много сделать для развития горного дела на Урале, несмотря на то, что далеко не все его планы были реализованы. Горные деятели конца XIX в. так оценивали начальную пору деятельности Татищева в становлении промышленности на Урале: "Уже в эту первую эпоху своей деятельности он положил основы всех позднейших мероприятий правительства в приуральской области" 20 . Положительно оценивают заслуги Татищева в промышленном развитии страны и советские историки. "Проекты Татищева не носили умозрительный характер, они были связаны с практическими нуждами и в целом отвечали назревшим потребностям экономического развития России. Некоторые его предложения... опережали время и были осуществлены значительно позже... Для него уже на раннем этапе административной деятельности был характерен широкий государственный подход к проблемам промышленного развития страны. Эти проблемы он рассматривал не изолированно, а в комплексе с другими, имевшими народнохозяйственное значение. Проекты Татищева предусматривали развитие металлургической, металлообрабатывающей, а также легкой промышленности; внутренней и внешней торговли; водных и сухопутных путей сообщения и т. д. Татищев придавал большое значение эксплуатации природных богатств Урала и Сибири, подчеркивая, что развитие производительных сил этого обширного края принесет стране великое богатство" 21 .

Почти весь 1724 г. Татищев провел в Петербурге. В это время Петр I усиленно искал не только наследника на трон, но и "наследников" его преобразований, продолжателей реформ. Он оставлял после себя Россию, похожую, по выражению А. Д. Меншикова, на "недостроенную храмину". Кто будет достраивать? Среди тех, кому Петр I собирался вручить свое "наследство", был и В. П. Татищев. Вопреки указу Сената царь не пустил его в 1724 г. на Урал. Он приобщал его к государственным делам и вел с ним те беседы о развитии промышленности, торговли и просвещения страны, на которые впоследствии станет ссылаться Татищев, когда будет создавать свои многочисленные проекты. В октябре 1724 г. Татищева посылают в длительную заграничную командировку в Швецию. Петр надеялся вырастить из него государственного деятеля широкого профиля. Об этом красноречиво гласит инструкция, врученная Татищеву перед отъездом в Швецию. Он должен был ознакомиться как с горными промыслами, так и с "протчими мануфактурами", со шведской промышленностью,


16 ГИМ ОПИ, ф. 395, д. 19, лл. 51, 78.

17 ЦГАДА, ф. 271, оп. 1, кн. 98.

18 А. И. Юхт. Проекты В. Н. Татищева в 1721 -1726 гг. Сборник "История и историки". М. 1973, стр. 327.

19 Там же, стр. 320.

20 "Записки" имп. Академии наук. Т. 55. Приложение N 4. СПБ. 1887, стр. 80.

21 А. И. Юхт. Указ. соч., стр. 324 - 325.

стр. 129


финансовой системой и монетным делом, узнать о состоянии и "порядках при оных", вникнуть в деятельность тамошней Академии наук и библиотек, нанять для работы в России разных мастеров и организовать в Швеции обучение русских учеников горному делу. Кроме того, ему были поручены и "секретные дела": "Смотреть и уведомляться о политическом состоянии, явных поступках и скрытых намерениях оного государства". Причем "сие его величества намерение было словесное" 22 , - писал потом Татищев.

Татищев уехал в Швецию, а в январе 1725 г. умирает Петр I. Хотя правительство Екатерины I и заявило о продолжении петровской политики, но фактически многие преобразования приостанавливаются. Не придают прежнего значения и шведской миссии Татищева: почти ни одно его тогдашнее предложение не находит поддержки. Тем не менее он проделал в Швеции громадную исследовательскую и практическую работу: посещал серебряные копи, медные и железные рудники, горные заводы, денежные дворы, осматривал каналы, шлюзы, верфи, встречался с крупными шведскими инженерами, снимал чертежи с машин, изучал денежную систему, анализировал промышленную и торговую политику шведского правительства. По его многочисленным донесениям, письмам, дневниковым записям можно составить разностороннюю характеристику шведской экономики того времени23 . В мае 1726 г. Татищев возвратился в Петербург. По указу Берг-коллегии он должен был уехать на Урал помощником главного горного начальника. Но Татищев жаждал самостоятельной работы и потому подал Екатерине I проект об устройстве сибирских дорог. Он предлагал организовать судоходство через озеро Байкал, "где путь в Китай и из Китая", снять пороги на реке Ангаре, очистить и вымостить волок от Енисейска до реки Кети, построить в разных местах гостиницы и постоялые дворы для купцов, проложить более короткую дорогу через Урал и Западную Сибирь. "Токмо для того дела, - заключал Татищев свое письмо Екатерине I, - надобно определить человека особного с добрыми помощники, дабы без обиды обывателей и надмеренных расходов по надлежащему сделали". Татищев надеялся, что если его проект одобрят, то он станет его исполнителем 24 . Однако проект о сибирских дорогах был оставлен без внимания.

В то время русская монетная система оказалась в тяжелом положении. Правительство, чтобы выйти из финансовых затруднений, решило выпустить большое количество медных легковесных монет. В феврале 1727 г. именным указом Татищева вместе с сенатором А. Я. Волковым посылают в Москву для восстановления монетного двора, который они застали "истинно как после неприятельского или пожарного разорения: все инструменты разбросаны без всякого призрения, многие под снегом на дворах находятся, деревянное гнило, а железное перепорчено..."25 . Татищев взялся за новую работу со свойственной ему энергией. И хотя вначале ему казалось, что монетный двор в порядок "и в год привести было бы нельзя", но уже через месяц он докладывал, что почти все исправлено. И здесь он действовал не как простой исполнитель, а по всем правилам тогдашней финансовой науки. Он считал, что чеканка легковесной медной монеты приведет в дальнейшем к еще большему расстройству денежной системы, и предлагал проект исправления денежной системы. Но Верховному тайному совету было тогда не до коренных реформ, и проект Татищева оседает в архивах. Усердие Татищева чуть было не привело его к катастрофическим последствиям. Стараясь улучшить монетное дело, он выступил против самого А. Д. Меншикова, который для извлечения большей выгоды предложил выпускать монеты из низкопробного сплава серебра с дешевыми металлами и мышьяком. Татищев запротестовал против "вымышленных" Меншиковым "вредительских денег", за что чуть было не угодил в ссылку. Неустойчивым было положение Татищева и при Петре II, когда долгоруковская партия тоже собиралась выслать его из Москвы как человека опасного.

Татищев принимал активное участие в событиях 1730 г., выступая против верховников, пытавшихся ограничить власть будущей императрицы Анны Ивановны в


22 А. И. Юхт. Поездка В. Н. Татищева в Швецию. "Исторические записки". Т. 88. 1971, стр. 301.

23 Там же, стр. 296 - 335.

24 "Записки" имп. Русского географического общества. Кн. 3. СПБ. 1863, стр. 124 - 128.

25 С. М. Соловьев. Указ. соч., стр. 587.

стр. 130


свою пользу. В принципе он был за самодержавие, правящее в интересах всего класса дворян. Он предлагал расширить состав Сената, ввести выборность руководителей коллегий, губернаторов, высших командиров армии и флота. Хотя проект Татищева остался неосуществленным, все же после воцарения Анны Ивановны он был назначен обер- церемониймейстером; ему пожаловали чин действительного статского советника и 1000 душ крепостных. Вскоре императрица поручила Татищеву составить описание ее коронации, что и было сделано. Татищев был полон новых замыслов, которые он надеялся осуществить на пользу Российского государства и дворянства. Он подает Анне Ивановне один проект за другим. Его "Записка об учащихся и расходах на просвещение России..." - обширный план организации системы образования, предусматривавший создание 200 семинарий, четырех гимназий, двух университетов, Академии ремесел, Кадетского корпуса для дворянства. То были предложения, опиравшиеся на трезвый расчет. Татищев подсчитал, что в России тратилось 160 тыс. руб. на 1850 учащихся, причем тратилось нерасчетливо и неэффективно. Он доказывает, что на 100 тыс. руб. можно обучать 19,5 тыс. детей дворян, духовенства и купцов. Проект Татищева был одобрен императрицей, и она поручила ему составление устава Кадетского корпуса - высшего учебного заведения для дворян. Успешно прошел и его проект создания Академии ремесел из четырех отделений: архитектуры, живописи, скульптуры и механики. Анна Ивановна обещала выдавать на содержание академии 12 тыс. руб. в год и собиралась сделать ее президентом В. Н. Татищева. А пока он занял дол-леность главного судьи Монетной конторы: монетное дело тоже требовало знающего человека. В ноябре 1730 г. Татищев подал в Сенат свое "Мнение" о новой системе выделки денег - целый историко-экономический трактат с примерами из истории монетного дела в России и Западной Европе, обстоятельными расчетами о весе, количестве и ценности новой монеты. Он намерен был "всю нехорошую монету в пользу государства немедля в лучшую переделать".

Но вскоре положение Татищева при дворе изменилось. Власть в стране все больше переходила к фавориту императрицы Бирону, который относился к начинаниям Татищева без энтузиазма. Более того, назревал конфликт с фаворитом. Директор Монетной канцелярии граф М. Г. Головкин предложил Татищеву заменить компанейщиков, подобранных им для вымена старых денег у населения. Возможно, Татищев догадывался или знал, что это Бирон ставит своих людей на выгодное дело, и поэтому он настойчиво отказывался от замены. Отношения с М. Г. Головкиным становятся враждебными. И граф подал Бирону доклад о злоупотреблениях Татищева, хотя фаворит формально и не имел никакого отношения к делам Монетной конторы. Позднее Татищев вспоминал об этом: "Потом я в учреждении монетного дела, хотя явные великие пользы приобрел, но по злости на меня бывшего графа Головкина и лакомством Бирона от того отрешен; компания передела мелких денег невинно разорена и немалая сумма с монетных дворов под именем новой прибыли потерена, причем Головкин с Дудоровым довольно получили, в чем явно обличится могут дела их" 26 . Пока еще не выяснено, был ли виноват в этой истории Татищев. Но, так или иначе, императрица делает "великодушный" жест, прощает его и назначает вместо Геннина на уральские заводы. То был предлог убрать подальше от двора беспокойного человека. Да и старый генерал Геннин уже давно и настойчиво просил, чтобы его отпустили с заводов. Императрица распорядилась, чтобы Татищева отправили на Урал "немедленно и с полной мочью", и повелела президенту Коммерц-коллегии барону П. П. Шафирову, в ведении которого находилось горное дело, составить для Татищева инструкцию.

Эта инструкция не удовлетворила Татищева. Он сам составил новую и добился для горного начальника более широких полномочий и подчинения его не Коммерц-коллегии, а Кабинету министров и лично императрице. Кроме данных ему прав, он взвалил на свои плечи множество дополнительных обязанностей, которые предусматривали не только "иметь старание вновь руды золотые, серебряные и прочих металей и минерален искать", не только строить новые заводы, увеличивать выпуск металла и улучшать его качество, но также основать школы и выработать Горный устав. Он должен был заботиться и об административном устройстве края, организации


26 Там же, стр. 324.

стр. 131


правосудия, почт, собирался составить карту Урала и Сибири, их географическое описание, ставил перед собой и другие проблемы. Еще до отъезда на Урал Татищев начал подбирать энергичных, знающих помощников - Андрея Хрущева, Леонтия Бугримова, Алексея Зубова, Игнатия Юдина и других. По выражению биографа Татищева Н. А. Попова, это была "целая Берг-коллегия, перенесенная на самое место горной промышленности" 27 .

В мае 1734 г. Татищев выехал на Урал. Во время следования к месту назначения он посылал донесения министрам, в которых сообщал о разорении крестьян, о плачевном состоянии Макарьевской ярмарки, о трудностях денежного обращения, и вносил свои предложения по исправлению недостатков28 . В пути он встречается с нижегородским вице-губернатором, чтобы обсудить положение дел с Макарьевской ярмаркой. Он советует казанскому губернатору "учинить" ярмарку на реке Белой, проложить более удобную дорогу от Казани до Екатеринбурга.

Уральские места к тому времени заметно изменились. Здесь работало более десяти казенных заводов да насчитывалось десятка полтора демидовских. Появились новые заводчики - Строгановы, Турчаниновы, Осокины, Тряпицыны. На реках выросло много новых пристаней, от которых плыли на запад караваны судов, груженных дарами уральских недр. И все-таки Татищев остался недоволен горным хозяйством, которое передал ему Геннин. Обращая внимание главным образом на техническую сторону дела, генерал запустил управление и учет. Более того, он (Геннин) пытался скрыть следы своих "грехов". "О щетах вижу, - писал новый горный начальник (Татищев) кабинет-министрам, - что великие были плутни и для того здесь, получа известие о моем прибытии, многие прежние и непорядком лет [документы] сослали в коллегию, где их, чаю, разобрать не могут". Прежде, чем приступить к осуществлению своего тщательно продуманного плана перестройки горного дела, Татищев почти два месяца ездил по уральским рудникам и заводам. В декабре 1734 г. новый горный начальник собрал в Екатеринбурге совещание для обсуждения Горного устава - первого документа подобного рода. Потребность в нем назрела давно. Кроме горных офицеров, были приглашены на обсуждение устава уральские промышленники и их приказчики.

В Горном уставе Татищева были определены права и обязанности "Канцелярии Главного управления Сибирских и Казанских заводов", горных и заводских чиновников, их взаимоотношения с гражданской администрацией и частными предпринимателями, сформулированы правила поисков руд, постройки и эксплуатации заводов, отвода рудных мест, лесных массивов и т. д. На казенных и частных заводах Татищев ввел институт шихмейстеров, которые должны были заниматься организацией производства и отчетности, осуществлять контроль. Хотя Горный устав Татищева так и не был утвержден правительством, но сам он, а затем другие горные деятели практически руководствовались им в течение всего XVIII века. Главным организатором и руководителем горного дела Татищев считал государство, под контролем которого должны находиться казенные и частные заводы29 . Однако его попытки


27 Цит. по: Г. М. Дейч. В. Н. Татищев. Свердловск. 1962, стр. 31.

28 Архив Ленинградского отделения Института истории (далее - ЛОИИ) АН СССР. Архив Воронцова, N 751.

29 Французский историк С. Блан, исследующий экономические взгляды Татищева, пишет: "Татищев проявил себя убежденным сторонником государственного вмешательства. К этому его склоняли как собственный характер, так и цель его миссии. Следует еще раз подчеркнуть, что Татищев по сути своей был чиновником и уполномоченным всемогущего государства. Теории о прерогативах и обязанностях государства, которые тогда "носились в воздухе" и были порождены экономическим развитием страны, едва вступающей на путь капитализма, могли лишь укрепить это коренное убеждение всякого чиновника. Для Татищева данный принцип был совершенно бесспорен и не подлежал обсуждению. К этому добавлялись аргументы, почерпнутые русским администратором из собственного опыта: сознание трудностей, требующих преодоления, врожденное чувство недоверия к частным предпринимателям, убеждение в том, что государство должно сохранить за собой право не только на верховный контроль над самыми богатыми залежами в стране, но и иметь подлинную монополию на их эксплуатацию. Наконец, последнее, но не менее важное - правильное понимание сложных проблем, которые ставило перед молодой русской промышленностью существование в стране системы крепостничества, порождающей неразреши-

стр. 132


взять под контроль частную промышленность натолкнулись на упорное сопротивление уральских заводчиков, прежде всего Акинфия Демидова. Этому промышленному магнату к середине 30-х годов XVIII в. принадлежали 14 заводов, несколько десятков рудников, сотня сел с приписными крестьянами. В 1735 г. появилась даже специальная карта Среднего Урала, на которой были обозначены границы огромной территории в несколько тысяч квадратных верст и красовалась надпись: "Ведомство Акинфия Демидова". Он развернулся с таким размахом, что ему стало тесно на просторном Урале. Контроль горного начальника, конечно, стеснил бы его и вскрыл бы крупные нарушения законов. Поэтому он использовал свои связи и не поскупился деньгами, чтобы в 1736 г. добиться именного указа, запрещавшего Татищеву вмешиваться в заводские дела Демидова. Подобную же привилегию получили и Строгановы.

Вторым ударом по престижу горного начальника Урала явилось создание в августе 1736 г. Генерал-берг-директориума, под началом которого и оказался Татищев. Бирон, видя, что уральские рудники и заводы - довольно прибыльное дело, поставил во главе этого горного органа своего человека - авантюриста и проходимца барона А. К. Шемберга. Татищев некоторое время игнорировал барона, по-прежнему посылая свои донесения в Кабинет министров. И только после еще одного специального указа горный начальник уральских заводов вынужден был признать власть Шемберга. В свою очередь, глава Генерал-берг- директориума отрицательно реагировал почти на все предложения, исходившие от Татищева. Тем не менее к концу 30-х годов XVIII в. уральское горное дело достигло довольно высокого уровня развития. К 1740 г. Урал давал уже более 1 млн. пудов чугуна - больше, чем промышленная Англия вместе с Шотландией30 . Было начато строительство Северского, Сусанского, Висимского, Сылвинского, Мотовилихинского-, Кушвинского и других заводов, открыты новые месторождения железных и медных руд, горного хрусталя, асбеста, каменного угля. Крупнейшим событием в истории горного дела на Урале явилось открытие в 1735 г. железной руды на горе Благодать. Пробная плавка показала, что из гороблагодатской руды "железо явилось самое доброе, мягкое и жильное". Более богатой руды в России еще не знали. Многие заводчики пытались заполучить железную кладовую. Татищев предложил осваивать новое месторождение компанией с помощью как казны, так и частных промышленников, выделив каждому свою часть рудных богатств. По его инициативе осенью 1735 г. около горы Благодать началось строительство казенных железных заводов.

Татищев занимался и многими другими делами: строил дороги, города, крепости, завел почту между Казанью и Сибирью. Особое внимание он уделял Екатеринбургу, где стали возводиться каменные здания: новая горная канцелярия, школа, гостиный двор, библиотека, аптека. С удивительным упорством занимался Татищев устройством школ. Еще во время своего первого пребывания на Урале он создает школы в Кунгуре и на Уктусском заводе 31 , предпринимает попытки организации их и в других местах края. В 1734 г. Татищев нашел школы не полностью укомплектованными. Так, в екатеринбургских школах вместо 100 (по штату) оказалось всего 57 учеников. В Горном уставе Татищев записал, что школы должны быть открыты при каждом не только казенном, но и частном заводе32 . В 1736 г. горный начальник разработал "Учреждение, каким порядком учителям русских шкап поступать", которое служило основным руководством в течение многих лет. Татищеву принадлежит заслуга в устройстве сети школ на Урале и увеличении ассигнований на них. Из столицы приглашались учителя, выписывались учебники, книги, приборы. Кроме общеобразова-


мые проблемы в отношении рабочей силы и чрезвычайно натянутые отношения между представителями земельной собственности (включающей "души" крестьян) и собственности промышленной. Только государство, его законодательство, его уполномоченные могли в данном случае попытаться избежать худшего и... разрешить квадратуру круга" (С. Блан. Татищев и практика меркантилизма. Сборник "Франко- русские экономические связи". М. -Париж. 1970, стр. 149 - 150).

30 С. Г. Струмилин. Очерки экономической истории России. М. 1966, стр. 324.

31 В марте 1724 г. школа из Уктус переведена в Екатеринбург.

32 А. Н. Демидов добился отмены этого распоряжения Татищева под предлогом, что учеба в школе оторвет детей и подростков от заводских работ.

стр. 133


тельных предметов, в этих школах учили искусству рудознатцев, горному делу, механике, строительству плотин для вододействующих цехов, камнерезному и гранильному искусству, токарному, столярному и другим ремеслам. Татищев основал в Екатеринбурге первую на Урале библиотеку, в фонд которой при отъезде в 1737 г. он подарил 1000 книг из личной библиотеки. Д. Н. Мамин-Сибиряк отмечал, что "одна уже эта просветительская миссия доставила бы Татищеву вечную память на Урале" 33 .

Оценивая деятельность Татищева на Урале, один из специалистов горнозаводского дела второй половины XIX в. писал, что, "прокладывая первые борозды по новой земле, он успел оставить здесь такие глубокие, до сих пор неизгладимые следы своих административных трудов, когда не осталось здесь никаких следов от многих других администраторов" 34 . Однако мы должны ясно представлять себе, что Татищев был деятелем крепостнической эпохи. Хотя он и понимал, что вольнонаемный труд производительнее принудительного и во многих своих "мнениях" ратовал за первый, его практика часто расходилась с теорией35 . Вольных работников для быстро развивавшейся горнозаводской промышленности не хватало. Поэтому приходилось пользоваться принудительным трудом в разных формах. По именному указу 1736 г. всем, кто "поныне при фабриках обретаются и обучились какому-нибудь мастерству.., тем быть вечно при фабриках" 36 . Кроме того, молодых приписных крестьян теперь не брали в рекруты, а ставили "в ученики к горным делам и для охранения заводов". Татищев добился издания указа, разрешавшего раскольникам селиться и жить на Урале. Чтобы привязать ссыльных и каторжников к заводам и после окончания срока наказания, Татищев освобождал их от заводских работ на год "для домового строения", выписывал для них "жонок", считая, что семейные "могут жить постояннее и от побегов тем удержаться". Так создавалась постоянная рабочая сила для уральских заводов. Татищев старался привлечь и закрепить на Урале также горных чиновников и специалистов и добился сенатского указа "О сравнении горных чинов с полевыми офицерами", после чего в горную службу стали идти охотнее.

При Татищеве горная власть стала главной на заводском Урале. Кроме горного начальства, никто не имел права распоряжаться в горнозаводской части Урала. В годы деятельности Татищева здесь действовали свои горные законы, существовали свой суд и свое войско. При нем был заложен "первый фундамент того особого, чрезвычайно своеобразного здания, которое было выделено в Урале из общего гражданского управления под наименованием "Горного ведомства" и крепко существовало до 60-х годов нынешнего (XIX. - И.Ш. ) столетия" 37 . На горном Урале Татищев, казалось, закрепился надолго. Но в мае 1737 г. вышел указ о пожаловании его в тайные советники и назначении командиром Оренбургской экспедиции. Уральские заводы по-прежнему оставались под его ведомством.

Башкирия в то время была охвачена восстанием, и в Петербурге требовали, "чтоб здешний домашний внутренний огонь был потушен как можно скорей" 38 . Попытки Татищева успокоить башкир путем переговоров ни к чему не привели. Тогда он жестоко расправился с восставшими, подвергнув смертной казни их вождей. Вместе с тем Татищев сурово наказывал злоупотреблявших властью чиновников и офицеров. Так, он добился смертной казни для капитана Житкова, который "с командой идучи ...без всякой причины" грабил башкирские деревни, избивал и вешал население. Узнав о взятках, казнокрадстве и грабежах местного населения, Татищев отстранил от должности и отдал под суд уфимского воеводу. Он предложил проект нового административного деления и перестройки управления краем, программу хозяйственного переустройства, предусмотрев развитие скотоводства, земледелия и промышленности. Осмотрев летом 1738 г. Оренбургскую крепость, Татищев нашел ее "в ужас-


33 Д. Н. Мамин-Сибиряк. Собрание сочинений. Т. 12. Свердловск. 1951, стр. 247.

34 "Записки" имп. Академии наук. Т. 55. Приложение N 4, стр. 71.

35 См. С. Блан. Указ. соч., стр. 151.

35 "Хрестоматия по истории СССР". Т. II. М. 1953, стр. 159.

37 "Записки" имп. Академии наук. Т. 55. Приложение N 4, стр. 73.

38 С. М. Соловьев. Указ. соч. Кн. X. М. 1963, стр. 598.

стр. 134


ном состоянии". К тому же место для города было выбрано неудачно: весной заливалось водой, было окружено с одной стороны труднодоступными горами, а с другой - бесплодной степью. Для основания нового Оренбурга избрали место близ урочища Красная Гора.

Занимаясь "приласканном и от всяких противностей удержанием кочевников-киргизов" и строя новые крепости, Татищев пытается наладить торговые связи со среднеазиатскими ханствами. Он отправляет в Ташкент большой купеческий караван. Поручику Миллеру, возглавившему караван, Татищев составил наказ, в котором поручал узнать "о состоянии, силе и власти" ханов; выяснить, какие русские товары можно там продавать; привезти образцы азиатских товаров; если "узнается" о серебряной и золотой руде, то достать несколько кусков, а место, где находятся руды, "записать". Каравану были приданы два офицера, которые должны были реки, озера, горы "примечать и записывать"39 . В начале 1739 г. Татищев приехал в Петербург. Он засыпал Кабинет министров, Сенат, Академию наук доношениями, предложениями, проектами. Горное дело и строительство городов, торговля и управление, составление географических карт и административное устройство - множество разных проблем заботит его. Но многие его планы не находили поддержки у правительства. Бирон и его окружение беззастенчиво торговали государственными интересами, доносы и шпионаж стали, по выражению В. О. Ключевского, "наиболее поощряемым государственным служением" 40 .

Среди русского дворянства давно нарождалась оппозиция. Очевидно, через А. Ф. Хрущева Татищев сближается в это время с "кружком" А. П. Волынского, где читает свою "Историю Российскую". Но новые события отрывают его от "конфидентов". Богатства горы Благодать разожгли алчность Бирона, и он, по выражению Татищева, "вознамерился оный государственный доход похитить". Бирон решил действовать через подставное лицо - купца и заводчика Осокина. Горный начальник, по расчетам которого уже через 3 года государство будет получать от Гороблагодатских заводов до 50 тыс. руб, прибыли, отказался передать месторождение целиком в руки Осокина, хотя тот продолжал настаивать. Когда в марте 1738 г. Генерал-берг-директориум вновь направил горному начальнику прошение Осокина, то Татищев ответил: "Мню, что он, Осокин, или без ума будучи, или от кого другого нерассудного или безсовестного на то прельщен". Подобного оскорбления Бирон простить не мог и поручил старому врагу Татищева графу М. Г. Головкину собрать какие-нибудь компрометирующие оскорбителя факты. В Ленинградском архиве АН СССР в фонде А. А. Куника, в течение многих лет собиравшего материалы о В. Н. Татищеве, имеются копии писем Бирона и Головкина, которые убедительно говорят о том, что фаворит императрицы старался найти хоть какой-нибудь повод для отстранения В. Н. Татищева от должности главного горного начальника и командира Оренбургской экспедиции41 .

Стараниями Головкина были разысканы все, кто хоть чем-нибудь был недоволен Татищевым. Таких оказалось немало. Своим крутым и властным характером Татищев успел нажить себе врагов. Доносы посыпались один за другим. На Татищева жаловались бывший уфимский воевода С. В. Шемякин и полковник Бардукевич, отданные им под суд за служебные злоупотребления, купец Иноземцев, наказанный за срыв подрядов, полковник А. И. Тевкелев, имевший с командиром Оренбургской экспедиции острые конфликты. 29 мая 1739 г. Татищева отстранили от всех дел42 . Начала работать следственная комиссия, члены которой были подобраны самим Бироном. Несмотря на явную пристрастность комиссии, она не смогла собрать сколько-нибудь убедительных доказательств виновности обвиняемого. Объяснения Татищева по каждому пункту протокола были настолько убедительны, что комиссия не решалась вынести


39 Караван благополучно миновал Среднюю и Меньшую орды, но был разбит в Большой орде.

40 В. О. Ключевский. Соч. Т. IV. М. 1958, стр. 295.

41 Архив ЛОИИ, ф. 95.

42 Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина (ГБЛ). Отдел рукописей, шифр "Вяземы", 82, N 48. По Петербургу ходили слухи, что Татищев был посажен в Шлиссельбургскую крепость, но документальных подтверждений этому пока нет.

стр. 135


приговор. Бирон и Кабинет министров торопили членов комиссии. Даже императрица запрашивала начальника Тайной канцелярии А. И. Ушакова о деле Татищева и приказывала "репортовать" о нем "немедленно" 43 . Находясь под домашним арестом, Татищев был оторван от Волынского и его друзей, над которыми собралась гроза. Попытка Волынского устранить Бирона кончилась для кабинет-министра трагически: он был арестован, обвинен в "злодейских преступлениях" и 27 июля 1740 г. казнен вместе с П. М. Еропкиным и А. Ф. Хрущевым 44 . Между тем следственная комиссия по делу Татищева продолжала работать безрезультатно. В начале сентября 1740 г. императрица снова потребовала, чтобы "дело о Татищеве всеконечно в сех числах было рассмотрено и решено". Комиссия заторопилась, но нужных доказательств у нее не было. Комиссия отметила это в своем решении и вынесла предварительный приговор - лишить Татищева всех чинов.

В октябре 1740 г. императрица Анна Ивановна скончалась. Бирон стал регентом. Свое правление он начал с объявления манифеста "о прощении некоторых вин преступников и взысканий с подсудимых". Татищева эти "милости" не коснулись. В ноябре Миних арестовал Бирона. Регентшей объявили Анну Леопольдовну. Посыпались новые помилования. Татищев же продолжал оставаться под следствием, а его старый враг Головкин стал вице-канцлером. Татищев подает челобитную в Сенат, в которой выражает недоверие членам следственной комиссии и просит рассмотреть его дело в другом составе. Но челобитной не был дан ход. По совету А. И. Остермана Татищев просит прощения в "винах", но подвергается только новому унижению - комиссия своей работы не прекратила. В июле 1741 г. кабинет-министр Остерман, обеспокоенный раздорами среди калмыков, предложил Татищеву возглавить Калмыцкую комиссию, обещая при этом, что если он успешно справится с делом и примирит "инородцев", то "вымышления клеветников уничтожатся" 45 . В конце ноября 1741 г. Татищев сообщил в своем донесении из Астрахани: "Калмык благополучно развел и одному другого обидеть не допустил"; далее он при этом просил "отпуску на покой". Но Остерману было не до Татищева. В ночь на 25 ноября в результате переворота на русский престол взошла Елизавета Петровна. Остермана приговорили к смертной казни, замененной ссылкою в Сибирь.

Новая императрица издала указ о возврате из ссылок пострадавших в прежнее царствование. Не забыла она и о Татищеве. Приехавший в декабре 1741 г. в Астрахань капитан Приклонский передал Татищеву слова Елизаветы Петровны, что она его помнит. Но приглашения в Петербург Татищев не дождался, а получил назначение на должность астраханского губернатора. Назначение это опечалило Василия Никитича. Испокон веков в отдаленной Астрахани все должности, в том числе и губернаторскую, занимали опальные люди. Татищев просит новых кабинет-министров освободить его от губернаторства, ссылаясь на тяжелую болезнь и на то, что старые обвинения все еще не сняты с него, а потому, находясь в немилости, он не может самостоятельно и решительно действовать на новом посту. На его просьбы не обратили внимания.

Как губернатор Татищев получил тяжелое наследство. Огромная Астраханская губерния была в те времена довольно диким краем. В феврале 1742 г. Татищев писал: "По воле ее имп. вел., хотя и без объявления вины, в сие узилище я определен, где и чрез несколько дней, рассматривая с прилежанием, вижу, что сия губерния так


43 Через несколько дней после этого Гороблагодатские заводы были отданы Шембергу, который не только не заплатил за них ни копейки, но даже получил солидную ссуду. За несколько лет "хозяйничанья" на заводах Шемберг положил в свой карман около 400 тыс. руб. казенных денег и довел Гороблагодатские заводы почти до полного разорения. Это был уникальный грабеж даже для периода "бироновщины". Авантюра Шемберга - Бирона значительно задержала развитие горнозаводского дела на Урале.

44 Взаимоотношения Татищева и Волынского до сих пор остаются невыясненными. Очевидно, их политические взгляды были близки, но обстоятельства не позволили Татищеву принять участие в последних собраниях "конфидентов". Однако Волынский говорил, что если бы высокообразованные люди и "даже Василий Татищев" познакомились с его проектом государственного переустройства, то "нашли б то хорошо" (ЦГАДА, ф. VI, д. 204, л. 8).

45 "Известия" Российской Академии наук, 1925, N 6 - 8, стр. 205.

стр. 136


разорена, как недовольно сведучей поверить не может, понеже люди разогнаны, доходы казенные растеряны или расточены, правосудие и порядки едва когда слыханы, что за так великим отдалением и недивно" 46 .

Татищев наводит порядок в канцелярских и судебных делах, занимается хозяйством, намечает что-то вроде генерального плана преобразования края. Для этого он изучает обычаи и языки местных народов, выявляет природные ресурсы, составляет карты. Он предлагает заселить малолюдную территорию казаками и крещеными "инородцами", построить новые города, проложить сухопутные и водные пути, внедрить в земледелие новые культуры, организовать промыслы и ремесла, развернуть торговлю. Последнюю он считал главным стимулом для развития края. В Астрахани разместились татарские и армянские базары, индийские и бухарские караван-сараи. Татищев нашел, что возможности Астраханского порта используются далеко не полностью. Он укрепляет и расширяет порт, разрабатывает специальные тарифы пошлин, ведет переговоры с купцами Востока. Татищеву приходилось быть и администратором, и военачальником, и судьей, и дипломатом. В его обязанности как астраханского губернатора входили и сношения с пограничными государствами. Особенно зорко он должен был следить за действиями персидского шаха Надира, который намеревался захватить все побережье Каспийского моря. Татищев поддерживал связь с русским резидентом в Ираке, вел переписку с коллегией иностранных дел. Много хлопот губернатору доставляли интриги Английской торговой компании, имевшей большие привилегии в торговле с восточными странами.

В 40-е годы XVIII в. Татищев подал правительству ряд новых записок и проектов: "О китайском торге" (написано совместно с Л. Лангом, русским агентом в Китае), "О рыбных ловлях", "Краткие экономические до деревни следующие записки", "Напоминание на присланное росписание высоких и нижних государственных и земских правительств", "Рассуждение о товарах привозимых и отвозимых Астраханского торга", "Рассуждение о ревизии поголовной и касающейся до оной"47 , "Представление о купечестве и ремеслах в России" и другие. С. Блан, анализируя экономические взгляды этого русского сторонника меркантилизма, отмечал, что "идеи Татищева и его образ действий в том, что касается обогащения русской нации в целом, меньше всего страдают анахронизмом. Несомненно, экономические взгляды Татищева составляют подлинную систему, хотя они и рассеяны по его административным и теоретическим трактатам... Татищев был менее всего кабинетным ученым, занятым лишь разработкой какой-либо "теории". Опыт Татищева- "экономиста" рождался лишь в ежедневном соприкосновении с русской действительностью.., одним словом, в результате всей его административной деятельности. День за днем, не столько под влиянием "модных" книг или идей, сколько в стремлении выявить какие-то общие правила для разрешения конкретных проблем, развивалась в соприкосновении с действительностью его "экономическая мысль" 48 .

Татищев работал в Астрахани с полным напряжением сил. Все, кто встречался с ним в то время, удивлялись его работоспособности. Англичанин Д. Ганвей оставил в своем дневнике такие строки: "Этот старик был замечателен своей сократовской наружностью, изможденным телом, которое он старался поддержать долголетним воздержанием, и, наконец, неутомимостью и разнообразием своих занятий" 49 . Чем настойчивее пытается Татищев осуществить свои проекты, тем чаще он наталкивается на сопротивление. "Что моей здесь горести и едва сносной трудности принадлежит, то я воистинно рад бы как можно отсюда освободиться, ибо вижу, что, хотя много


46 С. М. Соловьев. Указ. соч. Кн. XI. М. 1963, стр. 326.

47 "Татищев первый из русских экономистов сформулировал требование о более совершенной организации государственных финансов и высказал правильную мысль о необходимости в фискальной политике больше учитывать изменения в экономическом положении налогоплательщиков. Состояние налоговой системы России подвергалось критике в "Рассуждении" Татищева, так как правительство не проводило регулярного пересмотра подати и других "налогов", что привело к "отягощению" подданных" (С. М. Троицкий. Финансовая политика русского абсолютизма в XVIII веке. М. 1966, стр. 59 - 60).

48 С. Блан. Указ. соч., стр. 143 - 144.

49 А. С. Марков. Тайный советник. Волгоград. 1968, стр. 100.

стр. 137


трудился и верную услугу мою показал.., но за все оное не токмо награждения не вижу, но и надежды не имею, паче же от злодеев горестное оклеветание и поношение терплю, и мой труд другим приписав, награждение и милость у ее величества исходотайствовали, мне же и жалованья дать не хотят" 50 , - сетует он в письме к кабинет-секретарю императрицы И. А. Черкасову. Он шлет в Петербург челобитную за челобитной с просьбой освободить его от должности губернатора и отпустить на покой.

В середине 1745 г. просьба Татищева была "уважена", но вовсе не так, как он надеялся. Дело в том, что следственная комиссия, несмотря на двукратное прощение "вин" Татищева императрицей, снова возобновила свою работу. Очевидно, кто-то был в этом заинтересован. В апреле 1745 г. комиссия вынесла приговор. Татищев был признан виновным в том, что вел без указа строения в Самаре, что отправил с ташкентским караваном свои товары, что оболгал полковника Бардукевича (признанного невиновным) как "взяточника". Напрасно Татищев шлет свои оправдания (в который уж раз), доказывая, что строения в Самаре он вел не без указа, ибо по инструкции имел право строить по своему усмотрению; что челобитчиков на взятки нет, а есть только доносители, а потому его судить нельзя. Несмотря даже на протест обер-прокурора, признавшего решение комиссии незаконным, сенаторы утвердили приговор. По сенатскому решению Татищев должен был отныне жить в своих деревнях и без указа никуда не выезжать. Ему не разрешают "хотя на малое время" приехать в Петербург. В начале 1746 г. Татищев поселился в своей усадьбе в подмосковной деревне Болдино51 . Надзор сенатских солдат он сначала воспринял как временное явление, надеясь, что вскоре все запреты снимут и он сможет для работы над "Историей Российской" приезжать в Москву и Петербург.

Но напрасно слал он письма в столицу. До самого смертного часа так и не удалось ему покинуть Болдино. Основное занятие его в последние годы жизни - работа над "Историей Российской", которую справедливо считают научным подвигом автора. Но он занимается и другими делами: подает в Академию наук свое "мнение" о затмениях Солнца и Луны, проект "О учинении вольных типографий", предложения об исправлении русского алфавита и о "напечатании азбуки с фигурами и прописями", еще раз "пространно" изъясняет все обстоятельства причин "тягости и беспорядков в настоясчей ревизии", составляет почтовую книгу России, работает над проектами экономического преобразования страны. В 1748 г. он посылает графу М. Л. Воронцову "Представление о купечестве и ремеслах". Интересно объяснение причин, заставивших его взяться за создание этого проекта. "Сколько я... от великого монарха (Петра I. - И. Ш. ) к научению и познанию способов к знанию економии государственной чрез многие годы приобрел, толику я, яко должный, прилежал.., дабы тот данный мне талант приусугубленный явить, а не в землю и под спуд лености и неблагодарности скрыть, но елико можно от плода того к пользе и чести государя и государства служасчее в дар принесть" 52 . Идеи, изложенные Татищевым в "Представлении", отражали потребности экономического развития России. Наиболее дальновидные идеологи господствующего класса дворян уже в 40-х годах XVIII в. настойчиво ставили вопрос о необходимости изменить курс экономической политики и создать благоприятные условия для развития торговли и промышленности в стране, улучшив положение купечества, увеличить доходы государства от сбора таможенных пошлин и приток в Россию драгоценных металлов53 .

Татищев умер 15 июля 1750 г., не успев завершить многое из того, то собирался сделать. Он был зачинателем многих дел, которые продолжили потомки, и во многих отношениях первопроходцем, по следу которого шли другие. Он действовал как один из самых последовательных выразителей и защитников дворянских интересов, но в то же время его научная работа и практические дела имели общенациональное значение, способствовали экономическому и культурному развитию тогдашней России.


50 Цит. по: С. М. Соловье в. Указ. соч. Кн. XI, стр. 330.

51 С. Н. Валк. В. Н. Татищев в своем болдинском уединении. "Проблемы истории феодальной России". Л. 1971.

52 "Исторический архив". Т. VI. 1951, стр. 279.

53 См. С. М. Троицкий. Указ. соч., стр. 109.

Опубликовано 31 мая 2017 года



КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА (нажмите для поиска): Василий Никитич Татищев



© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?