Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ есть новые публикации за сегодня \\ 23.09.18


Рецензии. М. С. КАПИЦА, Н. П. МАЛЕТИН. СУКАРНО. ПОЛИТИЧЕСКАЯ БИОГРАФИЯ

Дата публикации: 17 мая 2018
Автор: В. А. Аркатов
Публикатор: Шамолдин Алексей Аркадьевич
Рубрика: БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ
Номер публикации: №1526553354 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


В. А. Аркатов, (c)

найти другие работы автора

М. Мысль. 1980. 331 с.

Авторы - профессор, доктор исторических наук М. С. Капица и доцент Московского института международных отношений МИД СССР доктор исторических наук Н. П. Малетин поставили перед собой задачу проследить эволюцию первого индонезийского президента как политика и идеолога в тесной связи с социально-политическими переменами в стране. Им удалось справиться с этой задачей. Фактически монография отражает все основные этапы индонезийской истории новейшего периода.

Авторы сумели дать объективную, сбалансированную оценку индонезийского лидера, продемонстрировав его заслуги и сильные стороны и не умолчав о негативных аспектах его жизни и политической деятельности. Они убедительно обосновали свой подход принадлежностью Сукарно к мелкобуржуазным радикальным кругам интеллигенции и его эволюцией.

Являясь работой обобщающей, книга, естественно, впитала в себя все лучшее, что написано о покойном президенте в советской и зарубежной историографии. Вместе с тем это - самостоятельное творческое исследование, где читатель найдет много свежих, убедительных оценок и выводов. Так, авторы отмечают, что вынужденное политическое лавирование Сукарно нередко до неузнаваемости искажало первоначальные цели, которые он перед собой ставил (с. 210). Действительно, "аномальность" своего положения в республике, вызванную отсутствием стабильной политической опоры, подчеркивал и сам Сукарно: "Мое руководство не есть следствие победы какой-либо политической партии или воинского соединения... Я не принадлежу ни к какой партии. Я никогда не вел войска - ни в битву, ни даже в государственный переворот" 1 .

Среди ценных обобщений, сделанных авторами, - вывод о том, что персонификация власти Сукарно в 1958 - 1965 гг. со всеми сопутствующими ей атрибутами не являлась исключительно следствием преднамеренно проводимого курса президента, но в известной степени была и закономерным явлением, объективно подготовленным массовой психологией, традиционным сознанием населения Явы (с. 198). Ряд интересных выводов имеется также на страницах 171, 190, 197 и т. д.

Мировоззрение Сукарно в зените его идейно-политической зрелости авторы обоснованно характеризуют как субъективный мелкобуржуазный утопический "социализм" народнического типа, тесно переплетающийся с радикальным антиимпериалистическим национализмом (с. 84 - 85). Такое понимание созвучно оценкам ряда советских историков 2 и не вызывает сомне-


1 Sukarno. Reflections upon the Indonesian Revolution. Djakarta. 1964, p. 12.

2 См., напр., Губер А. А. Избранные труды. М. 1976, с. 71 - 93; А. Б. Беленький. Об идейном наследии Сукарно. - Азия и Африка сегодня, 1980, N 12; Цыганов В. А. Национально- революционные партии Индонезии (1927 - 1942). М. 1969, с. 36 - 48, 83 - 88.

стр. 149


ний. Авторы убедительно показали корни эклектизма сукарновских общественно-политических теорий и программ. Нельзя не согласиться с их выводом о том, что Сукарно не был оригияальным теоретиком и глубоким аналитиком общественных явлении (с. 34). Нередко он заимствовал у различных - порой противоположных - общественных теорий привлекавшие его аспекты и пытался слить их в едином синтезе.

Вместе с тем - и это бесспорная удача книги - в ней показано, что эклектизм Сукарно не означал идейных метаний. Ряд узловых положений своей доктрины индонезийский лидер с поразительной последовательностью и настойчивостью отстаивал всю жизнь - даже тогда, когда верность им угрожала его благополучию и самой жизни. Среди них авторами отмечаются боевой антиимпериализм, лозунг НАСАКОМа (единства в массовом национальном движении националистических, коммунистических и религиозных сил), недоверие к буржуазной "либеральной демократии". К последовательно проводимым им идеям можно было бы, кроме этого, отнести своеобразную теорию "перманентной" национальной революции; убежденность в том, что состав органов народного представительства в независимой Индонезии не должен исчерпываться депутатами от политических партий; веру в особое, лидирующее место Индонезии в Юго-Восточной АЗИИ, отведенное ей историей ввиду обширности ее людских и природных ресурсов.

Авторы прослеживают "перерождение как режима "направляемой демократии", так и его главы" (с. 200), сползание последнего на позиции мелкобуржуазного "революционаризма". М. С. Капица и Н. П. Малетин пресдодели субъективистские оценки этого прсцесса, столь частые в историографии Запада 3 . Они вскрыли и объективную сторону дела: трагедию азиатского народника и мелкобуржуазного революционного националиста, пережившего свое время. Развитие и укрепление капиталистических отношений в Индонезии неумолимо размывало милые сердцу Сукарно патриархально-традиционные устои деревенской общины, все резче обостряло классовую борьбу, все настоятельнее ставило в порядок дня прогрессивные общественные преобразования, которых Сукарио желал, но еще более страшился. В этой ситуации его национализм неизбежно приобретал консервативно-буржуазную окраску, а с ней-оттенок национальной исключительности и шовинизма, а сукарновский революционаризм выродился в манипуляцию массовым сознанием.

Кем же был Сукарно: социальным революционером, "сливающимся" с КПИ и готовящимся сделать эту партию своей "политической наследницей", как считает, например, американский автор П. Хаусведелл, социальным консерватором, объективно защищавшим интересы коррумпироважной бюрократической элиты (голландский историк Я. Плювье и австралиец Дж. Легге), или - беспринципным политиканом, преследующим прежде всего собственные корыстные интересы (австралийский автор С. Пендерс) 4 ? Книга опровергает все три толкования, подкрепляя складывающееся в советской историографии мнение, что первый индонезийский президент в центр своих общественно-политических концепций ставил национальное, государственное и социальное единство, в интересах чего ограничивал и сдерживал как правые, так и левые силы, закрывая при этом глаза на то, что отстаиваемая им "золотая середина" размывается потоком истории. Сердцевиной воззрений Сукарно никогда не был ни коммунизм, ни ислам, а всегда - национализм, что заставляло и его самого неизменно занимать центристские, "балансирующие" позиции. Поскольку в политической позиции Сукарно прочно запечатлелся примат массовой борьбы над борьбой верхушечной, он всегда стремился использовать КПИ для связи с организованными массами, ибо в условиях Индонезии конца 50-х - начала 60-х годов ни одна политическая сила не имела большего контакта с широкими массами.

Авторы детально прослеживают развитие отношений Сукарно с армейской верхушкой, в целом убедительно показывая их эволюцию от партнерства к противоборству. Здесь уместно, однако, сделать некоторые дополнения. Достоин упоминания тот факт, что в начале 50-х годов президент


3 Dahm В. Sukarno and the Struggle for Indonesian Independence. Ithaca - Lnd. 1969; Penders C. L. M. The Lite and Times of Sukarno. Lnd. 1974.

4 Hauswedell P. C. Sukarno: Radical or Conservative? - Indonesia (Ithaca), 1973, N 15; Pluvier J. M. Confrontations. A Study in Indonesian Politics. Kuala Lumpur. 1965; Legge J. D. Sukarno. A Political Biography. Harmoridsworth. 1973; Penders C. L. M. Op. cit.

стр. 150


отказывал армии в праве на самостоятельную политическую роль в обществе. Не менее важным обстоятельством является то, что инициатором возвращения к конституции 1945 г. был генерал Насутион, а не Сукарно. Это убедительно показали Дж. Легге и А. Ю. Юрьев 5 . Некоторые сомнения вызывает утверждение, что "инициатива в конфронтации с Малайзией" принадлежала, в частности, армейской верхушке (с. 219): в 1963 г. позиции армии были уже настолько сильны, что генералитет едва ли нуждался во внешнеполитической авантюре. Сукарно же, как хорошо продемонстрировано авторами, напротив, был заинтересован, чтобы надолго "застрять в конфронтации" (с. 221) и таким образом отвлечь внимание масс рт внутренних трудностей, искусственным путем "сплотить национальное единство", К этому можно было бы добавить, что "конфронтация" позволяла направить в это удобное русло энергию КПИ, а заодно - занять армию ее "прямыми обязанностями", оттягивая тем самым схватку двух сил-соперниц.

Представляется, что в монографии Сукарно выглядит более ревностным мусульманином (с. 46, 59), чем он был в действительности. Как правильно подчеркивает А. Б. Беленький, "Сукарно отказывался от... религиозного обоснования национального единства и был последовательным поборником секуляризма" 6 . При чтении страниц 289 - 290 может возникнуть представление, что перед сессией Временного Народного Консультативного Конгресса в июне 1966 г. потенциального преемника себе Сукарно подбирал сам, тогда как к тому времени этот кардинальный вопрос, несомненно, решался внутри генеральской верхушки.

Широкий охват источников и литературы, эрудиция авторов, всесторонний и объективный подход к предмету исследования уже привлекли к рецензируемой книге пристальное внимание как историков-востоковедов, так и широких читательских кругов.


5 Legge J. D. Op. cit., pp., 301, 306, 315; А. Ю. Юрьев. Индонезия после событий 1965 г. М. 1973, с. 7.

6 Беленький А. Б. УК. соч., с. 21.

Опубликовано 17 мая 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.


Ваше мнение?


Загрузка...