Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

РАЗНОЕ есть новые публикации за сегодня \\ 19.02.18

КОММУНИСТИЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ В ЯПОНИИ В ПЕРВЫЕ ПОСЛЕВОЕННЫЕ ГОДЫ

Дата публикации: 14 февраля 2018
Автор: И. И. КОВАЛЕНКО
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: РАЗНОЕ
Номер публикации: №1518610109 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


И. И. КОВАЛЕНКО, (c)

найти другие работы автора

В своем выступлении на Пленуме ЦК КПСС 25 октября 1976 г. Л. И. Брежнев назвал Коммунистическую партию Японии (КПЯ) среди трех наиболее массовых компартий капиталистических стран1 . В ее рядах, как отмечалось на XV съезде КПЯ (февраль - март 1980 г.), насчитывается свыше 440 тыс. членов, она располагает в парламенте 41 депутатским мандатом, пользуется большим влиянием в местных органах самоуправления, издает много литературы, ведет за собой значительную часть рабочего класса, крестьянства и других трудовых слоев населения Японии. Как отмечалось в приветствии ЦК КПСС, направленном Председателю Президиума ЦК КПЯ тов. К. Миямото по случаю его 70-летия, Коммунистическая партия Японии "превратилась во влиятельную политическую силу японского общества и снискала себе авторитет среди народных масс"2 . Это было признанием значительного успеха, которого партия добилась после того, как она в 1945 г. впервые за время существования (основана в 1922 г.) получила право на легальную деятельность.

После военного разгрома японского милитаризма КПЯ пришлось начинать свою деятельность почти на пустом месте. Дело в том, что она была разгромлена и прекратила свое существование как организованная сила в 1935 г., а ее отдельные группы, действовавшие в стране, не имели между собой связи. Тысячи коммунистов были расстреляны и замучены в тюрьмах, а оставшиеся в живых находились в заключении. В результате восстановления КПЯ после окончания второй мировой войны рабочий класс, трудящиеся Японии вновь обрели боевой штаб революционного движения, авангардную партию, вставшую во главе борьбы народа за национальное и социальное освобождение, за мир, демократию и социальный прогресс. В первые трудные послевоенные годы были заложены организационные и идейно-политические основы компартии, созданы необходимые предпосылки для ее быстрого продвижения вперед.

Выйдя из тюрем, где они находились по 15 - 18 лет, ветераны коммунистического движения Кюити Токуда, ЁСИО Сига, Кэндзи Миямото, Ким Тэн Кай, Дзютоку Куроки, Сёдзиро Касуга, Сигэо Камияма, Ко Наканиси и другие сразу же приступили к организационному восстановлению партии. Был образован Комитет содействия росту и укреплению партии, во главе которого встал старейший деятель партии Токуда. Комитет энергично взялся за работу по возрождению партии в общенациональном масштабе.

11 октября 1945 г. в Токио состоялся первый легальный коммунистический митинг, на котором присутствовало 600 человек. На нем были


1 См. Л. И. Брежнев. Ленинским курсом. Т. 6. М. 1978, с. 172.

2 "Правда", 21.X. 1979.

стр. 72


обнародованы два документа КПЯ, написанные Токуда и Сига еще в тюрьме, - "Обращение к народу" и "Новый курс борьбы"3 . Нашей целью, подчеркивалось в обращении, является свержение императорского строя и установление народно-демократической республики. КПЯ требовала выполнения положений Потсдамской декларации - устранения военщины и бюрократии, ликвидации паразитического землевладения, и крупных монополий. Компартия выступала за проведение демократических реформ, установление всеобщего избирательного права, улучшение жизни рабочих, введение системы коллективных договоров, ликвидацию безработицы, установление 8-часового рабочего дня и т. п. Второй документ касался форм и" методов организационной деятельности партии. В нем говорилось о том, как компартия должна относиться к массовым организациям, таким, как социалистическая партия, или профессиональным и крестьянским союзам, которые в то время стихийно возникали во многих районах страны. Здесь также ставился вопрос о создании единого фронта и о месте КПЯ в нем. Японские коммунисты обратились к лидерам Социалистической партии Японии (СПЯ) с предложением о сотрудничестве, однако те заявили, что этот вопрос можно будет обсудить после того, как обе партии закончат свое организационное оформление.

Взяв курс на быстрейшее восстановление КПЯ, Комитет содействия созвал 18 ноября 1945 г. партийную конференцию для решения вопросов, связанных с проведением съезда партии. 1 декабря 1945 г. в Токио открылся IV съезд КПЯ - первый легальный ее съезд за всю историю ее существования. Он состоялся 19 лет спустя после III съезда, проходившего в декабре 1926 года. Перед делегатами стояла огромной важности задача. Необходимо было не только решить организационные вопросы, но и дать анализ сложившейся в стране обстановки, наметить программный курс и выработать тактику борьбы за новую, демократическую Японию. Основная трудность заключалась в том, что в течение 10 лет, когда КПЯ не функционировала как единая общенациональная организация, не накапливался и не обогащался опыт политической и организационной деятельности, в результате чего уцелевшие партийные кадры значительно отстали в идейно-теоретическом отношении, не были знакомы с важнейшими достижениями теории и практики мирового революционного движения. Делегаты, собравшиеся на съезд, не имели достаточного опыта руководства массовым демократическим движением, не владели искусством организации крупных общенациональных кампаний в защиту интересов трудящихся, в борьбе за новую Японию.

IV съезд КПЯ, состоявшийся 1 декабря 1945 г., принял Программу действий и Устав партии, избрал Центральный Комитет в составе Токуда, Миямото, Хакамада, Куроки, Ким Тэн Кай, Камияма и семи кандидатов в члены ЦК. Генеральным секретарем ЦК был избран Токуда. Таким образом, КПЯ была официально восстановлена, и в этом заключалось главное значение IV съезда партии.

Много лет японский рабочий класс не имел руководящего пролетарского центра. Лучшие представители народа стихийно поднимались на борьбу против гнета монополий и военно-фашистской диктатуры, но их выступления носили разрозненный характер и жестоко подавлялись карательными органами абсолютистского режима. Воссоздание КПЯ открывало благоприятные перспективы для освободительной борьбы японского народа. Широкие народные массы видели в КПЯ свой боевой штаб, организующую силу общенародного движения в борьбе за новую, миролюбивую и демократическую Японию. В принятой съездом Программе действий указывалось, что грабительская, агрессивная война, которую вел военно-полицейский режим, унесла несколько миллионов


3 "Нихон Кёсанто но годзюнэн". Токио. 1972, с. 17 (на япон. яз.).

стр. 73


жизней, вызвала лишения десятков миллионов людей и оставила после себя множество инвалидов. Рабочих и крестьян, все трудовые массы Японии постигли небывалые в истории нищета, голод и безработица. "Наша партия - коммунистическая партия, - подчеркивалось в Программе действий, - в течение прошедших 24 лет вела всестороннюю борьбу против преступной империалистической войны, развязанной императорским режимом. Именно поэтому партия подверглась зверскому насилию и всевозможным преследованиям, а многие партийные деятели в течение десяти с лишним лет томились в тюрьмах - этих бастионах попрания прав человека"4 .

Несмотря на разгром японского милитаризма, указывалось в Программе действий, императорское правительство все еще упорно добивается сохранения прежних порядков, проводит в отношении союзных держав двойственную линию - внешнего подчинения и скрытого противодействия - и не желает осуществлять демократическую политику. Более того, оно пытается установить контроль над массовым движением и готовит возрождение милитаризма.

Программа действий требовала: строго выполнять Потсдамскую декларацию; распустить антидемократические объединения; строго наказать военных преступников; отменить императорскую конституцию и обеспечить введение самим народом демократической конституции; предоставить свободу слова, собраний, печати, вероисповедания, право на забастовки и уличные демонстрации; отделить церковь от государства; сократить рабочий день и ввести 44-часовую рабочую неделю; учредить систему социального страхования за счет капиталистов, включая государственную систему страхования на случай безработицы, по болезни, инвалидности и пенсии по старости; установить контроль над продовольствием и другими товарами первой необходимости; обеспечить жильем всех бездомных, оказать помощь пострадавшим от войны, демобилизованным солдатам, семьям солдат, погибших на войне, а также репатриантам.

Компартия, указывалось в Программе действий, будет бороться за упразднение императорской системы и установление народного республиканского правительства, за роспуск Тайного совета, верхней и нижней палат парламента и введение демократической однопалатной системы. IV съезд потребовал предоставить избирательное право всем мужчинам и женщинам, достигшим 18- летнего возраста. Он особо подчеркнул необходимость борьбы за создание единого фронта путем объединения всех демократических сил, за обеспечение свободы профсоюзов и заключение коллективных договоров. Значительное внимание съезд уделил социально-экономическим проблемам. Он выступил за конфискацию всех земель, принадлежавших помещикам, а также лесов, полей и пустующих земель для свободного перераспределения их между крестьянами. КПЯ высказалась за слияние всех банков в единый государственный банк под управлением народа, за установление рабочего контроля над важнейшими отраслями промышленности под руководством народно-республиканского правительства.

В Программе действий подчеркивалось, что осуществление этих практических требований невозможно без объединения революционных, демократических сил, всех угнетенных масс в масштабе страны, что без руководства компартии - авангарда рабочего класса - эта борьба не может привести к окончательному успеху. Были намечены организационные меры по всестороннему укреплению партии, активизации борьбы за повседневные требования рабочих и всех трудящихся; созданию единых отраслевых профсоюзов; усилению борьбы крестьян против помещиков, направлению недовольства народных масс и их протестов в рус-


4 "Нихон Кёсанто-но корёсю". Токио. 1957, с. 193 (на япон. яз.),

стр. 74


ло борьбы за свержение императорского строя и искоренение милитаризма. На съезде был заслушан доклад "О направлении практической деятельности в отношении профессиональных союзов и крестьянских организаций" и принята резолюция "Об отношении к профсоюзам"5 .

Выполнение этих организационных задач, подчеркивалось в Программе действий, требует, чтобы все члены партии овладевали марксизмом- ленинизмом и стремились повысить свой идейно-политический уровень, преодолевали оппортунистические тенденции, строго соблюдали партийную дисциплину, усиливали повседневную массовую борьбу. "Вокруг нас, - указывалось в Программе, - сплачиваются народные массы, которые в результате более чем двадцатилетней борьбы нашей партии поверили в КПЯ и связали с ней свои ожидания. Массы, пробуждающиеся в обстановке порожденной войной нищеты, горячо надеются на КПЯ. В целях объединения всех демократических сил наша партия создаст единый фронт вместе со всеми организациями и силами, с которыми можно сотрудничать ради достижения практических целей"6 .

В январе 1946 г. в Японию возвратился из эмиграции видный деятель компартии Сандзо Носака, который длительное время осуществлял связь КПЯ с Коминтерном, а затем вел работу среди японских военнослужащих в Китае, основав в освобожденных его районах несколько антифашистских школ для этой цели. Он возглавлял также Антивоенную лигу и Союз японских коммунистов, находившихся в Китае. 14 февраля было опубликовано совместное заявление руководства КПЯ и Носака, в котором отмечалось полное совпадение мнений относительно правильности курса на уничтожение императорского строя и указывалось на необходимость создания единого фронта на основе общей программы. Имелось в виду, что каждая партия и группировка, входящие в этот фронт, исходя из его программы, определят свою позицию по важнейшим вопросам совместной борьбы и, не отдавая предпочтения ни одной партии или группировке, будут развивать взаимное сотрудничество в рамках фронта, в интересах борьбы за общедемократические цели японского народа. Выступая 26 января 1946 г. в парке Хибия (Токио), Носака разъяснил смысл и значение единого фронта. Он заявил, что все партии Японии, придерживающиеся различных идейных и политических установок, должны действовать сообща в борьбе за мир и социальный прогресс. Носака предложил заинтересованным партиям создать "Объединенный комитет", который бы занялся выработкой программы "демократического фронта". Такая постановка вопроса свидетельствовала о широком подходе возрожденной компартии к проблеме сплочения масс, мобилизации всех здоровых сил нации на борьбу за демократические преобразование страны.

После возвращения Носака был созван очередной, V съезд КПЯ (в конце февраля 1946 г.). На нем с политическим отчетом выступил Токуда. Носака сделал доклад о создании единого демократического фронта. Делегаты съезда обсудили задачи партии в связи с парламентскими выборами, программу по аграрному вопросу, задачи по работе среди женщин и молодежи, вопрос о продовольственном положении и др. Была принята "Декларация съезда", наметившая основной стратегический курс партии, пересмотрены Программа действий и Устав, избран Центральный Комите в составе 20 членов и 20 кандидатов в члены ЦК. В отчетном докладе был отмечен рост рядов партии, усиление ее влияния в массах. Если во время работы IV съезда КПЯ в партии насчитывалось всего 1083 члена, то в течение трех последующих месяцев ее численность возросла почти в 7 раз. На V съезде было объявлено, что 6847 человек официально заявили о своей принадлежности к партии


5 "Сэкки", 26.XII. 1945.

6 "Нихон Кёсанто-но корёсю", с. 199.

стр. 75


(фактически в КПЯ состояло тогда 7500 членов), а тираж газеты "Акахата", выходившей в те дни пять раз в неделю, превышал 250 - 260 тыс. экземпляров. Токуда отметил укрепление связей компартии в массах: под влиянием ее уже тогда находилось 800 тыс. членов профсоюзов и до 20 тыс. членов крестьянских союзов.

"Декларация съезда" требовала ликвидации абсолютной монархии и установления вместо императорской власти демократической системы, при которой суверенитет будет принадлежать народу, создания демократической республики и народно-республиканского правительства, подотчетного однопалатному парламенту, искоренения милитаризма, ликвидации паразитического помещичьего землевладения, наказания военных преступников, роспуска монополий, установления минимума заработной платы и 7-часового рабочего дня, рабочего контроля над банковскими учреждениями и главными отраслями промышленности. Коммунисты предлагали очистить центральные и местные органы власти от реакционных чиновников, ввести систему выборности всех должностных лиц и подотчетности их перед избирателями, предусмотреть возможность немедленного их отзыва в случае незаконных действий с их стороны, учредить тщательный народный контроль за действиями властей7 .

В декларации указывалось, что после завершения буржуазно-демократической революции КПЯ в соответствии с условиями общественного развития страны возьмет курс на мирный переход к социализму с использованием демократических методов. "Партия убеждена, - отмечалось в декларации, - что с точки зрения естественного развития общества такой переход неизбежен. Что касается полного осуществления такого перехода, то партия стремится добиться его без насилия, не прибегая к диктатуре, с помощью демократического народного правительства, соответствующего общественному развитию в Японии, мирными воспитательными средствами"8 . Разоблачая клевету господствующих классов, будто КПЯ отрицает личную собственность, декларация четко заявляла, что партия ставит своей конечной целью отмену частной собственности на средства эксплуатации человека человеком, то есть на капиталы капиталистов и на землю помещиков, передачу их во всеобщее пользование и устранение таким образом эксплуататорской системы9 .

В новых условиях, созданных поражением японского империализма и оккупацией страны, КПЯ твердо отстаивала необходимость строгого претворения в жизнь положений Потсдамской декларации, боролась за последовательное осуществление демократической революции, главная цель которой состояла в свержении монархии и искоренении полуфеодального землевладения. Партия сосредоточивала усилия на проведении широкой программы мер, направленных на демилитаризацию страны и демократизацию ее политической, экономической и общественной жизни. Под лозунгами борьбы "за рис, землю и свободу", "за создание рабоче-крестьянского правительства" КПЯ выступала в защиту подлинных интересов народа, требовала принятия срочных мер для преодоления послевоенных трудностей, порожденных господством абсолютистской монархии и захватническими, агрессивными войнами.

После периода известной растерянности, вызванной военным поражением, японские правящие круги, в руках которых по-прежнему оставалась государственная власть, сосредоточили свои усилия на том, чтобы не допустить демократических преобразований в стране. Политика кабинета К. Сидэхара, пришедшего к власти в октябре 1945 г., как и политика его предшественника принца Хигасикуни, в основном сводилась


7 Там же, с. 200.

8 Там же, с. 203.

9 Там же, с. 204.

стр. 76


к тому, чтобы сохранить монархическую систему, помещичье землевладение, экономическую мощь концернов и прежний бюрократический аппарат. Директивы командующего оккупационными войсками в Японии генерала Д. Макартура, издававшиеся в осуществление и развитие Потсдамской декларации о демократизации страны, японское правительство, как правило, принимало к исполнению без особых возражений, внешне проявляя полную покорность. Однако эти директивы с молчаливого согласия американских оккупационных властей не выполнялись или проводились в жизнь лишь частично.

В центре политической борьбы в первое время стояли вопросы пересмотра конституции, подготовки к всеобщим выборам, земельной реформы, разрешения продовольственного кризиса, наказания военных преступников, чистки государственного аппарата от фашистских элементов, создания единого демократического фронта. Вокруг этих главных политических проблем и развернулась борьба между прогрессивными силами, стремившимися к радикальным переменам, и реакцией, пытавшейся сохранить позиции господствующих классов в неприкосновенности. Правительство Японии старалось сделать все, чтобы не допустить развития революционного движения и оставить незыблемыми старые порядки. Его политика была направлена на то, чтобы обострить положение в стране и получить от американских властей санкцию на расправу с демократическими силами под предлогом ответственности последних за "беспорядки" в стране, а также с целью вынудить США пойти на более мягкие для господствующих классов Японии условия мира. При этом правящие круги Японии пытались всячески запугать американские власти "красной опасностью", указывая на быстрый рост авторитета и влияния КПЯ. Агентство "Дзидзи цусин" 23 января 1946 г. сообщало: "Популярность компартии все возрастает. Штаб партии ежедневно получает от 200 до 1 тыс. писем, а также денежные пожертвования в партийный фонд. Ежедневно от 1. до 2 тыс. человек посещают штаб с просьбой принять в члены партии. Среди желающих вступить в партию много представителей рабочих и интеллигенции"10 .

В условиях развертывавшейся борьбы демократических сил особое значение стал приобретать вопрос о создании единого демократического фронта. От правильного решения этого вопроса во многом зависело, насколько быстро и беспрепятственно будут осуществляться в стране демократические преобразования. КПЯ придавала первостепенное значение созданию единого демократического фронта. Об этом говорилось в докладе Носака на V съезде и в его решениях. В соответствии с курсом, намеченным съездом, руководство КПЯ вторично обратилось к социалистической партии с предложением создать единый фронт. Учитывая значительные принципиальные расхождения между двумя партиями, представители КПЯ заявили, что, если между обеими партиями не будет достигнуто единство взглядов по такому важному вопросу, как отношение к императорскому строю, они предлагают выступать совместно в повседневной борьбе - при проведении забастовок в защиту прав и интересов рабочих и при организации выступлений крестьян за удовлетворение их требований. Однако и на этот раз социалистическая партия заявила, что "она отказывается вести совместную борьбу как в центре, так и на местах"11 .

Поскольку социалистическая партия мотивировала свой отказ от создания единого фронта несогласием с позицией КПЯ по вопросу об отношении к императору и императорскому строю, коммунисты еще в ноябре 1945 г. создали демократическую Лигу освобождения народа, в


10 "Дзидзи цусин", 23.I.1946.

11 К. Иноуэ, С. Оконоги, С. Судзуки. История современной Японии. М. 1955, с. 296.

стр. 77


программе которой вопрос об императоре не ставился. Программа лиги предусматривала роспуск всех антидемократических организаций, наказание военных преступников, уменьшение арендной платы, обеспечение населения работой и жильем, 8-часовой рабочий день и т. д. КПЯ призывала социалистов вместе с лигой включиться в борьбу, отложив на время решение всех спорных вопросов. Однако и на этот раз Центральный исполнительный комитет социалистической партии, ссылаясь на внутрипартийные причины и объективные общественные условия, ответил отказом.

КПЯ открыто выступила с критикой тактики руководства социалистической партии, которое не считалось со стремлением низов к единству действий и срывало создание демократического фронта. В заявлении КПЯ от 7 января 1946 г. подчеркивалось, что "позиция социалистической партии... противоречит интересам народной демократической революции"12 . Многие отделения СПЯ на местах вопреки линии своего руководства требовали установления единства действий с коммунистами. Отделевие СПЯ в префектуре Аомори открыто объявило себя сторонником единого фронта с компартией. Такие же тенденции проявлялись в организациях СПЯ в префектурах Тотиги, Гумма, Миэ, Окаяма, Ибараки и других. Отделение социалистической партии префектуры Гифу заявило о разрыве с ЦИК своей партии, возлагая на него ответственность за отсутствие единого фронта с коммунистами.

Газета "Асахи", обобщая настроения рядовых членов СПЯ, отмечала: "Массы инстинктивно чувствуют безотлагательную необходимость организации народного фронта. Влияние феодалов потрясено до основания, но пока оно не заменено демократическим влиянием, оно может подняться, используя хаос переходного периода. Организация единого демократического фронта - вопрос первостепенной важности"13 . Под давлением рядовых членов партии ЦИК СПЯ вынужден был созвать 16 января 1946 г. пленум для обсуждения этого вопроса. Он принял резолюцию, в которой признавалось, что нынешнее положение требует создания единого фронта, но что субъективных и объективных условий для этого пока еще нет. В резолюции пленума отмечалось, что социалистическая партия считает возможным образование единого демократического фронта в зависимости от результатов всеобщих выборов. ЦК КПЯ заявил, что он приветствует изменение позиции СПЯ, и предложил не откладывать создания единого фронта до проведения выборов, а использовать тактику единого фронта в ходе самих выборов14 .

Движение за единый демократический фронт принимало все более широкие размеры. В Токио 15 демократических организаций культуры учредили Объединенный комитет по созданию организации единого фронта. Такой же комитет начал функционировать в Киото, куда вошли 20 демократических организаций, включая коммунистов, социалистов, оппозиционно настроенных либералов, представителей рабочих и крестьянских союзов. Подобные комитеты возникали и в других районах страны. Несмотря на это, создание демократического фронта оттягивалось социалистами на неопределенное время. По требованию левого крыла партии 29 января 1946 г. постоянный комитет СПЯ еще раз рассмотрел вопрос о сотрудничестве с коммунистами и создании единого демократического фронта. Большинством в один голос комитет отклонил требование левого крыла и подтвердил решение пленума ЦИК от 16 января 1946 года15 . Правое крыло партии все настойчивее выдвигало идею соглашения с правыми партиями, в первую очередь с либера-


12 "Акахата", 7.I.1946.

13 "Асахи", 15.I.1946.

14 "Акахата", 18.I.1946.

15 "Сякай симпо", 30.I.1946.

стр. 78


лами, которые категорически отказывались от участия в едином фронте с коммунистами.

Отказ социалистов принять предложение коммунистов о единстве действий объяснялся главным образом тем, что СПЯ выступала против ликвидации императорского строя. В своем проекте конституции, опубликованном в марте 1946 г., социалисты заявляли, что "верховная власть принадлежит государству (народной общине, включая императора)". Они разделяли верховную власть на главную ее часть, которая принадлежит парламенту, и меньшую часть, которая должна оставаться в руках императора16 . Таким образом, СПЯ отвергала суверенитет народа. Только компартия отчетливо выдвигала этот принцип, настаивая на ликвидации императорского строя и создании демократической республики.

СПЯ с самого начала не была единой, крепко сплоченной партией, придерживавшейся определенной идеологии. Хотя в ее программе можно было найти требования демократии, мира и социализма, они носили главным образом пропагандистский характер и были рассчитаны лишь на привлечение масс. Дело в том, что СПЯ сложилась на базе довоенных социал-демократических партий и левых групп. В ней объединились социал-демократы самых различных направлений - от крайне правых, таких, как К. Мацуока и С. Нисио, сотрудничавших с милитаристскими кругами до и во время войны, до левых социалистов из прежней "роноха" ("рабоче-крестьянская фракция"), выступавших за революционные преобразования мирным путем и допускавших возможность единых действий с КЛЯ. Руководящую роль в создании СПЯ сыграли правые социалисты. Будучи крайне неоднородной по своему составу, СПЯ оказалась неспособной возглавить борьбу трудящихся масс. Она уже в тот период выступала в основном как парламентская партия. Правое крыло, находившееся у руководства ею, проводило соглашательскую политику, часто шло на поводу у японских монополий и американских оккупационных властей.

Что касается позиции буржуазных политических партий в отношении императорского строя, то все они являлись сторонниками сохранения монархии. Наиболее рьяной защитницей императорского строя и его институтов являлась Японская либеральная партия (Нихон дзиюто, создана 9 ноября 1945 г.), объединившая в своих рядах представителей императорской бюрократии, монополистического капитала и крупных помещиков. Аналогичную позицию занимала и другая буржуазная партия - Японская прогрессивная партия (Нихон симпото, образована 16 ноября того же года), защищавшая интересы средней и крупной буржуазии, помещиков и верхушечных слоев крестьянства. Обе буржуазные партии считали, что реформа государственного строя должна свестись к некоторому расширению полномочий парламента при сосредоточении верховной власти в руках императора. Наглядное представление о сущности вновь созданных буржуазных партий дает тот факт, что в ходе чистки государственного аппарата, проводившейся в соответствии с директивой штаба союзнических войск, 260 из 274 депутатов палаты представителей от прогрессивной партии были изгнаны из парламента за сотрудничество с военщиной в годы второй мировой войны. Из 46 депутатов - членов либерально-демократической партии 19 были лишены мандатов. Что касается СПЯ, то из 17 ее депутатов 11 оказались соучастниками военной агрессии и также были исключены из парламенте.

Только компартия не была запятнана участием в захватнической войне. Вот почему широкие народные массы возлагали свои надежды прежде всего на коммунистов, вставших во главе общенародной борьбы за демократизацию и демилитаризацию страны. Курс КПЯ, принятый


16 Подробнее см. "Нихон Кёсанто-но годзюнэн", с. 72.

стр. 79


на ее IV и V съездах, указал основное направление внутренней политики - полностью осуществить принципы Потсдамской декларации и довести до конца демократические преобразования. Однако в стратегическом курсе КПЯ имелись просчеты. Один из них заключался в том, что коммунисты оказались не в состоянии дать объективную оценку американской оккупационной армии. В уже упоминавшемся "Воззвании к народу", опубликованном за подписью Токуда и Сига в день освобождения их из тюрьмы 10 октября 1945 г., оккупационная армия характеризовалась как "освободившая мир от фашизма и милитаризма". Такая оценка в основном была принята и на IV и V съездах партии. Это было одностороннее мнение: авторы обращения заостряли внимание только на том факте, что оккупационная армия представляет антифашистскую коалицию союзных держав, провозгласивших Потсдамскую декларацию, и не видели опасности, которая состояла в том, что фактически речь шла об оккупации страны американским империализмом17 .

В декларации V съезда КПЯ, определившей политический курс партии, была взята линия на мирное развитие революции в условиях оккупации страны. В докладе на V съезде КПЯ Носака не только дал субъективистскую оценку роли американской оккупационной армии, но и развил "теорию" о возможности полностью завершить демократическую революцию и добиться в условиях оккупации осуществления социалистической революции мирными средствами, через парламент. Обосновывая свою концепцию, Носака указывал на пять факторов, которые обусловливали, по его мнению, реальность указанного стратегического курса. Это упадок и паника в рядах старых господствующих классов, вызванные поражением в войне; роспуск армии и ослабление полиции; роспуск монополистических объединений - дзайбацу; предоставление политических свобод народу и легализация компартии; распад мировой капиталистической системы. При этом он заявлял, что принятие курса на "мирную революцию" означает "японизацию марксизма-ленинизма".

Это положение вызвало беспокойство Токуда, который в отчетном докладе съезду попытался исправить указанную ошибку, заявив: "Мирный, демократический путь не означает, что мы должны ослабить свою боевую мощь или даже вовсе лишиться ее, что революцию можно осуществить простым парламентским методом, собрав депутатов и ограничившись беседой с ними... Разумеется, наш метод действий через парламент неразрывно связан с тактикой революционного парламентаризма"18 . Были и другие критические замечания со стороны членов ЦК, однако они не обсуждались на съезде, так как не предлагалось никакой альтернативы курсу, выдвинутому Носака. Съезд одобрил изложенный в докладе Носака стратегический курс партии, гласивший, что грядущая демократическая революция может быть завершена парламентским путем, а затем мирными, воспитательными средствами будет осуществлена социалистическая революция, в связи с чем якобы отпадет необходимость в применении насилия для достижения этой цели19 .

Ошибочность курса на "мирную революцию" определялась тем, что он исходил из оценки оккупационной армии как "армии-освободительницы" и игнорировал империалистическую сущность оккупационной политики США. Одобрение V съездом такой политической линии, видимо, объяснялось надеждой многих японских коммунистов, в том числе руководящих деятелей партии, на дальнейшее продолжение сотрудничества антифашистских сил, начатого в ходе второй мировой войны с


17 Там же, с. 105.

18 Токуда. Доклад на V съезде КПЯ. "Дзэн'эй", 1946, N 4.

19 Подробнее см. Носака. О декларации V съезда; "Декларация V съезда" "Акахата", 23.II.1946.

стр. 80


целью уничтожения фашизма и милитаризма. Упускались из виду непримиримые противоречия между антидемократическими, империалистическими силами, с одной стороны, и силами социализма и демократии - с другой. Это противоречие начало с особой силой проявляться уже в 1947 году. Другой причиной появления иллюзий в отношении перспектив мирного развития революции послужила политика, которую в первые годы после войны проводили оккупационные власти сверху в интересах американского империализма. Осуществляемые штабом Макартура реформы, несмотря на свою противоречивость и ограниченность, носили в конечном счете позитивный характер, но главная суть их, их цель состояла в том, чтобы обновить японский капитализм, сделать его более современным, поставить его в зависимое положение от американских монополий и, наконец, сбить волну поднимавшегося революционного движения, не допустить демократизации Японии снизу - руками рабочего класса и его союзников.

Надежды на возможность осуществления социалистической революции в то время, когда страна находилась под иностранной оккупацией, на деле оказались иллюзией. Объективно задача КПЯ состояла в том, чтобы правильно оценить реальную действительность и наметить прежде всего действенный путь освобождения страны от гнета оккупации. Обстановка требовала правильной ориентировки масс, разъяснения того факта, что проводившиеся сверху реформы имели ограниченный характер и не могли означать осуществления демократической революции в интересах народа. Дальнейшее развитие событий в мире и Японии показало, что уже во второй половине 1948 г. оккупационные власти встали на путь подавления компартии и демократических сил, стремившихся к осуществлению более глубоких социально-экономических перемен, к коренному преобразованию всего японского общества. В распоряжении КПЯ было немало фактов для того, чтобы убедиться в резко отрицательном к ней отношении со стороны оккупационных властей. Правда, в первые дни после выхода коммунистов из подполья штаб Макартура привлекал их к работе по выявлению военных преступников. Лидеры КПЯ нередко бывали в нем и получали там информацию , по различным вопросам. Но с самого начала было ясно, что оккупационные власти стремились привлечь на свою сторону КПЯ, направить ее деятельность по ложному пути, превратить ее в организацию, лишенную способности вести за собой массы.

Отношение оккупационной администрации к КПЯ стало резко меняться после первомайской и "рисовой" демонстраций 1946 г., которые показали возросшие силы и организованность коммунистов. В печати было объявлено о готовящемся во время первомайской демонстрации покушении на жизнь Макартура. Однако история с заговором против него оказалась провокационной выдумкой. Открыто враждебный выпад против коммунистов был сделан председательствовавшим в Союзном совете для Японии американским представителем Д. Ачесоном 15 мая 1946 года. Касаясь первомайской петиции, в которой обращалось внимание Макартура и членов Союзного совета на притеснения демократических организаций со стороны японского правительства, он заявил, что этот документ является переводом с иностранного или составлен по указке из-за границы (намек на Советский Союз). Американский представитель демагогически утверждал, что этот документ преследует цель "коммунистической пропаганды". Он не преминул подчеркнуть, что "Америка не одобряет коммунизм не только у себя дома, но и в Японии". Поскольку предложение обсудить петицию демонстрантов на заседании Союзного совета внес советский представитель, то Ачесон, обращаясь к нему, сказал: "Союзный совет для Японии должен содействовать демократизации Японии, но, по моему мнению, в данном случае

стр. 81


оказание помощи одним из государств - членов Совета какой-либо из партий как на заседании Совета, так и вне его идет вразрез с нашими прямыми задачами"20 . Это был выпад не только против японской демократии, но и против Советского Союза.

После "рисовой" демонстрации Макартур предпринял практические шаги к тому, чтобы подавить активность КПЯ и левых профсоюзов. В специальном приказе он объявил демонстрации насилием, которое начинают практиковать недисциплинированные элементы. Макар-тур предупредил, что впредь он не разрешит демонстрации, если так называемые радикальные элементы японского общества не будут проявлять сдержанности и самоконтроля. Он одобрил реакционные антирабочие законы, подготовленные японским правительством и принятые парламентом, в том числе закон о регулировании трудовых отношений, против которого особенно возражали японские профсоюзы и оппозиционные партии. С лета 1946 г. американская военная полиция стала практиковать аресты членов ЦК КПЯ и других руководящих работников партии. Издания ее и левых организаций - газеты, журналы, брошюры- подвергались жесткой американской цензуре. Грубейшим нарушением демократических свобод, провозглашенных союзными державами в Потсдамской декларации, явился приказ Макартура о запрещении всеобщей забастовки, назначенной на 1 февраля 1947 года. Главнокомандующий союзническими войсками квалифицировал ее как "смертоносное социальное оружие". Эти и другие антидемократические действия американских оккупационных властей развязывали руки японской реакции, которая все активнее переходила в наступление на КПЯ и другие левые организации. Японские власти, пользуясь поддержкой оккупантов, всячески затрудняли деятельность КПЯ в массах, поощряли антикоммунистическую пропаганду.

В официальной истории компартии, изданной ЦК КПЯ в 1972 г. в связи с ее - 50-летием, дается следующая оценка обстановки в стране и стратегии партии в тот период: "В новой обстановке того времени, когда предполагалось разрушить императорский абсолютистский политический строй и создать демократический политический строй во главе с парламентом, для освободительной борьбы японского народа и деятельности партии возникли новые условия, которых не было до войны. Это одна сторона вопроса. Другая состояла в том, что в Японии, поставленной в условия сепаратной оккупации американским империализмом, правила оккупационная армия, обладавшая абсолютной властью, большей, чем парламент. Когда движение японского народа за демократические преобразования противоречило политике оккупантов, усиливалась опасность, что его мирное демократическое развитие будет прервано оккупационной армией с помощью насильственных и принудительных мер. Ошибочная оценка, данная "Декларацией съезда" оккупационной армии как "армии- освободительницы", привела к неправильному пониманию сложных перспектив освободительной борьбы японского народа. Считать, что в условиях господства оккупационной армии существуют гарантии достижения целей демократической революции мирным путем и даже возможен переход к социалистической революции, означало впадать в оппортунистическую ошибку. В этом состояла самая главная ошибка"21 .

Линия на "мирную революцию" в условиях оккупации дезориентировала рабочий класс и широкие массы трудящихся, вызывала у них вредные иллюзии о возможности проведения демократической революции сверху, ослабляла натиск демократических сил на капиталистические порядки, вносила дезорганизацию в их ряды, лишала их ясной


20 "Дзидзи симпо", 20.V. 1946.

21 "Нихон Кёсанто-но годзюнэн", с. 106 - 107.

стр. 82


перспективы и затуманивала цели борьбы. Когда в конце 1945 г. в стране началось стремительное нарастание борьбы рабочих, крестьян и городских слоев населения за свои права и демократию, за улучшение жизненных условий, КПЯ не имела достаточно четкой и ясной политической линии руководства массами, что не могло не сдерживать развертывания революционного движения рабочего класса, общенародного подъема борьбы за мир, демократию и социальный прогресс. Не имея правильного компаса, партия не могла использовать в полной мере огромный потенциальный заряд революционной энергии, таившейся в рядах рабочего класса и всех трудящихся Японии.

Однако, несмотря на все трудности, авторитет и влияние КПЯ быстро росли. В апреле 1946 г. ее численность составила 15 тыс. членов, в августе того же года - около 30 тысяч. Агентство "Дзидзи цусин" в сообщении от 15 ноября 1946 г. указывало, что к концу 1946 г. КПЯ насчитывала в своих рядах около 50 тыс. членов22 . При местных отделениях партии создавались группы сочувствия. 18 ноября 1945 г. возродился Коммунистический союз молодежи Японии. Партия быстро расширяла свое влияние в массовых организациях трудящихся. Наиболее крупными из них были: Японский конгресс производственных профсоюзов, Крестьянский союз, ряд демократических организаций, объединявших творческую интеллигенцию - работников науки и культуры, издателей, журналистов, артистов, учителей, студентов. Из них наиболее влиятельными были Японский союз демократической культуры, Общество по изучению Советской России, Общество демократических ученых, Общество демократического образования, Общество литературы новой Японии, Комитет независимых киноработников, Общество поэтов новой Японии, Лига врачей новой Японии, Японское общество современной музыки, Общество юношеской литературы и ряд других. Почти все эти организации издавали свои журналы или газеты. Весной 1946 г. в Японии было создано Общество культурных связей с Советским Союзом. Его руководителем был избран известный деятель искусства и культуры коммунист Ё. Хидзиката, который одновременно занимал пост директора Пролетарского театра в Токио.

Идеологическая и воспитательная работа КПЯ проводилась в первые послевоенные годы через газеты "Акахата", "Дзиммин симбун", журнал "Дзэн'эй", а также путем издания значительного количества политических брошюр, авторами которых были руководящие деятели КПЯ, а также перевода книг и брошюр советских авторов. Перевод и издание марксистско-ленинской и другой массовой политической литературы были сосредоточены в университете марксизма-ленинизма, открытом в мае 1946 года. Эта литература выпускалась различными демократическими издательствами. В декабре 1945 г. при ЦК КПЯ была создана постоянно действующая партийная школа с трехмесячным сроком обучения. В школе читались лекции по политэкономии, историческому материализму, о международной политике, мировом коммунистическом и рабочем движении.

Большое воздействие на деятельность партии, всего коммунистического движения оказывал в то время Токуда, пользовавшийся огромным авторитетом не только в КПЯ, но и среди самых широких слоев населения Японии. Умение Токуда быстро ориентироваться в обстановке, улавливать настроение масс, его качества организатора, склонность к практической работе делали его выдающимся руководителем. Недостатки политического курса партии компенсировались самоотверженной деятельностью ее рядовых членов, их непоколебимой верой в правоту идеалов, за которые они боролись.


22 "Дзидзи цусин", 15.XI. 1946.

стр. 83


В 1945 - 1946 гг. компартия превратилась в значительную политическую силу, оказывавшую большое влияние на развитие демократического движения. Экономическая борьба рабочих, развернувшаяся с конца 1945 г., переросла в 1946 г. в борьбу за установление контроля над производством; в апреле 1946 г. развернулось широкое народное движение за свержение кабинета Сидэхара; 19 мая состоялась демонстрация за преодоление продовольственного кризиса; в июле имели место активные действия Федерации профсоюзов рабочих и служащих государственных железных дорог и профсоюза моряков; в октябре прошли выступления профсоюзов рабочих электротехнической и угольной промышленности, а также профсоюзов служащих радио и газет. Все это свидетельствовало о стремительном нарастании революционной борьбы широких масс трудящихся Японии, которую возглавила КПЯ.

Таким образом, военный разгром японского империализма и провозглашение государствами антигитлеровской коалиции политики, направленной на искоренение японского милитаризма, создали благоприятную возможность для роста демократического движения в Японии и демократизации страны. Широкие массы японского народа, в течение длительного периода политически, экономически и духовно порабощенные феодализмом и милитаризмом, впервые стали приобщаться к общественной жизни и, используя открывшиеся возможности, приступили к созданию массовых организаций для борьбы за демократические преобразования в стране.

Японская реакция, потерпевшая поражение, но сохранившая свои основные политические и экономические позиции, не только не сложила оружия, но стала активизироваться, перестраивать свои ряды, не гнушаясь никакими средствами в борьбе против демократизации страны, за сохранение устоев императорской системы. Американские оккупационные власти, несмотря на ряд широковещательных деклараций о демократических реформах и борьбе за искоренение японского милитализма, фактически дали японским господствующим классам и их политическим партиям возможность саботировать директивы оккупационных властей и тем самым поощряли японскую реакцию к борьбе против сил демократии и способствовали сохранению старой японской военно-полицейской машины. В этих условиях подлинные представители демократических сил, и в первую очередь коммунисты, развернули движение за создание единого демократического фронта как основной силы в борьбе против реакции, за демократизацию Японии.

Советский Союз с первых дней капитуляции японского милитаризма вел последовательную борьбу за демилитаризацию и демократизацию Японии. Он неоднократно выступал с заявлениями, разоблачавшими политику саботажа, которую проводили американские оккупационные войска - в отношении претворения в жизнь положений Потсдамской декларации, вносил конкретные предложения, направленные на развитие Японии по пути мира, демократии и социального прогресса. Политика СССР в отношении послевоенной Японии оказывала огромную помощь демократическим силам страны, возглавляемым КПЯ, в их борьбе за искоренение фашизма и милитаризма в стране, за демократическое обновление японского общества.

 

Опубликовано 14 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?