Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЭКОНОМИКА есть новые публикации за сегодня \\ 14.12.17

Вопросы теории. СОВРЕМЕННАЯ "ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ" В СВЕТЕ РЕАЛИЗМА

Дата публикации: 21 октября 2007
Автор: Т. ЛОУСОН
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ЭКОНОМИКА - Теория экон. развития →
Источник: (c) Журнал "Вопросы экономики", 2006, №2
Номер публикации: №1192972446 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Т. ЛОУСОН, (c)

найти другие работы автора

Вопросы теории. СОВРЕМЕННАЯ "ЭКОНОМИЧЕСКАЯ ТЕОРИЯ" В СВЕТЕ РЕАЛИЗМА
Автор: Т. ЛОУСОН


Статья Тони Лоусона впервые на русском языке представляет одно из направлений современной методологии социальных наук - критический реализм 1 (не путать с критическим реализмом в искусстве!) в его приложении к экономической науке. Тони Лоусон - лидер группы экономистов, чьим девизом может служить название его недавней книги "Реориентируя экономическую науку" 2 . Критические реалисты считают, что "мейнстрим" современной экономической науки завел ее в тупик и на повестке дня остро стоит вопрос о пересмотре ее философских и методологических оснований.

Как и многие другие критики неоклассического "мейнстрима", критические реалисты отвергают его позитивистские философско-методологические установки: эмпиризм в трактовке научного знания и дедуктивизм в методе. Эмпиризму противопоставляется реализм как философское учение, согласно которому реально существующее не сводимо к эмпирически данному. В развитие этой установки вводится онтологическая иерархия реального, действительного и эмпирического. Под реальным (real) понимается то, что существует само по себе, независимо от наличия познающего субъекта и доступности реальных объектов для наблюдения. Такая реальность определяется как нетранзитивная, то есть не изменяющаяся в процессе ее познания субъектом. Эмпирическое (empirical) - это реальность, как она представлена в опыте и доступна наблюдению. Наконец, действительное (actual) - промежуточный онтологический уровень, соответствующий реальности как упорядоченной последовательности событий или состояний. Реальность, представленная в совокупности фактов (эмпирия) и/или событий, транзитивна: она может меняться с накоплением опыта или совершенствованием средств познания, даже если реальность сама по себе остается неизменной. Задача науки, по Бхаскару и Лоусону, состоит в постижении реальности на ее глубинном уровне. В противовес позитивистам, для которых упорядоченность событий совпадает с эмпирическими закономерностями, критические реалисты понимают ее как выражение свойств нетранзитивной реальности - имманентно присущих ей структур, механизмов, объективных законов и тенденций.

Применительно к социально-экономической реальности подобные структуры и механизмы, как правило, не только ненаблюдаемы, но и


--------------------------------------------------------------------------------

1 С философскими идеями лидера этого направления Роя Бхаскара и его последователей Маргарет Арчер и Уильяма Аутвейта можно познакомиться по опубликованным фрагментам их работ: Бхаскар Р. Общества // Социо-Логос. М.: Прогресс, 1991; Аутвейт У. Реализм и социальные науки: Действие, структура и философия. // Там же; Арчер М. Реализм и морфогенез // Теория общества: Фундаментальные проблемы. М.: Канон-Пресс-Ц, 1999.

2 Lawson T. Reorienting Economics. L. and NY.: Routledge, 2003.

стр. 75


--------------------------------------------------------------------------------

непонятны для индивидов, вовлеченных в их функционирование. Соответственно познание таких механизмов создает предпосылки для выработки критического к ним отношения - отсюда самоназвание "критический реализм", равно как и экономико-политическая установка Т. Лоусона на трансформацию сложившихся структур взамен позитивистской прагматической установки на контроль событий.

Из сказанного достаточно очевидно, что идейные корни критического реализма следует искать в философии Гегеля и Маркса - традиции, хорошо знакомой отечественной обществоведческой аудитории.

И сильные, и слабые стороны критического реализма связаны с трактовкой методов решения поставленных в его рамках проблем. Сильная сторона концепции - масштабность в постановке научной задачи. Не секрет, что приверженность неоклассического "мейнстрима" методологическому индивидуализму наталкивается на серьезные трудности при объяснении целого класса социально-экономических явлений, представляющих собой непредвиденные результаты сознательной деятельности людей 3 . У неоклассики нет даже языка для обсуждения природы механизмов, порождающих такие результаты. "Онтологический поворот" в экономической теории, за который ратует Т. Лоусон, - шаг в правильном направлении.

К сожалению, позитивная программа Лоусона не столь убедительна. Она построена на противопоставлении "дедуктивизма" неоклассики и метода абдукции философа Ч. Пирса. Жесткое противопоставление этих методов вряд ли корректно хотя бы потому, что функции абдукции и дедукции в познавательном процессе весьма различны и отнюдь не исключают одна другую. Первый метод относится к стадии выдвижения гипотез, второй - к этапу их обоснования и проверки.

Кроме того, пафос критики Лоусона в адрес "мейнстрима" направлен не столько против самого метода, сколько против его философской интерпретации. Модели неоклассиков часто фиксируют столь же ненаблюдаемые структуры и механизмы (например, механизм совершенной конкуренции), сколь и гипотезы, генерируемые методом абдукции. Разница - в их истолковании: фиксируют ли они скрытые механизмы самой реальности или выступают всего лишь удобным инструментом обобщения эмпирических наблюдений. Понимание природы гипотез-моделей имеет значение для общей ориентации научного поиска и зависит от философских убеждений ученых. С познавательной ценностью конкретных теоретических конструкций это напрямую не связано. О том, насколько достоверно и полно такие конструкции позволяют осмысливать реальность (эмпирическую или сущностную), судить в любом случае можно лишь в той мере, в какой эта реальность поддается наблюдению и/или практическому воздействию.

Хочется надеяться, что публикация полемической статьи Тони Лоусона даст новый импульс обсуждению широкого круга фундаментальных проблем современной экономической науки.

к.э.н. О. Ананьин


--------------------------------------------------------------------------------

3 См., напр.: Блауг М. Методология экономической науки. М.: НП "Вопросы экономики". 2004. С. 102.

стр. 76


--------------------------------------------------------------------------------

Т. ЛОУСОН, Кембриджский университет (Великобритания)

Направление современной экономической науки, получившее в устах защитников ее ортодоксальной версии название "чистой теории" или просто "теории", в настоящее время находится в состоянии кризиса. Все чаще возникают сомнения в адекватности отражения этой теорией событий реального мира и в ее пользе для формулировки задач экономической политики. Предпринимаются различные попытки трансформировать ортодоксальную науку, однако, по моему мнению, от предлагаемых вариантов "лечения" не стоит ожидать существенных результатов. Задача данной работы как раз и состоит в определении подлинных проблем неоклассического проекта и выявлении путей их преодоления.

Изменение черт ортодоксальной "чистой теории"

В современной экономической литературе "экономическая теория" характеризуется как наука, которая сосредоточивается на индивидуальных, а не на коллективных действиях; на обмене, а не на производстве или распределении; на оптимизационных, а не рутинных процедурах принятия решений; на совершенной конкуренции, а не на олигополии или монополии; на структурах, способствующих появлению постоянной (или убывающей), а не возрастающей отдачи от масштаба; на предположениях о совершенной информации и точных прогнозах или о "рациональных ожиданиях", а не на ситуациях неопределенности; на конечных состояниях, неподвижных точках и равновесии, а не на процессах, проходящих во времени; а также на функциях (полезности, издержек, предпочтений, прибыли и др.) с предсказуемым поведением (дифференцируемых, выпуклых и т.д.).

Правда, склонные к рефлексии теоретики хотя и признают важность этих характеристик, большую их часть все же не относят к числу фундаментальных. В работах Фрэнка Хана "Апология экономической теории" и "Равновесие и макроэкономика"1 выделяется лишь ограниченный набор непременных характеристик неоклассической экономической теории: во-первых, методологический индивидуализм; во-вторых, принятие некоторой аксиомы рациональности; в-третьих, преиму-


--------------------------------------------------------------------------------

Lowson T. A Realist Perspective on Contemorary "Economic Theory" // Journal of Economic Issues. 1995. Vol. 29. No 1. P. 1 - 32.

1 См.: Hahn F. In Praise of Economic Theory: The 1984 Jevons Memorial Fund Lecture. London: University College, 1985; Hahn F. Equilibrium and Macroeconomics. Oxford: Basil Blackwell, 1984.

стр. 77


--------------------------------------------------------------------------------

щественное изучение равновесных состояний2 . Кроме этого, Хан упоминает о предпочтении общих и простых теорий более частным и убежден в необходимости разграничения аксиом и предпосылок. В отличие от аксиом (например, о рациональности поведения), которые не вызывают сомнения, поскольку считаются адекватными эмпирическим данным, предпосылки, по его мнению, выглядят менее надежными и нужны для того, чтобы начать какое-то конкретное исследование.

В такой перспективе современная экономическая теория выглядит более вразумительно. В самом деле, если многие характерные, но уязвимые для критики черты теории - это всего лишь предпосылки (а не аксиомы), то для оценки теории они несущественны. В этой связи часто прибегают к метафоре строительных лесов, давая понять, что большинство этих предпосылок можно заменить или совсем упразднить, оставляя само здание в неприкосновенности. В свою очередь, при особом значении, которое придается поведению рациональных индивидов, становится ясным, почему столь многие характерные черты теории (например, гипотезы в отношении поведенческих установок, предпочтений, ресурсов и т.д.) так или иначе описывают ситуации, в которых находится индивид. Этим же объясняется и повышенное внимание к обмену, а не к производству или распределению. Ибо только обмен можно правдоподобно представить как одномоментное взаимодействие независимых индивидов. Словом, пусть не все3 , но значительная часть того, что характеризует ортодоксальную теорию, в версии Хана находит свое объяснение.

В свете этого традиционного взгляда может показаться, что в рамках ортодоксального проекта в последнее время происходит нечто необычное. Сейчас "первосвященники" ортодоксии, по-видимому, серьезно меняют свои проповеди, а философы - свои интерпретации. Вместо рациональных индивидов мы теперь видим, с одной стороны, автоматы или "элементарные частицы"4 , действующие стохастически по фиксированным (то есть не зависящим от ситуации и от контекста) правилам, а с другой стороны - группы или сообщества, некоторым образом скоординированные, дабы действовать как один рациональный индивид5 . Вместо идеи равновесных состояний появляется


--------------------------------------------------------------------------------

2 Ф. Хан отмечает, что его приверженность первому свойству "довольно сильна", во втором он уверен меньше, но все же принимает его, поскольку оно оказывается "теоретически плодотворным" (Equilibrium and Macroeconomics. P. 2), что же касается третьего свойства, то в нем у него "сомнений нет" (Op. cit. P. 3).

3 Например, почему в основу неоклассической теории положено исследование равновесных состояний, ведь преимущественное изучение равновесных состояний не является аксиомой? Хан замечает: "Нет аксиомы, согласно которой экономика всегда находится в равновесии" (См.: Hahn F. In Praise of Economic Theory... P. 14). Что, далее, заставляет следовать принципам методологического индивидуализма и аксиомам рационального поведения? На основании каких эмпирических данных подобные утверждения могут считаться беспрекословными? На самом деле подобными вопросами никто всерьез не задавался, хотя любой анализ природы и проблематики ортодоксальной теории должен их затрагивать, что мы и делаем в этой работе. На данном этапе, однако, важно подчеркнуть проницательность оценок Хана и их авторитетность в среде теоретиков.

4 См.: Canning D. Equilibrium, Learning and Economic Dynamics: Mimeo. Cambridge, 1990.

5 См.: Kirman A. The Intrinsic Limits of Modern Economic Theory: The Emperor Has No Clothes // Economic Journal. 1989. Vol. 99. No 395. P. 126 - 139.

стр. 78


--------------------------------------------------------------------------------

множество других концепций, а вместо простых, общих предпосылок и "изящных" теорем, основанных на этих предпосылках, потенциальным "теоретикам" советуют концентрироваться на более сложных, специфических ситуациях и применять методы компьютерного моделирования. Предполагается, что в будущем экономической теории придется обратиться к проблемам биологии, психологии, социологии и истории. Как написал сам Хан: "Наши преемники будут меньше исследовать общие вопросы, .., чем это делаем мы. Для решения своих конкретных задач им придется применять определенные методы, .., например компьютерное моделирование. Не для них большая и универсальная теория, подобная физике элементарных частиц, что так притягивает физиков. Все реже они будут тешить себя теоремами и доказательствами. Вместо этого им придется обратиться к неопределенной стихии истории, социологии и биологии"6 .

Как объяснить подобную разительную перемену? Ее причина кроется в осознании того, что модели экономической теории являются слишком общими, чтобы привести к сколько-нибудь значимым практическим результатам. В рамках теории общего равновесия и теории игр мы сталкиваемся с непреодолимыми проблемами, связанными с поиском возможных равновесий (то есть таких ситуаций, в которых действия и ожидания агентов в некотором смысле взаимно согласованы). Во-первых, если в приемлемой модели экономики предполагается существование точки равновесия, то обычно возможна и множественность равновесий; во-вторых, даже если равновесное решение единственно, то в стандартной ортодоксальной модели нет очевидного механизма, который бы привел экономику к этому равновесному состоянию7 . В свете этих трудностей попытки ортодоксальных теоретиков предсказывать и объяснять реальные ситуации, а также формулировать задачи экономической политики нельзя признать удачными.

Отсюда становится вполне объяснимой большая часть изменений в ортодоксальных теориях, поскольку подобные модификации должны сделать предпосылки теоретического анализа менее абстрактными и произвольными. Выделим несколько основных направлений такой теоретической трансформации.

Одно из них характеризуется заменой слишком общих, произвольно выбранных предпосылок более четкими, хотя и все более неправдоподобными. В частности, "ужесточается" спецификация характеристик агентов. Например, в рамках экономической теории благо-


--------------------------------------------------------------------------------

6 См.: Hahn F. The Next Hundred Years // Economic Journal. 1991. Vol. 101. No 404. P. 50.

7 Например, в модели общего равновесия, где предполагается наличие большого числа агентов, имеющих определенный набор предпочтений, убеждений и активов, интерес представляет вопрос о том, возможен ли между ними торг, от которого каждая из сторон выиграет или по крайней мере никто не проиграет, а как минимум один агент повысит свое благосостояние. Конечно, продажи и покупки зависят от структуры цен на рынке. В традиционном представлении равновесие - это такая структура цен, при которой желательные для каждого из агентов действия взаимно совместимы. В таком случае внутренние трудности традиционной теории общего равновесия состоят, во-первых, в том, что если возможен один подобный вектор цен, то могут существовать и другие, и, во-вторых, в том, что общепринятый контекст теории общего равновесия не предусматривает наличия механизмов, которые бы привели к такой равновесной структуре цен.

стр. 79


--------------------------------------------------------------------------------

состояния и сопоставления издержек и выгод мы находим предпосылки о возможности межличностного сравнения полезностей; в теории общего равновесия - ограничения на возможные распределения дохода8 ; в теории общественного выбора - предположения о "похожих" функциях, характеризующих предпочтения9 ; в макроэкономике - концепции репрезентативного потребителя и т.д.

Второе направление изменений - перевод все большего числа основных условий или предпосылок модели в разряд эндогенных факторов. Примером подобного подхода в моделях общего равновесия и теории игр служит введение предпосылки о "рациональных ожиданиях", с помощью которой такие параметры, как убеждения и/или ожидания, задаются внутри модели в качестве одного из условий равновесия10 .

Следующий шаг связан с возможностью замены аксиомы рациональности ссылкой на то, что агенты руководствуются фиксированными правилами независимо от ситуации, в которой они находятся. Этот подход обычно используется при исследовании случайных шоков и объясняется тем, что в физике наличие случайности в движении элементарных частиц зачастую предотвращает попадание системы в нестабильное равновесие или в предельный цикл11 . Действительно, в статистической физике было обнаружено, что в системах с большим количеством частиц положение и скорость этих частиц в среднем "ведут себя хорошо". Аналогичный подход используется и в экономической теории: агенты выступают как частицы, которые следуют простым правилам, убеждения и предпочтения описываются как точки в многомерном пространстве. В процессе взаимодействия двух и более индивидов их убеждения и, возможно, предпочтения изменяются (то есть эндогенно корректируются) по правилам, которым они следуют, и агенты оказываются в новой точке. Если в системе действуют много агентов, то поведение любого из них будет, в сущности, случайным. Как следствие, мы можем предположить, что при "усреднении" убеждений и действий индивидов средние значения будут вести себя довольно "хорошо", а значит, станут предсказуемыми12 .

Наконец, еще одно направление характерно для тех ортодоксальных теоретиков, которые особенно озабочены тем, чтобы теория максимально достоверно отражала реальность. Суть их подхода состоит в том, чтобы предпосылки устанавливались не произвольно и не за счет определения их внутри модели в качестве эндогенных, а с учетом результатов эмпирических исследований. Например, Р. Солоу


--------------------------------------------------------------------------------

8 См.: Hildenbrand W. On the "Law of Demand" // Econometrica. 1983. Vol. 51. P. 997 - 1020.

9 См.: Caplin A., Nalebuff B. Aggregation and Imperfect Competition: On the Existence of Equilibrium: London School of Economics Discussion Paper, 1989.

10 Данный пример относится только к тому типу анализа, при котором определенные спецификации ожиданий являются частью равновесного решения в модели. В случае же, когда в модель вводится обучение, система может стать более неопределенной.

11 Предельный цикл (например, для системы дифференциальных уравнений 2-го порядка) - это замкнутая траектория в фазовом пространстве, обладающая тем свойством, что все траектории, начинающиеся в достаточно узкой кольцеобразной ее окрестности, неограниченно приближаются к этой траектории (Примеч. ред.).

12 См.: Canning D. Equilibrium, Learning and Economic Dynamics.

стр. 80


--------------------------------------------------------------------------------

утверждает, что экономическая теория должна измениться, чтобы соответствовать реальности, в которой индивидуальные решения диктуются привычкой, спецификой ситуации и т.д.13 Именно в рамках этого направления мысли возникает идея о том, что экономистам стоит уделять больше внимания результатам других наук. Из-за потенциальной сложности подобных моделей предполагается, что в конечном счете теоретики будут применять такие процедуры, как компьютерное моделирование.

Итак, каковы же результаты или перспективы? Приведет обращение к материалу исторических, биологических и иных наук к улучшению качества моделей с эмпирической точки зрения, к созданию теорий, более пригодных для анализа экономической политики? Есть ли сейчас основания предполагать, что мы готовы выйти за пределы неправдоподобной экономической теории? Я считаю, что на все эти вопросы следует дать отрицательный ответ. Отмеченные изменения являются не чем иным, как попыткой продлить жизнь фундаментально неверной теории. По моему мнению, ни одно из них по природе своей не способно привести к созданию науки, которая могла бы объяснить реальные события или помочь решению прикладных задач. Развивая эту мысль, можно перейти к постановке и других вопросов. Почему инициаторы изменений пошли именно по такому пути, а не по какому-либо другому? Как объяснить тот факт, что ранее акцент делался на изучении индивидуального поведения и рациональности и т.д.? И почему теперь надо мириться с идеей о том, что агенты наивно следуют фиксированным правилам независимо от ситуации, в которой они находятся? Более того, как объяснить устойчивый интерес к поиску равновесных состояний? Чтобы дать четкий ответ на эти вопросы, нужно с должной адекватностью выявить сущность проекта ортодоксальной "чистой теории".

Экономическая теория как метод

У неоклассической теории есть одна немаловажная черта, о которой я до этого не упоминал, но которая является не менее значимой, чем остальные. Я имею в виду способ теоретизирования или логику объяснения, которую можно охарактеризовать как дедуктивизм. Объясняя что-либо, необходимо предложить рассуждение ("эксплананс"), исходя из которого объясняемое ("экспланандум") становится понятным. Дедуктивный метод состоит в том, что реальное событие или положение вещей объясняется, если утверждение о нем можно вывести, дедуцировать из набора начальных или граничных условий и универсальных "законов", то есть упорядоченностей или постоянных связей, которые формулируются следующим образом: "Если происходит событие (типа) х , то всегда происходит событие (типа) у ".

Хотя сторонники ортодоксии и не причисляют дедуктивизм к основным чертам неоклассической научно-исследовательской про-


--------------------------------------------------------------------------------

13 См.: Solow R. Economics: Is Something Missing? // W. N. Parker (ed.) Economic History and the Modern Economist. Oxford: Basil Blackwell, 1986. P. 24 - 25.

стр. 81


--------------------------------------------------------------------------------

граммы, это не означает, что важность дедуктивного метода когда-либо ставилась под сомнение. Если условие выводимости, необходимое для применения дедукции, всегда было на поверхности - "экспланандум" должен быть выводим из "эксплананса", - то требование о включении в объяснение как минимум одного универсального закона (в форме "если происходит событие (типа) х , то всегда происходит событие (типа) y ") обычно удовлетворяется аксиоматически14 . Аксиомы тоже имеют форму "если это, то всегда будет то" и чаще всего служат для выявления связи между событиями, которые, возможно, произойдут, если условия модели когда-либо будут удовлетворены в реальном мире. Многие теоретики, такие, как Хан, даже считают, что аксиомы соотносятся с нашим реальным социальным опытом: "Они [аксиомы] не... оторваны от реального опыта или наблюдений, скорее они очерчивают границы, за которые мы даже не заглядываем"15 .

В другом месте, обобщая, Хан пишет: "Я не отрицаю, что нам предстоит открыть еще немало эмпирических закономерностей в экономическом поведении. Но я утверждаю, что они будут по существу проще и ближе к форме, в которой формулируются аксиомы, чем сложные "факты" эконометриста, зависящие от институциональной и исторической среды"16 . Ведь "аксиомы не "высасываются из пальца" и совсем не отдаляют теоретиков от того, что с некоторой таинственностью называют "реальным" миром. Скорее, они представляют собой утверждения об этом мире, которые приняты в столь широком сообществе, что дальнейшее их обоснование не нужно"17 .

Одним словом, если в ортодоксальных теориях применение метода дедукции и не просматривается явно, то оно и не отрицается. Скорее его важность и универсальность воспринимаются как должное. Любая критика, в которой это ставится под сомнение, отвергается. Как пишет далее Хан, "оппоненты [экономической] теории часто утверждают, что она представляет собой тавтологию, поскольку ее элементы - это логические выводы из аксиом и предпосылок. При снисходительном отношении к этим критикам можно интерпретировать их слова как свидетельство их беспечного отношения к этим аксиомам и предпосылкам. В любом случае все теории во всех науках строятся именно таким образом"18 . Приверженность ортодоксальных теоретиков19 дедуктивизму считается настолько фундаментальной, что желающих заниматься их


--------------------------------------------------------------------------------

14 Я не отрицаю, что требования выводимости и применения универсального закона могут быть удовлетворены независимо друг от друга. Оба требования являются частью так называемой теории объяснения Поппера - Гемпеля, которую я здесь и называю дедуктивизмом.

15 См.: Hahn F. Equilibrium and Macroeconomics. P. 6.

16 Ibid. P. 332.

17 См.: Hahn F. In Praise of Economic Theory. P. 5.

18 Hahn F. In Praise of Economic Theory. P. 9.

19 Даже Солоу, явным образом симпатизируя идее введения в экономическую теорию моделей поведения агентов, зависимых от контекста ситуаций, в которых они находятся, по-видимому, не сомневается в адекватности дедуктивных методов рассуждения. Он пишет: "Я не готов отвергнуть исчерпывающий анализ следствий из определенных аксиоматических систем, но я признаю, что не ожидаю от подобных теорий многого. Однако я против нелепой убежденности в том, что при изучении реального мира следует пользоваться одной, уже известной нам аксиоматической системой". (См.: Solow R. Economics: Is Something Missing? P. 22.)

стр. 82


--------------------------------------------------------------------------------

специальным обоснованием не находится. Универсальность и правомерность этого метода кажутся столь очевидными, что вопрос о применении иных методов или форм рассуждения даже не ставится.

Однако в самом ли деле дедуктивизм в качестве основы рассуждения является надежным методом? Насколько серьезны философские основы, на которых он базируется?

Здесь я не могу не процитировать А. Уайтхеда: "Когда вы критикуете философию эпохи, не следует акцентировать свое внимание на концепциях, которые представители той или иной интеллектуальной теории отстаивают явным образом. Всегда найдутся некие фундаментальные предпосылки, которых сторонники всевозможных школ данной эпохи придерживаются бессознательно. Подобные предпосылки кажутся столь очевидными, что люди не осознают собственных убеждений, поскольку им просто не встречались иные способы рассуждения. В рамках данных предпосылок возможно существование определенного ограниченного количества типов философских систем, и именно эти течения формируют философию эпохи"20 .

Несмотря на уверенность, с которой представители ортодоксального направления в экономической теории выступают за дедуктивный способ объяснения, именно его правомерность и вызывает у меня сомнение. Выше было отмечено, что метод дедукции для объяснения различных фактов связан с поиском закономерностей в определенной форме: "Если происходит событие (типа) х, то всегда происходит событие (типа) у ". Именно формулировка таких зависимостей, в которых связываются между собой реальные или гипотетические события или положения вещей, в рамках дедуктивистской модели составляет цель науки. Это общее представление о науке я и подвергну критике21 .

Замечу, что вышеупомянутая дедуктивность ортодоксальной теории и утверждение о том, что она основывается на принципе эмпирической инвариантности, - то есть зависимости всех законов и значимых положений науки от определенной упорядоченности событий, - никоим образом не ставятся под сомнение тем обстоятельством, что аксиомы экономической теории формулируются в самом общем виде. И хотя порой это наводит на мысль, что в экономическом теоретизировании возможен спектр исходов, все эти исходы не рассматриваются как выражение реальности, представляют собой не онтологические утверждения, а лишь следствие тех ограничений, которые характеризуют современное состояние экономической теории.

Я дополню эту мысль. Хотя аксиомы ортодоксальной теории и сформулированы на довольно общем уровне, тем не менее чаще всего их интерпретируют в качестве упорядоченностей событий в реальном обществе. Несмотря на свою обобщенность, аксиоматическое утверждение о том, что "фирмы максимизируют некоторую функцию прибыли", воспринимается как факт реального мира.


--------------------------------------------------------------------------------

20 Whitehead A. Science and the Modern World. Cambridge: Cambridge University Press, 1926. P. 61.

21 Есть и такие, конечно (включая, возможно, и большинство экономистов), кто соглашается с универсальностью базового дедуктивного способа объяснения, но признает, что подобный тип упорядочения событий хоть и необходим, но недостаточен для науки и/или научного объяснения. Я же хочу показать, что эти упорядоченности событий не только непригодны, но и не нужны для науки.

стр. 83


--------------------------------------------------------------------------------

Например, Хан пишет: "Аксиома о том, что фирмы максимизируют некоторую функцию прибыли, формулируется именно так в силу того, что теоретики не задаются вопросом, почему фирмы должны это делать. Но ведь подобное утверждение не просто взято из воздуха или приснилось теоретикам. Оно отражает эмпирический феномен, который, по мнению многих практиков и экономистов, является основной характеристикой капиталиста"22 .

Дело не только в том, что экономисты считают подобные общие утверждения эмпирически оправданными, но и в том, что лишь на таком уровне обобщения разработаны гипотезы, которым можно найти эмпирическое подтверждение. Ортодоксальный анализ не способен оперировать и не оперирует более конкретными положениями. Кроме того, эти "специальные теории" (например, применение конкретных производственных функций или функций прибыли) считаются сомнительными с эмпирической точки зрения и все выводы с использованием подобных формулировок воспринимаются настороженно. Вот почему более конкретные упорядоченности событий в ортодоксальной теории преподносятся не в виде аксиом, а в качестве предпосылок.

Так, Хан пишет: "Утверждение о том, что менеджеры имеют предпочтения, является аксиомой. Утверждение о том, что эти предпочтения имеют определенную форму (например, что они линейно зависят от ожидаемой прибыли), считается предпосылкой23 ... Наличие предпочтений и попыток удовлетворить их считается аксиомой, в то время как, например, наличие совершенной конкуренции должно рассматриваться как предпосылка24 . ...То есть аксиомы необходимо дополнять предпосылками. Например, так производственные функции становятся функциями Кобба - Дугласа25 ".

Важно, что некая неопределенность, которую зачастую считают достоинством современной ортодоксальной экономической теории, возникает не потому, что представление о науке как о выявлении упорядоченностей событий всецело отвергается. Ведь Хан, как мы видели, признает, "что нам предстоит открыть еще немало эмпирических закономерностей в экономическом поведении". Скорее теоретики считают, что подобная неопределенность появляется в ортодоксальных моделях, поскольку мы не обладаем достоверным и эмпирически подтвержденным знанием об упорядоченностях событий, которое оставалось бы верным на более низких уровнях абстракции, то есть на том уровне, который Хан называет "специальной теорией". Поэтому когда экономисты восхваляют свои теории за то, что в них нет "однозначных ограничений" на состояния описываемого мира (то есть за то, что они не предсказывают конкретных событий или исходов), это является не чем иным, как риторическим приемом для сокрытия своего невежества.

Хан пишет следующее: "Среди достоинств теорий, основанных на использовании аксиом, которые являются более "фундаментальными", чем те, что используются в специальных теориях, можно отметить, что они не накладывают однозначных ограничений на состояния описываемого мира. ... Это можно назвать достоинством, поскольку экономист тем самым не может утверждать больше того, что может доказать.


--------------------------------------------------------------------------------

22 Hahn F. Equilibrium and Macroeconomics. P. 6.

23 Hahn F. In Praise of Economic Theory. P. 11.

24 Ibid. P. 10.

25 Ibid. P. 11.

стр. 84


--------------------------------------------------------------------------------

Аксиомы вобрали в себя довольно надежные эмпирические результаты. Наличие целого спектра возможных исходов отражает недостатки нашего знания о мире. Специальная теория может ограничить этот спектр. Но наше доверие к специальным гипотезам намного меньше доверия к аксиомам. Утверждение о том, что возможен лишь один исход, должно всегда сопровождаться ссылкой на ограниченность наших знаний, в силу которой существуют и иные возможности"26 .

Итак, высокий уровень общности в экономической теории вполне согласуется с господством дедуктивизма в науке, включая представления о законах как об упорядоченностях событий, от которых во многом зависит подобная объяснительная модель. Именно эти представления о науке я и предлагаю критически осмыслить.

Альтернатива дедуктивному способу объяснения

Для обсуждения этих проблем уместно использовать понятия "реализм" и "онтология". В самом общем смысле любая точка зрения, называемая (философским) реализмом, характеризуется уверенностью в существовании некоторого особого объекта, причем его существование у других людей вызывает сомнение. Скажем, кто-то убежден в том, что существуют кварки, черные дыры, классовые отношения, функции полезности или прибыли, состояния экономического равновесия и т.д. В этом смысле все мы окажемся того или иного рода реалистами, а разновидностей реализма будет множество. Понятие реализма тесно связано с "онтологией", то есть с исследованием природы бытия в целом и природы изучаемых наукой объектов в частности. Именно интересом к онтологии, к выявлению основ и характерных черт социальной и природной реальности вызвано использование в дальнейшем термина "реализм".

Представления о науке, о которых шла речь, с исторической и аналитической точек зрения основаны на философской концепции, далее именуемой позитивизмом 27 . Модель научного познания, основой для которой служит дедуктивизм, непосредственно вырастает из позитивизма и связанной с ним онтологии.

Под позитивизмом я подразумеваю особую его версию, восходящую к работам Юма, по крайней мере в их наиболее распространенных интерпретациях. В этой трактовке позитивизм есть прежде всего теория знания, его природы и границ. В частности, позитивисты утверждают, что знание существует в форме чувственного опыта или восприятия28 . Юм стимулировал такой подход своими попытками крити-


--------------------------------------------------------------------------------

26 Hahn F. Equilibrium and Macroeconomics. P. 7.

27 Я не хочу тем самым сказать, что современные экономисты, работающие в рамках ортодоксальной теории, в явном виде и с необходимостью признают влияние этой концепции; они могут даже не иметь о ней никакого представления: основным механизмом воздействия может служить общий резонанс в научном сообществе (см. подробнее: Lawson T. Why Are So Many Economists So Opposed to Methodology? // Journal of Economic Methodology. 1994. No 1. P. 105 - 134).

28 Интерпретации, подобные данной или согласующиеся с ней, содержатся, например, в: Bullock A., Stallybrass О., Trombley S. (eds.) The Fontana Dictionary of Modern Thought. L.: Fontana Press, 1988; Gould J., Kulb W. A Dictionary of the Social Sciences. L.: Tavistock Publications, 1964; Outhwaite W., Bottomore T. (eds.) The Blackwell Dictionary of Twentieth-Century Social Thought. Oxford: Blackwell, 1993.

стр. 85


--------------------------------------------------------------------------------

ковать философские исследования бытия, онтологию, отрицая возможность обоснования независимого существования вещей и в особенности представления о необходимой причинной связи. Однако ни Юму, ни кому-либо еще не удалось полностью убрать из науки всякое представление о бытии, об объекте исследования, ибо в рамках любой теории познания, пусть и в имплицитной форме, заложены представления о познаваемом мире, который может быть объектом знания. В теории Юма явно предполагается онтология атомарных событий, включающих в себя объекты реального или возможного опыта. Поскольку реальность определяется им как то, что дано в опыте, а все, что относится к области опыта, принято называть эмпирическим, то вслед за Бхаскаром и другими я буду называть подобную позицию эмпирическим реализмом.

Как только мы предположим вслед за позитивистами, что познаваемая реальность состоит лишь из атомарных событий опыта, "исправить" или "дополнить" которые невозможно, то окажется, что единственной задачей науки будет выявление упорядоченностей событий, ибо только такой род обобщений становится возможным. Формулировка "если х , то у" непосредственно связана с убежденностью в том, что постоянные связи между событиями, описанные Юмом, являются универсальной "единицей" реальности.

Важно, что если эмпирико-реалистическая онтология начинает доминировать, наука становится возможной лишь при условии оперирования высказываниями типа "если происходит событие х, то всегда происходит событие у". Поэтому, прежде чем критиковать подобные высказывания в качестве идеала научности, следует разработать онтологическую теорию, в рамках которой в принципе могут существовать альтернативные концепции научного знания и объяснения, не сводящиеся к банальному "выискиванию" постоянных связей между событиями.

Альтернативный взгляд, который я отстаиваю, следуя идеям Бхаскара29 , можно в самом общем виде обозначить как трансцендентальный реализм. В соответствии с данным подходом мир, являющийся объектом научного исследования, состоит не только из событий, данных нам в опыте или в восприятии, но и из (не сводимых к ним) структур, механизмов, движущих сил и тенденций, которые хотя и не являются напрямую наблюдаемыми, но тем не менее лежат в основе реальных событий, управляют ими или облегчают их осуществление. Скажем, осенний лист не просто падает на землю и мы в своем опыте не просто фиксируем его падение, но, если мыслить, руководствуясь данной парадигмой, в основе этого события лежат реальные механизмы, такие, как гравитация. Поэтому и мир состоит не только из таких явлений, как пятна на коже, щенки, превращающиеся в собак, и относительно невысокий темп роста производительности в Великобритании, но и из ле-


--------------------------------------------------------------------------------

29 Более подробное обсуждение трансцендентального реализма см. в: Bhaskar R. A Realist Theory of Science. Hemel Hempstead: Harvester Press, 1978; Bhaskar R. The Possibility of Naturalism. Hemel Hempstead: Harvester Press, 1979; Bhaskar R. Scientific Realism and Human Emancipation. London: Verso, 1986; Bhaskar R. Reclaiming Reality. London: Verso, 1989; Lawson T. Abstraction, Tendencies and Stylised Facts: A Realist Approach to Economic Analysis // Cambridge Journal of Economics. 1989. Vol. 13. No 1. P. 59 - 78; Lawson T. Realism and Instrumentalism in the Development of Econometrics // Oxford Economic Papers. 1989. Vol. 41. No 1. P. 236 - 258; Lawson T. Realism, Closed Systems and Friedman // Research in the History of Economic Thought and Methodology. 1992. Vol. 10.

стр. 86


--------------------------------------------------------------------------------

жащих в основе этих явлений и управляющих ими механизмов и структур, таких, как соответственно вирусы, генетический код и система отношений в британской промышленности. Таким образом, выделяются три области реальности: эмпирическая (опыт и восприятие), неэмпирическая, реально существующая (события и положения вещей) и "глубинная" (структуры, механизмы, движущие силы и тенденции).

Речь идет не только о том, что эти три области онтологически не сводимы одна к другой, но и о том, что они не "синхронны", их движения не совпадают друг с другом. Опыт не совпадает по времени с событиями, позволяя нам сравнивать и пересматривать восприятие того или иного явления, а события не совпадают по времени с теми механизмами, которые ими управляют. Несоответствие механизма и события ясно видно на примере осенних листьев, падение которых не находится в одной фазе с действием гравитации, поскольку они подчинены также действию аэродинамических, термодинамических и иных закономерностей. В рамках трансцендентального реализма наука есть выявление и исследование структур и механизмов, лежащих в основе событий опыта, а так как эти глубинные структуры не даны нам непосредственно в событиях, подобная задача является для науки необходимой, возможной и нетривиальной.

Итак, в рамках данной парадигмы мир состоит в том числе и из объектов, которые структурированы и (если использовать термин Бхаскара) структурированы не транзитивно, то есть, во-первых, не сводимы к событиям (которые могут присутствовать, а могут и не присутствовать в нашем опыте)30 и, во-вторых, существуют независимо от их идентификации. В рамках же эмпирического реализма, напротив, мир состоит лишь из опыта и событий, которые также сводятся к опытным данным. Две указанные онтологические теории предполагают различные концепции науки и научного объяснения. В соответствии с эмпирическим реализмом наука и научное объяснение с необходимостью ограничиваются отысканием постоянных связей между событиями (включая их модели, изложенные в терминах вероятностного анализа), в соответствии же с трансцендентальным реализмом основным объектом науки и научного объяснения являются не события (или постоянные связи между ними, на существование которых можно только надеяться), а установление и исследование структур и механизмов, лежащих в их основе.

Характерны различия и в способах умозаключений. В рамках эмпирического реализма велись постоянные споры о сравнительных преимуществах и недостатках индукции и дедукции. Зачастую именно на этом уровне и ведутся методологические дискуссии в современной экономической теории31 . В рамках же трансцендентально-реалистической парадигмы основным методом умозаключений является не индукция и не дедукция, а абдукция или рассуждение "как если бы".


--------------------------------------------------------------------------------

30 Заметим, что смысл термина "структура" в данном контексте следует отличать от того смысла, который придают ему эконометристы, называя структурой предполагаемое соотношение между измеряемыми параметрами событий.

31 См., например: Pheby J. Methodology and Economics: A Critical Introduction. Basingstoke: Macmillan Press, 1988.

стр. 87


--------------------------------------------------------------------------------

Этот термин был введен Пирсом, который пишет следующее: "[Индукция] не может породить никакой идеи, как и дедукция. Все идеи науки появляются путем абдукции. Метод абдукции состоит в изучении фактов и создании теории, которая их объясняет. У этого метода одно оправдание: если мы вообще когда-либо сможем понять суть вещей, то сделать мы это должны будем именно таким способом"32 .

Речь идет о движении (основанном помимо прочего на аналогии и метафоре) от представления о некотором интересующем нас феномене к представлению о совершенно ином типе объектов, о механизме, структуре или условии, которые лежат в основе данного феномена.

Например, если дедукция предполагает переход от общего утверждения о том, что "все полярные медведи белые", к частному выводу о том, что следующий медведь, которого мы обнаружим, будет белым, а индуктивное умозаключение предполагает переход от многочисленных наблюдений за белыми полярными медведями к общему выводу о том, что "все полярные медведи белые", то абдуктивное умозаключение состоит в переходе от многочисленных наблюдений за белыми полярными медведями к теории, объясняющей внешний или внутренне присущий этим медведям механизм, благодаря которому они являются белыми.

Прежде чем обсуждать достоинства трансцендентального реализма по сравнению с эмпирическим, надо определить, при каких условиях опытные данные являются важными для науки и, в частности, при каких условиях происходит поиск постоянных связей между событиями. Рассмотрим пример естественных наук. Здесь следует выделить два существенных момента, отмеченных Бхаскаром. Во-первых, за исключением астрономии, большинство постоянных связей между событиями, которые считаются значимыми в этих науках, на самом деле наблюдаются в жестко заданных условиях эксперимента, то есть эти события происходят не самопроизвольно, а являются результатом целенаправленной человеческой практики. Во-вторых, результаты экспериментов или "законы" тем не менее зачастую успешно применяются в ситуациях, отличных от экспериментальной. Если эти законы выполняются лишь в рамках экспериментальных условий, то отсюда следует, что наука и научные результаты не универсальны и замечательным образом "отгорожены" от большинства событий, реально происходящих в мире. Иными словами, большинство общепринятых научных результатов формулируются не в виде: "если происходит событие х, то всегда происходит событие у", а в виде: "если происходит событие х, то всегда происходит событие у до тех пор, пока сохраняются условия е", причем е чаще всего служат характеристиками экспериментальной ситуации. Отсюда следует явно противоречащий интуиции вывод о том, что любая реальная упорядоченность событий, обозначаемая как закон природы, на самом деле не наблюдается независимо от вмешательства человека. Помимо этого в представлении о законах как о постоянных связях между событиями совершенно не учитывается вопрос о том, чем вызваны и почему происходят события вне ситуации эксперимента. Без удовлетворительного объяснения остается и то


--------------------------------------------------------------------------------

32 Collected Papers of Charles Sanders Pierce. Vol. 5 / C. Hartshorne, P. Weiss (eds.) Cambridge, Mass.: Harvard University Press, 1867. P. 145.

стр. 88


--------------------------------------------------------------------------------

обстоятельство, что экспериментально полученные результаты все же используются (и успешно) в реальной жизни.

Чтобы сделать понятными рассуждения Бхаскара, необходимо отказаться от взгляда на естественно-научные обобщения как на упорядочения событий и принять иную точку зрения, а именно трансцендентальный реализм, в рамках которого объекты науки структурированы и нетранзитивны. Иными словами, успешное применение экспериментально полученного знания можно объяснить, лишь используя трансцендентально-реалистическую онтологию порождающих структур, движущих сил, механизмов и т.д., которые управляют потоком событий в мире. С этой точки зрения эксперимент можно объяснить как попытку выделить интересующий нас механизм, "сдерживая" остальные, потенциально противодействующие ему, поскольку именно так может быть обеспечено взаимно-однозначное соответствие между способом воздействия того или иного механизма и теми событиями, которые он влечет за собой. Поэтому экспериментальная деятельность может быть осмыслена не как создание какой-то необычной ситуации, в которой реализуется эмпирическая закономерность, а как вторжение в упорядоченное положение вещей с целью конструирования особых условий, в которых неэмпирическая закономерность, движущая сила, тенденция и т.д. могут быть эмпирически идентифицированы. Если начальные условия эксперимента сохранены, то исследуемый механизм будет запущен независимо от того, что еще происходит вокруг. Например, осенний лист всегда подвержен воздействию гравитации, даже если его держать в руке. Поэтому применение научного знания вне экспериментальных ситуаций может быть объяснено и оправдано: контекст или окружение, внутри которого действует тот или иной механизм, не имеют значения для характеристики той или иной закономерности, ибо в рамках любого опыта механизм, будучи запущен, продолжает действовать.

Таким образом, хотя традиционная концепция научного знания, которая основана на дедуктивном способе объяснения, предполагает, что научные результаты формулируются как постоянные связи между событиями, на практике подобные упорядоченности событий ограничены, как правило, ситуациями эксперимента. В отличие от эмпирического реализма трансцендентальный реализм дает нам возможность прояснить подобное положение вещей. Исходя из трансцендентально-реалистической позиции традиционная концепция Юма основана на неадекватном анализе и неоправданных обобщениях. Особым случаем здесь является ситуация закрытой системы, внутри которой единичный и стабильный набор аспектов или механизмов физически изолируется и тем самым эмпирически идентифицируется.

До сих пор речь шла лишь о естественных науках, однако и для общественных наук аргументация остается той же. Если предположить, что люди в процессе своей деятельности принимают реальные решения и делают реальный выбор (с чем согласились бы большинство экономистов), то любой агент в любой ситуации мог бы поступить иначе, не так, как он действовал в реальности. Необходимой для этого является открытость социального мира, иными словами, если при условии х агент решил совершить действие у, это означает, что при тех же

стр. 89


--------------------------------------------------------------------------------

условиях он мог бы этого и не делать. Также у агентов существует представление о том, чего они хотели бы достичь в ходе своей деятельности, то есть их действия должны иметь намерение. Любое действие при этом должно быть материально обусловлено. Кислота не может вызвать ржавчину, если не будет соответствующего материала, который стал бы ржаветь, птица не сможет свить себе гнездо, если у нее не будет никаких подсобных средств. Точно так же человеческая деятельность нуждается в ресурсах и средствах, которые в ходе этой деятельности подвергаются трансформации. Преднамеренность действий предполагает, что агенты знают условия, необходимые для достижения цели. Наука, в свою очередь, предполагает достаточную устойчивость объектов знания, достаточную для того, чтобы о них стало известно. Если упорядоченности событий не даны в социальной реальности в явном виде, это означает, что устойчивые объекты знания о реальных практиках в деятельности людей должны находиться на ином онтологическом уровне - на уровне структур, определяющих те или иные события, данные в опыте (включая и деятельность людей), но не сводящихся к ним.

На вопрос о том, существуют ли реальные материальные причины и структуры, которые можно с уверенностью назвать социальными, следует ответить положительно. Такие объекты, как социальные правила, отношения, статусы, зависят от человеческой деятельности и опосредуют наши повседневные занятия. Преднамеренные действия людей, когда они говорят, пишут, ездят по государственным автотрассам, обналичивают чеки, играют в игры, читают лекции и т.д., были бы невозможны без таких социальных (и материальных) условий, как правила грамматики, правила дорожного движения, банковская система, правила игры, отношения между преподавателем и студентом и т.п. Зависимость от человеческих действий делает подобные структуры социальными, а их способность влиять на физические состояния или действия (ограничивать деятельность людей или, наоборот, поддерживать ее) обусловливает их реальный характер.

Таким образом, на самом общем уровне трансцендентально-реалистическая онтология может быть перенесена и в социальную сферу. Однако существуют ли в общественных науках постоянные связи между событиями (которые в естественных науках, как было отмечено выше, наблюдаются лишь в экспериментальных условиях)? Природная и социальная сферы сходны в том, что обе они характеризуются наличием структур, лежащих в основе событий, однако отличие социальных структур состоит в их зависимости от деятельности людей. Иными словами, человеческое действие и социальная структура взаимообусловливают друг друга. Они не могут быть сведены друг к Другу, отождествлены друг с другом или объяснены одно в терминах другого. Поскольку природа человеческого действия заключается в его открытости различным альтернативам, а социальная структура проявляется исключительно в этом действии, то присутствовать она может только в открытой системе. Это означает, что любые экономические законы следует интерпретировать как тенденции, проявляющиеся лишь отчасти. Очень редко, обычно тогда, когда к ним относятся сознательно (например, в случае введения ежегодных каникул), они могут проявлять себя в

стр. 90


--------------------------------------------------------------------------------

качестве строго упорядоченных связей между событиями. Поэтому в сфере экономической науки подход Юма несостоятелен.

Итак, существуют теоретические и эмпирические причины для сомнения в адекватности традиционного идеала науки как разработки универсальных и постоянных связей между событиями. Ошибочная приверженность этой концепции научного знания и убежденность в повсеместной применимости дедуктивной формы научного объяснения характеризуют фундаментальную проблему экономической науки. В свете такого "диагноза" решение, предлагаемое в рамках трансцендентального реализма, состоит в том, что ключевой задачей науки и научного объяснения становится изучение структур и механизмов, лежащих в основе явлений опыта, направляющих и конструирующих эти явления. Исходя из этой перспективы, мы можем объяснить некоторые особые способы рассуждения, принятые среди ортодоксально настроенных экономистов, причем как существующие давно, так и недавно возникшие.

Некоторые особые черты современной экономической теории

Хотя в рамках ортодоксальной экономической теории не возникает сомнений в универсальности дедуктивного метода, условия его применения довольно ограниченны. В сфере общественных наук вообще не существует закрытых систем, при изучении которых подобный метод мог бы принести достоверные результаты. Предположение об универсальной применимости дедуктивного способа объяснения в конечном счете связано с приверженностью метафизическому представлению, которое можно назвать детерминизмом регулярности. В соответствии с этим представлением для любого экономического события или положения вещей у существует такой набор событий или условий х1 , х2 , ..., хп , что у и х1 , х2 , ..., хп связаны регулярным образом. Важно понять, какого рода ограничения накладывает подобный методологический детерминизм на создание теорий. Любое экономическое теоретизирование обращено на отдельных экономических субъектов, будь то потребители, работодатели, домохозяйства, фирмы, банки, профсоюзы и т.д. Поэтому очевидно, что предпринимаются попытки нахождения условия, при котором любой индивид (или совокупность индивидов) так внутренне организован, что при любых повторяющихся, полностью определенных, теоретически изолированных состояниях или условиях деятельности х1 , х2 , ..., хп с необходимостью возникает результат у. Подобное условие можно назвать условием внутренней закрытости системы.

Любой теоретический анализ, в рамках которого предпринимается попытка выполнить это условие, характеризуется двумя чертами. В первую очередь всем экономическим агентам присуща сложная внутренняя структура, а потому каждый из них может вести себя при одних и тех же внешних условиях по-разному, поскольку его внутренние состояния могут различаться. Поэтому первое ограничение - это предпо-

стр. 91


--------------------------------------------------------------------------------

сылка о внутреннем постоянстве анализируемого объекта: внутреннее состояние или структура любого индивида считаются постоянными33 .

Второй существенной чертой анализа, необходимой для выполнения условия внутренней закрытости системы, является возможность сведения результирующего события к начальным условиям, характеризующим систему, или к ее состояниям, которые уже известны. Даже если внутренняя структура каждого из рассматриваемых индивидов выступает в качестве постоянной, это еще не гарантирует нам, что при одинаковых внешних условиях деятельности мы получим один и тот же результат. Иначе говоря, условие внутренней закрытости системы с необходимостью удовлетворяется тогда, когда внутренняя организация каждого из анализируемых индивидов определена так, что для любой данной внутренней структуры (или, по крайней мере, для той, которая принята за постоянную в рамках анализа) возможен лишь один исход в рамках каждого данного набора условий. То есть внутренняя организация индивида должна быть такова, чтобы любой исход мог быть либо выведен (дедуцирован) из внешних условий или состояний, характеризующих систему, либо сведен к ним (то есть выражен через них функционально).

Оба этих условия - внутреннее постоянство и возможность редукции - автоматически выполняются, если каждый индивид рассматривается как атом, то есть если считается, что он не имеет внутренней структуры. В таком случае любое его действие всегда и везде есть лишь пассивная реакция на внешние воздействия или стимулы.

Необходимо отметить, что выполнение условия внутренней закрытости не гарантирует собственно закрытости системы. Речь идет лишь о том, что если набор условий или состояний системы х1 , х2 , ..., хn совпадает с полным списком возможных "факторов", то из них всегда должно следовать состояние у. Однако появление новых факторов или условий, не вошедших в набор х1 , х2 , ..., хn , но способных повлиять на рассматриваемый результат у, может служить проблемой для дедуктивной объяснительной схемы. Поэтому дополнительные факторы должны быть либо интернализированы в рамках системы, либо считаться постоянными. Таким образом, наряду с условием внутренней закрытости мы имеем теперь второе условие внешней закрытости ортодоксальной экономической модели: только факторы х1 , х2 , ..., хп систематически воздействуют на рассматриваемый исход у.

Наиболее прямолинейная форма спецификации модели, гарантирующая выполнение этого условия, характеризуется тем, что индивиды в своих действиях физически изолированы от всех (непостоянных) условий, которые не выражены в явном виде. Иными словами, если для выполнения условия внутренней закрытости необходимы такие представления об индивидах, согласно которым они превраща-


--------------------------------------------------------------------------------

33 Заметим, что если индивид или единица анализа не является отдельной личностью (хотя в рамках ортодоксальной теории часто бывает и так), а отражает определенную сущность, скажем рабочее место, где может располагаться множество людей, то соответствующее условие, которому должно удовлетворять теоретическое рассмотрение, должно состоять в постоянстве не внутренней структуры рабочего места (или чего-то еще), а внутренней структуры каждого из располагающихся там индивидов.

стр. 92


--------------------------------------------------------------------------------

лись бы в атомы, то для выполнения условия внешней закрытости эти индивиды должны еще и действовать изолированно. В таком случае общий результат функционирования системы, состоящей из многочисленных индивидов, может быть определен простым сложением их реакций на какое-то внешнее воздействие.

Конечно, детерминизм регулярности - это несостоятельное метафизическое воззрение, но некоторая ограниченная упорядоченность событий, подчиненная подобной логике, может случайным образом осуществиться. Даже если считать, что все индивиды обладают сложной внутренней структурой и действуют в открытом, структурированном и постоянно меняющемся мире, все же остается теоретическая возможность наблюдения относительно стабильного отношения между некоторыми условиями и событием как результатом выполнения этих условий, по крайней мере на ограниченном участке пространства и времени. Подобную возможность нельзя отвергать до конца, хотя она и весьма маловероятна при решении любой значимой теоретической задачи. Однако те, кто подчеркивают теоретическую сущность ортодоксальной экономики, стремятся "объяснить" события определенным теоретическим способом (предусматривающим веру в универсальную применимость дедуктивной структуры научного объяснения). Это стремление побуждает их к созданию теоретических конструкций, внутри которых определены условия применимости формулировок типа: "Если происходит это событие, то всегда происходит то событие". Деятельность ортодоксальных экономистов во многом может быть объяснена именно этим стремлением - обеспечить выполнение таких условий, при которых агенты-атомы действуют в относительно изолированных ситуациях.

Рассмотрим данные процессы несколько подробнее. Начнем с условия внутренней закрытости. В рамках ортодоксальной теории существуют предпосылки, обеспечивающие такое поведение индивидов, которое одинаково в одинаковых обстоятельствах. Во-первых, это достигается путем превращения индивида в едва ли не исключительную единицу анализа. Во-вторых, люди считаются рациональными, то есть оптимизирующими некоторую функцию (и тем самым обеспечивается постоянство их внутренней структуры). В-третьих, эта целевая функция фиксирована и имеет единственный (по крайней мере, локальный) оптимум, а значит, решение предусматривает единственный способ действия. Различные версии методологического индивидуализма и аксиомы рациональности столь упорно продолжают воспроизводиться в научном сообществе именно потому, что отвечают потребности в выполнении условия внутренней закрытости системы, - неважно, осознана ли эта потребность или нет.

Условие внешней закрытости выполняется, если действия каждого агента рассматриваются внутри изолированного и обычно весьма ограниченного набора условий. Скажем, производство чаще всего сводится к деятельности относительно изолированных друг от друга "предпринимателей" и принимает форму обмена потребляемых мощностей на выпуск продукта по некоторой фиксированной технологии34 . Важно отметить, что если рассматриваются совокупность агентов и их взаимодействия, то модель обычно представляется как экономика или игра в целом, то есть как некая полностью описанная и физически изолированная система. Как замечает Капп, подводя итоги развития неоклассической экономической теории и оценивая ее: "Считается, что конкретные экономические системы ... можно адекватно представить в каче-


--------------------------------------------------------------------------------

34 См.: Hahn F. Equilibrium and Macroeconomics.

стр. 93


--------------------------------------------------------------------------------

стве изолированных, самодостаточных и самоподдерживающихся механических процессов, границы которых четко определены"35 .

Еще одна черта ортодоксальной экономической теории, пока мало изученная, касается понятия равновесия. Если весь проект неоклассической экономики и дедуктивного научного объяснения зависит от набора постулированных поведенческих закономерностей или уравнений, то возникает вопрос: существует ли такой набор значений параметров или условий, при которых подобные уравнения могут соотноситься друг с другом? Понятие равновесия служит именно для того, чтобы охарактеризовать условия возможности таких соотношений. В своей наиболее общей и слабой форме равновесие интерпретируется как состояние, в котором все действия и/или планы и/или ожидания и т.д. взаимно совместимы, а система уравнений разрешима.

С учетом сказанного нетрудно объяснить, почему в рамках стандартной теории вновь и вновь возникают различные модификации понятия "равновесие". В рамках какой-либо модели (в том числе и игровой) вводятся усложнения, отвечающие, однако, условиям закрытости системы, что делает эти модели неадекватными социальному миру, ибо социальный мир есть система открытая. Поэтому задачи, которые ставятся и решаются стандартной теорией, выдающей их решения за теоретическое достижение, касаются демонстрации внутренней связности формальной системы понятий. В том, что такому анализу уделяется столь много внимания, нет ничего удивительного.

На уровне аксиом и предпосылок ортодоксальная теория оказывается довольно гибкой, но на уровне способов объяснения становится очевидной некритическая и неосознанная приверженность ее представителей дедуктивному способу объяснения, которая и является фундаментальной чертой этой теории. Если подобная оценка верна, то можно ожидать, что те экономисты, которые работают в русле ортодоксальной теории, но озабочены ее нереалистичностью и хотели бы по крайней мере суметь объяснять происходящие события, будут реагировать на кризис своего проекта двумя возможными способами. С одной стороны, можно предположить, что неадекватно интерпретируется условие внешней закрытости системы. В таком случае, очевидно, будет сделан вывод о том, что следует учесть и проанализировать большее количество внешних факторов (быть может, зависящих от контекста исследования). Если же, с другой стороны, возникнут сомнения в правильной формулировке условия внутренней закрытости, то последуют попытки уточнения свойств индивидов, описываемых той или иной моделью.

Таким образом, тенденция дальнейшего следования дедуктивизму вкупе с потребностью в реалистичности ведет к разработке моде-


--------------------------------------------------------------------------------

35 См.: Kapp K. The Nature and Significance of Institutional Economics // Kyklos. 1976. Vol. 29. P. 209 - 232. Возможной альтернативой в развитии теории может послужить расширение набора условий, в рамках которых действуют агенты. Если раньше экономисты пытались намеренно уменьшить количество факторов поведения, то теперь, когда стало более доступным компьютерное моделирование, в анализ могут быть включены более сложные исторические, биологические, социологические и иные обстоятельства. По крайней мере, возможность подобного усложнения имеется и обсуждается.

стр. 94


--------------------------------------------------------------------------------

лей, масштаб которых столь велик, что они включают в себя все, элементами этих моделей являются индивиды, масштаб которых столь мал, что они не включают в себя ничего. Недавнее увлечение компьютерными симуляциями является отражением этой же тенденции. Альтернативное решение предполагает анализ поведения автономного, структурно сложного агента, находящегося где-то в промежутке между вселенной и атомом и действующего в структурированном, сложном, открытом и меняющемся мире. А это означает, что следует признать большую адекватность трансцендентально-реалистической перспективы и предлагаемой переориентации возможностей и задач экономической теории как науки. К более подробному рассмотрению этих предложений мы сейчас и перейдем.

Трансцендентальный реализм и экономическое объяснение

Рассмотрим концепцию науки, основанием которой является трансцендентальный реализм. Здесь следует остановиться на нескольких ключевых моментах.

Во-первых, я утверждал, что универсальные и постоянные связи между событиями наблюдаются редко даже в естественных науках, не говоря уже об общественных. Но если это так, то каким образом можно выявить экономические механизмы, структуры и т.д.? Несмотря на то что универсальные постоянные связи между событиями, выраженные в форме "если происходит событие х, то всегда происходит событие у" , вряд ли доминируют в реальном мире, это не значит, что единственной альтернативой будет бессвязный и случайный поток событий. Две возможности - строгие упорядоченности событий (включая события, сформулированные в вероятностных терминах) или полностью хаотичный поток событий - являются двумя противоположными крайностями. Хотя, как отмечалось выше, социальный мир - открытая система, может случиться, что некоторые механизмы станут преобладать над другими на ограниченных участках времени и пространства, позволяя делать приблизительные обобщения или частичные упорядочения. Осенние листья в подавляющем большинстве случаев все-таки падают на землю, женщины сосредоточены во вторичных секторах на рынке труда, а рост производительности в Великобритании за последние сто лет чаще всего был ниже, чем в других промышленно развитых странах. Подобные "стилизованные факты" могут служить как стимулом к исследованию, так и средством оценки объяснительной силы альтернативных гипотез, выдвигаемых по поводу того или иного явления экономической жизни.

В результате экономическое объяснение в той его форме, которая предлагается в рамках трансцендентально-реалистической парадигмы, можно разделить на два этапа. Сказанное выше касалось чистого или абстрактного объяснения, то есть выявления основополагающих структур и механизмов, которым подчиняются события. Но допускается и прикладное или конкретное объяснение, которое в экономичес-

стр. 95


--------------------------------------------------------------------------------

кой теории также значимо. Ведь поскольку конкретные явления опыта относительно новы или уникальны, будучи сочетаниями или результатами многочисленных разнонаправленных тенденций, их объяснение влечет за собой, во-первых, использование полученного прежде знания об относительно стабильных структурах и механизмах (а не их выявление) и, во-вторых, исследование ex post той схемы, в рамках которой их сочетание породило новое событие.

Рассмотрим, как это происходит в обществе. Социальные структуры играют в деятельности людей ключевую роль. Целью экономической теории становится выявление структур, управляющих этой деятельностью, условий, в которые она погружена, которые облегчают ее и трансформируются через нее. Объяснение влечет за собой понимание определенных практик, анализ неизвестных ранее условий их осуществления, неосознанной мотивации, стоящей за ними, неявных навыков, использовавшихся в рамках этих практик, и их непреднамеренных последствий. Несмотря на то что общество и экономика - продукт деятельности экономических агентов, они в известной степени остаются непрозрачными для этих агентов. Таким образом, задачей экономической теории оказывается описание всего, что должно происходить (будучи осознаваемо или нет вовлеченными в эти процессы агентами), дабы некоторый выделенный социальный феномен, набор практик или действий стал возможен.

В качестве примера рассмотрим рост производительности в Великобритании за последние сто лет, который, как было отмечено выше, часто оказывался меньше по сравнению с сопоставимыми промышленно развитыми странами. Деятельность, связанная с данным феноменом, включает в себя разработку новых технологий производства, интенсивное внедрение нового оборудования, способность организаций гибко реагировать на изменения конъюнктуры и т.д. Однако в Великобритании существует определенная специфика социальных структур, которая влияет на эти виды деятельности по сравнению, скажем, с континентальными европейскими странами. К примеру, в Великобритании в отличие от других стран коллективные организации рабочих были признаны законными до возникновения технологий массового производства, когда труд имел ремесленную основу. Как следствие, нормы, отношения и практики, связанные с этой в высокой степени фрагментированной и децентрализованной организацией труда, оказались встроенными в систему британской промышленности. И, будучи узаконена, эта ремесленная основа воспроизводилась в дальнейшем. В отличие от многих других стран Великобритания за последние сто лет не управлялась фашистским правительством, которое запрещало профсоюзные организации и профсоюзную деятельность, и не терпела поражений в мировых войнах, при том что по крайней мере до недавнего времени у британской промышленности была возможность работать на закрытые рынки империи и противостоять возрастающим силам международной конкуренции. В том числе и по этим причинам британские ремесленно ориентированные практики, локализованная система коллективного торга, относительно высокие барьеры на рынках и прочие подобные структуры, способные

стр. 96


--------------------------------------------------------------------------------

снизить гибкость экономической системы, были менее подвержены давлению в сторону трансформации, нежели следовало бы ожидать.

Разумеется, это сжатое описание чрезвычайно кратко и обзорно36 . Кроме того, речь идет не о том, что точность и аккуратность этого (или любого другого) содержательного анализа гарантируют адекватность или неадекватность трансцендентально-реалистического метода объяснения. Мы просто хотели показать, как "работает" рассуждение, развиваемое в рамках данной парадигмы. После того как сформированы гипотеза или набор альтернативных гипотез, они могут в дальнейшем оцениваться и отбираться на основе эмпирических данных. Гипотеза, о которой говорилось выше, состоит в том, что чем более децентрализованы структуры торговли, тем меньше потенциал для интенсивного роста производительности. Разумеется, существуют и противоположные тенденции, но даже если принять во внимание и их, то в случае истинности изначального предположения интересующие нас процессы будут явно различимы в значительном числе случаев. Поэтому у данной гипотезы имеются следствия, которые можно подвергнуть эмпирической проверке (хотя и не руководствуясь никаким строго заданным изначально набором правил, процедур или критериев) как внутри Великобритании, так и по странам, а также во времени и т.д.

Стало быть, мы установили, что традиционная, восходящая к Юму концепция науки предполагает специальные условия, которые редко наблюдаются в общественной жизни. Неспособность осознать это ведет многих к пессимистическому взгляду на экономическую науку, а отдельные ортодоксальные теоретики даже колеблются при ответе на вопрос, является ли вообще исследование реальности их целью. Однако если встать на точку зрения трансцендентального реализма и признать, что общественная сфера, подобно природной, структурирована и нетранзитивна, то окажется, что экономическая теория в принципе может служить инструментом исследования реальности и раскрывать ее, как и любая другая наука.

Кроме того, в рамках трансцендентально-реалистической перспективы существуют и возможности для анализа экономической политики. Если традиционный взгляд на науку как на анализ постоянных связей между событиями влечет за собой постановку задачи контроля и улучшения событий и положения вещей, то в рамках трансцендентально-реалистической перспективы ставится задача эмансипации человеческого существа. Дело в том, что в первом случае основной проблемой является фиксация некоторого события (или событий) х, с тем чтобы определять/контролировать другое событие (или события) у. Во втором же случае целью оказывается трансформация структур, способствующая расширению горизонтов понимания и осознания человеком своего потенциала, увеличению возможностей человека. Иными словами, задача состоит в замене структур, которые, ограничивая возможности человека, не являются желательными и необходимыми, на те, в которых нуждаются. Конечно, акцент на политике структурной трансформации вряд ли можно назвать чем-то новым. Хотя


--------------------------------------------------------------------------------

36 Более подробно об этом см.: Kilpatrick A., Lawson T. On the Nature of Industrial Decline in the UK // Cambridge Journal of Economics. 1980. Vol. 4. P. 85 - 102.

стр. 97


--------------------------------------------------------------------------------

правительства и политические деятели чаще всего используют риторику связей между событиями, увязывая свои решения с локальными и частными изменениями к лучшему, реальный интерес скорее касается вопросов структурных реформ. Так, например, в Великобритании экономическая политика способствовала изменениям в законодательстве об отношениях в промышленности (и в особенности о трудовых отношениях), сосредоточивалась на вопросах присоединения (или неприсоединения) к единой европейской валютной системе, на методах финансирования и контроля работы школ и больниц, на том, стоит ли узаконивать воскресную торговлю, и т.д. Следует признать, что основанием для подобных раздумий и действий служит трансцендентально-реалистическая парадигма, а традиционная юмовская риторика, которая лишь сбивает с толку, должна быть отвергнута.

Заключение

Основным положением данной работы можно считать следующее: экономическая теория испытывает серьезный кризис в объяснении событий, происходящих в реальном мире, и в осуществлении анализа, пригодного для экономической политики. В значительной мере причиной этого служит некритическое принятие современной ортодоксальной экономической теорией определенного способа объяснения, а именно дедуктивизма и связанной с ним, обусловленной им концепции науки, в рамках которой научные результаты должны формулироваться в качестве постоянных связей между событиями. Пока не будет осознано, что данная концепция может использоваться при анализе открытого социального мира, в котором мы живем, лишь ограниченным образом, чистая теория в ее традиционном понимании (то есть повсеместное следование дедуктивным методам), по-видимому, будет подвергнута аналитическим искажениям и трансформациям (подобным тем, которые были описаны выше). Однако проблема не будет решена. Когда же представления о постоянных связях между событиями и иные позитивистские результаты будут отвергнуты, а их место займет трансцендентально-реалистическая парадигма, экономическую теорию, как мы видели, с легкостью можно будет трансформировать в направлении более адекватного анализа, пригодного для экономической политики и даже способствующего эмансипации.

Перевод с английского И. Болдырева, Н. Дергуновой

стр. 98

Опубликовано 21 октября 2007 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?