Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЛИНГВИСТИКА есть новые публикации за сегодня \\ 24.11.17

ДВЕ ЖИЗНИ ИГНАЦИЯ БОРНА

Дата публикации: 05 апреля 2017
Автор: А. С. МЫЛЬНИКОВ
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ЛИНГВИСТИКА
Номер публикации: №1491424770 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


А. С. МЫЛЬНИКОВ, (c)

найти другие работы автора

30 мая 1785 г. в Петербурге члены Академии наук собрались на очередную конференцию. Среди прочих вопросов рассматривалось полученное из Вены письмо о методах амальгамирования в горном деле1 . Автором его являлся Игнаций Борн. Крупный авторитет в минералогии, он был избран членом ряда европейских академий и научных обществ, переписывался со многими учеными, в том числе русскими. В знак уважения к русской науке, прежде всего к трудам М. В. Ломоносова, Берн в августе 1775 г. направил в дар Петербургской Академии наук две свои книги2 (одна из них - "Минералогические письма о поездке по Темешвару, Банату, Трансильвании, Верхней и Нижней Венгрии"3 , вызвавшая большой резонанс в научных кругах и переведенная на английский, французский и итальянский языки). Члены академии высоко оценили эти труды, избрав Борна 29 декабря 1776 г. своим сочленом4 .

Семь лет спустя на венских книжных прилавках появилась брошюра на латинском языке - "Образец монахологии Иоанна Физиофила по методу Линнея"5 . Как полагали, автором ее являлся бывший иезуит, скрывшийся под псевдонимом Игнаций Лойола Куттенпейчер (то есть "бичующий монахов"). То была злая сатира на быт и нравы монахов, адресованная "всем врагам, монашества и подлинным друзьям человечества". В предисловии к трактату отмечалось: "Чем является насекомое в классе животных неразумных, тем является в классе существ разумных монах. Разница только в том, что насекомые приносят малый вред, а монахи - большой. Например, гусеница сжирает только листья, а монах пожирает целое государство. Клоп высасывает малую каплю крови, а монах высасывает последнюю каплю крови из крестьянства. Если блоха ущипнет человека за кожу и место укуса только чешется, то монах вонзается прямо в человеческое сердце, и рана эта убийственнее инквизиции". Гневно обличая распространявшееся монашескими орденами мракобесие, автор восклицал: "Употребляйте ртутную мазь, дабы избавить свое жилище от смердящих клопов! Светские власти, употребите свою силу, чтобы с корнем вырвать этих наисквернейших и наивреднейших насекомых - монахов, тогда будет свет в ваших государствах!"

Автор брошюры выражал твердое убеждение в том, что большинство католиков - противники монахов и донельзя сыты их обманами, плутнями и коварством. "Настоящее монашество, - говорилось в трактате, - когда людей лишают всего человеческого и делают из них врагов людей". "Бывший иезуит" с гневом писал о засилье монахов в политике и культуре, о вреде, который они наносят молодому поколению. "Откройте, наконец, глаза! - восклицал он. - Научитесь отличать шутовство от настоящей чести, лицемерие от честности, обман от правды... Изучайте монаха среди монахов, и я ручаюсь..., что вы найдете ужасы ужасов, что вы прозреете, что вы сами, - ваши дети и


1 "Протоколы заседаний конференций имп. Академии наук с 1725 по 1803 г.". Т. 3. 1771 - 1785. СПБ. 1900, стр. 817.

2 Там же, стр. 197.

3 Экземпляр этой книги, поступивший в библиотеку Вольного экономического общества, по-видимому, в 1794 г., в настоящее время находится в Государственной публичной библиотеке им. М. Е. Салтыкова-Щедрина.

4 В. П. Шемиот. Общий список членов императорской Академии наук со дня ее основания. "Записки" имп. Академии наук. Т. 22. 1873, кн. 2, стр. 47.

5 "Johannis Phisiophili specimen monacho-logiae methodo Linneana". Wien. 1783.

стр. 208


ваши потомки будете возвращены человечеству". Затем шли "таблицы" с детальным пародийным "естественнонаучным" описанием (действительно как бы по Линнею) монашества в целом и его отдельных орденов - бенедиктинцев, доминиканцев, францисканцев, августинцев и пр. Каждое описание строилось по однотипной схеме - прическа, внешний вид, одежда, повадки, обычаи. Так, у бенедиктинца - бритая голова, невзрачная внешность и любовь к деньгам; доминиканец носит штаны и башмаки, обладает прекрасным нюхом и издали чувствует вино и еретиков; францисканец - безус, острижен, от него пахнет козлом; августинец отличается склочным и корыстолюбивым характером, и т. п.

При всей ненависти автора трактата к монашеству как социальному институту он не был атеистом и ратовал лишь против, крайностей религиозного фанатизма и мракобесия монахов. Но это "лишь" в условиях того времени значило немало. Общая просветительская направленность сочинения была очевидной. Она вызвала одобрение передовых кругов и негодование в стане реакции6 . Выход в свет этого произведения совпал с проведением в Австрийской монархии ряда реформ, объективно расчищавших почву для развития буржуазных отношений. В 1781 - 1782 гг. император Иосиф II издал патенты об отмене личной крепостной зависимости и о введении, хотя и с некоторыми ограничениями, религиозной веротерпимости. Тогда же началось упразднение части монастырей и некоторых монашеских орденов7 . Понятно, что в такой обстановке появление "Монахологии", созданной в лучших традициях боевой просветительской публицистики8 , вызвало, сенсацию. Вскоре трактат был переиздан в, Лондоне и Париже. В разгар революционных событий во Франции "Монахология" снова дважды выходит в свет на французском языке. Мало кто знал тогда, что под именем Иоанна Физиофила скрывался Борн9 - не только ученый-минералог, но и талантливый публицист, борец с мракобесием и просветитель.

И. Борн родился 26 декабря 1742 г. в Трансильвании, в мелкопоместной семье. В 13 лет его направили учиться в Вену, а четыре года спустя он был зачислен в орден иезуитов. Однако живой ум юноши не мог долго мириться с иезуитской схоластикой. Только на 16 месяцев хватило у него терпения. Порвав с иезуитами, Борн переехал в Прагу, где некоторое время изучал в университете право и естественные науки10 . Затем в поисках дальнейших знаний Борн начинает странствования, завязывая знакомства с разными учеными. Летом 1770 г. он отправляется в путешествие по Словакии, Венгрии и южнославянским землям, описывая путевые впечатления в письмах к своему другу, видному шведскому естествоиспытателю И. Я. Ферберу. В конце того же года Борн возвращается в Прагу, где получает должность заседателя Пражского горного управления и минцмейстера монетного двора, а в 1772 г. - звание горного советника.

Здесь среди ученых и литераторов, воодушевленных идеями Просвещения, он нашел единомышленников. То были выдающиеся чешские ученые, внесшие значительный вклад в формирование передовой общественной мысли и культуры: основоположник чешской критической историографии Й. Добнер, с которым Борн установил сотрудничество еще в 1760-е годы, историк Ф. М. Пельцль, нумизмат, историк культуры и журналист А. Фойгт, профессор минералогии Й. Пейнтнер, математики Й. Степлинг и Я. Тесанек, экономист- физиократ Й. Бучек и другие. Большой популярностью пользовался в Праге профессор изящных искусств и морали К. Сейбт, пропагандист просветительской литературы, лекции которого собирали в университете широкую аудиторию. Борн быстро становится звездой первой величины на пражском научном небосклоне и не только ведет активную жизнь ученого- естественника, но и принимает деятельное участие в организации важных научно-культурных акций. Из суммы имеющихся в источниках беглых характеристик и скрупулезного анализа сравнительно скудных сведений можно нарисовать портрет незаурядного человека, истинного сына своего века, убежденного сторонника идей Просвещения, бойца армии прогресса.

Примерно в первом полугодии 1771 г. вокруг Борна складывается кружок "Общест-


6 "Vesmir", 1954, N 10, str. 343.

7 П. Митрофанов. Политическая деятельность Иосифа II, ее сторонники и ее враги. СПБ. 1907, стр. 624.

8 См. "Antologie z dejin ceskoslovenske filosofie". Т. 1. Praha. 1963, str. 346.

9 В монографии, посвященной ранним годам деятельности Борна, авторство его ставится под сомнение (J. Haubelt. Studie o I. Bornovi. Praha. 1972, str. 12).

10 "Ignatz von Born" ("Neuere Abhand-lungen der konigl. bohmischen Gesellschaft der Wissenschaften". Bd. 2. 1795, S. XXIX).

стр. 209


во ученых мужей", от имени которого с 1 октября 1771 по 15 сентября 1772 г. издавался критико-библиографический еженедельник на немецком языке "Пражские ученые известия". За неполный год в типографии книгоиздателя В. Герле вышло в свет 50 его номеров. Журнал содействовал сплочению друзей и единомышленников Борна. Это издание отличалось боевым духом. На его страницах рассматривались и оценивались с просветительских позиций выходившие в пределах Австрийской империи (Чешские земли входили в ее состав) и за рубежом книги по истории, праву, философии, экономике, политике, по естественным, точным и прикладным наукам, художественная литература и периодические издания. Только одна отрасль, как об этом открыто заявила редакция, не освещалась в журнале - богословие.

Первый номер "Пражских ученых известий" открывался рецензией Борна на книгу чешского экономиста Я. Трнки "Обязанность хозяйственного служащего" (1770 г.), поднимавшего вопрос об экономической и моральной несостоятельности крепостного права. "Он, - писал об авторе Борн, - рассматривает чешского крестьянина прежде всего как крепостного, не обладающего собственной землей, вследствие чего его усердие приглушается, польза, которую он мог бы извлечь из своей работы, становится сомнительной, и побудительные причины его усердия ослабевают"11 . Обращение Борна к крестьянскому вопросу не случайно. Сторонник передовых, просветительских взглядов, он понимал ту роль, которую играло крестьянство в развитии экономики страны, и открыто осуждал феодально-крепостнические порядки12 . Но и после отмены личной зависимости в чешских и других землях монархии Габсбургов Борн пользовался любым поводом, чтобы подчеркнуть роль крестьянства как производителя общественного богатства.

В "Пражских ученых известиях" много внимания уделялось борьбе против средневековой схоластики, суеверий, религиозного фанатизма, в защиту свободы печати, честного научного исследования. Много сил и времени уделял этому изданию сам Борн, страстный противник косного, в особенности клерикализма и его авангарда - ордена иезуитов. Вот в чем разгадка того, почему впоследствии он выбрал себе иронически-непримиримый псевдоним Игнаций Лойола Куттенпейчер, намекавший на "другого" Игнация - ненавистного ему основателя, ордена иезуитов Лойолу. Впрочем, радикализм еженедельника и, по-видимому, его редактора в конечном счете не выходил за умеренно-просветительские рамки. Тем не менее среди тогдашних изданий Австрийской империи этот журнал принадлежал к числу наиболее ярких образцов просветительской публицистики. Даже теперь, читая небольшие пожелтевшие тетради "Пражских ученых известий", нельзя не поражаться смелости их сотрудников, в первую очередь Борна.

Любопытен следующий пример аллегорической социальной критики, вышедшей из-под пера Борна в начале 1770-х годов и нашедшей отражение в рассказе "Государственный парик", опубликованном против воли автора (правда, анонимно)13 . Это острая сатира на реакционные правительственные и придворные австрийские круги. Старый парик, сделанный из волос безбожников, утопленников и других "нечестивцев", повествует о том, как переходил он с головы короля на голову его камердинера, потом бродячего актера, как опускался все ниже по социальной лестнице и что видел и слышал при этом. Рассказ во многом загадочен и, несомненно, связан с масонским движением, в котором участвовал Борн14 . В нем чувствуются многочисленные реалии, хорошо понятные современникам. Нет ли в нем каких- то автобиографических намеков? Ведь в 1765 г. Борн женился на дочери парикмахера. Во всяком случае, устами старого парика как бы воссоздается картина общества того времени, вследствие чего рассказ достигает большой обличительной силы. Однако независимая позиция Борна, антифеодальные настроения "Пражских ученых известий" не могли оставаться безнаказанными в абсолютистском государстве. Борну вменили в вину, что общественно- литературными делами он занимается больше, чем служебными обязанностями. Подлил масла в огонь и венский придворный типограф Траттнер, подавший жалобу на "Пражские


11 "Prager Gelehrte Nachrichten". Bd. 1, 1771, N 1, S. 2.

12 J. Haubelt. Ignac Born a venkovsky lid. "Casopis spolecnosti pfatel starozitnosti", 1960, N 2, str. 99 - 108.

13 "Die Staatsperucke. Eine Erzahlung". Wien. 1773.

14 А. С. Мыльников. Возникновение раннепросветительских объединений в Чешских землях. "Развитие капитализма и национальные движения в славянских странах", М. 1970, стр. 52 - 54.

стр. 210


ученые известия" за помещенную там рецензию, в которой он подвергался резкой критике за плохо изданный им классический труд Линнея "Система природы"15 . Автором рецензии был Борн. Осенью издание еженедельника прекратилось. Дело приняло настолько серьезный оборот, что Борн вынужден был подать в отставку (о подлинных мотивах ее свидетельствует его письмо в Шведскую Академию наук) и на некоторое время уехать из Праги.

С прекращением издания еженедельника и временным отъездом Борна кружок его, однако, не распался. Важным памятником чешской передовой общественной мысли стал изданный Пельцлем и Фойгтом при участии Борна в 1773 - 1782 гг. пятитомный биобиблиографический словарь чешско-моравских ученых и художников. В конце 1773 - начале 1774 г., вскоре после ликвидации ордена иезуитов, в Праге под председательством Борна возникло "Частное общество для содействия успехам математики, отечественной истории и естествознания", - прообраз чешской национальной Академии наук, а в 1775 г. вышел в свет первый том его "Трудов". Общество находилось в русле прогрессивной просветительской науки. Костяк его членов составили участники кружка "Общество ученых мужей". Хотя "Труды" Частного общества в отличие от "Пражских ученых известий" носили академический характер, в предисловиях к ним Борн очерчивал широкую картину научного и культурного развития Чехии. "Чехия, которая ввиду обилия в ней великих и ученых мужей отличается от остальных государств наследственных земель, должна служить им образцом и ободрять ученых в Австрии, Венгрии и в других далеко лежащих провинциях", - заявлял он в 1776 г. во вступительном слове ко второму тому "Трудов". Подчеркивая его приватный, неправительственный характер, Борн добавлял, что "ученые даже без официального поощрения и поддержки могут быть полезны своей родине, если только они так же воодушевлены стремлением к распространению знаний и к славе родины, как те, кто объединяется для издания этих известий"16 . Выступления Борна, подразумевавшего под словом "родина" именно Чехию, как бы сочетали воедино науку и ее высокое общественное призвание, ее ответственность и долг перед своим народом.

Связи Борна с Чехией не прервались и после того, как в 1776 г. он переехал в Вену, где ему были поручены организация и заведование естественным и минералогическим кабинетом. С 1779 г. он действительный придворный советник. Но и теперь, с головой уйдя в научную деятельность и вращаясь в венских придворных кругах, Борн ни на йоту не изменял своим убеждениям. Подтверждением является его "Монахология", вышедшая в 1783 году. Кардинал Мигацци не без основания требовал изъятия книги: выступая под маской "бывшего монаха-иезуита", Борн сводил счеты именно с теми силами, которые душили свободную мысль и сделали невозможным продолжение "Пражских ученых известий", с их предшественниками, у которых он начинал учиться юношей, и их преемниками, ибо с отменой ордена иезуитов жало клерикализма не было вырвано. "Новейшая естественная история монахов", будучи своего рода итогом общественно-политических раздумий Борна, - в равной мере памятник австрийской и чешской просветительской мысли. И когда 24 июля 1791 г. Борна не стало, члены Чешского общества наук - преемника Частного общества - скорбели о нем как о своем собрате и "первом основателе" их корпорации.

Борн рано начал свой творческий путь, рано и завершил его: в 1791 г. ему исполнилось бы всего 49 лет. Но поистине он прожил не одну, а две, причем яркие жизни: жизнь ученого европейского диапазона и жизнь передового общественного деятеля, сочинения которого перешагнули границы его родины.


15 A. Kraus. Prazske casopisy 1770 - 1774 a ceske probuzeni. Praha. 1909, str. 60 - 61.

16 "Abhandlungen einer Privatgesellschaft in Bohmen". Bd. 1. Praha. 1776. Vorbericht.

Опубликовано 05 апреля 2017 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?