Научная библиотека PORTALUS

Библиотека ПОРТАЛУС - крупнейшей собрание научных текстов России

Похожие статьи:
!!!

Календарь \ в этом месяце:
Январь 2017
ПнВтСрЧтПтСбВс
 01
02030405060708
09101112131415
16171819202122
23242526272829
3031 


ПЕДАГОГИКА новое | RSS


Главная ПЕДАГОГИКА ИЗ ИСТОРИИ ЖЕНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ

ИЗ ИСТОРИИ ЖЕНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ

Дата публикации: 01 мая 2016
Автор: Л. Д. ФИЛИППОВА
Публикатор: А. Комиссаров
Рубрика: ПЕДАГОГИКА
Источник: (c) Вопросы истории, № 2, Февраль 1963, C. 209-218
Номер публикации: №1462126364 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Л. Д. ФИЛИППОВА, (c)

найти другие работы автора

8 марта этого года в нашей стране в пятидесятый раз будет отмечаться Международный женский день. Полвека назад, в 1913 г., петербургские работницы провели этот день под лозунгом борьбы за экономическое и политическое раскрепощение женщин. Разработка истории женского движения в дореволюционной России представляет большой интерес. С этой проблемой тесно связан и вопрос о женском образовании, еще слабо освещенный в нашей литературе. Между тем изучение его помогает лучше понять те трудности, с которыми пришлось столкнуться Советской власти в борьбе за повышение образовательного уровня женщин, дает возможность ярче раскрыть великие перемены, происшедшие в этой области после победы Октября.

 

*

 

Царская Россия была одной из самых отсталых стран по уровню образования населения. В 60-х годах XIX в. здесь было не более 5 - 6% грамотных, в 80-х годах - около 10,3%; к XX в. общий процент грамотных достиг только 21,11 . Абсолютное большинство населения не умело ни читать, ни писать, а число лиц с образованием выше начального составляло лишь 1%2 . В России, отмечал В. И. Ленин, делалось все, чтобы "не дать рабочим и угнетенным массам образования"3 .

 

Во второй половшие XIX в. в ряде стран уже были приняты законы о всеобщем обучении. Царское самодержавие, напуганное революциями в Европе и видевшее в развитии образования одну из причин революций, всячески препятствовало его распространению среди народа. Царизм беспощадно глушил все ростки знания. Накануне реформы 1861 г. в России училось всего 450 тыс. человек, то есть на каждую тысячу жителей приходилось лишь 7 учащихся4 . Антинародную сущность политики царизма в области просвещения и образования ярко характеризуют слова шефа жандармов Бенкендорфа: "Не должно слишком торопиться с просвещением, чтобы народ не стал по кругу своих понятий в уровень с монархами и не посягнул тогда на послабление их власти"5. Особенно ревностно царское правительство ограждало народ от среднего и высшего образования, которое оно стремилось сделать лишь уделом дворянства. Этой цели, в частности, служило создание закрытых привилегированных учебных заведений, высокая плата за обучение.

 

Падение крепостного права и последовавшее вслед за этим бурное развитие капитализма объективно обусловили некоторые изменения в системе образования: увеличилось количество гимназий, было установлено формальное равенство сословий. Однако фактически в капиталистической России, где вплоть до Октябрьской револю-

 

 

1 Н. Г. Чернышевский. Соч. Т. IV. СПБ. 1906, стр. 556; А. Г. Рашин. Грамотность и народное образование в XIX и XX вв. "Исторические записки" N 37, стр. 34, 39.

 

2 "Общий свод по империи результатов разработки данных первой всеобщей переписи населения, произведенной 28 января 1897 г.". Т. 1. СПБ 1905, стр. XVII.

 

3 В. И. Ленин. Соч. Т. 28, стр. 179.

 

4 А. Г. Рашин. Указ. соч., стр. 55 - 56.

 

5 М. Лемке. Николаевские жандармы и литература 1826 - 1855 гг. Изд. II СПБ. 1909, стр. 43.

 
стр. 209

 

ции были сильны феодально-крепостнические пережитки, сословный признак еще долго продолжал быть одним из тормозов развития народного образования. Правительство умышленно задерживало развитие земских школ и оказывало покровительство церковно-приходским школам, формировавшим мировоззрение детей в духе покорности богу и царю.

 

Эта реакционная политика привела к тому, что к началу XX в. число обучавшихся в гимназиях детей крестьян составляло лишь 6 %, а детей дворян и чиновников - 56,4%. В. И. Ленин в статье "Перлы народнического прожектерства", анализируя состав учащихся гимназий, отмечал: "...сословность и теперь преобладает в наших средних школах, если даже в гимназиях (не говоря уже о привилегированных дворянских заведениях и т. п.) 56% учащихся - дети дворян и чиновников"6 . Умышленно задерживая развитие народного образования, правительство отпускало на него мизерные средства. Из общего государственного бюджета расходы на образование составляли: в 1872 г. - 2,3%, в 1902 г. - 2,1%, в 1912 г. - 3,9%, в 1913 г. - 4,2%7 . Самодержавие отпускало буквально гроши на оплату труда учителей. "Россия бедна, когда речь идет о жалованье народным учителям"8 , - писал Б. И. Ленин. "Россия не только бедна, она - нищая, когда идет речь о народном образовании. Зато Россия очень "богата" расходами на крепостническое государство, помещиками управляемое, расходами на полицию, на войско, на аренды и десятитысячные жалованья помещикам, дослужившимся до "высоких" чинов, на политику авантюр и грабежа..."9 . В результате такой политики самодержавия в России накануне первой мировой войны 4/5 всех детей и подростков было лишено образования10 .

 

Но в особенно тяжелом состоянии находилось женское образование. Это обусловливалось тем бесправным, унизительным положением, в котором находились женщины в царской России. Их ограничивали в элементарных гражданских и личных правах, в том числе и в праве на образование. Согласно переписи 1897 г., число грамотных среди женщин составляло лишь 13,1%, в том числе в Европейской России - 13,7%, на Кавказе - 6%, в Сибири - 5,1%, в Средней Азии - 2,2%. Среди коренного населения Средней Азии процент грамотных женщин составлял 0,711 .

 

Подход к вопросу о женском образовании был различен у представителей различных классов. Представители буржуазии выдвинули лозунг равенства всех перед законом, и право женщин на образование было частью этих требований. Однако буржуазные идеологи ограничивались требованиями только формального равенства женщин и мужчин. Они стремились разрешить вопрос о женском образовании, как и женский вопрос в целом, на базе буржуазного общественного строя. Их требование женского образования не касалось работниц, для которых оно неразрывно было связано с их общим раскрепощением.

 

Совершенно по-другому ставили вопрос о женском образовании революционеры-демократы. Они пропагандировали идеи политического и социально-экономического равенства мужчин и женщин, разъясняли, что право женщин на образование - составная, неразрывная часть женского вопроса, вопроса об их политических и гражданских правах. Н. Г. Чернышевский, один из самых последовательных борцов за женское образование, считал борьбу народа за образование неотъемлемой частью революционной борьбы. "Когда политическая власть направлена против народа, - писал он, - то тогда народ не может быть ни грамотным, ни культурным... Политическая власть, материальное благосостояние и образованность - все эти три вещи соединены неразрывно. Кто находится в нищете, тот не может развить своих умственных сил; в ком не развиты умственные силы, тот не способен пользоваться властью выгодным для себя образом; кто не пользуется политической властью, тот не может спастись от угнетения, то есть нищеты, то есть от невежества"12 .

 

 

6 В. И. Ленин. Соч. Т. 2, стр. 435.

 

7 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. I. СПБ. 1914, стр. 134.

 

8 В. И. Ленин. Соч. Т. 19, стр. 117.

 

9 Там же, стр. 116 - 117.

 

10 См. там же, стр. 115.

 

11 "Общий свод по империи результатов разработки данных первой всеобщей переписи населения, произведенной 28 января 1897 г.". Т. 2. СПБ. 1905, стр. 25, 40, 175.

 

12 Н. Г. Чернышевский. Соч. Т. IV, стр. 81.

 
стр. 210

 

В. Г. Белинский, А. И. Герцен, Н. Г. Чернышевский, Н. А. Добролюбов придавали огромное значение роли женщины в общественной жизни, в прогрессивном развитии общества. Они считали, что знания нужны женщине не как средство для устройства личной судьбы, но главным образом для служения народу. "Каким верным, сильным, принципиальным умом одарена женщина от природы, - писал Н. Г. Чернышевский. - И этот ум остается без пользы для общества, оно отвергает его, оно подавляет его, оно душит его, а история человечества пошла бы в десять раз быстрее, если бы этот ум не был отвергаем и убиваем, а действовал бы"13 .

 

Считая, что освобождение женщины неразрывно связано с освобождением всего угнетенного народа, русские революционные демократы неустанно призывали женщин к активной борьбе за переустройство общества. Их пропаганда и борьба сыграли огромную роль в пробуждении самосознания масс, в изменении взглядов на роль женщины в обществе и способствовали тем успехам, которые были достигнуты в женском образовании вопреки усилиям царского правительства. Требование права женщины на образование было горячо поддержано передовыми учеными страны: И. М. Сеченовым, Н. И. Пироговым, П. Ф. Лесгафтом, С. П. Боткиным, К. Н. Бестужевым-Рюминым и др.

 

Царское правительство пыталось преуменьшить значение развивающегося общественного движения в защиту прав женщин. В дворянско-буржуазной периодической печати и литературе проводилась мысль, будто бы в России не существует женского вопроса, который имел место в Америке, Англии, так как центр тяжести этого вопроса для русской женщины лежит якобы не в ее гражданских или политических правах, а прежде всего в праве женщин на образование, что будто бы вопрос о женском образовании в России есть совершенно самостоятельный вопрос, не зависящий от успехов в области эмансипации женщин, и т. д.14 .

 

Борьба передовых общественных сил России за права женщин сыграла огромную роль в развитии движения за женское образование.

 

*

 

Положение с начальным образованием женщин в царской России оставалось весьма плачевным вплоть до Октябрьской революции. Абсолютное большинство девочек было вне школы. Некоторое увеличение числа учащихся девочек в начале XX в. по сравнению с 70 - 80-ми годами XIX в. (с 1871 по 1914 г. число учащихся девочек выросло со 121 тыс. до 2700 тыс.)15 шло в основном за счет детей из более обеспеченных слоев населения. Девочки из семей городской и сельской бедноты, как правило, почти не посещали школу. Нужда заставляла родителей использовать труд малолетних детей. И если приходилось выбирать между сыном и дочерью, родители, почти не задумываясь, оставляли вне школы дочь. Труд малолетних девочек особенно широко использовался в домашнем производстве: посещаемость школы девочками из семей домашних ткачей по Московской области, например, составляла только 34,2%16 . Интересны результаты обследования, проведенного земством в Нижегородском и Воронежском уездах в 1911 г., по выявлению причин низкой посещаемости начальных школ. Основная причина, свидетельствовало большинство заключений, - исключительная бедность населения, заставлявшая родителей использовать труд детей. Обследователи обращали внимание на особую занятость различным трудом девочек: "По экономическим причинам среди не посещавших школу 22,4% мальчи-

 

 

13 Н. Г. Чернышевский. Что делать? М. 1951, стр. 429.

 

14 См., например, Н. Зинченко. Женское образование в России СПБ 1901, стр. 1, 3, 10.

 

15 См. "Статистические сведения по начальному образованию в" Российской империи". Вып. III. СПБ. 1902; "Всеподданнейший отчет министра народного просвещения за 1913 г.". II гр. СПБ. 1916, стр. 120; "Церковные школы Российской империи". СПБ. 1915.

 

16 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. II. СПБ 1915 стр. 430.

 
стр. 211

 

ков и 77,6% девочек"17 . По данным статистики, в 1898 г. из 35 человек женатого населения в городе и из 69 человек на селе училась лишь 1 девочка, в то время как для мужчин эта цифра снижалась до 22 человек в городе и 20 человек на селе18 .

 

Существенным показателем, характеризующим состояние женского образования, является продолжительность обучения. Начальные училища России состояли из трех классов, однако почти половина учащихся бросала учебу после одного года обучения, лишь 10% оканчивали полный курс. Трехлетнее образование, таким образом, получал лишь 1 из 500 жителей19 .

 

Говоря о начальном образовании женщин, нельзя не учитывать крайне низкого качества обучения. В трехлетней школе, призванной давать законченное начальное образование, большинство учащихся овладевало лишь элементарными знаниями. Особенно неудовлетворительно было поставлено обучение в церковно-приходских школах, которые охватывали свыше четверти всех учащихся. Церковно-приходские школы были созданы в период реакции 80-х годов XIX в. в противовес земской школе. Правительство, напуганное размахом движения за просвещение, ростом школ в 70 - 80-х годах, учредило церковно-приходские школы, которые, по заявлению обер-прокурора синода Победоносцева, "по самим условиям существующего в них обучения и надзора представляют собой гораздо более гарантий для правильного и благонадежного в церковном и народном духе образования, нежели другие виды народных школ, и поэтому заслуживают со стороны правительства поддержки и поощрения". Правительством были предоставлены крупные суммы на организацию церковно-приходских школ. В результате за десятилетие (1893 - 1903) количество церковно-приходских школ выросло с 31835 до 4450020 .

 

Среди учителей этих церковно-приходских школ было мало людей, имевших специальное учительское образование. Места учителей обычно занимали лица духовного звания, часто полуграмотные. Ученики подвергались телесным наказаниям; вместо учебы они нередко выполняли различные работы по хозяйству у своего "преподавателя". Так, в 1912 г. в Киевской губернии, в Радомысловском мировом суде, разбиралась жалоба крестьян на церковно-приходскую школу их села. "Ни один ученик этой школы, - писали крестьяне, - грохота не выучился, не умеет прочесть даже по печатному. Учитель занимается хозяйством и посторонними делами; в школе страшная грязь и нельзя учиться, потому что в классе помещаются телята и куры учителя". При обследовании школы оказалось, что не только ученики не умели читать, но и сам учитель оказался неграмотным. Тем не менее комиссия не разрешила крестьянам открыть земскую школу, поскольку в селе числилась церковно-приходская21 . Первый Всероссийский съезд по образованию женщин, организованный Российской лигой равноправия женщин в 1912 - 1913 гг., констатировал: церковно-приходские школы - "это стена, которая стала на пути народа к просвещению, и, для того чтобы народ стал просвещенным, необходимо ее разрушить"22 .

 

Определенную роль в распространении грамотности среди женского населения сыграли фабрично-заводские и так называемые воскресные школы. Развитие промышленности вызвало потребность в более квалифицированной рабочей силе. Грамотный, квалифицированный рабочий успешнее овладевал машиной. Образование способствовало повышению производительности труда рабочего. Поэтому нередко предпринимателей интересовал рабочий, который имел определенный уровень грамотности, образования. При фабриках и заводах открывались 2 - 3-годичные школы. Однако тяжелые условия фабрично-заводского труда мало способствовали успешным занятиям в школе. Особенно это касалось женщин. Заработная плата фабричной работницы была очень низкой, жить и работать ей приходилось в крайне нездоровых условиях, поэтому для учебы уже не оставалось ни сил, ни времени.

 

 

17 Журнал "Русская школа", 1911, N 1, стр. 79.

 

18 "Статистические сведения по начальному образованию в Российской империи". Вып. III, стр. 177, 181, 189, 193.

 

19 Г. Фольборк и В. Чарнолусский. Народное образование в России. СПБ. 1902, стр. 142 - 143.

 

20 А. Г. Рашин. Указ. соч., стр. 61, 63, 65.

 

21 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. II, стр. 557.

 

22 Там же, стр. 553 - 555.

 
стр. 212

 

Значительно большей популярностью пользовались так называемые воскресные школы, инициаторами и организаторами которых были представители передовой интеллигенции, особенно учителя. Все преподаватели работали в школах бесплатно. Это были в основном школы для взрослых, как неграмотных, так и окончивших начальную школу. Объективная необходимость повышения образования населения в условиях развивавшегося капитализма вынуждала правительство разрешить воскресные школы, работа которых велась в ограниченных рамках и под строгим наблюдением властей. В 1862 г., через три года после появления первых воскресных школ, последовал "высочайший указ", по которому воскресные школы приравнивались к приходским училищам, а обучение в них ограничивалось "законом божьим, чтением и письмом на русском языке, первыми началами арифметики". Особое внимание в указе обращалось на "благонадежность" учредителей и распорядителей школ. Даже жертвовать средства на школу имели право лишь лица, пользовавшиеся расположением властей23 . Тревога правительства была вызвана тем обстоятельством, что эти школы нередко использовались для революционной пропаганды.

 

Позднее, в 1891 г., воскресные школы были изъяты из ведения министерства просвещения и переданы духовному ведомству. Во главе их должны были стоять священники. Обучение рабочих сверх программы начальной школы грозило закрытием школы и снятием с работы педагога. Поэтому преподавание часто велось полулегально. Н. К. Крупская, работавшая в 90-х годах в Смоленской воскресной школе в Петербурге, вспоминала, как однажды инспектор, посетив урок математики в "повторительной" группе (группа, где обучались ученики, имеющие начальное образование), рассыпался в похвалах преподавателю за блестящие ответы учеников по десятичным дробям, а на другой день пришел указ о закрытии группы за превышение программы: "Можно было лишь повторять четыре действия арифметики, преподавание же десятичных дробей считалось слишком революционным"24 .

 

Но, несмотря ни на какие циркуляры и контроль, воскресные школы продолжали нести знания в рабочие массы. Росла популярность школ среди работниц. В 1896 г. насчитывалось 472 воскресных школы, среди них 136 женских25 . В 1905 г., по официальным статистическим данным, насчитывалось уже 1042 воскресных школы, в которых обучалось около 70 тыс. человек, около половины из них составляли женщины26 .

 

Воскресные школы явились одним из тех каналов, через которые рабочие, в том числе и работницы, втягивались в революционное движение. Эти школы во многом способствовали распространению грамотности среди рабочих и особенно среди женщин, для которых они становились иногда единственным способом получить хотя бы начальное образование. Но школ этих было слишком мало, чтобы удовлетворить потребности огромной массы неграмотных в России.

 

Значительно усилилась тяга рабочих к образованию после революции 1905 - 1907 годов. "В массе крестьян и рабочих проявилось сознание, что только наука дает возможность разобраться во всем происходящем"27 . Большое влияние революция оказала на сознание женщин. "По-видимому, тот общественный перелом, - отмечалось в одном из документов I Всероссийского съезда по образованию женщин, - который наступил вообще в русской жизни после 1905 г. и в создании которого рабочий класс принимал наиболее горячее участие, отразился для этого класса, между прочим, повышением спроса на женскую грамотность"28 .

 

Особенно активизировалась борьба за распространение просвещения среди трудовых масс населения страны в период подготовки социалистической революции. Большевики в своих программных требованиях отводили большое место этому вопросу,

 

 

23 Я. В. Абрамов. Наши воскресные школы. СПБ. 1900, стр. 54.

 

24 Н. Крупская. Из далеких времен. М. 1930. стр. 7.

 

25 "Статистические сведения по начальному образованию в России за 1896 г.". СПБ. 1898, стр. 241.

 

26 А. М. Иванова. Что сделала Советская власть по ликвидации неграмотности среди взрослых. М. 1949, стр. 7.

 

27 "Труды I Всероссийского съезда деятелей общества народных университетов". СПБ. 1908, стр. 294 - 295.

 

28 См. "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. II, стр. 429.

 
стр. 213

 

считая борьбу за просвещение и культуру неотъемлемой частью революционной борьбы пролетариата. Н. К. Крупская, вспоминая о деятельности рабочих Петрограда накануне Октября, писала, что они тесно связывали свою революционную борьбу с борьбой за культуру. В частности, ими была организована при культурно-просветительном отделе Выборгской районной управы, которая находилась тогда в руках большевиков, специальная комиссия с широким представительством от всех 40 заводов района. Главной своей задачей комиссия считала ликвидацию неграмотности, особенно среди работниц текстильных фабрик29 .

 

До второй половины XIX в. основная масса женского населения России вообще не знала среднего образования. Институты благородных девиц были закрытыми учебными заведениями, в которые принимались только дочери дворян или лиц духовного звания. Сословный принцип выдерживался в них очень строго. Уровень образования во всех этих институтах был крайне низок. Правительство видело смысл женского образования в том, чтобы "воспитывать добрых жен, попечительных матерей, хозяек семей". Поэтому ученицы получали лишь самые общие представления о той или иной науке. Учебник геометрии, например, был составлен так, что из него была выхолощена вся суть. Не случайно, что эти учебные заведения не сыграли какой-либо заметной роли в развитии женского образования в России.

 

Первые женские средние учебные заведения - гимназии - появились в середине 60-х годов XIX века. Они создавались как всесословные учебные заведения и завоевали известную популярность. Об этом, в частности, свидетельствовал рост числа учащихся в женских гимназиях30 . Однако женские гимназии были исключены из государственного бюджета, они существовали на общественные или личные средства. Это ставило их в более тяжелое положение по сравнению с мужскими гимназиями и закрытыми женскими учебными заведениями. Отсутствие государственных субсидий сказывалось и на качестве обучения. Женские гимназии плохо снабжались учебными пособиями. Преподаватели имели сравнительно низкий уровень подготовки, им платили вдвое меньше, чем в мужских гимназиях. Во главе средних женских учебных заведений часто ставились лица, не имевшие ничего общего ни с образованием, ни с педагогикой. Например, в Самарской губернии начальницей женской учительской гимназии была назначена вдова гвардейского генерала, которая, по собственному своему признанию, впервые услышала о существовании учебного заведения, называемого женской гимназией.

 

Обучение шло по сильно урезанной программе. Курс математики, истории, литературы был значительно уже, чем в мужских гимназиях, отсутствовало преподавание логики и некоторых других предметов. Вместо этого учебные планы чрезмерно перегружались уроками рукоделия и прочими видами домоводства.

 

При комплектовании гимназий сословный принцип не соблюдался столь строго, как в институтах благородных девиц, тем не менее всесословными эти гимназии назвать было нельзя: фактически в них учились дети из обеспеченных семей. Широким трудящимся массам они были недоступны. Отсутствие государственных субсидий увеличивало и без того высокую плату за обучение: гимназии в поисках средств прибегали прежде всего к повышению этой платы. В 1912 г. из 15 млн. руб., требовавшихся на содержание женских гимназий, 10,5 млн. руб. составила плата за обучение и содержание учениц, лишь 1,5 млн. руб. было ассигновано государственным казначейством31 .

 

Кроме того, анализируя состояние женского среднего образования в России, нужно иметь в виду крайнюю неравномерность распределения гимназий по стране. В основном они сосредоточивались в Петербургской и Московской губерниях, в При-

 

 

29 Центральный партийный архив (ЦПА НМЛ) при ЦК КПСС, ф. 12, оп. 1, ед. хр. 127, стр. 4.

 

30 См. А. Грашин. Указ. соч., стр. 76.

 

31 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. II, стр. 139.

 
стр. 214

 

балтийском крае. Очень мало их было на Украине, в Белоруссии, Сибири, не говоря уже о национальных окраинах России. Так, в Петербургской губернии одна ученица приходилась на 181 человека женского населения, в Лифляндской губернии - на 178 человек, в Киевской - на 313, в Астраханской - на 1239, в Сыр-Дарьинской - на 1234, в Ферганской - на 243132 .

 

* Царизм, вынужденный пойти на уступки в отношении среднего женского образования, упорствовал в предоставлении женщинам права на высшее образование.

 

Перед Великой Октябрьской социалистической революцией в России в 105 высших учебных заведениях обучалось 127 тыс. студентов. Высокая плата за обучение и расходы, связанные с обучением, преграждали дуть в высшие учебные заведения представителям трудящихся слоев населения. В 8 университетах страны в 1914 г. дети рабочих, крестьян и трудовой интеллигенции составляли лишь 4,5%33 . При этом, если для мужчин возможность получения высшего образования ограничивалась малочисленностью вузов, сословными преградами или затруднениями материального характера, то женщины в царской России лишены были даже юридического права на высшее образование.

 

Впервые женщины появились в стенах Петербургского университета в 1859 г.: это были М. Вокова, К. Корсини, А. Блюмер, которые тайком, с помощью студентов, пробирались на лекции. В том же году, также тайно от властей, с помощью профессоров И. М. Сеченова и П. Ф. Лесгафта в Медико-хирургической академии начали слушать курс лекций В. Кашеварова и С. Ковалевская. Эти женщины явились пионерами женского высшего образования не только в России, но и в Европе. Известный английский ученый Д. С. Милль писал, что он "с чувством живейшего удовольствия и удивления узнал, что в России нашлись просвещенные и смелые женщины, потребовавшие для своего пола участия в различных отраслях высшего образования..."34. Однако вскоре женщинам было запрещено посещать университеты. Это было зафиксировано в университетском уставе 1863 года. Был закрыт допуск женщин и в Медико-хирургическую академию.

 

Упорно и настойчиво вели борьбу за право на высшее женское образование русские революционные демократы. Активно участвовали в этой борьбе и сами женщины. Они создавали кружки, группировавшие женщин, желавших учиться, собирали по всей стране подписи под петициями, требовавшими допуска женщин в университеты и средств на организацию женских курсов. Так, в 1867 г. была послана петиция от имени кружка женщин I съезду естествоиспытателей о необходимости высшего образования для женщин35 . В 1868 г. на имя ректора Петербургского университета поступило ходатайство от 400 женщин с просьбой об устройстве для них лекций или курсов. Среди подписавших петицию былин. В. Стасова, О. А. Мордвинова, В. П. Тарновская, Е. Н. Воронина, Е. И. Конради и др.36 . Министр просвещения Д. Толстой, выступивший в печати против авторов петиции, заявил, что половина из них взята на учет III Отделением37 .

 

Не имея возможности учиться у себя на родине, некоторые женщины отправлялись учиться за границу. Например, в Цюрихском университете из 23 студенток летнего и зимнего семестров 1869 г. было 15 русских, в 1872 г. из 63 - 54, а в 1873 г. - из 103 - 8338 . Большинство студенток изучали медицину, некоторые - философию. Почти все они блестяще сдавали экзамены.

 

В то время в Цюрихе было много русских революционеров-эмигрантов, общение с которыми способствовало пробуждению у студенток интереса к передовой обще-

 

 

32 Там же, стр. 141.

 

33 ЦСУ. "Культурное строительство в СССР". М. 1940, стр. 114.

 

34 Цит. по Н. Зинченко. Указ. соч., стр. 10.

 

35 "Журнал министерства народного просвещения", 1912, N 8, стр. 160.

 

36 Журнал "Русская мысль", 1886, N 12, стр. 270.

 

37 См. С. Сватиков. Русская студентка. Сборник "Путь студенчества". СПБ. 1916, стр. 96.

 

38 В. Бёмерт. Университетское образование женщин. СПБ. 1873, стр. 8, 9, 15.

 
стр. 215

 

ственной мысли, к революционной работе. Многие из русских студенток, обучавшихся за границей, посвятили впоследствии свою жизнь революционной борьбе в России. Среди них Вера и Лидия Фигнер, С. Бардина, В. Александрова, Б. Каминская, сестры Любатович, сестры Субботины и многие другие. Царское правительство издало указ о запрещении русским женщинам учиться в Швейцарии39 . Правительство грозило не допустить возвращения в Россию тех, кто откажется повиноваться и будет продолжать учение. Русские студентки, покинув Цюрих, перешли в другие университеты - в Берн, Париж, Кенигсберг, Гельсингфорс, Лейпциг. С 80 - 90-х годов наплыв русских студенток в европейские университеты усилился. В 1901 г. во всех университетах Швейцарии училось 748 женщин, из которых 560 были русскими. В Цюрихе в 1900 г. из 214 слушательниц было 97 русских, в Берне в 1902 г. - из 269 - 20740 .

 

Эти данные говорят о громадном стремлении русских женщин к высшему образованию. Они первыми в мире среди женщин получили звание докторов наук: Н. П. Суслова и В. А. Кашеварова - в области медицины, Ю. В. Лермонтова - химии, С. В. Ковалевская - математики, С. М. Переяславцева - зоологии, А. М. Евреинова - права. Своими научными достижениями русские женщины практически доказали несостоятельность реакционной теории о "неполноценности" женского ума, о "неспособности" женщины наравне с мужчиной участвовать во всех сферах общественной жизни.

 

Борьба передовой общественности России за женское образование, а также все усиливавшаяся тяга женской молодежи за границу и ее приобщение к революционной мысли вынудили царское правительство пойти на уступку - дать разрешение на открытие различных частных женских курсов, некоторые из которых были организованы еще в начале 1869 года.

 

В 1872 г. в Москве по инициативе профессора Московского университета В. И. Герье были созданы Высшие женские курсы. В отличие от ранее существовавших, которые не имели единой учебной программы и постоянных преподавателей, эти курсы уподоблялись историко-филологическому факультету. Преподавали здесь профессора Московского университета, составлявшие единый педагогический совет курсов. Уровень преподавания ни в чем не уступал университетскому. Курсы Герье явились первым высшим учебным заведением в России, где женщины получали высшее историческое образование.

 

Вскоре были открыты Высшие женские курсы в Петербурге, Казани, Киеве, Харькове и других городах. Почти везде их инициаторами и организаторами являлись сами женщины. Как правило, курсы имели отделения физико-математическое или историко-философское. Большую роль в развитии женского образования сыграли так называемые Бестужевские курсы в Петербурге. Система преподавания на них носила университетский характер. Лекции читали профессора Петербургского университета К. Н. Бестужев-Рюмин, С. М. Соловьев, Д. И. Менделеев, И. М. Сеченов, А. М. Бутлеров, Н. И. Бекетов и другие. За период с 1878 по 1886 г. на курсах училось около 3 тысяч человек. Полный курс окончили 1014 человек41 , из которых третью часть составляли слушательницы историко-словесного отделения. В 1872 г. при Медико-хирургической академии были открыты медицинские женские курсы, которые именовались "Курсами ученых акушерок". Преподавание полного курса медицины велось здесь тайком.

 

Обучение на курсах способствовало росту политической сознательности слушательниц. На Аларчинских женских курсах в Петербурге был создан кружок по изучению политической экономии для политического самообразования, который явился впоследствии ядром организации так называемых "чайковцев". Из кружка вышли ставшие известными в последующие годы революционные деятели Софья Перовская, Ольга Шлейснер, Александра Корнилова, Анна Кувшинская и др. Многие женщины играли значительную роль в революционном движении 70-х годов. В деятельности

 

 

39 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. I, стр. 65.

 

40 А. Деревицкий. Женское образование в России и за границей. Одесса. 1902, стр 23 - 24.

 

41 См. Энциклопедический словарь Брокгауза и Эфрона. Т. 22, стр. 872.

 
стр. 216

 

"Земли и воли" принимали участие Вера Фигнер и Ольга Шлейснер, "Черного передела" - М. Крылова, О. Буланова, Е. Ковальская; в составе исполнительного комитета организации "Народная воля" (всего 29 членов) было 10 женщин.

 

Многие женщины-революционерки, бывшие слушательницы различных высших женских курсов, стали впоследствии членами социал-демократических групп. Так, активным членом группы "Освобождение труда" была В. И. Засулич - ближайший соратник Г. В. Плеханова; В. М. Величкина (Бонч-Бруевич) примкнула впоследствии к большевикам. Несколько женщин-курсисток работали в группе Д. Благоева. В "Союзе борьбы за освобождение рабочего класса" видную роль играли Н. К. Крупская, З. Н. Невзорова, Л. М. Книппович, Л. Н. Радченко, А. А. Якубова, И. Г. Смидович. В "Союзе" работали десятки учительниц и курсисток: одни вели занятия в кружках, другие печатали воззвания, третьи распространяли их по рабочим районам, четвертые собирали денежные средства и т. д. Многие из них впоследствии стали членами РСДРП(б).

 

Правительство видело, какое революционизирующее влияние оказывает образование, особенно высшее, на женскую молодежь, поэтому в годы реакции женские учебные заведения оказывались первыми жертвами самодержавия. Напуганное революционно-демократическим движением 80-х годов, правительство закрыло ряд женских курсов. В городах начались гонения на студенток. Особенно преследовались студентки-медики. Великий русский писатель И. С. Тургенев обратился тогда к ним с горячим письмом: "Поверьте, за вас в этом вопросе все честное на Руси, все любящее свою родину, все желающее ей блага... Родина нуждается еще более в женщинах-врачах, чем врачах вообще. Исторические судьбы России налагают на русскую женщину особые и высокие обязанности"42 .

 

Большинство женских курсов смогло возобновить работу лишь в начале XX в., когда под натиском революционного движения правительство вынуждено было пойти на известные уступки в женском образовании.

 

В 1904 г. были открыты высшие женские сельскохозяйственные курсы, в 1906 г. - высшие женские политехнические курсы. Наконец в 1909 г. был разрешен женщинам доступ в университеты в качестве вольнослушательниц. В 1911 г. в 12 университетах было уже 900 женщин43 .

 

Однако, говоря об этих сдвигах в области высшего женского образования в России, необходимо отметить, что воспользоваться этими достижениями могли в основном представительницы имущих классов, о чем свидетельствует социальный состав слушательниц, например, высших Бестужевских курсов. Здесь в 1902 г. из 967 чел. по крайней мере 874 слушательницы принадлежали к хорошо обеспеченным слоям населения44 . Для Московских высших женских курсов аналогичные цифры составляли соответственно 719 и 68845 .

 

Следовательно, вопрос о высшем образовании был частично решен лишь для представительниц имущих классов. Равного права на образование с мужчиной женщина в условиях царизма так и не получила. Принцип совместного обучения, который отстаивала в то время передовая общественность, так и не был осуществлен. Будучи допущены в университеты лишь в качестве вольнослушательниц, женщины часто не могли пользоваться библиотеками, учебными пособиями, лабораториями. Во многих университетах они не допускались к экзаменам и не получали диплома.

 

Высшие женские курсы давали своим выпускницам значительно меньше прав, чем вузы. Царское правительство не финансировало эту категорию учебных заведений. Более того, буржуазно-крепостническое государство, вынужденное признать в XX в. на словах за женщиной право на получение высшего образования, продолжало всячески препятствовать в практическом применении знаний, полученных женщиной. Женщина не допускалась к общественной и государственной службе. Софья Ковалевская - доктор математики, первая женщина в мире, удостоенная почетного зва-

 

 

42 Газета "Голос", 1882, N 336.

 

43 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. I.

 

44 См. "Отчет министерства народного просвещения за 1902 г.". СПБ, 1903, стр. 345.

 

45 Там же, стр. 353.

 
стр. 217

 

ния члена Парижской академии наук, - не могла применить свои знания на родине. В ответ на просьбу о предоставлении ей работы в России президент Российской Академии наук великий князь Константин сообщил: "Так как доступ на кафедры наших университетов совсем закрыт для женщин, каковы бы ни были их способности и познания, то для госпожи Ковалевской в нашем отечестве места нет". Участь С. Ковалевской разделили доктора Л. Запальская, М. Безобразова, М. Островская, Б. Данчакош, Е. Ковалевская и многие другие женщины. Большинство женщин, окончивших курсы, могли работать лишь в качестве домашних наставниц "по предметам, в которых слушательница проявила хорошие успехи". В условиях царского режима женщина-учительница так и не получила равных прав с мужчинами-учителями. Последний раз проект об уравнении учительниц в правах с учителями был отклонен государственным советом в 1913 году46 .

 

Вплоть до революции оставалась ограниченной и деятельность женщин-врачей. Вначале за ними отрицалось даже право называться врачами; "по высочайшему повелению" они должны были именоваться "учеными акушерками". Блестяще выдержавшие экзамены и получившие дипломы докторов медицины в Цюрихском университете, русские женщины должны были по возвращении в Россию держать экзамен на звание акушерок. Вплоть до начала XX в. женщины не имели права выписать рецепт на лекарство, хотя зарекомендовали себя как врачи самым лучшим образом. До Октябрьской революции женщин не допускали к профессуре, законы не позволяли им занимать высшие должности в медицинских учреждениях. Лишь в 1906 г. им разрешили изучать юриспруденцию, однако до октября 1917 г. они так и не получили права заниматься адвокатской деятельностью.

 

В декабре 1912 - январе 1913 г. Российская лига равноправия женщин созвала I Всероссийский съезд, посвященный вопросам женского образования. Съезд ставил своей целью выявить "существующие недочеты в деле образования женщин и указать на те желательные в этом деле реформы, которые бы гарантировали более нормальную постановку образования женщин в России"47 . Он выдвинул требование совместного обучения мужчин и женщин в школах всех ступеней и типов (§ 2), обеспечения женщинам со стороны государства равного с мужчинами образования в средней и начальной школах (§ 3), а также равного права для оканчивающих школы (§ 8)48 . Однако в условиях царизма ни одно из этих требований не было воплощено в жизнь. Не следует забывать, что все эти женские организации были буржуазными по своему характеру, выражавшими интересы лишь имущих женщин. Борьба трудящихся женщин за свое право на образование, как и за другие права, могла быть успешной, лишь влившись в общий поток революционной борьбы пролетариата против царского самодержавия и буржуазии. Настоящее освобождение, практическое равноправие, в том числе и право на образование, женщина получила только в социалистическом обществе. Советское государство предоставило ей все права для получения не только начального и среднего, но и высшего образования, оно проявляет всяческую заботу, чтобы обеспечить ей возможность воспользоваться этими правами.

 

 

46 Журнал "Женское дело", 19ТЗ, N 8, стр. 4.

 

47 "Труды I Всероссийского съезда по образованию женщин". Т. I, стр. V.

 

48 Там же, стр. XIII.

Опубликовано 01 мая 2016 года


Система Orphus


Постоянный адрес публикации (для научного и интернет-цитирования)

По международным научным стандартам и по ГОСТу РФ 2003 г. (ГОСТ 7.1-2003, "Библиографическая запись")

Л. Д. ФИЛИППОВА, ИЗ ИСТОРИИ ЖЕНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ [Электронный ресурс]: электрон. данные. - Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU, 01 мая 2016. - Режим доступа: http://www.portalus.ru/modules/pedagogics/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1462126364&archive=&start_from=&ucat=& (свободный доступ). – Дата доступа: 24.01.2017.

По ГОСТу РФ 2008 г. (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка")

Л. Д. ФИЛИППОВА, ИЗ ИСТОРИИ ЖЕНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ // Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU. Дата обновления: 01 мая 2016. URL: http://www.portalus.ru/modules/pedagogics/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1462126364&archive=&start_from=&ucat=& (дата обращения: 24.01.2017).

Найденный поисковой машиной PORTALUS.RU оригинал публикации (предполагаемый источник):

Л. Д. ФИЛИППОВА, ИЗ ИСТОРИИ ЖЕНСКОГО ОБРАЗОВАНИЯ В РОССИИ / Вопросы истории, № 2, Февраль 1963, C. 209-218.

наверх

Автору публикации:


Распечатать публикацию (версия для печати)

© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Ваше мнение о публикации?

World Library

Проект для детей старше 12 лет!

Научная цифровая библиотека Порталус: опубликовать статью, опубликовать исследование, опубликовать книгу

 

 
РЕКЛАМА: узнать расценки на рекламу
ТЕХПОДДЕРЖКА ПОЛЬЗОВАТЕЛЕЙ: eewc@yandex.ru
АВТОРАМ, ДЕЯТЕЛЯМ НАУКИ: регистрация, статистика публикаций
Copyright @ 2004-2017, Научная цифровая библиотека "Порталус". Все права защищены.