Рейтинг
Каталог
Порталус
база публикаций

ФИЛОСОФИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 22.11.18


ОСОБЕННОСТИ СТРУКТУРНОГО СТРОЕНИЯ ЦЕННОСТНЫХ ОРИЕНТАЦИЙ

Дата публикации: 31 января 2005
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ФИЛОСОФИЯ ВОПРОСЫ ФИЛОСОФИИ →
Номер публикации: №1107162938 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


А.В. Битуева

Одной из важнейших проблем современной философии, социологических и психологических исследований является проблема структурного строения и регуляционных функций ценностных ориентаций.
Анализ их структуры включает соотношение смыслообразующей и стимулирующей функций, содержательной и динамической сторон, текущих и перспективных смысловых образований.
Проблема личностных смыслов, их образования, взаимодействия между собой – одна из наиболее интересных в психологии и привлекающих внимание исследователей самых разных школ и направлений, где личностные ценности играют важнейшую роль в саморегуляции субъекта, активно относящегося к внешнему и внутреннему миру. Обращаясь к смыслообразующим структурам более высокого иерархического ранга – личностным ценностям, В.В.Столин (1983) включает эмоционально-ценностное отношение в план самосознания личности. Смысловые образования существуют не только в осознаваемой, но часто и в неосознаваемой форме, образуют, по выражению Л.С.Выготского, “утаенный” план сознания. Уяснение человеком смысла того или иного отношения к миру не дается ему прямо и автоматически, но требует сложной и специфической внутренней деятельности, оценивания своей жизни, решения особой “задачи на смысл”, возникающей только на известной ступени развития сознания (А.Н.Леонтьев, 1971).
В отечественной психологии поддерживается традиция понимания личности исходя из онтологических оснований ее жизнедеятельности: внешнее и внутреннее, индивидуальное и общественное понимаются в их неразрывности и единстве (С.Л.Рубинштейн, А.Н.Леонтьев, Ф.Е.Василюк, Д.А.Леонтьев и др.).
Принципиальное разделение этих смысловых структур происходит в соответствии с двумя уровнями смысловой регуляции деятельности (см. Д.А.Леонтьев, 1987, 1992, 1996; Г.Г.Дилигенский, 1977; Е.Ю.Патяева, 1983; Б.С.Братусь, 1988; А.Г.Асмолов, 1990). Первый из них составляют конкретно-ситуативные образования, релевантные единичной деятельности (личностный смысл и смысловая установка), а второй – внеситуативные, устойчивые и обобщенные образования, влияющие на деятельность не непосредственно, а участвуя в порождении конкретно-ситуативных регуляторных образований (потребности и личностные ценности). Признавая рядоположенность потребностей и личностных ценностей и их сходство (мотивообразующее и смещающее влияние, трансситуативность и устойчивость), следует проводить между ними различия (Д.А.Леонтьев, 1996).
Так, потребности, представляя собой форму непосредственных жизненных отношений субъекта с миром, отражают динамику актуальных требований ситуации взаимодействия с миром, они побуждают, толкают человека к их реализации через осуществление соответствующей деятельности, направленной на насыщение и дезактуализацию потребности. Личностные ценности же представляют собой “консервированные” отношения с миром, обобщенные и переработанные совокупным опытом социальной группы. Ассимилируясь в структуру личности, в дальнейшем своем функционировании они практически не зависят от ситуативных факторов, являются стабильными, не насыщаемыми, а только задающими векторы жизнедеятельности субъекта. Они лежат во “внешней”, надличностной реальности и выражают принадлежность индивида к социуму, имеющему свой путь и определенные цели существования и развития.
Итак, ценности, являясь продуктом жизнедеятельности общества и социальных групп, занимают особое место в структуре личности каждого конкретного субъекта. Выступая автономными по отношению к потребностям (по психологическим законам, формированию и феноменологии) источниками смыслообразования, они “подключают” индивидуальную жизнедеятельность к жизнедеятельности социума, “освещают жизненный смысл объектов и явлений действительности под углом зрения устойчивых интересов развития социального целого, преломленных и осмысленных субъектом в качестве ценностных ориентиров его жизни, формулируются как идеалы, модели должного, задающие спектр инвариантных предельных параметров желательных преобразований действительности” (Д.А.Леонтьев 1987; стр.182).
Все предметы природы обладают как бы двойным бытием – природным, вещественным и ценностным, аксиогенным. Отсюда и различные подходы к их освоению. Если при научно-теоретическом освоении объект рассматривается таковым, каков он вне и независимо от сознания субъекта, то при ценностном освоении – каково его значение для удовлетворения потребностей и интересов человека.
Сложность определения сущности феномена “ценность” связана с его многозначностью, с его объективными особенностями. В литературе насчитывается более ста дефиниций понятия “ценность”, в которых предлагаются к рассмотрению разнообразные подходы и стороны данной проблемы.
В сущности ценности, по нашему мнению, необходимо выделить два момента:
- связь с индивидом как оценивающим субъектом;
- санкционирование ценности обществом или группой (при выполнении этого условия ценности развертываются как нормы и идеалы).
Для ряда отечественных авторов характерно отнесение ценности к сфере должного, которое выступает в качестве нормы, цели, идеала, но в реальной жизни не осуществлено. По О.М.Бакурадзе, “суждение ценности имеет телеологический характер, т.е. указывает на состояние, определенное целью. Ценность не то, что есть, а то, что должно быть”. Близки к названной также позиции И.С.Барского, который отмечает, что “ценности – это главным образом идеалы общественной жизни, а на этой основе и личной деятельности”; А.Я. Разина, понимает под ценностью “самостоятельный по отношению к отдельному субъекту инвариант оценочного опыта, объективированный в искусственных формах специфической предметности”.
Ряд авторов (Г.Я.Головных, И.С.Нарский и др.) разграничивают ценности-цели и ценности-средства. На наш взгляд, такой подход продуктивен при исследовании иерархии ценностей, определении критериев, однако такое деление весьма условно, так как одна и та же ценность может быть и целью, и средством, выступать и побудителем и критерием деятельности.
Думается, что было бы ошибкой существующие подходы разделять на верные и неверные. Речь идет о различных описаниях ценностной ситуации в рамках единой теории ценностей, об углубленном изучении какой-либо стороны ценностной проблематики, и каждый из подходов имеет право на существование и развитие.
Мы придерживаемся той точки зрения, что значимость того или иного объекта, его сторон существует независимо от сознания человека, но до оценки, до осознания объекта субъект “не знает” о его ценности. Появление же способа, критерия оценки не создает ценность, но обнаруживает ее, то есть критерии оценки выполняют служебную роль и являются продуктом общественного развития.
Процесс трансформации социальных ценностей в личностные осуществляется через момент практической включенности субъекта в социальные отношения, в специфическую “микросреду” – социальную группу, являющуюся “ретранслятором” ценностей общества” (Э.А.Арутюнян, 1979; стр.32). С одной стороны, она является опосредующим звеном включения субъекта в коллективную деятельность, в процесс усвоения и реализации ценностей конкретного общества, т.е. обеспечивает функции регуляции социального поведения личности в соответствии с ценностями и целями развития общества и функционирования социальных групп (Л.П. Буева, 1968; Г.А. Погосян, 1979 и др.). С другой стороны, она открывает для субъекта возможности социального развития (А.И. Донцов, 1974; Э.А. Арутюнян, 1979 и др.) или, по крайней мере, социальной адаптации, - например, защитного отождествления с группой, что особенно актуально в условиях социального кризиса (В.А.Ядов, 1993).
Механизмом личностного освоения групповых ценностей является социальная идентификация как процесс становления социальной идентичности личности, что не сводимо к групповой (ролевой) идентичности (см., напр., Ю.Л. Качанов, Н.А. Шматко, 1993). Социальная идентичность – один из механизмов субъективно-личностного освоения социальной действительности, лежащего в основе формирования устойчивой системы личностных смыслов, устойчивой структуры отношений с миром (ЛеонтьевА.Н., 1975).
Ценность как свойство предмета или явления присуща ему не от природы, не в силу внутренней структуры объекта, а потому, что он является носителем определенных социальных отношений, будучи вовлеченным в сферу общественного бытия человека. Однако же, данная предмету или явлению конкретным индивидом, она индивидуальна, а потому оценок одного и того же объекта может быть столько, сколько существует оценивающих субъектов. Реальной основой их разнообразия являются индивидуальные особенности оценивающего субъекта, специфика его потребностей и интересов. В то же время оценка является отражением объективной реальности. На этой основе повторяющиеся оценки создают нормы и принципы какого-либо социокультурного образования (групп, общества в целом), которые представляют собой устойчивые оценки в их воздействии на поведение человека. Они имеют огромный “личностный смысл” для субъекта, поскольку “Психологическое значение – это ставшее достоянием моего сознания… обобщенное отражение действительности, выработанное человечеством и зафиксированное в форме понятия, знания или даже в форме умения как обобщенного “образа действия”, нормы поведения и т.п…. Человек находит уже готовую, исторически сложившуюся систему значений и овладевает ею… Собственно психологическим фактом моей жизни является то, что я овладеваю или не овладеваю данным значением, усваиваю или не усваиваю его, и то, насколько я им овладею и чем оно становится для меня, для моей личности, последнее же зависит от того, какой субъективный личностный смысл оно для меня имеет” (Леонтьев,1972, с.290).
Если А.Н.Леонтьев в своей теории использует понятие “личностный смысл” как сходное с понятием “установка” (Д.Н. Узнадзе) или “диспозиция” (В.А. Ядов), Л.И. Божович (1968) выдвинула положение о том, что системообразующим признаком структуры личности выступает “внутренняя позиция личности”, иначе ее направленность, являющаяся главным образом эмоциональным феноменом. Б.Д. Парыгин (1971) разработал концепцию умонастроения, объединив в более общую категорию сознательные и эмоциональные компоненты целостной направленности личности.
Направленность – это важнейшая сторона личности, определяющая ее социальную и нравственную ценность. Это тот интегральный феномен, который раскрывает тенденциозность поведения, характеризует личность как субъекта отношений.
Свое проявление направленность находит во внутренних элементах личности: в потребностях, установках, ценностных ориентациях, интересах, целях, идеалах. Все это относится к мотивационной сфере личности, то есть может побуждать ее к деятельности.
Существенно, что поведение личности определяется не каким-либо одним мотивом, а их сложной иерархической системой, обощенной социальной характеристикой которой и является ее направленность. Она, по определению Г.Л.Смирнова, “есть некое генерализующее начало, охватывающее все сферы, все “этажи” человеческой психики – от потребностей до идеалов” (Г.Л.Смирнов,1980).
Подход к ценностям личности с точки зрения анализа отношений был разработан В.Н.Мясищевым. Согласно ему, предметы и явления действительности, связанные с личностью общественными отношениями, выступают как объективно включенные в ее жизненный мир и в ее деятельность, в которой они приобретают личностную значимость, ценность.
Понятие ценностной ориентации личности возникает для объяснения социально-значимого поведения. Но вопрос об истоках данного понятия не решается однозначно среди психологов. По мнению ряда авторов (Колб У.Л. Изменение значения понятия ценностей в современной социологической теории // Беккер Г., Босков А. Современная социологическая теория. – М., 1961. С. 113-157) история категории “ценностная ориентация тождественная истории “аттитюда” (социальных установок). Любимова Т.Б. и С.И.Попов связывают введение понятия “ценностной ориентации” в социально-психологические науки с теорией Т.Парсонса.
В мировой психологии существует огромное количество работ, посвященных ценностям и ценностным ориентациям, изучается их иерархия (Сantril,1965; Kluckhohn 1951; Rokeach 1973). Выражая определенные качества личности, ценностная ориентация в то же время является и средством реализации определенных общественных целей. Нормативно-ценностный подход изучения социально-политического менталитета общества идет от Э.Дюркгейма, Т.Парсонса, М.Вебера, А.Маршалла, В.Парето. Много лет этой проблематикой занимались американские ученые: У.Томас, Ф.Знанецкий, Дж.Мид. В их основе лежит представление о том, что определяющей силой развития и преобразования общества является несовпадение целей и интересов людей или определенных соответствующих групп. В рамках этого подхода исследуется общий фундаментальный вопрос о природе интересов и о способе осознания их действующим субъектом. Э.Дюркгейм (1900,1912, 1914) считал, что основой общества, которая интегрирует его, является общественное сознание: общие верования, ценности и нормы. Ослабление общих верований и чувств грозит дезинтеграцией общества, его распадом. Силу общественного сознания, его воздействие на индивида Дюркгейм представил в виде важнейшего средства обеспечения стабильности социальной системы и ее нормального функционирования.
В большинстве современных исследований ценности рассматриваются под социально-психологическим углом зрения, предстают как социальное явление, как продукт жизнедеятельности общества и социальных групп. (А.И.Донцов 1975, Д.А.Леонтьев 1988, Аjzen, Fishbein 1975,1980; Rokeach 1968,1973).
Так, согласно Рокич, ценность есть устойчивое убеждение, что определенный способ поведения или существования есть индивидуально или социально предпочтительный перед, или наряду с каким-либо иным способом поведения или существования в аналогичной ситуации. Система ценностей есть устойчивая совокупность убеждений. Выделяя три типа убеждений: экзистенциальные, оценочные и прогностические, Рокич относит ценности к последнему, третьему типу, позволяющему ориентироваться в желательности-нежелательности способа поведения (операциональные, инструментальные ценности) и существования (смысловые, терминальные ценности).
Исследователи терминальных ценностей разбивают их на два большие класса в зависимости от того, направлены ли они на социум, интерперсонально сфокусированные или на индивида, интраперсональные (Allport et al. 1960; Maslow et al. 1959; Morris 1956; Rosenberg et al. 1960; Smith 1969; Woodruff 1942). Соотношение этих ценностей у каждого человека индивидуально и очень вариативно. У кого-то преобладают интерперсональные ценности, у кого-то наоборот. Это соотношение в значительной степени определяет поведение и позицию человека. Рассмотрение различных уровней осознанности ценностных ориентаций ведется в отечественной литературе давно, такие авторы, как Тугаринов (1960;1968) различают ценности-цели и ценности-средства, что перекликается с делением ценностей на терминальные и операциональные. Так, Рубинштейн С.Л., Узнадзе Д.Н., Леонтьев А.Н. не сводят ценностно-смысловую сферу только к знаемому. Во-первых, это уровень обыденного, нерефлексирующего сознания, когда индивид верует в непреложные требования, истинность которых при выполнении под сомнение не ставится. Вера и верования дают возможность человеку воспринять какие-то смыслы, не требуя при этом их полного осознания, рефлексии, строгого подчинения законам логики. Эти психические феномены лежат глубже знаний и мышления, выступая как первоначальный и более сильный факт, и характеризуются убежденностью, верой в свою правоту. Второй уровень достигается, в случае осознания, рефлексии субъектом этих глубинных образований, “решения им задачи на смысл” (А.Н.Леонтьев). Возможна ситуация, когда субъект сначала получает информацию о той или иной ценностной концепции, чаще всего через посредство референтных малых групп; осмысливает ее, практически осваивает, а потом личностно принимает, включает в личностно-смысловую структуру или отвергает. Это движение в обратном направлении. Так, освоенные ценности, безусловно, являются в высшей степени осознанными, однако можно говорить о той или иной степени их устойчивости (о “глубине” интериоризации). Мышление человека – это многоуровневая психическая активность, однако во всех случаях необходима какая-то первичная смысловая установка на принятие той или иной ценностной системы, предлагаемой обществом, при которой: “в случае наличия какой-либо потребности и ситуации ее удовлетворения в субъекте возникает специфическое состояние, которое можно охарактеризовать как готовность, как установку его к совершению определенной деятельности, направленной на удовлетворение его актуальной потребности” (Узнадзе 1961, с.170).
Поэтому можно говорить о том, что ценностные ориентации – это смысловые установки субъекта, осознанные им в процессе социализации (вхождения в общество) и сформулированные в предлагаемых обществом, средствами массовой информации и т.д. терминах, позволяющих индивидуальному сознанию сделать общественную духовную ценность своим достоянием (Донцов 1975), посредством уже принятых в обществе и зафиксированных в языке значений.
Соотнесем понятие ЦО личности с понятием установка. Под этим термином понимается чаще всего “динамическое состояние готовности к определенной форме реагирования (Асмолов “Деятельность и установка”). Механизм же действия ценностных компонентов сознания на поведение личности не вписывается в жесткую схему причинно-следственных отношений. Кроме того, характеризуя установку, исследователи чаще выделяют ее динамические характеристики: энергетические и направляющие деятельность начала, “стабилизатор деятельности”. ЦО относится скорее к когнитивным структурам сознания и влияют на поведение опосредованно.
Некоторые отечественные работы (см. например, Попова, 1984) опиравшиеся на марксистскую методологию, считали, что внутренняя предрасположенность субъекта к принятию или отвержению ценностных ориентаций определяется в первую очередь экономическими и классовыми диспозициями. Исследовались, главным образом, отношение к учебе, профессиональной деятельности, родине, материальному благополучию, моральные ценности.
Таким образом, ценностные ориентации личности формируются при интериоризации личностью групповых (общественных) идеалов и принципов, в процессе социализации. Рассмотренные Л.С.Выготским (1983) взаимопереходы планов внешней речи как речи для других, внутренней речи как речи для себя и мышления, как предполагающего зарождение мысли из мотивирующей сферы сознания, позволили говорить о том, что планы коммуникации не должны пониматься только как внешние формы речевого отражения, выражения, называния или сообщения мысли. Коммуникация помогает осмыслить собственные личностные смыслы, что не может быть представлено как их “сообщение” или “называние”. Перевод плана индивидуальной представленности значений в план внешней речи предполагает также подключение к личностным смысловым структурам планов надиндивидуальных значений, в том числе нормативно-ценностных шкал, бывших до этого только “знаемыми”. Являясь функцией социальной среды, ценностные ориентации – это в то же время и целостная характеристика, составляющая сущность личности и открывающая внутренние тенденции к ее существованию и формированию (Донцов 1975), в противоположность утверждению, например, Д.Герни, что “цена социального принятия есть конформизм и потеря самостоятельности” (Чудновский 1971). Личностные ценности, определяющие поведение в случаях, когда индивид имеет веер возможностей, выступают функционально автономными, по отношению к потребностям источникам смыслообразования. Ценности формируются как идеалы, то есть модели должного, задающие спектр инвариантных предельных параметров желательных преобразований действительности.
Связь ценностных ориентаций с социальными установками (аттитюдами) имеет большую историю и проработана очень подробно (Шихирев 1973, Ядов 1974, Асмолов, Ковальчук 1977; Надирашвили 1978; Thomas, Znaniecki 1918-1920; Thurstone 1930; Ostrom, Unpshaw 1968; Allport 1935; Sarnoff 1960; Sherif, Hovland 1961; McGuire 1969; Kelman 1974; Pratkanis et al. 1989; Baron, Byrne 1991). Их “динамичность: способность актуализироваться и изменять свою напряженность, способности угасать и воспроизводиться вновь исследуется в работах В.Г.Асеева.
Отмечается ведущая роль ценностных ориентаций при формировании и развитии динамических процессов сознания (Анцыферова 1992; Кравченко). Важные идеи о динамике сознания разработаны в трудах А.Бергсона (1914). Основой психической жизни он считает живую, непрерывную, постоянно изменяющуюся текучесть психической реальности. Эта текучесть выступает как поток “тесно проникающих друг в друга образов”, как смена чувств, образующая “несмолкаемую мелодию нашей внутренней жизни”, как переход друг в друга психических состояний, из которых каждое содержит в себе предшествующее ему и подготавливает следующее за ним (с.179). По аналогии с А.Бергсоном, утверждавшим, что в форме текучести психических состояний совершается непрерывное изменение личности, ибо “всякое психическое состояние отражает личность в целом”, можно говорить об отражении в психическом состоянии сознания и, следовательно, о непрерывном, текучем изменении сознания, “потоке сознания” (Джемс, 1991). Выдвигая положение о непрерывности сознания, о “сплошности” личности, которая все время сознает свою непрерывность с некоторыми частями прошедшего, в качестве “единственно правильного психологического метода” Джемс предлагал анализ цельных, конкретных состояний сознания, сменяющих друг друга" (с.63).
Процессуальный подход к анализу психики и сознания, разработанный С.Л.Рубинштейном и его последователями, оказался достаточно плодотворным для изучения не только осознаваемых в явном виде механизмов (например, решение интеллектуальных задач), но и более глубинных личностных структур, развития мотивации, самооценки и прочих “тонких движений души” (Рубинштейн 1946; Брушлинский 1983; 1988; Абульханова-Славская, Брушлинский 1989).
Осознание, эксплицирование базисных ценностных установок, объективация их в ценностные ориентации снимает барьеры между актуальным и потенциальным, способствует расширению, усложнению категориальной структуры сознания. На уровнях зрелого сознания эта динамика воплощается в упорядочивании и переупорядочивании своего внутреннего мира.
Исторически понятие “ценностные ориентации” (ЦО) личности развивалось как понятие, раскрывающее связь “индивидуального” и “общественного” в сознании человека, как единство когнитивных и аффективных процессов. Система ЦО образует содержательную основу мотивации поведения и выражает внутреннюю основу отношений личности с действительностью.
В то же время в силу того, что ЦО оказались предметом изучения разных научных дисциплин с различающимися между собой концептуальными средствами, теоретические представления о них крайне многозначны. Под ЦО понимаются: “цели, стремления, желания, жизненные идеалы, система определенных норм” (Ольшанский В.Б. Личность и ее социальные ценности // Социология в СССР: В 2-х томах. Т.1. – М.: Мысль, 1965. С.471-530), установки на те или иные ценности материальной и духовной культуры общества” (Здравомыслов А.Г., Ядов В.А. Отношение к труду и ЦО личности // Социология в СССР. – М., 1965. Т.2. С.189-209), “конкретное отношение к окружающей среде” (Водзинская В.В. Понятие установки, отношения и ценностной ориентации в социологическом исследовании // Науч.докл.высш.школы. Философ.науки. – М., 1968. №2. С.48-54), “нравственность личности” (Зотова О.И., Бобнева М.И. ЦО и механизмы социальной регуляции поведения // Методологические проблемы социальной психологии. – М., 1975. С. 241-255), “детерминанты принятия решения” (Жуков Ю.М. Ценности как детерминанты принятия решений // Психолог.проблемы социальной регуляции поведения. Отв.ред. Е.В.Шорохова, М.И.Бобнева. – М.: Наука, 1976. С. 254-278), “сложные обобщенные системы ценностных представлений” (Попова И.М., Моин В.Б. Сознание и трудовая деятельность. – Киев-Одесса, 1985. – 186 с. Ручка А.А. Социальные ценности и нормы. – Киев, 1976.), “основной канал превращения культурных ценностей в стимулы и мотивы практического поведения людей” (Алексеева В.Г. Ценностные ориентации как фактор жизнедеятельности и развития личности // Психол.журнал 1984. Т.5. №5. С. 63-70).
В результате феноменология ценностных ориентаций представляется все более расплывчатой. Особенно остро эта проблема встает в области изучения мотивации, где наряду с ЦО параллельно используют такие понятия, как мотивы, потребности, установки, цели, интересы, представления и т.д. Кроме того наблюдается ограниченность методов изучения ЦО. В основном здесь утвердились быстродействующие опросниковые методы, которые позволяют одновременно обследовать большие группы людей и давать “сиюминутную” информацию о преобладающих в данный момент времени ориентациях на те или иные социальные ценности. Но такой подход не позволяет прогнозировать поведение людей в тех или иных меняющихся ситуациях, не объясняет существующего различия между вербально декларируемыми ценностями и реальным поведением человека.
Ценностные ориентации – это широкая система ценностных отношений личности, поэтому они проявляются как избирательно-предпочтительное отношение не к отдельным предметам и явлениям, а к их совокупности, то есть выражают общую направленность индивида на те или иные виды социальных ценностей. Ценностные ориентации не всегда реализуются в деятельности непосредственно, управляя общим, “стратегическим” подходом к содержанию деятельности, формам поведения личности, представляя собою опорные критерии принятия личностью жизненно важных решений. От установок их отличает прежде всего уровень обобщенности объекта диспозиции. Ценностные ориентации разворачиваются в целях, идеалах, интересах, жизненных планах, принципах, убеждениях, являются образованием идейно-целевого плана, генеральной линией жизни человека. Свое проявление они находят в вербализованных программах и реальном поведении людей.
Система устойчивых ценностных ориентаций личности является показателем того, что можно ожидать от индивида. О социально-политической позиции, о духовном мире личности можно судить по тому, на достижение каких ценностей она направляет свои усилия, какие объекты являются для нее наиболее значимыми, то есть ценностные ориентации выступают как обобщенный показатель направленности интересов, потребностей, запросов личности, социальной позиции и уровня духовного развития
Для преодоления существующего противоречия между объективной необходимостью изучения психологического содержания ценностных ориентаций и недостаточностью адекватных указанной цели методик, необходимо решить следующие задачи. Во-первых, более строго очертить предметную область ценностных ориентаций, различая их место и роль в структуре сознания от других регуляторов деятельности. Такой анализ с нашей точки зрения позволит рассмотреть рядоположно используемые понятия, как фиксирующие содержательно и функционально различные структурные элементы единой сложноорганизованной системы мотивационно-ценностной регуляции деятельности человека.
Во-вторых, разработать такой инструментарий, который позволял бы раскрывать психологическое содержание и структуру ценностных ориентаций как отдельной личности, так и группового субъекта деятельности.
Проблема ЦО становится предметом эмпирического исследования на стыке социально-философской концепции ценностей и психологической концепции установок. Вопросам происхождения и функционирования категории “ценности” и “ценностные ориентации” в философии и социологии посвящены работы Попова С.И.. Любимовой Т.Б., Поповой И.М. Анализ ценностной проблематики в цикле философских наук помогает лучше понять значение ценностных ориентаций для психологии, а также осмыслить многозначность трактовок этой категории в современной науке.
Контекстуальная разнородность содержания понятия “ценность” естественна для обыденного словоупотребления и житейского мировоззрения, однако она препятствует дальнейшему развитию теоретических представлений, консервируя понятие в контексте его употребления и концептуально изолируя различные научные подходы. Путь к выработке единого теоретического контекста, проблемного поля, которое бы позволило продуктивно использовать достижения различных изолированных направлений, лежит через систематический анализ имеющихся в науке подходов.
Такой анализ не входит в задачи данной работы. Ценностные ориентации интересуют нас как категория, используемая для изучения мотивации деятельности. Краткий исторический обзор был необходим как некоторый фон для определения предметной области ценностных ориентаций. Как соотносятся ценностные и мотивационные компоненты сознания? Не описывают ли они одну и ту же реальность? Вот вопросы, на которые предстоит ответить.
Анализ работ, в рамках которых проводится различие между ценностными и мотивационными компонентами сознания, позволяет выделить два основных подхода.
Первый условно можно назвать “структурно-функциональным”. Его авторы рассматривают мотивы и ценностные ориентации как низший и высший уровни в структуре сознания. Причем каждый из этих уровней играет значительную роль в регуляции поведения личности.
Второй подход основывается на “сущностном признаке”. Рассматривая мотивы и ЦО прежде всего как результаты психического отражения предметно-практической деятельности субъекта, сторонники этого подхода выделяют разные сущностные основы ценностных и мотивационных компонентов сознания.
Активным сторонником первого подхода является американский социолог Т.Парсонс. Согласно ему значение “мотивационных ориентаций” состоит в том, что они непосредственно связывают ситуацию с деятелем. Механизм действия ЦО опосредован всем социально-культурным опытом индивида. “ЦО обращены на выполнение норм, стандартов, на критерии отбора. Это как бы ориентации второго порядка”. Сходное представление о ЦО как о высшем уровне регуляции поведения высказывает философ и социолог А.Г.Здравомыслов.
Раскрывая особенности второго подхода, можно привести пример позиции социолога и философа И.М.Поповой: она различает ценности и ЦО. Ценности – обобщенные представления, выступающие в качестве обобщенных идеалов, стереотипов общественного и индивидуального сознания, функционирующие как идеальные критерии оценки и ориентации личности и общества. Когда же речь заходит об эмпирических исследованиях, то своеобразным заместителем выступают ЦО. Основу мотивации поведения составляют непосредственные нужды индивида. Мотивационные компоненты сознания, в отличие от ценностных, в большей мере опираются на подлинные потребности человека и характеризуются большей индивидуальностью, прагматичностью и действенностью.
Отношения же между когнитивными элементами сознания (знания, представления, нормы) и ценностными (социальные ценности, ценностные ориентации личности) не являются однозначными. Сошлемся на рассуждения Любимовой Т.Б. “Общее между ценностными и когнитивными элементами культуры то, что те и другие суть стандарты. Содержанием когнитивного стандарта или знания бывает какое-либо отношение между объектами или в объекте. Субъект как бы вынесен за скобки когнитивного стандарта… Ценностный стандарт меняет направление внимания выполняющего его деятеля; оно обращено уже не на отношения в объекте самом по себе, а на отношение объекта к субъекту. Ценность – это то, ради чего что-то происходит или делается. Отношения в объекте и между объектами здесь присутствуют лишь в той мере, в какой они могут быть существенными для действия. Они рассматриваются в их возможности быть включенными в цепи целей и средств”.
В концепции А.Н.Леонтьева различие между когнитивными и ценностными элементами сознания выступает как различие между значением и личностными смыслом.
Таким образом, можно сделать следующие выводы.
Возникнув на стыке общепсихологической теории установки и философской концепции ценностей, понятие “ЦО” не получило однозначной трактовки среди психологов, социологов и философов.
Содержание ЦО обусловлено реальными общественными отношениями, в которые включена личность в процессе своей жизнедеятельности.
Формирование ЦО как внутренних детерминант деятельности связано с формированием системы значений. В основе ЦО лежат обобщенные ценностные представления, в которых отражается социальный и индивидуальный опыт человека, его многообразные связи с наиболее значимыми сторонами действительности.
Являясь структурными компонентами вербального осознания, ЦО функционируют как идеальные критерии оценки, как способы рационализации поведения.
ЦО тесно связаны с мотивационно-потребностной сферой человека. Характер этой связи двусторонний. С одной стороны ЦО, формируются уже на базе сложившихся потребностей человека, с другой – усвоение тех или иных ценностей социальной среды может стать базисом для формирования новых потребностей.
Ценностные ориентации, выступающие в сознании в форме ценностных представлений, как правило, хорошо осознаются, в силу чего доступны для их экспериментального изучения.
Отечественные социологи и психологи приходят к выводу, что ценностные ориентации нередко строятся по обратной логике (в плане иерархии) по сравнению с актуально действующими побуждениями. В.Г.Асеев в связи с этим пишет: “Стихийно сложившиеся динамические взаимодействия, в которые включился человек, в том числе элементы образа жизни, режима сна и отдыха, развлечений, во многом могут не удовлетворять его, и в его ценностных ориентациях отражается то, что его не устраивает, чего в его жизни нет, к чему он стремится именно потому, что этого еще нет.” (Асеев В.Г., 1993). Таким образом, ценностные ориентации отражают содержательно-смысловую сторону личности, а психологический уровень в данном случае отражает эмпирический, близкий к динамическому уровень регуляции поведения.
В.Г. Асеев выделяет и еще одну линию возможного разрыва ценностных ориентаций и поведения, которая связана с различием логики развертывания отношения к значимому результату – и к самому процессу осуществления результата. Для человека может быть значим и желателен результат при неприятном и нежелательном процессе, но может быть и наоборот: для него значим и желателен, приятен сам процесс при нежелательном объективном результате.
Человек следует ценностным ориентациям в своем поведении, если они в целом соответствуют его реальным возможностям, он практически не следует им, если они выполняют функцию смысловой компенсации отсутствующих возможностей и реально сложившегося поведения.
Общая теоретическая модель структуры мотивации и отдельного побуждения исходит из трехзонального строения этих образований, включающего актуальную (активно-действенную) зону, в которой более или менее напряженные значимостные переживания сопровождаются реализацией мотивационных установок во внешне развернутой деятельности; потенциальную зону, в которой эмоционально-экспрессивные значимостные переживания не сопровождаются собственной деятельностью личности ввиду гарантированности осуществления ее другими людьми; потенциальную зону, в которой эмоционально-экспрессивное переживание желательного осуществления не сопровождается собственной деятельностью человека ввиду чрезмерной трудности или невозможности реализации.
В соответствии с теоретической моделью В.Г.Асеева, такое трехзональное строение является результатом полимодальности мотивационной системы и отдельного побуждения. Идеально гармонизированная структура ценностной установки, как и всякого побуждения, характеризуется в данной модели совпадением высоко желательного с очень трудным или невозможным для реализации; высоко необходимого с относительно легким для реализации.
Нужно подчеркнуть, что любой выход личности за пределы оптимальной зоны мотивации по типу “могу, но не хочу” или “хочу, но не могу” в той или иной степени приводит к формированию своеобразных инверсий отношения, когда человек, не будучи в силах смириться с невозможностью того, что для него очень важно, приходит бессознательно к тактике дискредитации соответствующего образа жизни или соответствующей ценности. Такая инверсия имеет вполне адекватный и рациональный характер.
В нашем исследовании мы предполагаем, что ценностные ориентации имеют смыслообразующую и регуляционную функции. Успешная реализация регуляционной функции предполагает формирование полноценной мотивационной структуры, включающей актуальное переживание на относительно высоком уровне значимости: 1) желательного уровня жизнедеятельности и соответствующих позитивных последствий; 2) нежелательного уровня жизнедеятельности и соответствующих негативных последствий; 3) деятельностной готовности, включая мобилизацию функционального потенциала и готовность к необходимым затратам (временным, функциональным, материальным). В целостной структуре функционирования ценностных ориентаций складываются: зона совпадения эмоционально переживаемых и практически реализуемых ценностных установок и зона их расхождения.
В идеально гармоничной структуре эти модальности находятся в строгом соответствии. Изменения внешнего и внутреннего характера приводят к смещениям модальностей, нарушению гармонии. Континуумы мотивационной системы имеют трехзональное строение и включают центральную актуальную зону и две крайние потенциальные (экстремальные), в одной из которых активность содержательного или динамического типа не нужна в силу обеспеченности соответствующими внешними процессами, а в другой невозможна или чрезмерна в субъективном представлении человека. Границы зон определяются складывающимися соотношениями динамических и содержательных возможностей личности в данном состоянии или период жизни и меняются (флуктуируют) с изменением этих возможностей. В соответствии с общими законами зональной дифференциации, две экстремальные вероятностные зоны также являются потенциальными. При прочих равных условиях, при повышении значимости побуждения актуальная зона расширяется, а потенциальные сужаются; при снижении значимости побуждения – наоборот.
Данное направление изучения влияния динамических факторов, безусловно, представляется нам наиболее перспективным.
Таким образом, проблема структуры и функций ценностных ориентаций личности в философско-социологическом и психологическом аспектах активно разрабатывается в современной отечественной и зарубежной науке, и перспективы их конструктивной разработки связаны с решением ряда философско-методологических и практических проблем детерминации человеческого поведения.

ЛИТЕРАТУРА

1. Алексеева В.Г. Ценностные ориентации как фактор жизнедеятельности и развития личности // Психол.журнал 1984. Т.5. №5.
2. Водзинская В.В. Понятие установки, отношения и ценностной ориентации в социологическом исследовании // Науч.докл.высш.школы. Философ.науки. – М., 1968. №2.
3. Жуков Ю.М. Ценности как детерминанты принятия решений // Психолог.проблемы социальной регуляции поведения. Отв.ред. Е.В.Шорохова, М.И.Бобнева. – М.: Наука, 1976.
4. Здравомыслов А.Г., Ядов В.А. Отношение к труду и ЦО личности // Социология в СССР. – М., 1965. Т.2.
5. Зотова О.И., Бобнева М.И. ЦО и механизмы социальной регуляции поведения // Методологические проблемы социальной психологии. – М., 1975.
6. Колб У.Л. Изменение значения понятия ценностей в современной социологической теории // Беккер Г., Босков А. Современная социологическая теория. – М., 1961.
7. Любимова Т.Ю. Понятие ценности в буржуазной социологии// Социальные исследования – М.: Наука, 1970. Вып.5.
8. Ольшанский В.Б. Личность и ее социальные ценности // Социология в СССР: В 2-х томах. Т.1. – М.: Мысль, 1965.
9. Попов С.И. Проблема происхождения и функционирования понятия ценностей в социологии // Социолог.исследования. 1979. №3.
10. Попова И.М., Моин В.Б. Сознание и трудовая деятельность. – Киев-Одесса, 1985.
11. Ручка А.А. Социальные ценности и нормы. – Киев, 1976.

Опубликовано 31 января 2005 года




Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

Прямая трансляция:

Сегодня в тренде top-100


О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама