Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ФИЛОСОФИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 23.06.17

Об определении философии

Дата публикации: 20 марта 2017
Автор: Мельников Вячеслав Иванович
Публикатор: Мельников вячеслав Иванович
Рубрика: ФИЛОСОФИЯ
Номер публикации: №1490030349 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Мельников Вячеслав Иванович, (c)

найти другие работы автора

ЭКСКЛЮЗИВ! Публикация обнародована в Интернете через PORTALUS.RU!

О понятии «философия».

Мельников В.И.

  1. Существующее положение.

Вероятно, всем известна русская народная сказка «Пойди туда – не знаю куда, принеси то  – не знаю что». Намного меньше тех, кто знает, что примерно в такой же ситуации находятся современные  (и не только) философы. Они всю свою жизнь вынуждены заниматься тем, чему до сих пор нет определения, что до сих пор, несмотря на очень солидный возраст философии и многократные попытки, нет ответа на вопрос, что же такое философия, не ясно, каковы ее назначение, сущность, цели и задачи, даже в какой-то очень небольшой отрезок времени. Не говоря уже о философии в различные исторические эпохи. Но если исследователь не знает, чем он занимается, то от него трудно ждать каких-то серьезных и адекватных результатов. Но не все так плохо. В определенных рамках и границах каждый философ знает, чем он занимается.

 Точнее, каждый философ, или некоторое объединение философов, занимается своей философией. Причем, это особенно контрастно выделяется, когда речь идет о трансконтинентальных объединениях философов, которые соответственно занимаются совершенно эксклюзивными и несовместимыми философиями под названием «европейская», «индийская»,  «китайская», «арабо-мусульманская». Интересно, а почему нет китайской математики, или индийской гидромеханики, или только европейской химии? Разве мир в разных частях планеты совершенно разный? И законы у него в разных местах планеты разные. Или только мы, только наши представления о мире, мягко говоря, не совпадают? Значит, кто-то неправ в своем видении мира? Или все неправы понемногу и по-своему? Но не смотря на это, все равно все знают , что философия существует как нечто неуловимое, но осязаемое и что ей можно и, главное, нужно заниматься..  

Можно с уверенностью сказать, что ответ на эти вопросы в настоящее время не знает никто, если под ответом понимать общее, однозначно понимаемое мировое признание ответа. Диапазон разночтений, толкований, объяснений, обоснований, доказательств и т.д. того или иного ответа, той или иной позиции в этом вопросе не только необозрим, но и не объясним в рамках любой  современной системы, школы, направления, течения, теории или признанной философской концепции.

Каждый крупный философ разрабатывал свою систему исходя из своего мировоззрения, менталитета, понимания философии, ее предмета, сущности, содержания, целей и задач. Поэтому при едином мире вокруг нас все философские системы получились разные, существенно отличающиеся друг от друга как по исходным понятиям, результатам и особенностям построения, так и по вытекающим из них следствиям и выводам. При отсутствии общепризнанного «Мирового верховного философского суда» или критериев правильности или неправильности  той или иной системы, совершенно неясно, какая из предложенных систем адекватно отражает мир, а какая нет. Какую систему признать как руководство к действию, а какую сразу положить на полку истории в качестве  исторического этапа развития философии?  Или какие составные части известных систем можно использовать для некоторой абсолютной синтетической философской системы полностью адекватной нашему миру, нашей Вселенной?

 Вот только некоторые примеры различного  понимания  философии и, соответственно, различных определений философии, предложенные разными философами в различные исторические эпохи и с различных мировоззренческих позиций. «Познание сущего, вечного и непреходящего;  исследование причин и принципов вещей; сосредоточие мирской мудрости; наука о разуме, постигающем самого себя; непосредственное созерцание разума; мысленное рассмотрение предметов; философия всеобщая, а не особенная наука, лежащая в основании всех остальных наук; в философии все едино и связано: природа и Бог, наука и искусство, религия и поэзия;  стремление к теоретической и практической обстоятельности; целостная, единая наука, облеченная в понятийную форму; энциклопедия научных знаний; систематизация выводов всех наук; искусство;  искусство познания; особая форма человеческого сознания;  умение красиво философствовать;  любовь к мудрости; любовь к истине; путь для достижения счастья посредством разума;  наукообразие; особая форма человеческого сознания или особая область знаний; теоретическое ядро мировоззрения или просто разновидность мировоззрения;  система философских знаний; система рациональных знаний из понятий; наука о последних целях человеческого разума; искусство философствования; комплекс общих знаний и умений; видимость истины и мудрости; наука наук; мать наук; царица наук; живая наука; высшая и самая строгая из наук; наука об исцелении души; все существующее; вся вселенная; законодательство человеческого разума; единство искусства и религии; познание необходимости содержания абсолютного представления; мышление и постижение духа времени; наука о всеобщем; научно обоснованное учение о цельном мировоззрении, общее понимание мира и жизни; исследование основных свойств и отношений бытия и постижение смысла человеческой жизни; одна из форм духовной культуры и деятельности человека; вечный поиск истины; наука о наиболее общих законах природы, общества и мышления; система идей, взглядов на мир и на  место в нем человека »  и т.д. и т.п.

Все это общеизвестные формулировки, хорошо представленные в философской литературе. Поэтому мы не приводим ссылок на их авторов и соответствующие источники. Здесь естественно не приводняться расхожие , бытовые определения философии, которые вообще невозможно не только привести, но и перечислить. Понятие философия может применяться (и применяется) практически в любой ситуации, когда хотят подчеркнуть общность, уровень, оригинальность или значимость  или неординарность той или иной мысли, идеи, истины, теории или мнения. 

 Дискуссии на эту тему не прекращаются на протяжении столетий, если не тысячелетий. Практически общепризнанно, что каждая из упомянутых структурных единиц необозримого философского поля имеет свой ответ на этот вопрос. Как уже говорилось выше, каждый из крупных философов понимал и понимает философию по-своему. И даже один и тот же философ на протяжении жизни и на разных этапах своего творческого развития меняет свои представления о сущности философии, ее цели, задачах, содержании и т.д.

Более того, в одном и том философском труде многие авторы по нескольку раз возвращаются к вопросу о сущности философии и последовательно или не очень постоянно уточняют, дополняют и поясняют свое понимание философии, приводя целый ряд соответствующих аргументов и доводов своего понимания философии. Например, у Г.Гегеля в работах [2,3] приводится примерно 45 таких пояснений и уточнений, у И.Канта в работе [1] аналогично приведено 15 различных толкований, пояснений, уточнений и смысловых  оттенков понимания философии. При этом создается ощущение, что, авторы в конечном итоге, не смотря на неоднократные попытки, так и не смогли найти  своего окончательного, предельно точного и логически безупречного понимания философии и ее определения. Какой вывод можно сделать из этого многообразия формулировок? Вероятно только один:  разновидностей философии, как в прошлом, так и в настоящем было и есть много и все они разные. Если конечно не считать, что только одно  какое-то определение верно, а другие нет, (или несколько примерно верных и, следовательно,  примерно одинаковых). И если говорить об отражении философией всего мира, то все эти философии отражают только  какие-то отдельные части мира, но не весь мир. Но самое грустное, что все эти философии очень слабо связаны между собой и более того очень часто взаимно исключают друг друга: материализм и идеализм, метафизика и диалектика,  мир субъективный и объективный, познаваемый и непознаваемый и т.д. Так какой же мир на самом деле? Философия до сих пор ищет ответ на этот вопрос.  

  1. Некоторые противоречия и их причины.

 Такая атмосфера неограниченного многообразия (можно даже сказать определенного хаоса) в мире философии не может быть случайной. Сохраняющийся на протяжении тысячелетий хаос в таком важнейшем для человечества вопросе (мировоззрении) должен в своей основе быть следствием и отражением соответствующего беспорядка тоже в каком-то очень важном и масштабном сегменте человеческого информационного пространства, иметь в основе какие-то постоянно действующие принципиальные дефекты методологии познания мира (нельзя же сказать дефекты самого мира!).

Вот лишь несколько очевидных причин такого предельного многообразия вариантов понимания философии и соответствующих вариантов ее определений.

  1. Бесконечно большой разброс общественно-политических, экономических, социальных, материальных, религиозных, информационных, духовных, культурных и прочих условий формирования тех или иных философских воззрений, направлений и учений.
  2. Бесконечное разнообразие направлений и школ в философии с соответствующим разнообразием их содержания, как в историческом аспекте, так и в какой-то конкретный период.
  3. Отсутствие каких-либо центральных общепринятых исходных положений и каких-либо критериев истинности тех или иных идей и систем.
  4. Стихийность и спонтанность формирования философских представлений и исследований.

5.Преобладание эвристических методов познания в философии и, как следствие, значительное влияние субъективных особенностей  личностей философов на содержание их систем.

Все это не может способствовать выработке единых объективных взглядов философов и общих представлений о решении тех или иных философских и в целом мировоззренческих проблем. Производной от этого разнообразия  является и многообразие определений философии и, соответственно, необозримость и противоречивость содержания философии.

  1. Следствия противоречий.

Сохраняющийся тысячелетиями предельный плюрализм взглядов в философии в совокупности не может не сказаться на результативности любых философских исследования, а, следовательно, и на ее влияние на все стороны жизни общества. Поэтому не удивительно, что  в зависимости от складывающейся в обществе конъюнктуры,  его общественно-политической системы меняется и содержание официальной философии, ценностные и мировоззренческие аспекты и установки, совершаются революции, утверждающие одни идеи, затем совершаются контрреволюции, руководствующиеся совершенно противоположными идеями и представлениями. Философия, таким образом, превращается в некоторое безразмерное, предельно пластичное умозрительное мировоззренческое образование, принимающее любую форму в угоду сложившейся общественно политической ситуации или тем или иным историческим личностям или группам лиц.

Но, в конечном итоге, от этого страдает не только философия, но и само общество, которое ее к этому принуждает, т.к. философия, лишенная свободы и объективных основ своего развития, превращается в некоторого маленького уродца, принимающего по мере роста форму того кувшина, в который ее поместили, вместо того чтобы решать наиболее общие проблемы общества, вместо того чтобы решать проблемы формы и материала того кувшина , т.е. превращаться из объекта прогресса общества в его активного субъекта.

Это конечно только один из аспектов или факторов такой разноликости философии. В реальности таких аспектов и причин можно найти довольно много. Одновременное сочетание всех этих факторов в современной философии  приводит в конечном итоге  к все более очевидному отставанию философии от потребностей бурно развивающегося современного общества и неизбежному кризису философии, как отечественной российской, так и мировой. Философия превратилась в какое-то подобие информационного бутылочного горлышка, которое тормозит весь информационный поток нашей цивилизации.  В работе [4] этот вопрос рассмотрен подробнее  и намечены возможные пути его преодоления.

Возвращаясь к вопросу определения предмета философии можно проследить возможное влияние того или иного определения на содержание философии и, соответственно, ее влияния на развитие наших представлений о мире. Кроме того, попробуем представить, как эти определения вписываются в общий процесс познания мира

 На первом этапе рассмотрим каждое из определений по отдельности и попытаемся понять, какое место и значение занимает каждое определение в наше мировоззрении и почему ни одно из них не признано в качестве единственно верного.

Допустим, мы признали, что философия в целом это какая-то разновидность науки. Т.е. в таком случае философия это комплекс точных, логически безупречных, общепризнанных, экспериментально  или логически воспроизводимых и проверяемых, однозначных  истин и в целом знаний, справедливых  в любых условиях и не подлежащих коррозии времени, не зависящих от личности или субъективного мнения того или иного ученого, т.е. объективных и неизменных. Тогда возникает вопрос: «А как выполнить все эти условия, если объектом философии является весь мир во всех его формах существования, представления и проявления?». Вполне очевидно, что при существующих методологических и технических подходах в научных исследованиях конкретных частных наук и применении их при решении философских проблем,  выполнить все условия и требования, предъявляемые к философии как к науке, невозможно, и философия просто технически не может быть наукой. 

Теперь предположим, что философия это некоторая разновидность своеобразного  искусства, художественного восприятия действительности.. Но любое искусство аппелирует, прежде всего, к чувствам, а не к разуму и логике. Таким образом, все наше мировоззрение должно основываться только на эмоциональном восприятии действительности, т.е. базироваться только на нашем самом древнем информационном канале. Нами должны руководить в принятии решений только чувства. Вспоминается известная пословица  «Дай сердцу волю, заведет в неволю». Тогда что делать и чем заняться нашему разуму, в какую область знания поместить все естествознание и технические науки, на которых основано все развитие нашей цивилизации? Ведь в них нет и намека на какие-то чувства. Подчинить все естествознание  и  материально техническое производство эмоциям и таким образом просто уничтожить их? Не включать естествознание и технику в область философских интересов? Но тогда получается, что философия не охватывает весь мир и все стороны жизни, а только какую-то очень небольшую часть окружающей действительности. Т.е. она не может быть основанием для разработки целостного мировоззрения. Тогда спрашивается, для чего нужна подобная философия, какова ее роль, назначение и содержание, какое влияние на развитие нашей цивилизации  она может сделать для общества в этом урезанном и усеченном виде? Соответствующее мировоззрение тоже соответственно будет неполным и урезанным. А как в таком случае руководствоваться таким мировоззрением, которое не видит большую часть мира? Вполне очевидно, что серьезные ошибки в принятии конкретных практических решений в таком случае неизбежны.

Рассмотрим еще вариант представления философии как особой формы человеческого сознания. В этом случае  философия вследствие своей эксклюзивности  вообще отгораживается от других форм и способов познания мира и еще больше сужает область своих интересов и свою результативность, и соответственно существенно уменьшает влияния на жизнь общества и его материальную базу. Возникает вопрос: а зачем тогда нужна  обществу такая философия? Только для каких-то особых случаев? Интересно для каких? А кто тогда будет заниматься изучением и исследованием во всех остальных случаях? Другая философия или естествознание, искусство, гуманитарная наука, религия? В реальности так и происходит. Но снова, ни о каком теоретическом основании мировоззрения на базе философии не может быть и речи, и, соответственно, об основанных на этом мировоззрении  решениях реальных проблем. Не удивительно, что именно при таком подходе философия оказалась бесполезной и бесплодной в решении обрушившихся на нашу современную цивилизацию проблем местного и глобального масштаба. Общечеловеческие и глобальные проблемы  вынуждены решать частные  гуманитарные и естественные науки без  мировоззренческой координации и руководства философии.

Вариант представления философии как любовь к мудрости на наш взгляд имеет чисто историческое и даже риторическое значение, поскольку философия предстает даже не как мудрость, а только как любовь к ней. Как руководствоваться при решении реальных проблем только любовью к чему-то? Например, как рассчитать денежные потоки финансовой системы государства и сверстать его бюджет, руководствуясь только любовью к деньгам, и не зная экономических  законов, в частности законов  рынка? Или рассчитать на прочность какую-то конструкцию на базе только любви к сопромату, не зная его законов и методов расчета? Т.е. легендарно-классическое определение Пифагора, очень полезное при изучении философии, оказывается бессильным при выработке какого-либо мировоззрения или при решении каких-либо реальных проблем. Что называется  «люби себе на здоровье».

Можно конечно следовать Шеллингу и считать философию непосредственным созерцанием разума. Т.е то, что видит разум, то и является философией. А видит разум вокруг себя все противоположности сразу, вместе и одновременно: природу и Бога, науку и искусство, религию и поэзию. Правда впоследствии он уточняет, что философия есть всеобщая наука, лежащая в основании всех остальных наук,  а не особенная наука. Только искусство он возносит на один уровень с философией, различая их лишь по способу познания.  Но снова он их объединяет в понятии Абсолютного, впрочем, не поясняя, что он имеет в виду под Абсолютным, а самое главное, как использовать это Абсолютное  при решении реальных  проблем. Следовательно, Абсолютное выше философии по уровню, области отражения  и значимости. Таким образом, у философии снова отрывается часть мира, и она не может являться  ни полным мировоззрением, ни базой для него.

Такое представление философии недалеко ушло от сформировавшегося миллионами лет эволюцией способа одновременного многоканального познания человеком мира с помощью разума, чувств, предчувствий, интуиции и опыта. Вспомним А.С.Пушкина: «Как много нам открытий чудных приносит просвещенья дух. И опыт, сын ошибок трудных. И гений парадоксов друг. И случай Бог изобретений…» Продолжая дальше можно записать: «Терпенье мысли, боль сомнений, псевдоморфоза сновидений и, не дай Бог, ума затмений…». Это исторически сложившийся чисто прикладной, многокомпонентный, практический аспект познания мира, проверенный временем. Но это не философия, как теоретическое ядро мировоззрения. В качестве яркой иллюстрации к подобному видению многополярной  философии можно привести пример современной системы образования, при которой на одном уроке ученикам внушают, что человек создан Богом из глины, а на другом (следующем) уроке этим же ученикам доказывают, что человек - это результат долгих лет эволюции живой природы вследствие естественного отбора видов. На такой базе, очевидно, трудно построить стройное и непротиворечивое мировоззрение, а заодно и сформировать у молодого поколения здоровую, адекватную миру психику.

Аналогично можно проанализировать и другие  определения, предложенные разными философами в разные времена и с разных философских и мировоззренческих позиций. Все они по тем или иным причинам оказываются в какой-то степени противоречивыми и несовершенными. Из многих определений философии не вытекает никаких следствий, указывающих на соответствующее последующее наполнение философских исследований. Например, определения типа: «сосредоточие мирской мудрости; наука о разуме, постигающем самого себя; непосредственное созерцание разума; мысленное рассмотрение предметов» и т.д. Возникает естественный и простой вопрос: «Ну и что? А что дальше?». А дальше полная неопределенность. Некоторые определения существенно сужают поле своих интересов и соответственно возможных результатов. Например, «путь для достижения счастья посредством разума; исследование основных свойств и отношений бытия и постижение смысла человеческой жизни» и др. Ведь кроме проблемы счастья и смысла жизни у человека очень много проблем не менее важных.

 Вероятно, именно это является основной причиной непрекращающихся попыток ряда философов выработать безупречное и точное определение философии, которое бы устраняло все возможные противоречия и нестыковки. Другой ряд философов занимает принципиально другую позицию и уверен (и уверяет), что отсутствие на протяжении тысячелетий однозначности в понимании философии и неизбежный последующий  «мультигностицизм»  её многочисленных направлений и концепций  являются её неотъемлемыми свойствами, особенностями и возможно даже достоинствами.

Можно было бы, конечно, согласиться с последним мнением, если бы это не было своего рода  узакониванием и консервированием существующего  чрезмерно многополярного состояния философии (например, в одном только  постмодернизме насчитывается не один десяток различных концепций) и, таким образом, гарантированием отсутствия прогресса в развитии философии в настоящем и будущем. По мнению ряда философов, понятие прогресса вообще не свойственно философии. Нельзя ждать и тем более требовать от философии какого-то поступательного движения и развития. На этом фоне возникает вполне естественный вопрос: «Все кругом меняется и развивается (или деградирует), а только философия, являясь отражением этого изменяющегося всеобщего, перманентно находиться  в своеобразной стагнации и не может меняться и развиваться. Почему это так?». Возможно, что это грустная констатация  фактического тысячелетнего положения философии. Т.е. существующее положение признается как единственно возможное. За этим признанием неизбежно следует отказ от всяких попыток развития философии, т.е. по сути, это признание своего бессилия, капитуляция, признание неспособности решать принципиальные философские проблемы, прикрываемое объективной неизбежностью. Но в таком случае интересы философов и общества вполне очевидно, мягко говоря, не совпадают. Развивающееся общество с его бурно развивающейся научной и материально-технической базой не устраивает постоянно буксующая философия, не способная помогать со своих позиций в решении его проблем. Философов же, наоборот, это положение в значительной степени устраивает, так оно не требует от них каких-то серьезных усилий и результатов их непосильных трудов. В такой ситуации философия все больше  отрывается от общества, замыкается внутри себя, занимается философией для удовлетворения своих внутренних потребностей и интересов, в том числе и для своего удовольствия, а не для пользы общества. Философия существует для философии. В представлении многих философов искусство философствования  вполне достойная цель для философии. Общество, конечно, может это противоречие регулировать с помощью администрирования и финансирования, но само общество вероятно не в состоянии разобраться, в чем причина застоя в философии и по инерции все-таки в той или иной форме  финансирует и поддерживает философов, не смотря на отсутствие от них соответствующей отдачи. Но последствия проявления такой бесплодности философии  все равно начинают проявляться в потере престижа философии, в потере интереса и необходимости в ней. Философия постепенно превращается в какой-то нарост на информационном теле общества непонятного назначения и использования. Но это, вполне понятно, не может продолжаться бесконечно. Обществу такая философия просто будет не нужна со всеми отсюда вытекающими последствиями [4]. Совершенно не случайно знаменитый Стивен Хокинг как-то сказал: «философия умерла…».Во всяком случае она ему никак не помогла в построении его картины мира.

Конечно, философия как элемент и способ познания мира,  в соответствии со сложной и предельно многообразной  структурой общества и мира в целом, неизбежно является отражением этой сложности  и может принимать различные формы. Каждый член общества, каждая общественная группа, слой, класс, общественно политический строй в соответствие со своей пирамидой потребностей вправе имеет свою философию и свои представления о ней. Так же как каждый человек может иметь свое хобби и каждая группа по интересам  имеет свое увлечение, каждая группа философов  (или отдельный философ) может заниматься своей традиционной философией, материалистической или идеалистической, онтологией или гносеологией, познаваемой или не познаваемой, научной или религиозной, даосизмом или постмодернизмом и т.д.  Что мы и имеем в настоящее время. Но если речь идет об обществе в целом, о его глобальных и цивилизационных интересах и ценностях, о его существовании и развитии, то к философии должны предъявляться требования вполне конкретные и адекватные потребностям общества, а не отдельной группы философов. У эпикурейцев это счастье всех членов общества (а не только философов), у И.Канта это называется последними целями человеческого разума [1]. По Г. Гегелю философия  вообще является причиной различных форм государственного устройства, искусства и религии [3]. А что сейчас твориться среди и внутри различных религий? Миллионы и миллионы жертв и конца не видно. Т.е. социальная значимость философии очень велика и поэтому требования к ней не должна замыкаться только на интересах самих философов.

Причем очевидно, что это должны быть требования, не существующего узаконенного положения какофонической стагнации, неопределенности и разноголосицы, а требования, обеспечивающие гармоничное сочетание возможности философии и потребностей общества, консолидированное эффективное управление и координацию философией процесса развития  всего остального информационного поля нашей цивилизации, и, соответственно, на этой базе  и развития всего общества. Т.е. необходимо вернуть философии «философьево».  Конечно, остается открытым вопрос о том, кто все это будет делать? Пока таких исполнителей не видно. Как сказал классик « лебедь, рак и щука». Но уже сейчас можно и нужно ставить вопрос о необходимости таких шагов.

  1. Возможные пути преодоления противоречий.

Решение поставленной проблемы невозможно без широкого и глубокого анализа всей ситуации в цепочке «мир – комплекс знаний о мире (модель мира в нашем сознании) – философия, как одна из составляющих этого комплекса – общее определение – содержание». Каждая из этих составляющих несет свою смысловую нагрузку, выполняет свою роль в познании мира. Но поскольку вся система знаний о едином мире должна быть единой все связи между частями системы должны быть подчинены общим целям. Самой главной целью системы знаний человечества является максимальная адекватность  (истинность) знаний человека познаваемому миру. Только в этом случае человек сможет принимать адекватные окружающему миру решения и не принимать белое за черное, а холодное за горячее.

 Наше исследование направлено на изучение только определения философии, которое является первым ответвлением на информационном дереве человечества в сторону философии. Обилие (или изобилие) различных определений философии (и обилие разных философий) в этом случае можно трактовать в двух смыслах: как фрагментарное (поэтапное или частичное) отображение мира по частям или как различные варианты одновременного представления всего мира с той или иной степенью достоверности или приближенности. Анализ выше приведенных определений говорит о том, что весь комплекс определений известных «философий» можно, скорее всего, рассматривать как оба варианта одновременно, т.к. в во всех них повторяются одни и те же группы  одних и тех же понятий и терминов: (наука, мудрость, разум, истина); (созерцание, постижение, рассмотрение, поиск, понимание) и т.д.

Поэтому рассмотрим все выше представленные определения как единое целое, состоящее из отдельных взаимосвязанных фрагментов. В таком случае эту совокупность определений можно рассматривать как результат некоторого своеобразного эвристического метода мозгового штурма  (с элементами синектики) проблемы определения философии группой философов разной специализации, предлагающими свое видение проблемы и находящихся дистанционно в различных эпохах, местоположениях и, соответственно, в разных информационных условиях.

Если объединить в группы все функционально подобные термины и понятия и расположить их в соответствие с общей логикой стандартного процесса познания, то получиться довольно интересная схема (и система), объединяющая все эти определения, как отдельные бессодержательные (или малосодержательные) кусочки смальты объединяются в единую эффектную картину в мозаичном панно. Примечательно, что в этой схеме оказались заполнены все строки стандартных этапов произвольного процесса познания , т.е. объект исследования, цель исследования, методика исследования, результат исследования. Правда, с различной степенью наполнения.

  1. Объект исследования (весь мир, Вселенная, вся Вселенная, все общее, все единое, все сущее, мировоззрение, бытие, общие знания, все науки и т.д.).
  2. Цель исследования (счастье, последняя цель, жизнь, смысл жизни человека, исцеление души и т.д.).
  3. Метод исследования (эвристический, умозрительный: созерцание, исследование, постижение, рассмотрение, стремление к обстоятельности, систематизация, мышление, понимание и т.д.).
  4. Способы исследования: рациональный (разум, наука, мудрость, истина, знание, познание, сознание, учение) и эмоциональный (искусство, красота, любовь, духовная культура).
  5. Результат исследования: множество несовместимых между собой вариантов определения и содержания философии (материализм и идеализм, метафизика и диалектика, субъективизм и объективизм, познаваемость и непознаваемость мира и т.д.).

Таким образом, эвристический метод мозгового штурма не привел к решению проблемы, т.е. не привел к синтезу из предложенных многих вариантов единственно правильного. Это говорит о том, что при всей внешней логической  непогрешимости  процесса исследования в нем скрыт ряд принципиальных противоречий и ошибок, основными из которых вероятнее всего являются следующие.

  1. Заявленным объектом исследования является весь мир. В действительности же исследуются принципиально несовместимые его части. В самом распространенном варианте это природа, общество, мышление, человек, каждый из которых представляется, описывается и исследуется как совершенно независимый от других частей мира объект с помощью своих собственных эксклюзивных понятий и категорий, своих методов исследования и соответственно с открытием собственных законов и зависимостей. Это, несомненно, является серьезной методологической ошибкой.
  2. Несоответствие объекта исследования и заявленных целей. Во многих (подавляющее число) определениях цели нет вообще. Это говорит прежде всего о несовершенстве определений, вытекающем скорее всего не из ее действительного отсутствия у того или иного философа, а от второстепенности или третьестепенности оценки ее роли в мотивации исследования. Но там где она обозначена, она не соответствует объекту по масштабу( например, по уровню обобщения) и корреляции содержания. Например, если целью исследования является нахождение дороги к счастью, определение места человека в мире или смысл жизни человека, то, причем здесь весь мир? «В огороде бузина, а в Киеве дядька». Правильнее  в этом случае было бы познание основных самых общих законов мира и преобразование на этой основе мира. В этом случае будет четкое соответствие объекта и цели исследования. Правда возникает вопрос о направлении и цели преобразования мира. Но это уже следующий этап познания. В нем будут свои объекты и свои цели исследования.
  3. Несовместимость между собой многоканальных источников информации и способов исследования (рациональные и эмоциональные, умозрительные и чувственные, экспериментальные и аналитические и т.д.). Эта исторически сложившаяся система информационных связей человека с миром по своей природе противоречива и неоднозначна. Она возникала, развивалась, деформировалась и, в целом, изменялась в человеке и его предках в зависимости от условий быстро меняющейся среды его обитания, обеспечивая ему его выживание и развитие. Этот многослойный пирог  принципиально разных способов познания уже по своему определению не может обеспечить разработку единой, непротиворечивой, логически безупречной и стройной системы устройства и функционирования всего мира. Снова «лебедь, рак и щука». Необходима концентрация на каком- то одном источнике или выработка механизма объединения и переработки  всего объема информации, приведения ее в единую систему.    
  4. Неопределенность, многозначность, разночтение, «разнопонимание» и размытость многих используемых терминов и понятий (Абсолют, бытие, жизнь, мудрость, истина и т.д.). Снова очевидна необходимость выработки единой системы философской терминологии. Известные словари, энциклопедии, справочники, глоссарии и т.д. снова привязаны к соответствующим разделам, направлениям, системам и т.д.
  5. Во многих определениях явно присматривается антропоморфность или антропоцентризм философии, т.е. в центре многих систем стоит человек в той или иной форме. Вспомним девиз Протагора «человек - вот мера всех вещей». За почти три тысячи лет мы недалеко от него ушли. Это напоминает ушедшую в далекое прошлое геоцентрическую систему мира Птолемея. Но астрономия для человечества оказалась намного проще, чем философия (и мир в целом). С космосом человечество на сегодняшний момент более или менее уже разобралось. В философии же, если посмотреть последнюю новую российскую философскую энциклопедию, антропоцентризм пока воспринимается почти как авангард [5]. Во всяком случае, для современной официальной российской философии это звучит как последнее слово и непреложная истина.

Конечно, в любом определении философии  вследствие его неизбежной краткости содержится только минимум информации о той или иной системе, о тех или иных представлениях авторов. Но, как видно из выше приведенного анализа, этого оказывается вполне достаточно для получения некоторых вполне обоснованных выводов. А используя такой знаковый метод исследования, мы существенно сокращаем объем и время исследования. 

Вполне очевидно, что без разрешения вышеперечисленных противоречий и нестыковок решить проблему единого определения и непротиворечивого содержания философии невозможно.            

Но в свою очередь, указанные противоречия невозможно преодолеть без фундаментального пересмотра многих устоявшихся представлений и убеждений философов. Например, без изменения традиционного деления философии на онтологию, гносеологию, антропологию и социологию. Не говоря уже на деление философии на европейскую, китайскую, индийскую, арабо-мусульманскую. А вероятно у неандертальцев и шумеров тоже была своя философия (вероятно прагматически жизненная). И вероятно было свое определение.  Где уж здесь говорить о единстве мира и едином мировоззрении. Уже одна такая постановка вопроса обрекает любое философское исследование на приблизительность, допустимость, незавершенность и неоднозначность результатов, поскольку  в своих исходных положениях философ уже делит мир на несовместимые части. Это в свою очередь сразу требует применения различных исходных представлений и понятий, разных систем координат для описания исследуемых объектов и процессов, своих локальных констант и т.д. Т.е. при такой постановке проблем гарантировано логическое «несварение» в представлении всего мира как единого целого.

Следовательно, для выработки общего непротиворечивого представления обо всем мире (что, по мнению большинства философов, и является объектом изучения философии) необходимо изменить отправную точку исследований и сразу рассматривать мир как единое целое. А для этого необходимо выработать соответствующий принципиально новый методологический подход,  включающий новый взаимосвязанный и непротиворечивый понятийно категориальный аппарат и новые обобщенные исходные представления и положения. Это нелегкое решение, но другого пути у философии нет.

 Попытаемся сформулировать основные требования к новому определению философии, удовлетворяющему поставленной цели.  

  1. Указание на главное отличие философии от других областей знаний.
  2. Определение границ и областей применения результатов философских исследований и знаний.
  3. Определение философии должно определять главное содержание философии, необходимое обществу в конкретных условиях, включая направление развития и основную цель.
  4. Указать отношение и взаимосвязь с другими областями знаний. Т.е. философия должна органически встраиваться в общую «технологическую цепочку» процесса познания мира, внося в нее свой специфический и координирующий вклад.

Представленный объем требований в одном кратком определении, конечно, выполнить практически невозможно. Следовательно, по примеру классиков к краткому определению необходимо будет добавить соответствующие пояснения и дополнения. Но основное требование должно быть выполнено: за определением должна видеться вся философия необходимая обществу в конкретных условиях.

Вполне логично при формулировке определения философии использовать термины и понятия уже использованные в вышеприведенных ранее вариантах. Т.е. использовать (или рассмотреть) понятия наука, искусство, знания, мир, вселенная, истина, система, мировоззрение и т.д. с необходимыми ограничениями и уточнениями.

 Естественно при этом нужно различать, чем философия является сейчас, чем она должна быть, и чем она может быть. Т.е. важно четко представлять, какую философию мы сегодня в состоянии создать, опираясь на всю совокупность имеющегося в нашем распоряжении общего исторического, информационного и методологического материала. А вследствие непрерывного, все ускоряющегося процесса накопления знаний, поставленная задача  для каждого последующего поколения неизбежно упрощается. Древним грекам и схоластам средневековья были неизвестны достижения современного естествознания и результаты современной научно-технической революции, в том числе и информационной. Поэтому власть имущим в те времена нравилось преследовать и сжигать истинных ученых, совершающих мировоззренческие открытия и прорывы, вместо того чтобы поддерживать их и поощрять. Как говориться  не ведали, что творили. Но и у ученых в те времена было гораздо меньше материала для систематизации, обобщения и анализа. И соответственно было гораздо меньше шансов построения современной строгой, научной, однозначной философской системы. У них преобладали эвристические методы познания. Мы находимся в неизменно лучшем положении. Поэтому в настоящее время более перспективным представляется позиция первой группы философов (творцов, а не «капитулянтов»), которые, не смотря на очевидные серьезные методологические и прочие трудности, все-таки продолжают попытки решения проблемы определения сущности  необходимой обществу философии и в том числе  и формулировки ее универсальной, логически безупречной  в данных условиях дефиниции.

Попытаемся на основе анализа информации содержащейся в известных определениях выработать определение соответствующее выше приведенным требованиям.

Представленную совокупность определений философии можно рассматривать как результат некоторого социологического  исследования и приведенная выборка мнений в таком аспекте может рассматриваться как некоторое статистическое распределение, основным параметром которого является смысловое значение терминов и понятий, использованных при формулировке  определения. Выделим несколько ее особенностей.

  1. При внимательном рассмотрении и анализе полученной выборки вариантов определений можно заметить, что противоречия в каждом из известных определений не равноценны по степени влияния и принципиальности, по степени их непреодолимости и по прочим показателям. Например, самым распространенным понятием в представленной выборке является «наука», в различных вариациях и модификациях, т.е. представляет некоторый статистический максимум, поскольку большинство известных определений как бы «голосует» за философию как за «науку». Но это очень похоже на ситуацию когда желаемое выдается за действительное. Т.к. на базе прежних исследовательских позиций в настоящее время (и тем более в ранее время) невозможно сформулировать такое определение.
  2. Поэтому многие философы предлагают свое, принципиально другое определение философии. Причин для этого может быть несколько. Одна из них лежит на поверхности и имеет на наш взгляд скорее исторические, а не логические истоки. Исторически мы на всем отрезке времени нашей цивилизации познавали мир в основном разнообразными эвристическими способами, а не аналитическими. Мы  в большей степени познаем мир не разумом, а чувствами и интуицией, а  разум нам зачастую служит лишь средством обоснования наших чувственных знаний и желаний. Это вполне понятно, т.к. разум  у человека появился сравнительно недавно, примерно 50 тыс. лет назад. Все предыдущее время (примерно 3.7 миллиарда лет) живая природа получала и обрабатывала информацию совершенно и принципиально другими способами. В основном с помощью разнообразных органов чувств и различных рефлекторных реакций на многочисленные раздражители. Хотя общего мнения биологов и палеонтологов на этот счет пока нет. Но хаос чувств трудно привести к общему знаменателю однозначного решения и выбора модели поведения. Каждое чувство говорит свое и требует своих действий. «И хочется, и колется». Поэтому чувственную составляющую в чистом  виде в определение философии явно не целесообразно.
  3. В то же время в определении философии как особой науки основное противоречие носит не концептуальный или принципиальный характер, а хотя и сложный, но чисто технический. Чтобы его разрешить нужно просто научиться продуктивно и адекватно обрабатывать предельно большие массивы разнородной  информации  и осмысливать их. В этой части, как известно, принципиально важные результаты можно достичь с помощью современных и возможно «постсовременных» информационных технологий, в частности методологических. Это, разумеется, должно касаться и вопроса осмысления полученных результатов. Но «машинная» сторона вопроса в настоящее время еще не может обходиться без соответствующей эвристической составляющей процесса познания, эвристического осмысливания результатов использования компьютерных технологий. Эвристическая же составляющая может решать вопросы философии, только опираясь и используя  интуицию, органы чувств, законы логики и известный методологический аппарат познания, в том числе его понятийно- категориальный инструментарий. И вполне вероятно, что именно этот исторически сложившийся в предыдущие исторические эпохи понятийный и категориальный аппарат не позволяет философии превратиться в настоящую науку, способную вырабатывать результаты, удовлетворяющие всем вышеперечисленным  требованиям, предъявляемым к научной продукции, к научным знаниям. В частности, с одной стороны, мы хотим исследовать и познавать весь мир, а с другой стороны мы для этого располагаем только логическим и понятийным аппаратом более низкого порядка общности. Например, у нас нет точного количественного и качественного понятия для однозначного определения любого объекта исследования. У нас есть понятия Бога, Абсолюта, природы, мира, всеобщего, сущего, Вселенной и т.д. Но у нас нет необходимого для любой науки однозначного точного количественного или логического определения этих понятий. Например, мы не можем сказать, сколько Абсолюта, природы, мира, сущего и (не дай Бог!) сколько Бога в том или ином (а в общем, в любом) объекте исследования. Это конечно звучит дико и кощунственно (особенно для истинно верующих) и, несомненно, сильно утрированно, но общая логика в этих рассуждениях и аргументах, несомненно, присутствует.
  4. Мы не можем количественно или однозначно оперировать с любыми произвольными объектами исследования, что является неотъемлемым условием любого научного исследования. Нет количества, нет однозначности, нет точности, и, по сути, нет предсказуемого результата, есть только предчувствие или предположение (вероятность) какого-то результата. А любое количественное определение неизбежно предполагает элемент сравнения и взаимосвязи с другими такими же (такого уровня общности) объектами через единицы измерения. Следовательно, для философии как науки мы не можем пользоваться выше приведенными общими и общепринятыми понятиями и нам необходимо определить и разработать  такой комплекс предельно общих взаимосвязанных понятий, который был бы справедлив для представления,  описания и  количественного исследования любого объекта, любой части единого мира. При этом пропорционально степени обобщения существенно уменьшится объем необходимой и достаточной для исследования исходной информации и, тем самым, существенно упроститься сам процесс исследования.
  5. В свою очередь этот комплекс не может быть чем - то чисто умозрительным и произвольным. Он должен быть адекватен своему, т.е. произвольному (любому) объекту реального объективного мира. И не должен противоречить открытым к настоящему времени и точно установленным научным истинам, причинно-следственным связям, законам и в целом любым опытным и экспериментальным данным. А поскольку неоспоримо, что все вокруг взаимосвязано и постоянно меняется, этот понятийно- категориальный комплекс должен иметь возможность отражать и описывать любой процесс, любой природы и в любой области. Только в таком случае, т.е. если в фундаменте философии будет находиться  подобный  предельно общий понятийный аппарат и комплекс связывающих эти понятия зависимостей, философию можно будет считать  если не наукой, то некоторой областью знаний, лежащей в основе научного мировоззрения.

Один из возможных вариантов такого развития событий приведен в работе [4]. В ней представлен и обоснован понятийно-категориальный аппарат высшего уровня общности в комплексе с их взаимозависимостями, разработанный на базе обобщения и систематизации достижений многих естественных и гуманитарных наук,  включая, естественно, и многие философские концепции и системы, их представления, законы и области применения.

Сама философия при этом предстает как область знаний о всей вселенной или всем мире, включая человека, как рядовую ее часть и объект исследования. Вселенная при этом не подразделяется на природу, общество и мышление. Она рассматривается в целом. Вселенная едина, все ее части равноправны в части методологии их  представления и изучения. Вселенная не делится на европейскую, индийскую или китайскую. Элементарной частью вселенной (мира) считается любой произвольно выбранный объект исследования. Соответственно, объединяются и традиционные составные разделы философии: онтология, гносеология, антропология и социальная философия. Это позволяет получить исходный предельный уровень обобщения разработанной  системы. Единственной фундаментальной категорией является понятие абсолютно замкнутой системы, на котором строиться все здание предлагаемой философской системы. Абсолютно замкнутая система является единственной из всех возможных абсолютной, логически безупречной, абстрактной универсальной системой координат в которой возможно представление, описание и исследование любого произвольного объекта. Не смотря на всю парадоксальность и  своеобразную экстремальность предложенной системы, ее  целесообразность и возможности подтвердились уже при первых попытках ее применения в качестве методологического средства. Так, например, исторически интуитивно выкристаллизовавшиеся  на заре нашей цивилизации общечеловеческие понятия здоровья и счастья приобретают смысл разновидностей просто определенного вида равновесия в замкнутой  системе человек – среда. Предложенная философская система показала свою эффективность и при решении чисто физических проблем: принципа относительности, дефекта масс, притяжения – отталкивания, механизма образования сил инерции и тяготения, природы и сущности понятия времени и т.д. [4]. Такие результаты было невозможно получить  в рамках официально признанных философских систем, как в России, так и за рубежом.

Все это с высокой долей вероятности  можно считать определенным подтверждением правильности и перспективности выбранного направления исследования и использованных представлений о движущих силах развития философии и ее содержании.

  1. Формулировка нового определения философии.

 Все выше приведенные формулировки  понятия философия  возникли в своих специфических условиях и в наших условиях обладают, естественно, как очевидными достоинствами, так и определенными недостатками. Попытаемся с помощью последовательного анализа предложенных формулировок и использованной в них терминологии, а также выводов выше приведенных рассуждений свести к минимуму недостатки и максимально использовать преимущества тех или иных понятий, терминов и слов, используемых в этих формулировках и, таким образом, выработать некоторую более или менее оптимальную  и учитывающую современные условия  и особенности известных  формулировок редакцию.

  1. Понятие «наука». В применении к философии во всем ее настоящем, прошлом и возможном перспективном будущим состоянии выше приведенные параметры и требования, предъявляемые к науке (точность, объективность, воспроизводимость и т.д.) вполне очевидно выполнить невозможно. Но некоторые элементы и свойства науки на наш взгляд философии вполне можно заимствовать и использовать. Например, рациональность, достоверность, адекватность или разумность. В отличие от иррациональности, художественного восприятия, веры, чувственности, чудес, мистики, мифов и т.д. Эти разновидности источников и видов знаний можно исключить ввиду их явного несоответствия современным двигателям научно-технического и информационного прогресса нашей цивилизации.  И одновременно использовать такое наиболее общее понятие для любой информации как «знание». В итоге получаем « рациональное знание».
  2. Понятие «система». Это понятие предполагает не только наличие в системе как минимум определенной совокупности взаимосвязанных элементов, но и достаточно прочные связи между этими элементами. Этого о философии сказать тоже в настоящее время и в обозримой ретроспективе нельзя. Слишком слабы внешние связи между различными направлениями, течениями и системами философии. Поэтому более адекватным представляется применение термина «комплекс» различных частей общего философского поля. Этот термин может легко объединить практически все составляющие известного  философского информационного пространства.
  3. Во всех ранее приведенных формулировках определения философии в той или иной степени присутствует показатель высокого уровня общности знаний в ней относительно других областей знаний, в частности частных наук. Именно высокая степень обобщения имеющегося эмпирического и теоретического материала позволяет нам приблизить философию к науке, т.к.позволяет свести всю совокупность имеющейся информации к  существенно меньшему ее объему, доступному для адекватного и точного исследования и, в пределе, позволяет синтезировать понятие абсолютно замкнутой системы со всеми отсюда вытекающими последствиями. Поэтому наша формулировка должна пополниться термином «общее». Но поскольку известно много общих областей знаний, то вероятно для философии следует усилить этот элемент и записать «максимально общее» (или «наиболее общее»).
  4. В формулировке понятия философии необходимо также отразить предмет внимания философии, объект ее рассмотрения или исследования. При этом очевидно предмет внимания философии должен соответствовать, максимально общему уровню знаний. Поэтому предметом изучения философии может быть весь мир, вселенная, все и т.д. Наиболее удачным, корректным и информативным представляется понятие «мира», т.к. термин « все» более неопределенен, а термин «вселенная» в нашем сознании больше ассоциируется с космическими образами и представлениями. Можно также усилить и уточнить термин «мира» в форме «весь мир».
  5. Но понятие «весь мир» не позволяет решать практические вопросы и проблемы тех или иных его частей. Поэтому нужно определиться с самыми общими и объективными свойствами частей слагающих наш мир. Такой общей характеристикой может быть абсолютное равноправие любой части мира и ее способности изменяться или сохраняться. Следовательно, и сам исследующий мир человек является вполне рядовой, одной из всех, равноправной частицей мира. Основанием для данного условия являются фундаментальные достижения современного естествознания, доказавшие, что в основе всех происходящих в мире процессов в любой области (природы, общества, мышления, человека) лежат одни и те же законы изменения и сохранения объектов ( физики, химии, биологии, социологии и т.д.) под воздействием (или при отсутствии) внешних факторов.

Таким образом, в итоге соединения всех проанализированных признаков и элементов рассмотренных вариантов возможной редакции формулировки понятия « философия» получаем следующее.

Философия – это комплекс самых общих рациональных знаний человека обо всем мире как едином целом, направленных на систематизацию и обобщение информации менее общих областей знаний с целью их координации, развития и использования на практике  на базе полного равноправия всех частей единого мира.

  1. Анализ формулировки и выводы.

Философия, как и любая другая область знания в своем развитии проходит одни и те же обязательные этапы общего объективного процесса получения новых знаний, состоящие из сбора исходных данных, систематизации, обобщения, анализа, синтеза вариантов, анализа вариантов, выбор оптимального (оптимальных), формулировка некоторых итоговых твердо установленных неизменных объективных закономерностей, законов и в целом окончательных выводов (объективных истин). Именно только  последний этап  может превратить философию в действительно научную дисциплину. Этим путем прошли все без исключения общепризнанные в настоящее время науки. Они, как известно, все исторически вышли в свое время из философии. Эти процессы вследствие  ограниченного объема исходного материала проходили достаточно быстро. И только сама философия в целом вследствие необъятности и необозримости своей исходной информационной базы  не смогла уложиться в рамки всего процесса за тысячелетия своего существования. Более того, из-за такой медлительности процесса кристаллизации философии как науки стали возникать чисто психологические процессы торможения процесса развития. Действительное стало восприниматься как неизбежное. Изнутри философии было трудно заметить ее поступательное движение по выше приведенной цепи этапов. Поэтому  с одной стороны философы чувствовали, что философия должна быть наукой и стремились к этому, а с другой было очевидно, что она все таки не наука. Это и породило раскол  среди философов. Но прогресс философии также неотвратим, как и любые другие процессы познания. Вопрос только времени и совершенства методологии исследования.

В этом определении отражено существующее в настоящее время состояние философии, т.е. состояние,  в котором она в своем развитии еще не достигла уровня науки. Следовательно, по мере развития философии определение будет тоже меняться. 

Поэтому естественно, предлагаемая формулировка не претендует на окончательность и непогрешимость. Это только первые шаги в обозначенном направлении повышения уровня обобщения философских представлений и соответственно только один из возможных вариантов определения философии, который  в будущем, неизбежно будет дополнен и усовершенствован. Но который на наш взгляд, уже сегодня может принести определенный вклад, как в развитии философии, так и в ее влияние на жизнь современного общества. В частности, эта формулировка в основу определения положено понятие знания, а неотъемлемой характеристикой любого знания является его увеличение, накопление, развитие и т.д. Т.е. эта формулировка в принципе отрицает стагнацию и консервирование философии, не отгораживает ее от других областей знания и стимулирует ее прогресс, а не замыкает ее, например, в рамках искусства бесконечного философствования. А самое главное, эта формулировка ставит в прямую зависимость развитие философии от потребностей общества, т.к. любые знания предполагают их использование обществом.  В целом эта формулировка констатирует тот неоспоримый  факт, что частные науки дают философии необходимый и современный материал для его систематизации  и обобщения, а философия после этой обработки и кристаллизации  всеобщих мировых законов возвращает этот материал  частным наукам для использования его в своем развитии и, соответственно, в развитии всего общества.  

Применение в качестве методологической основы разработанной на этой базе «философии замкнутой системы» [4], как отмечалось выше, уже позволило получить ряд принципиально важных результатов  в различных областях знаний. На примере этой системы можно увидеть, что обобщение больших массивов информации современного естествознания (и других ранее недоступных областей знаний) позволило философии разработать мощный  и эффективный методологический аппарат, применение которого частными науками позволило получить ряд  принципиально новых результатов, недоступных для получения другими методами. Вполне естественно, что предлагаемое определение может иметь своими следствиями и другие изменения и достижения в содержании философии.

Автор надеется, что эта статья привлечет внимание философов к важности и актуальности в современных условиях научно технической и информационной революции вопроса разработки  конструктивной формулировки понятия «философия», в достаточной степени соответствующей современным условиям и определяющей содержание и развитие самой философии не только в настоящее время, но и на перспективу. Время покажет, насколько реальны и правильны эти перспективы.

Литература.

  1. И.Кант, «Логика».- Трактаты и письма. М. 1980.стр.331-334.
  2. Г.Гегель, Энциклопедия философских наук. Т.3.Философия духа. М.,1977.Стр.393-394.
  3. Г.Гегель, «Отношение философии к другим областям». - Соч. Т. IХ. Лекции по истории философии. М.,1932.Стр.61,62,66,68,73,76,77,85,86-87,88,89.
  4. Мельников В.И., Философия замкнутой системы – К.: Интерсервис»,2015.Стр. 11-33,45,48,142-174,207-234.
  5. Новая философская энциклопедия: Институт философии РАН, Нац.общ.-научн.фонд., Научно-ред.совет;М.;Мысль,Т.4.-2010,стр.195-200.

 

Опубликовано 20 марта 2017 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?