Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ПОЛИТОЛОГИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 20.07.18

П. А. ЗАЙОНЧКОВСКИЙ. ПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫЙ АППАРАТ САМОДЕРЖАВНОЙ РОССИИ В XIX в.

Дата публикации: 07 февраля 2018
Автор: Н. Я. ЭЙДЕЛЬМАН
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ПОЛИТОЛОГИЯ
Номер публикации: №1518002853 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Н. Я. ЭЙДЕЛЬМАН, (c)

найти другие работы автора

М. Изд - во "Мысль". 1978. 288 стр. Тираж 19000. Цена 1 руб. 10 коп.

Новая монография профессора МГУ доктора исторических наук П. А. Зайончковского, как и ряд его предыдущих работ1 , посвящена проблемам внутренней политики России в прошлом столетии. Хронологические рамки книги очень широки: самые ранние авторские изыскания касаются 1796 г., самые поздние - 1903 - го. Такой диапазон в специальных исследовательских трудах по новому и новейшему времени встречается крайне редко; следует оценить смелость авторского решения - посвятить свой труд русскому правительственному аппарату XIX столетия в целом.

К сожалению, объем работы и состояние источников не позволили П. А. Зайончковскому равномерно охватить весь изучаемый период: систематических данных о службе, происхождении, собственности, образовании чиновников за 1800 - 1840-е годы пока не обнаружено, и будущим исследователям придется изыскивать методы статистического изучения государственного аппарата первой половины XIX столетия. Зато с кануна Крымской войны и почти до первой русской революции П. А. Зайончковским произведено многообразное изучение российского чиновничества.

В течение ряда десятилетий в трудах советских историков преобладали (что вполне естественно) сюжеты социально - экономические и историко- революционные, которые недооценивались, искажались или замалчивались до Октября. Однако известная недооценка проблем, касающихся господствующих слоев, внутренней политики самодержавия, со временем привела к своеобразному "перекосу" в нашей историографии, который за последние годы успешно преодолевается. Наряду с трудами П. А. Зайончковского о государстве, армии, внутренней политике России в XIX в. вышли работы других исследователей 2 . Более ранний период истории самодержавного государственного аппарата представлен в книге С. М. Троицкого 3 .

"Изучение состояния правительственного аппарата, - справедливо замечает П. А. Зайончковский, - подразделяется на два вопроса. Первый - система государственных учреждений и ее характеристика,


1 См. П. А. Зайончковский. Кризис самодержавия на рубеже 1870 - 1880-х годов. М. 1964; его же. Российское самодержавие в конце XIX столетия. М. 1970; его же. Самодержавие и русская армия на рубеже XIX - XX столетий. 1881 - 1903. М. 1973.

2 И. В. Оржеховский. Из истории внутренней политики самодержавия в 60 - 70 гг. XIX века. Горький. 1975; "Проблемы отечественной истории". Ч. I. М. - Л. 1974; ч. П. 1976 (см. статьи Б. Б. Дубенцова).

3 С. М. Троицкий. Русский абсолютизм и дворянство в XVIII в. Формирование бюрократии. М. 1974.

стр. 121


второй - личный состав государственного аппарата, чиновничество. Первый вопрос достаточно изучен как в дореволюционной историографии (А. Д. Градовским, Н. М. Коркуновым), так и советскими историками (в частности Н. П. Ерошкиным). Второй вопрос не стал - еще предметом специального научного рассмотрения" (стр. 3).

Автор смог решить эту труднейшую задачу прежде всего в результате привлечения широкого круга источников. Помимо обширного мемуарного комплекса, им по-новому изучен ряд давно известных документов. Так сказать, "по ходу дела" обоснованы важные источниковедческие наблюдения над таким известным изданием, как "Адрес - календарь" Российской империи: при сопоставлении с другими сводами "Роспись всех чиновных особ" оказалась неполной, содержащей сведения лишь немногим более чем об 1/3 чиновников (стр. 15 - 16). Однако главным "резервуаром" новых, очень важных и интересных данных явились сотни формулярных (послужных) списков, сосредоточенных (для гражданских чинов) в Центральном государственном историческом архиве СССР (фонды Государственной канцелярии, Сената, министерств внутренних дел и юстиции, коллекция формулярных списков). В результате получены данные, которые, надо думать, скоро займут прочное место в общих курсах, учебных пособиях, научно - популярных трудах о России прошлого века.

По подсчетам П. А. Зайончковского, в 1796 г. российские чиновники составляли 15 - 16 тыс. человек (то есть один чиновник на 2250 жителей); в 1851 г. - 74330 (один на 929 жителей), а в 1903 г. - 385 тыс. (один на 335 жителей). "Таким образом, число чиновников на протяжении XIX в. с учетом роста населения увеличилось почти в 7 раз" (стр. 221). Значительный интерес представляет анализ состава Государственного совета, Комитета министров, Сената, а также различных категорий губернской администрации (возраст, сословная принадлежность, имущественное положение, образовательный уровень). При сравнении чиновников одних и тех же ведомств за 1853 и 1903 гг. обнаруживается известный рост образованности, значительное уменьшение принадлежащей чиновникам недвижимости и для высших чинов (особенно губернаторов) - строгая, не изменившаяся за полвека дворянская сословность.

Между прочим, сочетание в государственном аппарате регулярно - бюрократического и сословного начал, вероятно, объясняет некоторые отмеченные автором несообразности и странности. Так, П. А. Зайончковский называет "непонятным" причудливый разнобой при назначении окладов членам государственного совета и отмечает, что вообще довольно трудно установить какую-либо закономерность в окладах высшей бюрократии. Между тем здесь явно налицо пережитки старинного нерегламентированного феодального пожалования. "Феодально-вотчинный" взгляд на государственный аппарат объясняет и такие анекдотические факты (приводимые в монографии), как обеспечение в начале XX в. пожарных команд Петербурга сеном и овсом из имений министра внутренних дел и столичного градоначальника.

Многообразно разработанная научно-статистическая сторона сочетается в книге с живым "личностным" подходом к истории. Чрезвычайно интересны сведения о бюджетах чиновников, о земельных владениях главных "столпов" империи, разнообразны типические эпизоды, характеризующие российскую бюрократию. Внимание автора к конкретным лицам иногда, правда, приводит к субъективным оценкам. Так, при всей умеренности, а порой и реакционности взглядов М. П. Погодина его вряд ли можно назвать "трубадуром Николая I" (стр. 179), а при характеристике А. М. Горчакова его 26 - летнее пребывание во главе министерства иностранных дел не разделено на разные этапы (стр. 191). Трудно согласиться также с утверждением П. А. Зайончковского, что "после М. М. Сперанского Канкрин был первым по уму государственным деятелем" (стр. 116). Вряд ли ему уступали, например, Д. В. Дашков, Л. А. Перовский или П. Д. Киселев. О последнем автор, кстати, пишет, что он "резко выделялся из среды николаевских деятелей" (стр. 126); но это определение тоже заслуживает уточнения: в николаевском правительстве министры "подавительные", откровенно реакционные, невежественные (А. И. Чернышев, А. Х. Бенкендорф, П. А. Клейнмихель и др.) десятилетиями соседствовали с более умеренными, культурными, гибкими; разумеется, реакционные тенденции и ретроградные министры явно брали верх, но это сочетание позволяло Николаю I до поры до времени маневрировать в своей внешней и внутренней политике.

стр. 122


Широко представленный в работе разбор различных "высоких карьер" позволяет затронуть вопрос о прочности, "надежности" самодержавного аппарата с точки зрения тех задач, которые перед ним ставились. Автор, впрочем, несколько преуменьшает относительную жизнеспособность феодальной государственной машины: несмотря на все несомненные и выявленные им элементы отсталости и разложения, она ведь очень долго и успешно осуществляла подавление большинства в интересах дворянско- помещичьего меньшинства. В этой связи любопытные наблюдения сделал в начале 1830-х годов современник нескольких царствований сенатор А. Н. Вельяминов-Зернов: "Переменить царствующую особу (в XVIII столетии. - Н. Э.) было так же легко, как переменить министра, но переменить министра было тогда труднее, чем теперь"4 . Он также справедливо заметил, что перемены в российском правлении XVIII в. были серией разнообразных дворцовых переворотов: несколько главных заговоров, менявших царствующих особ, перемежались рядом "малых переворотов" - свержением министра или фаворита (А. Д. Мен-шикова, А. П. Волынского, И. -Г. Лестока, А. П. Бестужева-Рюмина и др.). Перемена "сильного человека" редко являлась обычной отставкой и часто - опалой, арестом, ссылкой. В XIX в. ситуация явно меняется: при Николае I отставки А. А. Аракчеева, А. А. Закревского, К. А. Ливена и др. не сопровождались репрессиями, шельмованием. Вообще с 1801 г. по 1917 г. российская самодержавная машина обновлялась более "мягко", менее взрывчато, чем прежде. Дворцовых заговоров больше не было, ни один министр (за исключением М. М. Сперанского в 1812 г.) не был отставлен репрессивно, путем "малого переворота".

Явление это имеет определенную причину: в страхе перед народным и революционным движением дворянство и бюрократия избегают "переворотства", опасаясь ослабить трон и государственный аппарат. Указанные обстоятельства, несомненно, отражались на формировании бюрократии, и вопрос о количестве и форме отставок, опал крупных правительственных лиц заслуживает специального внимания. Затронув эту проблему, мы вправе отметить, что рецензируемая книга обладает еще одним свойством добротного исследования - "здоровой незавершенностью". "Автор отдает себе отчет в том, - говорится во введении, - что рассмотрение этих вопросов не исчерпывает изучения проблемы в целом, а лишь намечает основные вехи для углубленного исследования проблемы" (стр. 4).

Одной из таких "вех", только слегка намечаемых в книге, явится, вероятно, проблема участия чиновников в общественно - политической и культурной жизни страны. Как известно, многие русские общественные деятели, начиная с первого революционера А. Н. Радищева, побывали в чиновниках. Активная служба в Московском надворном суде И. И. Пущина справедливо рассматривается как декабристский акт, особенно знаменательный на фоне отмеченного П. А. Зайончковским пренебрежения родовитых дворян к гражданской службе.

Довольно сложным является и вопрос о политических взглядах, общественной позиции чиновничества. Как известно, в 1850-х - 1860-х годах немалое число чиновников поставляло в "Колокол" ценные разоблачительные материалы "из наших судебных пещер, из тайных обществ, называющихся министерствами, главными управлениями и пр."5 . Разумеется, большая часть служащих самодержавного аппарата способствовала его укреплению и разделяла правительственный образ мыслей, однако идейное размежевание внутри бюрократических сил несомненно. Поэтому вопрос о социальном, культурном, общественно - политическом лице чиновничества остается полем изысканий для будущих исследователей.

В книге имеется богатый вспомогательный аппарат. Особо выделяются важные извлечения из "Свода законов", касающиеся гражданской службы и эффективно сконцентрированные на 34 страницах, завершающих монографию.

По новизне и значению проблемы, количеству нового материала, качеству его теоретического осмысления и обработки, наконец, по перспективности намеченного исследовательского пути книга П. А. Зайончковского - заметное явление в изучении российского XIX столетия.


4 "Исторический сборник Вольной русской типографии". Кн. II. Лондон. 1861, ст. 27.

5 А. И. Герцен. Собрание сочинений. В 30-ти тт. Т. XIII. М. 1958, стр. 48.

 

Опубликовано 07 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?