Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ПОЛИТОЛОГИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 22.02.18

ОПЕРАЦИЯ "КОИНТЕЛПРО"

Дата публикации: 11 февраля 2018
Автор: В. К. ПАРХОМЕНКО
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ПОЛИТОЛОГИЯ
Номер публикации: №1518354349 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


В. К. ПАРХОМЕНКО, (c)

найти другие работы автора

Восходящая к Декларации независимости словесная приверженность официального Вашингтона "основным правам человека" никогда не препятствовала американским властям нарушать эти права и преследовать своих граждан по политическим мотивам. Несмотря на шумиху вокруг проводимой ныне Белым домом подрывной кампании в защиту "прав человека" в других странах, американская действительность каждодневно свидетельствует о нарушениях в США прав не только отдельных личностей, но и целых народов - негров, пуэрториканцев, индейцев, представителей других национальных меньшинств. В атмосфере растущей нетерпимости к инакомыслию деятельность прогрессивных политических партий, профсоюзных и студенческих организаций, выступающих за социальные перемены, подвергается жестокой травле и гонениям. В системе тотального полицейского сыска, в искоренении всякого недовольства существующими порядками все активнее участвуют разведывательные органы американского правительства, которые применяют изощренные методы борьбы с инакомыслием.

Об этом убедительно свидетельствует документально известная теперь тайная война секретных служб США против американских инакомыслящих в послевоенные годы. Масштабы и методы осуществлявшегося этими службами внутреннего шпионажа и репрессий, обнажая классовый характер государственного механизма США, показывают, что существующая там "система справедливости" направлена, как говорится в публикации Коммунистической партии США, "против большинства и служит на пользу крохотного меньшинства. Она действует в интересах руководителей корпораций и их представителей в правительстве... Она действует в интересах тех, кто насильственно проводит в жизнь закон для богачей"1 .

"Нигде власть капитала, власть кучки миллиардеров над всем обществом не проявляется так грубо, с таким открытым подкупом, как в Америке"2 , - писал шесть десятилетий тому назад В. И. Ленин, характеризуя политическую и социальную действительность США. Реалии современной Америки, ее глубокие социальные язвы и контрасты, бесправное положение рядовых граждан, подавление инакомыслия, всесилие и всемогущество широко разветвленной системы политического сыска в лице ЦРУ, ФБР и других органов насилия, созданных для защиты интересов правящей здесь империалистической олигархии, с новой силой подтверждают справедливость этого ленинского вывода.

В советской американистике за последнее время появились работы, в которых на основе новейших документальных данных освещается возросшая роль разведывательных служб в системе карательно-репрессивных органов американского государства. Вслед за разоблачениями ре-


1 "Положение в области прав человека в США". М. 1978, стр. 61.

2 В. И. Ленин. ПСС. Т. 39, стр. 82.

стр. 67


прессивной деятельности секретных ведомств растет число такого рода публикаций и в США3 . И хотя некоторых аспектов программы "Коинтелпро" советские авторы уже касались, тема эта заслуживает специального рассмотрения.

В начале марта 1971 г. группа радикально настроенных молодых американцев из гражданской "Комиссии по расследованию деятельности ФБР" совершила налет на офис Федерального бюро расследований в небольшом американском городе Медиа (шт. Пенсильвания). Было захвачено около 800 секретных бумаг бюро и среди них 16 "совершенно секретных" с загадочным шифром "коинтелпро", содержание которых поразило даже активистов комиссии, давно подозревавшей ФБР в незаконных действиях против молодежного движения и демократических организаций. Переданные в печать и опубликованные в ряде центральных газет, документы "Коинтелпро" произвели настоящую сенсацию. Это побудило репортера радиотелевизионной компании Нэйшнл бродкастинг корпорейшн (НБК) К. Стерна предъявить бюро на основании закона о свободе информации судебный иск с требованием огласить, что означает "Коинтелпро". Выиграв иск, Стерн вынудил руководство ФБР опубликовать еще ряд относящихся к делу документов, а также объявить о прекращении операций под этим кодовым названием. Так случайно была предана огласке одна из самых крупных, длившихся в течение многих лет программ ФБР, при осуществлении которой систематически нарушались конституционные права американских граждан.

"Коинтелпро"- сокращение от слов "каунтеринтеллидженс программ", то есть контрразведывательная программа. Она была санкционирована директором официального правительственного органа - ФБР Э. Гувером в 1956 году. Усилившееся в то время движение демократической общественности за перемены во внешней и внутренней политике США, за отказ от политики "холодной войны" и крайностей маккартистского произвола вынуждало правящий класс свернуть ряд кампаний открытого политического давления на инакомыслящих. В 1954 г. сенат подавляющим большинством голосов осудил мракобеса Дж. Маккарти. Карьера этого главного "охотника на ведьм" шла к концу. В 1956 г. Верховный суд установил более жесткие требования, касающиеся судебного преследования американских граждан по закону Смита, что ограничило организацию новых судебных расправ над коммунистами. Исчезали наводнившие страну в конце 40-х годов пресловутые "бюро по проверке лояльности"; учрежденный в 1949 г. министерством юстиции так называемый "список подрывных организаций" начиная с 1956 г. не обновлялся.

Однако крайняя реакция не прекратила кампании против прогрессивных демократических сил. Полномочия ФБР и других секретных служб, превратившихся за десятилетие "холодной войны" в карательные органы государства, урезаны не были. Да и само руководство ФБР не собиралось подчиняться решению Верховного суда относительно судебных преследований коммунистов. Рассматривая это постановление как помеху в привычной для них репрессивной деятельности, Гувер и его окружение стали выискивать альтернативные методы "сдерживания угрозы". В августе 1956 г. было решено игнорировать правительственные ограничения и впредь вести борьбу против "подрывных элементов" по усмотрению ФБР, тайно и без оглядки на закон. Так появилась пер-


3 И. Геевский, В. Смело в. США: тайная война против инакомыслящих. М. 1978; И. П. Николаев. Под железной пятой. М. 1978; N, Blackstown. Cointelpro. The FBI's Secret War on Political Freedom. N. Y. 1976; M. H. Halperin, J. J. Berman, R. L. Borosage, Ch. M. Marwick. The Lawless State. The Crimes of the U. S. Intelligence Agencies. N. Y. 1976; D. Wise. The American Police State. N. Y. 1976; A. Theoharis. Spying on Americans. Temple University Press. 1978.

стр. 68


вая из программ "Коинтелпро", цель которой заключалась в том, чтобы "подорвать", "расколоть", "ослабить" и "нейтрализовать так или иначе Коммунистическую партию США и близкие ей организации"4 . С самого начала были приняты строжайшие меры секретности. Операции по "Коинтелпро" и их разработка на местах агентами ФБР должны были проводиться с одобрения Гувера и других высших чиновников бюро.

Программа "Коинтелпро." 'была направлена не только против компартии. Уже в 50-е годы она включала в себя мероприятия и против некоммунистических организаций, таких, например, как "Национальный комитет за упразднение комиссии по расследованию антиамериканской деятельности". С 1961 г. руководство ФБР санкционировало ряд дополнительных программ "Коинтелпро". Важнейшие из них носили названия: "Социалистическая рабочая партия США" (1961 -1969 гг.), "Организации черного национализма и расовой ненависти" (1967 - 1971 гг.) и "Новые левые" (1968 - 1971 гг.). Фактически к операции "Коинтелпро" можно причислить и программу борьбы против движения за независимость Пуэрто-Рико (начата в 1960 г.), а также операцию "Худуинк" (начата в 1966 г.), в которой ФБР ставило цель использовать против компартии организованные преступные элементы.

Содержание отдельных программ "Коинтелпро" было гораздо шире, чем можно судить по их официальным названиям. Так, в качестве объектов программы "Организации черного национализма и расовой ненависти" фигурировали негритянские ассоциации, которые выступали за ненасильственные методы борьбы, за единство и сотрудничество черных и белых, например, Южный совет христианского руководства, ставший одним из главных объектов преследований со стороны ФБР. Программа операций по "новым левым" включала мероприятия против таких различных по ориентации и составу организаций, как "Студенты за демократическое общество" и "Межуниверситетский комитет за дебаты по вопросам внешней политики", а также борьбу со студенческими газетами и даже участниками демонстраций против университетской цензуры.

В целом операции "Коинтелпро" представляли собой тайную войну против компартии и других левых организаций и групп, против антивоенного, негритянского, студенческого и других демократических движений. Всего в рамках этой программы было проведено 2370 операций5 . При их осуществлении ФБР отнюдь не ограничивалось сбором информации, оно предпринимало самые активные действия, направленные на подрыв и развал этих организаций.

Под предлогом борьбы с "внутренними врагами" ФБР вмешивалось в политическую активность граждан США и их демократических организаций, применяя при этом любые, в том числе и противозаконные, средства тайной войны. Были здесь и приемы, которыми пользуются обычно лишь в военное время, и состряпанные по заказу или самими агентами ФБР клеветнические статьи в органах "дружественной" печати. Не брезговало ФБР и рассылкой анонимных писем женам активистов с обвинением мужей в супружеской неверности. Велось подстрекательство к уличным столкновениям между конфликтующими группировками. Излюбленным методом было фабрикование обвинений в том, что тот или иной активист являлся якобы платным осведомителем ФБР. Это должно было дискредитировать общественных деятелей, а в ряде случаев означало для них угрозу физической расправы. Широко применялось давление на работодателей, которых побуждали увольнять ина-


4 M. H. Halperin, J. J. Berman, R. L. Borosage, Ch. M. Marwick. Op. cit., p. 112.

5 "Положение в области прав человека в США", стр. 68.

стр. 69


комыслящих. Использовались также негласные контакты с внутренней налоговой службой министерства финансов и полицией. С каждой новой программой "Коинтелпро" расширялся круг "объектов" ФБР, повышалась интенсивность его методов.

Все это стало известно лишь после того, как негодование американской общественности в связи с уотергейтским делом и участившимися в первой половине 70-х годов скандальными разоблачениями полицейских репрессий в печати вынудили конгресс расследовать деятельность разведывательных органов США. Созданная в январе 1975 г. для этой цели специальная подкомиссия сената, которую возглавил сенатор Ф. Черч, подготовила и опубликовала в апреле 1976 г. трехтомный доклад6 . Он был составлен на основании изучения сотен меморандумов ФБР, ЦРУ, разведывательных служб Пентагона, донесений агентов, внутренних приказов и инструкций, заявлений руководителей этих ведомств. Разумеется, далеко не все секретные операции ФБР, ЦРУ, военной разведки и других правительственных учреждений нашли отражение в докладе, но даже приведенные в нем данные о масштабах и формах политической слежки, методах борьбы с инакомыслием и т. д. убедительно свидетельствовали о том, что Белый дом и подчиненные ему разведывательные ведомства в нарушение основных положений конституции превращали США в государство тотальной слежки и жестокого преследования прогрессивных сил.

Широкую панораму противозаконной деятельности государственных органов страны открывает раздел доклада комиссии Черча, относящийся к операциям "Коинтелпро"7 . Изучение комиссией более чем 20 тыс. страниц документов и показаний агентов ФБР, а также многочисленных свидетельств неопровержимо доказывает существование массовых нарушений, которые граничат с попранием политических и гражданских прав человека в США.

Свои полномочия на проведение операций типа "Коинтелпро" ФБР обосновывает разведывательными функциями ведомства. Отработанные бюро методы борьбы с фашистскими шпионами и диверсантами в годы второй мировой войны применялись и в тайной войне против радикальных элементов. "Запрещенных приемов не было, - утверждал бывший заместитель директора ФБР Г. У. Салливэн в своих показаниях сенатской комиссии Черча. - Мы использовали их все без разбора против любой организации, которая называлась нам в качестве объекта"8 .


6 "Foreign and Military Intelligence". Book I. Final Report of the Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities. U. S. Senate 94-th Congress. 2-nd Session. Washington. 1976; "Intelligence Activities and the Rights of Americans". B. II. Final Report of the Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities. United States. Washington. 1976; "Supplementary Detailed Staff Reports on Intelligence Activities and the Rights of Americans". B. III. Final Report of the Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities. United States Senate. Washington. 1976 (далее - "Final Report").

7 Некоторые факты о программах "Коинтелпро" стали известны в США уже в 1973 г., вслед за судебным иском, предъявленным ФБР К. Стерном, и особенно в 1974 г. в результате расследований этих тайных операций специальной межведомственной комиссией в составе чиновников министерства юстиции и сотрудников ФБР, которую возглавлял тогдашний заместитель министра юстиции США Г. Петерсен. Члены комиссии Петерсена - чиновники министерства юстиции - не имели прямого доступа к архивам "Коинтелпро". Основные выводы по осмотру ее контрольных папок с документами подготовили для них члены указанной комиссии из числа сотрудников ФБР. Поэтому опубликованный в ноябре 1974 г. доклад комиссии Петерсона не отличался объективностью и был весьма апологетичен по отношению к ФБР. Основные выводы доклада сводились, например, к тому, что "многие операции" "Коинтелпро" было "законными" и "уместными", а имевшие при этом место "нарушения" гарантируемой первой поправкой к конституции США свободы слова и собраний "незначительными" ("Peterson Committee Report". Subcommittee on Civil and Constitutional Rights, Hearings, 20.II.1974. Washington. 1974, p. 26).

8 William C. Sullivan Testimony, 1.XI.1975. "Final Report", p. 7.

стр. 70


Салливэн характеризовал методы ФБР в "Коинтелпро" как "грубые, жестокие и грязные".

За 15-летнюю историю программ при осуществлении тайных операций нарушались как конституционные права американских граждан, так и положения уголовного кодекса США. В меморандуме, подготовленном для комиссии Петерсена, указывалось, что при осуществлении тайных операций были нарушены устав о гражданских правах и положение о запрещении распространения информации, полученной в результате прослушивания телефонных разговоров9 . Операции "Коинтелпро" угрожали жизни и здоровью лиц, против которых они проводились, что было зафиксировано в ряде документов бюро по "Коинтелпро", в частности в меморандуме из штаб-квартиры ФБР в его чикагское отделение10 . Операции "Коинтелпро" вместе с присущими им методами были оценены в ходе слушаний подкомитета по гражданским и конституционным правам как "отвратительные в условиях свободного общества"11 . Руководство ФБР, разумеется, отдавало себе отчет в недозволенности методов и средств, способных причинить физический, эмоциональный и экономический ущерб "объектам" его тайных операций.

Фактически методы, использованные в программе "Коинтелпро", применялись бюро ФБР и раньше. В одном из меморандумов ФБР, рекомендовавшем программу и излагавшем ее основные методы, есть ссылка на предыдущие акции такого типа, как "запугивание", которое широко применялось агентами бюро в отношении коммунистов при расследовании их "подрывной деятельности"12 . На этот факт указывал и Салливэн. До 1956 г., сообщал он в своих показаниях комиссии Черча, "мы применяли тактику "Коинтелпро", направленную на то, чтобы разъединить, дезорганизовать, ослабить при помощи различных методов ту или иную организацию"13 . Однако если до 1956 г. использование подобных методов носило, по словам Салливэна, спорадический характер, то впоследствии все было поставлено на строго централизованную основу.

Общее руководство тайными операциями "Коинтелпро" осуществляла штаб-квартира ФБР'. Планированием конкретных акций, а также их исполнением занимались отделения бюро на местах. Их предложения рассматривались вначале специальными агентами, которые инспектировали каждую отдельную программу и изучали по существу предложения местных отделений. Затем рекомендации агентов-инспекторов направлялись в высшее руководство ФБР на рассмотрение и утверждение. Как правило, предложения по тайным операциям утверждались чиновниками бюро не ниже заместителя директора ФБР по отделу внутренней разведки. Чаще же всего окончательное решение по ним принимал сам Гувер.

Постепенно операции ФБР распространялись на все более широкий круг общественно- политических организаций и массовых движений США. Эта эскалация программ началась уже в марте 1960 г., когда местным отделениям ФБР было приказано усилить контрразведывательные операции в целях предотвращения "коммунистической инфильтрации" в массовые организации США - от Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения до местных бойскаутских отрядов. Обычным приемом при этом было указание руководителю каж-


9 Memorandum to H. E. Peterson, 25.IV.1974. "Final Report", p. 8.

10 Memorandum from FBI Headquarters to Chicago Field Office, 30.I.1970. "Final Report", p. 8.

11 Hearings of the Subcommittee on Civil Rights and Constitutional Rights, 20.II.1974. "Final Report", p. 8.

12 Memorandum from Alan Belmont to L. V. Boardman, 28.VIII.1956. "Final Report", p. 16.

13 William C. Sullivan Testimony, 1.XI.1975. "Final Report", p. 16.

стр. 71


дои организации, что тот или иной ее член является якобы коммунистом. Затем травле подвергались и сами организации.

Характерным примером в данном случае является программа "Черные националисты". Она была начата в 1967 г., когда после "жаркого лета", отмеченного подъемом движения черных в городах, в бюро было создано подразделение по расследованию расовых вопросов. 25 августа 23 местным отделениям ФБР была разослана инструкция, в которой предлагалось "изобличить, подорвать изнутри, направить в ложную сторону, дискредитировать или же так или иначе нейтрализовать деятельность организаций и групп черных националистов и расовой ненависти, их руководство, их представителей, ораторов, членов и сторонников и противодействовать их склонности к насилию и гражданским беспорядкам... Попытки различных групп в деле консолидации своих сил или вовлечения в свои ряды новых или молодых приверженцев должны быть сорваны"14 .

Первоначальными групповыми объектами "усиленного наблюдения" по программе "Черные националисты" штаб-квартира ФБР назвала такие организации, как "Южная конфедерация христианского руководства", "Студенческий комитет координации ненасильственных действий", "Движение революционного действия", "Конгресс расового равенства" и "Нация ислама" ("Черные мусульмане"). Предлагалось организовать преследование известных борцов за гражданские права: М. Л. Кинга, Ст. Кармайкла, Х. Брауна, Э. Мухаммеда и М. Стэнфорда. Внесение в этот список других организаций или отдельных лиц, известных местным отделениям бюро, штаб-квартира оставляла на усмотрение последних. В качестве методов борьбы с "черными националистами" рекомендовалось использовать конфликты между отдельными их группами; широко применять контакты с "дружественной" прессой, телевидением, чтобы подорвать изнутри или дискредитировать эти группы; не дать возможность их лидерам публично распространять свои общественно-политические идеи; собирать информацию об аморальном поведении, подрывной и уголовно наказуемой деятельности членов этих групп15 .

4 марта 1968 г. в письме местным отделениям ФБР предлагалось расширить операции по программе "Черные националисты". Назывались пять основных ее задач: предотвратить создание коалиции групп воинственных "черных националистов", которая могла бы быть первым шагом на пути к объединенному негритянскому движению в США; предотвратить появление "мессии", который мог бы "объединить и электризовать" это движение (назывались имена М. Л. Кинга, Ст. Кармайкла и Э. Мухаммеда); устранить "потенциальных организаторов беспорядков" и нейтрализовать их, "прежде чем они применят свои потенциальные возможности для насилия"; не допускать, чтобы эти группы и их лидеры завоевали авторитет, для чего дискредитировать их перед "ответственной" негритянской и белой общинами, а также перед либералами и радикально настроенными неграми; предотвратить рост этих организаций, особенно за счет молодежи16 .

После того как в ноябре 1968 г. значительно усилила свою деятельность радикальная негритянская организация - партия "Черных пантер", она также стала объектом "Коинтелпро". В письме штаб-квартиры ФБР от 28 ноября 1968 г. местному отделению бюро в г. Балтиморе от него требовались рекомендации относительно эффективных мер, с помощью которых удалось бы нанести урон "Черным пантерам". Предложе-


14 Memorandum from FBI Headquarters to all SAC's, 25.VIII.1967. "Final Report", p. 20.

15 Ibid., p. 21.

16 Memorandum from FBI Headquarters to all SAC's, 4.III.1968. "Final Report", pp. 21 - 22.

стр. 72


ния должны были посылаться в штаб-квартиру каждые две недели. Особое внимание обращалось на использование разногласий между партией "Черных пантер" и "Ю. Эс. Инк" (воинственная негритянская группа под руководством Р. Карэнги)17 . В январе 1969 г. эта программа была распространена и на другие местные отделения бюро, где действовала партия "Черных пантер"18 .

В середине 60-х годов, в период эскалации агрессии США во Вьетнаме и в обстановке подъема внутри страны порожденного этой агрессией антивоенного движения, особенно широко охватившего студенческую молодежь, внимание руководства ФБР привлекли "новые левые". ФБР выражало недовольство тем, что администрация некоторых университетов и колледжей, охваченных студенческими выступлениями, не обращалась за помощью к полиции. Бюро поставило перед собой весьма широкую задачу - полностью ликвидировать в стране леворадикальное движение. В соответствующем меморандуме штаб-квартиры ФБР указывалось, что необходимо "разоблачать, подрывать изнутри и нейтрализовать так или иначе действия различных организаций "новых левых", их руководство и приверженцев". При этом штаб-квартира призывала местные отделения обращать особое внимание на активистов, движущую силу "новых левых", поскольку "некоторые из этих активистов подстрекают к свершению в Америке революции и призывают к поражению Соединенных Штатов во Вьетнаме". Не забыли авторы меморандума и про собственные счеты с "новыми левыми": "Во многих случаях "новые левые" злобно и непристойно подвергают нападкам директора (Гувера. - В. П. ) и бюро, пытаясь помешать нашим расследованиям... и выдворить нас из студенческих городков"19 .

Еще до формального начала программы "Коинтелпро" по "новым левым" ФБР направило местным отделениям директиву собирать следующие сведения с целью дискредитации этого движения: "фальшивые заявления" о грубом обращении полиции, чтобы противостоять широко распространенным заявлениям о полицейских жестокостях, неизбежных при стычках студентов с полицейскими; факты, изобличающие безнравственность и развращенность характеров, действий, привычек и условий жизни представителей "'новых левых"; сведения о действиях тех администраторов и служащих колледжей, которые придерживаются твердой линии в отношении выступлений "новых левых" в их учебных заведениях. В директиве подчеркивалось, что "любая возможность замешательства должна быть использована энергично и с энтузиазмом. Нельзя ожидать, что информацию такого рода легко заполучить, и поэтому необходим в целях успеха творческий подход личного состава к этому вопросу"20 . 9 октября 1968 г. штаб- квартира ФБР разослала еще одну директиву, настоятельно требовавшую оставаться бдительными и выискивать конкретные данные, изобличающие пороки и моральную распущенность "новых левых", используя "этот материал активно и с энтузиазмом в целях их нейтрализации"21 .

ФБР поощряло и оправдывало грубое обращение полиции со студентами и демонстрантами. Характерна реакция бюро на заявления о жестоком обращении полицейских Чикаго с молодыми сторонниками сенатора Ю. Маккарти во время проходившего там в августе 1968 г. съезда демократической партии. Вслед за этими событиями 28 августа штаб-


17 Memorandum from FBI Headquarters to Baltimore Field Office, 25.XI.1968 "Final Report", p. 22.

18 Memorandum from FBI Headquarters to all SAC's, 30.I.1969. "Final Report", p. 22.

19 Memorandum from Charles D. Brennan to William C. Sullivan, 9.V.1968. "Final Report", pp. 23 - 24.

20 Memorandum from FBI Headquarters to all SAC's, 23.V.1968. "Final Report", p. 24.

21 Memorandum from FBI Headquarters to all SAC's, 9.X.1968. "Final Report", p. 24,

стр. 73


квартира ФБР направила в чикагское отделение бюро инструкцию, в ко" торой говорилось: "Вновь либеральная печать... и левые силы пытаются использовать происшедшее в Чикаго во время съезда демократической партии для нападок на полицию и официальные ведомства по проведению в жизнь законов... Мы должны помнить об этом обстоятельстве и собрать все возможные улики, чтобы разоблачить эту деятельность и опровергнуть фальшивые обвинения"22 . Для того чтобы добыть эти улики, чикагским агентам ФБР предлагалось использовать средства массовой информации. Вскоре подобного рода инструкцию получили и те отделения ФБР, осведомители которых были посланы в Чикаго на съезд демократической партии и участвовали там в демонстрациях наряду со сторонниками Ю. Маккарти. От этих осведомителей-свидетелей расправы чикагских полицейских над демонстрантами - требовалась информация, будто инциденты были спровоцированы самими демонстрантами. Осведомители должны были также показать, что появившиеся в газетах фотоснимки, запечатлевшие конкретные факты жестокости полицейских, были якобы специально инсценированы участниками демонстрации и симпатизирующими им фоторепортерами.

Методы тайной войны против "новых левых" можно проиллюстрировать на примере письма штаб-квартиры ФБР местным отделениям, содержавшего 12 основных рекомендаций: подготовка листовок с компрометирующими лидеров движения фотографиями; раздувание "личных конфликтов и вражды" между ними; создание впечатления, будто эти лидеры являются осведомителями ФБР или других ведомств; рассылка порочащих статей в адрес администрации и опекунов университетов, законодателей и родителей студентов; аресты "новых левых" по обвинению их в употреблении марихуаны; анонимные письма родителям студентов, соседям этих родителей и работодателям ("это могло бы произвести эффект в том смысле, что заставило бы родителей принять какие-то меры"); анонимные письма или листовки, компрометирующие "активность и связи" принадлежащих к "новым левым" преподавателей, аспирантов (эти письма должны идти за подписью: "озабоченный питомец университета" или "озабоченный налогоплательщик"); использование контактов с печатью, которая должна подчеркивать, что "разрушительные элементы" составляют "меньшинство" студентов ("печать должна потребовать проведения немедленного референдума по данному вопросу"); использование "вражды" между студенческими, молодежными и демократическими организациями; использование "дружественной печати" и чиновников, чтобы "на законном основании" пресекать попытки "новых левых" влиять на служащих вооруженных сил; распространять политические карикатуры, фотоснимки и анонимные письма, высмеивающие "новых левых"; распространять ложную информацию об отмене того или иного намеченного "новыми левыми" мероприятия23 .

ФБР добивалось увольнения и исключения неугодных ему преподавателей и студентов, срывало мирные демонстрации и пресс-конференции, препятствовало созданию местных отделений различных организаций левых радикалов, распространению их литературы. Провокаторы ФБР всячески пытались внести раскол в эти организации, скомпрометировать активистов в глазах их товарищей и т. п. В результате этих операций систематически нарушались конституционные права и гарантии американских граждан, в частности свобода слова и собраний, особенно по отношению к тем лицам и организациям, которые являлись объектами программ "Коинтелпро". Любые критические речи по адресу прави-


22 Memorandum from FBI Headquarters to Chicago Field Office, 28.VIII.1968. "Final Report", p. 25; подробнее см. В. А. Линии к. Съезд в Чикаго. "Вопросы истории", 1978, N 6.

23 Memorandum from FBI Headquarters to all SAC's, 6.VII.1968. "Final Report", p. 26.

стр. 74


тельства и властей трактовались как "намерение совершить преступное действие".

В материалах комиссии Черча приводится случай, когда редакторы трех газет Детройта получили по телефону сообщение не назвавшего себя агента местного отделения ФБР о том, что лекция, которую должен был прочитать в студенческом городке приезжий лектор, устраивается якобы "организацией коммунистического фронта". В одной из редакций анониму поверили и позвонили ректору университета, который запретил проведение лекции. Организация, по чьей инициативе устраивалась эта лекция, обратилась в суд и добилась отмены распоряжения университетских властей. Тогда штаб- квартира ФБР приказала местному отделению собрать немедленно информацию о судье, вынесшем такое решение. И хотя запланированную лекцию сорвать не удалось, местное отделение ФБР добилось, что стоявшая за лектором организация понесла финансовые издержки24 .

С помощью программ "Коинтелпро" ФБР под видом борьбы с коммунизмом пыталось установить полицейский контроль над преподавателями колледжей и университетов. Один из преподавателей университета в г. Питсбурге, сочувствовавший "новым левым", публично уничтожил свою призывную карточку, за что дважды подвергался аресту. ФБР решило убрать его из университета. Местному отделению бюро было отдано распоряжение вступить в контакт с доверенным лицом в администрации фонда, который материально поддерживал университет, и "намекнуть" ему о "нецелесообразности" пребывания указанного преподавателя в университете. Представитель фонда получил заверение от университетской администрации, что контракт с указанным преподавателем на следующий год не будет возобновлен. Тем не менее преподаватель остался в университете и на следующий год. Тогда местному отделению было дано указание из центра собрать дополнительную информацию о "неблаговидной деятельности этого преподавателя" и продолжать начатые усилия по его выдворению из высшей школы25 .

В другом случае бюро пыталось дискредитировать и нейтрализовать "Межуниверситетский комитет за дебаты по вопросам внешней политики". Детройтскому отделению ФБР было приказано направить письмо за фиктивной подписью политическим деятелям штата, администрации университета и в местную печать с обвинением организации в том, что она "оказывает помощь врагу", стремясь "обескровить Соединенные Штаты путем затягивания войны во Вьетнаме и подготовить почву для их захвата Россией"(?!)26 .

В материалах комиссии Черча сообщается также о двух университетских преподавателях, подвергавшихся преследованиям только за то, что они поддерживали связи с издателями левой студенческой газеты. Бюро стремилось лишить эту газету финансовой .поддержки и сорвать ее выпуск, а тем самым лишить "новых левых" возможности излагать свои взгляды. Было изготовлено анонимное письмо руководству университета, в котором содержалась угроза "предать огласке" факт сотрудничества преподавателей с "левыми", если университет не убедит их порвать эти связи. В отчете местного бюро по поводу этой "операции" сообщалось, что в результате оказанного давления оба преподавателя были переведены в стажеры, что подорвало их академическую карьеру27 .


24 Memorandum from Detroit Field Office to FBI Headquarters. 26.X.1960; Memorandum from FBI Headquarters to Detroit Field Office, 27.Х.1960; 28.X.1969, 31.X.1960. "Final Report", pp. 28 - 29.

25 Memorandum from FBI Headquarters to Pittsburgh Field Office, 1.V.1970. "Final Report", pp. 29 - 30.

26 "Final Report", p. 30.

27 Memorandum from Mobile Field Office to FBI Headquarters, 3.II.1971. "Final Report", p., 30.

стр. 75


Агентура ФБР срывала собрания и встречи членов преследуемых организаций. Она оказывала давление на домовладельцев, чтобы те в самый последний момент отказывали в аренде помещений; публиковала ложную информацию о времени и месте этих собраний, шантажировала финансировавшие такие встречи лиц и организации. Агенты ФБР анонимно отправляли по почте провокационного характера вырезки из газет и журналов членам различных организаций, чтобы повлиять на их взгляды или характер действий. Так, администраторам колледжей были присланы оттиски статей из журналов "Reader's Digest" и "Barrens" о беспорядках в студенческих городках, которые должны были убедить их проводить "более жесткую линию" в отношении студентов28 .

Пропагандистскими усилиями бюро обусловливалось и его сотрудничество с "дружественной" прессой и другими средствами массовых коммуникаций. ФБР использовало контакты с печатью для проведения кампаний по "разоблачению", дискредитации и запугиванию как отдельных лиц, так и организаций. Порочащие сведения, сведения об арестах и другая конфиденциальная информация бюро "просачивались" в печать для того, чтобы повредить репутации попавших под прицел ФБР граждан. Состряпанные по заказу бюро материалы помещались в газетах и журналах для этой же цели. Как свидетельствует комиссия Черча, "статьи унизительного характера" были напечатаны об Институте политических наук, об Организационном комитете студентов Юга, о Комитете национальной мобилизации и т. д.29 .

Около трети всех тайных операций по программе "Коинтелпро" было направлено на то, чтобы расколоть ряды радикальных организаций. И в этом случае использовались анонимные письма (различные клеветнические материалы, как написанные агентами бюро, так и перепечатанные из других источников) и телефонные звонки; осведомители и провокаторы; создание внутри организаций агентуры ФБР, разжигание фракционной борьбы вплоть до вооруженных столкновений30 . Был применен и "снитч джекитс" (фальшивые улики о сотрудничестве с полицией тех или иных вполне лояльных членов организации, представляющие их в глазах товарищей полицейскими осведомителями). Так, чтобы опорочить председателя Студенческого мобилизационного комитета в университете Южной Каролины, агенты ФБР использовали местного полицейского31 . Нередко объекты подобных "операций" становились жертвами остракизма со стороны товарищей по организации. Как признала комиссия Черча, "снитч джекитс" особенно отвратителен и опасен32 .

ФБР распространяло гнусные фальшивки, разжигающие расовую вражду, чтобы не допустить сотрудничества между ведущей организацией "новых левых" - "Студенты за демократическое общество" (СДО) и партией "Черные пантеры"33 . Расчет бюро состоял в том, чтобы использовать политическую неискушенность лидеров СДО и "Черных пантер" для разжигания националистических чувств у членов этих организаций и сорвать их совместные действия в защиту гражданских прав негритянского народа.


28 Memorandum from FBI Headquarters to Boston Field Office, 12.IX.1968; Memorandum from FBI Headquarters to San Francisco Field Office, 1.XI.1965. "Final Report", pp. 34 - 35.

29 "Final Report", p. 36.

30 CM. "Final Report", pp. 41 - 42.

31 Memorandum from San Diego Field Office to FBI Headquarters, 31.I.1969. "Final Report", p. 46.

32 В одном из документов ФБР указывается, что "Черные пантеры" убили двух своих членов, которых подозревали в там, что они являются осведомителями полиции (Memorandum from FBI Headquarters to Cincinnatti Field Office, 18.II.1971; Memorandum from San Diego Field Office to FBI Headquarters, 11.II.1969; Memorandum from San Diego Field Office to FBI Headquarters, 19.II.1969. "Final Report", pp. 46 - 48).

33 Memorandum from Detroit Field Office to FBI Headquarters, 10.II.1970; 3.III.1970.

стр. 76


В программах "Коинтелпро" против компартии и других организаций применялся и такой прием, как учреждение фиктивных партийных групп, которые включали осведомителей, а иногда и искренне преданных партии людей. Цель таких операций заключалась в том, чтобы расколоть партийные ряды, посеять подозрительность и опустошить партийную кассу. От имени этих фиктивных организаций ФБР распространяло всевозможные провокационные материалы, например, еженедельные сводки новостей несуществующего "комитета за распространение социалистического учения в Америке"34 .

В тайной войне против радикальных организаций ФБР опиралось на содействие других правительственных ведомств - внутренней налоговой службы министерства финансов, полиции и судов. Инспирированные ФБР налоговые расследования деятельности американских коммунистов проводились по явно политическим мотивам. Методы "запугивания" предусматривали поощрение полицейских властей в арестах "подрывных элементов" под любым предлогом. Поощрялось раздувание мелких правонарушений лиц, которых преследовало ФБР. Бюро также вмешивалось в судопроизводство. Попавшим на скамью подсудимых объектам "Коинтелпро" угрожало особо предвзятое судебное разбирательство, ибо бюро в таких случаях спешило предоставить в распоряжение прокуратуры, судей и членов судебных жюри сведения о том, что подсудимые являются еще и "подрывными элементами".

ФБР стремилось влиять и на избирательный процесс. "Бюро, - отмечается в докладе комиссии Черча, - видимо, не доверяло американскому народу в том, что он сделает правильный выбор в кабинах для голосования. Кандидаты, которые, по мнению бюро, не должны были быть избраны, становились объектами преследования"35 . Приводится случай преследования юриста, защищавшего интересы коммунистов на судебных процессах по закону Смита. Когда этот юрист выставил свою кандидатуру в городской совет, агенты ФБР разослали противникам движения за гражданские права, берчистам, анонимное письмо, в котором предлагалось "обратить внимание" на "коммунистическое происхождение" кандидата. Бюро послало также письмо за фиктивной подписью в телестудию, где собирался выступать этот кандидат, и вложило в конверт серию компрометирующих вопросов, которые предполагалось ему задать во время выступления перед телезрителями.

Когда американской общественности стало известно об этих грубых нарушениях гражданских прав, некоторые официальные лица поспешили обвинить в этом исключительно ФБР и его "своевольного" директора и вывести таким образом: из-под огня критики правительство. Но ФБР не собиралось быть козлом отпущения. Тогдашний директор ФБР К. Келли заявил на слушаниях в сенате: "Сотрудники ФБР, участвовавшие в этих программах, делали то, что, по их мнению, от них ожидал президент, министр юстиции, конгресс и народ Соединенных Штатов"36 . Если отбросить демагогическую ссылку на американский народ, то у Келли было достаточно оснований сделать подобное заявление. Высокопоставленные правительственные деятели отнюдь не были несведущими простаками, за спиной которых втайне творились грязные дела. Гувер не скрывал (и не собирался скрывать) от вышестоящих лиц секретные операции и постоянно информировал их о некоторых аспектах программы "Коинтелпро", хотя и не употреблял при этом ее кодовое название.


34 Memorandum from F. J. Baumgardner to W. C. Sullivan, 5.I.1965. "Final Report", p. 46.

35 "Final Report", p. 59.

36 Clarence M. Kelley Testimony, 10.XII.1975. Hearings before the Select Committee to Study Governmental Operations with Respect to Intelligence Activities of the U. S, Senate. Vol. 6, Washington. 1976, p. 283.

стр. 77


8 мая 1958 г. директор ФБР направил письма идентичного содержания помощнику президента Д. Эйзенхауэра Р. Катлеру и министру юстиции В. Роджерсу. "В августе 1956 г., - указывалось в них, - ФБР приступило к проведению программы, направленной на подрыв Коммунистической партии США... Для достижения наших целей были использованы различные методы"37 . Далее назывались некоторые из перечисленных выше методов. Два образчика антикоммунистических материалов, рассылавшихся ФБР, были приложены к этому письму. 10 января 1961 г. докладную записку директора ФБР получили Д. Раск, Р. Кеннеди и Б. Уайт, претендовавшие на посты государственного секретаря, министра юстиции и заместителя министра юстиции в администрации Дж. Кеннеди. Записка посвящалась "контрнаступлению на Коммунистическую партию США", проводимому бюро. "В дополнение к нашим расследовательским операциям, - докладывал Гувер будущим членам кабинета министров, - мы осуществляем тщательно спланированную программу контрнаступления на компартию для подрыва ее позиций. Наша главная цель в этой программе заключается в том, чтобы породить чувства разочарования в партии среди ее рядовых членов"38 .

О том, что правительственные органы, в частности министерство юстиции, были в курсе проводимой программы, свидетельствуют также показания начальника подразделения ФБР, подготовлявшего для Гувера тезисы, по которым тот устно информировал о ходе этих программ каждого министра юстиции и президента. Д. Делоуч, бывший помощник Гувера, говорил во время слушаний комиссии Черча, что "хорошо помнит", как тот устно информировал министра юстиции Р. Кларка относительно "Коинтелпро"39 . Сохранилась часть тезисов, по которым Гувер выступал 6 ноября 1958 г. на заседании кабинета министров, проходившем под председательством Эйзенхауэра. Информируя правительство о проводимых в то время семи контрразведывательных программах ФБР, Гувер специально подчеркнул, что одна из них касается компартии. "Для того чтобы воспрепятствовать влиянию Коммунистической партии Соединенных Штатов, - докладывал Гувер, - мы осуществляем седьмую программу, цель которой усилить любое замешательство и недовольство среди ее членов"40 . Это сделанное Гувером сообщение - явное подтверждение того, что высшие должностные лица в администрации Эйзенхауэра. знали о программе "Коинтелпро".

Были осведомлены о ней и конгрессмены, в частности члены подкомитета комиссии палаты представителей по ассигнованиям. Во время слушаний в этой комиссии вопроса о выделении финансовых средств ФБР на 1958, 1959, 1960, 1961, 1963 и 1967 годы для Гувера были специально подготовлены аппаратом ФБР совершенно секретные и не подлежавшие стенографированию тезисы, касавшиеся тайных операций бюро. Эти тезисы свидетельствуют, что существование программы "Коинтелпро" (по крайней мере в отношении компартии) для членов подкомитета палаты представителей по ассигнованиям не являлось тайной. Вот, например, что должен был сообщить Гувер конгрессменам во время слушаний в 1957 г.: "Недавно ФБР начало осуществлять новую контрразведывательную программу, направленную на то, чтобы внести раскол в Коммунистическую партию США. Среди прочих целей предпринимаются попытки через осведомителей и другими методами возбуждать разногласия и ослабить партию там, где это возможно, действуя при этом анонимно"41 .


37 Memorandum from Director FBI to the Attorney General, 8.V.1958. "Final Report", p. 65.

38 Ibid., p. 66.

39 Hearings... Vol. 6, p. 183.

40 Excerpt from FBI Director's Briefing to the President and his Cabinet, 6.XI.1958. "Final Report", pp. 69 - 70.

41 "Final Report", pp. 70 - 71.

стр. 78


С годами Гувер становился все откровеннее. Резюме его выступления в 1962 г. вообще ставит точку над "i". В нем говорится: "Начиная с августа 1956 г. мы усилили наши регулярные разведывательные операции против Коммунистической партии США по "контрразведывательной программе", предусматривающей использование подрывных методов и психологической войны и направленной на то, чтобы дискредитировать и подорвать деятельность партии, вызвать разочарование и отступничество в рядах коммунистов. Осязаемые результаты, которые мы получаем с помощью этих тайных и исключительно деликатных операций, говорят сами за себя"42 . Законодатели были, видимо, удовлетворены этими "результатами", ибо выделение Гуверу средств на тайные операции по программам "Коинтелпро" прошло в комиссии беспрепятственно.

28 апреля 1971 г. В письмах руководителям местных отделений штаб-квартира ФБР объявила о прекращении программы "Коинтелпро" по "соображениям безопасности" и в связи с "деликатным" характером программы. Это, однако, не означало, что ФБР свернуло свои операции против демократических сил. В докладной записке, отправленной накануне одним из руководителей ФБР, Ч. Бреннаном, Салливэну, прямо говорилось, что в "исключительных случаях" операции будут проводиться с одобрения руководства ФБР. Как констатировала комиссия Черча, уже после того, как "Коинтелпро" была якобы аннулирована, ФБР провело еще несколько операций. Одна из них была направлена против Л. Боудина, адвоката Д. Эльсберга, обвиняемого в разглашении "документов Пентагона". Среди материалов по "Коинтелпро", оставшихся в архивах ФБР, есть документы, свидетельствующие о том, что "в начале 70-х годов в руководстве партии "Черные пантеры" было столько агентов бюро, что ФБР практически руководило этой организацией. Некоторые информаторы рассматривали свою связь с ФБР как право на расхищение фондов партии и составили небольшие личные состояния, пока касса не опустела"43 .

Упорство, с каким ФБР продолжает скрывать от общественности США часть секретной документации по "Коинтелпро", равно как и по другим незаконным аспектам своей деятельности в прошлом, позволяет заключить, что, несмотря на кампанию критики и разоблачений и даже некоторые реформы, принципиальных изменений в деятельности этого ведомства не произошло. "Как убедительно свидетельствуют все доступные данные, - пишут американские авторы, - операции программы "Коинтелпро" продолжает осуществляться под другими названиями"44 .

Органы политического сыска - неотъемлемая часть американского буржуазного "истэблишмента". И хотя сегодня нет конца заявлениям Вашингтона о том, что с тайной и открытой войной против инакомыслящих в США якобы раз и навсегда покончено, дело "уилмингтонской десятки", поэтессы Ассаты Шакур, "шарлотской тройки", "доусонской пятерки", а также многие другие факты преследований американских граждан по политическим мотивам в конце 70-х годов45свидетельствуют о том, что антиконституционная практика репрессий против прогрессивных сил в США продолжается, как и прежде, и роль ФБР в этих акциях остается столь же зловещей.


42 Ibid.

43 "Time", December 5, 1977, p. 14.

44 M. H. Halperin, J. J. Berman, R. L. Borosage, Ch. M. Marwick. Op. cit., p. 240.

45 С. А. Александрова, Е. М. Рассадина. Как нарушают гражданские права в США. "США: экономика, политика, идеология", 1978, N 3; Ф. Боноски. Права человека в Америке: прошлое и настоящее. "Международная жизнь", 1978, N 4.

Опубликовано 11 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?