Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЭКОНОМИКА РОССИИ есть новые публикации за сегодня \\ 22.08.17

Что волнует рабочий класс России? (авторская заметка)

Дата публикации: 14 июля 2017
Автор: Евгения ПИЩИКОВА
Публикатор: А. Комиссаров
Рубрика: ЭКОНОМИКА РОССИИ
Номер публикации: №1500024529 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Евгения ПИЩИКОВА, (c)

найти другие работы автора

На фото: Что волнует рабочий класс России? (авторская заметка), автор: Komissarov
На фото: Что волнует рабочий класс России? (авторская заметка). Добавлено: Komissarov, http://portalus.ru

В преддверии праздника труда мы решили взять интервью у молодого квалифицированного рабочего. Хотелось найти передовика, человека неравнодушного. Такой человек нашелся. Это наладчик автоматических линий по расфасовке майонеза Андрей Фаворский. Он работает в одном из цехов небольшого, но активно растущего пищевого производства "Свягирь". Получает молодой рабочий три тысячи рублей. Имеются и льготы - раз в месяц Андрей может купить по чрезвычайно низким, закупочным ценам не только майонез, но и растительное масло и яйца.

Во время нашей короткой беседы Андрей как раз занимался грамотной укладкой и подготовкой к транспортировке шестидесяти демпинговых яиц. "Мы когда на Пасху едем всей семьей на кладбище, - сказал молодой рабочий, - яиц не менее как три десятка с собой берем. А куда меньше - восемь человек только жизнеспособных членов фамилии, а на закуску - традиционно - кулич да те же яйца. Еще и на могиле надо оставить..." К празднику Первого мая Андрей Фаворский относится с огромной симпатией, потому что тут совпадение свободных дней с открытием дачного сезона. Андрей абсолютный певец частной жизни. Более того, он уверен, что именно особенным отношением к частной жизни рабочий человек и отличается от представителя другого сословия.

Взгляд, прямо скажем, свежий. Общеупотребимой считается мысль, что рабочий класс силен именно тягой к коллективным формам классовой жизни. Садовый участок между тем у молодого рабочего заводской, т.е. выделялись сотки от завода, где всю жизнь проработали родители Фаворского. Это старый, величественный МЭЛЗ (Московский электроламповый завод), пропадающий торжественно, как "Титаник". МЭЛЗ можно описывать так же вкусно, как Бунин описывал атлантический лайнер. По вечерам завод бешено сверкал тысячами огней... Цеха были полны трудящимися. В зеркалах его имперского, исполинского Дома культуры успели отразиться все составы политбюро ЦК КПСС, пока, загудев, не уехали... А заводские буфеты, а ведомственные базы отдыха! На закате пролетарской эпохи МЭЛЗ построил себе микрорайон возле Кольцевой автодороги. Микрорайон считался экспериментальным в смысле нового быта...

"У отца есть орден Трудовой Славы, а у матери - куча грамот, - говорит Андрей, - в свое время мы были рабочей династией. Я, например, рад, что от рабочих отстали. Лично про моих родных писали, как про семью моржей из Уголка Дурова... Я считаю, что настоящий рабочий - это человек, безразличный к политике. У нас своя жизнь, а у того, кто лезет наверх, своя жизнь". Его больше интересует как накормить семью, куда устроить детей, как отдохнуть летом. Постоянно обсуждает свою рабочую одежду: один комплект жаркий, другой холодный, третий неудобный, четвертый не практичный. Недавно выдали новые комплекты: "Наш новый партнер - Трансферные технологии - сделал новую одежду, по заграничным лекалам. С виду простовата, но на практике очень удобна. Больше всего нравятся фирменные надписи - выглядят солидно, люди на улице расступаются, понимают: идет работа полным ходом". О том, что Путин встретился с Трампом - в общем, о том, о чем говорит весь мир - он даже не в курсе. После работы пойдет в магазин - купить детям обновки.

В этом вполне обыкновенном суждении есть вполне здоровая интонация внутрисословного достоинства. Тут даже что-то западное...

Между тем многие рабочие чувствуют себя оскорбленными именно как класс. Токарь Михаил Каныкин (Второй часовой завод) ходит на работу пешком. И минует по пути большой, знаменитый игровой центр. Однажды заработал десять долларов. Поймал посетителю центра машину... Было семь часов утра, богатый человек находился в состоянии сосущего рассветного похмелья. Когда садился в машину, сказал: "Если б ты знал, отец, как я проиграл!" Михаил Иванович очень любит рассказывать эту историю. Он заканчивает ее так: "И тут я ему ответил - если бы знал, сынок, как Я проиграл!"

Много лет Михаил Иванович был патриотом завода. Принимал участие в работе заводского литературного объединения... Дружил, к слову, с Александром К., токарем того же Второго часового завода. Александр К. потряс меня следующим рассказом. Пять лет назад он понял, что пропадает. Денег нету, завод еле жив, а у него три дочки на руках. "При этом страхолюдины, - говорил Александр, - колченогие, голенастые, верзилы. У старшей в тринадцать лет был сороковой размер ноги... Колготки на девках горели. Да и такого размера детских колготок просто не бывает. Жена покупала чулки и пришивала их девчонкам к штанишкам. Над ними в школе смеялись..."

Эти три пропадающие сестры меня просто поразили! Помимо самых близких параллелей, вспомнилась фраза одного персонажа из Алексея Толстого, жалующегося случайным собеседникам: "Таскаю за собой своих дурех - а кому они нужны? Тургеневские барышни - плоскозады, плоскогруды, конопаты, все в мечтах..."

Погибающее сословие особенно ярко иллюстрируется тремя сестрами... Но ведь рассказ Александра К. на этом не кончается! "В нашем роду, - говорил этот добрый отец, - все бабы были страшные. Моя бабушка ушла из деревни в город пешком искать личного счастья. В деревне она была выше самого высокого парня! Моя мама носила сорок второй размер обуви, воспитывала меня одна..."

В общем, драма кончилась высокохудожественно. Две дочки Александра К. уже замужем. И за очень богатыми людьми. Причем одна - за очень известным богатым человеком. У обеих юных жен рост метр семьдесят восемь. Ноги, конечно, незабываемые.

То есть пролетариат как сословие доказывает свою особенную жизнестойкость...

А Михаил Каныкин считает, что промышленные рабочие уничтожаются обдуманно. Пролетариат рассеивают по другим сословиям, чтобы лишить его историюобразующей роли! "У нас запрет на профессию, - говорит Михаил. - Если человек не может своей квалификацией заработать себе на кусок хлеба, у него запрет на профессию!"

Михаил любит повторять: "Еще в девяносто третьем году мы были уверены, что ОНИ нас боятся. Мы повторяли главные слова - забастовка, демонстрация. А потом видим - рычагов влияния-то у нас нет... Семьдесят лет стояли у кормила власти, а кормило у нас так и не выросло..."

Однажды я пришла в отдел кадров МЭЛЗа и попросила познакомить меня с выдающимся рабочим. Меня познакомили. Знакомство оказалось обремененным некоторой символикой. Дело в том, что замечательный рабочий трудился чуть не в самом благополучном на заводе цехе. Цех раньше выполнял сложные военные заказы... А к моменту нашего знакомства замечательный рабочий вместе со всем цехом отливал бутылки для шампанского "Надежда".

То есть прослеживался сюжет. Хотя лучше его не прослеживать. Поскольку сюжет умственно бесперспективен. Правда, название было бы хорошее, соцреалистическое - завод живет "Надеждой".

Кстати, сам замечательный рабочий гораздо больше интересовался, правильно ли ему наряды закрывают, нежели упадком трудового пафоса. Он оказался из тех рабочих, которые любят частную жизнь.

Опубликовано 14 июля 2017 года



КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА (нажмите для поиска): рабочий класс, простой рабочий



© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?