Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЭКОНОМИКА РОССИИ есть новые публикации за сегодня \\ 22.02.18

И. А. БУЛЫГИН. МОНАСТЫРСКИЕ КРЕСТЬЯНЕ РОССИИ В ПЕРВОЙ ЧЕТВЕРТИ XVIII ВЕКА

Дата публикации: 10 февраля 2018
Автор: А. Н. КОПЫЛОВ
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ЭКОНОМИКА РОССИИ
Номер публикации: №1518268429 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


А. Н. КОПЫЛОВ, (c)

найти другие работы автора

М. Изд-во "Наука". 1977. 327 стр. Тираж 3000. Цена 1 руб. 90 коп.

Дворянско-буржуазная историография почти не интересовалась историей крестьян по существу. Они рассматривались как объект крепостнической, земельной и фискальной политики государства. Естественно, что и монастырские крестьяне начала XVIII в. ее интересовали прежде всего в связи с общими вопросами политики Петра I по отношению к владениям духовных феодалов. В советской литературе до сих пор изучение положения монастырских крестьян шло по отдельным владениям и районам, ибо без такой подготовительной работы браться за исследование темы в целом было невозможно. Монография старшего научного сотрудника Института истории СССР АН СССР доктора исторических наук И. А. Булыгина посвящена положению монастырских крестьян и монастырского хозяйства в масштабах всей страны в тот период, когда абсолютистское государство сделало новые шаги по подчинению церкви.

Источниковая база исследования весьма обширна. И. А. Булыгин привлек много новых документов. Сводных данных они содержат очень мало, поэтому автору пришлось проводить трудоемкую и сложную работу по воссозданию многих итоговых показателей. Особое его внимание привлекли материалы описания 1701 - 1705 гг., проводившегося в связи с передачей монастырских вотчин Монастырскому приказу, в первую очередь переписные книги. И. А. Булыгин в результате скрупулезной работы установил достоверность переписных книг и точность заключенных в них сведений. Введение в научный оборот большого комплекса переписных книг, имеющих исключительно важное значение не только для изучения истории монастырских крестьян, но и многих других сторон жизни того времени, является серьезным достижением автора. Среди использованных источников выделяются три группы документов: монастырских архивов, Монастырского приказа, Сената и Синода. Все эти документы создавались в процессе управления вотчинами духовных феодалов как отчетно-распорядительные материалы и служили целям хозяйственной информации о состоянии и функционировании хозяйства. Поэтому потребовалось много усилий и источниковедческого мастерства для выявления данных по истории монастырских крестьян как категории сельского закрепощенного населения.

Труд И. А. Булыгина - капитальное исследование, для которого характерны новый комплексный подход к теме, сочетающий изучение социально- экономических и политических процессов первой четверти XVIII в.; аргументированный пересмотр прежних положений; широкий круг изучаемых вопросов и глубина их исследования. В итоге получена возможность как для внесения коррективов в представление об общем направлении развития России первой четверти XVIII в., так и для подтверждения или уточнения оценок процессов и явлений, имевших тогда место в различных сферах общественной жизни. В целом углубляется наше представление о реформах Петра I.

В силу того, что в литературе имеется только общая характеристика петровской секуляризации, перед автором встала задача детального изучения церковной политики Петра I. Для этого пришлось заново рассмотреть и законодательство по данному вопросу и выяснить, насколько удалось осуществить правительственные акты на практике. Это повлекло за собой исследование и других вопросов, а именно: определение территории церковно-монастырских имений, численности их населения, установление рентных поборов и государственных налогов и повинностей, а также их соотношения между собой, их количественных показателей и эволюции.

Сама проблема секуляризации для истории России представляется одной из важнейших. Поползновения государственной власти на церковно-монастырские владения начались с XVI в., то есть вскоре после образования Русского централизованного государства. Важным этапом в многовековой борьбе феодального государства с монастырским землевладением явилась первая четверть XVIII в., когда коренным образом изменилось не только положение церкви, но и ее земельных владений, а следовательно, и их крестьянского населения. Литература по этому сюжету обширна. И все же И. А. Булыгин решил еще раз подойти к этой проблеме. Его настой-

стр. 129


чивость была вознаграждена. До сих пор основными событиями церковной реформы Петра I считали ликвидацию патриаршества и учреждение Синода. Теперь мы получаем обоснованное представление о ней как о преобразовании, которое затронуло не только и не столько сферу управления, сколько сферу землевладения и хозяйства одного из значительных слоев класса феодалов. Да и сама реформа теперь предстает не в виде единовременного акта, а как процесс борьбы между светскими (в лице государства) и духовными феодалами, борьбы, исход которой был решен лишь во второй половине XVIII века. И в этом процессе важную роль играли такие рассматриваемые в книге факторы, как переход управления церковными селами и деревнями в руки государственного учреждения - Монастырского приказа, конфискация части земель и оброчных угодий (мельниц, рыбных ловель и др.), превращение многих монастырских владений в государственные, ибо доходы с них поступали в казну.

Однако для всестороннего суждения о реформе автору необходим был экскурс в XVII столетие. Соборное уложение 1649 г. поставило границы расширению церковно-монастырского землевладения (хотя некоторые отступления от этого наблюдались); сужены были и таможенные привилегии духовных феодалов. Петровское правительство в конце XVII в. продолжает придерживаться этих установлений и даже пытается ввести контроль за доходами и расходами духовенства1 . И. А. Булыгин справедливо видит в этом не только стремление пополнить казну, но и проявление подспудных процессов складывания абсолютистской формы государственного правления. Показательна эволюция церковной реформы Петра I от радикальных мер к компромиссу. В 1701 г. к Монастырскому приказу отошли административные, судебные, финансовые и хозяйственные функции. Фактически была как бы осуществлена полная секуляризация, но юридически (в отличие от законов 1764 г.) это не было закреплено. Поэтому дальнейший ход событий мог замедлиться, что и подтвердилось вскоре. В связи с этим трудно согласиться с автором, будто церковные крестьяне в результате реформы Петра I превратились в один из разрядов государственных крестьян. В феодальном обществе юридическая сторона положения сословной группы играла большую роль, и раздача части монастырских имений царским сановникам являлась скорее исключением, нежели правилом.

Лишение духовенства в 1704 г. всех оброчных статей вновь подтвердило, что государство, преследуя фискальные цели, направило в казну средства духовных феодалов, но опасалось приступить к юридической ликвидации монастырского землевладения. Уже в 1705 г. из ведомства Монастырского приказа были изъяты владения пяти епархий; причиной явилось, видимо, серьезное недовольство реформой со стороны духовенства. Вскоре вернули вотчины небольшим монастырям по всей стране. Наконец, если ранее приказ сам собирал доходы с крестьян и часть из них выдавал церковникам, то теперь произошло разделение вотчин на две части (с "определенных" владений подати шли монастырям, с "заопределенных" - в казну). Таким образом, часть владений к 1710 г. вышла из-под управления Монастырского приказа, в том числе все земли четырех архиерейских домов и 238 (включая Троице-Сергиевский) монастырей. В 1720 г. Монастырский приказ был закрыт, затем все владения вернули монастырям при условии, что сборы с них сами монастырские власти будут вносить в казну.

И. А. Булыгин трактует существо этих перемен как отход от полной секуляризации и переход к частичной. Хотелось бы все же уточнить понимание столь хорошо раскрытого им процесса наступления государства на владения и права духовных феодалов. Припомним, что впервые Монастырский приказ был создан после Соборного уложения в 1649 г. и до 1677 г. управлял монастырскими вотчинами, их населением и собирал с них налоги. Воссозданный в 1701 г. Монастырский приказ при отсутствии патриарха перешел от общего наблюдения к управлению монастырским хозяйством и к взиманию всех поборов (и владельческих и государственных). Однако сопротивление высшего духовенства привело к ограничению его компетенции, а затем и к ликвидации. Компромисс между государством и церковью состоялся на основе передачи части дохо-


1 По данным Н. А. Горской, в конце XVII в. казна меньше щадила монастырских, нежели помещичьих, крестьян (см. Н. А. Горская. Монастырские крестьяне Центральной России в XVII в. М. 1977, стр. 336 - 338).

стр. 130


дов в казну и ликвидации патриаршества. Таким образом, главным содержанием петровской церковной реформы была борьба за секуляризацию церковно-монастырских владельческих доходов. Именно в этом направлении она дала серьезные результаты. Секуляризация же в сословном, юридическом плане была проведена позднее.

Автор детально раскрывает объем и эволюцию государственных налогов и повинностей монастырских крестьян в начале XVIII века. Почти одновременно с рецензируемой монографией вышла из печати упомянутая книга Н. А. Горской о монастырских крестьянах в XVII столетии. Таким образом, теперь в распоряжении историков находится материал за обширный период: XVII - первая четверть XVIII века. Благодаря этому можно установить, что как у помещичьих крестьян, так и у монастырских казна в первой четверти XVIII в. забирала большую часть прибавочного продукта. При этом имел место опережающий рост денежных налогов. В монографии И. А. Булыгина содержится материал о владельческих повинностях. Примечательно, что здесь раскрываются те же тенденции, которые свойственны помещичьей деревне. Из форм феодальной ренты на первом месте стояла отработочная, видное место занимала денежная, а натуральные поборы в целом были незначительны (в XVII в., судя по книге Н. А. Горской, продуктовые сборы играли большую роль2 ). В некоторых монастырях денежные сборы составляли чуть более половины владельческих доходов. Однако следует учитывать, что в "заопределенных" монастырских владениях, где прежняя вотчинная администрация отстранялась от управления, полевая барщина, естественно, заменялась более удобным для приказных людей денежным оброком. Поэтому, возможно, до церковной реформы на первом месте стояла здесь полевая барщина. В целом, хотя и наблюдалась тенденция к замене барщины и натуральных сборов деньгами, все же происходило увеличение объема отработочной ренты, а реальная величина денежных платежей либо стабилизировалась, либо даже снижалась. Причина этого явления, по справедливому замечанию И. А. Булыгина, заключалась в росте государственных налогов и повинностей (стр. 159, 307).

Автор приводит данные и о развитии крестьянской аренды. Он вводит в научный оборот и анализирует богатый материал, свидетельствующий о широком ее распространении во владениях Пафнутьево-Боровского монастыря, где размеры арендуемых участков доходили до 5 десятин. Справедливо связывая аренду таких участков с возможной предпринимательской деятельностью крестьян, И. А. Булыгин, к сожалению, не сопоставляет ее с составом семей, что повысило бы значимость его выводов. Заслуживают внимания соображения автора о значительном распространении в первой четверти XVIII в. отходничества крестьян, перекликающиеся с данными Е. И. Заозерской, А. Л. Шапиро, Л. Н. Семеновой3 . Отмечая, что отходничество в изучаемый период становилось постоянным явлением экономической жизни монастырской деревни, И. А. Булыгин акцентирует внимание на том, что оно являлось формой расчета крестьян с феодалами. Приведенный фактический материал позволяет говорить и о том, что отходничество становилось уже важным источником существования самих непосредственных производителей и, следовательно, нарушало традиционные отношения между феодальными собственниками земли и ее держателями - зависимыми крестьянами.

Подводя итог, можно сказать, что монография заполняет существенный пробел в изучении истории крестьянства периода позднего феодализма, способствует разработке проблемы разложения феодальных и генезиса капиталистических отношений в России.


2 Н. А. Горская. Указ. соч., стр. 262- 284, 302 - 303, 338.

3 А. Л. Шапиро. Крестьянские отходы и крестьянский наем в петровское время. "Ученые записки" Ленинградского пединститута имени М. Н. Покровского, Исторический факультет, 1940, т. V, вып. 1. стр. 36; Е. И. Заозерская. Развитие легкой промышленности в Москве в первой четверти XVIII в. М. 1953, стр. 431 - 433; Л. Н. Семенова. Рабочие Петербурга в первой половине XVIII в. Л. 1974, стр. 52 - 56.

 

Опубликовано 10 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?