Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЭКОНОМИКА РОССИИ есть новые публикации за сегодня \\ 22.02.18

ВСЕСОЮЗНАЯ НИЖЕГОРОДСКАЯ ЯРМАРКА

Дата публикации: 10 февраля 2018
Автор: В. А. ЦЫБУЛЬСКИЙ
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ЭКОНОМИКА РОССИИ
Номер публикации: №1518270403 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


В. А. ЦЫБУЛЬСКИЙ, (c)

найти другие работы автора

В течение столетия, с 1817 по 1917 г., Всероссийская Нижегородская ярмарка в значительной мере отражала развитие внутренней торговли в стране. Этому способствовало прежде всего исключительно благоприятное географическое положение Нижнего Новгорода - на стыке Волги и Оки, по которым на ярмарку привозились товары из различных районов России. Сосредоточение в одном центре в течение полутора месяцев (на время реализации урожая) товаров и их поставщиков давало возможность, несмотря на царившую на рынке стихию, определить масштабы спроса и предложения и выявить покупательную способность и потребности населения, предугадать торговую конъюнктуру и цены будущего года. Нижегородская ярмарка была барометром хозяйственной жизни и одним из факторов экономического развития страны. Этим и объясняется интерес к ее истории1 . Значительно слабее изучена история Нижегородской ярмарки после Октябрьской революции. А между тем в 20-е годы (1922 - 1929 гг.) она сыграла важную роль в процессе оживления, развития и государственного регулирования товарооборота.

Для победы социализма Советское государство использовало выработанные буржуазией некоторые организационные формы и методы хозяйствования, наполнив их новым социально-экономическим содержанием. "И вся наша государственная торговля, и вся наша новая экономическая политика, - подчеркивал В. И. Ленин, - являются применением нами, коммунистами, приемов торговых, приемов капиталистических"2 . К таким формам, легко вписавшимся в рыночный механизм советской экономики переходного периода, относилась привычная и хорошо известная крестьянству со времен Киевской Руси ярмарочная торговля, центральное место в которой прочно занимало Всероссийское торжище в Нижнем Новгороде.

В условиях нэпа Нижегородская ярмарка решала новые задачи. Главными из них были: организация торговых отношений между городом и деревней, промышленностью и сельским хозяйством; восстановление связей между районами, превратившимися за годы гражданской войны и интервенции в самодовлеющие производственно-хозяйственные единицы; создание благоприятного торгового "климата" для деятельности государственных и кооперативных организаций, а также иностранных фирм и купцов, и др. На ярмарке было организовано экономико-статистическое наблюдение за быстро меняющейся конъюнктурой, маневрирование товарными и кредитными ресурсами, широко использовался биржевой аппарат для: экономического регулирования. Она позволя-


1 "Полная история Нижегородской ярмарки, прежде Макарьевской". М. 1833; А. С. Гацисский. Нижегородка. Н. Новгород. 1877; В. И. Денисов. Ярмарки. СПБ. 1911; И. Канделаки. Роль ярмарок в русской торговле. СПБ. 1914; П. А. Остроухов. Нижегородская ярмарка в 1817 - 1867 гг. "Исторические записки". Т. 90. 1972, и др.

2 В. И. Ленин. ПСС. Т. 45, стр. 78.

стр. 35


ла судить о емкости и разносторонних потребностях (в территориальном и социальном разрезах) внутреннего рынка, облегчала непосредственные контакты государственных органов и кооперации. Таким образом, при Советской власти Нижегородская ярмарка подверглась глубокой социально- экономической перестройке. Всесоюзный ярмарочный торг являлся одним из факторов оживления торговли, увязывал в единый экономический оборот все социальные секторы, служил проводником планово-регулирующего воздействия государства на рыночные отношения. Этими принципиально новыми народнохозяйственными функциями определялись место, значение и роль Нижегородской ярмарки в становлении социалистического товарооборота, которые до настоящего времени специально не исследовались. В общих же работах по истории торговли в СССР3 ей отведено чрезвычайно мало места.

Первый опыт проведения Нижегородской ярмарки в советское время относится к 1918 году. Сначала по инициативе Московского областного продовольственного комитета, поддержанной ВСНХ и Наркомпродом, была создана "Особая комиссия по организации товарообмена и распределения товаров на Нижегородской ярмарке", а 28 июля над ярмаркой поднялся красный флаг, возвестивший об ее открытии. В качестве "красных купцов" выступили Центросоюз и местные кооперативные союзы, Центротекстиль, Наркомпрод, Волжская транспортная организация, Уфимская губернская продколлегия; операции совершали Народный (государственный) и Московский народный (кооперативный) банки. В ярмарке приняли участие 100 частных торговцев, в том числе 20 оптовых. Эта попытка Советской власти использовать частную инициативу, оживить в исключительно трудный для республики момент товарообменную и торговую деятельность не достигла поставленных целей. Вследствие осложнений на фронте ярмарка в конце августа - начале сентября прекратила свое существование4 .

Признавая возрождение Нижегородской ярмарки вполне отвечающим интересам скорейшего развития товарного оборота в стране, Советское правительство вернулось к вопросу о ней зимой 1922 года. С этой целью по постановлению СТО от 15 марта 1922 г. была образована полномочная комиссия из представителей ВСНХ, Наркомвнешторга, Центросоюза, Госбанка и Нижегородского губернского ЭКОСО (экономического совещания)5 . Бессменный руководитель ярмарки С. В. Малышев вспоминал, что после его доклада в СТО о результатах Ирбитской ярмарки, открывшейся 7 февраля 1922 г., Ленин предложил поручить ВСНХ учесть опыт ее работы при организации Нижегородской ярмарки. "Ныне мы думаем ее открыть и торговать на ней как следует"6 , - сказал он позднее Малышеву.

В сравнительно короткий срок часть территории ярмарки с так называемым Главным домом и 18 торговыми корпусами была восстановлена. Открывая ярмарку, председатель Комиссии по внутренней торговле при СТО (Комввуторг) А. М. Лежава подчеркнул, что "в первых шагах нашего товарооборота значение Нижегородской ярмарки особенно велико... Страна с расстроенным хозяйством, расстроенным транспортом и средствами связи особенно нуждается в таких периодических сезонных навигационных торговых учреждениях, как Нижегородская ярмарка... Она имеет огромное значение в наших экономических международных отношениях"7 . Современники с полным основа-


3 Г. А. Дихтяр. Советская торговля в период построения социализма. М. 1961; Г. Л. Рубинштейн. Развитие внутренней торговли в СССР. Л. 1964.

4 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1922 год". Н. Новгород. 1923, стр. 27 - 32; А. Н. Лаврухин. Нижегородская ярмарка. М. 1925, стр. 21 - 23.

5 СУ, 1922, N 24 ст. 279.

6 С. Малышев. Встречи с Ильичем. М. - Л. 1933, стр. 56.

7 "Торгово-промышленная газета", 5.VII, 2.VIII.1922.

стр. 36


нием рассматривали ярмарку 1922 г., как важное звено в восстановлении внутреннего рынка, как крупный шаг в организации межрайонных экономических связей. Всем торгующим на ярмарке Советское правительство предоставило значительные налоговые, тарифные и таможенные льготы.

Основным результатом Нижегородской ярмарки 1922 г. явилось сближение города и деревни, что проявилось в широком сбыте торгующими организациями товаров крестьянского обихода. На ярмарку съехалось много крестьян - покупателей и ходоков. Хозяйственники убедились в необходимости изучения спроса населения различных районов и использования системы взаимных расчетов и кредитования, в преимуществах специализированной торговли по сравнению с универсальной. Ярмарка позволила Центросоюзу войти в контакты с низовыми кооперативными ячейками. В то же время были выявлены и недостатки в организации ярмарочной торговли: случайный и несколько замедленный завоз товаров, неполное использование всех льгот для вовлечения в ярмарочный торг периферийных участников8 .

На ярмарке 1923 г. обороты достигли 210 млн. руб. против 31 млн. руб. в предшествующем году. Этому способствовало повышение цен накануне ярмарки, в июле, на промышленные товары на 72,9%. Используя возросший благодаря хорошему урожаю, транспортным, налоговым, кредитным и другим льготам спрос, синдикаты и тресты с первых дней ярмарки продолжали повышать утвержденные Комвнуторгом (в твердой валюте) цены, например, на изделия из кожи - почти на 100%, на металл, гвозди - на 25 - 30%, на силикатные товары - на 25 - 50% и т. д. Специальная комиссия, созданная во второй половине августа из представителей Комвнуторга, Госбанка, Центросоюза и синдикатов, обязала синдикаты и тресты привести ярмарочные цены в соответствие с ценами на рынках страны, в частности на Московском.

В дальнейшем регулирование цен на ярмарке осуществлялось Товарной биржей, не допустившей ажиотажа и спекуляции. Государственные оптовые организации активизировали льготную продажу товаров кооперации, за которые она уплачивала наличными 10 - 20%, на остальную сумму ей предоставлялся кредит на выгодных условиях. Эта инициатива вызвала к жизни новую форму связи - заключение сделок на длительный срок по образцам продукции, запланированной к выпуску в предстоящем хозяйственном году. Так были оформлены 153 крупные контрактовые сделки. А, в свою очередь, синдикаты и тресты имели возможность приобрести на ярмарке сельскохозяйственное техническое сырье: по сравнению с 1922 г. было привезено кожи сырой больше чем в 2,5 раза, льна и пеньки - почти в 3,5 раза, пушнины и овчин - в 2 раза и т. д.9 .

Ярмарка втягивала в рыночные связи Восточную Сибирь, Дальний Восток, Украину. В докладе Северо-Западной торговой палаты сообщалось о продаже Петрокожтрестом всего наличного товара и заключении генерального договора с кооперацией Украины на поставку 300 тыс. пар обуви. Аналогичные переговоры велись с Азербайджанской кооперацией. Изделия "Красного треугольника" впервые были проданы на Дальний Восток. Петроградский табачный трест после ярмарки открыл базисные склады в Екатеринбурге, Казани, Саратове, Нижнем Новгороде. Из 608 оптовых фирм, участвовавших в ярмарке 1923 г., частных было 162, или 26,8% всех прибывших (в 1922 г. - 132, или 22,3%). Им принадлежало первенство в привозе хлопка, пера и пуха, пушнины и овчин; по льну, кожсырью и шерсти они не ус-


8 "Экономическая жизнь", 1.X.1922.

9 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1923 год". Н. Новгород. 1924, стр. 51, 57, 113 - 117.

стр. 37


тупали кооперации, а иногда и превосходили ее. В торговле кустарными изделиями частный капитал выступал больше в качестве покупателя, чем продавца. Увеличение оборотов частного капитала сдерживалось условиями кредитования: филиалы банков на ярмарке удовлетворяли лишь 1/10 часть потребности частных фирм в ссудах. Некоторые государственные органы (Госрыбпром, Центробумтрест) отпускали им товары только за наличные или в кредит сроком на 7 - 10 дней. В целом по оборотам частные фирмы заняли последнее место: они купили товаров на 12,4 млн. руб. (6,9% к общей сумме закупок) и продали на 6 млн. руб. (3,2% к общей сумме продаж). Государственные органы продали товаров на 162,6 млн. руб. (87,2%) и приобрели на 68,6 млн. руб. (38%), кооперация соответственно на 18 млн. руб. (9,6%) и 99,5 млн. руб. (55,1%)10 .

Нижегородская ярмарка 1924 г. проходила в несколько иной хозяйственной обстановке: завершена была денежная реформа, более благоприятным стало соотношение цен на сельскохозяйственные и промышленные товары, значительно возросла покупательная способность крестьянства. В то же время в середине года определился высокий спрос на промтовары, не встречавший по ряду изделий ответного предложения; в Нижнем Поволжье вследствие засухи имел место неурожай. Развертывание торговых операций сдерживалось слабым завозом товаров государственными органами под предлогом, что им это невыгодно. Не был определен заранее объем ярмарочного кредита. Накануне открытия ярмарки Наркомвнуторг объявил о предстоящем новом снижении цен на промышленные товары. Те, кто привез на ярмарку товары, заняли выжидательную позицию, воздерживались от заключения сделок. Только 23 августа стали известны цены на ткани, 31-го - на обувь и кожу и т. д.

На проведении ярмарки 1924 г. отразилось и начатое в прессе обсуждение вопроса о ее судьбе. Отдельные хозяйственники полагали, что Всесоюзная ярмарка не может играть прежней роли, так как синдикаты и тресты стали планомерно распределять товары по районам. Высказывались сомнения по поводу возможности закупать сырье в Нижнем; утверждалось, что при недостаточных текущих товарных запасах рискованно извлекать товары из повседневного оборота для продажи на ярмарке; приводились примеры нерациональных сделок, заключенных ленинградскими, московскими и харьковскими фирмами, что приводило к неоправданному росту издержек обращения и, следовательно, к удорожанию товаров11 .

Сторонники и противники проведения Нижегородской ярмарки, видимо, недостаточно учитывали действительное состояние товарооборота в стране. Так, С. В. Малышев явно преувеличивал, когда писал, что "найти какой-то другой способ торговли, кроме ярмарочной, - ничего не стоящая затея"12 . Это недостаточно обоснованное суждение высказывалось в то время, когда налицо были определенные успехи в планомерной организации товарооборота: в конце июля 1924 г. Госплан приступил к систематической планово-экономической работе в области внутренней торговли. "Самым бесспорным доказательством того, насколько нам удалось укрепить наше регулирующее воздействие на рынок, - писал народный комиссар по внутренней торговле А. М. Лежава, - служит тот факт, что в Госплане существует Торговая секция... в целях действительной увязки задач регулирования нашего рынка со всеми остальными сторонами нашего хозяйства"13 . Преждевременными, оторванными от экономической реальности были и противополож-


10 Там же, стр. 154, 168, 170 - 171, 174, 62.

11 "Экономическая жизнь", 12.VII.1924.

12 "Известия", 3.VII.1924.

13 "Плановое хозяйство", 1925, N 5, стр. 297; N 1, стр. 87.

стр. 38


ные утверждения, будто ярмарочная форма торговли себя уже изжила, а планомерность в товарообороте полностью восторжествовала. "Мы еще далеки от такого овладения рынком, - отмечал А. М. Лежава, - от того, чтобы на нем господствовало плановое начало"14 . Заместитель председатели СТО А. Д. Цюрупа констатировал, что многочисленные торговые пути, которые в обычные времена скрещивались на Нижегородской ярмарке, еще не восстановлены. По его мнению, с этой задачей не справились торговые органы, имеющие на периферии свои отделения и конторы; их активное участие в ярмарке было совершенно необходимым15 .

Ярмарка 1924 г. характеризовалась более широким участием кооперации и государственных торговых органов, что свидетельствовало о ее жизнеспособности. Однако на ярмарке явно недоставало товаров, пользовавшихся массовым спросом. Несмотря на это, удалось избежать "повышательных" тенденций, ажиотажа. Это было одним из серьезных достижений в экономическом регулировании ярмарочного торга, чему способствовала ведущая роль государственной торговли: 76,5% всех проданных товаров на сумму 50,9 млн. руб. пришлось на долю государственных органов, в том числе 40% - на синдикаты16 . В ярмарке участвовало 159 губерний, областей, округов и автономных республик17 , и она приобрела подлинно всесоюзный характер.

Кооперация, несмотря на тяжелые условия расчетов и дорогой банковский кредит, выступила как крупный покупатель: всего ею было приобретено товаров на сумму около 30 млн. руб. (45% всех закупок). Частному капиталу пришлось потесниться: при увеличении числа фирм (со 162 в 1923 г. до 214 в 1924 г.) доставка ими на ярмарку грузов сократилась до 3,8% к общему привозу (против 10,8% в 1923 г.), вывоз же снизился с 11,2% до 5,4%. Усилившие свои позиции государственные торговые органы повысили отпускные цены для частных торговцев по сравнению с другими покупателями; требовали уплаты всей причитавшейся за товары суммы наличными. Во многих случаях государственные органы вообще отказывались от каких-либо сделок с частными фирмами. Ярмарка 1924 г. в отличие от предыдущей привлекла большее число местных торговых и промышленных организаций, на ней возрос оборот изделиями кустарных промыслов. 2-й Всесоюзный съезд представителей биржевой торговли отметил интенсивную работу биржи на ярмарке, что углубляло ее роль во внедрении планово-регулирующих начал в ярмарочный торг. Так, через товарную биржу прошло 3654 сделки на общую сумму 65867 тыс. руб., или 86,7% от всего оборота18 .

Однако ВСНХ, синдикаты и тресты отнеслись к ярмарке с меньшим интересом, полагая, что нужда в ней отпала, поскольку спрос на многие товары промышленного производства превышал предложение. И, тем не менее, из 38 опрошенных представителей государственных организаций 33 признали дальнейшее существование ярмарки целесообразным. Вновь вспыхнула дискуссия: быть или не быть Нижегородской ярмарке? Сохранить ли за ней всесоюзный характер или превратить ее в областной торг, предназначенный преимущественно для кустарных изделий? Эти вопросы обсуждались не только в печати, но и в правительственных органах. Коллегия Наркомвнуторга, заслушав


14 "Правда", 31.VI.1924.

15 "Экономическая жизнь", 9.VII.1924.

16 "Экономическая жизнь", 18.IX.1924; "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1924 год". Н. Новгород. 1925, стр. 68.

17 "Экономическое обозрение", 1927, N 2, стр. 159.

18 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1924 год", стр. 207 - 210, 212, 217. 129; "Труды 2-го Всесоюзного съезда представителей биржевой торговли". Ч. I. М. 1924, стр. 205.

стр. 39


15 ноября 1924 г. доклад Ярмарочного комитета об итогах ярмарки текущего года, признала ее "большое экономическое и политическое значение... и необходимость создания для нее в 1925 г. благоприятных условий"19 . Иную позицию занял ВСНХ СССР, придерживавшийся мнения, что "организационные формы оптового оборота заготовительных и торговых государственных и кооперативных организаций,.. складывающихся в последовательную цепь товаропроводящих звеньев от производства к потребителю, подрывают роль Нижегородской ярмарки как торгового центра всесоюзного значения"20 .

Оценку трехлетнему опыту Нижегородской ярмарки дал и президиум Госплана. На его пленарном заседании 23 декабря 1924 г. председатель Госплана Г. М. Кржижановский говорил: "Колоссальный район сельскохозяйственной продукции и развития кустарных промыслов, примыкающих к р. Волге, будет искать выход для своей продукции по линии р. Волги... Вот это обстоятельство нам необходимо учесть... Значение ярмарки идет не по одной только линии торговли, но и по линии культурного воздействия на деревню. С этой точки зрения те возражения, которые делались против Нижегородской ярмарки, являются несущественными"21 . Госплан поручил секции внутренней торговли разработать вопрос о перспективах Нижегородской ярмарки, учитывая задачи Советского государства по отношению к широким массам крестьянского населения, а также "ее чрезвычайно большое значение в деле связи Центрально- промышленного района с Сибирью, с одной стороны, и с Поволжьем и Восточными странами - с другой". Госплан предложил народным комиссариатам финансов, внешней торговли и иностранных дел оказать всемерную помощь в подготовке ярмарки. Окончательно вопрос о ней был решен постановлением СТО от 27 февраля 1925 г., отметившим, что "Всесоюзная Нижегородская ярмарка в деле торговых отношений играет серьезную роль"22 .

Это подтвердили итоги ярмарки 1925 года. Общий ее оборот достиг 168,7 млн. руб., превысив показатели 1924 г. на 119%, что отражало рост оптового товарооборота в целом по Союзу. Главную массу торгующих составили периферийные государственные и кооперативные организации (1347 из 1492, или 90,3%), по сравнению с 1924 г. их число возросло на 300; обороты кустарными изделиями увеличились с 6,8 млн. до 15,8 млн. рублей. Все виды потребительской и сельскохозяйственной кооперации заняли в оборотах ярмарки первое место, закупив товаров на 79 млн. руб. - на 50 млн. руб. больше, чем в 1924 году. Но и заинтересованность в ярмарке частного капитала, была еще велика: из 879 фирм, прибывших на ярмарку, торговые составили 73,5%; количество же мелких кустарных фирм увеличилось с 84 в 1924 г. до 20423 .

По окончании ярмарки 1925 г. из синдикатов отрицательное отношение к ней высказали лишь Текстильный и Продасиликат, которые в обстановке товарного дефицита могли выделить весьма ограниченные ресурсы для ярмарочной торговли. Из 24 опрошенных трестов только "Чаеуправление" и Резинотрест писали, что не нуждались в ярмарке (их вполне удовлетворяла собственная разветвленная сеть отделений, филиалов и агентств). Большинству же государственных органов уда-


19 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1924 год", стр. 200, 7.

20 "Торгово-промышленная газета", 25.I.1925.

21 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1925 год". Т. I. Н. Новгород 1926, стр. 7 - 8; ЦГАНХ СССР, ф. 3600, оп. 14, д. 104, л. 3.

22 ЦГАНХ СССР, ф. 3600, оп. 14, д. 104, лл. 2, 3; СЗ, 1925, N 21, ст. 143.

23 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1925 год". Т. I, стр. 50, 87, 232, 238, 255; "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1926 год". Н. Новгород. 1927. стр. 50; "Экономическая жизнь","31.VII.1926; "Экономическое обозрение", 1927 N 2 стр. 159.

стр. 40


лось на ярмарке увеличить сбыт, ускорить реализацию своих товаров, установить новые торговые связи с районами и фирмами, выяснить рыночную конъюнктуру на ближайшее будущее24 .

Переход к новым формам планирования и распределению товарных фондов в реконструктивный период некоторые хозяйственники рассматривали как серьезный аргумент против дальнейшего функционирования Нижегородской ярмарки. Но эта точка зрения не принимала во внимание той части товарного обращения, которая еще не могла быть охвачена централизованным планированием. Местная и кустарная промышленность, как показала ярмарка 1926 г., нашла за пределами своих районов и губерний и рынки сбыта и поставщиков сырья. Ярмарочный торг явился центром, регулировавшим не только обмен, но и производство на ближайший год.

В то время как обороты центральных государственных органов на ярмарке 1926 г. уменьшились с 83,6 млн. до 61,5 млн. руб., у местных - они увеличились с 40 млн. до 51,2 млн. рублей. Кустарная промышленность отгрузила в Нижний Новгород 6,5 тыс. т. различных изделий (против 4,67 тыс. т. в 1925 г.), их удельный вес во всех товарах обрабатывающей промышленности, доставленных на ярмарку, составил 46,2% (против 22,4% в 1925 г.)25 . Ярмарка 1926 г. впервые втянула в свои обороты так называемые побочные товарные ресурсы из различных источников снабжения, недостаточно охваченных обобществленной оптовой торговлей; возрос удельный вес продажи товаров по образцам, расширению которой придавалось все большее значение. Ярмарка 1927 г. прошла под знаком всевозрастающего притока "достаточных товаров" местной и кустарной промышленности. Их общий оборот увеличился со 169,7 млн. руб. в 1926 г. до 215 млн. руб. в 1927 г. (на 27%). Среди участников ярмарки число государственных организаций и кооперативных учреждений увеличилось на 24%; производственные предприятия были представлены 112 единицами (в 1926 г. - 70), кооперативные союзы - 185 (вместо 151), городские кооперативы - 240 (в 1926 г. - 201) и сельпо - 97 (вместо 47). Окрепшая промкооперация вытеснила на ярмарке частные фирмы: их удельный вес в оборотах по мехам снизился с 79,6% до 51%, по шубам и полушубкам - с 43,2% до 24%, по ложкам и чашкам - с 32,3% до 17% и т. д. Кооперация на ярмарке 1927 г. закупила 51,8% всех товаров26 .

Центр тяжести Нижегородской ярмарки переместился на те области торговли, преимущественно периферийные, которые не могли быть охвачены планированием, и на обороты с "достаточными" и имевшимися в избытке товарами. В принятом коллегией Наркомторга СССР 6 марта 1928 г. постановлении подчеркивалось, что в ближайшие годы надлежит вовлечь в ярмарочный торг кустарей и промкооперацию, расширить сбыт продукции местной промышленности, содействовать стандартизации и развитию торговли по образцам (для чего предполагалось организовать выставку кустарных изделий), развивать торговлю со странами Востока, улучшить государственное регулирование частного торга27 .

Итоги ярмарки 1928 г. показали, что на ней продолжался переход от торговли наличными товарами к контрактовым сделкам по образцам, составившим 93% к общему обороту. Это было показателем внедрения прогрессивных форм организации ярмарочного торга, сокращения


24 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1925 год". Т. I, стр. 219 - 221.

25 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1926 год", стр. 17, 50, 52, 58.

26 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1927 год". Н. Новгород. 1928, стр. 24 - 25, 28, 53, 101, 120; "Экономическое обозрение", 1927, N 2, стр. 159.

27 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1928 год". Н. Новгород, 1929, стр. 5 - 6.

стр. 41


транспортных и других издержек обращения. Наблюдалось вполне закономерное снижение удельного веса оборотов союзной промышленности в ярмарочном торге с 33,6% в 1926 г. до 23,4% в 1927 г. и 14,8% в 1928 году. Обороты же местной промышленности по продаже выросли с 46,4 млн. руб. в 1927 г. до 121,3 млн. руб. в 1928 г., то есть на 161,3%. Эти сдвиги отражали процесс более широкого и глубокого охвата периферии ярмарочной торговлей. Основным покупателем на ярмарке 1928 г. была кооперация, почти удвоившая свои закупки: они составили 175 млн. руб., или 70% всего биржевого оборота против 87,5 млн. руб. в 1927 году. Местная промышленность и все виды кооперации достигли серьезных успехов в экономическом противоборстве с частным капиталом и его вытеснении28 .

Последняя Всесоюзная Нижегородская ярмарка проходила в 1929 году. Торговля на ней заметно сократилась. Общий оборот составил 101,7 млн. руб. против 294,5 млн. руб. в 1928 г.; были учтены 1142 оптовые и 154 розничные фирмы против 1412 и 301 в 1928 году. Менее значительным было участие частного капитала: в 1928 г. функционировало 470 оптовых фирм, в 1929 г. - всего 194, включая большое число частных кустарных предприятий; государственных торговых и промышленных органов соответственно участвовало 350 и 246, кооперативных организаций - 383 и 362, смешанных акционерных обществ и концессионных предприятий - 16 и 20, зарубежных фирм - 315 и 320. Завоз грузов также резко сократился: с 14 тыс. т. в 1928 г. до 10 тыс. т. в 1929 году29 .

При решении в 20-е годы вопроса о проведении Нижегородской ярмарки Советскому государству приходилось также считаться с ее внешнеторговой деятельностью, которой придавалось огромное политическое и экономическое значение. Решения Советского правительства о возрождении Нижегородской ярмарки нашли живой отклик за рубежом, прежде всего в странах Востока. В Иране весной 1922 г. был организован "Комитет содействия Нижегородской ярмарке". На нее отправились 84 иранских купца, доставивших до 110 тыс. пуд. разных товаров, успешно распроданных30 . Возрождение традиционных экономических связей с одной из стран Востока придавало ярмарке международный характер.

В Нижегородской ярмарке из года в год принимало участие все больше фирм из Ирана, Турции, Ирака, Афганистана, Монголии, Китая. Из стран Востока прибыли на ярмарку в 1922 г. - 29, в 1923 г. - 76, в 1924 г. - 237, в 1925 г. - 302, в 1926 г. - 410 фирм. На ярмарке 1925 г. восточные купцы продали товаров на сумму 11 млн. руб., а закупили лишь на 2 млн. рублей. Это объяснялось острой нехваткой промтоваров у советских организаций. В следующем году для продажи восточным купцам на ярмарке были выделены специальные фонды дефицитных товаров и обороты по продаже (наш экспорт) возросли с 4,6 млн. до 16,6 млн. руб., а по покупке (наш импорт) - с 11,2 млн. до 16,4 млн. рублей. В результате удельный вес восточного торга на ярмарке поднялся с 4,5% в 1925 г. до 10,8% в 1926 г.31 , что стимулировало в странах Востока производство экспортного сырья и технических культур, общий рост товарности. Предметами крупных внешнеторговых сделок на ярмарке являлись сахар и мануфактура, экспортировавшиеся из СССР.

Главным контрагентом СССР на Нижегородских ярмарках оставался Иран (в 1926 г. из общего оборота по восточной торговле


28 Там же, стр. 12, 15, 30.

29 "Экономическая жизнь", 15.IX.1929.

30 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1922 год", стр. 307 - 310.

31 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1925 год". Т. I. стр. 178; "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1926 год", стр. 42, 45 - 48.

стр. 42


33 млн. руб. на его долю пришлось 23,8 млн. руб.). Иранское купечество, обладавшее небольшими капиталами, прибегало к комиссионному торгу и направляло на ярмарку своих представителей от объединений мелких и средних торговцев. Функции таких комиссионеров на ярмарке 1929 г. принял на себя Русско-Персидский банк, во многом облегчивший положение экономически зависимых от крупной торговой буржуазии и ростовщического капитала купцов. Восточное купечество убедилось в том, что Советский Союз заинтересован в экономическом преуспевании стран Востока и ограничивается в своих операциях нормальной торговой прибылью32 . Во внешнеторговом обороте СССР со странами Востока на Нижегородскую ярмарку приходилось в 1925 г. 27% от всего объема советско-иранской торговли, 41%-советско-афганской и 51% - советско-турецкой33 .

Крупные социально-экономические сдвиги в развитии СССР, начало развернутого наступления социализма по всему фронту выдвинули в конце 20-х годов в качестве неотложной задачи перестройку всего рыночного механизма страны, частью которого являлась Нижегородская ярмарка. О закономерности данного процесса свидетельствовали высокие темпы развития обобществленной торговли и вытеснения частного капитала. Основой взаимоотношений потребительской кооперации и государственной оптовой торговли стали в этих условиях генеральные договоры, по которым уже в 1927/28 г. распределялось 68,7% промышленной продукции34 . Сложились реальные условия для планирования товарооборота по широкому кругу экономических показателей (объем и размещение по регионам страны товарных масс, цены, издержки обращения, кредитование, расширение материальной базы и др.).

В связи с изменившимся характером товарооборота Наркомторг СССР направил в начале февраля 1930 г. в СТО доклад по вопросу о ликвидации Нижегородской и Бакинской (функционировала ежегодно с целью более тесного экономического сближения РСФСР и Закавказских республик с Ираном) ярмарок, в котором указывалось, что в общей системе товарооборота обе ярмарки играли роль своеобразного корректива к планируемому товарообороту и организатора внепланового обмена, в частности кустарной продукцией. Однако массовое кооперирование кустарей и вовлечение промкооперации в общее русло планирования сделали ярмарочную торговлю излишней также и для кустарной промышленности. Организация же объединения "Восточная торговля", подписание торговых договоров с Турцией и Ираном привели к отказу от этой формы торговли со странами Востока. В связи с этим Наркомторг СССР пришел к заключению, что всесоюзные ярмарки утратили свое значение, и предложил упразднить их. 27 марта 1930 г. СТО принял постановление об их ликвидации35 .

Опыт организации и проведения Всесоюзной Нижегородской ярмарки служит ярким примером творческого характера экономической политики Советского государства, успешно применявшего в условиях многоукладной экономики ряд традиционных хозяйственных форм, с помощью которых решались многообразные экономические и социальные задачи переходного периода.


32 "Экономическая жизнь", 3.XI.1929.

33 "Отчетный ежегодник Нижегородской ярмарки. 1925 год". Т. I, стр. 174.

34 "Советская социалистическая экономика. 1917 - 1957". М. 1957, стр. 439; "Этапы экономической политики". М. 1934, стр. 305 - 306.

35 "Экономическая жизнь", 8.II.1930; СЗ, 1930, N 18 ст. 209. О Бакинской ярмарке см.; "На новых путях. Вып. I. М. 1923, стр. 278; "Известия", 13.VI.1924.

 

Опубликовано 10 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?