Каталог
Порталус
Крупнейшая база публикаций

ЭКОНОМИКА РОССИИ есть новые публикации за сегодня \\ 20.04.18

ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX ВЕКА

Дата публикации: 18 февраля 2018
Автор: А. И. АЛЕКСЕЕВ, Б. Н. МОРОЗОВ
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ЭКОНОМИКА РОССИИ
Номер публикации: №1518959267 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


А. И. АЛЕКСЕЕВ, Б. Н. МОРОЗОВ, (c)

найти другие работы автора

Сибирь и Дальний Восток обладают огромными природными запасами полезных ископаемых, необходимых народному хозяйству страны. Решениями XXVI съезда КПСС предусматривается все большее перемещение энергетики и сырьевой базы на Восток. Генеральный секретарь ЦК КПСС Л. И. Брежнев в докладе на съезде подчеркнул, что большие возможности для продвижения на восток и север открывает Байкало-Амурская магистраль.

История становления и развития экономики Дальнего Востока уходит своими корнями во вторую половину XIX века.

Проблему экономического развития дальневосточной окраины России нельзя рассматривать в отрыве от общего развития капитализма в стране. "Развитие промышленности, - писал В. И. Ленин, - в центральной России и развитие торгового земледелия на окраинах стоят в неразрывной связи, создают взаимно рынок одно для другого"1 . Он отмечал, что "в тех местностях России, где не было крепостного права, где за земледелие брался всецело или главным образом свободный крестьянин, развитие производительных сил и развитие капитализма шло несравненно быстрее, чем в обремененном пережитками крепостничества центре"2 . В качестве примера таких территорий Ленин приводил заселявшиеся после реформы степи Заволжья, Новороссии, Северного Кавказа. К ним вполне можно отнести и русский Дальний Восток.

Интенсивное переселение крестьян и других групп населения из центральных, южных и сибирских губерний России на Дальний Восток содействовало формированию здесь рынка рабочей силы, а вместе с ним - и успешному развитию экономики. Отдаленность края от центра, более поздний процесс становления капитализма, пестрота национального состава и проникновение в край иностранного капитала обусловили некоторые особенности развития капитализма в сельском хозяйстве Дальнего Востока. Запашки и посевы зерна в 60 - 70-е годы XIX в. были здесь незначительны. В 1861 г. крестьянами Амурской области было посеяно всего лишь 1,1 тыс. пуд. хлеба. В среднем на каждого человека приходилась треть десятины распаханной земли. В 1871 г. размер ее увеличился до 1,5, а к 1881-му - до 1,6 десятины3 .

Хозяйства первых переселенцев носили натуральный характер. Особенно это было характерно для хозяйств местных народностей, основывавшихся на примитивной технике (деревянная соха-окучник, мотыга, деревянная лопата, вилы и грабли). Урожаи были низкими, в полеводстве господствовала залежная система. Недостаток хлеба в крае


1 В. И. Ленин. ПСС. Т. 3, с. 253, 592.

2 В. И. Ленин. ПСС. Т. 16, с. 217.

3 "Труды командированной по высочайшему повелению Амурской экспедиции" (ТАЗ), СПБ, 1911, выл. 2, ч. I, г. 2, с. 12.

стр. 37


приходилось покрывать за счет ввоза его из-за границы. Хозяйства своекоштных и казеннокоштных переселенцев в 60 - 70-е годы XIX в. почти не различались. Большие трудности в освоении земель обусловливали первоначально более или менее одинаковое развитие этих видов хозяйств. Определенные успехи в те годы сделали крестьяне Амурской области. В. М. Кабузан считает, что они уже к середине 60-х годов прошлого столетия создали излишки хлеба, достигшие в 1868 г. 120 тыс. пудов. Он же полагает, что к указанному времени и продовольственная проблема в Амурской области была решена4 . Но в целом ни в 60-е, ни в 70-е годы XIX в. Дальний Восток не мог себя прокормить хлебом местного производства.

Значительный приток переселенцев в 80 - 90-е годы XIX в., вклады российских капиталистов в развитие местной промышленности, всевозраставшая торговля края с Европейской Россией и заграницей благоприятно воздействовали на развитие сельского хозяйства края. В Амурской области в 1886 г. хлеба и картофеля было посеяно и посажено 290 тыс. пуд., а в 1893 г. - 540 тыс. пуд., в Приморской области - соответственно 158 и 321 тыс. пудов5 . Быстрыми темпами возрастал сбор зерновых. В Приморской области он за 1894 - 1900 гг. вырос примерно с 2,5 млн. до 6,5 млн. пудов6 . Увеличивалась площадь распахиваемых земель. Конец 80-х - начало 90-х годов XIX в. характеризовались постепенным переходом от залежной системы обработки земли к трехполью.

Уже для 60 - 70-х годов XIX в. можно говорить о начальной стадии капитализации сельского хозяйства на Дальнем Востоке и вызревании специфических черт его развития, определивших в будущие десятилетия путь, близкий американскому7 . Здесь не было помещичьих латифундий, а значит, и экономической основы для развития сельского хозяйства по прусскому пути. Кроме того, существенное различие имелось и между земельными наделами крестьян Дальнего Востока и Европейской России. Указанные особенности усилили процесс капитализации сельского хозяйства. Это выразилось, во- первых, в довольно быстрых темпах роста товарного хлеба. В 1887 г. крестьянами Приморья было продано хлеба интендантству 221 тыс., в 1891 г. - 637 тыс. пудов8 . Главным поставщиком хлеба на рынок стал Южно-Уссурийский край. Особенно возрастала роль товарного хлеба на внутреннем рынке Амурской области. В начале 900-х годов местные крестьяне вывозили на рынок 2 - 3 млн. пуд. зерна9 . Во-вторых, в интенсивном применении (начиная с середины 90-х годов XIX в.) в сельскохозяйственном производстве техники, по которому "дальневосточная деревня стояла впереди деревни Европейской России"10 . В 90-е годы XIX в. в Амурской области широкое распространение получили американские жатвенные машины, сенокосилки и т. п. Посетивший в начале 900-х годов Дальний Восток Ф. Нансен писал, что Приамурский край по употреблению сельскохо-


4 В. М. Кабузан. Как заселялся Дальний Восток. Хабаровск 1976, с. 69, 70.

5 Н. А. Крюков. Сельскохозяйственные очерки Приамурского края. СПБ. 1891, с. 7; его же. Приамурский край на Всероссийской выставке в Нижнем Новгороде в 1886 году. М. 1896, с. 74.

6 ЦГА Дальнего Востока (ЦГАДВ), ф. 5, оп. 1, д. 460, л. 177; д. 45, лл. 55, 161, 192.

7 Б. Н. Морозов. К вопросу об особенностях развития капитализма в сельском хозяйстве Дальнего Востока в конце XIX века. "Ученые записки" Горьковского университета, 1971, вып. 151.

8 М. И. Старков. Амурское крестьянство накануне Октября. Благовещенск. 1962, с. 48.

9 "Из истории революционного движения на Дальнем Востоке в годы первой русской революции". Владивосток. 1956, с. 46.

10 В. Ф. Борзунов. К вопросу об уровне развития капитализма в сельском хозяйстве Дальнего Востока. "Третья научная конференция по истории, археологии и этнографии Дальнего Востока". Вып. II. Владивосток. 1962, с. 22.

стр. 38


зяйственных машин "находится на более высокой ступени по сравнению с другими районами Сибири"11 . Только в Амурской области крестьянами в 1895 г. было куплено машин на 77 тыс. руб., в 1899 г. - на 90 тыс. рублей12 . Пятая часть всех сельскохозяйственных машин, приобретенных в конце 90-х годов прошлого столетия в Сибири, пришлась на эту область13 .

На Дальнем Востоке шел процесс дифференциации крестьянства и выделение количественно большей по сравнению с Европейской Россией и Сибирью прослойки кулаков. В Европейской России они составляли 15%, в Сибири - 18,9%, а на Дальнем Востоке - 22%14 . Крестьяне-переселенцы получали здесь большие по своим размерам земельные наделы - 100 десятин. У определенной части крестьян этот массив оставался на долгое время целиной. Но многие успешно осваивали его. Крестьянство Дальнего Востока было освобождено на 20 лет от рекрутской повинности и податей, на 3 года - от денежных и натуральных платежей, имело право (что очень важно) покупать землю в собственность по 3 руб. за десятину. Кроме того, состоя в общине, крестьяне пользовались значительно большей свободой в ней, чем крестьяне-общинники Центральной России.

Усилению процесса капитализации способствовало также становление и бурное развитие частновладельческих хозяйств. В 1870 г. в Амурской области частным земледельцам принадлежало уже 835,4 дес. земли. В последующие годы площадь частновладельческих земель здесь резко возросла, составив в 1880 г. - 3041,4 дес., в 1890 г. - 12313,3 десятины. В Приморье за период с 1894 по 1899 г. она почти удвоилась (соответственно 8,1 тыс. и 13,7 тыс. дес.)15 . Именно хозяйства дальневосточных собственников воплотили в себе наиболее передовые тенденции капиталистического развития. Спустя два десятилетия эти хозяйства (подавляющая часть которых принадлежала крестьянам и мещанам) стали олицетворять собой тип капиталистической сельскохозяйственной фермы. Некоторые из них располагали площадью (в 90-х - начале 900-х годов) в 850 - 1200 дес., десятками сельскохозяйственных машин, эксплуатировали наемных рабочих. В хозяйствах подобного типа широко применялись научные достижения, поля удобрялись. Для хозяйств крупного земельного собственника было типичным выращивание многочисленных культур, из которых двум - ржи и пшенице - отводилось главное место, так как в основном они шли на рынок. Нередко хозяйства частных собственников специализировались на производстве одного, двух, трех видов сельскохозяйственной продукции. Главной отраслью хозяйства М. И. Янковского (одного из первых крупных собственников Южно-Уссурийского края) было коневодство. Ферма А. А. Менарда на о-ве Попова близ Владивостока специализировалась на производстве и продаже рогатого скота, молока, молочных продуктов и т. д. В общем, это было высокоразвитое товарное капиталистическое хозяйство с широким применением наемной силы и сельскохозяйственных машин.

И все же, несмотря на определенную близость к американскому пути, капитализм в сельском хозяйстве Дальнего Востока развивался своеобразно. Крестьянское хозяйство, перенесенное сюда из России, не могло не заключать в себе крепостнических пережитков. Оставалась


11 F. Nansen. Sibirien ein Zukunftsland. Leipzig. 1918, S. 274.

12 ЦГИА СССР, ф. 1284, on. 223, д. 10, л. 41; ТАЭ, СПБ, 1912, вып. 2, ч. I, т. 1, с. 33.

13 Deutsche Zentral Archiv (DZA). Potsdam, A. A. Bd. 8, Nr. 6233, S. 40.

14 А. И. Крушанов. Борьба за власть Советов на Дальнем Востоке и в Забайкалье. Владивосток. 1961, с. 25; Л. М. Горюшкин. Сибирское крестьянство на рубеже двух веков. Конец XIX - начало XX века. Новосибирск. 1967, с. 32.

15 ТАЭ, СПБ, 1912, вып. 3, т. 3, с. 11; ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 460, л. 98.

стр. 39


крестьянская община, хотя уже в 80 - 90-е годы XIX в. она была сильно подорвана ходом капиталистического развития. Вплоть до начала 90-х годов прошлого столетия царизм искусственно тормозил создание в крае крупной земельной собственности. Существовали различные уклады землевладения и землепользования: казачий, кабинетский, церковно- монастырский и др. Следовательно, уже сама надельная собственность не давала крестьянскому хозяйству развиваться по американскому пути. Между хозяйствами зажиточных крестьян Центральной России и Дальнего Востока было в этом отношении немало сходного. "Земля, - писал Ленин, - на которой хозяйничает современный русский сколько-нибудь состоятельный крестьянин, т. е. такой, который действительно способен превратиться при благоприятном исходе революции в свободного фермера, - эта земля состоит частью из его собственного надела, частью из арендованного надела соседа- общинника, частью, может быть, из долгосрочной аренды у казны, из погодной аренды у помещика, из земли, купленной у банка, и т. д. Капитализм требует того, чтобы все эти различия разрядов отпали, чтобы всякое хозяйство на земле построено было исключительно соответственно новым условиям и требованиям рынка, требованиям агрикультуры". И далее: "Не должно быть ни помещичьего, ни надельного землевладения, должно быть только новое, свободное земледелие"16 .

В значительной степени развитие сельского хозяйства по американскому пути тормозилось на Дальнем Востоке всей переселенческой и землеустроительной политикой царизма, "земельным утеснением", ограничением хозяйственно-политической самостоятельности местного крестьянства и т. д. Все эти факторы обусловили довольно сложный и противоречивый характер развития капитализма в сельском хозяйстве края.

Своеобразие природных условий Дальнего Востока содействовало развитию здесь различного рода промыслов. Пушной промысел был широко распространен среди местных народов Амурской области и на севере Приморской. Определенная часть добытой пушнины попадала в 60-е годы XIX в. на иностранный рынок, а другая часть (скупаемая у аборигенов) шла в Хабаровск, куда ежегодно привозилось до 200 тыс. шкурок соболей, а оттуда попадала в Европейскую Россию17 . В Петропавловском, Анадырском и Охотском округах Приморской области пушной промысел составлял почти единственную статью дохода населения, оставаясь по своему характеру кустарным. На эти округа приходилась наибольшая часть добычи всей пушнины на Дальнем Востоке. В северных районах области, особенно на Командорских островах, был широко распространен промысел морских котиков и бобров. С 60-х годов XIX в. промыслы на Командорских островах находились в руках американской торговой фирмы "Гутчинсон, Коль и К°", которая добывала до 50 с лишним тыс. зверей в год18 . С середины 90-х годов XIX в. промыслы составили монополию "Русского товарищества котиковых промыслов". Добыча бобров и песцов резко колебалась, а котиков постоянно снижалась, так что в 1899 г. товарищество продало государству всего 9 тыс. зверей (в 3 раза меньше, чем в 1891 г.), а затем было вынуждено прекратить свою деятельность19 .


16 В. И. Ленин. ПСС. Т. 16, с. 257 - 258.

17 В. Ф. Борзунов. Влияние Транссибирской магистрали на развитие сельского хозяйства Сибири и Дальнего Востока в начале XX века (1900 - 1914). "Материалы сессии научного совета по проблеме "Исторические предпосылки Великой Октябрьской социялистической революции". М. 1962, с. 180.

18 "Краткий очерк Приамурского края. По официальным данным". СПБ. 1892, с 55

19 ЦГАДВ, ф. 5, он. 1, д. 33, л. 49; ЦГИА СССР, ф. 119, он. 1, д. 2, л. 58.

стр. 40


Определенное значение имел китобойный промысел. В 1859 - 1884 гг. в северной части Тихого океана, преимущественно у русских берегов, китобойным промыслом нелегально занималось 2339 американских судов. Пионером отечественного промысла стал Отто Линдгольм (по происхождению финн), проплававший на судах Российско-Финляндской китобойной компании более 12 лет. С 1863 г. Линдгольм свыше 10 лет осуществлял самостоятельный китобойный промысел. Более 20 лет, начиная с 1863 г., в дальневосточных водах действовала "Тугурская китобойная компания" под руководством отставного капитан- лейтенанта русского флота Эльфсберга. В 1871 г. в Амурском заливе, вблизи Владивостока, шкипером Ф. Ф. Геком была основана еще одна небольшая китобойная база20 . Распространенным видом промысла являлась добыча морской капусты. В 1865 г. ее вывоз за границу составил 350 тыс., а четыре года спустя - 360 тыс. пудов21 . Развивалось также рыболовство (морское и речное), лов трепангов, крабов. Существовали и такие промыслы, как почтовая гоньба, извоз, поставка дров на пароходы, золотопромышленным компаниям и т. д.

В целом в экономике Дальнего Востока промыслы играли важную, но не решающую роль, составляя примерно пятую часть валового дохода края (промыслы давали 5 млн. руб., из них примерно 1,5 - 2 млн. - сельские и 3 - 3,5 млн. - морские). В 90-х годах XIX в. вместе со становлением акционерных компаний морские промыслы все более приобретают черты развитого капитализма. Предприятия по обработке продукции промыслов, основываясь на наемной рабочей силе и паровой технике, носили также чисто капиталистический характер.

Наиболее существенное экономическое значение в добывающей промышленности края долгое время имела добыча золота, начатая в 60-х годах XIX века. Первые месторождения его были обнаружены на верхнем Амуре и на притоке Зеи - Джилинде. В стоимостном выражении добыча золота на Дальнем Востоке в 1867 г. достигла 70 тыс. рублей. В августе 1867 г. в долине р. Джилинды начались пробные разработки первого в Амурском крае прииска, названного Васильевским; в 1868 г. на нем уже было добыто 50 пуд. 11 фунтов шлихового золота. На прииске в том году было занято 363 наемных рабочих. В 1869 г. на Джилиндском месторождении действовало уже более 20 приисков, на которых добыли 101 пуд золота22 .

Добычу золота сразу взяли в свои руки золотопромышленные компании: отдельным старателям было не под силу конкурировать с крупными объединениями, имевшими десятки или сотни наемных рабочих, машины, связанными с крупнейшими банками России, официально поддерживаемыми правительством, имевшими транспорт, связь и т. д. С 1868 г. на Амуре развернула деятельность Верхне-Амурская золотопромышленная компания, основателями и фактическими руководителями которой стали петербургские промышленники: Бенардаки, Каншин, Ратьков-Рожнов, Рукавишников, Базилевский, Сомовский, Иконников и др. Основные прииски компании в первые годы были разбросаны по р. Джилинде. С 1868 по 1882 г. на Джилиндских россыпях компанией было добыто более 2 тыс. пуд. золота, в том числе за 1868 - 1876 гг. - более 1 тыс. пудов.

В середине 70-х годов XIX в. на базе зейских приисков промышленниками Сабашниковым, Бергом и Шанявским была основана Зейская золотопромышленная компания. Она и начавшая функциониро-


20 И. П. Трофимов. Морской зверобойный промысел на Дальнем Востоке в эпоху капитализма. "Ученые записки" Дальневосточного университета, Владивосток, 1971, т. 55, серия историческая, с. 21, 23.

21 "Владивосток", 29.VI. 1884.

22 М. С. Бацевич. Материалы для изучения Амурского края в геологическом и горнопромышленном отношении. СПБ. 1894, с. 43.

стр. 41


вать (под руководством Базилевского и Ратькова-Рожнова с 1876 г. в районе р. Ниман, притока Бурей, совместно с товариществом Бутиных) Ниманская золотопромышленная компания постепенно сосредоточили в своих руках подавляющую часть добычи золота в крае, оттеснив на второй план Верхне-Амурскую компанию. Зейская золотопромышленная компания в среднем добывала в год в 70 - 80-е годы XIX в. 140 пуд. золота, что превышало в тот период ежегодную добычу Верхне-Амурской компании23 на 20 - 50 пудов. На Верхне-Амурскую, Зейскую и Ниманскую компании к началу 90-х годов прошлого столетия приходилось 90% всей добычи золота в Приамурье.

В Приморской области золото было найдено в 1868 г., но до 90-х годов XIX в. добыча его здесь оставалась в зачаточном состоянии. В 80-е годы XIX в. на Амгуни начали разработку золота промышленники Модель, Храхалов, Надецкий, Ельцов и Левашов, Тетюков и др. В Амгунской системе с конца 80-х годов XIX в. монополистами стали три компании: Амгунская золотопромышленная, "Ельцов и Левашов" и Охотская, в которых в 1899 г. из 5110 рабочих, приходившихся на все прииски, было занято 4105, т. е. 82%. Здесь была и наибольшая концентрация рабочих - по 500 и более человек на прииск. Эти три компании в конце 90-х годов XIX в. сосредоточили в своих руках 95% добычи золота в области. В 1891 г. на Амгуни было добыто всего 9 пуд. золота, а в 1894 г. - уже 120 пудов24 . К началу 900-х годов Амгунь давала 3/4 добычи золота Приморской области (135 пуд. из 180)25 .

На рубеже XIX-XX столетий в Амурской области более 90% добычи золота приходилось на долю трех золотопромышленных компаний: Верхне-Амурской, Зейской и Ниманской. Все они применяли при разработке золота машины. По абсолютным цифрам добычи золота Амурская область значительно опережала Приморскую. В последней, однако, более интенсивно шел процесс концентрации рабочих, устойчиво росла выработка золота на одного рабочего, широко использовались машины (экскаваторы, локомобили, водоотливные насосы, драги и т. п.). Применение паровых двигателей в производстве считается, как известно, одним из наиболее характерных признаков крупной машинной индустрии.

Начав в 60-е годы XIX в. добычу золота с нескольких десятков пудов, Дальний Восток довел ее в 1900 г. до 670 пуд. и занял одно из первых мест в России26 , опередив Урал, Западную Сибирь и уступая лишь Восточной Сибири. С годами золотопромышленность Дальнего Востока занимала все более значительное место в общероссийской. Однако во второй половине XIX в. развитие капитализма здесь шло медленнее, чем в горной промышленности юга страны. Отдаленность края затрудняла развитие внутреннего рынка, привлечение российских капиталов и рабочей силы.

Второе место в добывающей промышленности Дальнего Востока (после золотодобычи) занимала каменноугольная. Зарождение ее относится к 60-м годам XIX в., хотя на Сахалине разработка каменного угля была начата геологом А. П. Аносовым уже в конце 50-х годов того же века27 . Сахалин стал и первым объектом проникновения иностранного капитала в добывающую промышленность Дальнего Востока.


23 Там же, с. 48.

24 Подсчитано по данным: ЦГАДВ, ф. 702, оп. 2, д. 91, л. 8; ф. 5, оп. 1, д. 1, л. 1 и др.

25 DZA. Potsdam, A. A. Bd. 8, Nr. 6233, S. 188 (75).

26 DZA. Potsdam, A. A. Bd. 1, Nr. 6233, S. 188 (10).

27 "Горный журнал", 1871, N 3, с. 6. Еще ранее, до 1856 г., добыча угля на острове производилась экипажами русских судов, в частности шхуны "Восток". Каменный уголь был открыт на Сахалине Н. К. Бощняком в 1852 году.

стр. 42


В 60-е годы XIX в. промышленная компания из Сан-Франциско и английская фирма обосновались в Сортунае. Повышенный интерес иностранцев к сахалинскому углю был вполне объясним, если учесть, что он вывозился на китайский рынок по цене 10 - 12 коп. за пуд, находя там широкий сбыт и принося владельцам значительную прибыль28 . Вторжение иностранного капитала в каменноугольную промышленность Сахалина продолжалось и в 70-е годы XIX в. Подавляющая часть ее продукции в тот период поступала в руки американских дельцов: компания "Олифант и К°" из четырех разрабатываемых на острове шахт захватила три29 ; на ведущей из них работало более 100 наемных рабочих.

В 1872 г. по распоряжению приамурского генерал-губернатора добыча иностранными фирмами каменного угля в Сортунае была прекращена и передана в руки русских предпринимателей. 19 сентября 1875 г, министерством внутренних дел был заключен контракт с Бутковским на аренду Дуэских копей Сахалина. Последние вскоре перешли к основанному на капитале петербургских промышленников обществу "Сахалин", управляющим делами которого стал И. О. Маковский30 ; позднее он на базе месторождения Анастасиевского и Путятинского рудников создал товарищество "Маковский и К°". Вплрть до установления Советской власти почти вся разработка каменного угля на острове производилась этими двумя обществами. В 1895 г. между ними было заключено соглашение, по которому добытый обществом "Сахалин" уголь поступал в распоряжение товарищества "Маковский и К °", сбывавшего его на внутренний и внешний рынки.

В первые годы разработка угля обществом "Сахалин" производилась в весьма незначительных масштабах. Дуэские кори уже в то время могли ежегодно давать более 4,5 млн. пуд. угля, практически же добывалось значительно меньше. Труд на шахтах был принудительным. На копях Бутковского в 70-е годах XIX в. работало до 400 каторжан, в Дуэ (в 1872 г.) - около 100 каторжан31 . В 90-е годы XIX в. на копях Дуэ, Мгача и Сортуная добыча угля значительно возросла. В 1890 г. здесь было добыто 89,2 тыс., а в 1894 г. - уже 1051 тыс. пудов32 .

Определенные сдвиги в развитии каменноугольной промышленности Дальнего Востока произошли в конце 90 - начале 900-х годов, когда центр тяжести добычи переместился в Приморскую область. Во вступившем в действие в 1892 г. Сучанском бассейне уже в первый год было добыто 12,5 тыс. пуд. угля, а в 1896 г. в 2,5 раза больше - 31,2 тыс. пудов. В 1893 г. была проведена железная дорога, соединившая Сучан со станцией Шкотовр. Через 5 лет были вскрыты угольные пласты в районе Угловой и Угольной, в дальнейшем разработка угля стала производиться на Подгородненском руднике (с 1900 г.) и близ Никольска- Уссурийского (с 1905 г.)33 . Если в 1899 г. Сахалин еще удерживал первенство (2,8 млн. пуд., в Приморской области - 0,96 млн. пуд.), то в 1902 г. он уже уступил Приморью (соответственно 3,3 млн. и 3,7 млн. пудов)34 . Росло число частновладельческих шахт и акционерных компаний. Но по уровню концентрации производства, рабочей силы и производительности труда Дальний Восток и в эти годы уступал наиболее промышленно развитым районам России.


28 "Горный журнал", 1871, N 3, с. 8. Английский каменный уголь стоил в Шанхае вдвое, а американский втрое дороже сахалинского.

29 Там же; ЦГАДВ, ф. 702, оп. 2, д. 44, л. 75.

30 ЦГАДВ, ф. 702, оп. 2, д. 121, лл. 27, 28 - 30.

31 Там же, д. 44, л. 63.

32 "Всеподданнейший отчет Приамурского генерал-губернатора за 1893, 1894, 1895 гг.". СПБ. 1895, с. 114.

33 "Приморский край". Владивосток. 1958, с. 76.

34 ЦГАДВ, ф. 702, он. 2, д. 165, л. 19; И. Ф. Панфилов. Трудная нефть. Южно-Сахалинск. 1976; его же. Нефть Сахалина. "Вопросы истории", 1977, N 8.

стр. 43


В 70-х годах XIX в. на Сахалине были обнаружены богатые месторождения нефти, но впервые разработку нефтяных источников начал в 1880 г. николаевский купец А. Е. Иванов. После его смерти добыча нефти прекратилась вплоть до 1886 г., когда бывший начальник Александровского округа Ф. П. Линденбаум приступил к разработке нефти на севере острова. Но, не получая прибылей, он вскоре прекратил добычу. Успешнее велись дела лейтенантом флота в отставке Г. И. Зотовым, но и его деятельность носила временный характер35 .

Таким образом, наиболее существенное значение в добывающей промышленности края имела добыча золота и каменного угля. Другие ее отрасли находились в зачаточном состоянии. К концу 90-началу 900-х годов общий валовой доход добывающей промышленности составлял 25 - 30 млн. руб. в год. Рабочий класс добывающей промышленности Дальнего Востока насчитывал к началу XX в. более 20 тыс. человек. Из них 6 тыс. были заняты на приисках, рудниках и копях с числом рабочих не менее 200 человек, а свыше 5 тыс. - на приисках и рудниках, каждый из которых насчитывал не менее 500 рабочих36 . Наибольшая концентрация рабочей силы была характерна для золотопромышленности. Формирование кадровых рабочих в добывающей промышленности Дальнего Востока относится ко второй половине 90-х годов прошлого века. Основой развития добывающей промышленности края явился русский капитал, преимущественно промышленников Центральной России, и прежде всего Петербурга. По характеру развития добывающая промышленность Дальнего Востока была ближе Югу, чем Уралу. Начальным этапом ее развития (за исключением золотопромышленности) явился период 90 - начала 900- х годов.

Возникновение обрабатывающей промышленности Дальнего Востока относится к 70 - началу 80-х годов XIX века. Из отраслей, перерабатывавших продукцию сельского хозяйства, прежде всего развилось мукомольное производство. Среди ведущих предприятий в 80-х годах XIX в. можно отметить основанную в Никольске-Уссурийском в 1882 г. компанией Линдгольма мельницу, имевшую в середине 90-х годов XIX в. паровую машину в 75 л. с., паровые трубчатые котлы, 2 круподерки и сушильню. Производительность мельницы достигала 50 тыс. пуд. зерна37 . В Южно-Уссурийском крае наиболее крупными были несколько паровых мельниц М. С. Пашкеева, круподерка П. Е. Лисецкого, круподерка, построенная в 1886 г. Н. М. Такаловым. В 1889 г. в Приморской области насчитывалось уже 127 (из них 6 паровых)38 , в Амурской - 350 мельниц. В 1895 - 1899 гг. паровых мельниц в Приморской области стало больше на 30%, водяных - на 21%, ветряных - на 47%. и конных - на 71 %39 . Общее число мельниц увеличилось вдвое. Это указывает на значительное развитие мукомольного дела.

Паровые мельницы значительно превосходили все другие по производительности и числу рабочих. 4 паровые мельницы Никольска-Уссурийского в конце 90-х годов XIX в. обеспечивали 62% производства муки в Приморской области40 . Годовое производство паровых мукомолен и круподерок в стоимостном выражении значительно превосходило производство как других отраслей промышленности, связанных с обработкой продуктов сельского хозяйства, так и несельскохозяйственных отраслей. В 1898 г. производство 10 паровых мукомолен и 4 круподерок Южно-Уссурийского края составило 62,7 тыс. руб., масло-


35 "Всеподданнейший отчет Приамурского генерал-губернатора за 1893, 1894, 1895 гг.", с. 116; М. С. Бацевич. Указ, соч., с. 97, 98.

36 "Приамурье. Цифры. Факты. Наблюдения". М. 1909, с. 612.

37 Н. А. Крюков. Приамурский край на Всероссийской выставке, с. 44. " ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 81, лл. 36, 57; д. 41, л. 131.

39 Подсчитано по данным: ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 33, л. 44.

40 Там же, д. 45, лл. 48, 55.

стр. 44


бойных предприятий - 21 тыс. рублей, кожевенных - 20,1 тыс., винокуренных - 18,4 тыс. рублей41 . Развитие мукомольного производства на Дальнем Востоке послужило основой для создания ряда компаний. Наиболее крупной из них являлось "Мукомольное общество" в Хабаровске42 . К началу 900-х годов относится создание русскими промышленниками в Хабаровске первого на Дальнем Востоке синдиката по закупке зерна, финансируемого Русско-Китайским банком. Основная закупка муки шла из Австралии.

Из отраслей пищевой промышленности на Дальнем Востоке развивались также маслобойная, винокуренная, виноделие и пивоварение. В начале 900-х годов винно-водочное производство стояло на втором месте (более чем миллионное годовое производство), уступая мукомольному. И все же ввоз вина в край оставался довольно значительным. Большая часть пивоваренного производства Дальнего Востока приходилась на Приморскую область, где уже в 1889 г. было 11 пивоваренных предприятий, а в Амурской области (в 1890 г.) - только 3. В 1894 г. число пивоварен в Приморской области снизилось до 7, но к концу 90-х годов XIX в. снова возросло до 1143 . Подавляющая часть их находилась в городах. В 1900 г. во Владивостоке было 6 пивоваренных заводов, в Хабаровске - 3 и в Никольске- Уссурийском - 144 . Хотя на них было занято небольшое число рабочих, они давали довольно значительную часть общей суммы доходов.

Маслобойное производство на Дальнем Востоке во второй половине XIX в. было представлено численно быстро растущими мелкими и мельчайшими предприятиями. Более крупных предприятий в Приморской области в 1894 г. было 1, в 1899 г. - 4, из которых 3 находились в Николаевске и одно - в Никольске-Уссурийском45 . К предприятиям пищевой промышленности можно отнести также одно сойное, построенное в 90-е годы XIX в. во Владивостоке, насчитывавшее в 1900 г. 8 рабочих (5,5 тыс. руб. годового производства), и заводы искусственных минеральных вод (в 1894 г. в Приморской области их было 446 ).

В целом предприятия пищевой промышленности сосредоточивали значительную часть производства всей обрабатывающей промышленности Дальнего Востока (вместе с мельницами приблизительно 60 - 70%). Наиболее развитыми являлись мукомольные и винокуренные предприятия, имевшие наибольшую концентрацию рабочих на одно предприятие.

Значительное развитие получило на Дальнем Востоке производство кирпича (к концу 80-х годов XIX в. в Амурской области насчитывалось 62 таких предприятия, в Приморской - более 20). Наиболее крупные из них находились в руках торгового дома в Хабаровске "Тифонтай и К°", "Линдгольм и К°" во Владивостоке, владивостокского предпринимателя Бринера, А. Д. Старцева в Хабаровском округе. На крупнейших в крае кирпичных заводах "Линдгольм и К°" работало более 200 рабочих47 . 90-е годы прошлого века характеризовались концентрацией кирпичного производства. По общему числу рабочих оно занимало одно из ведущих мест в обрабатывающей промышленности края, сосредоточив только в Приморской области в 1896 г. 1015 рабочих (50% всех занятых в обрабатывающей промышленности) и 268,2 тыс. руб. годового производства (около 20% производства указанной промышленности). Отдельные предприятия имели по 150 - 200 рабочих48 .


41 Там же, д. 19, л. 22.

42 Там же, д. 81, л. 1.

43 ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 410, л. 142; д. 45, лл. 48, 55.

44 Там же, д. 81, лл. 1, 23; ф. 702, оп. 2, д. 44, л. 54.

45 Там же, ф. 5, оп. 1, д. 410, л. 141.

46 Там же, л. 142.

47 Там же, д. 81, лл. 39, 40; д. 19, лл. 22, 39; П. Головачев. Русские на Дальнем Востоке. СПБ. 1904, с. 18.

48 ЦГИА СССР, ф. 323, оп. 1, д. 1129, л. 6.

стр. 45


Характерной особенностью развития обрабатывающей промышленности края в 90-е годы XIX в. был сравнительно быстрый рост литейных и машиностроительных заводов, строительство которых началось в 60-е годы того же века. В 1860 г. в Приморской области действовало одно казенное литейно-механическое заведение. В середине 90-х годов XIX в. только в Благовещенске действовало 5 чугунолитейных и механических предприятий, во Владивостоке - 2 чугунолитейных завода, в Хабаровске и Николаевске-на-Амуре -13 механико-технических заведений52 , а всего - 20 механических и литейных предприятий. Это была довольно значительная цифра, если учесть, что во всей Сибири в 1893 г. было 14 литейно-машиностроительных предприятий53 . Большинство предприятий Дальнего Востока имели, однако, в те годы незначительные число рабочих и объем производства. На механическом заводе Бринера во Владивостоке работало 25 - 30 рабочих (годовая сумма производства - 3,5 тыс. руб.), на литейном заводе Г. А. Олейникова в Никольске-Уссурийском - 25 рабочих (годовая сумма производства - 1,5 тыс. руб.)54 . Крупным машиностроительным предприятием был завод Шадрина в Благовещенске, выпускавший сельскохозяйственные машины, а позднее - мелкие и средние пароходы. В начале XX в. ежегодная производительность завода составляла 400 тыс. рублей55 .

Из чугунолитейных заводов выделялись 2 завода Г. А. Олейникова, основанные в конце 90-х годов XIX в. в Хабаровске и Никольске-Уссурийском56 , чугунолитейный завод, основанный в Благовещенске купцом Н. С. Львовым, и завод Р. Бюринга (швейцарца по происхождению) во Владивостоке57 . Последний (основан в 1890 г.) по числу рабочих и годовой сумме производства стоял на первом месте в крае (в 1900 г. - 125 рабочих и 40 тыс. руб. годового производства)58 . Это предприятие в середине 90-х годов XIX в. имело шестисильный паровой двигатель с котлом и топкой, 7 станков, циркулярную пилу, два пресса, вальцовку и т. д. Для Уссурийской железной дороги оно изготовляло отдельные детали, выполняло заказы местного военного порта, воинских частей, местного каботажа и частных лиц, для окружающих селений изготовляло молотилки, веялки, паровые машины небольших размеров и т. д.

В Амурской области крупнейшим предприятием являлась чугуно-меднолитейная и механическая мастерская М. Н. Львовой (до 1895 г. - Н. С. Львова), основанная в 1887 году. Она вырабатывала в год разных изделий на сумму 40 - 50 тыс. рублей. Двигателем служил локомобиль в 10 л. с. На предприятии имелись вагранка, медеплавильная печь, 6 станков, 2 кузнечных горна и т. д. Рабочих насчитывалось 32 человека. Механическую промышленность в Приморской области представляли в 1894 г. 3 предприятия, в 1899-м - 4, из них на одном, во Владивостоке, было в 1900 г. 30 рабочих, а сумма годового производства составляла 3,5 тыс. рублей59 .

По сравнению с Центральной Россией концентрация рабочей силы на литейных и механических заводах Дальнего Востока была незначительной. Как и предприятия других отраслей промышленности, эти заводы в основном работали на иностранном оборудовании.


52 "Амур", 20.VI.1862; "Приамурье", с. 623.

53 G Kramer. Sibirien und Grosse Sibirische Eisenbahn, o. J., S. 60.

54 ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 81, л. 24.

55 "Приамурье", с. 623.

56 ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 81, лл. 38, 23.

57 "Всеподданнейший отчет Приамурского генерал-губернатора за 1893, 1894, 1895 гг.", с. 116.

58 ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 11, л. 19.

59 ЦГИА СССР. ф. 1284, оп. 194, д. 99, лл. 49, 50; ЦГАДВ, ф. 5, оп. 1, д. 410, л. 142; д. 45, л. 55.

стр. 46


На Дальнем Востоке также имелись бетонный, известковый, канатные, фарфоровый и деревообделочные заводы, находившиеся почти исключительно в Приморской области. В крае развивалась лесная промышленность60 . Строительству новых предприятий содействовала прокладка сюда железной дороги. За 5 лет (с 1895 по 1899) в Приморской области было построено 27 новых предприятий. За эти годы общее число их в области возросло на 25%, а количество рабочих - на 70% (с 1296 до 2220, т. е. почти на 1 тыс. человек)61 . Рост числа заводов, таким образом, сопровождался концентрацией рабочей силы.

Что касается ремесленного производства, то оно в Приморской и Амурской областях было развито чрезвычайно слабо. Н. А. Крюков писал, что "весьма редко можно встретить в крестьянском доме какое-нибудь ремесло. Население почти ничего не производит из предметов и одежды и домашнего обихода, а все покупает. Ситцы, шапки, обувь, шубы, сбруи и прочие предметы в значительных количествах привозятся из Одессы или из Сибири"62 .

Итак, наибольшее развитие в исследуемый период в пищевой и легкой промышленности Дальнего Востока получили мукомольная и винокуренная отрасли, в тяжелой - кирпичная и чугуномеднолитейно-механическая. Несмотря на сравнительно большое число кустарных предприятий, они играли незначительную роль в общем производстве. Кустарное и ремесленное производство занимало более значительные позиции в Амурской области, но и здесь развитие экономики определяла фабрично-заводская промышленность, т. к. в ней было занято более половины всех рабочих и она составляла подавляющую часть производства. По нашим подсчетам, на 22% предприятий (без мельниц), каждое из которых в начале 900-х годов имело 20 и более рабочих, было сосредоточено в Амурской области 60% рабочих и 95% суммы производства обрабатывающей промышленности. В Приморской области 40% предприятий, каждое из которых насчитывало 20 и более рабочих (сюда не вошел ряд предприятий, имевших 18 - 19 рабочих), охватывали 72% рабочих и более 52% суммы производства обрабатывающей промышленности области63 .

Фабрично-заводская промышленность определяла характер развития производства всего края. Обрабатывающая промышленность наибольшее развитие получила в городах Приморской области.

Города, в частности Владивосток, имели более значительную концентрацию рабочих и сумм производства на одно предприятие. В Амурской области ведущие позиции в производстве и по числу рабочих занимал Благовещенск. Иностранный капитал проникал в обрабатывающую промышленность края в основном путем поставок различных машин, орудий, приборов и аппаратов. Непосредственно иностранных предприятий в изучаемый период здесь было немного.

Таким образом, развитие экономики Дальнего Востока имело ряд особенностей, свойственных условиям окраинных земель. Только социалистическая революция создала широкие возможности для экономического, социального, политического и культурного развития этого обширного и богатого природными ресурсами края. С каждым годом Дальний Восток все щедрее отдает свои богатства советским людям.


60 И. П. Трофимов. Становление лесной промышленности на Дальнем Востоке в дореволюционные годы, "Ученые записки" Дальневосточного университета, Владивосток, 1970, т. 28, серил историческая, с. 87.

61 ЦГЛДВ, ф. 5, оп. 1, д. 33, л. 53.

62 Н. А. Крюков. Приамурский край на Всероссийской выставке, с 73

63 ЦГИЛЛ, ф. 1284, он. 194, д. 97, л. 9; ЦГЛДВ, ф. 5, оп. 1, д. 19, л. 22; д. 45, лл. 48, 55, 131; д. 410, л. 142.

 

Опубликовано 18 февраля 2018 года




© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.
Ваше мнение?