Рейтинг
Каталог
Порталус
база публикаций

ВОПРОСЫ НАУКИ есть новые публикации за сегодня \\ 19.12.18


НАУЧНЫЕ СВЯЗИ РОССИИ И ФРАНЦИИ ПРИ ПЕТРЕ I

Дата публикации: 18 февраля 2018
Автор: Е. А. КНЯЖЕЦКАЯ
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ВОПРОСЫ НАУКИ
Номер публикации: №1518959203 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Е. А. КНЯЖЕЦКАЯ, (c)

найти другие работы автора

В первой четверти XVIII в. между Россией и Францией установились разносторонние научные связи, возникшие во время пребывания Петра I во Франции в 1717 г. При встрече в Париже с географом Г. Делилем царь рассказал ему о картографических работах, недавно выполненных в России; результаты их оказались открытием для французских ученых. Впервые в истории картографии они давали верные сведения об очертаниях Каспийского моря, направлении течения рек Амударьи и Сырдарьи и существовании Аральского моря, до того неизвестного ученым Западной Европы.

19 июня 1717 г. Петр I посетил заседание Академии наук в Париже и подарил ей рукописную карту Каспийского моря. Это был знаменательный день не только для русско-французских связей; впервые итоги русских географических исследований, исправлявшие неверные сведения о Каспийском море и Средней Азии, становились достоянием западноевропейской науки. На этом же заседании Петр I единогласно был признан достойным звания члена академии. Царь предложил академикам начать научный обмен, что было встречено с большим интересом. На следующий день лейб-медик Петра I Р. Арескин послал президенту Академии наук аббату Ж. П. Биньону письмо: "Вчера я имел честь предложить Вам, сударь, принять его царское величество в Вашу академию. В настоящее время я имею честь просить Вас не думать об этом и ничего в этом направлении не предпринимать"1 . Письмо означало отказ Петра I от избрания в члены академии. О причинах этого отказа существовали различные предположения. И только находка архивного документа пролила свет на подлинную причину отказа.

Речь идет о письме известного французского анатома Ж. Г. Дювернэ-старшего. После отъезда Петра I из Парижа между обеими странами началась переписка, развивавшаяся по двум направлениям: наряду с письмами официальных лиц2возник деловой обмен мнениями между французскими и русскими учеными. Письмо Дювернэ было в научной переписке одним из первых. 15 августа 1717 г. он сообщал Арескину о ходе работ по изготовлению анатомических моделей органов человека из воска, заказанных ему Петром I. Из дальнейшего содержания письма следовало, что когда Арескин предложил Биньону принять царя в члены парижской Академии наук, то получил отказ. Это было сделано явно по распоряжению регента Франции герцога Филиппа Орлеанского. После отъезда Петра из Парижа, читаем в письме, Биньон стал убеждать регента, что отказ принять главу Российского государства в члены академии является ошибкой; что необходимо выполнить его желание "со всей готовностью, ибо он стоит выше всяких рангов", и об этом следует написать Арлекину как доверенному лицу царя. Дювернэ добавлял, что такое письмо уже послано; он обещал Биньону никому не говорить об этих тяжелых событиях3 . Письмо Биньона Арес-


1 Княжецкая Е. А. О причинах избрания Петра I членом парижской Академии наук. - Известия Всесоюзного географического общества (Изв ВГО) 1960 т 92, N 2, с. 156.

2 Княжецкая Е. А. Петр I, член французской Академии наук. - Вопросы истории, 1972, N 12, с. 201; ее же. Начало русско-французских научных связей. - Французский ежегодник, 1972. М. 1974.

3 Ленинградское отделение Архива АН СССР (ЛО ААН СССР), ф. 1, оп. 3, N 5, лл. 64 - 65 об.

стр. 91


кину от 10 августа 1717 г. носило осторожный, дипломатичный характер. Петр I, по- видимому, был удовлетворен его содержанием и согласился взять назад свой вынужденный отказ. Его избрание состоялось 22 декабря 1717 г. в его отсутствие4 .

Чтобы понять позицию регента, надо иметь в виду, что и он, и фактический руководитель внешней политики Франции аббат Г. Дюбуа испытывали непрестанное давление со стороны английского короля Георга I, настроенного весьма враждебно к Петру I. Регент, очевидно, опасался вызвать недовольство короля, предоставив царю звание академика. Такая политика порождала резкое недовольство французского двора. Видный военный и политический деятель, крупный дипломат герцог Луи де Рувруа де Сен-Симон с возмущением писал "о влиянии пагубных чар Англии на французское правительство и о его безрассудном пренебрежении Россией"5 .

Как могло все же состояться избрание Петра I в члены академии 19 июня 1717г., если в тот же день Арескин получил отказ на свое предложение? Трудно предположить, чтобы Биньон не сообщил академикам о несогласии регента на избрание царя. По-видимому, французские ученые проявили принципиальность и мужество, единогласно избрав Петра I в члены академии вопреки воле главы государства. Очевидно, и царь больше считался с мнением академиков, чем с намерениями герцога Орлеанского, поэтому и согласился быть избранным.

В 1721 г. в заграничную командировку был направлен библиотекарь Петра I И. Д. Шумахер. 5 августа в Лувре состоялось заседание Академии наук, на котором он вручил ее президенту грамоту Петра I с выражением благодарности за его избрание, письмо лейб-медика Л. Л. Блюментроста, сменившего на этом посту умершего Арескина, каталог сибирских птиц, составленный Д. Г. Мессершмидтом, и новую карту Каспийского моря. И дореволюционные, и советские исследователи считали, что Шумахер привез в Париж первую русскую печатную карту Каспийского моря, снятую в 1720 г. морскими офицерами К. П. Верденом и Ф. И. Соймоновым. Однако удалось установить, что это была не печатная, а рукописная карта, составленная в 1721 г. Верденом. Она вызвала большой интерес французских академиков и явилась первым вкладом в научный обмен между двумя странами. В 1728 г. по поручению Биньона русский текст карты, хранящейся во Франции, был переведен на французский язык аббатом Г. Жираром6 . Шумахер привез в 1721 г. в Париж два письма лейб-медика Блюментроста. Одно было адресовано Академии наук, другое, от 14 февраля 1721 г., - французскому астроному Ж. -Н. Делили). В нем говорилось, что этот ученый передал в 1717 г. Петру I записку (мемуар) с изложением широкого плана астрономических работ, которые он предполагал осуществить в России. Важное место в нем отводилось географии и картографии. В ответном письме Блюментросту от 8 сентября 1721 г. Ж. -Н. Делиль перечислил вновь работы, упомянутые в его мемуаре: 1) градусные измерения вдоль петербургского меридиана и параллели для выяснения истинной фигуры Земли; 2) астрономическое определение широт и долгот главных пунктов страны и проведение триангуляции для составления точной карты России; 3) создание в Петербурге обсерватории, которая обеспечила бы русских картографов и геодезистов точными астрономическими методами определения географических координат пунктов. Проект Делиля был одобрен Петром I, а французский ученый приглашен на русскую службу. Приехал он в Петербург в 1726 г. и проработал здесь вплоть до 1747 года. В России он получил возможность выполнить свои научные планы, которые не смог осуществить на родине. В развитие одобренной Петром I программы Делиль основал в Петербурге обсерваторию и Географический департамент. В результате работы этих учреждений Россия, не имевшая в начале XVIII в. ни одной карты с градусной сеткой, к середине


4 Княжсцкая Е. А. Начало русско-французских научных связей, с. 262 - 264; ее же. О причинах избрания Петра I членом парижской Академии наук. с. 155.

5 [de Saint-Simon L.]. Memoires complets et authentiques du due de Saint-Simon. T. 15. P. 1822, p. 96.

6 Княжецкая Е. А. Новое о карте Каспийского моря К. П. Вердена и Ф. И. Соймонова. - Изв. ВГО, 1970, т. 102, N 3, с. 271 - 277; Berkov P. N. Des relations litteraires franco-russes entre 1720 et 1730. - Revue des etudes slaves, P., 1958, t. 35, fasc. 1 - 4, pp. 7 - 14.

стр. 92


столетия располагала картами, основанными на таком большом количестве астрономических пунктов, какого не имела в то время ни одна из стран Западной Европы7 .

9 декабря 1721 г. старший брат Ж. -Н. Делиля, географ Г. Делиль, сообщил письмом находившемуся в Париже Шумахеру, что задержал составление обещанной записки (мемуара), так как был занят поручениями короля. Мемуар оказался приложенным к письму Г. Делиля и датирован тем же числом8 . В "Мемуаре о Рас сии Гилыша Делиля" изложены следующие пожелания: Академия наук хотела бы иметь по одному экземпляру всех гравированных карт России и омывающих ее морей, а также рукописных карт пограничных местностей с линиями границ, установленных последними договорами. Желательно получить подробное маршрутное описание дорог России, разделение ее на области и губернии со списком городов, а также заметки о землях Великой Татарии9 . Далее подчеркивалось, что знакомство с русскими землями очень нужно для просвещенного мира. Важно иметь рукописные карты молдавского господаря (Дмитрия Кантемира), а также данные о наблюдениях над колебаниями магнитной стрелки и сведения по определению широт городов России, сделанные такими математиками и астрономами, как господин Брюс и господин (фамилия пропущена) англичанин в Петербурге.

Из приведенного перечня видно, что картография России вызывала живой интерес у французских ученых. Возникает вопрос, в какой мере русские картографические работы того времени могли удовлетворить их запросы. Еще 28 февраля 1720 г. в России был издан "Устав о государственных коллегиях". Его гл. 48 посвящена "Ландкартам или чертежам государевым". Геодезисты должны были описывать "все границы, реки, города, местечки, церкви, деревни, леса и прочее". Ландкарты начали составлять еще за несколько лет до "Устава". В 1718 г. работы уже велись в Сибирской и Нижегородской губерниях, в 1719 г. - в Сибирской. В дополнение к "Уставу", вероятно, в 1721 г., был издан Указ. согласно которому требовались еще более подробные сведения. Теперь геодезистам следовало описывать также "проезжие и проселочные дороги, горы, леса, степи, болота, валы, засеки, каналы, шлюзы, порубежные уезды и составлять каталоги по алфавиту городов, сел, деревень, лесов и прочего" 10 . Таким образом, ко времени составления мемуара Делиля уже был собран значительный картографический материал.

В 1723 г. Петр I вернулся из Персидскюго похода. Блюментрост сообщил об этом в Париж 2 марта. С его письмом были посланы также планы г. Дербента и начатого канала между Новой Ладогой и Шлиссельбургом. Обещано было послать новые карты Сибири, Мазендерана (северной провинции Персии) и Дербента. Сообщалось о составлении планов Петербурга и Кроншлота (в будущем - Кронштадт)11 .

В области медицинских исследований переписка велась Арбениным, а затем Блюментрюстом с Дювернэ-старшим и ученым-физиком и механиком графом Луи Пажо д'Озамбрэ, интересовавшимся вопросами прикладной анатомии - консервацией трупов, жидкостями для инъекций. Переписка с Дювернэ касалась работ по изготовлению восковых анатомических моделей человеческих органов. Вначале решили выполнить из цветного воска два черепа, в одном из которых будет находиться модель мозга. Для изготовления моделей нужны были хорошо сохранившиеся трупы, а во Франции не был известен способ их консервации. Такой рецепт изобрел голландский анатом Ф. Рюйш. В 1717 г. Петр I купил у него этот рецепт с условием сохранять его в тайне. Дювернэ настоятельно просил передать ему способ сохранения трупов. Этим лее рецептом интересовался и д'ОзаМ'брэ. По- видимому, царь не согласился открыть секрет французским ученым.


7 Гнучева В. Ф. Географический департамент Академии наук XVIII века. М. -Л. 1946, с. 103 - 116; Невская Н. И. Никита Иванович Попов. 1720 - 1782. Л. 1977, с. 13 - 14, 35 - 36.

8 ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 7, лл. 142 - 143; Гнучева В. Ф. Ук. соч., с. 117 - 120.

9 В XVI-XVIII вв. Великой Татарией, или Тартарией, в Западной Европе называли Северную, Восточную и Центральную Азию.

10 ПСЗ Российской империи. Т. VI. СПб. 1830, N 3534, с . 157; Шибанов Ф. А. Очерки по истории отечественной картографии. Л. 1971, с. 49 - 51; Евтеев О. Первые русские геодезисты на Тихом океане. М. 1950, с. 87 - 88.

11 ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 8, лл. 46 - 47.

стр. 93


В одном из писем в Россию Дювернэ сообщал, что первый медик регента Ширак намерен создать в Париже академию для улучшения практических знаний врачей. Далее он писал, что из Франции в Россию будет направлен врач Горн, а из России во Францию - врач Пагенкампф для занятий хирургией под руководством самого Дювернэ12 . Письма последнего содержали просьбу сообщать о новых открытиях в области естественных наук. В свою очередь, он обещал извещать обо всем новом в анатомии. Д'Озамбрэ просил Арескина выслать ему секретный рецепт инъекции в вены и артерии, вероятно, также изобретенный Рюйшем, и рецепт жидкости для сохранения корпии. Взамен он обещал прислать свой новый рецепт бесцветной мастики для заклеивания стеклянных крышек сосудов с заспиртованными животными; что создавало возможность лучшего обозрения препаратов. Далее д'Озамбрэ благодарил Арескина за рецепт жидкости для консервации трупов волков и других животных13 . И Дювернэ, и д'Озамбрэ интересовались также коллекцией анатомических препаратов Рюйша, приобретенной Петром I. Неоднократно они просили выслать им дубликаты из этой коллекции; Арескин обещал д'Озамбрэ выполнить их просьбу14 . В ноябре 1718 г. Дювернэ сообщал Арескину, что модель мозга почти закончена. Летом следующего года он писал, что работает над моделями других органов человеческого тела15 . Находясь в Париже, Шумахер получил у Дювернэ готовые модели16 .

Сохранились архивные и печатные материалы, свидетельствующие о большом интересе во Франции к книгам, изданным в России. В литературе упоминается архивный документ петровского времени, но приведено только его заглавие17 . Сам же документ, представляющий большой интерес, хранится в Центральном государственном архиве древних актов18 . Здесь он публикуется впервые:

"Роспись книгам, которых желает иметь в своей библиотеке Г-дн Детре, Марешаль и виц адмирал французской19 .

1. Служебник на российском языке. 2. Ермологий на российском языке. 3. Уложение старое печатное для правосудия. 4. И новоуказные статьи [печатных нет о них... слово неразобрано]. 5. Уложение и артикул о войне сухопутной старое и нынешнее. 6. Книги о похождениях всяких людей в иностранныя гдрства [нет]. 7. О поставлении Сената российского в С. Питербурхе и в протчих городех [печатные]. 8. Уложение и управление о коммерции [печатного нет]. 9. Уложение и правление чтоб в добром поведении содержать городы [нет]. 10. Картины о всем гдрстве российском также картины порознь о всякой провинции и картины и планы каналом что Царское величество повелел недавно учинить [нет печатных]. 11. Картины опищющия всякого великого гдна владение, так же планы архитектуры российской палатам старым и вновь зделанным и протчим вещем яко монастыри, и в них все что достойно человеческого вещелюбия наприклад величина царя колокола, величина камня, что в Соловецком монастыре над воротами имеющий на себе церковь и протчая [современем будет зделано и послано]. 12. Книги историческия на руском языке яко летописи. 13. Ведомости и выписки всех компаней баталей, приступов и протчих воинских потреб [зделают и пришлют вскоре]. 14. Потребник церковный. 15. Библея. Изволь пожалуй сие учинить. Сей гдн велми может быти потребен он ныне все управляет и адмирал его во всем не спорит". "Роспись книгам 1. Библия. 2. Уложение российское. 3. Граматика словенская. 4. Лексикон. 5. Служебник. 6. Картину империи Российской. 7. Картину Санкт Питербурха которая картина у нас али напечатана".


12 Гончаров Н. Строение человеческого тела. Волгоград. 1976, с. 56 - 60; ЛО ДАН СССР, ф. 1, оп. 3, N 6, лл. 56 - 58, 18 - 19; N 5, лл. 87 - 88, 64 - 65; N 2, лл. 75 - 75 об.

13 ЛО ДАН СССР, ф. 1, оп. 3, N 5, лл. 1 - 2 об., 115 - 117: N б, лл. 20 - 22.

14 Там же, N 5, лл. 64 - 65 об., 87 - 88, 115 - 117; N 2, лл. 82 об. -83; N 6, лл. 20 - 22.

15 Там же, N 6, лл. 18 - 19, 50 - 51.

16 Пекарский П. П. Наука и литература в России при Петре Великом. Т. I. СПб. 1862, с. 537.

17 Подъяпольская Е. П. К вопросу о формировании дворянской интеллигенции в первой четверти XVIII в. В кн.: Дворянство и крепостной строй России XVI - XVIII вв. М. 1975, с. 182, прим. 9.

18 ЦГАДА, ф. IX, отд. II, кн. 32, лл. 502 - 503, 506.

19 В квадратных скобках указаны приписки на "Росписи", сделанные другой рукою.

стр. 94


"Роспись книгам" находится в "Делах Кабинета Петра I", среди писем Е. Н. Зотова, отправленных им из Парижа и датированных 1717 годом. Адресованы письма кабинет- секретарю А. В. Макарову. Переписка велась в связи с предстоящим приездом Петра I во Францию. "Роспись книгам" составлена до приезда царя и написана рукою Зотова. Французский маршал и вице-адмирал В. -М. герцог д'Этрэ был высокообразованным человеком, членом парижской Академии наук, Французской академии и Академии изящной словесности и надписей. Он знал древние и многие европейские языки, имел прекрасную библиотеку. Находясь в Париже, Петр I часто встречался с ним и посещал его в загородном доме в Неси ле Мулино. "Роспись книгам" свидетельствует, что интерес к русской культуре появился у герцога д'Этрэ еще до его знакомства с царем.

Откуда он мог получить такие точные сведения о русских книгах? И каким путем их список оказался в бумагах Зотова? Последний прибыл во Францию еще в 1715 г., в чине капитан- лейтенанта, с поручением царя собирать сведения о состоянии морского искусства и флота в этой стране20 . Очевидно, в связи с этим поручением состоялось знакомство Зотова с д'Этрэ. В письмах Зотова Макарову неоднократно упоминается имя маршала. Он советует Макарову обращаться непосредственно к д'Этрэ: "Чтоб изволили прямо чрез него делать, а он гораздо владеет гдном Режантом дюком Дорлеаном, не только в морских, но и в протчих делах"21 . О близком знакомстве Зотова с д'Этрэ свидетельствует и запись в "Росписи книгам". В ней Зотов просит Макарова выполнить пожелания маршала о книгах, подчеркивая, что он может быть весьма полезен, так как "ныне все управляет", и сам адмирал Франции во всем с ним соглашается. Можно считать, что "Роспись книгам" составлена по сведениям, полученным маршалом от Зотова.

Два первых и два последних номера "Росписи книгам" - церковные книги. N 3 - Соборное уложение царя Алексея Михайловича 1649 г. N 4 - "Новоуказные статьи", законодательные акты, изменявшие или дополнявшие "Соборное уложение"; издавались с 1649 до 1696 г., то есть до установления единодержавия Петра I. Приписки на "Росписи" делались, когда она уже оказалась в России и по ней подбирали то, что просил д'Этрэ. Очевидно, в то время под рукою не оказалось напечатанных экземпляров "статей". N 5 - "Артикул воинский", собрание военно-уголовных узаконений, издавалось неоднократно. N 6 - по-видимому, рукописные описания путешествий русских людей на Восток, так называемые "Хожения" (XVI-XVII вв.). Печатать их начали только в XIX в. N 7 - должно быть, указы об учреждении Правительствующего сената, о послушании ему, о делах, которыми он должен ведать; изданы в 1711 г. N 8 - Коммерц-коллегия, учреждена в 1718 г. "N" 9 - Указы о содержании в порядке и чистоте Петербурга и других городов; начали издаваться в 1718 г. N 10 - здесь имеются в виду рукописные карты (картины), составлявшиеся геодезистами. Печатных карт еще не было. "N" 11 - этот запрос д'Этрэ представляет особый интерес. О каких "планах архитектуры российской" могла идти речь, будет сказано позже. Что касается Соловецкого монастыря, здесь дело явно не в книгах или рукописях, а в устных сообщениях. Очевидно, д'Этрэ, узнав от Зотова о древнем монастыре в северном крае, захотел получить о нем более подробные сведения. Какой "царь-колокол" имеется здесь в виду? Очевидно, это главный колокол на звоннице Соловецкого монастыря, весом в 995 пудов, отлитый в 1600 г. на деньги, пожалованные Борисом Годуновым. Колокол назывался "Борисович", или "Царебориеович". В стене Соловецкого монастыря, сооруженной в 1582 - 1594 гг. из огромных валунов, выделяется своими размерами (более 5 м) камень над главными, "святыми" воротами монастыря. На нем стоит надвратная церковь. Должно быть, эти сведения оказались первыми сообщениями о монастыре на островах в Белом море, попавшими во Францию. Камень и надвратная церковь сохранились до наших дней и являются достопримечательностью Историко-архитектурного и природного заповедника на Соловецких островах22 . N 12 - здесь, видимо, имелись в виду не печатные книги, а летописи, но какие именно, установить не удалось. N 13 - это "Книга Марсова",


20 Русский биографический словарь. Т. Жабокритский-Зяловский. Пг. 1916, с. 474 - 476.

21 ЦГАДА, ф. IX, отд. II, кн. 32, лл. 488 - 488 об.

22 Богуславский Г. А. Царь-колокол. М. 1958; его же. Острова Соловецкие. Архангельск. 1978.

стр. 95


сборник реляций о победах русских войск в Северной войне; была задумана Петром Т как памятник славы русского оружия. Издана она в Петербурге в 1713 г.23 . Когда "Роспись книгам" была прислана в Россию, по-видимому, не оказалось печатного экземпляра "Книги Марсовой".

К "Росписи книгам" имеется приложение, состоящее из семи номеров. Из них три повторяются: "Библия", "Уложение" и "Служебник". N 3 - "Граматика словенская". Очевидно, это книга "Мелетий Смотрицкий. Грамматика славянская. М. 1648". N 4 - "Лексикон". По-видимому, книга: "Федор Поликарпов. Лексикон триязычный, сиречь речений словенских, еллино-греческих и латинских. М. 1704". N 6 - "Картина империи Российской". Такой карты в 1717 г. еще не существовало. N 7 - "Картина Санкт-Питербурха". Это "Панорама Петербурга", созданная гравером Алексеем Зубовым в 1716 году.

20 августа 1717 г. Петр I, еще находясь за границей, написал письмо д'Этрэ с просьбой ускорить приезд в Россию двух мастеров корабельного и галерного дела, что было обещано ему регентом. Письмо заканчивается так: "По желанию вашему книги как духовные, так и художественные на славенском (русском. - Е. К.) языке отданы в Гаге господину де Шатене для отправления к Вам. В прочтем пребываем Вам склонны. Петр"24 . Выражение "художественные" книги нельзя понимать в современном его значении. В то время "художествами" назывались различные разделы науки. Так, первая русская книга по механике, изданная Г. Г. Скорняковым-Писаревым в Петербурге в 1722 г., имела заглавие "Практика художества статического или механического". Де Шатене, видимо, был одним из многочисленных заграничных агентов Петра 1. Осенью 1720 г. д'Этрэ послали "Морской устав", составленный самим Петром 125 .

Существует двухтомный каталог библиотеки д'Этрэ на многих языках и по многим отраслям науки. Он составлен после его смерти в связи с распродажей библиотеки на аукционе. В т. П названы 22 книги о России на латинском, французском и итальянском языках. Среди них широко известные сочинения С. Герберштейна, А. Поссевина, А. Олеария, Ж. Маржерэ. В конце тома есть раздел, не отраженный в оглавлении: "Каталог книг, извлеченных во время продажи библиотеки... герцога д'Этрэ". Видимо, эти книги решено было не продавать. В этот раздел включены "Книги на русском языке" (список из 33 названий). В том же томе обозначен раздел, также отсутствующий в оглавлении: "Географические карты". В него входят "Планы и виды городов Польши и Московии", всего 79 листов. Возможно, эти планы следует связать с "Планами архитектуры российской", упомянутыми в N 11 "Росписи книгам"26 .

Обратимся к "Книгам на русском языке" каталога библиотеки д'Этрэ. Часть их является переводом на русский язык с французского, латинского, польского и немецкого языков27 . Все заглавия даны на французском языке. Это книги по математике, артиллерии, военному и морскому делу, географии, истории28 . Упомянем здесь заглавие только двух. 1) "Гражданский кодекс, напечатанный по распоряжению царя. Б. м. 1717". Такой кодекс историкам неизвестен. Хотя "Соборное уложение" 1649 г. кое в чем сохраняло силу вплоть до отмены крепостного права, попытки создания нового "Уложения" делались уже в начале XVIII века. Так, в сентябре 1717 г. юстиц-коллегия распорядилась составить "Сводное уложение" на основе новоуказных статей. Написали 10 глав, но дело не было доведено до конца 29 . Возможно, эти главы были напечатаны, но до нас не дошли. 2) "Буйэ. Книга о способах,


23 Быкова Т. А., Гуревич М. М. Описание изданий гражданской печати. 1708 - январь 1725. М. -Л. 1955, с. 515 - 523.

24 Архив Ленинградского отделения Института истории АН СССР (ЛОИИ), ф. 270, N 85, 1717 г., л. 78.

25 Письма Петра Великого. СПб. 1872, с. 115.

26 Catalogue des livres de la bibliotheque de feu... marechal due d'Estrees. T. II. P. 1740, pp. 96 - 98 (2-я пагин.), pp. 43 - 44 (3-я пагин.), p. 29 (4-я пагин.).

27 Быкова Т. А., Гуревич М. М. Ук. соч., с. 119.

28 Библиотека Петра I. Указатель-справочник. Л. 1978, с. 57 - 92; Печатные издания на русском языке, NN 515, 636, 348, 671, 512, 534, 332, 334, 337, 347, 440, 302, 377, 389, 342, 639, '782, 764, 522, 539, 481.

29 Латкин В. Н. Законодательные комиссии в России в XVIII в. Ч. I. СПб. 1887, с. III - IV, 14 - 15, 18 - 20, 34 - 35.

стр. 96


творящих водохождепие рек свободное... Перев. с франц. яз. Борис Волков. М. 1708". Это - пособие по гидротехнике. По новейшим данным, его следует считать первой печатной технической книгой на русском языке30 . Оба списка книг, рукописный и печатный, свидетельствуют о большом интересе французского государственного деятеля к русской книге, летописям и картам.

Весной 1718 г. Арескин в письме д'Озамбрэ обещал выслать ему все русские книги, напечатанные с начала правления Петра I31 . В ноябре 1722 г. отправил письмо в Петербург известный французский ученый, бенедиктинский монах Б. Монфокон. Он сообщал о научных изданиях, подготовленных в Париже: "Христианская Галлия", "История Франции", "История Лангедока", 20-то'мное издание "Историки Франции", латино- французский и другие словари32 .

Весной 1723 г. Биньон сообщил Шумахеру, что Людовик XV хочет приобрести для своей библиотеки как можно больше книг на русском языке. К письму был приложен список этих книг (он не найден). Биньон предложил оплачивать стоимость книг, получаемых из России, или же высылать взамен французские, что, по его мнению, послужит к обоюдной пользе33 . В феврале 1724 г. Блюментрост написал Биньону, что книги для библиотеки короля уже отправлены34 .

Петр I тоже проявлял большой интерес к французской книге. В его библиотеке насчитывалось 812 книг на иностранных языках, из них 184 - на французском, по различным отраслям знаний: астрономии, математике, механике, химии, географии, картографии, военному делу, артиллерии, фортификации, гражданской архитектуре, кораблестроению, судоходству, научным инструментам, геральдике, садоводству и др35 . Итак, обмен книгами между Россией и Францией был оживленным и разносторонним. Обменивались книгами и ученые обеих стран. В 1723 г. врач Людовика XV Гельвеции выслал Блюментросту нужную ему книгу36 .

В 1721 г. началась переписка в связи с находкой в Сибири тибетских рукописей, оказавшихся в центре внимания французских ученых. Эти рукописи находились в покинутом буддийском монастыре в верховьях Иртыша, в нескольких десятках верст от Усть- Каменогорской крепости37 . Его построил в 1654 г. Аблай, хан западных монголов- ойратов38 . Монастырь именовался Аблай-хийд, или Аблай-кит, и стоял он на небольшой реке Аблайкитке, сохранившей название до наших дней. Современник событий, пленный шведский офицер Ф. Страленберг, проживший в Сибири 10 лет, сообщал, что в 1720 г. русский военный отряд, вышедший из Тобольска вверх по Иртышу, нашел в заброшенном храме древние письмена39 . Путем анализа и сопоставления литературных сведений и архивного материала удалось установить, что это мог быть только отряд майора И. М. Лихарева, который по указу Петра I отправился в феврале 1719 г. из Тобольска вверх по Иртышу на поиски золота под г. Яркендом. Вблизи монастыря Аблай- кит Лихарев заложил Усть-Каменогорскую крепость40 .


30 Черняк А. Я. Первая русская печатная техническая книга. - Вопросы истории, 1980, N 1, с. 180 - 184.

31 ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 2, лл. 82 об. -83.

32 Там же, N 7, л. 289.

33 Там же, N 8, лл. 82 - 83.

34 Там же, N2, лл. 184 - 185.

35 Библиотека Петра I. Указатель-справочник, с. 103 - 162.

36 Материалы для истории Академии наук. Т. I. СПб. 1885, с. 12.

37 Геннин В. И. Описание уральских и сибирских заводов. 1735. М. 1937, с. 627; Петра-Симона Палласа путешествие по разным местам Российского государства. Ч. II, кн. 2: 1770. СПб. 1786, с. 258 - 270.

38 Путешествие российского посланника Федора Байкова в Китай. 1654 - 1658. Ч. IV. М. 1788, с. 123; Златкин И. Я. История Джунгарского ханства. М. 1964, с. 210 - 211.

39 Strahlenberg Ph. I. Das Nord- und Ostliche Theil von Europa und Asia Stockholm. 1730, S. 3 (прим.), 312 - 318.

40 Княжецкая Е. А. История одной географической ошибки петровского времени. В кн.: Путешествия и географические открытия в XV - XIX вв. Л. 1965, с. 57 - 67; ее же. Первые русские съемки Западной Сибири. - Изв. ВГО, 1966, т. 98, N 4, с. 333 - 334, 339; ее же. Когда был основан Усть-Каменогорск. - Изв. ВГО, 1069, т. 101, N 1, с. 74 - 76; Библиотека АН СССР. Отдел рукописной и редкой книги. Собрание иностранных рукописей F°, N 266, т. 5, л. 54. "План Аблайкитскнх палат".

стр. 97


После того, как найденные рукописи привезли в Петербург, 15 сентября 1721 г. во Францию было послано сообщение о находке, напечатанное затем во французской газете41 . В России тогда не удалось ни прочитать эти рукописи, ни установить, на каком языке они написаны. Шумахер, будучи в 1722 г. в Лейпциге, встретился с немецким ученым И. Менке и показал ему несколько листов тибетских рукописей. Менке не смог определить их язык, но опубликовал наиболее сохранившийся лист в виде гравюры на меди42 . В июне 1722 г. Шумахер по распоряжению Петра I послал этот лист в парижскую Академию наук, где имелись переводчики с восточных языков. В феврале 1723 г. Биньон сообщил Петру I, что французские переводчики братья Этьен и Мишель Фурмонт встретили большие затруднения, работая над рукописью. Надо было узнать, какими буквами она написана, а уж затем определить язык. Это удалось сделать при помощи латино-тибетского словаря, составленного миссионером французом Фано, долго жившим в Тибете. Язык рукописей был правильно назван тибетским. Перевод же сделать было значительно труднее, так как в словаре не хватало многих слов. Биньон писал, что перевод нельзя считать точным, это скорее приблизительное истолкование смысла43 . Блюментрост в феврале 1724 г. сообщал Биньону о том, что Петр I остался доволен работой переводчиков44 .

Рукописи из Аблай-кита получили широкую известность и в России и в Западной Европе. Много написано об их находке и переводе. Исследователи вполне основательно считают перевод неправильным и утверждают, что он и не мог быть иным, так как переводчики не знали языка, с которого пытались переводить. Тем не менее именно с рукописей в Аблай- ките началось русское тибетоведение. Посылка их образца во Францию и старания ее ученых раскрыть смысл тибетского текста привлекли внимание европейских ориенталистов к изучению Тибета. В начале XVIII в. представления в Европе о нем, его языке и письменности были весьма смутными. Правда, публиковались сообщения путешественников, побывавших в этой стране. Существовали и труды миссионеров-иезуитов, но они не издавались и были недоступны. К тому же ни те, ни другие не давали сведений о тибетской письменности. Поэтому можно утверждать, что образцы тибетских текстов впервые попали в Западную Европу из России, а попытку раскрыть их содержание первыми сделали французские ученые 45 .

С тибетскими рукописями, найденными в Сибири, связаны и некоторые археологические находки. О месте этих находок сообщались прежде неверные сведения. Указывались Самарканд, Астрахань, Семипалатинск. На самом деле они были обнаружены возле того же монастыря Аблай-кит в то время, когда там находился отряд Лихарева. Это подтверждается тремя сообщениями. Страленберг писал, что когда в 1720 г. русский отряд, поднявшись вверх по Иртышу, обнаружил покинутую кумирню, там были найдены не только древние письмена, но и предметы античного искусства в могильных насыпях. Парижская "Gazette" 18 октября 1721 г. по сведениям, поступившим из Петербурга, сообщала, что, кроме библиотеки рукописей, которую царь рассматривает как драгоценный клад, были сделаны и другие открытия. Крестьяне, жившие недалеко от монастыря, принесли в отряд несколько бронзовых статуй, найденных в захоронениях ойратов. Среди тех фигур, которые Петр I поместил в своем кабинете, был римский светильник в виде конной статуи полководца с лавровым венком на голове.

В 1722 г., очевидно, после возвращения из-за границы, Шумахер послал Монфокону рисунки девяти статуй, найденных близ Аблай-кита. В 1724 г. Монфокон опубликовал их в виде гравюр, а также напечатал "Записку" Шумахера, сопровождавшую эти рисунки. Шумахер сообщал, что возле места находки рукописей в могилах и


41 Gazette, 18.X.1721.

42 Acta eruditorum. Lipsiae. 1722, pp. 374 - 376, 414 - 416.

43 Mulleri G. F. De scriptis tanguticis in Sibiria repertis. Commentarii Academiae Scientiarum Petropolitanae. T. X, 1738. Petropoli. 1747, pp 425 - 426.

44 ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 2, лл. 184 - 185.

45 Abel-Remusat I. Recherches sur les langues tartares. T. I. P. 1820, pp. 228- 230, 330 - 336, 359; Востриков А. С. Ф. Ольденбург и изучение Тибета. - Записки Института востоковедения АН СССР, 1955, т. IV; Воробьева-Десятовская М., Савицкий Л. Тибетоведение. В кн.: Азиатский музей - Ленинградское отделение Института востоковедения АН СССР. М. 1972.

стр. 98


пещерах обнаружены различные предметы. Одни имеют культовое значение, другие представляют собой украшения, орудия труда или оружие: топоры, ножи, вазы, урны, погребальные лампады, серьги, кольца, пряжки, фигуры людей и животных из бронзы, золота и серебра. Шумахер подробно описал 9 фигур, изображенных на рисунках. К этому описанию Монфокон сделал некоторые добавления от себя. Дать правильное истолкование археологических находок по опубликованным рисункам и описаниям - дело специалистов- археологов. Удалось определить только 3 из 9 опубликованных находок. Одна из фигур указана в литературе как позднеантичная: конная статуя, имевшая назначение светильника. Ее следует датировать IV-V вв. н. э. Первые две фигуры, опубликованные Монфоконом, он считал изображениями индийских богинь. Теперь установлено, что богини на рисунках не индийского, а тибетского происхождения. В Тибете с VII в. исповедовался буддизм (точнее, ламаизм - тибето-монгольская форма буддизма). Фигуры изображают самую популярную в ламаизме богиню "Зеленую Тару" - спасительницу46 . Появление изображения богини из ламаистского пантеона в захоронениях монголов-ойратов можно объяснить тем, что эти захоронения находились вблизи монастыря. Много сложнее проследить путь статуи позднеантичного происхождения к монгольской могиле. Для нас важно отметить неизменное пристальное внимание французских ученых к новостям русской науки.

Оживленными были сношения ученых России и Франции в области ботаники. В октябре 1721 г. из Парижа Блюментросту была послана "Записка" в двух частях, написанная по поручению Биньона французским ученым-ботаником А. Данти д'Инаром. В первой части указывалось, как составлять каталог растений, делать их зарисовки, и выражалась просьба посылать вторые экземпляры работ в Париж, в Академию наук, т. е. осуществлять научный обмен. Вторая часть являлась инструкцией по созданию гербария растений, произраставших на суше, водорослей и семян. В то время русским ученым еще не были известны научные правила составления гербариев. Этот документ стал ответным вкладом Франции в научный обмен. В 1724 г. в Россию приезжал французский ботаник П. Дешизо. Вернувшись во Францию, он издал книгу. Первая ее часть - "Естественная история растений России", вторая-"Проект сада лекарственных растений в Петербурге". Хотя Аптекарский сад был открыт в столице еще в 1714 г., проект Дешизо, составленный на опыте парижского сада, мог представить интерес для русских ботаников. Предполагалось расположить растения по системе, построить бассейн для водорослей и оранжерею, иметь запас бумаги для сушки растений, приобрести книги для их научного определения. Проект соответствовал уровню ботанических знаний того времени, но осуществлен не был. В марте 1723 г. в Париж был послан перечень собранных ботаником И. Х. Буксбаумом растений из окрестностей Петербурга. Названия некоторых из них не были до тех пор известны. Этот список впервые был опубликован в книге Дешизо вместе с другим, перечислявшим редкие растения из царских оранжерей47 .

Находясь в Париже, Петр I проявлял большой интерес к коллекциям научных приборов и инструментов. Особенно часто он посещал кабинет д'Озамбрэ, где было много предметов, изготовленных на токарном станке. Вернувшись в Россию, царь послал ему в знак уважения токарный станок работы А. К. Нартова и свои токарные работы. Станок хранится во Французском национальном хранилище искусств и ремесел и считается выдающейся конструкцией начала XVIII в.48 . В 1718 г. Нартов был послан в Париж для усовершенствования в механике и математике и изготовления то-


46 Strahlenberg Ph. I. Op. cit., S. 3, прим. 312 - 318; Gazette, 18.X.1721; Montfaucon B. Supplement du livre de l'Antiquite expliquee. T. V. P. 1724, pp. 152- 154, pi. 69 - 73; Неверов О. Я. Памятники античного искусства в России петровского времени. В кн.: Культура и искусство петровского времени. Л. 1977, с. 41, 52; Grunwedel A. Mythologie des Buddismus in Tibet und der Mongolei. Leiozig. 1900, S. 142- 144. Abb. N 116.

47 Княжецкая Е. А. У истоков русской ботаники. - Ботанический журнал, 1972, т. 57, N 1; ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 8, лл. 46 - 47.

48 Луазо Ж. Токарный станок А. К. Нартова во Французском национальном хранилище искусств и ремесел. - Вопросы истории естествознания и техники, 1957, вып. 3.

стр. 99


карных станков. Его работы получили высокую оценку Биньона49 . В ноябре 1718 г. д'Озамбрэ в письме Арескину просил дать подробное описание кабинетов Петра, "которые сейчас устраиваются" (имелась в виду организация кунсткамеры), чтобы он (д'Озамбрэ) мог выбрать среди своих экспонатов предметы, достойные этого собрания50 . Сохранились счета французских мастеров, у которых покупались физические и оптические инструменты. Их приобретение способствовало развитию точных наук в России51 .

В июне 1717 г. Петр I, будучи в Париже, дал указание Сенату направить находившегося на русской службе немецкого ученого Г. Шобера на поиски целебных минеральных источников. В апреле следующего года Арескин, сообщая д'Озамбрэ, что для исследования природы в Астрахань послан доктор Шобер, приложил копию письма последнего о ходе работ и обещал сообщать о них в дальнейшем. Шобер на левом берегу Терека обнаружил горячие минеральные ключи, в другой части Северного Кавказа - нефтяные источники, вблизи Самары - залежи серы. Осуществив подробное описание исследованных областей - их климата, почв, растительности, животного мира, он сделал этнографические описания, а также составил геолого-географическую карту нефтяных месторожений России52 .

В 1721 г., находясь в Париже, Шумахер узнал, что известный физик и натуралист Р. А. Реомюр открыл новый способ превращать железо в сталь и отжигать чугун. Как только работа была напечатана, Реомюр по просьбе Шумахера послал ее Петру I. Заинтересованный открытием, царь приказал перевести статью на русский язык. Возникли опасения, что перевод не удастся сделать вполне точным. Поэтому в 1725 г. к Реомюру обратились с просьбой принять во Франции ученика для ознакомления с новым процессом. В ответном письме ученый благодарил за высокую оценку его работы и обещал содействовать русскому ученику. Когда Реомюр писал это письмо, Петра I уже не было в живых53 .

В литературе, касающейся пребывания Петра I в Париже и его интереса к научным учреждениям Франции и работам ее ученых, нет сведений об установившихся в дальнейшем длительных и регулярных научных сношениях между двумя странами. Поэтому конкретные данные о деловой сущности и содержании этих сношений в ту пору представляют несомненный интерес. Ни с одной европейской страной у России не было тогда столь широких научных связей, как с Францией, причем обмен знаниями осуществлялся на равных условиях, а интерес к этим связям был взаимным.


49 Маиков Л. Рассказы Нартова о Петре Великом. СПб. 1891, с. 61 - 62.

50 ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 6, лл. 20 - 22.

51 Kniajetskaia E. A., Chenakal V. L. Pierre le Grand et les fabricants francais d'instruments scientifiques. - Revue d'histoire des sciences, Vendome, 1975, t. 28/3, pp. 250 - 258.

52 Архив ЛОИИ, ф. 270, N 84, 1717 г., л. 542; ЛО ААН СССР, ф. 1, оп. 3, N 2, лл. 82 об. -83; Соколова П. В. Экспедиция Готлоба Шобера на Северный Кавказ и ее место в организации работ по исследованию производительных сил в России в 1-й четверти XVIII в. В кн.: Материалы годичной конференции Ленинградского отделения Советского национального объединения историков естествознания и техники. Л. 1968, с. 29 - 30.

53 Зубов В. Неопубликованное письмо Реомюра. - Труды Института истории естествознания и техники АН СССР, 1957, т. 9.

Опубликовано 18 февраля 2018 года




Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

Прямая трансляция:

Сегодня в тренде top-100


О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама