Рейтинг
Каталог
Порталус
база публикаций

ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ есть новые публикации за сегодня \\ 22.11.18


Школа вчера и сегодня (с точки зрения социологии)

Дата публикации: 03 октября 2007
Автор: Д.Л.Константиновский, Ф.А.Хохлушкина
Публикатор: Максим Андреевич Полянский
Рубрика: ПЕДАГОГИКА ШКОЛЬНАЯ
Источник: (c) http://portalus.ru
Номер публикации: №1191426109 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Д.Л.Константиновский, Ф.А.Хохлушкина, (c)

найти другие работы автора

Внимание российской общественности сегодня по целому ряду причин обращено к школе. От того, что происходит в ее стенах, в значительной степени зависит будущее страны. Привлекательность учебных заведений для молодежи, ее устремления в сфере образования, доступность получения знаний во многом определяют зав-трашний уровень образования населения, численность и качество квалифицированных работников, весомость потенциала ученых и специалистов для наукоемких отраслей. А от этого во многом зависит, какое место займет Россия в быстроменяющемся мире.

Все эти проблемы непосредственно за-трагивают вопросы демократии, равенства возможностей, социальной мобильности, неразрывно связанные с институтом образования в силу выполняемых им функций. Ведь речь идет о шансах получения знаний, профессий, квалификации для выходцев из разных социальных групп. Эти вопросы особенно остры в условиях переходного периода, в обстановке нестабильности: усилившаяся дифференциация не может не проявляться в образовательной сфере, а плюрализация в данной области также имеет социальный характер.

В статье рассматриваются материалы государственной статистики и социологических обследований, позволяющие, на наш взгляд, помочь пониманию нынешней ситуации в сфере образования в указанных выше аспектах.

От массовизации - к росту отсева. Массовизация школы, предпринятая в 60 - 70-е гг. под лозунгом всеобщего среднего образования, дала приток подростков в старшие классы. Если в начале 60-х гг. выпускниками дневной средней школы ежегодно становились в среднем менее 30% тех, кто оканчивал неполную среднюю школу, то 20 лет спустя - практически вдвое больше.

В последнее десятилетие наблюдаются обратные тенденции: во всех классах школы увеличился отсев учащихся. Он был относительно мал и стабилен в начале 80-х гг.; его интенсификация началась в 1986 - 1987 гг., когда стали ощутимы первые признаки экономических и социальных перемен в стране, и достигла максимума в начале 90-х. В последние годы отсев уменьшился, но и теперь он в несколько раз превышает уровень 80-х гг. (см. рис. 1).

Такая динамика отсева по классам не могла не сказаться на итоговой статистике нашей школы. Это видно на рис. 2, демонстрирующем, какая часть поступивших в I класс достигает рубежей выпуска из основной и полной школы. В последние годы доля окончивших полную школу сравнялась с численными значениями 80-х гг. и даже чуть превзошла их; а вот

стр. 32


--------------------------------------------------------------------------------




Рис. 1. Отсев учащихся (разница в численности учащихся на начало учебного года в %). Примечание. Двойная нумерация классов связана с 10-летним и 11-летним обучением. Источник: первичные данные Госкомстата России.



Рис. 2. Доля учащихся, окончивших основную и полную школу (в % к поступившим в I класс). Источник: первичные данные Госкомстата России.



Рис. 3. Когорта в системе образования. Школа с 1984/85 по 1993/94 учебный год. Численность учащихся на начало учебного года и выпускников (в %). Россия, городские и сельские поселения. Источник: первичные данные Госкомстата России.

доля оканчивающих основную школу так и не восстановила прежней величины.

Статистические материалы дают возможность проанализировать продвижение учащихся от класса к классу. Проследим путь в дневной общеобразовательной школе той возрастной группы (когорты), часть которой стала выпускниками XI класса в 1994 г. Рис. 3 показывает динамику численности этих учащихся по классам.

Для России в целом наблюдается постепенное небольшое изменение численности учащихся со II по VI класс включительно; затем в VII, VIII и IX классах (соответственно в 1989/90, 1990/91 и 1991/92 учебных годах) каждый следующий учебный год начинало ощутимо меньшее количество юношей и девушек, чем предыдущий. Из тех, кто пришел учиться в I класс, закончили основную школу 85,5% и приступили к занятиям в старших классах средней (полной) школы 45,6%; затем еще немалая доля подростков покинула школу, и получил аттестаты зрелости, пройдя все школьные ступени, 41% этой когорты. (Увеличение численности учащихся в отдельных классах по сравнению с предыдущими обусловлено притоком мигрантов и второгодников. VI класс в статистике отсутствует, так как в связи с переходом от 10-летнего к 11-летнему обучению из V класса учащиеся переводились в VII.) Приводимые данные также свидетельствуют о существовании различий в шансах городской и сельской молодежи на получение основного образования (горожане чаще оканчивали основную школу, чем сельские подростки; показатели, соответственно, 87,4 и 80,8%), но вероятность получения среднего (полного) образования в городских и сельских поселениях была практически одинакова: 40,7 и 41,9%.

Можно заключить, что в когорте была такая часть молодежи, которая уходила из дневной школы, не получив основного образования, эта часть на селе была больше, чем в городских поселениях; была в когорте и такая часть, которая твердо намеревалась получить более высокий уровень образования и добивалась своего, продолжая учебу в старших классах средней школы; и эта доля была одинакова и в городских, и в сельских школах. (При интерпретации этих фактов

стр. 33


--------------------------------------------------------------------------------

надо принимать во внимание, что в приводимых данных в городские поселения входят все города и поселки, от крупных до мелких, а в численность учащихся включаются подростки из всех социальных групп.)

Обращает на себя внимание значительный отсев в сельских школах России на первых ступенях школьного обучения (рис. 4). Увеличение численности учащихся городских школ в середине 80-х гг. обусловлено притоком мигрантов в Российскую Федерацию.

Сравним данные по когорте окончивших среднюю (полную) школу в 1994 г. с данными для получивших аттестаты зрелости в 1983 г. (табл. 1). Мы сопоставляем, насколько они были охвачены общим образованием (т.е. получили его от общества, освоили эти потенциальные возможности) в те годы, когда это произошло бы для них своевременно и в той форме (дневная школа), в какой обычно предполагается в сегодняшнем мире.

Несомненно, что когорта середины 90-х гг. была в свое время, а вероятно, и впоследствии охвачена общим образованием в существенно меньшей степени, чем молодежь начала 80-х гг. Даже неполное среднее образование, называемое теперь основным, в середине 90-х гг. получила



Рис. 4. Когорта в системе образования. Школа с 1984/85 по 1993/94 учебный год. Изменение численности учащихся по классам (количество выбывших в течение учебного года в % к числу учащихся на начало учебного года). Россия, городские и сельские поселения.

Источник: первичные данные Госкомстата России.

определенно меньшая часть, нежели в начале 80-х. Печальный итог этого - 2 млн. детей и подростков, которые сегодня не работают и не учатся [1].

Мы наблюдаем здесь одну из разновидностей неравенства: люди не выбирают эпоху, в которую рождаются. Одни когорты входят в жизнь, когда их ждут места в учебных заведениях и на предприятиях, государство в них заинтересовано и имеет возможность окружить их необходимой заботой; другие застают времена, когда вакансии ограничены, ресурсы скудны, ценности поколеблены, а перспективы проблематичны.

Динамика дифференциации. Изучение динамики социальных процессов в сфере образования позволяет утверждать, что в пору массовизации в старшие классы школ пришли подростки из групп, занимавших отнюдь не верхние этажи в социальной иерархии, из семей, где родители не имели высшего образования. Основным ресурсом пополнения выпуска средних школ были дети таких родителей, как служащие со средним специальным и общим образованием, рабочие малых городов и поселков. Аналогичным образом и современный отсев не может не носить социального характера. В оттоке молодежи из школы одни группы представлены маленькими ручейками, другие - целыми реками.

Приведем данные массовых обследований в Новосибирской области - развитом промышленном и сельскохозяйственном регионе, центр которого - одно из крупнейших урбанистических образований

Таблица 1

Численность учащихся на начало учебного года и выпускников школ (в %)

Когорты (годы обучения в средней школе)


Поступили в I класс
Выпуск из неполной средней школы
Поступили в старшие классы средней школы
Выпуск из средней школы

1973/74 - 1982/83 учебные годы
100,0
102,9
59,7
57,2

1984/85 - 1 993/94 учебные годы
100.0
85,5
45,6
41,0


Источник: первичные данные Госкомстата России.

стр. 34


--------------------------------------------------------------------------------


в России. Эти обследования, начатые в 60-х гг., проводятся на протяжении 30-летнего периода и дают возможность изучать как статические "срезы" социального поведения молодежи в сфере образования в определенные периоды, в кон-кретных экономических, политических, социальных, демографических условиях, так и динамику процессов, зависимость их от изменения ведущих факторов, определяющих эти условия. Поскольку обследования были начаты ранее проявившихся в по-следние годы разносторонних трансформаций в жизни страны и продолжены до настоящего времени, то создается возможность увидеть эффекты их воздействий: воссоздать предшествовавшие фазы того положения, что установилось сегодня, и проследить, как соотносятся изменения интересующих нас параметров с глобальными переменами в российской действительности.

Выходцы из семей советской элиты традиционно получали образование и специальности, наиболее эффективные с точки зрения жизненного успеха (понимаемого как официальное признание в ходе официальной карьеры). Близость к власти, привилегированное положение в обществе, культурный капитал, финансовые преимущества, декларированные и неявные льготы - целый ряд факторов, по-разному "работая" и на другие социальные группы, находившиеся на относительно высоких этажах социальной иерархии, создавали условия для репродукции более или менее высокого статуса родителей и для восходящей социальной мобильности.

Результаты последних обследований показывают, что новые условия интенсифицировали социальную дифференциацию молодежи. Это проявляется весьма ярко, в частности, в сфере образования. Вольно или невольно, тем или иным образом, молодежь оказывается вовлеченной в процессы социального отбора, эффекты которого проявляются в ее случае более явственно и жестко. Начинается он с возраста, которому соответствуют детские сады, и получает развитие в подростковом, когда ребенком призвана заниматься школа.

Главные особенности ситуации на этом этапе отбора видны по составу выпускников дневных средних школ - той части молодежи, которая смогла достичь решающего рубежа в российской образовательной системе и тем самым открыла для себя доступ к достижению статусов, требующих высокого уровня образования.

Состав выпускников школ анализировался по агрегированным группам, где социальный статус определялся положением родителей выпускников по отношению к власти и собственности, характеру труда родителей и уровню их образования. Рассматривались: дети руководителей высокого, среднего и низкого рангов - региональных, партийных, производственных и др.; дети специалистов - лиц высококвалифицированного умственного труда, имеющих высшее образование, не занимающих руководящие должности; дети служащих - работников преимущественно умственного труда, не выполняющих управленческих функций, имеющих среднее образование, общее или специальное; дети рабочих и крестьян - лиц преимущественно физического труда, не требующего высокого уровня образования и не связанного с управлением. Отнесение школьника к той или иной группе означает, что оба или по крайней мере один из родителей обладают указанными признаками. При этом определяющим принималось социальное положение того из родителей, чей социальный статус выше (например, для семьи, где отец - преподаватель вуза, а мать - лаборант со средним специальным образованием, информация о ребенке кодировалась как о выходце из семьи специалистов). Понятны ограничения, связанные с таким подходом; вместе с тем он позволяет провести необходимый анализ. Такой вид группировки имеет традицию как в российском обществе, так и в российской социологии.

Дети руководителей в Новосибирской области начала 60-х гг. составляли менее 1/10 всех выпускников дневных средних школ области (рис. 5). Дети специали- стов - около 1/4. В сумме - примерно треть выпуска из школ. При этом дети рабочих и крестьян составляли более 1/3 школьного выпуска; дети служащих - немногим менее 1/4.

В начале 80-х гг. социальный состав выпускников средних школ стал несколько иным. Дело в том, что производились

стр. 35


--------------------------------------------------------------------------------

целенаправленные акции по социальному управлению - принимались меры к тому, чтобы среднее образование сделать всеобщим. Рис. 6 демонстрирует относительные изменения состава выпускников школ. (Относительные изменения вычислялись следующим образом: разность между значениями показателей для последнего и для первого годов периода относилась к значению показателя для первого года периода (в %).) Доля детей руководителей уменьшилась вдвое. В большей степени представлены выходцы из семей служащих (этот показатель увеличился на треть): ясно, из каких слоев черпалось пополнение при массовизации образования.

Очень значительные изменения и по количественным показателям, и по социальному содержанию произошли за по-следние годы. В 1994 г. группа детей руководителей превысила 1/4 всего числа выпускников средних школ области (рис. 5). Относительное увеличение доли детей руководителей составило 600% (рис. 6). Она выросла в 7 раз по сравнению с началом 80-х гг., в 3,5 раза - относительно начала 60-х. Дети руководителей потеснили детей из других групп, при этом доля детей рабочих и крестьян уменьшилась в 2,5 раза.

Чтобы проверить этот результат, из материалов обследований были сформированы разные выборки. На первой ступени основной выборки производилось районирование центра региона и области, затем эксперты отбирали "типичные" для каждого района школы, и в них проводилось сплошное обследование учащихся выпускных классов. Выборки динамического ряда строились таким образом, чтобы различные группы молодежи - выпускники



Рис. 5. Динамика социального состава выпускников школ. Новосибирская область.



Рис. 6. Относительные изменения численности групп выпускников школ (%). Новосибирская область.

стр. 36


--------------------------------------------------------------------------------


школ областного центра, средних городов области, малых городов и рабочих поселков, сельской местности - были представлены пропорционально их доле в суммарном выпуске из школ области в определенном году. Банк данных по каждому году обследования содержит информацию не менее чем об 1 тыс. респондентов. При проверке, о которой идет речь, формировались дополнительные выборки с неодинаковым составом школ, в том числе с различной представленностью "сильных" школ и "слабых". Этот условный признак определялся по тому, какая доля выпускников данной школы в год ее окончания поступила в вуз. Величины показателей состава школьного выпуска при расчетах по ним оказались практически одинаковыми. Была сделана также проверка на материалах локальных обследований, проведенных в одних и тех же школах. Это стало возможным благодаря тому, что банк данных исследовательского проекта содержит материалы как по школам, где обследование проводилось однократно (в каком-либо одном году), так и по школам, где такое обследование предпринято повторно в разные годы. Расчеты по отдельным школам (принимающим детей определенного микрорайона), где обследование производилось в разные годы, выявили тот же эффект, что и выборки, притом он наблюдался в населенных пунктах с различной степенью урбанизации.

Необходимо было проанализировать и следующее предположение: может быть, такой скачок произошел только из-за изменений в социальной структуре общества? Исследование этой гипотезы несколькими путями не подтвердило ее. Вот результаты одной из таких проверок - данные об уровне образования родителей, квалифицированных в 1994 г. как руководители: 76% родителей из этой группы, не будь они руководителями, вошли бы при кодировке в группу специалистов, но не рабочих, и еще не менее 8% - в группу служащих. Предположение, что 3/4 нынешних руководителей ранее были дипломированными специалистами, трудившимися на рабочих местах, не представляется конструктивным.

Лишь треть родителей в данной группе оказалась руководителями, связанными с негосударственным сектором, и крупными собственниками (5% - крупные собственники и руководители, 27% - руководители среднего и низшего уровня); а более 2/3 возглавляли предприятия и их подразделения, относившиеся в 1994 г. к государственному сектору. Из тех, кто работал в период обследования в негосударственном секторе, многие руководили акционированными или приватизированными предприятиями, а это обычно те, кто и раньше был директором. Таким образом, родители-руководители - это в основном представители прежнего руководящего звена. Увеличение данной группы за счет вчерашних специалистов, служащих, рабочих, ставших предпринимателями или ведущими сотрудниками (а также, по-видимому, за счет новых кадров управленче-ского аппарата) произошло, однако не это явилось решающим.

Отчасти выявленные перемены отражают подвижки в социальной структуре общества, но в значительной степени, как свидетельствует анализ, они связаны с углублением социальной дифференциации в образовательной сфере.

Определенную возможность сравнить состав учащихся со структурой населения дают материалы переписей, представляющие уровень образования населения. Для такого анализа были использованы данные переписей 1979 и 1989 гг. и микропереписи 1994 г. Результаты проведенных расчетов свидетельствуют, что материалы переписей подтверждают вывод о росте социальной дифференциации в сфере общего образования.

В последние годы сложилась новая ситуация в школьном образовании. Она об-основана законодательно и отражена в общественном мнении. В отличие от 80-х гг. государство не настаивает на всеобщем среднем образовании. Меры, принятые, чтобы школы допускали к учебе в старших классах всех желающих, стали реальными лишь в результате воздействия общественности. В официальных документах укоренились термины: основная школа; основное общее образование [2].

Кардинальное перераспределение шансов на получение детьми полного общего среднего образования произошло в основном между рабочими и крестьянами, с одной стороны, и руководителями, с другой, в пользу последних. Дети рабочих и крестьян стали отсеиваться из школы на предыдущих ступенях обучения в значительно большей мере, чем прежде. А суммарная доля детей руководителей и специалистов в выпуске из средней школы возросла до 50%. Группа, прежде самая многочисленная, оказалась в меньшинстве, а самая малочисленная в прошлом получила более четверти объема выпуска.

Произошло ли это только в Сибири? В табл. 2 приведены данные обследований по трем городам - Москве, Новосибир-ску и Краснодару. Соотношение численностей детей руководителей и специалистов и детей служащих и рабочих, конечно, неодинаково. Это связано с региональными особенностями, кроме того, на результатах расчетов сказалась специфика реализации исследования в каждом из регионов (например, то, что для Москвы зафиксирована относительно небольшая величина показателя, может быть связано с особенностями выборки, поскольку при обследовании в выборку намеренно были включены только обычные школы и не были охвачены так называемые спецшколы и т.п.). Однако несомненно, что и в Мо-скве, и в крупнейшем центре на востоке страны, и в краевом центре на юге в выпуске из средних (полных) школ наблюдается преобладание детей из социальных групп, занимающих более высокое положение в социальной иерархии.

Таблица 2

Соотношение между группами выпускников школ, 1994 г.

Численность детей руководителей и специалистов к численности детей служащих и рабочих (%)

Москва 135,7

Новосибирск 177,7

Краснодар 199,6

стр. 37


--------------------------------------------------------------------------------


Наблюдение в динамике показывает не просто некоторые изменения социального состава. Перемены кардинальны, они могут быть квалифицированы как смена социальной поляризации молодежи, получающей аттестат зрелости в качестве мандата на дальнейшее продвижение и готовящейся занять ведущие позиции в завтрашнем обществе.

Обычный вопрос: кто виноват и что делать? Бульшая часть населения поставлена в такие обстоятельства, когда утрачен прежний стандарт жизни, ушла в прошлое стабильность, заработная плата недостаточна и выдается от случая к случаю; зачастую потеряна работа, а с ней - и тот доход, что давал, пусть минимальные, средства, позволяющие сводить концы с концами. Ясно, что в такой ситуации учиться, а тем более в старших классах и дальше - непозволительная роскошь. Нужно помогать родителям, объединять усилия всей семьи для выживания.

По данным Госкомстата России, в 1992 г. треть населения страны имела доходы ниже прожиточного минимума. Впоследствии относительная численность этой категории колебалась: 31,5% - в 1993 г., 22,4% - в 1994 г., когда проводилось наше обследование выпускников, 24,7% - в 1995 г., 20,8% - в 1997 г. [3, c. 61]. В числе бедного населения, по результатам выборочного обследования Госкомстата РФ, основная масса детей школьного возраста - от 7 до 15 лет - составляла в 1994 г. более 20%. Дифференциация населения по доходам достигла в 1994 г. максимального уровня за по-следние годы (15,1 раза), в 1997 г. она составляла 13,2 раза [3, c. 60].

В связи с переменами в обществе следует оценивать и социальный аспект плюрализации в системе образования. Становление различных видов школ, гимназий, лицеев, колледжей и т.д., появление разнообразных программ - ответ на общественные потребности, следствие стремления системы образования уйти от прежнего единообразия, стандартизации, регламентирования учебной и воспитательной работы, наконец, проявление долго сдерживаемой инициативы преподавателей. Если в 1994/95 учебном году в Россий-ской Федерации было 822 гимназии, в которых занимались 659 тыс. детей, 505 лицеев (345 тыс. учащихся), 447 негосударственных школ (39,5 тыс. учащихся), то на начало 1997/98 учебного года открылось уже 1034 гимназии (835,9 тыс. учащихся), 657 лицеев (446 тыс. учащихся) и 570 негосударственных школ (50,5 тыс. учащихся) [3, c. 89 - 90].

Нет сомнений, плюрализация необходима для нормального, естественного развития системы образования. Однако она означает дифференциацию образовательных учреждений, которая не может не приобре-сти социального характера.

Явственно сказывается одно из следствий дифференциации - дальнейшее выделение слоя привилегированных учебных заведений. При этом выходцы из низов проигрывают. Те, кому не нашлось места на вершине, располагаются по низлежащим этажам иерархии учебных заведений, которая легко отслеживается и хорошо известна в каждом населенном пункте, каждом регионе и в целом по России.

Необходимо учитывать также, что усиливается тенденция к введению платного образования, доступного далеко не всем. Это интенсифицирует воздействие снижения уровня жизни на состав (прежде всего, социальный) выпускников средних школ. По "западным" меркам, плата за обучение в России обычно весьма невелика. Однако если учесть, каковы доходы большинства россиян, становится понят- но - и такие суммы, как правило, непосильны для семейного бюджета. Очевидно, что получить качественное образование имеет значительно больше шансов тот, чьи родители могут заплатить за учебу в нерядовой школе, за услуги репетиторов и т.п. Другими словами, тот, кто может одолеть отбор не только (а порой и не столько) по способностям, упорству, нацеленности на высокий уровень знаний и определенные специальности квалифицированного труда, но - во многих случа- ях - по материальному положению родителей.

Введение платы наблюдается и в обычных государственных школах, где она формально не предусмотрена. Школы прибегают к этому, чтобы сохранить преподавательский состав, содержать в

стр. 38


--------------------------------------------------------------------------------

относительном порядке здание, не дать снизиться уровню учебного заведения в целом. Недостаток государственного финансирования восполняется за счет средств родителей. Дети - выходцы из низов вытесняются в "дешевые" школы, и происходит ухудшение уровня образования таких подростков.

Как это ни печально, приходится констатировать: за годы, на которые возлагались большие надежды как на период демократизации общества, в сфере образования ярко проявился обратный эффект - социальное неравенство не только сохранилось, но и возросло. Если к анализу ситуации в обществе в целом прибавить данные по среднему общему образованию, неизбежен вывод: социальная дифференциация усилилась и помолодела.

Эмпирическому исследованию свойственны ограничения, которые не позволяют утверждать, что точно такие же, как в обследованных регионах, изменения произошли в каждом населенном пункте, каждой школе. Однако с уверенностью можно сказать, что явления, обнаруженные на большом статистическом материале, вполне достоверно отражают существующее положение.

Перемены в шансах на получение общего среднего (полного) образования обнаруживают болевую точку. Неравенство зримо проявляет себя в средней школе. Так формируется то, что находит продолжение в дальнейших жизненных путях поколения и выражается в воспроизводстве и углублении социальной дифференциации.

Однако, на наш взгляд, неправомерно и бессмысленно адресовать эти упреки школе, системе образования, делать их за все ответственными. Мы видим здесь лишь отражение того, что происходит в обществе в целом. Государство декларирует, что остается приверженцем защиты прав всех слоев, равенства возможностей, просвещения населения и других ценностей цивилизованного общества. В его ру- ках - такие орудия, как законодательство, финансовые рычаги, средства исполнительной власти. Но приоритетными, судя по реальности, рассматриваемые проблемы не считаются. Тоталитарный режим, заигрывающий с народом, непременно занял бы популистскую позицию и в этом плане; но, как показывает опыт, привилегии высшего слоя в образовании остались бы, только в более завуалированной форме [4, c. 102 - 141].

Спрашивать, неизбежны ли издержки развития, подобные тем, что мы фиксируем, не вполне корректно. Ориентируясь на либеральные модели, наше общество неизбежно сталкивается с их как позитивными, так и негативными последствиями. Приходится как бы заново, на собственном материале, изучать и оценивать складывающиеся социальные механизмы, возникающие конфликты, пути их разрешения. Принципиально важно, что общество не должно увеличивать возможности одних групп за счет ограничения шансов других, его обязанность - способствовать выравниванию возможностей молодых людей из всех слоев общества.

Вопрос в том, как это сделать в нашей школе. Другими словами, речь идет о технологии выравнивания шансов, связанных со сферой общего среднего (полного) образования. Думается, обсуждение столь важной и, несомненно, очень сложной проблемы требует участия многих специалистов - как исследователей, связанных со сферой образования, так и практиков. Откладывать это в дальний ящик нельзя. Ведь значимость этих проблем выходит далеко за рамки собственно образования и затрагивает существенные аспекты развития нашего общества.

Литература

1. Сергеев Н. В Госдуме обнаружен "секретный" доклад // Независимая газета. 1997. 4 нояб.

2. Федеральный закон "О внесении дополнений и изменений в Закон РФ "Об образовании"" // Собрание законодательства Р.Ф. N 3. С. 150. М., 1996.

3. Россия в цифрах: Краткий статистиче-ский сборник. М., 1998.

4. Чередниченко Г.А. Механизм социокультурного воспроизводства на примере средних школ с изучением иностранного языка // Образование в социокультурном воспроизводстве: механизмы и конфликты. М., 1994.

5. Российский статистический ежегодник. М., 1995.

стр. 39

Опубликовано 03 октября 2007 года




Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

Прямая трансляция:

Сегодня в тренде top-100


О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама