Рейтинг
Каталог
Порталус
база публикаций

ТУРИЗМ И ПУТЕШЕСТВИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 18.10.18


ЭКСПЕДИЦИИ АДМИРАЛА ЭКСМАУТА (1816 г.)

Дата публикации: 21 июля 2018
Автор: М. С. Стецкевич (Ленинград)
Публикатор: Александр Павлович Шиманский
Рубрика: ТУРИЗМ И ПУТЕШЕСТВИЯ
Номер публикации: №1532187277 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


М. С. Стецкевич (Ленинград), (c)

найти другие работы автора

Начало XIX века. Город Алжир... Вот уже несколько дней, как порт закрыт, а на улицах, рынках и площадях - оживленнее обычного. Собираются выйти в очередной рейс каперы. Кто бы ни стал на сей раз их добычей, захваченный корабль приведут в порт, а экипаж продадут в рабство. Легкие и быстроходные суда уже экипированы и стоят в гавани. Давно набрана и команда: каждый мавр или кулугли (потомок турка и местной женщины), знакомый с морским делом, обязан явиться по приказу раисов (капитанов). Напрасны попытки некоторых уклониться, ссылаясь на большую семью, возраст либо необходимость заниматься другими делами; раисы непреклонны. Того, кто попытается удрать, почти наверняка ждет смерть. В походе примут участие и янычары: ведь несколько судов принадлежит самому алжирскому дею (правителю, избиравшемуся на совете янычарских офицеров с 1671 г. до 1830 г.), другие составляют собственность государства и купцов...

Раздались пушечные выстрелы - сигнал к отбытию. Флотилия отплывает. Корабли имеют большой размах рей и широкие паруса, обеспечивающие быстроходность и маневренность, чтобы умело подойти к неприятельскому судну и взять его на абордаж. К стрельбе из пушек каперы прибегают лишь в случае крайней необходимости: можно потопить желанный приз. Вновь звучат выстрелы - эскадра проходит мимо дворца дея. Собравшаяся на молу толпа провожает корсаров приветственными кликами...

Сходную картину в течение ряда столетий можно было наблюдать в портах и Алжира, и Туниса, и Триполи. Об отваге корсаров слагались легенды. Стремительные суда "варварийцев", как европейцы называли тогда жителей Северной Африки, бороздили просторы Средиземного моря и выходили в Атлантический океан, добирались иногда до Англии, Ирландии и даже Исландии. В эпоху т. н. первоначального накопления пиратство широко использовалось многими державами. Англия, Франция и Нидерланды силами флибустьеров грабили испанские владения в Америке. Позднее получил практику узаконенный морской разбой - каперство. Не стояли от него в стороне и три североафриканских регентства турецкого султана - Алжир, Тунис и Триполи во главе с их беями (в Алжире - деями). В начале XIX в. корсарство утратило прежнее значение для Туниса, но еще было важным для Алжира. Тунис в экономическом отношении опережал соседей, и торговля получила там преобладание над корсарством. В Алжире экономический и социальный прогресс сильнее тормозился хищническим характером чуждой арабо-берберскому населению политики верхушки янычарского корпуса, жившей тогда в первую очередь за счет доходов от пиратства. Османские регентства вели длительные морские войны с европейскими государствами, хотя постепенно уступали им.

Политика же европейских держав по отношению к "варварийцам" определялась отнюдь не "взрывами негодования" против пиратов, как пишет буржуазная историография, а сугубо коммерческими интересами или взаимным соперничеством1 . Ведь европейские корсары, в свою очередь, пользовались прямым покровительством коронованных особ, начиная с Елизаветы I Английской. Правительствам Англии и Франции казалось теперь выгоднее подписание с османскими регентствами двусторонних соглашений, обеспечивавших их судам отно-


1 См. подробнее: Жюльен Ш. А. История Северной Африки. Тунис, Алжир, Марокко. Т. 2. М. 1961, с. 121.

стр. 184


сительно безопасное плавание по Средиземному морю, в то время как корабли торговых соперников продолжали бы подвергаться нападениям. С 1805 по 1815 г. янычарскими пиратами было захвачено 88 торговых кораблей 2 . По окончании наполеоновских войн, когда пиратство на Средиземном море оживилось, проблема "варварийцев" приобрела общеевропейское значение. Тогда международные отношения развивались в первую очередь в рамках контактов Англии, Австрии, России и Пруссии. Одним из вопросов, чаще решавшихся ранее державами в одиночку, а теперь - в системах союзов, стало североафриканское пиратство.

Первоначально Англия особого интереса к борьбе с ним не проявляла. Адмирал У. С. Смит, предложивший в 1814 г. создать для борьбы с "варварнйцами" международный флот, действовал якобы по собственной инициативе, так что официально британское правительство за его спиной не стояло. В 1816 г., однако, оно снарядило две военно-морские экспедиции под командованием адмирала лорда Эксмаута, нацеленные на ликвидацию средиземноморского пиратства. Британская буржуазная историография не смогла (или не пожелала) четко объяснить причины, побудившие тогда Англию переменить курс по отношению к Алжирскому регентству. Ведь ее позиции в Средиземноморье были достаточно прочными: в отличие от Дании, Швеции, ряда других государств Англия не платила регентствам дани и ограничивалась денежными подарками при каждой смене своего консула при дее 3 . Отношения с Алжиром регулировались серией договоров о мире и торговле, а английские консулы пользовались значительным влиянием на правителей Алжира и Триполи. С. Уолпол и Э. Ослер утверждали, что в основе действий лондонского правительства лежали альтруистические побуждения и что Эксмаут защищал "интересы цивилизованного мира" 4 . Не останавливаясь подробнее на фальшивости данного тезиса в принципе, упомянем лишь, что этим авторам даже с сугубо фактологической точки зрения не хватает комплексного подхода к проблеме: походы Эксмаута рассматриваются ими только как факт английской морской истории или как факт истории Северной Африки. Немногие (А. Дебидур, Х. Шенк, Ж.-А. Пиренн) пытались взглянуть на действия Эксмаута сквозь призму тогдашних международных отношений 5 . Дебидур резонно полагал, что Англия стремилась взять в собственные руки борьбу с "варварийцами", чтобы усилить свои позиции на Средиземном море; частную роль сыграло ухудшение отношений с Триполи в 1815 г., когда несколько английских судов были ограблены местными корсарами. Только что закончилась англо-американская война 1812- 1814 гг., и Лондон с тревогой взирал на активные действия американцев: эскадра США под командованием коммодора С. Декатура в июне 1815 г. нанесла сильный удар по алжирскому флоту. "Парламент Его Величества" был озабочен тем, чтобы показать, что в Средиземноморье "решает дело" именно Великобритания.

Адмирал Эксмаут, успевший послужить в Новом Свете, Индии и Европе, а с 1811 г. командовавший эскадрой на Средиземном море, в начале 1816 г. получил приказ посетить столицы регентств, потребовать признания британского протектората над Ионическими островами, которые отошли к Англии по итогам Венского конгресса, и склонить североафриканских правителей к отмене рабства для христианских пленников. Ему предписывалось также, исходя из обстановки, предложить свои услуги посредника любому государству, которое пожелало бы заключить мир с "варварийцами" 6 . Часть программы Эксмауту удалось выполнить, ибо королевства Неаполь и Сардиния охотно откликнулись на последнее предложение, все три регентства подписали мир с этими государствами и признали британский протекторат над Ионическими о-вами. Затем Эксмауту удалось добиться согласия беев Туниса и Триполи на отмену рабства для христиан. Сложнее обстояло дело с Алжиром.


2 Darey J. France et Angleterre. Cent annees de rivalite coloniale d'Afrique. P. 1904, p. 44.

3 Подарок обычно составлял 600 ф. ст. (Qalibert M. L. Histoire d'Alger ancien et modern. P. 1843, p. 240)

4 Walpole S. History of England from the Conclusion of Great War in 1815. Vol. 1. Lnd. 1879, p. 229; Osier E. The Life of Admiral Viscount Exmouth. Lnd. 1835, pp. 306 - 339.

5 Дебидур А. Дипломатическая история Европы. Т. 1. M. 1947; Schenk H. G. The Aftermath of the Napoleonic Wars. Lnd. 1947; Pirenne J. -H. La Sainte Alliance. T. II. P. 1949.

6 Osler E. Op. cit., p. 293.

стр. 185


Место дея с 1815 г. занимал бывший янычарский ага (генерал) Омар, способный администратор и дальновидный политик. В отличие от предыдущих деев он старался улучшить отношения с Портой и обещал султану Махмуду II прекратить нападения на русские, венецианские и австрийские суда. Однако совсем отказываться от корсарства и от обращения в рабство христиан Омар не собирался и потому старался заинтересовать в этом и султана: "Все, что принадлежит слуге, принадлежит и его господину" 7 . Когда 15 мая 1816 г. эскадра Эксмаута бросила якорь у алжирских берегов, вышеупомянутые требования адмирала были отвергнуты диваном (государственным советом при правительстве). Эксмаут дал два часа на размышление и пригрозил в случае отказа бомбардировкой города, сам же в сопровождении консула Макдонелла отправился из дворца дея в порт, но в пути был задержан янычарами. Эксмаута они освободили, а консула оставили заложником. Адмирал, едва ступив на палубу корабля, отдал приказ готовиться к атаке. Ветер, дувший с берега, помешал кораблям занять выгодную позицию, что оттянуло стычку. Затем стороны решили передать вопрос на рассмотрение султана. Посланник дея должен был посетить Константинополь, а затем отвезти в Лондон ответ Махмуда II.

Пока военное давление Англии на "варварийцев" было умеренным, Эксмаут, едва не решившийся на бомбардировку Алжира, превысил полномочия. В письме к домашним он просил их хранить молчание по поводу событий в ходе экспедиции. Адмирал честно рассказал им, что его активные действия не соответствовали бы торговым интересам Англии 8 . Действительно, тогда в Лондоне преобладало мнение о выгоде корсарства "варварийцев", причинявших ущерб торговле стран-конкурентов. Однако после возвращения Эксмаута в Лондон пришло известие о том, что 23 мая 1816 г. итальянские рыбаки и ловцы кораллов, жившие неподалеку от североафриканского г. Бон (ныне Аннаба), подверглись нападению янычар и были почти все перебиты, причем янычары вываляли в пыли и разорвали британский флаг, под защитой которого находился итальянский поселок, - разграбили дом вице-консула и арестовали его. Неизвестно, действовал ли бонский бей, зависимость которого от алжирского дея была призрачной, самостоятельно или же по приказу Омара. Но это событие явилось поводам для сведения счетов Англии с Алжиром и для демонстрации того, что именно Лондон - хозяин Средиземноморья.

Нельзя упускать из виду и англо-русское торговое и политическое соперничество. После 1815 г. спрос на сельскохозяйственное сырье России в Европе резко возрос. В 1811 - 1815 гг. она экспортировала 9,069 млн. пуд. зерна, а в 1816 - 1820 гг. - 29,655 млн. пуд., главным образом через порты Черного моря 9 . Черноморский флот России был невелик, торговля велась в основном с помощью греческих судов под русским флагом. Т. к. зерно было важной статьей экспорта и для регентств, пираты не упускали случая ограбить корабли конкурента. Лондон разрешал иногда русским кораблям плыть под английским конвоем, но не брал на себя защиту отставших, а иногда вообще отказывал в просьбе о конвое 10 . В Петербурге понимали, что рассчитывать на карательные экспедиции против пиратов без участия английского флота трудно. Александр I в письме английскому министру иностранных дел лорду Каслри предложил создать союз государств для защиты судоходства от пиратов 11 . Однако перспектива появления русского флота на Средиземном море, хотя бы и в составе международной эскадры, встревожила Лондон, и там отвергли предложение царя, высказавшись в том смысле, что будет целесообразнее, если каждое государство само обеспечит охрану своих судов. Одновременно английское правительство пошло на отвлекающий маневр. В мае 1816 г. в беседе с русским послом в Лондоне Х. А. Ливеном Каслри, оговорив "особые отношения" его страны с регентствами, предложил включить вопрос о санкциях против корсаров в повестку дня созываемой в Лондоне конференции об отмене работорговли: если конференция предложит Англии роль по-


7 Temimi A. Documents turcs inedits sur Ie bombardement d'Alger en 1816. -Revue de I'Occident Musulman et de la Me- diterrarmee, Aix-en-Provence, 1968. N 5, p. 119.

8 Osler E. Op. cit., p. 303.

9 Покровский С. А. Внешняя торговля и внешняя торговая политика России. М. 1947, с. 246.

10 Внешняя политика России XIX и начала XX века. Документы Российского министерства иностранных дел (далее - ВПР). Серия первая. Т. VIII. М. 1972, с. 134.

11 Там же. Серия вторая. Т. I (IX). М. 1974, с. 113.

стр. 186


средника, а "варварийцы" посредничество отвергнут, тогда первая могла бы "оказаться перед необходимостью объединить свои силы с силами других держав для враждебных действий против пиратов" 12 . Пока муссировалась эта идея, Лондон постарался успеть решить дело иначе, поставив другие страны перед свершившимся фактом. Была снаряжена новая экспедиция под командованием Эксмаута. 28 июля 1816 г. адмирал поднял свой флаг на 100-пушечном корабле "Королева Шарлотта" и вышел из Плимута во главе 19 судов, в том числе пяти линейных кораблей. Эксмаут хотел атаковать с моря г. Алжир именно линейными кораблями, обеспечивая операцию с тыла прочими судами. Адмиралтейство удивилось, поскольку даже Г. Нельсон считал необходимым использовать для осадной бомбардировки этого города не менее 25 линейных кораблей 13 . Но Эксмаут основывался на данных разведки: еще в начале 1816 г. по его приказу капитан Уорд тайно осмотрел мол, маяк и составил план береговых укреплений города, что позволило теперь адмиралу точно определить место расположения своих кораблей.

Сохранились воспоминания о втором походе Эксмаута, написанные его переводчиком, ливанцем-христианином А. Саламе. Из них видно, что в течеяие всего похода постоянно велись учебные стрельбы, и уже после прохода через Гибралтарский пролив Эксмаут приказал очистить палубы от посторонних предметов и расчехлить орудия 14 . Тем временем английское правительство стремилось придать экспедиции характер "коллективного мероприятия", для чего в Гибралтаре присоединило к ней, по заранее достигнутой договоренности, несколько судов голландского адмирала Я. Ван Капеллена, награвленных еще в начале 1816 г. для охраны торговых судов Нидерландов 15 . 27 августа флот подошел к Алжиру - красивому, застроенному белокаменными зданиями и хорошо защищенному: на его молу и в фортах насчитывалось до 1 тыс. орудий. Правда, многие из них были еще времен знаменитого корсара XVI в. Хайреддина Барбароссы. Эксмаут отправил шлюпку с офицерами и переводчиком в город, приказав парламентерам на берег не сходить, а передать ультиматум на алжирскую шлюпку с помощью длинного шеста. Ыа ответ давалось не более трех часов. Дею были предъявлены следующие требования: отмена рабства христиан; освобождение без выкупа всех невольников-европейцев; возвращение сумм, уплаченных Неаполем и Сардинией за их подданных, уже выкупленных из рабства; заключение Алжиром мира с Нидерландами на тех же условиях, что и с Англией; освобождение консула Макдонелла 16 .

Пока велись переговоры, английский флот приблизился к береговым укреплениям менее чем на милю. Как только по истечении срока на, шлюпке с парламентерами подняли сигнал "Нет ответа", корабли предприняли боевые перемещения. "Королева Шарлотта", пройдя мимо алжирских батарей, стала у входа в порт таким образом, чтобы простреливать мол по всей его длине. Алжирцы не только не сделали по английскому флагману ни одного выстрела, но их пушки вообще не были заряжены. Между тем флот из 40 алжирских судов тоже начал строиться в боевой порядок. За их передвижениями наблюдала группа горожан, собравшихся на молу. Любопытные ожидали, что и на этот раз, как это случилось в мае, все ограничится военной демонстрацией, однако стали первыми жертвами военных действий. От залпов английских кораблей многие горожане погибли 17 . Янычары отчаянно сопротивлялись, убитых канониров заменяли новые. Особенно жарко было у батареи маяка, где дей Омар поднял свой красно-бело-желтый флаг. Он приказал также отрубить голову министру флота, обвинив его в плохом командовании.

Когда через полчаса батареи мола замолчали, главный удар англичан и голландцев был перенесен на алжирские корабли. Один из них, загоревшись, сорвался с якоря и едва не поджег "Королеву Шарлотту". После сосредоточения огня на группе турецких фрегатов они тоже запылали. К вечеру были подавлены последние батареи, и лишь несколько фортов в центре города еще продолжали ответный огонь. Около полуночи


12 Там же, с. 168.

13 Walpole S. Op. cit., p. 232.

14 Salame A. The Narrative of Expedition to Algiers in the Yeart 1816. Lnd. 1819, pp. 5, 8 - 9.

15 В литературе иногда ошибочно именуют голландскую эскадру датской (Прошин Н. И. История Ливии в новое время. М. 1981, с. 133).

16 Salame A. Op. cit., p. 21.

17 Annual Register, or a View of History... for the Year 1816. Lnd. 1817, p. 101.

стр. 187


Эксмаут отошел от берега. Едва его флот стал на якорь, как разразилась страшная буря с ливнем. Но и потоки воды не потушили пламя на алжирских кораблях. Англичане и голландцы потеряли около 900 человек убитыми и ранеными, несколько их кораблей были повреждены. Потери алжирцев, включая и мирное население, составили от четырех до восьми тыс. человек 18 . На следующий день дей принял, ультиматум Эксмаута и даже вынужден был публично извиниться перед Макдонеллом, освободил более 1500 рабов- христиан (а всего за оба похода Эксмаута было освобождено 3 тыс. рабов), возвратил 357 тыс. долл. Неаполитанскому королевству и 25,5 тыс. - Сардинскому. Показательно, что вопроса о прекращении пиратства Эксмаут не поднимал и положительно ответил на просьбу Омара гарантировать невмешательство Англии в военные конфликты Алжира с другими государствами 19 .

В Лондоне результаты экспедиции встретили с удовлетворением. Адмиралу пожаловали титул виконта, и лорд-мэр столицы вручил ему меч, инкрустированный бриллиантами. Каслри в палате общин говорил о "блестящих итогах" похода 20. Иной позиции придерживался Петербург. Российский статс-секретарь по иностранным делам И. Каподистрия подчеркнул, что Англия отошла от обещанного ею коллективного решения вопроса 21 . Безрезультатной в этом смысле оказалась и Лондонская конференция 1816 г., на которой Каслри вновь "задвинул" вопрос о прекращении пиратства 22 . Таким образом, Англия "наказала" дея за непослушание и укрепила свои политические позиции в Средиземноморье, сохранив прежнее отношение к проблеме торговли и пиратства. Не случайно Ф. Энгельс оценивал действия Эксмаута именно как меру наказания алжирцев 23 . Действительно, в разгроме регентств Лондон не был заинтересован, в чем Каслри откровенно признался прусскому дипломату Х. Бернсторфу 24 .

Русской дипломатии удалось затем настоять на обсуждении вопроса о пиратстве на Аахенском конгрессе держав осенью 1818 года. Державы условились там, что Франция и Англия "серьезно предупредят" регентства о недопустимости корсарства 25 . Однако, несмотря на соответствующие заверения регентств, их пиратские корабли по-прежнему выходили в море. До 1827 г. ими было захвачено еще 26 судов 26 . И только Наваринская битва 1827 г., в которой соединенный флот Порты и регентств был разгромлен русско- англо-французской эскадрой, нанесла серьезный удар действиям корсаров на Средиземном море.


18 По алжирским источникам (Temimi A. Op. cit., p. 129), англичане и голландцы потеряли до трех тыс., алжирцы - до 300 человек.

19 Salame A. Op. cit., p. 151.

20 Parliamentary Debates, ist ser" vol. XXXV, Lnd., 1817, p, 177).

21 ВПР, т. I. (IX) с. 240 - 241.

22 Там же, с. 297.

23 См.; Маркс К. и Энгельс Ф. Соч. Т. 14, с. 103.

24 Woolf L. Empire and Commerce in Africa. A Study in Economic Imperialism. Lnd. 1919, p. 73.

25 ВПР. Т. II (X). M. 1976, с. 581.

26 Darcy J. Ор. cit., р. 43.

Опубликовано 21 июля 2018 года




Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

Прямая трансляция:

Сегодня в тренде top-100


О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама