Рейтинг
Каталог
Порталус
база публикаций

БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ есть новые публикации за сегодня \\ 16.02.19


ЕВГРАФ ГРУЗИНОВ

Дата публикации: 16 января 2019
Автор: В. И. ЛЕСИН, Н. С. КОРШИКОВ
Публикатор: Шамолдин Алексей Аркадьевич
Рубрика: БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ
Номер публикации: №1547592389 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


В. И. ЛЕСИН, Н. С. КОРШИКОВ, (c)

найти другие работы автора

В истории русской общественно-политической мысли конца XVIII в. есть несколько страниц, связанных с именем Евграфа Осиповича Грузинова. Пройдя путь от рядового казака до гвардейского полковника, получив во владение тысячу душ; крепостных и без малого 10 тыс. дес. земли, став командором Мальтийского ордена и кавалером ряда русских орденов, он погиб под кнутом палача, когда ему едва минуло 30 лет. В чем же причины столь быстрого возвышения, а затем стремительного падения этого человека? На этот вопрос пытались ответить еще в прошлом веке. Утверждалось, что Грузинов сделал блестящую карьеру благодаря близости к Павлу, сначала как наследнику, а затем императору, что высшие сановники, вступившие в заговор с целью свержения Павла I, просто клеветали на Грузинова, видя в нем одно из препятствий осуществлению их намерений1 .

Последующие авторы повторяли эту версию, обходя вопрос, почему же заговорщики ограничились накануне переворота 1801 г. лишь изоляцией таких влиятельных и преданных Павлу I лиц, как А. А. Аракчеев, П. Х. Обольянинов, Г. Г. Кушелев, П. Ф. Малютин и А. С. Кологривов, но с поразительной настойчивостью стремились извести Грузинова? Другие историки, поставив перед собой задачу снять с памяти "доблестного мужа бесчестье государственного преступления", напротив, сочиняли легенды о "верном государевом слуге" либо потчевали; читателя обрывками из его следственного дела, якобы случайно найденного на улице после опустошительного пожара в Новочеркасске2 .

Новая вспышка внимания к личности Грузинова, уже после 1917 г., была связана с публикациями лиц из лагеря белой эмиграции, которые не пытались убедить читателя в том, что Грузинов пал "жертвою интриг", а доказывали, что он погиб за идею "донской независимости", которая в конце XVIII в. "продолжала существовать в среде казачества". Основанием для такого утверждения послужили "автономистские речи" Грузинова3 , например, такое его заявление: "Казаки от всемонаршего престола не зависят... и к тому вечною присягою не обязаны.., а потому и не подданные"4 . Взятые в отрыве от всего комплекса документов, характеризующих политические взгляды Грузинова, эти слова толковались так, будто он "тяготился властью, которую проявляла метрополия по отношению к вольной колонии"5 .

Конечно, принадлежность к казачеству влияла на характер взглядов Грузинова. Это влияние проявилось и в его показаниях в Комиссии военного суда. Однако в записке, отобранной у него в день ареста, нет даже намека на стремление к восстановлению былых прав Войска Донского. С ее листов перед нами предстает иной человек, свободный от сословной ограниченности и мечтавший о свободе не


1 Карасев А. А. Казнь братьев Грузиновых. - Русская старина, 1873, N 4,." с. 573 - 575. Свою концепцию А. А. Карасев развил также в повести "Полковник Грузинов" (Русское обозрение, 1896, N 10 - 12).

2 Карасев А. А. Евграф и Петр Осиповичи Грузиновы. - Русская старина,, 1878, N 10; Попов И. Казнь братьев Грузиновых. - Донская речь, 1895, N 13; Шаховской М. В. Телохранитель императора Павла. - Исторический вестник,. 1901, N 4; Хрещатицкий Б. Р. История лейб-гвардии казачьего полка. СПб. 1913, с. 165.

3 Сватиков С. Г. Россия и Дон. Белград. 1924, с. 251.

4 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 58.

5 Сватиков С. Г. Ук. соч., с. 251.

стр. 88


только Дона, но двух империй сразу - Российской и Османской. Именно эту записку обошел вниманием Сватиков, как и другие буржуазные исследователи. Аналогичную позицию отстаивал журнал, издававшийся белоэмигрантами в буржуазной Чехословакии. По его мнению, Грузинов отдал жизнь "за сепаратное начало, за сепаратный дух"6 .

Советская историография по данной теме исчерпывается лишь статьей7 и брошюрой8 . К сожалению, их авторы использовали ограниченный круг источников и слишком доверчиво отнеслись к сочинениям предшественников, в силу чего образ Грузинова приобрел у них как бы собирательный характер, впитав в себя факты жизни чуть ли не всех его братьев. Нельзя также признать удачным анализ ими основного источника, позволяющего судить о политических представлениях Грузинова. Однако с их предположением, что нужно отнести его к представителям передовой мысли радищевского типа, можно согласиться, хотя есть и другая точка зрения9 . Ниже пойдет речь о тех эпизодах жизни Грузинова, которые не нашли отражения в имеющихся работах о нем или получили в них неточное истолкование, а также о некоторых важных пунктах его политической программы.

29 сентября 1773 г. состоялось бракосочетание цесаревича Павла Петровича с принцессой Вильгельминой Дармштадтской. Сын Екатерины II созрел уже не только для семейной жизни: написав "Рассуждение о государстве", он обнаружил готовность поменять титул "высочество" на более ему желанный "величество". Однако царица-мать отнюдь не собиралась уступать сыну бразды правления, и ему пришлось ожидать престола еще почти четверть века. Получив в детстве звание генерал-адмирала и более 2 тыс. солдат под свое командование, возмужавший великий князь все еще продолжал пугать окрестных крестьян пальбой из пушек, а также постепенно создавал в Гатчине собственную модель полицейеко-бюрократического абсолютизма. Однажды он "обнаружил", что ему катастрофически не хватает казачьих войск. Императрица позволила сыну восполнить этот недостаток. В мае 1793 г. донские казаки во главе с премьер- майором П. И. Иловайским прибыли в Гатчину. Вместе с ними пришли братья Евграф и Роман Грузиновы (или, как писали: тогда, определяя старшинство, Грузинов 1-й и Грузинов 3-й), к которым присоединились позднее Петр и Афанасий (Грузинов 2-й и Грузинов 4-й).

Именно Евграфу и Петру суждено было сначала сделать завидную карьеру, а затем поразить современников трагедией последнего дня их жизни. Не вполне обычная фамилия этих казаков - свидетельство их былого происхождения. По семейному преданию, родоначальником семьи Грузиновых на Дону был кн. Роман Намчевадзе, который "пользовался особенною милостью у одного из грузинских или абхазских владетелей". Будучи противником восточной ориентации своего покровителя, он задумал передать свою многострадальную родину под покровительство "Российской империи, тогда возвеличенной Петром". Но заговор его провалился, и князь "спас голову от плахи побегом в вольные станицы донских казаков"10 . Там он женился на казачке и имел от нее сыновей Осипа, Михаила и Илью. Отголосок этого предания звучит в стихах поэта середины прошлого века И. Р. Грузинова (соученика М. Ю. Лермонтова по Благородному пансиону): "Мой дед пришел из-за Кавказа, он полюбил широкий Дон. В былые дни там без заказа селился люд со всех сторон"11 .

Осип Намчевадзе "отличался умом, хитростью и образованием,.. знал языки русский, грузинский, армянский и их грамоты"12 , служил в войсковом управлении,


6 Ленивов А. Полковник Евграф Грузинов. - Вольное казачество, Прага, 1933, N 137, с. 20 - 22.

7 Джинчарадзе В. З. Военно-судное дело гвардии полковника Е. О. Грузинова (1800 г.). - Ученые записки Новгородского пединститута, 1956, т. I, Историко-филологический факультет, вып. 1.

8 Гвинчидзе О. Ш. Братья Грузиновы. Тбилиси. 1963.

9 Эйдельман Н. Я. Грань веков. М. 1982, с. 123 - 126.

10 За возможность ознакомиться с историей трех поколений рода Намчевадзе авторы выражают искреннюю признательность З. Г. Грузиновой, вдове П. Е. Грузинова, внука А. О. Грузинова.

11 Грузинов И. Р. Отблески поэзии. М. 1849, с. 54.

12 Из семейных воспоминаний Грузиновых (рукопись).

стр. 89


бывал в заграничных походах, а по делам войска - в Москве и Петербурге, состоял начальником по сыску беглых крестьян, производил следствие и суд над участниками народных волнений и, пользуясь "репутацией человека солидного и добросовестного", ушел в отставку в чине войскового старшины13 . Он-то и был отцом братьев Грузиновых, которых судьба забросила в Гатчину.

Сопоставление послужных списков сыновей и отца дает основания для заключения, что Осип возлагал надежды на старшего сына. Отправляясь в 1779 г. в Польшу, в корпус генерал-поручика П. С. Потемкина, он зачислил 9-летнего Евграфа в полк походного атамана Е. Д. Кутейникова, получив таким образом возможность лично заниматься его воспитанием и обучением. В течение семи лет отец и сын служили рядом. В 1782 г. О. Р. Грузинов был назначен на должность дьяка Войскового гражданского правительства. У "исправления письменных дел" при нем в течение четырех лет находились Евграф и Петр. Затем братья выступили в поход за Кубань: первый - с полком премьер майора И. А. Янова, второй - подполковника Д. Е. Грекова. В предгорьях Кавказа Евграф "во всех бывших тогда с неприятелем сражениях обращался и поступал так, как должно - с неустрашимою храбростью". В 18 лет он стал есаулом. Перед отъездом в Гатчину "при войске употребляем был в разные должности", но, вопреки проникшему в литературу мнению, воевал не со шведами, а руководил командой казаков, чинивших расправу над восставшими слободами в верховьях Дона14 .

Еще благосклоннее фортуна была к Петру. Начавшаяся в 1787 г. война России с Турцией кинула его под Очаков. Там при "нападении неприятеля на передовую стражу" русских у Березанского острова он "прогнал оного с немалым уроном". Затем последовали сражения при Ларге, Салче и Бендерах. Во время штурма Измаила Петр первым "влез на батарею, где получил контузию в груди". После падения крепости Г. А. Потемкин произвел 19-летнего Петра из есаулов в старшины. Потом "за Дунаем, на Мачине, в генеральной баталии он также поступал храбро, подавая пример подчиненным". За это он получил знак отличия Военного ордена15 .

В марте 1794 г. началось национально-освободительное восстание в Польше,, возглавляемое Т. Костюшко. Екатерина II направила в район военных действий крупные военные силы, включая казачьи полки. Одним из них командовал полковник А. К. Денисов. В его бесхитростных записках есть два сюжета, посвященных "храброму майору Грузинову", который предстает перед читателем как воин, впитавший лучшие черты офицера суворовской школы: смекалку, инициативу в отвагу16 . Денисов благодарит Грузинова за свое спасение от плена, если не от смерти. Все биографы Грузиновых считали, что речь идет здесь о Евграфе. Но то был Петр, произведенный в майоры 1 января 1794 года. Его послужной список, обнаруженный нами в ЦГВИА СССР, подтверждает мнение мемуариста: после капитуляции Варшавы Петр был награжден самим А. В. Суворовым Георгиевским? крестом IV степени и вторым знаком отличия Военного ордена17 .

Евграф ходил тогда еще в есаулах. Когда началась война с Польшей, он при добром распоряжении командовал с особливым своим усердием и расторопностью" остававшимися в Гатчине казаками. "Ревность его в службе и добропорядочное поведение" побудили кн. П. П. Долгорукова обратиться 12 января 1795 г. в Военную коллегию с ходатайством о награждении Е. О. Грузинова "в воздаяние его служения и в поощрение другим... войсковым старшиною". Некоторые историки писали, что он не только "исполнял секретные поручения" цесаревича, но даже "спал в его кабинете"18 . Ссылались при этом на записки Павла от 23 и 30 января 1796 г., опубликованные А. А. Аракчеевым, которому они были адресованы. Вот


13 Государственный архив Ростовской области (ГАРО), ф. 344, оп. 2, д. 182, л. 1; д. 31, л. 43 об.

14 ЦГВИА СССР, ф. 13, оп. 2/110, д. 138, лл. 3, 5 об.

15 Там же, ф. 801, оп. 62/3, д. 770, лл. 94 - 96.

16 Денисов А. К. Записки донского атамана, - Русская старина, 1874Г N 4, с. 389.

17 ЦГВИА СССР, ф. 801, оп. 62/3, д. 770, лл. 94 - 96; Хрещатицкий Б. Р. Ук. соч., с. 163.

18 Карасев А. А. Казнь братьев Грузиновых, с. 573.

стр. 90


их содержание. Первая: "Возвращаю вам Грузинова рапорт. Прошу узнать, что слышно о сих движениях войск, даже что и врут, а при том, где и как долго стоять будут"19 . Вторая: "Здесь приобщаю обратно письмо Грузинова. Я весьма доволен точностью и расторопностью его и его донесениями. Пошлите сию записку к нему в оригинале, чтобы он ее прочел и видел мое удовольствие"20 . Свидетельствует ли это о "близости" Е. О. Грузинова к Павлу? Нет. Цесаревич явно соблюдает дистанцию, обращаясь к Евграфу через гатчинского губернатора, и не благодарит его, а лишь поощряет.

И вообще был ли названный в записках Павла Грузинов тем самым Евграфом Осиповичем, который интересует нас? В день ареста у Е. О. Грузинова были отобраны разные бумаги, в том числе высочайшие рескрипты, указы, грамоты, письма высокопоставленных особ, книги21 . Они хранились в его походном сундучке. Среди них нет лишь записок великого князя от 23 и 30 января 1796 года. Трудно представить себе, что услужливый и педантичный Аракчеев не выполнил распоряжения своего повелителя и не отправил их по назначению. Отправил, конечно, но только не Евграфу, а его брату Афанасию, "командированному волонтером в Персию". Начальствовавший там русскими войсками В. А. Зубов произвел сотника 4 января 1796 г. "за усердие к службе в есаулы"22 . Именно он информировал наследника престола "о сих движениях войск" во главе с братом последнего фаворита Екатерины II. Ведь Павел I не терпел любимцев матери.

6 ноября 1796 г. Екатерина II скончалась. На следующий день последовали первые распоряжения нового императора, в том числе те, которые положили основание лейб-гвардии гусарско-казачьему полку. В состав его вошли и два эскадрона под командованием подполковника Е. О. Грузинова, только что произведенного в этот чин. Начало нового года Евграф провел со своими эскадронами на берегах Ладоги, куда был отправлен для усмирения бунтующих крестьян, после чего вернулся в столицу помещиком Московской и Тамбовской губерний, собственником тысячи душ крепостных, пожалованных ему 15 января 1797 г. в вечное и потомственное владение. А в дни коронационных торжеств ему было присвоено звание полковника и дан орден Анны II степени23 .

Роман Грузинов, пришедший казаком в резиденцию наследника вместе со старшим братом, в то время был ротмистром. Ему досталась деревенька Лесной Тамбов с ее ревизскими душами. Петру Грузинову крепостных не дали, ибо он не служил в Гатчине. Но и его не обошли, сделав подполковником. Афанасий Грузинов находился в Кавказской армии Зубова. Он прибыл в Петербург "по требованию господина генерал-майора, барона Аракчеева" в октябре 1797 г. и был произведен "его императорским величеством в корнеты с определением в лейб-казачий эскадрон"24 .

Итак, Евграфу 26 лет; он красив (по мнению современников, "писаный"); знатен ("полковник и кавалер"); богат (владелец двух волостей). Но был ли он отмечен особым расположением Павла I? Отнюдь. Просто после смерти Екатерины II наступил "звездный час" для гатчинцев. Чины и награды посыпались на них, как из рога изобилия. Конечно, казачий офицер, недавно ходивший в старшинах, за полгода высоко поднялся по ступеням служебной лестницы. Но что значит его продвижение по сравнению, допустим, с карьерой А. С. Кологривова, который за полтора месяца шагнул из подполковников в генерал-майоры и получил в командование лейб-гвардии гусарско-казачий полк. А стремительный взлет "гатчинского капрала" А. А. Аракчеева и царского брадобрея И. П. Кутайсова! Что касается пожалования Евграфу крестьян, то он получил их в строгом соответствии с той нормой, какую определил император для всех подполковников своей "команды", - 1 тыс. душ, не больше и не меньше.

А как сам Евграф воспринял царские пожалования? "Высокомонаршие благо-


19 Рескрипты и записки государя императора Павла I к графу Аракчееву. СПб. 1824, с, 18.

20 Там же, с. 19.

21 ГАРО, ф. 55, оп. 1, Д. 1378, лл. 42 - 44.

22 ЦГВИА СССР, ф. 13, оп. 2/110, д. 196, лл. 3 - 4.

23 История л. - г. казачьего Е. В. полка. СПб. 1876, с. 26 - 27; ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 101, л. 81; ЦГИА СССР, ф. 1346, оп. 43, д. 264, лл. 3 - 4.

24 ЦГВМА СССР, ф. 13, оп. 2/110, д. 184, л. 4; д. 196, л. 3 об.

стр. 91


деяния принадлежат мне по заслугам", - заявил он четыре года спустя протоиерею П. Волошеневскому, упрекнувшему его в "нечувствительности и неблагодарности" к царю25 . Но какой была реакция полковника на "высочайшие щедроты" в момент их излияния? Выяснив это, можно приблизиться к ответу на вопрос, было ли его падение случайным. Московская казенная палата получила указ о пожаловании Е. О. Грузинову крестьян 26 января 1797 г., Тамбовская - на 10 дней позже. В июне из названных губерний поступили сообщения в сенат, что новый помещик для вступления во владение крепостными "как сам не явился, так и поверенного не прислал". Через полмесяца ему послали напоминание, но и оно не возымело" действия. По распоряжению петербургского военного губернатора должностным лицам было вменено в обязанность объявить Е. О. Грузинову под расписку о необходимости принять в управление свои имения. И это не помогло. Наконец, он был предупрежден, что из-за него "остается без выполнения именное высочайшее повеление"26 . Одного этого обвинения было тогда достаточно, чтобы угодить в крепость.

Павел I, видимо, не знал о поведении Евграфа и 7 августа 1797 г. произвел бывшего гатчинца в командоры Мальтийского ордена, выделив также под его начало несколько "состоящих в Петербургской губернии селений"27 . 24 января. 1798 г. царь подписал указ о создании из подчиненных Е, О. Грузинову эскадронов самостоятельного лейб-гвардии казачьего полка и о назначении его командиром генерала Ф. П. Денисова. В марте Е. О. Грузинов был отправлен в Шлиссельбургский уезд "для поимки разного звания беглых". Получив 6 тыс. руб. для закупки фуража и продовольствия "по таким ценам, по каким отыскать можно", он отказался заниматься материальным обеспечением своего эскадрона, вследствие чего "лошади десять суток овса не получали и от того пришли в изнурение". Попытка командира полка воздействовать на своего офицера вызвала бурную его реакцию: полковник передал через курьера, "что ежели бы он получил еще пять указов от провиантской комиссии и столько же повелений генерала Денисова", то и тогда не стал бы это делать.

Шлиссельбургский исправник С. Федоров вместо того, чтобы "чинить пособие" эскадронному начальнику, взял на себя заботу о заготовке сена в имении бригадирши Н. Дубянской, хотя денег для расчета с помещицей не получил. В результате последовала серия представлений местных властей петербургскому гражданскому губернатору И. Гривенсу, шефу Тайной экспедиции П. Х. Обольянинову и инспектору кавалерии П. А. Палену. Последний потребовал от Е. О. Грузинова объяснений о "вышеописанном упущении и непристойных отзывах к команде", а не получив в течение двух недель ответа, написал 16 апреля 1798 г. "всеподданнейшее донесение"28 .

Вряд ли слепая зависть руководила тогда действиями Е. О. Грузинова, хотя, многие ветераны гатчинского гарнизона (А. А. Аракчеев, Ф. В. Ростопчин, Г. Г. Кушелев, А. С. Кологривов) уже стали генералами. Мог ли человек, по существу бросивший вызов царю нежеланием вступить во владение пожалованными ему крестьянами, рассчитывать на царскую благосклонность? Не нашел ли в поведении Е. О. Грузинова отражение его своеобразный протест против существующих в стране порядков?

18 апреля Павел I, узнав о конфликте в Шлиссельбургском уезде, запиской, отправленной с фельдъегерем, потребовал: "Господин полковник Грузинов, с получением сего, немедленно сдав вверенную вам команду подполковнику Грекову быть ко мне в город Павловск"29 . Пока Евграф сдавал эскадрон, был взят под стражу его брат Петр. Его заключили с рогаткой на шее в цитадель Бип в Павловске. По личным распоряжениям Павла в ней отбывали наказание офицеры разных рангов. Подполковник не раскрывал причин своего ареста, сославшись на незнание. Документы же свидетельствуют, что он позволил себе сомнительные раз-


25 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 57 об.

26 Там же, ф. 1346, оп. 43, д. 264, л. 7.

27 Там же, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 95.

28 Там же, ф. 1374, оп. 2, д. 1391, лл. 1 - 3.

29 Там же, ф. 8, оп. 8/97, д. 845, л. 6-в.

стр. 92


говоры, еще будучи под Варшавой, когда вспоминал героев народных волнений на Дону Ф. Сухорукова и И. Рубцова. Позднее, на следствии, он не назвал имен своих собеседников30 .

Павел I принял Е. О. Грузинова 26 апреля. Сразу после аудиенции Евграфа сослали в Ревель. Запиской, адресованной тамошнему коменданту, царь приказал: "Господин генерал-лейтенант, граф де Кастро Лацерда, отправляемого к вам с фельдъегерем полковника Грузинова повелеваем содержать в городе; за поведением коего, также за перепискою поручаю вам иметь смотрение"31 . Однако уже 29 июня царь вернул полковника в столицу и включил его в свою свиту. В тот же день он освободил и Петра, сразу же высланного на родину, причем войсковому атаману повелевалось за его поведением "иметь надзирание".

Е. О. Грузинов, однако, недолго оставался в свите, а с конца августа перестал появляться при дворе. Император потребовал выяснить, в чем дело. Х. А. Ливен отправил к виновнику 15 сентября дежурного офицера с письмом. Полковник объяснил свое отсутствие состоянием здоровья и сразу же уведомил начальника Военно-походной канцелярии, что "от болезни уже получил облегчение"32 . Тем не менее на следующий день последовал приказ: "Свиты его императорского величества полковник Грузинов за ложное рапортование себя больным через шесть недель исключается из полка и посылается на Дон с фельдъегерем"33 . Между тем в литературе утверждалось, будто царь "уговорил" Евграфа поехать домой навестить больного отца и даже обеспечил его деньгами34 .

В середине ноября фельдъегерская тройка доставила полковника в Черкассы. На расспросы родственников, за что он впал в немилость, Е. О. Грузинов ответил: "Павел - дурак, послушался генерала Ливена"35 . Выходит, именно начальник Военно-походной канцелярии внушил царю недоверие к "его телохранителю"? Но это ничем не подтверждается; скорее всего, не рассчитывая быть понятым, опальный полковник уклонился дома от каких-либо разговоров относительно причин своей отставки. Не исключено, что генерал- адъютант Ливен принадлежал к числу участников заговора против Павла I (хотя его жена отрицала причастность мужа к компании цареубийц)36 . Но увязывать изменения в судьбе Е. О. Грузинова с подготовкой дворцового переворота нет оснований.

Как вспоминал на следствии служивший в доме Грузиновых крестьянский мальчик "Федот, по крестному отцу Данилов", исключенные из службы братья жили под одной крышей, "имели между собой пищу общую прежде и сходились для разговоров" за столом. О чем шла речь, он не знал, поскольку "обращался более к детской игре". "Помнится мне", продолжал мальчик, по возвращении из Петербурга Евграф Осипович "недели три по вечерам прохаживался по городу, а после того никогда уже из дому не выходил". Черкасские обыватели не могли понять его поведения. Однажды он с горечью признался: "Про меня говорят, чта я полоумный". Со временем кое-что прояснилось, и некоторые люди поняли суть его расхождения с властями, но, "боясь хлопот", отказались встречаться с ним. Почувствовав себя чужим среди знакомых и родственников, он замкнулся в четырех стенах, а в апреле 1800 г., по свидетельству того же Федота, "перебрался на палати", где жил "особо уединенно и никого к себе не допущал"37 .

Старик Грузинов был прикован тогда к постели "параличной болезнью". Присматривал за ним 40-летний холостяк И. К. Шапошников, не имевший своего угла. Ему несколько раз приходилось подниматься на чердак за огнивом. При этом он обратил внимание на то, что Евграф постоянно курил "табачную трубку" и "уп-


30 ЦГВИА СССР, ф. 801, оп. 62/3, д. 770, л. 9 об. Казаки Ф. Сухоруков и И. Рубцов возглавили в 1792 г. движение против переселения донских казаков на Кубанскую линию в: по приговору царского суда были наказаны "нещадно кнутом".

31 Там же, ф. 26, оп. 2/151-А, д. 39, л. 77.

32 Там же, д. 20, запись от 16 сентября 1798 года.

33 Попов И. Ук. соч. - Донская речь, 1895, N 16.

34 Русская старина, 1873, N 4, с. 573.

35 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 210 об.

36 Из записок княгини Ливен. - Цареубийство 11 марта 1801 года. СПб. 1907, с. 182.

37 ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 101, лл. 32 - 33.

стр. 93


ражнялся в чтении каких-то книжек"38 . В бумагах И. П. Попова, известного ранее на Дону издателя и публициста, нами обнаружен список книг, отобранных у Е. О. Грузинова в день ареста. Их около 30. Преобладают философские, исторические и географические сочинения. Есть стихи, учебники для народных училищ, атласы с картами частей света, изданные к "всеобщему землеописанию", церковные книги. Из авторов наибольший интерес представляют, пожалуй, "стоический философ" Эпиктет, историк Квинт Курций Руф, римский писатель Валерий Максим, "граф И. Большого мальтийского креста кавалер" Э. Тезауро, "французский дворянин" М. Монтень, немецкий педагог Г. Курас, "коллежский советник и профессор" М. В. Ломоносов39 . Перечень авторов книг говорит о целенаправленном читательском интересе. Но при каких обстоятельствах приобщился казак к литературе этого направления?

Заканчивался второй год жизни Евграфа в полуизгнании, а Московское губернское правление все продолжало искать "полковника и кавалера Грузинова", чтобы передать ему Воздвиженскую волость и доходы от нее, хранившиеся "под наблюдением уездного предводителя дворянства". Циркуляры летели из Москвы во все концы империи, а тот сидел на чердаке родного дома, перебиваясь на "одном хлебе и воде"40 . Найти своего несостоявшегося помещика сумели его же крестьяне, пришедшие в Черкасск. Но он прогнал ходоков палкой, грозя "прибить их, если они к нему еще придут". Так и пришлось им возвращаться домой без "видов на обратный путь", которых не дал барин, раздраженный их покорностью41 . Это далеко не похоже на ту картину встречи, описание которой содержат сочинения некоторых авторов, использовавших процитированные выше показания и представивших Евграфа радушным барином, угощавшим крестьян "кашей с рыбой". Между тем в истинной форме приема ходоков, зафиксированной на листах судебного протокола рукой писаря, проявилось отношение Е. О. Грузинова к праву владения "крещеной собственностью". "Я не желаю его (Павла I) крестьян, пущай возьмет их назад", - заявил он за три месяца до ареста42 .

12 августа 1800 г. братьев Грузиновых арестовали. При обыске у старшего была изъята записка, представлявшая собой черновой набросок политической программы. Радищевского "Путешествия из Петербурга в Москву" в книжном собрании Евграфа не было. Но анализ его записки говорит о том, что взгляды ее автора формировались под влиянием А. Н. Радищева. Данный документ, испещренный исправлениями и вставками, исписанный вдоль и поперек, свидетельствует и о мучительном процессе творчества, и о широком кругозоре автора, сумевшего подняться над предрассудками своего времени и знакомого с проблемами международной жизни и тенденциями развития тогдашней прогрессивной литературы. В духе публицистики того времени он широко использовал архаизмы, которые под его пером приобретали передовое звучание, исполненное торжественной патетики и высоких гражданских чувств. Для оценки общественной позиции Грузинова и всего, происшедшего с ним ранее, этот документ имеет ключевое значение.

На трех страницах небольшого формата Евграф изложил программу перестройки абсолютистского государства, определил некоторые принципы разработки законов, наметил контуры иных общественных отношений и провозгласил почти демократические свободы. Расчет на осуществление преобразований делался с учетом опыта последней Крестьянской войны. "Я не так, как Пугач, но еще лучше сделаю: как возьмусь за меч, то вся Россия затрясется", - вырвалось у него за два месяца до ареста43 . Евграф понимал, что осуществление разработанного им плана будет возможно лишь в том случае, если ему удастся привлечь на свою сторону серьезные силы. Эту мысль он воплотил в формуле, открывавшей содержание его программы: "Увсесилить и всеумножить щастие, по которому наименоваться атаманом"44 .


38 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 51 об.

39 ГАРО, ф. 55, оп. 1, д. 1378, лл. 43 - 44.

40 Там же, ф. 46, оп. 1, д. 101, л. 32 об.

41 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 210.

42 Там же, л. 43.

43 ГАРО, ф. 46, оп. 1, д. 101, лл. 38 об. -39.

44 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, лл. 21 - 23.

стр. 94


В. З. Дяшнчарадзе и О. Ш. Гвинчидзе понимают эту фразу как стремление завоевать "счастье не для себя лично, а ...для всех"45 . Между тем Е. О. Грузинов, написав церковнославянское "щастие" рядом с архаизмами "увсесилить и все умножить", употребил его в первоначальном значении "совместное участие" (для обозначения понятия "счастье" в другом, принятом ныне, смысле в записке было использовано слово "благо"). Отсюда видно, что, мечтая о лучшем жребии отечества и желая приблизить его, Евграф хотел укрепить и расширить ("увсесилить и всеумножить") движение в эту сторону за счет совместного участия ("щастия") в нем казачества, волею которого он надеялся стать атаманом и получить таким образом более благоприятные условия для собирания сил.

Сколько же сабель мог он иметь на Дону, если бы его замыслу сопутствовала удача? Максимум 25 тыс., да и то при всеобщей мобилизации (как это было, например, во время т. н. Оренбургского похода казаков на Индию в начале 1801 г.). Однако он не делал ставку только на казачество. Поэтому в его записке и появилась фраза: "Набрать ратману не менее двухсот тысяч человек, против коей всех, кто бы не вступил в войну, разбить; взять Стамбул у турков, утвердить там свою столицу, учредить Сенат"46 . "Ратмана" - это рать, народное ополчение (по вымаранному определению автора, "войско людей"). Казакам в этой армии отводилась роль авангарда. Крестьянам же в ней места не нашлось. Зато были названы татары, грузины, греки, калмыки и черкесы. Победители вместе с "небольшим числом израильтян" и "турков" должны были составить население столицы на Босфоре.

На этом этапе движения Е. О. Грузинов предполагал создать "под солнцем на островах" многонациональное государство с демократической формой правления. А со временем хотел "ногами пройти все вселенные". Он не указал маршрута предполагавшегося наступления "ратманы", но мысль составить таковой у него была. Судя по национальному составу участников предполагавшегося движения и вычеркнутому им: фрагменту записки, удар по османскому деспотизму намечался с двух сторон: "первую армию можно" двинуть через Кавказ на Малую Азию, вторую - через Дунай, к балканским народам. Если так, то в пределах государства "под солнцем на островах" могли разместиться европейская часть Турции, Малая Азия и часть Кавказа. Задача освобождения балканских народов заняла позднее свое место во внешнеполитических планах декабристов. Один из них, В. И. Штейнгель, знал о трагическом конце Грузинова и оставил несколько прочувствованных строк о нем47 .

Другим мероприятием первого этапа борьбы стало бы учреждение Сената: "Сенат повелевающий всеми под солнцем на островах живущими людьми". В рукописи были определены также задачи временного правительства: утвердить национальное единство среди борцов за свободу, закрепить первые завоевания масс, "составить закон" и подготовить условия для последующей схватки с самодержавием, которую поведет Евграф: "Внушить войску казацкому, татарам, грекам, черкесам, чтобы они возвели меня себе в начальники"48 .

Грузинов являлся человеком не очень твердых религиозных правил: ко дню ареста "у исповеди и святого причастия лет шесть уже не был"49 . Но его беспокоило, что в разноплеменной по составу армии может возникнуть "разлад" из-за различий "в рассуждении вер". Чтобы укрепить "во всех согласие единодушное", он предполагал принять "такое наставление, которое бы никогда не произвело вражды между людьми"50 . (В этой связи вспоминаются строки из "Путешествия" Радищева: "Неизвестны нам вражды, столь часто людей разделяющие за их исповедание, неизвестно нам в оном и принуждение. Родившись среди свободы сей, мы истинно братьями друг друга почитаем, единому принадлежа семейству"51 .)


45 Джинчарадзе В. З. Ук. соч., с. 125; Гвинчидзе О. Ш. Ук. соч., с. 64..

46 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, лл. 21 - 23.

47 Записки барона Штейнгеля. - Исторический вестник, 1900, т. 80, с. 446.

48 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, лл. 21 - 23.

49 Там же, л. 18.

50 Там же, лл. 21 - 23.

51 Радищев А. Н. Избранные философские сочинения. М. 1949, с. 121.

стр. 95


Временному правительству вменялось в обязанность следить за состоянием политической атмосферы, определять, "что чем пахнет", и в зависимости от этого решить, "что будет" потом. Сенат мог вынести смертный приговор "всякому непотребному" за действия против народного движения, принять решение о выдворении за пределы "островов" "подозрительных людей и шпионов под каким бы видом... и от какого бы народа они не были". Руководитель движения надеялся довести преобразования до такого состояния, при котором стала бы невозможна реставрация старых порядков врагами: "Чтобы и после меня оные у Сената ничего не получили".

Грузинов предполагал "учредить Сенат, возмогущий щастием всех под солнцем на островах живущих людей, покоря, принесть великую жертву". Речь шла о царе. "И наследника, какого имеем", - решил было автор как-то определить судьбу цесаревича Александра, но зачеркнул незаконченную фразу. Далее написано: "Одно образовать", - но слова эти не имеют продолжения. Перечеркнув их, Евграф выразил свою мысль так: "А потом, чтобы тот Сенат составил закон для всех под солнцем живущих народов". Наконец, предполагалось, что это закон будет "всеми принят". Желая придать данному закону значение важного документа, Грузинов наделил его эпитетами "всемилостивейший", "всемогущественный", "чудотворящий". Предполагалось организовать его изучение, чтобы "все его знали наизусть и по оному поступали бы"52 .

Уже на первом допросе Е. О. Грузинов сказал, что находится, "слава богу, не в безумии", и потребовал "с грубостью, дабы ему истолковано было, почему... император есть его законный государь"53 . В этих словах слышатся отголоски знакомой лексики: "Кто в часы безумия не щадит бога, - читаем в "Путешествии из Петербурга в Москву", - тот в часы памяти и рассудка не пощадит незаконной власти" 54 . Евграф не скрывал, что все намеченное "в забранных у него бумагах... думал со временем... произвести в действо"55 . Члены Комиссии военного суда прямо расценили его "политические соображения" как клонящиеся "к уничтожению верховной власти"56 . То обстоятельство, что он был лишен жизни, будучи наказан по ст. 19-й "Воинского устава" за "умышление" вооружить войско и убить императора, подтверждает, вероятно, правильность нашего понимания смысла документа.

"Но чтоб во всем том не обмануться" - так заканчивается записка Е. О. Грузинова, едва ли не первая в истории русской общественной мысли программа вооруженного ниспровержения абсолютизма.

Ее автора можно отнести к предтечам дворянского этапа освободительного движения в России. Яркая фигура Радищева не была изолированным явлением. В его время появлялись и другие люди, не принимавшие, каждый по-своему, порядки, уже отвергаемые самим ходом исторического процесса.


52 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, лл. 21 - 23.

53 Там же, л. 20.

54 Радищев А. Н. Ук. соч., с. 142.

55 ЦГИА СССР, ф. 1345, оп. 98, д. 525, л. 20.

56 Там же, л. 35 об.

 

Опубликовано 16 января 2019 года



КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА (нажмите для поиска): ЕВГРАФ ГРУЗИНОВ


Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама