Поиск
Рейтинг
Порталус
база публикаций

БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ есть новые публикации за сегодня \\ 29.02.20


Василий Алексеевич Чертков

Дата публикации: 14 февраля 2020
Автор: М. М. Фролова
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ
Источник: (c) Вопросы истории, № 10, Октябрь 2013, C. 16-29
Номер публикации: №1581685923 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


М. М. Фролова, (c)

найти другие работы автора

Век Екатерины II был славен свершениями в государственном строительстве, значительным расширением границ империи, достижениями в просвещении и культуре. Успехи правления были во многом обеспечены необыкновенным умением императрицы находить нужных людей, поэтому столь блистательна екатерининская плеяда государственных деятелей и военачальников, к которой относился и Василий Алексеевич Чертков (1726 - 1793).

 

Отец В. А. Черткова, капитан "полковничьего чина" А. Н. Чертков (1692- 1737), один из первых выпускников знаменитой Навигацкой школы, много внимания уделял образованию сына, который во время его частых и длительных отлучек по службе военного моряка находился на попечении бабушки и тети, поскольку его мать умерла в 1728 году. Во время русско-турецкой войны 1735 - 1739 гг. из далекого Таврова в Петербург шли письма, в которых Алексей Чертков интересовался в первую очередь учебой сына, наказывал не потакать ему и воли не давать, "чтобы учился старательно, а не гулял и не ленился, чтоб не был дураком. А деньги мастеру за учение извольте давать по всякой месяц, не задерживая. А мастеру извольте говорить непрестанно, чтоб учил хорошенько с прилежанием, чтоб деньги брал не напрасно"1.

 

В 16 лет Василий Чертков явился на смотр дворянских недорослей - в полном соответствии с указом от 1737 г., который установил порядок проведения смотров детей дворян для выявления степени их подготовленности к государственной службе. Такая практика была введена еще Петром I2. На смотре Чертков изъявил желание поступить в Шляхетский кадетский корпус, куда и был принят 7 апреля 1742 года. В тот год туда поступило 78 человек3.

 

Учебная программа была рассчитана на 5 - 6 лет. Наряду с преподаванием военных, а также "шляхетских" наук (иностранные языки - немецкий, французский, латинский по желанию, танцы, фехтование, верховая езда и т.п.) в нем предусматривалось и изучение юриспруденции. Сухопутный шляхетский корпус сообщал своим кадетам внешний лоск и хорошие манеры, что ставило их высоко во мнении тогдашнего общества, считавшего такое образование не только достаточным, но и совершенным4. Корпус называли Рыцарской академией.

 

 

Фролова Марина Михайловна - кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института славяноведения РАН.

 
стр. 16

 

Учение давалось легко. Юноша обнаружил успехи "в особенности в немецком языке и математических науках". В корпусе он был произведен в сержанты в 1748 г. и пожалован в поручики в 1750 г. по окончании курса. В 1750 г. было выпущено 15 воспитанников. Но Черткова оставили при корпусе, в следующем году он получил чин капитана. С приходом в корпус в 1750 г. сенатора князя Б. Г. Юсупова, учившегося в Ревельской гимназии, а затем за границей и ставшего главным директором Шляхетского корпуса, многое здесь изменилось. Война с Пруссией (1757 - 1763 гг.) побудила его начать замену преподавателей из немцев - на русских, в крайнем случае из своих собственных воспитанников, а 16 декабря 1756 г. очередь дошла и до директора Иоганна фон Зигхейма, на его место явился генерал-майор А. П. Мельгунов, который немедленно завел типографию при корпусе в 1757 г., как "необходимое средство для быстрого и надежного введения русского преподавания"5.

 

В 1751 г. Чертков был повышен в кадетские капитаны (майорского ранга) и в 1758 г. назначен преподавателем инженерного, артиллерийского и фортификационного искусств и командиром артиллерийской кадетской роты, состоявшей при корпусе. Чертков не ограничился одним преподаванием и составил курс временной и полевой фортификации. Для практических занятий из Санкт-Петербургской крепости было отпущено несколько полевых пушек, а в саду силами кадет устроены небольшие земляные укрепления, которые им приходилось попеременно оборонять или атаковать. Бывали при корпусе карусели. Здесь воспитанники имели случай показать свое проворство и ловкость в присутствии государыни Елизаветы Петровны и при великом стечении зрителей6.

 

Исследователь архива Сухопутного шляхетского корпуса Д. Д. Шамрай выявил, что Чертков управлял типографией корпуса со дня ее открытия7. По постановлению Сената типография была учреждена "для печатания ко обучению находящихся при том корпусе унтер-офицеров и кадетов книг и прочего, к воинским образам принадлежащего". Но Мельгунов и Чертков задумали расширить рамки дозволенного и издавать также и "общеполезные гражданские книги", которые прежде выходили только из типографии Академии наук, проходя ее цензуру, являвшуюся фактически всероссийской. В октябре 1758 г. бригадир корпуса Мельгунов обратился к князю Юсупову с предложением сформировать цензурный комитет при типографии, чтобы иметь возможность печатать сочинения и переводы книг, которые "не будут противны закону и правительству" и которые вышли из-под пера лиц, причастных к Сухопутному шляхетскому корпусу. Юсупов разрешил "учредить конференцию: главному быть профессору Гречу и членами капитан Чертков, капитан-поручик Остервальд и поручик Свистунов".

 

Мельгунов в том же году в ноябре испрашивал позволение на издание по примеру Академии наук журнала, который получил название "Праздное время в пользу употребленное". Однако Юсупов не доверил "конференции" типографии целиком цензуру нового журнала, явившегося по существу первым еженедельным частным русским журналом, и непременно требовал последнюю корректуру каждого его листа. Деньги за печатание журнала через Черткова поступали в корпус. Шамрай полагал, что роль Черткова в издании журнала едва ли ограничивалась только этим; правда, более определенно сформулировать отношение Черткова к журналу ему не позволила скудость сохранившихся документов8.

 

При типографии сформировалось, по существу, издательство. Помимо учебных пособий, оригинальных и переводных, было издано немало беллетристической литературы (256 названий), в том числе произведения Цицерона, Плутарха, Вольтера, Дидро и др.9, причем предпочтение отдавалось французской литературе - историческим романам и повестям. За один 1759 год было издано

 
стр. 17

 

книг на сумму 10 тыс. рублей. Книги, выпускаемые при корпусе, предназначались в первую очередь его питомцам и преподавателям, ведь и сама система обучения в корпусе была рассчитана на подготовку энциклопедически образованных людей, находящих радость и удовольствие в чтении книг.

 

Кадеты корпуса имели свободный доступ в дворцовый театр, который так любила "веселая царица" Елизавета Петровна. Она не жалела средств на постановку спектаклей, обставляемых с чрезвычайной роскошью10. Когда недоставало исполнителей, для участия в представлениях привлекались кадеты. В самом Шляхетском корпусе преподавали поэтику, которая включала в себя сочинение учащимися пьес, и риторику, то есть умение исполнять пьесы. Закономерно поэтому появление в корпусе "Общества любителей русской словесности": в праздничные дни или в свободные часы воспитанники читали друг другу как свои сочинения, так и переводы из западноевропейской литературы. В январе 1748 г. под руководством учителя французского языка сыграли трагедию Вольтера "Заира"11. На святках в 1749 г. кадеты разыграли на сцене Шляхетского корпуса "Хорев", первую трагедию А. П. Сумарокова, произведенного за несколько месяцев перед этим в офицеры, а год спустя 1 января ею восхищалась уже и сама государыня Елизавета Петровна в своем театре. И когда в 1756 г. в Петербурге был создан первый публичный русский театр, его первым директором был назначен Сумароков (1717 - 1777).

 

В царствование Елизаветы Петровны Сухопутный шляхетский корпус составлял часть Двора. Воспитанники корпуса в период обучения пропитывались тем "духом классового избранничества своего сословия, который отличал уровень запросов наиболее образованной и европеизированной дворянской элиты тогдашнего Санкт-Петербурга"12.

 

12 февраля 1759 г. главным директором Сухопутного корпуса Елизавета Петровна назначила наследника престола великого князя Петра Федоровича, человека со странной психикой и причудливыми интересами. Он с детства боготворил прусского короля Фридриха II и мог дни и ночи напролет играть в деревянных солдатиков. Августейший начальник стал проводить большую часть своего времени с кадетами, присутствовал на их занятиях и играх, знал каждого воспитанника в лицо. Для корпуса наследник был добрым руководителем. Он распорядился, чтобы патенты на все военные чины печатались в корпусной типографии; чтобы деньги, вычитаемые при Корпусе за повышение чинами, употреблялись на содержание кадетского лазарета. Главнокомандующий корпусом Петр Федорович расширил возможности типографии корпуса, позволив ей печатать любые книги не только авторов, принадлежавших к Сухопутному шляхетскому кадетскому корпусу, но и сторонних сочинителей - за поручительством членов конференции. По его желанию Елизавета Петровна значительно увеличила отпускаемую на корпус сумму в связи с повышением цен на продовольствие и фураж. В 1760 г. при Корпусе была учреждена публичная аптека13.

 

Взойдя на трон после смерти Елизаветы Петровны 22 декабря 1761 г., Петр III передал бразды правления в корпусе генерал-поручику И. И. Шувалову в торжественной обстановке и при параде 14 марта 1762 г., наградив корпусных капитанов фон Фреймана полковником, а Свистунова майором. Чертков получил повышение в звании несколько ранее: 5 января 1762 г. он был произведен в майоры (подполковничьего ранга). Императорские милости изобильно сыпались и на директора корпуса Мельгунова. После производства в 1760 г. в генерал-майоры, 9 февраля 1761 г. он был повышен в генерал-поручики, а 10 февраля награжден орденом Св. Александра Невского и, кроме того, пожалован землей и 1 тыс. душ крестьян. Мельгунов ревностно служил Петру III, что впоследствии не могло не сказаться на его судьбе.

 
стр. 18

 

В это время Шувалов задумал серьезные преобразования в Сухопутном шляхетском корпусе. Он намеревался слить его с Артиллерийским, Инженерным корпусом и с Морским, дабы воспитанники этих учебных заведений получали одинаковое образование и воспитание, в равной мере пользуясь монаршим вниманием. Но новая императрица Екатерина II остановила эти планы, отстранив Шувалова и вместе с ним многих других. Сухопутным корпусом она назначила управлять И. И. Бецкого и М. М. Философова, а 7 марта 1765 г. приняла Сухопутный шляхетский корпус в свое непосредственное ведение. Кадетский шляхетский корпус Екатерина II почтила лестным наименованием "рассадника великих людей России"14.

 

Императрица имела весьма привлекательную черту в характере - она не была злопамятна и мстительна. Сторонники ее свергнутого мужа и его любимцы не оказались в Сибири, хотя и были удалены от двора, получив при этом высокие должности. Румянцев был назначен в 1764 г. губернатором Малороссии, директор Сухопутного шляхетского корпуса Мельгунов, остававшийся при Петре III до самого последнего дня, - военным губернатором Новороссии, а затем наместником Ярославским и Вологодским. Чертков также следом за своим бывшим начальником Мельгуновым оказался в далекой Новороссии. Шувалов "заблагорассудил на время от двора удалиться" и, получив разрешение ехать за границу, вернулся в Петербург только в 1773 году. Поэтому после 25 сентября 1764 г. в Шляхетском сухопутном корпусе уже не прослеживается документально существование коллективной цензуры - "конференции" при типографии корпуса. С 1765 г. совсем прекратилось печатание литературных произведений, в которых бы упоминались заговоры, восстания, захват власти, уголовные дела иностранных дворов.

 

Хотя двери Кадетского шляхетского корпуса закрылись за Чертковым, его имя навсегда осталось в списках выпускников, которыми неизменно гордился Корпус. Интересно, что в период пребывания в нем Черткова здесь учились будущие фельдмаршалы ПА. Румянцев, М. Ф. Каменский, А. А. Прозоровский, литераторы А. П. Сумароков, М. М. Херасков и многие другие достойные люди15.

 

В "Словаре русских светских писателей" митрополита Евгения (Болховитинова) указывается, что Чертков в 1761 г. вышел в напольные полки майором и, проходя постепенно чины армейские, в 1764 г. стал бригадиром16. (Возможно, это ошибка, поскольку подобных сведений нет ни в архиве Чертковых, сохранившемся в Отделе письменных источников Государственного исторического музея (ф. 445), ни в статье его внука А. Н. Черткова17, который черпал свои сведения непосредственно из формулярного списка предка, полученного из Шляхетского корпуса.)

 

Итак, в 1764 г. Чертков был произведен в бригадиры с назначением обер-комендантом крепости Св. Елизаветы (г. Елизаветград), с жалованием в 1081 руб. и 600 руб. столовых денег18. Крепость Св. Елизаветы образно называли "первым основным камнем Новой России в Степи". В жалованной грамоте, выданной 11 января 1752 г., сербскому генерал-майору Хорвату предписывалось создать на отведенных ему землях два гусарских и два пандурских (из сербских поселенцев) полка, назвать заселяемую страну Новой Сербией и построить там крепость Св. Елизаветы. Многое из того, что обещал, Хорват не выполнил, несмотря на отпущенные значительные денежные средства. С 1754 по 1762 г. в Новой Сербии обосновалось только 6608 человек украинцев, сербов, македонцев, болгар, волохов, молдаван. В 1763 г. последовало разрешение принимать в Новую Сербию на поселение русских и украинских беглых людей и "всяких народов", а также раскольников (с 1762 г.). В 1764 г. из Новой Сербии, Украинской линии и бахмутских казаков была образована Новороссийская губерния19.

 
стр. 19

 

В 1765 г. Чертков отправился обер-комендантом в г. Кременчуг, который с 26 марта 1765 г. стал губернским центром, с назначением первым членом губернской канцелярии и с подчинением его управлению всей Новороссийской губернии. Деятельность Черткова на новой должности была направлена на преобразование войск и организацию надежной обороны южных границ России от набегов крымских татар, проводимые под руководством генерал-аншефа Румянцева (1725 - 1796), которого в ноябре 1764 г. Екатерина II назначила генерал-губернатором Малороссии, президентом Украинской коллегии и главным командиром украинских и запорожских казачьих полков и Украинской дивизии. Историк А. А. Скальковский, изучавший документы Новороссийского края, писал о тех годах: "Я не мог надивиться той быстроте, с какой исполнялись в степи все не только повеления, но даже предначертания правительства"20.

 

Но еще удивительней, что в этом необжитом краю в крепости Св. Елизаветы была устроена небольшая типография: по представлению Мелыунова для Новороссии из типографии Сухопутного шляхетского корпуса Военной коллегией был послан один станок с минимальным числом обслуживающего персонала. Высшая власть Новороссии, то есть сам Мельгунов, обладала правом цензуры на месте. В затерянной среди степей крепости возникла своеобразная литературная комиссия, которая занялась изданием произведений словесности. Верные своей приверженности идеям просвещения, Мельгунов и Чертков, находясь в почетной ссылке, попытались возродить былое свое детище - пусть в скромных пока размерах. В числе первых публикаций этой крошечной типографии, кроме бланков, значатся: "Кафейный дом. Комедия. Печатано Новороссийской губернии в крепости Святыя Елизаветы. 1765" и "Российская азбука". "Российская азбука" не дошла до наших дней; единственный экземпляр "Кафейного дома" сохранился в Публичной библиотеке в Петербурге. В словаре Н. И. Новикова автором "Кафейного дома" был назван Чертков, но позднее было уточнено, что Чертков перевел, а вернее переложил пьесу знаменитого французского писателя Ж. Б. Руссо "Le caffe", относящуюся к первому периоду его творчества21. Подобная практика переделок и заимствований прежде всего из сочинений прославленных писателей Франции (Расина, Корнеля, Вольтера), которые стали законодателями литературных вкусов, была характерна для русской драматической литературы тех лет22.

 

Чертков обратился к пьесе Руссо, чьи творения не однажды переводились и печатались на русском языке. Однако, по наблюдению З. Я. Анчиполовского, небольшая книжечка Черткова - "едва ли не первая в этом ряду", что "свидетельствовало о вкусе и образованности русского генерала"23. Далее он добавлял, что "литературные упражнения - занятие весьма необычное для русского генерала даже в "век Фелицы"". Действительно, обычай, когда екатерининские вельможи брались за сочинения, имея перед собой пример императрицы, отнюдь не был свойственен самому началу ее правления. Екатерина II стала издавать свой сатирический журнал "Всякая всячина" в 1769 году. И только в 1772 г. она взялась писать комедии. Поэтому сочинение Черткова вернее будет соотносить с импульсом, полученным от предыдущего царствования Елизаветы Петровны, нежели принимать его за дань моде и веяниям века Екатерины II. К тому же мы не знаем наверняка точно времени, года, когда Чертков трудился над своим произведением.

 

Впрочем, судьба "Кафейного дома" была недолговечна из-за ужесточения екатерининской цензуры, поднявшейся на борьбу за благонравие в литературе, что вылилось в запрет печатать в первую очередь романы. Сухопутный шляхетский кадетский корпус вовсе прекратил выпуск романов, хотя в предыдущие 1760 - 1764 гг. его типография издала "в невиданном дотоле в России количестве" романы в переводе корпусных литераторов, с 1759 г. образовавших

 
стр. 20

 

группу литераторов-переводчиков. При новых цензурных правилах не пропускали даже такие выражения как "лукавый бог любви", а текст "Кафейного дома" содержал отдельные двусмысленные места. В конце 1765 г. с прибытием в крепость Св. Елизаветы Я. И. фон Брандта в качестве начальника края и, следовательно, проводника цензурных установок нового царствования, книгопечатная деятельность типографии не просто приостановилась, но уже и вообще не возобновлялась до конца XVIII века. 1 августа 1774 г. из крепости Св. Елизаветы доносили в Сенат, что напечатанная "Российская азбука" и комедия "Кафейный дом" и поныне в продажу не вышли"24. О других сочинениях Черткова, если таковые и имелись, сведений не сохранилось.

 

В 1767 - 1768 гг. Чертков принял участие в работе Уложенной комиссии, хотя в опубликованном списке 565 депутатов его фамилия не значится25. Не известны и какие-либо его рассуждения по вопросам, которые обсуждались во время заседаний. Но факт вступления Черткова в члены Вольного экономического общества может несколько пролить свет на образ его мыслей. Созданное в 1765 г. Общество ставило себе целью показать русскому дворянину пути рационализации помещичьего и крестьянского хозяйства и способы повышения уровня агрикультуры в России.

 

Русско-турецкая война 1768 - 1774 гг. на юге России протекала в очень трудных условиях - войска действовали в отдаленных, диких местах - и стоила громадных жертв людьми и деньгами, а кроме того сопровождалась народным бедствием - чумой, от Бендер распространившейся до Москвы. Чертков возводил ежегодно мосты на Днепре для переправы 2-й армии, учреждал магазины, строил укрепления и формировал войска, укомплектовывал ослабевшие от трудов войны действующие полки.

 

В кампании 1770 г. весной 2-я армия, командовать которой императрица поручила генералу П. И. Панину, вследствие разлива рек медленно продвигалась к Бендерам. Осторожный Панин обратил особое внимание на обеспечение сообщений со своей базой - Елизаветградом, выстроил ряд укреплений и на каждом ночлеге по примеру Петра I воздвигал редуты. После двухмесячной осады русские войска 16 сентября овладели Бендерами в результате жестокого штурма. В кампании 1771 г. главная роль отводилась именно 2-й армии, доведенной до 70 тыс. человек. Ей надлежало овладеть Крымом. Поход этот увенчался полным успехом, и полуостров был покорен26. От главнокомандующего армией графа Румянцева, Панина, князя Долгорукова Чертков удостоился нескольких "отлично-лестных отзывов", свидетельствовавших о его "усердии к пользам службы и к соблюдению казенного интереса".

 

Добросовестное или даже блистательное исполнение своего воинского долга дворянами в русской истории дело неудивительное. Особый свет бросает на деятельность Черткова всего лишь одна фраза словаря Новикова, который,

 
стр. 21

 

сообщая о комедии "Кафейный дом", добавил, что она "была представлена на Елисаветградском театре в 1770 году"27. Правда, неясно, когда занимались постановкой спектакля - до кампании 1770 г. или после взятия Бендер? Чертков, еще в стенах Сухопутного шляхетского корпуса усвоив понимание театра как важного средства воспитания, с мощным воздействием на зрителя, в тяжелейших и сложнейших условиях русско-турецкой войны нашел верный способ поднятия духа у воинов: он прибег к помощи театра.

 

Поставить на сцене он решил именно свою комедию, негласно запрещенную. Почему? Быть может, у него под рукой в тех условиях и в тот момент оказалось только его сочинение и он на свой страх и риск предпринял его театральное представление? Или же Чертков потешил свое авторское честолюбие, надеясь, что в условиях войны на это посмотрят сквозь пальцы? А может быть, он попытался отстоять свое авторское право на творчество или на свободу и вольность мыслей, или захотел подчеркнуть свое несогласие и своеобразную оппозицию? Кто знает. Но факт этот замечателен тем, что открывает важную черту в характере Черткова: способность на решительные и самостоятельные поступки. Впрочем, театральную дерзость, или шалость, или вольность в Петербурге не заметили или пожелали не заметить.

 

21 апреля 1771 г. Чертков был произведен в генерал-майоры, с оставлением при прежних должностях и с подчинением поселенных полков Молдавского, Черного и Желтого гусарских, Елисаветградского пикинерного, и сверх того поставлен главным командиром новостроящихся крепостей Кирилловской, Александровской, Петровской, Никитской, Захарьевской, Григорьевской и Алексеевской, составивших новую пограничную Днепровскую линию от Азовского моря до впадения в Днепр реки Московки. Генерал-майор Чертков занялся устройством этих крепостей, основанных инженер-генерал-лейтенантом М. А. Деденевым, и привел "в особенно отличное состояние" первые две, за что в 1774 г. был удостоен ордена Св. Анны I класса, к которому, кроме обыкновенного рескрипта за подписью наследника престола будущего императора Павла I, приложено было собственноручное весьма лестное письмо Его Высочества от 10 ноября 1774 г.:

 

"Василий Алексеевич! С несказанной радостью исполняю повеление Ее Величества, посылая к вам Орден Св. Анны. Вы, я думаю, известны о расположении моем в рассуждении вас и так прошу быть уверенным, что исполняю собственное желание мое, исполняя повеление Ее Величества. Более того вам скажу, что когда я предложил о вас и хотел только помянуть о заслугах ваших и достоинствах, то, не дав мне времени докончить речи, Ее Величество сама точно так же и теми же словами изъяснилась, как я было начал говорить о вас. При Ордене посылаю и письмо по формалитету; и так не удивитесь, есть ли получите два письма вместе. Желая вас сам видеть скорее, остаюсь навсегда вам благосклонным. Павел"28.

 

В начале 1776 г. Чертков был назначен губернатором новоучрежденной Азовской губернии, шефом Луганского пикинерного полка и начальником дивизии, состоявшей из поселенных полков: Иллирического, Волошского и Славянского гусарских, Екатеринославского, Луганского и Полтавского пикинерных. Полки эти входили в состав Екатеринославской армии князя Г. А. Потемкина. При этом Чертков по-прежнему оставался и главным командиром Днепровской линии. Губернская канцелярия помещалась временно в Белевской крепости, а в 1778 г. была перенесена в новопостроенный г. Екатеринослав. Небезынтересно, что в апреле 1777 г. М. И. Голенищев-Кутузов, будущий фельдмаршал, получил назначение в Луганский пикинерный полк, в котором прослужил шесть лет. 28 июня 1777 г. он был произведен в полковники. Чертков за свои труды был повышен в генерал-поручики тогда же - 28 июня 1777 года.

 
стр. 22

 

В течение семилетнего управления Черткова прежде пустынный край зримо преобразился: были построены города Мариуполь, Нахичевань (у Ростова) и Екатеринослав, а также водворены для поселения 75 902 души из крымских греков и армян, малоросских казаков, великоросских однодворцев и отставных солдат. Для них было выстроено 4304 дома каменных и деревянных, 16 каменных церквей и 13 деревянных. Чертков имел обыкновение лично проверять исполнение своих распоряжений на местах, поэтому постоянно находился в разъездах по вверенному ему в управление обширному краю. Забота его о будущем губернии была поистине неуемной. Обратив внимание на небольшой лесок в трех верстах от крепости Александровской, он повелел на пологих склонах реки Сухой Московки разбить фруктовый сад в 11 десятин 18 саженей, который радовал жителей Александровска вплоть до второй половины XIX в., когда нерадение местных властей привело его в упадок29.

 

Бунт Е. Пугачева 1773 - 1775 гг. ускорил преобразование управления государством. Были подвергнуты основательной перестройке местные учреждения, которые согласно Губернской реформе 1775 г. сосредоточились в руках дворян, ставших правительственным классом в провинции. Однако центральная власть, чтобы сохранить свой контроль над губерниями, ставила над двумя-тремя губерниями наместника или генерал-губернатора с неограниченными полномочиями. Эти должности занимали вельможи, пользовавшиеся полным доверием государыни и облеченные от ее имени чрезвычайной властью. Наместник имел в своем полном распоряжении войска, расквартированные на вверенной ему территории.

 

19 февраля 1782 г. именным рескриптом Чертков был определен правящим должность генерал-губернатора Воронежского и Харьковского наместничества. Своими заслугами Чертков привлек к себе особое расположение Екатерины П. 24 ноября 1782 г. он был пожалован орденом Св. Александра Невского30. В июне 1787 г. генерал-губернатор принимал Екатерину II в Харькове и был "пожалован бриллиантовым перстнем и 6000 руб. на подъем" в связи с перемещением на вверенное ему Саратовское наместничество вместо Харьковского, которое отошло под управление Григория Потемкина, что объяснялось отнюдь не "аппетитами" князя Потемкина, а прежде всего удобством в управлении. Саратовское наместничество генерал-поручик Потемкин, правящий должность генерал-губернатора Кавказского, получил при устроении Астраханской губернии. Ныне генерал-фельдмаршал князь Потемкин-Таврический являлся генерал-губернатором Екатеринославской и Таврической областей и под его начало отходило и Харьковское наместничество, "откуда не малая часть легкой конницы наполняется". Кроме того создание столь обширной административной единицы требовалось для претворения грандиозного замысла Потемкина, который загорелся мечтой возвести среди Новороссии центр, который мог бы поспорить с северной столицей в промышленности и в просвещении31.

 

Черткову же предстояло в Саратовском наместничестве устранить многие непорядки, в которых оказались замешаны губернатор, вице-губернатор и другие чины, о чем сообщалось во многочисленных жалобах и доносах в Петербург32. Чертков поспешил в Воронеж, который стал местопребыванием наместника.

 

Город Воронеж, основанный в 1585 г. на южной окраине Российского государства, во второй половине XVII в. утратил свое значение города-крепости. Жители его в основном занимались хлебопашеством и торговлей. Воронеж удивительно преобразился, когда в конце 1694 г. Петр I принял решение строить здесь флот. Но эта новая роль города была недолгой, и с 1710 г., когда корабельные верфи переместились в новую северную столицу России, он заметно обезлюдел и захирел. Пожары довершали дело. Особенно беспощадный

 
стр. 23

 

пожар 1748 г. истребил все постройки славного времени Петра, более тысячи домов. Воронеж затем отстраивался без всякого плана, его жители не беспокоились о красоте и правильности улиц. Пребывание в Воронеже Петра I, его свиты, мастеров, иноземных купцов оставило более долговечный и существенный след, как отмечал Г. М. Веселовский, в измененном быте и нравах местного населения, прежде всего купечества, которое, приняв "европейский оттенок", стало резко отличаться от купечества других глубинных городов России33.

 

До манифеста о вольности дворянства в русской провинции не было никакого общества: провинциальные города были совсем незначительны, население их, весьма немногочисленное, принадлежало почти сплошь к низшему классу; административных органов было мало, и дворяне почти не принимали в них участия - дворянство все было на службе. Известный подъем духа у провинциального дворянства был связан с открытием наместничеств. 13 декабря 1779 г. гром сто одной пушки возвестил об учреждении в Воронеже центра наместничества с назначением генерал-поручика Е. А. Щербинина (1779 - 1782), что совершенно преобразило город.

 

"Наместники были окружены особенным блеском: для сопутствования им была учреждена почетная стража" - "государев наместник... имеет для конвоя своей особы двадцать четыре человека легкой конницы с одним подпоручиком, ему же даются два адъютанта, да дворянство наряжает для почести его молодых дворян с каждого уезда по одному человеку"34. На внешнее представительство наместников отпускались значительные средства. "Тот блеск, которым окружали себя наместники, вся обстановка напоминала в миниатюре столичную жизнь двора, балы сменялись приемами, маскарады вечеринками. Наместник начальствовал в виде царя. Великолепие его дома, адъютанты, почетные дворяне, богатая прислуга давали некоторое понятие о столице, дворе; балы и вечеринки у него и у других послужили школою - жены, дочери бедных помещиков познали светскость, пристойность, потребности увеличились, и торги, промышленность распространились"35. Все сказанное в полной мере проявилось и в Воронеже, что засвидетельствовал первый историк Воронежа Е. А. Болховитинов: "С тех пор Воронеж получил значительное украшение как во внешнем, так и во внутреннем отношении"36.

 

Заступив в должность наместника, Чертков энергично продолжил преобразования, начатые Щербининым, и прежде всего позаботился о внешнем облике своей "столицы". Ему пришлось немало потрудиться над претворением в жизнь высочайше утвержденного в 1774 г., после очередного опустошительного пожара 1773 г., регулярного плана Воронежа. Распоряжение "строиться порядком по новому фасаду и пространнее" игнорировалось обывателями, предпочитавшими привычное расположение домов в глубине двора за заборами. Черткову стоило немало хлопот, приказаний и подчас угроз, чтобы преодолеть "глухую оппозицию" горожан нововведениям преобразовательной эпохи: провести новые улицы, упорядочить старые, очистить площади и т.п.37 Город застраивался особняками дворян, которые стали охотно селиться в Воронеже, обретшем новый статус. От дворян не отставало купечество.

 

Эпоха Екатерининских преобразований требовала и соответствовавших ей архитектурных решений. Чертков обратился за проектами здания наместнического правления и губернских присутственных мест в Петербург к одному из статс-секретарей императрицы А. А. Безбородко, с которым он был дружен. Заказ был выполнен известным архитектором Джакомо Кваренги, проекты утверждены Екатериной II38. Но планируемый архитектурный ансамбль не был воплощен в жизнь в связи с началом русско-турецкой войны 1787 - 1791 гг. и запретом строительства казенных каменных сооружений в стране39. Впрочем, высказаны и иные соображения, согласно которым проект присутственных мест

 
стр. 24

 

не удовлетворил воронежского наместника, желавшего утвердить приоритет гражданской власти, символом которой являлись присутственные места. Но в проекте они далеко уступали по своей торжественности и монументальности архиерейскому двору, также проектированному Кваренги, который стал тем временем воплощаться в жизнь. Попытка Черткова пересмотреть проект Кваренги не удалась, и он прибегнул к традиционной тактике проволочек, чему способствовала и начавшаяся русско-турецкая война40.

 

Благодаря энергичной деятельности Черткова "Воронеж раньше других губернских городов принял физиономию правильно и красиво отстроенного города". Введение уличного освещения вызвало развитие общения и прогулок целыми семействами, что вело к забвению прежней тишины и запустения. В 1786 г. через реку Воронеж были построены новый мост (который, правда, через три года был снесен разбушевавшейся рекой) и плотина41. Болховитинов в 1800 г. восхищался: "Вид города из-за реки Воронежа прекрасен и представляет горы, украшенные вышиною церквей и колоколен; а скаты и долины, усыпанныя пестротою разных зданий"42.

 

Оживление городской жизни немало было связано с появлением в Воронеже популяции чиновников (170 человек), потребовавшихся для наместнического правления, а также созданных, согласно начертанию "Губернской реформы", палаты уголовных дел, палаты гражданских дел, казенной палаты, губернского магистрата и т.п. При наместниках на гражданскую службу "по губернским присутственным местам на должности асессоров, советников и председателей стали очень охотно поступать представители из лучших фамилий местного дворянства, чего прежде не бывало и что прекратилось потом с уничтожением наместничеств, когда гражданская служба в губерниях лишилась опять своей величественной обстановки"43.

 

Для активизации экономической жизни города и пополнения его казны Чертков в 1785 г. к прежде существовавшей единственной ярмарке прибавил еще сразу три44, о чем тогда же было опубликовано в "Ведомостях" обеих столиц.

 

Век просвещения требовал создания устойчивой школьной системы, построенной на новых педагогических правилах. Екатерина II возлагала большие надежды на школьную реформу. Проблема просвещения Воронежской губернии через организацию народных училищ встала перед неутомимым наместником. Будучи сам прекрасно образован и имея опыт преподавания, чутко откликаясь на веяния своей эпохи, Чертков не замедлил изыскать средства и открыть в Воронеже народное училище в 1785 г. (в стране в тот момент действовало всего 12 школ с 38 учителями). В 1786 г. Екатерина II указом от 12 августа повелела открыть подобные училища и в других городах России. Изданным на имя Черткова указом государыня предписывала приготовить всё необходимое для открытия училища к 22 сентября, особо подчеркивая: "Уверены Мы, что вы изыщете средства заимствовать нужное сих училищ содержание без отягощения казны и без оскудения для других полезных заведений"45. В Воронеже уже действующее учебное заведение было преобразовано в Главное народное училище. Только в 25 губерниях из 50 подготовленные согласно повелению из Петербурга училища распахнули перед детьми свои двери. В тот год количество школ увеличилось до 165 при 393 учителях. Таким образом, Чертков, оставаясь верным идеалам молодости, и в Воронеже постарался сеять просвещение. Уместно напомнить, что его единомышленник по Шляхетскому корпусу Мельгунов также при первой же возможности возобновил свою деятельность на ниве просвещения, в частности, основал в Холмогорах мореходное училище; он же собрал остатки древней зырянской письменности, отослав их затем в Эрмитаж.

 

Главное народное училище находилось в ведении Приказа общественного призрения, призванного проводить в жизнь идеи филантропии и народного

 
стр. 25

 

образования. В 1787 г. состоялся первый публичный экзамен учеников, который собрал именитых людей города. Оценив успехи учеников, губернатор представил некоторых учителей к наградам. Согласно воронежским архивам, свой след в истории училища оставили особенно Чертков и гражданский губернатор А. Б. Сонцов (1797 - 1800 гг.), которые принимали живое участие в становлении училища и его повседневных делах: присутствовали при всех испытаниях, дарили учащимся книги, делали пожертвования, ходатайствовали о наградах учителям и т.д.46

 

В 1785 г. Чертков помимо народного училища организовал и больницу со штатом в 15 человек. Таким образом, в городе к концу XVIII в. появились учителя народного училища и семинарии, врачи, чиновники, об интеллектуальном потенциале которых позволяет судить деятельность научного кружка по изучению родного края. В его заседаниях, которые проводились с 1792 по 1806 г., обсуждались вопросы политики, литературы, искусства, много внимания уделялось изучению энциклопедистов XVIII века. Душой и вдохновителем этого кружка был один из просвещеннейших людей эпохи Е. А. Болховитинов (1767 - 1837), впоследствии митрополит Киевский и Галицкий, поэтому в литературе кружок этот называют болховитиновским. Перу Болховитинова принадлежит первое описание Воронежа и его окрестностей - ценный источник для потомков "Историческое, географическое и экономическое описание Воронежской губернии" (1800 г.)47.

 

Ярким, незабываемым событием в жизни воронежцев было появление театра, устроенного в 1787 г. наместником у себя на дому. Театр помещался в двухэтажной зале его дома48. В нем была устроена сцена, два яруса лож, партер и парадиз, то есть "раек", или галерея. Вначале театр был достоянием избранного круга лиц. Роли в спектаклях исполняли дети Черткова и местная знать, режиссером был вице-губернатор князь Р. И. Ухтомский, знаток театрального искусства и исполнитель первых амплуа в драмах и трагедиях. Право на вход, вначале бесплатный, давали пригласительные билеты. Парадиз наполнялся чиновниками разных присутственных мест с целью познакомить недостаточный класс с понятиями о драматическом искусстве49. Болховитинов был одним из самых усердных посетителей театра: "Театр с воскресенья до воскресенья все лучше становится"50. О подобных провинциальных театрах "Драматический словарь" сообщал, что "во многих благородные люди стараются к забаве своей и общей пользе писать и переводить драматические произведения, и заметно, что дети благородных людей и даже разночинцев восхищаются зрением театральных представлений [более], нежели гонянием голубей, конскими рысканиями или травлею зайцев, и входят в рассуждение о пиесах"51.

 

Замечательно о роли Черткова в судьбе этого театра написал Анчиполовский: "Не только репертуар, в конечном итоге само существование театра целиком зависело от Черткова. Общественные условия не созрели еще для нормальной жизни сценического искусства в провинции. И для того чтобы все-таки зажигались по вечерам огни на сцене и перед притихшей в изумлении публикой открывались неведомые страны, рыцарские замки или привычные картины обыденной жизни; для того чтобы выходили на подмостки актеры в ярких камзолах и кафтанах... - для всего этого требовалась инициатива человека, любившего театр и не жалевшего на него ни сил, ни времени, ни денег. Нужны были воля и упорство, чтобы столь обычный при подготовке первого спектакля энтузиазм не погас в течение многих лет". Театральные представления прекратились с кончиной Черткова. Вице-губернатор князь Ухтомский "не пожелал обременять себя столь хлопотливым делом. Не подумал он об устроении сценических зрелищ и потом, когда единолично управлял губерниями сначала Тверской, затем Новгородской"52.

 
стр. 26

 

До 1796 г. должность генерал-губернатора оставалась вакантной, когда ее занял зять Черткова А. Я. Леванидов. Зная о театральных пристрастиях воронежцев, новый наместник пожелал возобновить сценические представления. Была даже произведена перестройка театра, улучшена сцена и приобретен театральный гардероб на сумму более 10 тыс. рублей53. Но 6 ноября 1796 г. скончалась Екатерина II и был объявлен 9-месячный траур. "Контрреформы" Павла I коснулись и екатерининской системы губерний. С последовавшим тут же упразднением должности воронежского наместника театр и дом наместника остались пусты. Впоследствии дом наместника за ветхостью был разобран, а театр был восстановлен позднее.

 

Государственный ум Черткова проявился также и в различных других проектах, направленных на улучшение положения дел в крае. В 1788 г. он представил Екатерине II проект строительства крепости на р. Большой Узень для охраны соляных промыслов на озере Эльтон от набегов киргизов, о чем также сообщают протоколы Государственного совета. Чертежи, смета строительства (35 633 руб.) были утверждены 10 января 1788 г., постройка была закончена в 1792 году54.

 

21 мая 1790 г. ушла из жизни супруга В. А. Черткова Наталья Дмитриевна, урожденная Семичева, с которой он обвенчался в 1853 году. Ее похороны были пышными. Болховитинов произнес надгробное слово о "знаменитой болярыне Наталии"55.

 

В 1793 г. Чертков стал просить увольнения от службы по состоянию здоровья, но Екатерина II "милостивым рескриптом пригласила" его воспользоваться лишь отпуском - в надежде, что отдых, укрепя здоровье, "соделает его способным подвизаться еще для пользы отечества". Чертков переселился в свое поместье в 20 верстах от Воронежа, где скончался 24 сентября 1793 г. на 67-м году жизни. Хоронили наместника торжественно, и скорбь жителей была искренней56.

 

За свою долгую службу этот деятель не сумел составить обширных земельных владений, он считался мелкопоместным дворянином, собственником небольших имений в Землянском и Воронежском уездах57. "Людей за ним по последней ревизии написанных родовых в Володимерском и Екатеринославском наместничествах мужеска [полу] 35, женска 44; в двух селах и одной деревне, купленных в Екатеринославском, Саратовском и Воронежском наместничествах: Воронежской и Землянской округах мужеска 240, женска 208 в трех деревнях и одном селе"58. По уточнению А. Н. Акиньшина, Чертков купил землю и 200 душ крестьян в Землянском уезде59. Наследство же Черткова составило 40 тыс. капитала и 80 душ крепостных60.

 

В Воронеже сохранили добрую память о В. А. Черткове, о его ревностном исполнении должности воронежского и саратовского наместника, что являлось счастливым исключением на общем фоне иных примеров управления в других губерниях. "Звание генерал-губернаторов, уваженное сначала, когда они представляли в себе не губернских правителей, но вельмож, присланных и уполномоченных правительством на время для открытия губерний, - впоследствии приняло все личные свойства тех, коим было вверено, и в одних превратилось в самовластие, в других пало в бездействие"61.

 

Черткову довелось много сделать для успеха екатерининских начинаний, связанных с реформами 1770 - 1780 годов. Неутомимый деятель, он не просто стремился точно и скоро выполнить волю высшей власти. Он и сам мыслил просвещенно и по-государственному, о чем свидетельствуют преобразования и нововведения в Воронеже, в короткое время превратившемся при Черткове в истинную столицу края.

 
стр. 27

 

Примечания

 

1. Отдел письменных источников Государственного исторического музея (ОПИ ГИМ), ф. 445, д. 284, л. 105.

 

2. ТРОИЦКИЙ С. М. Русский абсолютизм и дворянство в XVIII в. Формирование бюрократии. М. 1974, с. 272 - 273.

 

3. ВИСКОВАТОВ А. Краткая история Первого кадетского корпуса. СПб. 1832, с. 109.

 

4. РОМАНОВИЧ-СЛАВАТИНСКИЙ А. В. Дворянство в России. Киев. 1912, с. 85; ТРОИЦКИЙ С. М. Ук. соч., с. 191, 271.

 

5. ПЕТРОВ П. Н. История Санкт-Петербурга с основания города. 1703 - 1782. СПб. 1885, с. 576.

 

6. ВИСКОВАТОВ А. Ук. соч., с. 18.

 

7. ШАМРАЙ Д. Д. К истории цензурного режима Екатерины II. - XVIII век, 1958, сб. 3, с. 192.

 

8. ШАМРАЙ Д. Д. Об издателях первого частного русского журнала (по материалам архива Кадетского корпуса). - Там же, 1935, сб. 1; ЕГО ЖЕ. Цензурный надзор над типографией Сухопутного шляхетного кадетского корпуса. Там же, 1940, сб. 2, с. 293 - 303.

 

9. КОНДАКОВА Т. И. Становление издательского аппарата в структуре Сухопутного шляхетского кадетского корпуса (XVIII в.). В кн.: Книжное дело Петербурга-Петрограда-Ленинграда. Л. 1981, с. 23 - 25.

 

10. История русского театра. Т. 1. М. 1914, с. 103.

 

11. История русского театра. Т. 1. Л. -М. 1929, с. 423.

 

12. История русской драматургии XVII в. - первой половины XIX в. Л. 1982, с. 60.

 

13. МЕЛЬНИЦКИЙ Н. Сб. сведений о военно-учебных заведениях в России. Т. 1. СПб. 1857, с. 40.

 

14. 125-летний юбилей Первого кадетского корпуса. 1732 - 1857. СПб. 1857, с. 15.

 

15. ХАЗИН О. А. Пажи, кадеты, юнкера. М. 2002, с. 22.

 

16. ЕВГЕНИЙ (БОЛХОВИТИНОВ). Словарь русских светских писателей, соотечественников и чужестранцев, писавших в России. Т. 2. М. 1845, с. 240 - 242.

 

17. ЧЕРТКОВ А. Н. В. А. Чертков (Материалы для истории века Екатерины II). - Отечественные записки (ОЗ), 1840, т. 12, N 10, с. 63.

 

18. СКАЛЬКОВСКИЙ А. Хронологическое обозрение истории Новороссийского края 1731- 1823 гг. Одесса. 1836, с. 44, 64, 69.

 

19. КАБУЗАН В. М. Заселение Новороссии в XVIII - первой половине XIX в. М. 1976, с. 53 - 54.

 

20. СКАЛЬКОВСКИЙ А. Ук. соч., с. 100.

 

21. Сводный каталог русской книги гражданской печати XVIII в. 1725 - 1800. Т. 3. М. 1966, с. 74.

 

22. История русского театра. Т. 1. М. 1914, с. 103, 120, 212.

 

23. АНЧИПОЛОВСКИЙ З. Я. Старый театр. Воронеж. 1787 - 1917. Воронеж. 1996, с. 15.

 

24. ШАМРАЙ Д. Д. К истории цензурного режима Екатерины II, с. 192 - 193, 196; СЕРМАН И. З. Комедия Ф. Эмина "Ученая шайка". - XVIII век, сб. 3, с. 208 - 209.

 

25. Материалы для истории Комиссии о сочинении проекта нового уложения 1767 - 1774 гг. - Русский вестник, 1861, т. 36, N 11. Приложения.

 

26. КЕРСНОВСКИЙ А. А. История русской армии. Т. 1. М. 1992, с. 127 - 133.

 

27. НОВИКОВ Н. И. Опыт исторического словаря о российских писателях. СПб. 1772, с. 243. (М. 1987).

 

28. ОЗ, 1840, т. 8, N 1, с. 2.

 

29. НОВИЦКИЙ Л. П. История г. Александровска в связи с историей возникновения крепостей Днепровской линии 1770 - 1806 гг. Екатеринослав. 1905, с. 105.

 

30. ОПИ ГИМ, ф. 445, д. 284, л. 130 - 133.

 

31. НИКОЛАЙЧИК Ф. Д. Город Кременчук. Исторический очерк. СПб. 1891, с. 63.

 

32. ЧЕРТКОВ В. А. Обряд при Высочайшем шествии Ея Императорского Величества в Харьковское наместничество. В кн.: Осьмнадцатый век. Исторический сб. Кн. 1. М. 1869; Воронежские губернские ведомости, 10.VI.1863, N 45, с. 493; 10.VI.1787; АРТАМОНОВ И. Н. Чертков В. А. В кн.: Русский биографический словарь. Т. 22. СПб. 1905, с. 351 - 352.

 

33. ВЕСЕЛОВСКИЙ Г. М. Исторический очерк г. Воронежа. 1586 - 1886 гг. Воронеж. 1886, с. 89, 98, 116; ВЕЙНБЕРГ Л. Б. Город Воронеж. Исторический очерк. В кн.: Воронежский юбилейный сб. в память 300-летия г. Воронежа. Воронеж. 1886, с. 106.

 

34. Российское законодательство X-XX веков. Т. 5. М. 1987, ст. 92, с. 184.

 

35. КАРНОВИЧ Е. Русские чиновники в былое и настоящее время. СПб. 1897, с. 79; КОРФ С. А. Дворянство и его сословное управление за столетие 1762 - 1855 гг. СПб. 1906, с. 161.

 

36. БОЛХОВИТИНОВ Е. Историческое, географическое и экономическое описание Воронежской губернии. СПб. 1800, с. 105.

 
стр. 28

 

37. ВЕСЕЛОВСКИЙ Г. М. Ук. соч., с. 117.

 

38. Из рукописей, хранящихся в Воронежском губернском музее. - Вестник постройки Воронежского губернского музея, 1914, N 2, с. 8.

 

39. Историко-культурное наследие Воронежа. Воронеж. 2000, с. 315.

 

40. КРАШЕНИННИКОВ А. Ф. Проекты архитектора Кваренги для Воронежа. В кн.: Воронежский краеведческий сб. Воронеж. 1985, с. 185 - 189.

 

41. ВЕСЕЛОВСКИЙ Г. М. Ук. соч., с. 121.

 

42. БОЛХОВИТИНОВ Е. Историческое, географическое описание, с. 106.

 

43. КОРФ С. А. Ук. соч., с. 161.

 

44. Описание Воронежского наместничества 1785 г. Воронеж. 1982, с. 41.

 

45. ВЕСЕЛОВСКИЙ Г. М. Воронеж в историческом и современно-статистическом отношениях. Воронеж. 1866, с. 197.

 

46. Там же, с. 198; СЛАВИНСКИЙ М. И. Историческое, топографическое и статистическое описание уездов Воронежской губернии. - Записки Воронежских краеведов. Воронеж. 1987, вып. 3, с. 184.

 

47. Высокопреосвященнейший Евгений, митрополит Киевский и Галицкий. В кн.: Воронежский юбилейный сб. Т. 2. Воронеж. 1886, с. 607.

 

48. БОЛХОВИТИНОВ Е. Историческое, географическое описание, с. 74 - 75.

 

49. ВЕСЕЛОВСКИЙ Г. М. Исторический очерк, с. 156.

 

50. Библиографические записки, 1859, N 3, стб. 67; ШМУРЛО Е. Митрополит Евгений как ученый. Ранние годы жизни. 1767 - 1804. СПб. 1888, с. 176.

 

51. Драматический словарь, или показания по алфавиту всех Российских театральных сочинений и переводов, с означением имен известных сочинителей, переводчиков и слагателей музыки. СПб. 1787, с. 3.

 

52. АНЧИПОЛОВСКИЙ З. Я. Ук. соч., с. 31 - 32.

 

53. СРЕДИН В. Провинциальные театры в России. Театр в Воронеже. - Пантеон, 1852, т. 4, кн. 7, с. 2 - 3.

 

54. Архив Государственного совета. Т. 1. СПб. 1869, стб. 126, 127, 223, 359, 714, 811.

 

55. Надгробное слово префекта Евфимия Болховитинова. 1790. - Богословский вестник, 1896, N 4, с. 29; ЗВЕРЕВ СЕ. Николай Дмитриевич Чертков. К 50-летию Михайловского Воронежского кадетского корпуса. - Русский архив, 1895, кн. 3, N 11, с. 374.

 

56. Летописный Синодик г. Елисеевых. 1737 - 1800. Воронеж. 1886, с. 69.

 

57. Московский некрополь. Т. 2. СПб. 1908, с. 287.

 

58. Центральный исторический архив Москвы, ф. 4, оп. 14, д. 2074, л. 12.

 

59. АКИНЬШИН А. Н. Земельные владения семей Тевяшовых и Чертковых в Воронежской губернии (XVIII - нач. XX в.). В кн.: Формирование и развитие социальной структуры населения Центрального Черноземья. Тамбов. 1992, с. 44.

 

60. ОПИ ГИМ, ф. 445, д. 284, л. 130 - 132.

 

61. КОРФ С. А. Ук. соч., с. 168.

Опубликовано 14 февраля 2020 года



КЛЮЧЕВЫЕ СЛОВА (нажмите для поиска): Василий Алексеевич Чертков


Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама