Рейтинг
Порталус


РУССКИЙ БИОГРАФИЧЕСКИЙ СЛОВАРЬ

Дата публикации: 23 февраля 2021
Автор(ы): И. С. РОЗЕНТАЛЬ
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: БИОГРАФИИ ЗНАМЕНИТОСТЕЙ
Номер публикации: №1614082616


И. С. РОЗЕНТАЛЬ, (c)

М. Аспект Пресс. 1992 - 2003

Закончено переиздание многотомного "Русского биографического словаря", что позволяет дать этому коллективному труду более справедливую, чем до сих пор, историографическую оценку и выяснить его значение на сегодняшний день. Словарь, издававшийся с конца XIX в. Русским историческим обществом, вместил свыше 20 тыс. биографий (для сравнения - в "Словаре достопамятных людей русской земли" Д. Н. Бантыш-Каменского их было несколько более 600). Всего удалось выпустить 25 томов, из них 13 - в 1896 - 1909 гг. и 12 - в 1910 - 1918 гг., когда Русское историческое общество возглавлял известный историк великий князь Николай Михайлович, а работу над словарем субсидировало Министерство императорского двора (до

стр. 171


марта 1917 г.). Ранее эту работу обеспечивал из своих личных средств предшественник великого князя в должности председателя Русского исторического общества, видный чиновник и предприниматель (но не историк) А. А. Половцов.

Переиздание словаря отличается от первого издания. Оно, во-первых, включает в себя пять новых, не вышедших тогда томов. Подготовка их текста на основе выявленных в архивах материалов (рукописей, гранок, верстки, корректурных экземпляров) проведена М. П. Лепехиным совместно с группой сотрудников Санкт-Петербургского Института российской истории РАН, руководимой членом-корреспондентом РАН Р. Ш. Ганелиным. Во-вторых, переиздание завершается "Азбучным указателем имен русских деятелей" (словником) в двух томах. Составленный до выхода в свет словаря, он имеет самостоятельную ценность, так как в словаре вдвое меньше статей, чем имен, включенных в указатель. Дополнительно составлен список лиц, чьи биографии представлены в словаре, но отсутствуют в указателе.

Наконец, сложную историю оформления и воплощения замысла, возникшего еще в 1875 г., освещают написанные М. П. Лепехиным вводные статьи к новым томам и итоговая статья Д. Н. Шилова. В статьях учтены новейшие публикации, в том числе переписка Б. Л. Модзалевского - вдохновителя, автора, редактора первого издания словаря. Выясняется вклад в издание руководителей Русского исторического общества, характеризуются некоторые редакторы и авторы, особенности их исследовательского и литературного почерка. В целом эти статьи дают значительно больше того, что можно было раньше почерпнуть из юбилейного сборника, выпущенного в 1916 г. к 50-летию Русского исторического общества.

Рассматривается также существенный вопрос о причинах неудачи попытки возобновить издание в начале 1920-х годов, после того, как в январе 1919 г. Н. М. Романов был расстрелян, а Русское историческое общество самораспустилось, передав свое имущество Российской Академии наук. Помимо материальных и других трудностей, главным и непреодолимым препятствием явилась происходившая после 1917 г. в обществе кардинальная переоценка ценностей. Известен случай, который теперь может показаться анекдотичным: в 1920 г. директор Госиздата Н. И. Ионов выхватил наган в ответ на предложение допечатать сочинения А. Блока по старой орфографии. Тем более неприемлемым был "Русский биографический словарь", воспринимавшийся как ненужный рудимент бесповоротно ушедшей эпохи. Свою роль сыграло и изменение приоритетов исторической науки, они смещались в сторону изучения массовых движений и социально-экономических процессов, что противопоставлялось индивидуальным жизнеописаниям.

Между тем словарь, принадлежащий, естественно, своему времени и представляющий собой факт истории исторической науки, является выдающимся памятником отечественной культуры. Его издание увенчало более чем полувековую публикаторскую деятельность таких журналов, как "Русский архив" и "Русская старина", особенно в части публикаций персонального характера, чем занималось и Русское историческое общество. Авторы статей опирались на труды виднейших историков, ссылались на их выводы. Словарь аккумулировал огромный архивный материал, некоторые из ведомственных архивов были впервые открыты специально для его авторов. Во многих случаях мы имеем дело с самостоятельными исследованиями. В числе сотрудников словаря были К. Н. Бестужев-Рюмин, В. С. Иконников, Л. Н. Майков, Н. П. Лихачев, А. Н. Пыпин, А. Ф. Кони, Н. П. Павлов-Сильванский, С. С. Татищев, С. Ф. Платонов, наряду с более молодыми учеными.

Современный читатель, специалист и неспециалист, имеет немало возможностей выбора справочно-энциклопедических изданий, варьирующих и биографии одних и тех же лиц. Но и на фоне этого многообразия, рассчитанного на разнообразие запросов, "Русский биографический словарь" остается изданием уникальным, прежде всего благодаря своей универсальности. Словарь дает представление об истории и культуре России с древнейших времен до конца XIX в. через биографии деятелей, проявивших себя, как писал отвечавший за составление "Алфавитного указателя" Г. Ф. Штендман, "на всех поприщах русской государственной и народной жизни" (крайний хронологический предел включения в словарь - дата смерти не позднее 31 декабря 1892 г., предполагалось в дальнейшем его отодвинуть до 1903 г.). Исследователи обращаются и, несомненно, будут обращаться к словарю и впредь за достоверной фактологической информацией о лицах, сведения о которых в других изданиях отсутствуют или недостаточны.

Лучшие статьи словаря сочетают научность со свободным и выразительным изложением. Последнее качество в современных энциклопедиях приносится в жертву лаконизму. Но редакторы и авторы словаря решали, помимо прочего, просветительские задачи и хотели создать настольную книгу для всех занимающихся и интересующихся историей. Поэтому утверждение, что "Русский биографический словарь" входил в комплекс тогдашней "справочной литературы", издание которой действительно переживало на рубеже XIX и XX столетий "золотой век", не передает своеобразия словаря, ибо он не был только справочником. Пишущие в современные энциклопедии могут позавидовать количеству страниц, предоставлявшихся его авторам, однако все же главное заключалось в том, как такой

стр. 172


объем использовать. Авторы словаря, помимо описания дел и взглядов своих героев, старались воссоздать их индивидуальные черты, нарисовать психологические портреты.

Всякую энциклопедическую статью положено начинать дефиницией. Но вот выбранная наугад из нового тома дефиниция, по нынешним представлениям нестандартная и, на первый взгляд, субъективная, что энциклопедии противопоказано. О Н. А. Мельгунове сказано, что это "писатель забытый, но выдающийся и симпатичнейший общественный деятель, der edle Melgunoff, как называли его иностранцы, и притом такие иностранцы, как Фарнгаген, Гумбольдт и другие". Тем не менее перед нами, как можно убедиться, прочитав статью, образцовый по полноте использования известного тогда материала и разносторонности характеристики очерк, не без критических по адресу персонажа замечаний автора (А. Е. Ельницкого)1 . Даже согласие с убеждениями героя не превращало его на страницах словаря в фигуру, лишенную недостатков, как это, увы, случается в иных апологетических сочинениях нашего времени, например, о М. Н. Каткове и других деятелях консервативного направления.

Поучительно и то, как составители словаря решали проблему отбора исторических деятелей. Больше всего претензий, нередко справедливых, предъявлялось и до революции, и в советское время именно к этому исходному в энциклопедическом деле моменту. Сказалось и то обстоятельство, что словарь издавало императорское Русское историческое общество. Это налагало ограничения и на круг авторов, и на выбор персоналий. Лакуны, вынужденные или намеренные, заметить сейчас не составит труда, хотя и неверно, что в словаре "напрасно искать биографии революционных деятелей, представителей передовой общественной мысли"2 , - совсем нет лишь народовольцев, но есть и декабристы, и Герцен, и Чернышевский, и Бакунин, и Лавров, и многие другие, как бы мы не относились теперь к статьям о них с концептуальной точки зрения.

Критиковали словарь и за то, что в нем много биографий деятелей "второстепенного и третьестепенного значения", вплоть до "местночтимых святых". Но как раз это обстоятельство не кажется теперь очевидным минусом, больше того, оно повышает ценность словаря. Заметная тенденция в развитии истории как науки - растущее внимание к "человеческому измерению" процессов и явлений прошлого. Используемый сегодня не слишком удачный термин "человек второго плана" можно отнести ко многим персоналиям словаря. Как выясняется теперь, такова была принципиальная установка. По свидетельству Б. Л. Модзалевского, великий князь Николай Михайлович разделял его точку зрения, на которой он ранее, при Половцове, тщетно настаивал: "...В таком "Словаре" надо давать преимущественно биографии людей малоизвестных, так как о крупных деятелях и так ведь можно найти сведения. В таком духе и предоставлено вести дело редакторам".

Участники издания сознавали его недостатки: качественную неравноценность статей, особенно в первых томах, необоснованные различия в размерах. Но содержание словаря менялось к лучшему под воздействием критики в исторических и "толстых" журналах ("Вестнике Европы", "Русском богатстве", "Русской мысли" и других), причем отзывы становились постепенно все более предметными. Учитывая это, было бы нелишне включить в переиздание список сделанных первыми рецензентами словаря фактических поправок, конечно, в виде приложения, не вторгаясь в текст статей.

Разумеется, повторить без существенных коррективов опыт подготовки словаря в нынешних условиях невозможно, да и не нужно. Сегодня не найти автора, который взялся бы квалифицированно написать все статьи на одну букву; между тем тогда такое практиковалось и небезуспешно, например, Н. П. Чулковым и В. В. Шереметевским. Нецелесообразно включать в энциклопедическое издание гигантские статьи, равные по объему монографиям, обходиться без нумерации томов и без портретов исторических деятелей (но в отдельных статьях словаря приводится, кроме обширной, часто исчерпывающей библиографии, также иконография, например, в статье Г. В. Вернадского о НИ. Новикове в одном из новых томов, чего в современных энциклопедиях, к сожалению, нет). В словаре очень много неподписанных статей или подписанных псевдонимами, это тоже не пример для подражания. Отметим кстати, что часть статей в томах, изданных впервые, удалось атрибутировать.

Издательство "Аспект Пресс" осуществило неоспоримо нужное дело. Можно вместе с тем согласиться с историками, подготовившими переиздание "Русского биографического словаря", когда они выражают надежду на то, что "рано или поздно" "будет создан новый отечественный словарь, ни в чем не уступающий своему знаменитому предшественнику".

Примечания

1. Строгость отбора персоналий в наши дни не гарантирует от явных промахов: в энциклопедию "Отечественная история. История России с древнейших времен до 1917 года" (т. 3. М. 2000) не попал никто из Мельгуновых, в том числе историк С. П. Мельгунов.

2. Очерки истории исторической науки в СССР. Т. 2. М. 1960, с. 605 - 606.

Опубликовано на Порталусе 23 февраля 2021 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама