Рейтинг
Порталус


ТРАДИЦИИ ПЕТЕРБУРГСКОЙ ШКОЛЫ ЗООЛОГОВ

Дата публикации: 05 октября 2022
Автор(ы): Сергей ФОКИН
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: БИОЛОГИЯ
Источник: (c) Наука в России, № 3, 30 июня 2013 Страницы 56-63
Номер публикации: №1664971097


Сергей ФОКИН, (c)

Доктор биологических наук Сергей ФОКИН, ведущий научный сотрудник Санкт-Петербургского государственного университета

Кафедра зоологии беспозвоночных - одна из старейших в Санкт-Петербургском государственном университете. Основанная в 1871 г. выдающимся зоологом Карлом Кесслером, она почти полтора века ведет образовательную и исследовательскую работу в стенах исторического здания Двенадцати коллегий на Васильевском острове, возведенном в 1722 - 1742 гг. по проекту архитектора Доминико Трезини. Именно с этим подразделением университета в значительной мере связаны возникновение и развитие отечественной научной школы зоологии беспозвоночных.

Санкт-Петербург традиционно и заслуженно считают одним из крупнейших научных центров России*. Эта оценка справедлива в том числе и для биологии, получившей развитие в северной столице сразу после основания там Петром Великим Петербургской академии наук (1724 г.). Однако только после преобразования Главного педагогического института в Санкт-Петербургский университет (1819 г.) преподавание этой дисциплины и, стало быть, подготовка ученых и педагогов были поставлены на должную высоту.

При открытии университета цикл биологических дисциплин для студентов состоял из зоологии и ботаники, основы которых изучали на физико-математическом (в 1836 - 1852 гг. - философском) факультете. Что касается зоологии, то до начала 1860-х годов ее дисциплины, включая физиологию и анатомию, читал в университете единственный профессор "зоо-


* См.: Ж. Алферов, Э. Тропп. Санкт-Петербург - российское "окно в науку". - Наука в России, 2003, N 3 (прим. ред.).

стр. 56

логии и зоотомии". Именно так официально именовалась должность главы кафедры в 1833 г., когда ее занял Степан Куторга - второй по счету университетский профессор-зоолог, возглавивший это подразделение и, по сути, во многом создавший его. Дело в том, что первый - Андрей Ржевский (1786 - 1842), начавший читать курс в 1820 г. и в конце 1822 г. получивший звание ординарного профессора, не смог сформировать ни зоологических коллекций, ни лаборатории для занятий студентов. Очевидно, он не обладал талантом преподавателя и организатора, да к тому же был слаб здоровьем.

В отличие от своего предшественника, Степан Куторга был живым, энергичным человеком, усердно занимался науками и обладал, очевидно, большими педагогическими способностями. Это позволило ему не только укрепить, а, по сути, создать соответствующее подразделение, но и воспитать несколько первоклассных специалистов, среди которых был и Карл Кесслер, получивший университетскую кафедру зоо-

стр. 57

логии в 1861 г. после смерти Куторги. Именно он привлек к преподаванию лучших ученых. В конце 1860-х годов здесь, в частности, читали лекции будущие корифеи отечественной биологии Александр Ковалевский (академик Петербургской АН с 1890 г.) и Илья Мечников (лауреат Нобелевской премии 1908 г.).

По призванию Кесслер был прежде всего ученым и, может быть, это повлияло на его решение сократить педагогическую деятельность за счет разделения преподавания зоологии на два отдела. Ему, декану физико-математического факультета (1865 - 1867 гг.) и ректору Петербургского университета (1867 - 1873 гг.), одному из крупнейших орнитологов и ихтиологов своего времени, основателю Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей (1868 г.), члену-корреспонденту Петербургской АН, мы и обязаны разделением кафедры зоологии в составе естественного отделения физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета на два кабинета: Зоологический, возглавляемый Кесслером до кончины в 1881 г., и Зоотомический. Для заведования последнего он пригласил из Казанского университета* профессора Николая Вагнера (член-корреспондент Петербургской АН с 1898 г.), с которым познакомился в 1867 г. на первом съезде русских естествоиспытателей.


* См.: С. Писарева. В диалоге со временем. - Наука в России, 2012, N 5 (прим. ред.).

стр. 58

Предлагая в апреле 1870 г. его кандидатуру на рассмотрение, Кесслер отмечал: "Вследствие перехода г. Мечникова ординарным профессором в Новороссийский университет, возникает надобность для нашего Физико-математического факультета в другом преподавателе зоологии. Мои обязанности по званию ректора поглощают у меня столько времени, что я едва успеваю излагать в надлежащей полноте курс общей зоологии и не имею никакой возможности руководить практическими занятиями студентов и читать им курсы специальной зоологии и сравнительной анатомии, совершенно необходимые при настоящем устройстве у нас разряда Естественных наук <...>. Считаю долгом обратить внимание факультета для этой цели на профессора Казанского университета Вагнера <...>. Едва ли найдется у нас другой зоолог, который обладал бы такими разнообразными естественно-научными знаниями".

Магистр зоологии Казанского университета ( 1 85 1 г.) и доктор зоологии Московского университета (1855 г.), Вагнер в начале научной деятельности был увлечен энтомологией (раздел, изучающий насекомых). Высшей точкой его карьеры в этой области стало открытие явления педогенеза (способа бесполого размножения) у некоторых представителей Diptera (отряд двукрылых). Вслед за "модой" на эмбриологические исследования в 1860 г. он начал работать в этом направлении на Средиземном море, но ничего существенного не достиг. Как морфолог, он был более удачлив, и в 1869 г. получил премию Парижской академии наук за исследования по анатомии ракообразных из рода Anceus, проведенные в

стр. 59

Неаполе (1865 - 1866 гг.)*. Проработав 8 лет в Казанском университете, он в 1870 г. был переведен в Санкт-Петербург сверхштатным профессором зоологии на кафедру Кесслера, где в основном занимался фаунистическими исследованиями на Белом море. К 1871 г. разделение на два кабинета уже было подготовлено ходом развития преподавания зоологии в университете, поэтому Зоотомический кабинет он создавал не на пустом месте.

Значительную роль в оснащении нового подразделения в период его становления и в педагогической работе сыграли консерваторы (ассистенты) Оскар Гримм, Владимир Аленицын, будущий знаменитый физиолог Николай Введенский, основатель эволюционной палеонтологии Владимир Ковалевский и Константин Мережковский, организовавший на кафедре практические занятия и опубликовавший ряд ценных работ по простейшим, губкам и кишечнополостным. Он был, по сути, правой рукой Вагнера, во многом заменяя его. Однако в 1886 г. подал в отставку и уехал из Петербурга в Крым, где со свойственной ему энергией занялся виноградарством.

Вместо него профессор пригласил на должность консерватора Владимира Шимкевича, осенью того же года защитившего в Московском университете магистерскую диссертацию. В 1887 г. молодой ученый стал приват-доцентом Зоотомического кабинета, а по многим вопросам - реальным главой подразделения. "Н. П. Вагнер лабораторией почти не интересовался, и она осталась целиком на моей ответственности", - вспоминал позднее член-корреспондент Петербургской АН и действительный член РАН Шимкевич.

Вскоре появились и другие приват-доценты - Николай Холодковский (впоследствии член-корреспондент Петербургской АН) и Николай Полежаев, читавшие лекции по зоологии беспозвоночных. В начале 1890-х их сменили Виктор Фаусек (впоследствии директор Бестужевских высших женских курсов) и Николай Книпович (член-корреспондент с 1927 г. и почетный академик АН СССР с 1935 г.), которые вели различные части общего курса. Сам же Вагнер с 1892 г. лекций уже не читал, да и вообще уровень его преподавания, по воспоминаниям современников, оставлял желать лучшего.

Но при нем успешно пополнялась кафедральная коллекция беспозвоночных, перешедшая в ведение Вагнера из Зоологического кабинета. Начало собранию положил Степан Куторга. Однако материалы, ставшие основой будущего музея кафедры, были собраны в большей степени при Карле Кесслере в 1860 - 1870-х годах сотрудниками и студентами университета на Средиземном море, а также куплены на Неаполитанской зоологической станции, основанной немецким зоологом Антоном Дорном в Италии. При Вагнере помимо средиземноморской фауны там появились сборы, сделанные на Белом, Баренцевом, а также Балтийском, Каспийском, Черном и Красном морях. Кроме того, коллекции кабинета включали представителей фауны беспозвоночных животных, добытых в Северном Ледовитом, Атлантическом, Тихом и Индийском океанах, в различных пресных водоемах и на суше во многих частях Старого и Нового Света. Как правило, их дарили, а иногда и продавали Зоотомическому кабинету известные ученые: Бенедикт Дыбовский, Филипп Овсянников, Александр Ковалевский, Илья Мечников, Федор Яржинский, Иосиф Порчинский, Михаил Усов и др. В 1874 г. фонды музея пополнились обширным собранием (свыше 200 видов) раковин тропических моллюсков, завещанным университету ярославским архиепископом Нилом. Позднее были получены материалы Североамериканской экспедиции (1879 г.), коллекции беспозвоночных Алексея Корот-


* См.: С. Фокин. Русские зоологи в Неаполе. - Наука в России, 2010, N 5 (прим. ред.).

стр. 60

нева (1887 г.), Владимира Вагнера (1888 г.) и Владимира Шимкевича (1892 г.).

Существенный вклад в пополнение музея внесли Беломорские экспедиции 1876, 1877 и 1880 г., а также организованная в 1881 г. Вагнером на главном Соловецком острове (Архангельская область) Биологическая станция. Значительные сборы беспозвоночных для кабинета сделали в том районе Константин Мережковский, Николай Книпович и Дмитрий Педашенко. К 1893 г. беломорская коллекция состояла из 500 банок с фиксированными животными.

Отдельную часть собрания представляли насекомые. В 1892 г. даже изготовили специальный энтомологический шкаф для жуков Санкт-Петербургской губернии, а годом позже - для коллекции петербургских бабочек. Основу этой подборки заложил еще Кесслер, а определения насекомых сделали в 1890-х годах Георгий Якобсон и Михаил Римский-Корсаков.

Между тем осенью 1894 г. профессор Вагнер подал в отставку, и место заведующего Зоотомическим кабинетом благодаря стараниям академика Александра Ковалевского и профессора Владимира Шимкевича занял Владимир Шевяков, выпускник 1889 г. Гейдельбергского университета (Германия), учившийся до того в Петербурге.

Реорганизация Зоологического музея в Политехническом институте г. Карлсруэ (Германия), за которую Шевяков получил благодарность Баденского правительства, и его работа в качестве ассистента и приват-доцента в Гейдельбергском университете у профессора Отто Бючли* стали для него прекрасной школой. С момента появления в Санкт-Петербургском университете он начал переоборудовать кабинет, ориентируясь на свой немецкий опыт. При участии помощников снабдил его необходимыми пособиями. Описывая этот период, ученик Шевякова, основатель отечественной генетической школы профессор Юрий Филипченко в исторической записке 1918 г. отмечал: "Создается заново обширная демонстрационная коллекция спиртовых и сухих препаратов различных беспозвоночных, их анатомического строения, эмбриологического и постэмбриологического развития и пр., которые, в несколько расширенном, конечно, виде, сохранились как главное пособие при преподавании и до настоящего времени. Кроме нее возникла подобная коллекция микроскопических препаратов, непрерывно пополняемая и до сих пор составляющая одно из украшений Зоотомического кабинета".

В общем, музейное собрание при Шевякове было не только реорганизовано - оно впервые получило надлежащее хранение: в трех первых комнатах анфилады разместились 15 шкафов и 3 большие двусторонние напольные витрины, а также стеллаж для микроскопических препаратов, специально изготовленный для музейного собрания по чертежам самого заведующего. При этом Шевяков значительно обновил и увеличил коллекцию зоологических таблиц и моделей, большинство из которых были выписаны из-за границы.

Одним словом, Зоотомический кабинет Санкт-Петербургского университета приобрел вид первоклассной немецкой лаборатории. Современники признавали, что он стал лучшим из подобных учреждений в России. Не меньшей заслугой Шевякова стала организация практических занятий по зоологии беспозвоночных для всех естественников. На них студенты после краткого объяснения профессора при помощи его ассистентов знакомились с главнейшими представителями беспозвоночных животных, проводили вскрытия, делали микроскопические препараты, овладевали техникой зоологических исследований. Ежегодно свыше 100 человек проходили эту школу - такими достижениями мог похвастаться далеко не каждый университет конца XIX - начала XX в.


* См.: С. Фокин. Отто Бючли и его русские ученики. - Наука в России, 2012, N 2 (прим. ред.).

стр. 61

Особенно продуктивным оказался введенный Шевяковым для начинающих специалистов курс "Большого практикума", также интродуцированный из Гейдельбергского зоологического института. В системе подготовки будущих ученых ему отводилось едва ли не самое главное место. Он занимал не менее года (а обычно больше) и включал подробное самостоятельное знакомство студента с основными представителями различных типов беспозвоночных: наблюдение живых и фиксированных объектов, их зарисовка, препарирование, вскрытие, исследование с применением различных методов окраски и изготовления тотальных препаратов и тонких срезов, изучение основной литературы по каждой группе беспозвоночных. Этот курс существовал на кафедре свыше 90 лет!

Очевидно, метод обучения, принятый в Зоотомическом кабинете при Шевякове, ставшем в 1909 г. членом-корреспондентом Петербургской АН, позволил к началу XX в. в высшей степени эффективно решать задачи подготовки специалистов в области зоологии беспозвоночных. Закончившие под его руководством кафедру стали впоследствии крупными учеными в различных отраслях биологии. Среди выпускников тех лет - основатель психонейроиммунологии и один из пионеров биологической борьбы с сельскохозяйственными вредителями Сергей Метальников, один из создателей отечественной лесной энтомологии Михаил Римский-Корсаков, основатель физиологии насекомых Николай Кузнецов, крупный экспериментальный эмбриолог и исследователь фауны

стр. 62

Индокитая Константин Давыдов, выдающийся отечественный ученый-эмбриолог Петр Иванов, один из основоположников промышленного рыболовства на севере России Сергей Аверинцев, создатель новой дисциплины - экологической паразитологии - Валентин Догель, один из основателей отечественной генетической школы Юрий Филипченко, известный зоолог-энтомолог Иван Филипьев, крупнейший сравнительный анатом и паразитолог Владимир Беклемишев, один из мировых авторитетов в прикладной энтомологии Борис Уваров, генетик и клеточный морфолог Иван Соколов.

В 1911 г. Шевяков перешел на работу в Министерство народного просвещения, передав заведование кабинетом своему лучшему и любимому ученику Валентину Догелю (член-корреспондент АН СССР с 1939 г.). "Работы его очень интересны и изобличают не только хорошего наблюдателя, но и вдумчивого ученого, стремящегося обсудить и обобщить сделанные наблюдения", - отмечал учитель. Этот стиль Догель сохранил на всю жизнь. Он заведовал кабинетом (а затем кафедрой) 41 год до внезапной смерти в 1955 г. Только во время Великой Отечественной войны, когда университет эвакуировали в Саратов (1942 - 1944 гг.), профессор не мог руководить коллективом - он жил и работал в то время в Алма-Ате (Казахстан).

В первые послереволюционные годы на базе Зоотомического кабинета были созданы еще 3 кафедры - генетики и экспериментальной зоологии, эмбриологии и энтомологии, которыми заведовали его выпускники Филипченко, Иванов и Римский-Корсаков.

При Догеле кабинет сохранял лидирующие позиции в подготовке отечественных зоологов. Приоритетной научной тематикой до конца 1920-х годов оставалась протозоология, затем в сферу интересов вошли паразитологические работы, давшие руководителю кафедры основание для создания к середине 1930-х годов новой дисциплины - экологической паразитологии. Существенное развитие получили и сравнительно-морфологические исследования. Тем самым было сформировано существующее и поныне триединство в научной работе и подготовке специалистов - протистология, экологическая паразитология и сравнительная анатомия.

Лекции, которые Догель читал по этим разделам, со временем были изданы в виде учебников и монографий: "Сравнительная анатомия беспозвоночных" (1925 г.), "Зоология беспозвоночных" (1934 г.), "Общая паразитология" (1947 г.) и "Общая протистология" (1951 г.). На базе кафедры возникли крупнейшие научные школы протозоологов, паразитологов и сравнительных анатомов, у истоков которых стоял все тот же Догель. Имена его учеников хорошо известны в научном мире: член-корреспондент АН СССР Юрий Балашев, профессора Юрий Петрушевский, Александр Мончадский, Мария Белопольская, Татьяна Гинецинская, Соломон Шульман и Юрий Стрелков (паразитология); член-корреспондент АН СССР Юрий Полянский, профессора Александр Стрелков, Евгений Хейсин, Лев Серавин, Игорь Райков и Тамара Бейер (протозоология); академики Юрий Орлов, Артемий Иванов, Орест Скарлато, член-корреспондент АМН СССР Павел Светлов, профессора Сергей Герд, Владимир Вагин, Ольга Иванова-Казас (сравнительная анатомия, общая зоология и палеонтология).

Догелевские традиции поддерживал и его ученик Юрий Полянский, возглавлявший кафедру в 1955- 1983 гг. Сохраняются они и поныне, когда научную и преподавательскую эстафету приняло уже третье, а отчасти и четвертое поколение научных наследников Валентина Догеля.

Статья написана в рамках темы, поддержанной грантом РФФИ 10-06-00124а.

 

Опубликовано на Порталусе 05 октября 2022 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама