Поиск
Рейтинг
Порталус
база публикаций

РАЗНОЕ есть новые публикации за сегодня \\ 24.01.21


Современная российская историческая германистика: изыскания перспективной молодежи, научная инфраструктура. Новейшая история Германии

Дата публикации: 02 ноября 2020
Автор: М. В. СТРЕЛЕЦ
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: РАЗНОЕ
Источник: (c) Вопросы истории, № 7, Июль 2008, C. 171-175
Номер публикации: №1604310058 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


М. В. СТРЕЛЕЦ, (c)

найти другие работы автора

Современная российская историческая германистика: изыскания перспективной молодежи, научная инфраструктура. Новейшая история Германии. Труды молодых ученых и исследовательские центры. Сборник. Составители Б. Бонвеч, Б. Орлов, А. Синдеев. М. КДУ. 2007. 398 с.

 

Выход рецензируемого сборника стал возможным в результате объединения усилий Германского исторического института в Москве (ГИИ), Института научной информации по общественным наукам Российской Академии Наук (ИНИОН РАН), Тверского государственного университета (ТГУ). Его составителями выступили директор ГИИ профессор Б. Бонвеч, главный научный сотрудник ИНИОНа РАН, доктор исторических наук Б. С. Орлов, заведующий кафедрой новой и новейшей истории ТГУ А. А. Синдеев.

 

В основу структуры книги положена "идея - соединить статьи молодых германистов и информацию о центрах исторической германистики.

 

Причина очевидна: дать молодому поколению информацию о том, что делалось и что делается в традиционных и новых центрах германистики, восстановить научный континуитет" (с. 18).

 

Первый раздел сборника "Статьи молодых историков-германистов" включает четыре подраздела: "Идеология и политика во Второй империи и в Веймарской республике", "Германия в период национал - социализма", "Внутриполитическая жизнь послевоенной Германии", "Германия в системе международных отношений после 1945 года".

 

В первый подраздел входят статьи: кандидата исторических наук, старшего преподавате-

 
стр. 171

 

ля Российского нового университета (Воронежский филиал) А. О. Семеновой "Возникновение ревизионизма в германской социал-демократии", аспиранта Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова М. В. Гусевой "Вернер Зомбарт как идеолог консервативной революции", кандидата исторических наук, доцента Волгоградского государственного педагогического университета ТВ. Евдокимовой "Рейхсканцлеры Веймарской Германии в новейшей отечественной литературе", кандидата исторических наук, преподавателя Воронежского государственно университета М. В. Кирсанова "Образ немцев в восприятии правых латышских интеллектуалов в межвоенный период".

 

А. О. Семенова показывает место Эдуарда Бернштейна в истории германской социал-демократии, раскрывает коллизии в отношениях между родоначальником ревизионизма и руководящим составом СДПГ. Э. Бернштейн предстает не кабинетным ученым, оторванным от жизни, а выдающимся теоретиком, выстраивающим аргументацию на базе реалий конца XIX века. Автор адекватно оценивает значимость наследия данного теоретика и в условиях постиндустриальной цивилизации. "Настоящее признание идей демократического социализма Бернштейна пришлось на период после 1945 года. Они нашли отражение в программе СДПГ, принятой в 1959 г. в Бад - Годесберге, сохраняются в идеологическом лексиконе современной социал-демократии, которая рассматривает социализм как постоянный и непрерывный процесс реализации основных социалистических ценностей в условиях парламентской демократии" (с. 38).

 

Ученица российского германиста А. И. Патрушева М. В. Гусева затронула практически неисследованный аспект литературного наследия одного из ключевых представителей интеллектуальной элиты трех эпох германской истории Вернера Зомбарта, у которого была весьма солидная научная репутация и во времена кайзера Вильгельма, и во времена первой республики, и в третьем рейхе. Она впервые капитально анализирует роль Зомбарта в идеологическом обеспечении консервативной революции.

 

По мнению автора, "стержневым понятием в консервативно - революционных настроениях В. Зомбарта оказывается понятие героического". Гусева показывает, что "миропонимание В. Зомбарта в полной мере соответствовало идейной направленности консервативной революции, одним из ключевых составляющих которой стала ... позиция "героического сознания". В этой связи немецким мыслителем предпринимались "попытки увидеть элементы "героического сознания" в капитализме в образе предпринимателя или в социализме в образе революционных синдикалистов или большевиков". Однако Зомбарт ни в одной из указанных социально-экономических систем не увидел "элементов "героического сознания". "В итоге перед первой мировой войной он стоял на позициях так называемого культурного пессимизма". Осмысление факта участия Германии в войне предопределило расстановку новых акцентов в теоретических построениях Зомбарта. "В "идеях 1914 года" им был найден путь преодоления культурного пессимизма. Противопоставление "торгашей" и "героев" обрело воплощение в национальных типах англичан и немцев. Немецкое и героическое начала оказались неразрывно связанными. Германский ученый довел свои творческие изыскания до того уровня, когда есть основания говорить об оригинальной модели. Гусева дает ей сбалансированную оценку. Она пишет: "Предложенная им модель немецкого социализма включала в себя детальную рационалистическую разработку экономических и политических вопросов, которая сочеталась с метафизическим осмыслением высших целей нации. Несмотря на кажущуюся цельность системы, в ней были заложены опасные противоречия, ставшие роковыми для движения консервативной революции в целом" (с. 62).

 

Т. В. Евдокимовой удалось создать исследование на стыке истории и политологии. Она вначале смоделировала тип главы исполнительной власти, характерный для германских реалий 1919 - 1933 гг., то есть для периода первой республики, а затем всесторонне проиллюстрировала этот тип на примере всех канцлеров, правивших страной в данный отрезок времени.

 

Автор показывает, что канцлеры Веймарской Германии не могут быть образцом политических лидеров переходной эпохи. "Они не являлись харизматическими личностями. Они не обладали волей к власти. Среди них не оказалось ни Отто фон Бисмарка, ни Конрада Аденауэра" (с. 74).

 

Достоинством статьи является также рассмотрение деятельности глав исполнительной власти в контексте дуалистичности Веймарской конституции, несовершенства партийно-политического механизма. Проследив изменение места и роли канцлера в политической системе Веймарской Германии, автор отмечает: "Демонстрируя сознательный уход от концентрации власти в руках канцлера в первоначальный период Веймарской республики, та же конституция позволила президенту начиная с 1930 года ликвидировать роль парламента как конституционного органа народного представительства, дававшего согласие на формирование правительства. Началось перемещение центра тяжести власти от законодательных органов к исполнительным" (с. 80). Весьма важной представляется также следующая конста-

 
стр. 172

 

тация: "Партийно-политический фактор оказывал в основном дестабилизирующую роль на деятельность правительств. Главная причина заключалась в отсутствии практического опыта у политических партий: они не привыкли к правительственной ответственности" (с. 82).

 

М. В. Кирсанов уловил масштабы антивоенных настроений в Латвии между первой и второй мировыми войнами. Он показал те субъекты политического процесса в данной стране, которые "культивировали антинемецкий нарратив" (с. 97). Речь шла о правых и центристах, причем правые, чьи позиции можно было однозначно квалифицировать как националистические, делали это наиболее рьяно. Рассматривая реальный вес антинемецких сил в латвийском политическом интерьере, автор берет в качестве контрольного рубежа переворот 14 - 15 мая 1934 года. "Если до переворота 14 - 15 мая 1934 года антинемецкие идеи оставались идеями, то после него появились условия для их реализации" (с. 97).

 

Автор обращается к анализируемому проблемному полю и в общеевропейском контексте. Он отмечает: "Обострение немецко - латышских отношений перед второй мировой войной могло быть использовано для активизации антинацистских настроений в Европе. Но этот шанс был упущен. Латышские националистически настроенные интеллектуалы в большинстве своем покинули страну после прихода советских войск в Латвию. В такой ситуации латышский национализм становился антисоветским и антироссийским, немецкие же мотивы потеряли для латышских интеллектуалов свою актуальность" (с. 101).

 

Авторами второго подраздела являются: кандидат исторически наук, старший преподаватель Кемеровского государственного университета С. В. Арапина ("Деятельность "Германского трудового фронта" в рамках реализации идеи "народного автомобиля"), кандидат исторических наук, доцент Ярославского государственного педагогического университета имени К. Д. Ушинского А. М. Ермаков ("Подготовка руководящих кадров в Союзе немецких девушек"), аспирант Воронежского государственного педагогического университета Е. Л. Данченко ("Принудительный труд "восточных рабочих" в сельском хозяйстве нацистской Германии").

 

Темы, заявленные данными авторами, явились новыми для российской германистики.

 

С. В. Арапина показывает социальные последствия деятельности Германского трудового фронта. "Его активность способствовала изменению социального типа рабочего. Прославление человека труда изменило как понимание большей частью рабочих своего статуса, так и самосознание немецкого общества. Под воздействием привлекательных сторон деятельности организации (юридическая помощь, запрещение необоснованных увольнений, строительство жилья и спортивных сооружений, оплачиваемый отпуск, идея "народных товаров", возможность путешествий и т. д.) удалось убедить рабочих, что они нужны государству для создания нового "великого рейха". "Преимущества, которые получали члены Германского трудового фронта, были настолько очевидны, что нацистам удалось создать "капитал доверия" к своему режиму со стороны рабочего класса" (с. 106 - 107).

 

А. М. Ермаков отмечает, что Союз немецких девушек (БДМ) стал третьим воспитательным центром, который в отличие от довольно консервативной школы и слабо поддающейся государственному контролю семьи активно внедрял нацистские идеалы и ценности" (с. 107).

 

Е. Л. Данченко делает убедительный вывод: "Практика использования восточных рабочих в сельском хозяйстве (Германии. - М. С.) существенно отличалась от представлений национал-социалистического руководства. Постулаты расовой национал-социалистической идеологии наталкивались в сельском хозяйстве на значительные препятствия. Годами внедрявшийся в сознание образ "расово-неполноценных" был скорректирован повседневным общением. Забота и готовность работать были при этом важнейшими критериями, по которым оценивались "свои" иностранцы" (с. 133).

 

Авторами третьего подраздела являются: аспирант кафедры теории и истории международных отношений Уральского государственного университета имени А. М. Горького В. С. Рабинзон ("Развитие политического процесса в Тюрингии в период демократического транзита"), старший преподаватель Московского государственного лингвистического университета Т. А Некрасова ("Деятельность антифашистских комитетов во французской зоне оккупации Германии"), соискатель кафедры нового и новейшего времени Санкт-Петербургского государственно университета И. Д. Попов ("Образование и развитие ХСС в Баварии (1945 - 1949 гг.)"), аспирант кафедры всеобщей истории Ярославского государственного университета имени П. Г. Демидова М. Г. Кербиков ("Позиция СвДП по социально - экономическим вопросам в правительстве Г. Коля (1982 - 1990 гг.)"), преподаватель Воронежского государственного университета М. В. Мануковский ("Ментальные стереотипы немцев о политиках и политических партиях России и Германии"), аспирант исторического факультета Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова Е. В. Черненко ("Страницы биографии издателя журнала "Шпигель" Рудольфа Аугштайна"), аспирант кафедры теории и истории международных отношений Мос-

 
стр. 173

 

ковского государственного университета Д. В. Яжук ("Печатные СМИ ФРГ: вчера и сегодня").

 

В. С. Рабинзон впервые в постсоветской германистике реконструировал политический процесс в Тюрингии с июля 1945 до октября 1949 года. В его статье прослеживается периодизация данного процесса.

 

Т. А Некрасова предлагает принципиально новый взгляд на политику военной администрации во французской оккупационной зоне. Ее предшественники однозначно утверждали, что французы в отличие от американцев и англичан предоставляли германским субъектам политического процесса гораздо меньшую свободу маневра. Некрасова пишет: "Военное правительство поддерживало германские инициативы на нижнем и среднем уровнях, вплоть до уровня земель, гораздо больше, чем считалось до этого; рамки, поставленные французскими оккупационными властями для политической деятельности, были не такими уж узкими. В некоторых областях стремление французов к созданию нового демократического порядка проявлялось даже интенсивнее, чем у англичан и у американцев. За этим скрывается не идеализм, а желание устранить франко-германскую конфронтацию" (с. 167).

 

И. Д. Попов обратился к малоизвестным страницам истории ХСС, относящимся к роли личностного фактора в становлении данной партии. Он показывает, что "инициатива создания ХСС исходила из двух центров - Мюнхена и Вюрцбурга", что во главе этих центров стояли такие яркие личности как Йозеф Мюллер и Адам Штегервальд. Этих деятелей объединяло "стремление создать массовую межконфессиональную партию на основе христианской этики и социальной ответственности". Такой подход устраивал далеко не всех христианских политиков в Баварии. В этой связи заслуживает внимания детальное освещение автором концепций оппонентов Й. Мюллера - Фритца Шеффера и Алоиса Хундхаммера. Попов оригинален в оценке отношения ХСС к разработке Конституции Баварии 1946 года, Основного закона ФРГ 1949 года.

 

М. В. Кербиков впервые в постсоветской германистике дал цельную характеристику социально-экономических концепций партии свободных демократов в первый период эры Г. Коля в истории ФРГ. Подводя итоги этого периода, автор отмечает: "...основные предложения СвДП в области экономики таковы: либерализовать цены и финансы, дать рынку выправлять цены, покончить с инфляцией, осуществить приватизацию. Правительство должно уйти с дороги. Всю социальную политику партии можно квалифицировать как самое крупное наступление за всю послевоенную историю ФРГ на социально-экономические права трудящихся и наглядное свидетельство попыток правительства добиться перелома в социальных отношениях" (с. 194).

 

М. В. Мануковский обратился к анализу интересного опроса, проведенного в Германии. "Целевой аудиторией исследования стали носители немецкой культуры старше 20 лет, располагающие доступом к сети Интернет и имеющие представление о политической ситуации в России и Германии. Опрос проводился в течение шести месяцев - с января по июль 2005 года.

 

Из общего числа откликнувшихся на просьбу принять участие в опросе условиям сегментации соответствовал 51 человек. В конечном итоге были "установлены их личные оценки деятельности следующих политических субъектов: президента Владимира Путина, партии "Единая Россия", Коммунистической партии Российской Федерации (КПРФ), Либерально-демократической партии России (ЛДПР), экс-канцлера Герхарда Шредера, Социал-демократической партии Германии (СДПГ), Христианско-демократического союза (ХДС), партии "зеленых". С автором можно согласиться в том, что "различие в восприятии своих и чужих политиков объясняется глубинным действием дискурсивных факторов "свой" - "чужой", проявляющимся в возведении символических границ между пространством, определяемым как "безопасное", "гармонически организованное", и пространством "враждебным", "хаотическим" (с. 203).

 

Е. В. Черненко прослеживает оппозиционность Р. Аугштайна по отношению к федеральным и земельным властным структурам. С 1947 по 2002 г. Р. Аугштайн бессменно возглавлял журнал "Шпигель". За время его редакторства не было ни одной крупной аферы с участием сильных мира сего в западных зонах, ФРГ, которые не освещались бы журналом. Не может не вызывать интерес "направленность политических комментариев, опубликованных Р. Аугштайном". Возьмем, например, отрезок времени с 1948 по 1962 год. За этот период "в 5 материалах поддерживалась официальная политика правительства канцлера Аденауэра, 17 были нейтральны, а 128 - крайне негативны по отношению к политике власти" (с. 209).

 

Д. В. Яжук исследовала германские СМИ периода Берлинской республики. Она считает необходимым "при анализе современной немецкой прессы... обратить внимание на три основных фактора: сильные позиции региональной периодики, концентрация основных периодических изданий в руках крупных частных концернов; тенденция к снижению продаваемости ежедневных газет и одновременно тенденция к повышению популярности электронных средств массовой информации" (с. 219 - 220).

 
стр. 174

 

В четвертом подразделе представлены статьи аспиранта кафедры всеобщей истории Волгоградского государственного педагогическое университета Д. А. Загуменного ("Роль "воздушного моста" в урегулировании Берлинского кризиса 1948 - 1949 гг."), преподавателя Российского государственного университета Е. Л. Ситниковой ("Берлинский кризис 1948 - 1949 годов и его место в процессе формирования образа СССР в США после Второй мировой войны"), аспиранта кафедры новой и новейшей истории Тверского государственного университета И. А. Монахова ("Отношения США и Германии: реализация концепции американского лидерства в период президентства Б. Клинтона (1993 - 2001 гг."), кандидата исторических наук В. В. Русскова ("Политика "красно-зеленой" коалиции в ФРГ по проблемам расширения НАТО на Восток"), старшего преподавателя кафедры немецкого языка МГИМО (У) МИД РФ О. Е. Ореховой ("Пресса ФРГ о России и германо-российских отношениях в 90-е годы XX века: общая характеристика").

 

Главная ценность статьи Д. А. Загуменного заключается в обстоятельном анализе той части биографии У. Тюннера, которая связана с Берлинским кризисом 1948/49 годов. Известно, что "воздушный мост" между Западным Берлином и западными зонами оккупации, возникший после установления СССР блокады Западного Берлина, вначале функционировал неэффективно. Поэтому американцы приняли следующее кадровое решение. "28 июля 1948 г. на пост командующего операциями "воздушного моста" из Вашингтона был назначен генерал Уильям Тюннер, который считался одним из известнейших экспертов в сфере воздушного транспортирования грузов. С именем У. Тюннера связана перестройка деятельности берлинского "воздушного моста", результатом которой и стало его успешное функционирование" (с. 226).

 

Е. Л. Ситникова считает, что второй берлинский кризис привел к резкому усилению антисоветских настроений у американцев и "явился катализатором процесса создания Североатлантического договора, одновременно подготовив общественное мнение США к признанию НАТО" (с. 237).

 

И. А. Монахов показывает, что в 1993 - 2001 гг. германо-американские отношения "развивались на основе диалога и сотрудничества. Общая задача, которая, с точки зрения Б. Клинтона (тогдашнего президента США. - М. С.), стояла перед обеими странами - укрепление фундаментальных институтов (НАТО, ГАД ОЭСР и ЕС) и включение в их состав новых демократических стран ЦВЕ и государств бывшего Советского Союза, - решалась трансатлантическими партнерами последовательно и успешно. Для Германии реализация данной внешнеполитической задачи означала расширение зоны безопасности и стабильности - необходимого условия для развития торговых и экономически связей, укрепление собственных позиций в Европе как "локомотива" процесса интеграции" (с. 257).

 

В. В. Русское выделил проблемы расширения НАТО на Восток в восточноевропейской политике кабинетов Г. Шредера и Г. Коля.

 

Общий знаменатель подходов кабинетов Коля и Шредера был таков: "Для Германии расширение НАТО было частью комплексного процесса, который включал в себя трансформацию НАТО, расширение ЕС и углубление европейской интеграции. Однако правительство Шредера, исходя из заявлений членов кабинета, изначально делало большую ставку в своей восточноевропейской политике не на расширение НАТО, а на экономическую и политическую интеграцию со странами ЦВЕ в рамках ЕС. Безопасность в данном контексте трактовалась в широком смысле как совокупность военно-политической стабильности, экономической, экологической, информационной безопасности и т. д.".

 

О. Е. Орехова говорит о противоречивых оценках освещения постсоветской России и германо-российских отношений времен Ельцина и Путина в немецкой прессе. Она признает "присущую в большинстве случаев объективность критики в отношении российских правящих структур, экономических проблем, состояния инфраструктуры и культуры населения". Вместе с тем Орехова принципиально не согласна с нередкими проявлениями тенденциозности в преподнесении немцами ряда событий и фактов.

 

Не менее ценным является и второй раздел - "Центры исторической германистики в России". В отличие от первого раздела авторами соответствующих статей выступают известные ученые. На основании прочтения статей можно составить представление о школах, созданных яркими величинами в исторической науке. Это - школы Ф. И. Натовича, А. И. Котова, А. Б. Цфасмана, А. С. Ерусалимского, М. Е. Ерина, Ю. В. Галактионова, А. С. Бланка, Л. А. Медведева, В. А. Артемова, И. Я. Биска. Представляют также интерес сведения о сотрудничестве центров исторической германистики России с немецкими партнерами. Яркий пример такого сотрудничества - "трехтомный учебник по истории Германии, который вышел в Кемерово в 2005 г., получил гриф вузовского "учебного пособия" Министерства образования и науки РФ и вышел в 2007 г. во втором (исправленном) издании" (с. 15).

 

Таким образом, рецензируемая книга обязательно будет востребована образовательным и научным сообществом.

Опубликовано 02 ноября 2020 года



Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама