Рейтинг
Порталус


ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ГОРОЖАН ЦЕНТРАЛЬНОГО ЧЕРНОЗЕМЬЯ В ПОРЕФОРМЕННЫЕ ГОДЫ

Дата публикации: 09 февраля 2021
Автор(ы): А. А. ТЕРЕЩЕНКО
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ЭКОНОМИКА
Источник: (c) Вопросы истории, № 11, Ноябрь 2006, C. 144-148
Номер публикации: №1612866013


А. А. ТЕРЕЩЕНКО, (c)

В 1861 г. в экономике городов центрально-черноземных губерний трудились 90,9 тыс. человек или 19,9% населения, причем доля занятых горожан в разных губерниях существенно отличалась.

 

В городах Воронежской губернии в экономике было задействовано 17,6% населения, в городских центрах Курской губ. - 40,3, в городах Орловской губ. - 17,1, в Тамбовской губернии 12,8% населения городов. По данному показателю наиболее экономически развитыми в начале пореформенного периода были городские центры Курской губернии, наименее - Тамбовской1. Главным занятием горожан региона была фабрично-заводская и ремесленная деятельность. Однако степень участия в ней населения была весьма низкой. В целом, в ремесленно-мануфактурной деятельности участвовало 6,3% городского населения, занятого в экономике Черноземья. В воронежских центрах в промышленном секторе трудилось 10,0% населения. Доля жителей, охваченных фабрично-заводским и ремесленным трудом в Орловских городах составляла 4,8%. Число работающих в промышленности в Тамбовской губернии не превышало 2,8%.

 

В городских центрах Курской губернии структура занятости горожан в промышленном и торговом секторах экономики в 1861 г. не совпадала с региональным показателем. Жители курских городов в большей степени занимались торговлей, нежели промышленным производством. В коммерческой области было задействовано 12,6% курян, а в промышленной сфере - 10,3%. По сравнению с курянами меньшую долю в экономических занятиях городского населения занимала не только промышленная, но и торговая деятельность воронежцев, орловчан и жителей тамбовских городов: 1,1% занятых, 1,3, 1,0% соответственно2.

 

Важной отраслью городской экономики провинциальных городов в течение всего пореформенного периода являлось занятие населения сельским хозяйством, в частности - огородничеством. В масштабе региона доля лиц, охваченных в начале пореформенного периода аграрной деятельностью, была различной. В воронежских городах число горожан, занятых огородничеством, выращиванием хлебных и бахчевых культур насчитывало 3,1%. Доля жителей орловских городов в этой деятельности была весьма незначительной - 0,5%, а среди горожан Тамбовской губ. 1,5%. Что касается городского населения Курской губ., то доля занятых сельским хозяйством превышала показатели всех вместе взятых городов трех губерний Центрального Черноземья - Воронежской, Орловской, Тамбовской3.

 

В 1861 г. 9,2%, жителей городских центров Курской губ. занималось земледелием. Особенно много их было в Мирополье, 9482 жителя его, "за исключением некоторых, занимались хлебопашеством на казенной земле..., а также обрабатывали исполу земли дворянские, купеческие и мещанские".

 

 

Терещенко Анатолий Андреевич - доктор исторических наук, профессор Курского государственного университета.

 

стр. 144

 

 

Примерно 900 жителей уездных городов были заняты сельским хозяйством. Приблизительно 600 из них в Грайвороне, где "... в городе до 100 купцов и до 500 мещан..." нанимали для обработки "выгонную городскую землю"4. В Короче в сфере земледелия трудились: один дворянин, 14 купцов, восемь мещан, "нанимая для обработки земли частью городские, частью же помещичьи и других частных владельцев. Многие городские жители занимались садоводством, из произведений которого преимущественно славится вишня, приготовляемая в значительном количестве в сушеном виде"5. "С проведением железных дорог и улучшением средств быта стали заниматься садоводством ... довольно значительное количество мещан ... Фатежа, Корочи, Нового Оскола, Курска и Белгорода. Как правило, мещане этих городов брали в аренду оптом весной целые сады, поселялись в них, сберегая урожай во время созревания, осенью собирали яблоки и вывозили их на базары, где продавали более крупным торговцам фруктами. Арендная плата за десятину яблоневого сада составляла сумму от 100 до 300 рублей, а иногда даже 500 и более рублей". В частности, по Курску отмечалось, что его "жители отличаются в особенности садоводством; некоторые из здешних купцов и мещан нанимаются разводить своими прививками фруктовые сады, не только в соседственных губерниях, но и в более отдаленных местах"6.

 

Часть горожан, проживающих в пригородных слободах, также занималась земледелием. Горожане Нового Оскола, "10 купцов, 45 мещан и 69 семейств рабочих ... занимались хлебопашеством на собственных и нанимаемых у крестьян землях". В Путивле "хлебопашеством" занимались пять мещан и "20 дворов казенных крестьян", в Рыльске - "восемь мещан снимали городскую землю ... для хлебопашества и бакшей", в Судже и Богатом "только государственные крестьяне ... занимались хлебопашеством", которых насчитывалось 156 человек7.

 

Во многих городских центрах Черноземья промышленным земледелием население не занималось. Основная причина слабого развития огородничества была связана с "отсутствием ... крупных рынков сбыта - больших промышленных городов. Оно (огородничество. - А. Т.) существует повсеместно ... преимущественно для собственного употребления"8.

 

Основным занятием горожан в 1861 г. была торговля. В масштабе Черноземья насчитывалось 18,9 тыс. купцов. Наибольшее количество купцов проживало в городах Курской губернии. Самым представительным являлось купечество уездного Старого Оскола, являвшегося одним из главных пунктов ссыпки хлеба Курской и соседней Воронежской губерний. Старооскольские купцы торговали в большом количестве скотом, салом, медом, мылом, солью, пенькой, дегтем так широко, что вовлекали в торговую деятельность большую часть окружающих город слобод, жители которых "занимались торговлей, а не хлебопашеством"9.

 

Большое количество горожан отлучались для торговли "преимущественно в малороссийские губернии" и в соседние уезды Черноземных губерний. В 1862 г. (с января по сентябрь) обоянским купцам и мещанам было выдано 863 паспорта и билета на право торговли. Неудивительно, что сельским хозяйством "обоянские жители не занимались"10.

 

Что касается других видов экономической деятельности, то к ним можно отнести промысловые занятия горожан, получение ими доходов от средств родителей, родственников, частных лиц и казны, а также от сделок с недвижимым имуществом. В городских центрах Воронежской губ. этой сферой экономической деятельности занималось меньше всего горожан - 3,4%. В городах Курской, Орловской и Тамбовской губ. в данной отрасли было занято 8,1%, 10,5 и 8,3% соответственно. Вот как описывали в начале 1860-х годов данные занятия горожан чиновники Курского губстаткомитета по результатам выборочной переписи 1865 г. в Курске. Содержание этого документа вскрывает официально неучтенные финансовые операции большой части провинциальных горожан различных сословий. "Денежные промышленники или так называемая Каста Мамона - это ростовщики в Курске, довольно многочисленный "класс". Но их "промысел" всегда прикрывается наподобие контрабанды, каким-либо другим промыслом. Есть ростовщики-доктора, ростовщики-чиновники, ростовщики-поверенные по делам, ростовщики-купцы и купчихи, ростовщики-гувернантки, торговки, лакеи и ростовщики-нищие. Поэтому по нашей переписи они не составляют особой цифры, т.к. они вошли уже, каждый в какую-либо из категорий жителей по роду своих занятий.

 

Денежные аферисты проявляются в разных видах: они бывают или скупщики процентных билетов, или менялы, или просто ростовщики-заимодавцы.

 

Денежные аферисты бывают разных полетов: ростовщики-аристократы, дающие деньги под залог имений и домов, ростовщики средней руки, дающие их под драгоценные вещи или сохранные расписки и, наконец, ростовщики-плебеи, берущие под залог что попало, не брезгуя старым платьем, платком, бельем, и всякой дрянью.

 

стр. 145

 

 

Денежные аферисты бывают разной силы упругости: одни напирают на удвоение капитала в год и берут 100% на 100; другие, большей частью мелкие ростовщики берут 60%; более совестливые берут 36, 24 и до 12%. Последние составляют переход к обыкновенным смертным.

 

Денежные аферисты бывают разного нравственного закала: одни берут сохранные расписки на двойную сумму, а потом всю сумму и взыскивают, другие берут двойную расписку, с тем, чтобы держать должника под страхом, иные берут сохранные расписки и залог, иные - сохранные расписки без залога.

 

Из берущих залоги одни пользуются малейшею просрочкою, чтобы захватить, продать или обратить в свою пользу заложенные вещи и таких в Курске целая фаланга, которая могла бы составить богатый материал для "Курских трущоб", другие ожидают терпеливо, пока должник не опомнится11.

 

Есть между денежными аферистами и очень добрые люди, готовые на сделки и уступки, но это редкие случаи", - отмечается в документе.

 

Далее губстаткомитет сообщает, что "замечательнее всего громадные размеры, в которых производится в Курске ремесло ростовщиков. Знатоки города и здешние старожилы насчитывают более крупных до 40 человек. В числе мелких ростовщиков можно судить по тому факту, взятому из действительности, что весьма часто самые маленькие капиталы, например, в 10 рублей, сколоченные с горем и грехом пополам, пускаются в обороты и отдаются в рост на пятикопеечный процент, т.е. по 5 копеек с рубля в месяц"12.

 

Из документа видно, что масштабы "других видов экономических занятий" горожан были весьма впечатляющи, они давали возможность содержать себя в условиях относительно слабого развития городской инфраструктуры экономики и сферы обслуживания. Удельный вес внеэкономической деятельности городского населения региона и ее распространеность имели прямую зависимость от уровня экономического развития городов и их административного статуса. В губернском Курске внеэкономическая занятость составляла 17,2%, в уездных центрах Курской губернии - 8,8%, заштатные города дали вообще мизерное число - 1,9%13.

 

В городских центрах Воронежской губ., экономически более слабых, чем города Курской губ. в начале 1860-х годов, в нематериальной сфере трудилось 8,3% населения, а в экономически более развитых в то время городах курского края этим видом деятельности занималось 12,8%. В орловских и тамбовских городах в этой отрасли насчитывалось соответственно 10,8% и 11,5%, что было выше, чем в воронежских городских центрах, но несколько ниже, чем в курских14.

 

Внеэкономические занятия включали административную и социокультурную деятельность (2,8%), а также военную службу (8,2%). Особенностью последней был временный состав занятых.

 

Наименьшее количество военных находилось также в воронежских городах - 4,9%. В городских центрах Курской, Орловской и Тамбовской губерний располагалось примерно равное количество военных (вместе с членами их семей), соответственно 10,2%, 8,6 и 8,5%. Доля военных в курских городах была самой высокой, что подтверждает вывод о более развитом в начале 1860-х годов характере их экономики, способной выдержать такую большую постойную повинность.

 

В течение второй половины XIX в. отраслевая структура занятости горожан региона радикально изменилась, прежде всего, за счет лиц занятых в промышленности, торговли и аграрном секторе экономики. В незначительной степени данные изменения коснулись занятий в нематериальной сфере - количества администрации и военнослужащих.

 

Рассмотрим экономическую и внеэкономическую составляющие отраслевой структуры занятости горожан в материальной и нематериальной деятельности в 1897 году. Отметим резкое увеличение экономических занятий - 63,0% (против 18,0% на 1861 год). Устанавливается обратная зависимость между административной ролью города и числом занятых в сфере экономики. В Курске в городской экономике трудилось 65,0% жителей, в уездных административных центрах - 78,2, а в заштатных городах, имевших статус волостных центров, - 94,1%, что напоминало занятость сельского населения15.

 

В отраслевой структуре экономических занятий городского населения Черноземья на первое место вышла промышленность - 20,6%, которая более чем в три раза превзошла показатель 1861 года (6,3%)16.

 

К началу XX в. занятия промышленностью распределились по городам в соответствии с их административным положением достаточно равномерно, тогда как в 1861 г. данный показатель в губернских центрах почти вдвое превосходил остальные города. Новым явлением явилось резкое увеличение занятий торговлей. В неземледельческих занятиях экономического характера торговля переместилась на второе место - 14,3% (против 3,7% в 1861 году). В губернских Воронеже, Курске, Орле и Тамбове

 

стр. 146

 

 

численность занятых в торговой сфере составила соответственно 11,7% горожан; 1,5, 11,0, 10,6%, а в целом 8,4% населения. В воронежских городах торговая деятельность занимала 11,7% (19,8 тыс. человек в 1897 г. против 1,1 тыс. человек в 1861 году). Количество горожан, участвующих в торговой сфере, с 1861 г. по 1897 г. особенно резко возросло в городских центрах Орловской и Тамбовской губерний. В орловских городах численность торгующих достигла 35,3 тыс. человек (рост более чем в 17 раз, против 2,0 тыс. человек в 1861 г.), в тамбовских - 34,8 тыс. человек (рост более чем в 23 раза, против 1,5 тыс. человек в 1861 году).

 

Самым интересным фактом, подтверждающим вывод о формировании населения городов Черноземья в основном за счет окрестного крестьянства, является многократное возрастание доли горожан региона, занятых сельским хозяйством - 20,7% против 3,2% в 1861 г. (более чем в 6 раз). Это увеличение в какой-то степени обусловлено включением в период проведения переписи 1897 г. в состав городских центров части населения пригородных слобод, что, однако, не умаляет значение земледелия в жизни жителей городов Черноземья. В наибольшей степени аграрная деятельность была характерна для заштатных городов - 70,7%, в уездных городах сельское хозяйство кормило 23,7% жителей 17 и только в губернских Воронеже, Курске, Орле и Тамбове удельный вес этого занятия был довольно скромен - 1,0%. Особенно низкий процент занятых в аграрной отрасли был в более промышленных в то время Воронеже, Орле и Тамбове - примерно равное количество горожан (1,6%, 1,6 и 1,1% соответственно).

 

Удельный вес внеэкономической деятельности в городах Черноземья и ее распространенность зависела от административной значимости городов. В целом, в масштабах Центрального Черноземья внеэкономические занятия среди городского населения распределялись относительно равномерно: в городских центрах Воронежской губ. в 1897 г. в этой сфере было занято 28,4% горожан, в Курской губ. - 24,9, в Орловской - 28,4 и, наконец, в Тамбовской - 26,5%. По-другому обстояло дело в городах с различным статусом. В губернском Курске внеэкономическая занятость составляла 17,2%, в уездных городах - 8,8, в заштатных городах - 1,9%18.

 

Наибольшая доля среди внеэкономических занятий горожан Черноземья приходилась на социокультурную деятельность (учебная и воспитательная, врачебная, санитарная и благотворительная деятельность, наука, литература, искусство, религия) - 19,5%. Остальные занятия распределялись почти поровну между административной службой (3,6%) и военной (3,9%), особенностью последней оставался временный состав занятых. Незначительное число горожан региона (1,3%) составляли группу лиц без определенных занятий19.

 

В городах отдельных губерний Центрального Черноземья внеэкономическая отраслевая структура выглядела следующим образом. В городских центрах Воронежского края в административной, социокультурной и военной сферах трудились соответственно 4,1%, 21,9, 2,4%. Для городов Курской, Орловской и Тамбовской губерний данные показатели составляли соответственно 3,5%, 3,2, 3,6% в административной деятельности; 17,6%, 19,7, 19,4% в социокультурной отрасли; 3,7%, 5,5, 3,4% в военной области. Наиболее развитой являлась социокультурная деятельность в городских центрах Воронежской губернии, тогда как доля военных и администрации в орловских городах превышала данные показатели всех остальных городских центров Черноземья.

 

Либеральные изменения общества в 60-е-70-е годы XIX в. вызвали бурный рост городских центров. Развитие рыночных отношений в регионе повлекло за собой увеличение численности сельских сословий в составе городского населения. Качественный характер изменений в структуре городского населения городов находился в прямой зависимости от уровня их социально-экономического развития. Наиболее быстрыми темпами росло население губернских Воронежа, Курска, Орла и Тамбова, а также ряда крупных уездных городов.

 

Уменьшение доли непривилегированных городских сословий и увеличение доли сельских обывателей в структуре городского населения коснулось как губернских, за исключением Воронежа, так и уездных центров. В Центральном Черноземье шел процесс "окрестьянивания" городских центров.

 

В структуре городского населения губернских центров заметное место занимало чиновничество всех рангов, формируемое в основном за счет высших и привилегированных городских сословий. Доля чиновников находилась в прямой зависимости от уровня социально-экономического развития городского центра, его административного статуса и социокультурной сферы. Развитие внеэкономических функций городов привело к трехкратному увеличению численности дворян и чиновников, в общей структуре горожан они занимали 5,6%.

 

Среди губернских центров Черноземья наибольшую привлекательность у чиновников имел Орел. За пореформенное время численность личных дворян и чинов-

 

стр. 147

 

 

ников не из дворянства в нем выросла в 6,9 раза, тогда как в Воронеже, Курске и Тамбове их количество увеличилось только в 1,3, 2,8 и 2,6 раза.

 

В отличие от непривилегированных городских сословий доля потомственного и личного дворянства в городах Центрального Черноземья выросла. Почти две трети всех дворян (65,2%) проживало в городах. Абсолютное число личных дворян, чиновников не из дворян и членов их семей, а также их доля в составе двух высших сословий в уездах региона была значительно меньшей, чем в городах (31,1% в уездах и 52,0% в городах).

 

На рубеже XIX-XX веков для горожан губернии характерным являлось преобладание над сельскими жителями по всем видам занятий и профессий, кроме земледелия. Основная масса населения губернских городских центров региона была в возрасте до 30 лет. Доля мужчин 20 - 29 лет составляла почти 2/3 численности горожан данного возраста. Одной из причин столь высокой численности горожан до 30 лет было наличие в составе городского населения большого количества военнослужащих, чиновников, учащейся молодежи из уездов и пришлого для заработков населения.

 

Отсутствие работы, жилья, необходимых финансовых средств, трудности по уходу за малыми детьми препятствовали увеличению браков. Достаточно большое количество мужчин покидали свои семьи в поисках стороннего заработка, прежде всего в южных украинских и малороссийских губерниях.

 

Снижение торговой активности городского населения к концу XIX в. было особенно заметно в уездных городах Воронежской и Курской губерний. Подавляющее большинство местных горожан трудилось в сфере экономики, причем первое место перешло от торговли к промышленности.

 

Главными занятиями горожан все в большей мере становились торгово-промышленная деятельность и сельское хозяйство. Особенностью городского, в большей мере крестьянского, населения аграрных губернии было наличие большого количества городских жителей, занятых сельским хозяйством.

 

Примечания

 

1. Подсчитано по: Экономическое состояние городских поселений Европейской России в 1861 - 62 гг. СПб. 1863, IX. Ч. I. Воронежская губерния, с. 3 - 37; XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 3 - 45; XXVI. Ч. II. Орловская губерния, с. 3 - 41; XXXIX. Ч. II. Тамбовская губерния, с. 3 - 33.

 

2. Там же, IX. Ч. I, Воронежская губерния, с. 3 - 37; XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 3 - 45; XXVI. Ч. II. Орловская губерния, с. 3 - 41; XXXIX. Ч. II, Тамбовская губерния, с. 3 - 33; Первая всеобщая перепись населения. IX. Воронежская губерния, с. 146 - 153; XX. Курская губерния, с. 176 - 183; XXVI. Орловская губерния, с. 156 - 163; XLII. Тамбовская губерния, с. 156 - 163.

 

3. Там же.

 

4. Экономическое состояние городских поселений..., XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 11.

 

5. Там же, XVIII. Ч. I. - Курская губерния, с. 16; СЕМЁНОВ П. П. Географо-статистический словарь Российской империи. Т. II. Курская губерния. СПб. 1865, с. 867.

 

6. СЕМЕНОВ П. П. Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Среднерусская Черноземная область. Т. II. СПб. 1902, с. 222; Экономическое состояние городских поселений..., XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 6.

 

7. Там же, с. 20, 25, 28, 33, 42; СЕМЕНОВ П. П. Географо-статистический словарь Российской империи. Т. II, с. 867.

 

8. СЕМЕНОВ П. П. Россия. Полное географическое описание нашего Отечества. Среднерусская Черноземная область Т. II, с. 222.

 

9. См.: Экономическое состояние городских поселений..., XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 20.

 

10. Там же, с. 22.

 

11. Труды Курского губернского статистического комитета. Курск. 1868, с. 209 - 210.

 

12. Там же.

 

13. Экономическое состояние городских поселений..., IX. Ч. I. Воронежская губерния, с. 3 - 37; XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 3 - 45.

 

14. Там же, IX. Ч. I. Воронежская губерния, с. 3 - 37; XVIII. Ч. I. Курская губерния, с. 3 - 45; XXVI. Ч. II. Орловская губерния, с. 3 - 41; XXXIX. Ч. II. Тамбовская губерния, с. 3 - 33.

 

15. Первая всеобщая перепись населения. IX. Воронежская губерния, с. 146 - 153; XX. Курская губерния, с. 176 - 183; XXVI. Орловская губерния, с. 156 - 163; XLII. Тамбовская губерния, с. 156 - 163.

 

16. Там же, IX. Воронежская губерния, с. 146 - 153; XX. Курская губерния, с. 176 - 183; XXVI. Орловская губерния, с. 156 - 163; XLII. Тамбовская губерния, с. 156 - 163.

 

17. Там же, IX. Воронежская губерния, с. 146 - 153; XX. Курская губерния, с. 176 - 183; XXVI. Орловская губерния, с. 156 - 163; XLII. Тамбовская губерния, с. 156 - 163.

 

18. Там же, IX. Воронежская губерния, с. 146 - 153; XX. Курская губерния, с. 176 - 183; XXVI. Орловская губерния, с. 156 - 163; XLII. Тамбовская губерния, с. 156 - 163.

 

19. Там же, IX. Воронежская губерния, с. 146 - 153; XX. Курская губерния, с. 176 - 183; XXVI. Орловская губерния, с. 156 - 163; XLII. Тамбовская губерния, с. 156 - 163.

Опубликовано на Порталусе 09 февраля 2021 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама