Раскрывая содержание второго периода (конец XV - середина XVIII в.), К. В. Базилевич на основании некоторых данных Е. И. Заозерской о составе рабочих в купеческой мануфактурной, преимущественно лёгкой промышленности приходит к выводу, что отмечаемое наличие наёмного труда в этой промышленности "как раз соответствует условиям зарождения новой общественно-экономической формации", ибо "элементы её возникают спорадически". Далее автор относит середину XVIII века к концу второго периода, основываясь на том, что здесь уже "зачатки капиталистической формации превращаются в капиталистический уклад" ("Вопросы истории" N 11 за 1949 год, стр. 88). Итак, по мнению проф. Базилевича, появление капиталистического уклада - следующая ступень в развитии капиталистической формации.

Верно, что на основании происшедшего экономического сдвига и подъёма крестьянского движения середину XVIII века, точнее 1760-е годы, нужно считать началом третьего периода эпохи феодализма. По своему экономическому содержанию это был период вызревания капиталистического уклада или буржуазной экономики; период возникновения и развития капиталистической мануфактуры, как купеческой, так и крестьянской. В начале этого периода, т. е. во второй половине XVIII века, действительно обнаружились признаки разложения феодально-крепостнической системы.

Но нельзя согласиться с утверждением автора, что капиталистическая формация зародилась в XVII веке или во всяком случае раньше середины XVIII века и что лишь с этой поры новая формация превращается в капиталистический уклад. Здесь автор допустил серьёзную ошибку: он неправильно определил время возникновения капиталистической формации, пытаясь найти её в ту пору, когда ещё не было развитой капиталистической мануфактуры, когда капиталистические отношения развивались в рамках простого товарного хозяйства. Кроме того, он ошибочно предположил, что зарождение капиталистической формации предшествует возникновению капиталистического уклада. Проф. Базилевичу, видимо, неясно, какое содержание вкладывают классики марксизма в понятия "общественно-экономическая формация" и "общественно-экономический уклад". В работах В. И. Ленина и И. В. Сталина капиталистический уклад в недрах феодализма рассматривается как появление буржуазной экономики, т. е. как возникновение в социально-экономическом отношении капиталистической формации. Капиталистический уклад зарождается спорадически и прежде всего появляется в промышленности, так как капитализм в сельском хозяйстве развивается гораздо медленнее.

Введённый Лениным термин "уклад" имеет исключительное значение для понимания исторического процесса. Этот термин указывает, во-первых, на зарождение и развитие новых социально-экономических отношений в системе старых общественных отношений; во-вторых, на процесс отмирания, ликвидации остатков старых производственных форм в системе новых, победивших общественно-экономических отношений; в-третьих, на непримиримую борьбу между старым и зарождающимся новым, между победившим новым и гибнущим старым.

Вопрос о периодизации нельзя решить без выяснения сущности общественно-экономических укладов. Когда историческая наука чётко выделит время возникновения капиталистического уклада, можно будет безошибочно решить и вопрос о хронологических рамках второго и третьего периодов в истории СССР эпохи феодализма. Появление капиталистического уклада является рубежом, отделяющим один период истории от другого. По этому же принципу надо раскрывать хронологические рамки и первого периода в истории русского феодализма, определяя момент появления феодального уклада в недрах первобытно-общинного строя.

С оценкой проф. Базилевичем содержания второго периода (конец XV - середина XVIII в.) в основном можно согласиться. Он правильно говорит, что это был период зарождения и развития товарно-денежных отношений, или зарождения и развития денежной ренты в системе феодализма, но при этом он упускает из виду, что эти новые социально-экономические явления развивались тогда в рамках простого товарного хозяйства.

Процесс ликвидации местных, разрозненных рынков и возникновение всероссийского рынка Ленин относит к XVII веку, но капиталистического уклада тогда ещё не было, а следовательно, не могло быть и зарождения новой общественно-экономической формации. В XVII веке местные рынки не везде были ликвидированы, сельское хозяйство далеко ещё не было втянуто в рыночные отношения, ремесло в городе и деревне также не было втянуто полностью в эти отношения. Натуральное хозяйство лишь частично подвергалось разложению, крестьянские и помещичьи хозяйства в основном оставались натуральными. В мануфактурной промышленности до 60-х годов XVIII века преобладал крепостнический способ производства. Капиталистический способ производства находился в зародышевом состоянии. Купеческая и крестьянская мануфактура, являющаяся носителем капиталистического способа производства, в то время ещё не получила широкого распространения. За период царствования Петра I большая часть купеческих мануфактур перешла к эксплоатации крепостного труда. Пётр I многие купеческие заведения сделал поссессионными, и они мало чем отличались от дворянской мануфактуры. Превращение их в поссессионные характеризует невозможность разрешить в условиях господства натурального хозяйства проблему организации вольнонаёмных рабочих.

Вплоть до середины XVIII века в России наблюдалось господство крепостного труда в мануфактурной промышленности; правда, в отдельных отраслях мануфактуры (например, текстильной) состав вольнонаёмных рабочих был выше. Но из фактов, относящихся к одной отрасли, нельзя делать вывода по России в целом, как это делают проф. Базилевич, Е. И. Заозерская и некоторые экономисты.

Рассматривая развитие капиталистических отношений в странах Западной Европы эпохи XIV-XV веков, Маркс замечает, что "подчинение труда капиталу было лишь формальным, т. е. самый способ производства ещё не обладал специфически капиталистическим характером"¹ . Это положение Маркса полностью относится и к России, где вплоть до середины XVIII века капиталистические отношения, капиталистический способ производства развивались спорадически. В этот период развития в России буржуазных связей не мог сложиться специфически капиталистический способ производства, потому что в то время преобладал не промышленный, а торговый капитал. Характеризуя горную промышленность Урала в начале пореформенного периода, В. И. Ленин писал, что в этом районе "можно наблюдать докапиталистическую старину с её примитивной и рутинной техникой, с личной зависимостью прикреплённого к месту населения, с прочностью сословных традиций, монополий и пр..."² . Эту характеристику уральской промышленности надо полностью отнести ко всей или почти ко всей мануфактурной промышленности начиная с XVII и до середины XVIII века.

В. И. Ленин говорит лишь о возникновении в то время в России буржуазных связей. Поскольку руководителями и хозяевами рыночных отношений были капиталисты-купцы, то слияние всех областей, земель и княжеств, т. е. создание национальных связей, было созданием связей буржуазных³ . Здесь, следовательно, Ленин отмечает процесс становлений внутреннего рынка, причём этот процесс протекал и в XVIII и в XIX веках, и из ленинских указаний нельзя сделать вывода о зарождении в XVII веке новой, капиталистической общественно-экономической формации. Если бы действительно в XVII веке зародилась новая формация, то Ленин не стал бы говорить о "создании буржуазных связей".

Остановимся кратко на принципе периодизации, выдвинутом Н. М. Дружининым. В своей статье Н. М. Дружинин правильно поставил вопрос о необходимости разработки периодизации истории СССР. В решении этого актуального вопроса он исходит из марксистского принципа классовой борьбы, как движущей силы исторического процесса. В основу периодизации истории капиталистических отношений в СССР он положил указания В. И. Ленина и И. В. Сталина о времени возникновения и гибели капиталистической формации.

Исходя из указаний классиков марксизма-ленинизма, Н. М. Дружинин разделяет историю возникновения и развития капитализма на три основных этапа: 1) зачатки капиталистической формации, 2) капиталистический уклад, 3) победившая и господствующая капиталистическая формация. Этот принцип деления правилен.

Первый этап - зачаточное состояние капиталистических отношений, или период Простого товарного хозяйства - с XVII века до 60-х годов XVIII века. В. И. Ленин отмечал, что новый период русской истории, начинающийся "примерно с 17 века", "характеризуется действительно фактическим слиянием всех... областей, земель и княжеств в одно целое. Слияние это... вызывалось усиливающимся обменом между областями, постепенно растущим товарным обращением, концентрированием небольших местных рынков в один всероссийский рынок"⁴ . И далее Ленин говорит, что в это время возникли в России буржуазные связи⁵ .

Второй этап - формирование капиталистического уклада - с 60-х годов XVIII в. до реформы 1861 года. Это был период вытеснения крепостной мануфактуры развивающейся капиталистической мануфактурой; период формирования рынка вольнонаемного труда, период вытеснения из промышленности средневековых форм эксплоатации рабочих; период проявления признаков кризиса феодализма и его развития. Иначе говоря, это был период борьбы зародившейся капиталистической системы за своё преимущество перед системой феодальной.

Без длительной борьбы за своё превосходство капиталистическая формация не могла бы в 1861 году придти на смену старой феодальной системе. Применяя это положение товарища Сталина относительно времени вызревания капиталистического уклада в России, следует относить 60-е годы XVIII века к началу формирования капиталистического уклада. Н. М. Дружинин правильно датирует начало формирования капиталистического уклада (1760-е годы).

Третий этап - начало утверждения господства капиталистической формации - с 1861 г. до конца XIX века. Это был период развивающегося домонополистического капитализма, роста крупной машинной индустрии, формирования пролетариата как общественного класса, борьбы капитализма с остатками феодализма в экономике страны, период ликвидации феодальных пережитков.

И. В. Сталин в письме к т. Зайцеву от 28 января 1927 года по вопросу о законе неравномерности развития капитализма отмечает, что "...экономическая сторона закона неравномерности является сама по себе основой всех и всяких катастроф в области развития капиталистического мирового хозяйства, в том числе и катастроф политических"⁷ .

Следовательно, Ленин и Сталин основой перемен в экономической жизни капиталистического общества считают развитие производительных сил, экономику, а не надстроечные явления. Классовая борьба, бесспорно, оказывает серьёзное влияние на ход исторического процесса, она расчищает новым производительным силам путь развития от старых производственных отношений, которые сковывают и тормозят их развитие.

В разрешении вопроса о периодизации истории СССР надо исходить из замечаний И. В. Сталина, А. А. Жданова и С. М. Кирова на конспекты учебников по истории СССР и новой истории. Между тем Н. М. Дружинин построил свою статью в отрыве от этих замечаний. В указанных замечаниях истерия Западной Европы нового времени разделяется на периоды по трём признакам: 1) классовой борьбы, 2) экономическому и 3) внешних и внутренних событий. Исходя из совокупности этих трёх признаков, можно и историю СССР правильно разделить на периоды.

Авторы замечаний на конспекты учебников берут в основу периодизации не всякую классовую борьбу, а лишь только те её формы, которые либо совершают переворот в общественных отношениях либо наносят по старым общественным отношениям сильный удар, в результате которого происходят значительные перемены в социально-политическом строе.

В связи с обсуждением вопроса о периодизации истории СССР нам представляется необходимым продолжить обсуждение вопроса об экономической природе русских мануфактур XVII-XVIII веков и времени формирования капиталистического уклада, так как в проходившей в 1947 - 1948 году на страницах настоящего журнала дискуссии была достаточно полно высказана точка зрения, вызывающая, на наш взгляд, большое сомнение. Мы будем рассматривать содержание одного из первых периодов истории капиталистических отношений, который выделил в своей статье Н. М. Дружинин.

Мелкие крестьянские "кустарные" промыслы, как указывает В. И. Ленин, становятся "первой формой промышленности" тогда, когда они начинают производить изделия "по заказу потребителя"⁸ , т. е. когда они начинают работать на рынок, В таких промыслах и можно наблюдать исходный пункт капитализма, замечает Ленин. Из этих мелких крестьянских промыслов возникают капиталистические мастерские. "Отличие капиталистической мастерской, - говорит далее В. И. Ленин, -

от мастерской мелкого промышленника состоит сначала только в числе одновременно занимаемых рабочих"⁹ . Эти крупные мастерские в виде капиталистической простой кооперации представляют собой зачаточную форму мануфактуры. Основной экономический признак мануфактуры состоит в наличии постоянного я переменного капиталов, сочетание которых и обнаруживает капиталистический характер производства.

Разрешая вопрос о развитии трёх стадий капитализма в промышленности, В. И. Ленин показал, что две его первые стадии - капиталистическая простая кооперация и капиталистическая мануфактура - возникли задолго до реформы и что мануфактура имеет "переходный характер... между мелким ручным производством и (капиталистической. - А. Б. ) фабрикою"¹⁰ .

И. В. Сталин в работе "Марксизм и национальный вопрос" также относит начало образования новых социально-экономических явлений к XVI-XVII векам. Рассматривая причины образования многонациональных государств на востоке Европы, товарищ Сталин пишет: "Этот своеобразный способ образования государств мог иметь место лишь в условиях неликвидированного ещё феодализма, о условиях слабо развитого капитализма, когда оттёртые на задний план национальности не успели ещё консолидироваться экономически в целостные нации. Но капитализм начинает развиваться и в восточных государствах. Развиваются торговля и пути сообщения. Возникают крупные города"¹¹ .

Это положение И. В. Сталина указывает на возникновение товарного хозяйства в недрах феодализма задолго до проведения буржуазной реформы. Здесь говорится не о формировании капиталистического уклада, а лишь о тенденциях, о зачатках капитализма, которые ещё не могли подорвать господства феодальных отношений.

Несомненно, что одной и немаловажной причиной этого был привычный и необоснованный взгляд, что Россия на всех этапах своего развития во всех отраслях народного хозяйства и культуры отставала от стран Западной Европы. Этот взгляд об "отсталости" России был навеян буржуазными экономистами и историками Запада. Русские буржуазные историки не только не опровергли этот тезис, но, напротив, даже утвердили его в русской историографии. Они не видели в экономике России никаких процессов, кроме господства феодально-крепостнической системы. При этом экономическая политика Петра I определялась как политика искусственного насаждения капитализма (В. Ключевский, П. Милюков). Такой порочный взгляд на русский исторический процесс проскальзывал и в работах, опубликованных в советское время (И. Кулишер, К. Пажитнов и др.¹² ).

Особо следует рассмотреть концепцию акад. С Г. Струмилина. Суть концепции С. Г. Струмилина¹³ состоит в следующем: мануфактуру с начала её возникновения он считает капиталистической, независимо от её частновладельческой принадлежности, т. е. в экономической природе русских мануфактур С. Г. Струмилин не признаёт крепостнического характера. Это положение он доказывает тем, что разного рода принудительно завербованные в мануфактуру крепостные люди, как и вольнонаёмные рабочие, получали заработную плату. На этом основании он полагает, что крепостные рабочие в мануфактуре подвергались капиталистическому способу эксплоатации и что ошибаются те историки, которые признают мануфактуру крепостнической, ибо они за юридическими формами не видят капиталистического способа эксплоатации и "общественных отношений растущего капитализма".

эру мануфактуры в развитии русской промышленности, то такой переломный момент несомненно относится уже к петровской эпохе". Возникновение же капиталистического уклада он относит к XVII веку¹⁴ . К концепции акад. С. Г. Струмилина, по существу, близко примыкают и взгляды Е. И. Заозерской¹⁵ и В. И. Сомова¹⁶ .

Основная ошибка С. Г. Струмилина состоит в том, что он мануфактуру допетровского и петровского времени, независимо от её принадлежности и её видов, а также независимо от преобладания того или иного способа эксплоатации рабочих, считает капиталистической, переоценивая развитие капиталистических отношений петровской эпохи¹⁷ .

Петровская эпоха имела огромное значение для дальнейшего развития мануфактурной промышленности: она подготовила переход от простого товарного хозяйства к капиталистическому. Рассматриваемая эпоха была значительной исторической ступенью на пути сложения новых форм производства. Поскольку капиталистический уклад сразу возникнуть не мог, то можно говорить только о его зачатках в эту эпоху.

К. Маркс дал совершенно ясную характеристику промышленности в период господства земледельческого хозяйства. Там, "где земледелие преобладает, как в античном и феодальном обществе, сама промышленность, её организация и соответствующие ей формы собственности имеют в большей или меньшей степени землевладельческий характер; [общество] или целиком зависит от земледелия, как у древних римлян, или, как в средние века, переносит принципы организации земледелия в города и в городские отношения. Даже капитал, - поскольку он не есть чисто денежный капитал, - имеет в средние века, в виде традиционных орудий ремесла и т. д., этот землевладельческий характер"¹⁸ .

Промышленность России в XVII веке ещё не вышла из такого состояния. Земледелие преобладало над промышленностью. Городское население было тесно связано с городским земледельческим хозяйством. Вотчинная промышленность не была отделена от земледелия; капитал в эту промышленность не вкладывался за счёт доходов от земледелия, дворянские фабрики строились на основе принудительного крепостного труда. Здесь не было или почти не было никакого предпринимательства.

Известно, что наряду с вольнонаёмными рабочими в купеческих мануфактурах были заняты и принудительно завербованные: приписные крестьяне, купленные к заводам крепостные люди, так называемые "бродяги", "безродные" и "преступники", последние три категории были указами навечно закреплены за фабриками и заводами и превращены в крепостных рабочих. При этом они наделялись землёй, которая была своеобразной формой заработной платы. Многие из этой последней категории рабочих получали и денежную заработную плату. Следовательно, они частично эксплоатировались и капиталистическим способом.

Но в своей основе эти принудительно завербованные рабочие эксплоатировались (вопреки мнению акад. С. Г. Струмилина) методами внеэкономического принуждения, иначе они разбежались бы с заводов. Дворяне же на своих фабриках, как правило, не производили никакой оплаты труда крепостных крестьян, что подтверждается материалами Законодательной комиссии 1767 года¹⁹ .

¹⁷ Мы не касаемся здесь утверждений проф. Рубинштейна, который мануфактуру периода XVII - 40-х годов XVIII в. относит к крепостной мануфактуре и рассматривает её как придаток к помещичьему крепостному хозяйству. Этот взгляд проф. Рубинштейна тесно связан с его общими космополитическими ошибками, с недооценкой им степени развития русской экономики. См. Н. Рубинштейн. Крепостное хозяйство и зарождение капиталистических отношений в XVIII веке. "Учёные записки МГУ", Вып. 87.

Для всех этих категорий крепостных рабочих труд на заводах и фабриках был разновидностью крепостного, барщинного труда. В. И. Ленин считал правильным мнение историков и экономистов, которые крепостной труд в мануфактуре рассматривали как отбывание барщины²⁰ , т. е. как внеэкономический способ, принуждения. В мануфактурах той эпохи были и вольнонаёмные рабочие, на отдельных купеческих предприятиях они имели довольно значительное распространение, но таких предприятий было немного. Это были средние и мелкие предприятия, которые работали на смешанном труде, т. е. вольнонаёмном и крепостном. Такая мануфактура имела некоторые черты капиталистического производства, но в полном смысле капиталистической её назвать нельзя, потому что здесь применялся не столько вольнонаёмный, сколько принудительный труд.

Вольнонаёмные рабочие состояли из разорившихся ремесленников, малоимущих оброчных крестьян, "детей солдатских", беглых крестьян. Эти кадры, как правило, были наиболее квалифицированной частью рабочих мануфактурной промышленности. Такие рабочие в известной мере эксплоатировались при помощи экономической стимуляции, т. е. капиталистическим способом. Но их удельный вес был невелик, и для определения экономической природы мануфактуры они решающего значения не имеют.

"При том полном обнищании масс производителей, - говорит В. И. Ленин, - которое является условием и следствием мануфактуры, - её рабочий персонал не может рекрутироваться из мало-мальски исправных земледельцев"²¹ . Мануфактура петровской эпохи была развита ещё слабо, проникновение товарно-денежных отношений в деревню шло медленно, что задерживало дифференциацию сельского населения, и поэтому такого полного обнищания деревни, какое имело место, скажем, в XIX веке, не было. Понятно, что мануфактура не имела возможности свободно рекрутировать рабочих из разорившихся и малоимущих Крестьян. Рабочий Персонал в мануфактуру вербовался, главным образом, при помощи правительства, в порядке принудительного законодательства.

Энгельс отмечает, что "наёмный труд, в котором скрыт уже в зародыше весь капиталистический способ производства, существует с давних времён; в единичной, случайной форме мы встречаем его в течение столетий рядом с рабством. Но скрытый зародыш только тогда мог развиться в капиталистический способ производства, когда созрели необходимые для него исторические условия"²² . В допетровскую и петровскую эпохи наёмный труд в мануфактуре был распространён слабо и существовал наряду с крепостным трудом; он не мог ещё развиться до более или менее широкого капиталистического способа производства.

Вот почему в этих условиях и возникла вотчинно-поссессионная некапиталистическая промышленность, которая развивалась до той поры, пока не сформировалась капиталистическая мануфактура и пока не началось вытеснение из мануфактуры средневековых форм эксплоатации рабочих. Этой стороны вопроса не замечают авторы указанных статей. В. И. Ленин критиковал Михайловского как раз за то, что тот не видел, как новые капиталистические формы эксплоатации труда вытесняли старые средневековые формы. "Странное рассуждение! (Михайловского. -А. Б. ) Ведь какие бы то ни было "формы труда" могут быть расшатаны только вследствие замены их другими какими-нибудь формами; а между тем мы не находим у нашего автора... даже попытки анализа этих новых форм и объяснения их, а также выяснения причин вытеснения этими новыми формами старых"²³ .

Академик С. Г. Струмилин не проанализировал должным образом старые крепостнические и новые капиталистические формы эксплоатации рабочих в вотчинной и купеческой мануфактурах. Он не вскрыл, насколько капиталистические формы производства проникли в недра феодализма, не обратил внимания на то, что в XVII и в первой половине XVIII века средневековые крепостнические формы эксплоатации в промышленности не только не были заменены новыми, но ещё не подвергались вытеснению со стороны только что появившихся капиталистических форм.

"В основе "организации труда" на Урале, - пишет В. И. Ленин, - издавна лежало крепостное право... Но то же самое крепостное право, которое помогло Уралу подняться так высоко в эпоху зачаточного развития европейского капитализма, послужило причиной упадка Урала в эпоху расцвета капитализма"²⁴ .

Во-первых, В. И. Ленин крепостную организацию труда даже не называет организацией труда в точном смысле этого слова и берёт эти слова в кавычки. Во-вторых, В. И. Ленин здесь не называет уральскую промышленность капиталистической мануфактурой и противопоставляет её европейской капиталистической промышленности. В-третьих, В. И. Ленин показывает, что она подверглась распаду именно потому, что была некапиталистической мануфактурой.

Авторы названных работ - С. Струмилин, Е. Заозерская и В. Сомов - не приняли во внимание ленинских указаний о том, что уральская промышленность базировалась на крепостном труде. В мануфактурах петровского периода, пишет, например, акад. Струмилин, "практика вовлечения рабочей силы по вольному найму была очень широкой", и "даже в тех случаях, когда мы имеем дело с привязанными к заводу крепостным или поссессионным трудом, он, по общему правилу, эксплоатировался на базе сдельной или повременной его оплаты..., иначе говоря, по образцу капиталистической эксплоатации вольнонаёмного труда"²⁶ .

Точку зрения исследователей, которые петровскую и допетровскую мануфактуру считают некапиталистической, а труд крепостных рабочих в мануфактурах рассматривают как разновидность барщины, акад. С. Г. Струмилин называет "чуждой марксизму, ибо в ней нет ни грана диалектики"²⁷ . Не будет ли точнее назвать концепцию академика С. Г. Струмилина немарксистской?

И, по мнению С. Г. Струмилина, во всех русских мануфактурах петровской и допетровской эпох капитал состоял из двух частей - переменного и постоянного. "При заведомом наличии этого основного признака, - пишет он, - у всех петровских и допетровских мануфактур можно ли отрицать их капиталистическую природу"²⁸ . Академик С. Г. Струмилин без анализа или почти без анализа капиталовложений в вотчинно-купеческих мануфактурных предприятиях разделяет капитал последних на две части.

В действительности же в мануфактурные предприятия петровской эпохи (если не считать отдельных предприятий, принадлежавших среднему купечеству) вкладывался, главным образом, постоянный капитал. Помещики, как правило, строили свои вотчинные предприятия при помощи крепостного труда барщинных крестьян, на которых они возлагали по оброку обязательную поставку строительных материалов. Сырьё для вотчинной фабрики либо извлекалось из помещичьего хозяйства, либо также доставлялось крестьянами. Капитал дворяне затрачивали лишь на одно оборудование. Отсюда видно, что капитал в вотчинную промышленность вкладывался в незначитель-

Что касается переменного капитала, то вотчинная и поссессионная промышленность свободно обходилась без его вложения, так как на содержание крепостных приписных рабочих предпринимателям приходилось затрачивать незначительные средства, о которых как о капитале и говорить не приходится в сравнении с капиталом, затрачивавшимся на вольнонаёмную рабочую силу во второй половине XVIII века. О том, что владельцы вотчинно-поссессионной промышленности не вкладывали капиталов на содержание рабочей силы, ярко свидетельствуют материалы Законодательной комиссии.

В античной Греции и Риме промышленники также вкладывали известную часть капитала в оборудование и пр., но поскольку способ эксплоатации рабочей силы был рабовладельческий, эта промышленность не была капиталистической. Почему же, спрашивается, вотчинно-поссесионную промышленность, в которую предприниматель действительно не вкладывал капитала на покупку вольнонаёмных рабочих, нельзя назвать некапиталистической?

Акад. С. Г. Струмилин хотя и заявил, что "всякое явление следует изучать в его развитии"³⁰ , но сам этого правила не придерживается, так как рассматривает мануфактуру лишь в период её возникновения, в рамках допетровской и петровской эпох, а выводы делает в отношении всего XVIII века, хотя во второй половине XVIII века в развитии мануфактур наблюдаются новые явления, в связи с чем рост вотчинно-поссессионной мануфактуры замедляется, а к концу века почтя совершенно прекращается.

Если бы в петровскую эпоху возник капиталистический уклад, если бы эта возникшая мануфактура в своей основе действительно была капиталистической, то с развитием во второй половине XVIII века капиталистических отношений она не подверглась бы вытеснению. Следовательно, вотчинно-поссессионная мануфактура по своей экономической природе была порождена старой феодально-крепостнической формацией.

Судьбу вотчинно-поссессионной промышленности В. И. Ленин ясно обрисовал на примере суконного производства. Правда, Ленин замечает, что упадок вотчинно-поссессионной и развитие купеческой мануфактуры были "...противоположными течениями, которые однако оба выражают развитие капитализма"³¹ . Некоторые исследователи это замечание В. И. Ленина понимают так, что-де и вотчинно-поссесионную мануфактуру В. И. Ленин считал капиталистической.

Но В. И. Ленин разъясняет смысл этого положения: "...с одной стороны, - говорит он, - упадок помещичьих заведений вотчинно-посессионного характера, с другой стороны, развитие чисто капиталистических фабрик из купеческих заведений"³² . Следовательно, вотчинно-поссессионная промышленность гибнет в результате превращения купеческой капиталистической мануфактуры в фабричную крупную капиталистическую промышленность, ибо вотчинно-поссессионная мануфактура была основана не на капитале и конкуренции, а на монополии, в силу чего эта промышленность не могла выдержать конкуренции купеческой капиталистической промышленности. Конкурентная борьба этих двух противоположных течений была результатом развития чисто капиталистической фабрики из купеческих заведений. Именно так следует понимать мысль Ленина.

перехода к капиталистической фабрике. На этот путь вотчинно-поссессионная промышленность вступить не могла по той простой причине, что её экономическая основа была противоположна купеческой капиталистической мануфактуре. Поэтому она неизбежно должна была погибнуть.

Суть этого процесса состоит в вытеснении средневековых форм эксплоатации рабочих. По мере вытеснения средневековых форм идёт накопление вольнонаёмного труда в промышленности, т. е. подготовляется превращение рабочей силы в товар. Только с возникновением рынка вольнонаёмной рабочей силы можно говорить о моменте формирования капиталистического уклада в промышленности, а следовательно, и о капиталистической природе промыслов и мануфактурной промышленности. Таких условий ни в XVII, ни в первой четверти XVIII века ещё не было.

В. И. Ленин в своей книге "Развитие капитализма в России" показывает, что промыслы по мере их капитализация перерастают в мануфактуру, мануфактура, в свою очередь, - в крупную машинную промышленность, причём этот процесс совершается не сразу во всех отраслях мануфактур и промыслов, а по мере их капиталистической зрелости.

Исходя из ленинских указаний, можно сделать следующий вывод о мануфактуре петровской эпохи: поскольку эта мануфактура базировалась главным образом на крепостном труде и примитивной технике, она не может считаться капиталистической; элементы капиталистического способа производства этой эпохи были представлены в купеческой мануфактуре, но они были незначительны и, следовательно, не могли определять характера производства в целом. Лишь в процессе дальнейшего промышленного развития происходит постепенное сложение и оформление купеческой мануфактуры в капиталистическую.

Стоит, наконец, отметить, что те исследователи, которые в экономической природе вотчинно-поссессионной мануфактурной промышленности не признают крепостнического характера, обычно ссылаются на то, что ни К. Маркс, ни В. И. Ленин, изучая мануфактуру, не употребляли этого термина. В их работах, действительно, нет такого термина, но это объясняется тем, что Маркс и Ленин изучали историю промышленности капиталистического общества в её развитии. В. И. Ленин исследовал ту мануфактуру, которая была промежуточной стадией развития капитализма в промышленности, которая переросла в крупную машинную индустрию. Дворянско-поссессионная же мануфактурная промышленность была порождением феодального общества и не занимала промежуточного положения, ибо по мере развития новых отношений, как мы выше указали, она распадалась.

Некоторые историки и экономисты утверждают, что В. И. Ленин не случайно не употребляет термина "крепостная мануфактура". Но ведь он также не случайно строго разграничивает два основных вида мануфактур и не случайно не назвал при этом вотчинно-поссессионную мануфактуру капиталистической, тогда как на примере суконного производства он подчеркнул, что именно из купеческих заведений, основанных на вольнонаёмном труде, развивались "чисто капиталистические фабрики"³³ .

Известно, что мануфактура в России возникла в XVII веке. Начиная с того времени и до середины XVIII века она достигла значительных размеров. Всё это было хорошо известно В. И. Ленину, но тем не менее из всех отраслей мануфактурного производства он относил к капиталистическому типу только одну отрасль мануфактурной промышлен-

В работе "Экономическое содержание народничества" В. И. Ленин пишет: "Начало товарного производства относится к дореформенной эпохе... и даже капиталистическая организация хлопчатобумажной промышленности сложилась до освобождения крестьян"³⁴ . Эта мануфактура появилась в конце 50-х годов XVIII века, но она тогда находилась в зачаточном состоянии. Более или менее быстрое её развитие происходит во второй половине XVIII и, в особенности, в первой половине XIX века.

По каким основным признакам В. И. Ленин относит это производство к капиталистическому типу? В работе "Развитие капитализма в России" Ленин даёт на этот вопрос ясный ответ. Рассматривая развитие капитализма в сельском хозяйстве в пореформенный переходный период от феодализма к капитализму, он проводит аналогию между экономической организацией земледелия и экономической природой текстильной мануфактуры дореформенной эпохи.

"Соединение отработочной и капиталистической системы, - пишет В. И. Ленин, - делает современный строй помещичьего хозяйства чрезвычайно похожим по экономической организации на тот строй, который преобладал в нашей текстильной индустрии до появления крупной машинной индустрии". Эта аналогия, поясняет далее В. И. Ленин, заключалась в следующем: "Там часть операций купец производил своими орудиями и наёмными рабочими... а часть - орудиями крестьян-кустарей, работавших на него из его материала; здесь (т. е. в сельском хозяйстве пореформенного периода. - А. Б. ) часть операций исполняется наёмными рабочими, употребляющими инвентарь владельца, часть - трудом и инвентарём крестьян, работающих на чужой земле. Там с промышленным капиталом соединялся торговый, и над кустарём тяготела, кроме капитала, кабала, посредничество мастерков... и пр.; здесь точно так же с промышленным капиталом соединяется торговый и ростовщический со всяческими формами понижения платы и усиления личной зависимости производителя. Там переходная система держалась веками, основываясь на ручной примитивной технике, и была сломана в каких-нибудь три десятилетия крупной машинной индустрией; здесь отработки держатся едва ли не с начала Руси... увековечивая рутинную технику, и начинают быстро уступать место капитализму Только в пореформенную эпоху... И там и здесь новые, капиталистические формы хозяйства являются крупным прогрессом, несмотря на все свойственные им противоречия"³⁵ .

Здесь В. И. Ленин приводит в пример не дворянскую и не поссессионную мануфактуру, имевшую дело главным образом с крепостными, принудительно завербованными рабочими, а ту купеческую мануфактуру, которая преимущественно работала на вольнонаёмном труде и сырьё раздавала на дом кустарям), являвшимся в то же время крепостными крестьянами. Иначе говоря, В. И. Ленин проводит аналогию с той централизованной и децентрализованной мануфактурой, которая в России стала возникать со второй половины XVIII века. Подобного рода мануфактурой в то время как раз была хлопчатобумажная.

К ВОПРОСУ О ФОРМИРОВАНИИ КАПИТАЛИСТИЧЕСКОГО УКЛАДА В ПРОМЫШЛЕННОСТИ