Рейтинг
Порталус


ПИСЬМА В. И. ВЕРНАДСКОГО Ф. И. РОДИЧЕВУ

Дата публикации: 08 февраля 2022
Автор(ы): ТОРБАКОВ И.
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: МЕМУАРЫ, ЖИЗНЕОПИСАНИЯ
Номер публикации: №1644340820


ТОРБАКОВ И., (c)

Более чем сорокалетняя дружба связывала двух этих замечательных людей - Владимира Ивановича Вернадского и Федора Измаиловича Родичева (1854-1933) (см. о нем: [1; 2]). В их биографиях можно легко обнаружить заметное сходство. Оба родились в Петербурге, оба были выпускниками Петербургского университета. И тот, и другой - активные участники земского движения: в 1876 г. Родичев единогласно избран почетным мировым судьей своего уезда, затем назначен исполнять должность участкового мирового судьи, был Весьегонским предводителем дворянства и гласным Тверского губернского собрания; Вернадский же с 1892 г. - почетный мировой судья Моршанского уезда и гласный Тамбовского губернского собрания. И Родичев, и Вернадский стояли у истоков либерально-оппозиционного движения; в 1903 г. они приняли участие в съезде русских либералов в Шафгаузене, на котором был создан "Союз освобождения", в 1905 г. стали членами Центрального комитета конституционно-демократической партии. После созыва Государственной Думы и преобразования Государственного Совета они посвятили себя парламентской работе: Родичев был депутатом всех четырех Государственных Дум, а Вернадский с 1906 по 1916 г. избирался (от академической курии) членом Государственного Совета. Наконец, после Февральской революции оба занимали посты во Временном правительстве: Родичев в марте-мае - комиссар по делам Финляндии, а Вернадский в августе-октябре - товарищ министра народного просвещения.

Дружеские отношения и сходство биографий были неслучайны. Ф.И. Родичев и В.И. Вернадский принадлежали к той категории русского дореволюционного общества, которая определялась понятием "либеральная интеллигенция". Их политической философией был либерализм, а политическим лозунгом - известная формула П.Б. Струве "право и права". Русские либералы были убеждены, что целью человеческого существования является постоянное самосовершенствование и максимальная самореализация индивидуума. Для достижения этой цели человек должен располагать как можно большей свободой. Произвол и принуждение любого сорта, исходящие от государства либо от общества, отвергались. В основу политического и социального устройства должны быть положены, утверждал Вернадский, "вечные, незыблемые, бесспорные истины и основы права человека" [3. С. 213]. Между прочим, именно в ходе одной из бесед с Родичевым у Вернадского вызревает идея о необходимости объединения русских либералов в политическую партию. "Вечером


Торбаков Игорь - канд. ист. наук, консультант филиала "Института Открытое общество" (Киев).

стр. 80


был Федор Измайлович, - записал Владимир Иванович в дневнике 8 октября 1890 г., -разговор общий, интересный - между прочим, о политической программе. Совсем мало традиции в русском обществе и совсем среди самых светлых людей неуменье представления о государственном значении партий. Оттого ли, что никогда определенная партия не имела у нас власти?" [3. С. 211].

В своих воспоминаниях о Родичеве Струве писал: "Я однажды назвал Родичева любовником свободы. Это была действительно всепоглощающая любовь всей его жизни... Родичев был одержимый поэт и жрец либерализма" [2. С. 44]. Таким же убежденным "жрецом либерализма" был, несомненно, и Вернадский, записавший однажды в своем дневнике: "Требования либералов являются исторической необходимостью... Исторические задачи России являются их историческими задачами, а требования либерализма являются логическим следствием всей русской истории..." [3. С. 215].

Октябрьский переворот и начало гражданской войны положили конец как попыткам реализовать либеральные идеалы в России, так и определенному параллелизму в судьбах двух друзей. Родичев эмигрировал из России и через Балканы попал во Францию, а потом в Швейцарию. Вернадский колебался, неоднократно задумывался об отъезде, но, в конце концов, остался на родине.

Публикуемые письма охватывают практически весь период жизни Ф.И. Родичева в эмиграции. Первое было отправлено Вернадским из врангелевского Крыма в октябре 1920 г. 1 , а последнее датировано июлем 1932 г. За исключением первого письма, все остальные восемь корреспонденции были отправлены во время заграничных командировок Вернадского: ученый явно пытался избежать перлюстраций и вполне возможных политических неприятностей.

Письма публикуются с незначительными сокращениями. Пропуски текста отмечены символом (...). Подчеркнутые слова и фразы заменены курсивом. Знаки препинания расставлены в соответствии с современными правилами.

Оригиналы писем хранятся в фонде Родичева в Бахметевском архиве русской и восточноевропейской истории и культуры при Колумбийском университете (Bakhmeteff Archive of Russian and East European History and Culture, Rodichev Collection).

* * *

1. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

7/20 X[1] 920

Симферополь

Дорогой Федор Измаилович, Собирался на днях уехать в Лондон 2 заканчивать и восстановлять (рукописи мои


1 Очевидно, этому письму предшествовали другие. Так, в начале января 1920 г., находясь в Екатеринодаре, Вернадский заносит в свой дневник: "Через Григ. Фед. Щербину, едущего в Италию, написал большое письмо Фед. Изм. Родичеву в Белград о моем переходе в славянские университеты и откровенно о положении и работе Добровольческой] А[рмии] и нашего ЦК" (См.: [4. С. 206]). В бумагах Родичева, хранящихся в Бахметевском архиве, это письмо не обнаружено.

2 Оказавшись в конце января 1920 г. в Крыму, Вернадский все больше начинает склоняться к мысли об эмиграции - прежде всего для продолжения научной работы. Мотивы "отъезда" то и дело встречаются в его дневниковых записях. Так, 20 апреля 1920 г. он заносит в дневник: "...тяжело жить в этой обстановке, хочется уехать скорее в Англию и Америку и отдаться всецело научной работе". 6 июня: "Хочу уезжать за границу. Удастся ли организовать?" 18 июля: "Невольно думаешь о поездке в Англию" [5. С. 66-67, 83, 92]. Жена Вернадского Наталья Егоровна позже вспоминала: "Владимир все же мечтал о переезде заграницу, где мог бы спокойно заниматься наукой. Предпринятые им шаги обещали успех". [5. С. 163. Прим. 137]. Работая в конце жизни над мемуарами, Вернадский внес в "Хронологию 1921 г." следующее: "Будучи в Ялте, в Крыму... я написал в Британскую Академию наук, иностранным членом которой я состою с 1889 года, просьбу помочь мне и моей семье переехать в Англию" [6. С. 38. Прим. 5]. О перипетиях переговоров Вернадского с английскими уче-

стр. 81


остались в Киеве) ту большую научную работу, которую я веду уже несколько лет (о живом веществе) 3 . Но жизнь сложилась иначе.

Умер от сыпного тифа ректор Университета - проф. Р.И. Гельвиг 4 и я не счел себя вправе отказаться от избрания 5 . Сейчас остался здесь в качестве ректора Университета.

30/17 Х [1] 920. 24 X /5 XI [1] 920

Среди всяких срочных дел и необходимости выезда в Севастополь не мог закончить письма и делаю это только теперь по возвращении.

Я взял на себя это дело только потому, что считаю положение научной работы в России во многом трагическим, а между тем я думаю, что никогда и ни в одной стране так много не зависит в ее будущем от широкой и интенсивной научной работы. Таврический университет - единственный русский университет, обладающий автономией, т.е. способный к широкому развитию. Как бы ни сложились дальнейшие обстоятельства, мы намерены предпринять все средства для его поднятия и попытаться создать из него центр возрождения и охраны научной работы в России. Я считаю его сейчас последней оставшейся скалой, где приютилась в более нормальных условиях русская наука. Как ни тяжелы условия нашей жизни, мы можем их (так в тексте. - И.Т. ) выжить и имеем огромные шансы для роста и развития... 6

В связи с этим я обращаюсь к Вам за помощью.


ными и правительственными чиновниками см.: [4. С. 157-158. Прим. 120; С. 162-163. Прим. 137].

3 Еще поздней осенью 1919 г., покидая Киев (в связи с угрозой его взятия Красной Армией) и направляясь через Харьков в Ростов, Вернадский записал в дневнике: "Будущее становится все более грозным и безнадежным. Невольно начинаешь бояться, что не удастся провести научную работу неразрушенной среди хаоса разрушений. А впереди столько мыслей, столько новых достижений! И так ясен путь дальнейшей работы. Я хочу в случае крушения Киева и Харькова Добровольческой] А[рмией] - работать - рукописи остались в Киеве - над обработкой темы -над "Автотрофным человечеством" - последней главой "Живого вещества". Она едва набросана, и над ней можно работать независимо от рукописи. Если бы даже рукописи и пропали -работа моей мысли не пропала, и она сама по себе составляет нечто целое и живое" [4. С. 187]. Рукопись книги "Живое вещество в земной коре и его геохимическое значение" была возвращена Вернадскому весной 1921 г. [4. С. 267. Прим. 26].

4 Гельвиг Роман Иванович (1873-1920) - медик, анатом, учился у П.Ф. Лесгафта в Петербургском университете, закончил медицинский факультет университета св. Владимира в Киеве, затем преподавал там в 1902-1918 гг. С 1918 г. - профессор медицины, первый ректор Таврического университета в Симферополе. Умер от тифа 19 сентября (2 октября) 1920 г.

5 Вернадский, еще 4 (17) марта 1920 г. утвержденный сверхштатным ординарным профессором по кафедре геологии, был избран ректором Таврического университета 28 сентября (10 октября). Как вспоминала Н.Е. Вернадская, "мы ждали парохода для отъезда (в Англию. - И.Т .), но его сослуживцы в университете... никак не хотели согласиться с его отъездом, с уходом его из ректорства... К нему пришла депутация профессоров с просьбой не уезжать и не оставлять Таврического университета, где его труды в качестве ректора, по их мнению, были необходимы. После депутации профессоров явилась депутация приват-доцентов и пр. и, наконец, депутация сторожей все с той же настойчивой просьбой. Я упрашивала Владимира не поддаваться их уговорам. Но Владимир решил, что если они так считают, что он так нужен им -не уезжать и продолжать свою работу" [4. С. 163. Прим. 137].

6 10 (23) октября Вернадский встретился в Севастополе с правителем Юга России, главнокомандующим русской армией П.Н. Врангелем и председателем совета начальников управлений врангелевской администрации А.В. Кривошеиным для того, чтобы заручиться их поддержкой в деле улучшения тяжелого материального положения университета. "С Врангелем общий разговор о значении университета как единственного свободного центра русской культуры, территориально связанного с русской государственностью. Придает огромное значение нашим выступлениям в мировом культурном мире (воззвание в связи с помощью библиотеке университета). Обещает всякую помощь в нашей анкете о положении высшей школы и науки в России" [4. С. 106].

стр. 82


1. Не можете ли доставить и доставлять нам в библиотеку польские издания и русские издания, выходящие в Польше, преимущественно научные, но и все другие. Очень важно было бы получать газеты (еженедельники особенно), чтобы судить о польских делах. Вам трудно представить себе, как важно сейчас иметь всякое известие. Кривош[еин] 7 обещал мне известить все посольства о помощи Тавр[ическому] университету] - сделал ли? 8

2. Нельзя ли получить список всех высших учебных заведений и научных учреждений в Польше и кто стоит во главе их? Есть университет в Люблине? Выходят научные издания?

3. Нельзя ли получить список всех находящихся в Польше ученых (особенно молодых), бежавших туда из России, и знать, чем они занимаются?

4. Мы собираем теперь материал для мартиролога русских ученых с осени 1917 года. Всякие сведения в этом отношении для нас имеют значение и убедительно прошу Вас помочь нам их присылать. Важны не только сведения о гибели (от расстрелов, тифа, голодания, истощения и т.п.), но и тюремные заключения, издевательства и т.п. 9

5. Если что-то знаете о положении высшей школы и ученых учреждений в Советской России - сообщите.

6. В каком положении высшие школы и ученые учреждения в Познани? Кому подведомствен Кенингсбергский Университет? Можно ли получать через Польшу и через Вас немецкие книги? Нельзя ли снестись с Петр[оградской] Академией Наук и получить последний ее отчет?

Я весь завален грозными условиями жизни, но научно работаю, сколько могу. Сейчас у нас идет целую неделю блестящий по интересу и составу съезд Таврич[еской] Научной Ассоциации 10 . Публика переполняет залу. Пытаемся всячески восстановить связь с наукой на Западе и Америки.

Очень прошу Вас ответить мне на все эти мои вопросы. С кем снестись в Чехии?

Ниночка 11 служит в кооперативе. В свободное время работает в Университете] студенткой. Георгий в Севастополе начальником печати, но остался профессором 12 . Не знаю, как переживем это время - но все в таком положении. Ваш В. Вернадский. (...)


7 А.В. Кривошеий - председатель совета начальников управлений администрации П.В. Врангеля.

8 Приблизительно в то же время - 7(20) октября 1920 г. - Вернадский обращался со сходной просьбой к послу во Франции В.А. Маклакову: "Дорогой В.А. ... Долголетняя наша дружеская совместная работа позволяет мне рассчитывать на Вас..., обращаюсь к Вам со следующими просьбами: 1) нельзя ли получить для библиотеки Тавр. ун-та официальные французские издания по всем министерствам... 2) Нельзя ли получить какие бы то ни было книги, журналы, газеты для нашей библиотеки. Может быть. Вы можете пересылать нам, что не нужно Вам. За всякую помощь в этом отношении мы будем страшно благодарны. В. Вернадский" [4. С. 167. Прим. 140].

9 По инициативе Вернадского при Таврическом университете была создана "комиссия о положении высшей школы и учебных сил в России", куда должны были поступать сведения о "случаях естественной смерти, гибели или особых лишений, постигших русских ученых с осени 1917 г." [4. С. 165. Прим. 137].

10 С 22 по 28 октября (4-10 ноября) в Симферополе под председательством Вернадского проходил седьмой съезд Таврической научной ассоциации. 25 октября (7 ноября) ученый выступил на съезде с докладом "Русская интеллигенция и новая Россия". Текст доклада см. в: [7. С.293- 295].

11 Нина Владимировна Вернадская (1898-1986) - дочь В.И. Вернадского.

12 Георгий Владимирович Вернадский (1887-1973) - сын В.И. Вернадского, историк. С осени 1918 г. - профессор Таврического университета. Осенью 1920 г. был назначен начальником отдела печати правительства Врангеля. Одним из выдвинутых Г.В. Вернадским условий назначения на должность было сохранение за ним профессуры в Таврическом университете [8. С. 219].

стр. 83


2. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

Paris V

7 Rue Toullier

10 III [1]923 13

Дорогой Федор Измаилович, страшно рад был Вашему письму. Все время собирался Вам написать. Но я здесь все время в большой работе и не справляюсь со своим временем. Каждую неделю пишу и готовлю лекцию по-французски - по геохимии; курс совсем новый, я читал нечто в роде в 1921- 1922 г. в Петрограде (в Академии) и сейчас этот курс - и самый предмет в Париже читается впервые 14 . И по-русски писать каждую лекцию трудно, а по-французски и того труднее. У меня ничего готового нет и я пишу каждую неделю. Лекции здесь ровно час. На следующей неделе кончаю лекции и буду готовить их к печати; выпущу книжкой 15 .

В Россию надо вернуться, т.к. не хочу подводить Академию 16 . Я думаю вернуться на время и провести этот год заграницей, если найду материальную возможность. У меня материально обеспечены месяца 4, а затем есть проспекты. М[ожет] б[ыть] останусь здесь, взяв годичный отпуск - это буду выяснять. Больше бы всего хотелось уехать в Америку, если бы была возможность добиться там организации особой лаборатории - биогеохимической лаборатории для изучения жизни в связи с химией земной коры - того вопроса, которым эти годы занят и где, мне кажется, удалось мне получить важные результаты 17 . В России, несмотря на ужасающие условия жизни, научная работа идет и развивается. Это одно из крупнейших достижений русского народа за это ужасное время. (...)

Я сам не только не православный, но и не христианин 18 - но считаю для себя


13 В конце декабря 1921 г. Вернадский получил приглашение ректора Парижского университета профессора П. Аппеля прочитать курс лекций по геохимии. В начале июня 1922 г. он выехал с женой и дочерью через Прагу в Париж. Заявление Вернадского в Народный комиссариат иностранных дел с просьбой о выдаче заграничного паспорта см. в: [6. С. 62-63].

14 Из-за проволочек и задержек с оформлением выездных документов Вернадский не успел приехать к началу весеннего семестра 1922 г. и начал чтение курса только в декабре. Курс был рассчитан на 15 лекций и читался раз в неделю - с 15 декабря до середины марта [9. С. 146].

15 Сорбоннский математик Эмиль Борель от имени факультета предложил Вернадскому помощь в переговорах с издательством, которое могло бы выпустить курс лекций по геохимии отдельной книгой.

16 Первоначально срок командировки Вернадского был определен в пять месяцев. Однако в связи с тем, что ему удалось заключить договор на издание курса геохимии с научным издательством "Алкан", Вернадский попросил Академию наук продлить ему командировку до осени 1923 г.

17 В письме И.И. Петрункевичу, написанном в этот же самый день (10 III 1920), Вернадский более подробно останавливается на теме "научной эмиграции": "Если бы не дети и не то, что я чувствую, что мне нужно кончить научную работу, которая для меня самое дорогое, - я, может быть, не захотел бы оттуда (из России - И.Т. ) уехать. Но годы идут и идут, осталось мне жить немного, а сказать и сделать хочется много. Это заставляет меня стремиться в Америку. То, чего я хочу там, - не кафедры и не лекций. Я считаю необходимым организацию особой биогеохимической лаборатории. Об этом своем проекте я написал в Институт Карнеги. Не знаю, выйдет ли из этого что-нибудь - шансов немного. Но если это удастся - я думаю, я получу возможность сделать много. Такую лабораторию можно было бы устроить в России, но нам там приходится для получения результата тратить в несколько раз больше сил. И затем это еще долго будет самым тяжелым местом жизни" [10. С. 206].

18 Мировоззренческую позицию Вернадского проясняет следующая запись в дневнике: "Я считаю себя глубоко религиозным человеком. Могу глубоко понимать значение и силу религиозных исканий, религиозных догматов. Великая ценность религии для меня ясна, не только в том утешении в тяжестях жизни, в каком она часто оценивается. Я чувствую ее, как глубочайшее проявление человеческой личности. Ни искусство, ни наука, ни философия ее не заменят, и эти человеческие переживания ее касаются тех сторон, которые составляют ее удел. А между тем для меня не нужна церковь и не нужна молитва. Мне не нужны слова и образы,

стр. 84


ближе, несравненно ближе, всякого верующего православного по сравнению с верующим социалистом. Последние, по- моему, опасны для свободы и развития человечества 19 . (...)

Ваш В. Вернадский

3. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

Paris V

7 Rue Toullier

23 Х [1]923

Дорогой Федор Измаилович,

Очень мы рады были получить Ваше письмо. Я чрезвычайно рад, что остался здесь до весны - живу в человеческих условиях и имею возможность выражать широким кругам то, что считаю важным и к чему пришел всей мыслью своей жизни.

Но весной придется возвращаться в рабские условия русской жизни. Я получил продление командировки и это еще крепче связывает 20 .

Я живу научной работой - тем, к чему пришел и что мне кажется важным и нужным. Я стар и времени у меня осталось немного, а сказать надо много. Когда я пишу Вам, я чувствую, что все это может показаться странным - но я знаю историю человеческой мысли и вижу там постоянно людей, переживавших то же, что переживаю и я. Иногда - и большею частию - они переживали правильно. То, что им казалось нужным сказать, было действительно нужно - иногда - но не часто - такие люди ошибались - или это нам так пока еще кажется. Но для них их убеждения были последним оселком, дальше которого они не шли.

Здесь мне пока не удается устроить свою жизнь так, чтобы я смог отдаться этой своей работе прочно и всецело. В тяжелых условиях России пока это возможно, как мне ни тяжело там жить.

Я все-таки не теряю надежды, что удастся этого избежать, т.е. смогу поехать туда только временно.

Если бы я был моложе - я бы ни за что не вернулся - но мне 60 лет и я должен спешить в своей работе 21 .


которые отвечают моему религиозному чувству. Бог - понятие и образ слишком полный несовершенства человеческого" [6. С. 113]. Ср. в другом месте: "Я не люблю, неверующий, не христианин, быть в храме верующих" [6. С. 119].

19 Эту же мысль можно найти и в дневнике (запись от 29.05.1924); "Сейчас для будущего человечества более страшен и опасен идеал большевизма и социализма, более глубокий враг свободы, даже, чем [опасность со стороны] христианской церкви, потерявшей прежнюю возможность преследований" [6. С. 118].

20 Ученый-минералог Альфред Лакруа, член Французской академии наук и ее непременный секретарь, а также профессор Национального музея естественной истории в Париже был инициатором продления командировки Вернадского во Франции. В письме Петрункевичу от 30 IX 1923 Вернадский более подробно рассказывает о том, как это произошло: "Я - помимо всяких моих стараний - получил продление моей командировки от Академии Наук до мая 1924 г. Это постановление сделано по распоряжению Сергея Федоровича Ольденбурга, который сказал мне о своем поступке post factum. Вместе с тем, тоже совершенно неожиданно, я получил предложение остаться здесь до весны от французов, прочесть зимою курс лекций в Сорбонне, а весной в Museum d' histoire naturelle. Все это мне устроил Лакруа, который переговорил с руководителями этих учреждений и влиятельными профессорами. Он мне ничего об этом не говорил, и его предложения были неожиданностью! Они от себя обратились официально в Академию наук о продлении моей командировки" [10. С. 208].

21 В другом месте Вернадский выражает свою мысль более определенно: "Если бы я был совсем моложе - я бы эмигрировал. Во мне чувство общечеловеческого много сильнее национального. Но сейчас это трудно и невозможно, так как всегда требует нескольких лет, потраченных на приобретение положения" [10. С. 212].

стр. 85


Я эти годы - в другой обстановке и без всякого сравнения - понял, о чем говорил Сократ, когда говорил о своем "демоне"...

Общие условия жизни человечества мне представляются связанными с порядком, от него не зависящим, который не допустит варваризацию. И в этом смысле я спокойно смотрю в будущее. Но частное будущее отдельной страны может быть очень тяжелое. А в России, мне кажется, нынешний и будущий [ из него - вставлено в текст] строй тесно связан с ее прошлым.

В той книге более общего характера, чем геохимия, которую теперь сдал в печать - которую я теперь пишу, я в последних главах хочу коснуться вопроса о вероятном будущем человечества в связи с его геохимическим значением, его значением как силы природы. Надеюсь, Вы тогда прочтете и простите эти несвязные строки. Всего лучшего. Ваш В. Вернадский. (...)

4. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

Прага Bubenec Buckova 594

[В левом верхнем углу - Дорогой Георгий, это для тебя. Прочти и сохрани в своем архиве. Нашла сегодня утром в отцовских бумагах это письмо. Обнимаю обоих. А. Родичева. Приписка карандашом рукой Г. Вернадского - получено 10 Sep. 59. В правом верхнем углу датировка Г. Вернадского - в конце 1925 г. ]

Дорогой Федор Измайлович.

Глубоко тронуло меня и было дорого Ваше письмо. Горячо благодарю Вас. Еду в Россию 22 , зная, что будет нелегко, особенно Наташе, т.к. я буду больше в сутолоке жизни, больше на людях. Для меня мое решение было вызвано и обосновано чувством личного морального обязательства, чувством личной чести. Сейчас - видя людей в России - молодых и старых ученых, друзей и учеников - мне иногда кажется, что это мое решение окажется правильным не только субъективно, но и объективно. Тяжело особенно нам будет жить в условиях гнета и неуважения к человеческой личности, нам, привыкшим к условиям жизни свободных людей в свободной стране... Это присоединяется к тому тяжелому, что сейчас переживают все русские люди в России и вне ее. Думаю, что сейчас - не знаю, надолго ли (но это в значительной мере будет зависеть от меня самого) - условия моей научной работы в России будут гораздо более широкие, чем те, которые я имел и мог бы иметь сейчас на Западе. Но это не имело влияния на мое решение, т.к. и то, чего я мог бы добиться [ для этого года - вставлено поверх текста] во Франции и Чехословакии представляло для меня многое и дало бы мне возможность сделать м[ожет] б[ыть] меньше, чем в России, но получить, делая это, зато возможность более спокойной, свободной жизни. Конечно, если бы я думал, что в Петербурге я не буду иметь возможности научно работать -я бы это высказал публично и это бы сняло с меня моральное обязательство. Я думаю, однако, как раз противоположное. Сейчас я восстановлен в положении Директора Радиевого Института 23 (выбирает совет института - и затем вторично Академия) и Председателя Комиссии по изучению естественных] производительных сил Рос-


22 Завершив все свои научные дела в Париже к ноябрю 1925 г., В.И. Вернадский вместе с женой выехал в Прагу, а через три с половиной месяца - в Ленинград.

23 Радиологическая лаборатория Академии наук, основанная в 1915 г., в 1922 г. была преобразована в Государственный Радиевый Институт, директором которого до 1939 г. был Вернадский.

стр. 86


сии 24 (теперь д[олжно] б[ыть] СССР!) (избрание Академией). Этим путем я получаю в свое распоряжение лабораторию, помощников, денежные средства для работы.

В этом отношении эти учреждения - с независимым от Академии бюджетом -обставлены хорошо. По-видимому, я смогу сразу поставить ряд работ - очень частию больших - которые мне были здесь совершенно недоступны. Я сейчас нахожусь в периоде очень большого охватившего меня научного творчества, которое, скорее, растет, чем уменьшается - как это ни странно говорить в мои года! Старения в этом смысле я не ощущаю. И я еду, надеясь на возможность немедленного направления научной работы частию в совершенно новые области знания. Я чрезвычайно благодарен Академии, что она избавила меня при этом от всяких переговоров с властями; все это было сделано вне меня.

Конечно, посмотрим, как все сложится. Я смотрю в будущее России скорее с большим спокойствием. Думаю, что открывающееся новое - при всей его сложности и при многом тяжелом и чуждом - будет большим даже в ближайшее время. Сейчас в русском народе и обществе я вижу огромные для этого проявления и в этом отношении смотрю иначе, чем значительное большинство людей, которых я сейчас вижу кругом. Я вижу огромное горение веры, религиозной сознательности, охватившее множество лучших людей; думаю, что в этом выстраданном, частью в подвижничестве, не останавливающемся перед смертью, таится огромное возрождение; в России оно принимает форму православного и протестантского движения и входит в рамки той великой борьбы мировых религий с атеизмом и фетишизмом, во главе которой стоит католичество.

Я вижу и другую форму духовного творчества и подвижничества, которая кажется мне не меньшим залогом будущего. Сейчас тысячи людей в России охвачены научной работой и исканием; и здесь это проносится (?) среди страданий. Со всех сторон я имею сейчас указания на то, что подымаются молодые талантливые ростки и с другой стороны это искание идет в новые слои, люди таланта идут и из низов. В общем главные центры научной работы сохранились и сейчас идет любопытное и важное движение, связанное с "краеведением" и "мироведением", число организованных центров которого доходит, если не превысило, 1000 25 . Но для меня важно то, что идут всюду молодые искания. Сейчас русская научная творческая работа пережила окончательно опасный момент. Думаю, что втиснуть это большое в тиски гибнущего коммунизма -утопия, реально не опасная. Я смотрю - иначе, чем большинство - с огромным признанием (?) и к третьему большому и разнообразному идейному движению - национальному, в частности азиатскому, - которое может не только не быть опасным для России, как многие боятся, но, по-моему, есть залог ее будущей духовной силы. Духовную мощь этого движения я ставлю очень высоко. Наряду с этим, идейно коммунизм (и социализм) кончен или умирает: талантливые, одаренные люди в него не идут. Так или иначе он кончится ("рассосется", как мне говорят Платонов 26 и Лю-


24 Комиссия по изучению естественных производительных сил России (КЕПС) была основана Вернадским в 1915 г. с целью развертывания программы комплексных исследований производительных сил страны в виду необходимости мобилизации сырьевых ресурсов на военные нужды в годы Первой мировой войны. В 1930 г. КЕПС была преобразована в Совет по изучению производительных сил СССР при АН СССР.

25 О росте интереса к краеведению Вернадский знал от своих старых друзей - востоковеда С.Ф. Ольденбурга и медиевиста И.М. Гревса, работавших в Центральном бюро краеведения. Еще один ближайший друг - Д.И. Шаховской писал в конце 1925 г.: "Очередной задачей ближайшего года я считаю борьбу за единство русской культуры и за сознательное вовлечение в эту борьбу народных масс. Внешнее выражение этого всенародного овладения наукой и всенаучного завоевания народа - есть краеведение ". (См.: [10. С. 155]). В Центральное бюро краеведения входило 1800 различных учреждений.

26 Платонов Сергей Федорович (1860-1933) - историк, профессор Петербургского университета, академик АН СССР.

стр. 87


бавский 27 ) - кругом идет новая жизнь возрождающегося хозяйства. Как она пойдет -не знаю. Любопытно, что сейчас в области земледелия и новых научных исканий в этом направлении русские исследователи растут в своей мировой ценности и здесь есть формы большого будущего...

Простите за эти бессвязные строки. Думаем ехать через неделю: уже русскую визу получили. Остановимся два дня в Берлине. Наш горячий привет Вам и Ек. Ал.

Ваш В. Вернадский

5. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

7 IV [1]928

Paris XIV

15 Rue Delambre

Дорогой Федор Измайлович - очень рад был получить от Вас весточку. Мы приехали сюда из Праги 28 , где мне пришлось читать и составлять (по-французски) новый курс лекций и писать большую записку для Академии Наук - и я не мог написать Вам. Здесь мы отдыхаем на обратном пути - в конце месяца уже должны быть в Петербурге. (...)

Очень странное чувство испытывают сейчас в России. Вы чувствуете огромный происходящий процесс, еще далеко не устоявшийся. Будущее мне представляется совсем неясным - но ясно для меня одно: то, что произошло, подготовлялось десятилетиями, если не поколениями, и мы не поняли того, что подготовлялось.

Выдержит ли народ то глубочайшее потрясение, которое происходит? И что будет представлять новая Россия, которая создается, если народ выдержит? Можно сказать одно: старое не вернется даже в отдаленной степени и то, что есть сейчас, - преходяще и не имеет никаких данных сохраниться. Устоит ли народ или Россия распадется? Выражая не свое - а чужое, очень распространенное - мнение, должен сказать, что господствует оптимистическое настроение. Верят кругом в великое будущее. Это, конечно, тоже факт, с которым приходится считаться.

А так жизнь сейчас, конечно, очень тяжела. Свободы в России всегда было мало -а сейчас ее совсем нет. И впечатление такое, что она огромному большинству наших соотечественников - не нужна (...)

6. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

22 IV [1]928 Гронинген

Дорогой Федор Измайлович,

Перед отъездом в Россию мне хочется ответить на Ваше письмо об Академии. Я думаю, что именно представление - ходячее в русском обществе об Академии и было неверное. Острота Герцена, о которой Вы пишете (Ак[адемия] Н[аук] могла бы быть на Сандвичевых остр[овах]), как раз показатель этого непонимания и исторически неверна.

Русское общество так же не знало и не знает историю своего научного творчества, как не знало и своего художественного] творчества; добрая часть истории России - да и всякой страны (стоит вспомнить Наполеона во Франции) - творилась "иностранцами по происхождению". Есть замечательная по глубине мысли речь ак[адемика] Мид-


27 Любавский Матвей Кузьмин (1860-1936) - историк, ректор Московского университета в 1911-1917 гг., академик АН СССР.

28 В феврале-марте 1928 г. Вернадский прочел курс геохимии в пражском Карловом университете, а затем совершил поездку по маршруту Нюрнберг - Мюнхен - Страсбург -Париж - Гронинген - Берлин.

стр. 88


дендорфа 29 (вполне русского, несмотря на немецкую фамилию) в 1850-х годах, где дано глубокое обоснование той структуре Ак[адемии] Н[аук], какую имела Россия в XIX ст. и которая, вероятно, разовьется в Европе - и в мире, - когда падут рамки национальной грызни. Связь "немцев" (б[ольшей] ч[астью] русских по государству), о которых я пишу - Ленца 30 , Фусса 31 , Гесса 32 и др. - с русской культурой огромна. Ну напр., русский химич[еский] язык создан Гессом (один из великих химиков - калибра Бертело 33 ). История с Менделеевым очень печальна - но нельзя забывать, что это обычная ошибка в истории академии: недавно французская] академия забаллотировала П. Кюри 34 после открытия им радия (второй раз выбрала), а самый крупный из живых французский физик Perrin 35 был дважды забаллотирован. Они забаллотировали и Mme Curie 36 . Это все печальные стороны всяких научных - да и других - "обществ". Надо иметь в виду, что Менделеев] был забаллотирован на кафедру физики и прошел в отделении, но был забаллотирован в Общем Собрании 37 . Во главе "немецкой" партии Ак[адемии] Наук стоял К. Веселовский 38 , а главой "русской" был бар[он] Розен 39 .

Вообще сейчас, я думаю, русская история должна быть написана вновь - до такой степени мы все захвачены двумя официальными схемами - уваровской и той "радикально- социалистической", которая не менее, если не более, наделала бед. Два-три примера: Писарев и вся "либеральная" (я ее такой не считаю) русская журналистика высмеивала и боролась с Пастером 40 , осыпала его грязью: она считала истиной самопроизвольное зарождение. Величайший русский, - который, вероятно, должен стоять в первых десятках гениев человеческой мысли Лобачевский 41 , человек глубокого бла-


29 Миддендорф Александр Федорович (1815-1894) - русский естествоиспытатель и путешественник, академик Петербургской академии наук.

30 Ленц Эмилий Христианович (1804-1865) - русский физик и электротехник, ректор Петербургского университета в 1863-1865 гг., академик Петербургской академии наук.

31 Фусс Николай Иванович (1755-1825) - русский математик, академик Петербургской академии наук.

32 Гесс Герман Иванович (1802-1850) - русский химик, основоположник термохимических исследований в России, академик Петербургской академии наук.

33 Бертело Пьер Эжен Марселен (1827-1907) - французский химик, иностранный член-корреспондент Петербургской академии наук.

34 Кюри Пьер (1859-1906) - французский физик, один из создателей учения о радиоактивности. Совместно с женой Марией Склодовской-Кюри открыл в 1898 г. полоний и радий.

35 Перрен Жан Батист (1870-1942) - французский физик, профессор Парижского университета, лауреат Нобелевской премии, иностранный почетный член Российской академии наук.

36 Склодовская-Кюри Мария (1867-1934) - физик и химик; иностранный почетный член Российской академии наук. Руководила отделом физико-химических исследований в Радиевом институте в Париже, в котором Вернадский проводил свои исследования радиоактивных минералов в 1923-1925 гг.

37 Д.И. Менделеев был избран членом- корреспондентом Петербургской Академии наук в 1876 г., но его кандидатура в академики была в 1880 г. отвергнута "...противодействием темных сил, которые ревниво закрывают двери Академии перед русскими талантами" [11. С. 128]. Подробнее об этом см.: [12. С. 299-333].

38 Веселовский Константин Степанович (1819-1901) - русский экономист и статистик, академик Петербургской академии наук, непременный секретарь АН с 1857 по 1890 г. С именем Веселовского связан печально известный скандал с забаллотированием в академики Д.И. Менделеева, о котором упоминает Вернадский.

39 Розен Виктор Романович (1849-1908) - русский востоковед-арабист, академик Петербургской академии наук.

40 Пастер Луи (1822-1895) - французский ученый, основоположник современной микробиологии и иммунологии, иностранный почетный член Петербургской академии наук. Опроверг теорию самозарождения микроорганизмов.

41 Лобачевский Николай Иванович (1792-1856) - русский математик, создатель неевклидовой геометрии (геометрии Лобачевского). Ректор Казанского университета в 1827-1846 гг. В дневниковой записи от 31.05.1924 Вернадский отмечает, что читает "Васильева биографию

стр. 89


городства и редкого у русских понятия чести - был сотрудником Магницкого 42 в его "работе" в Казанском университете]. Академия Николаевского времени совершила огромную работу - творческую - которая дала возможность появлению того расцвета естествознания 1860-х годов. И сейчас наш научный подъем, начавшийся в начале XX века, идет и растет, несмотря на большевистский, в сущности, социалистический строй. М[ожет] б[ыть] - если Россия его не выдержит - мы увидим в этой области явление, схожее с расцветом Древней Греции перед гибелью ее свободных государств. Я думаю, в этих законах много биологического и все т.н. "цивилизации" - часть большого естественноисторического процесса...

Я считаю великим несчастием нашего народа как бедность его государственными людьми за последние поколения, так и неумение создать национальную школу. В области низшей и средней школы мы имели только третьестепенных людей: ни мыслители, ни государственные] люди не оказались в этой области на высоте. Я считаю, что совершенно иное - в области научной организации и высшей школы. Здесь было иное, и м[ожет] б[ыть] только оттого сейчас еще не совсем безнадежно наше положение в области высшей школы. Оно выдержит, может быть, и социалистически-фетишистское (атеистическое) воздействие.

Биологические процессы, у нас и идущие, и разврат - глубочайший и телесный и умственный - молодежи - самое страшное, что переживает Россия. Выдержит ли она? М[ожет] б[ыть] то все растущее религиозное настроение, какое действительно там нарастает - и как ни странно для русского интеллигента старого времени - несет свободу мысли (я, впрочем, всегда это считал) есть начало спасения.

Ну, отправляясь в Россию, шлю Вам сердечный привет.

Ваш В. Вернадский

7. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

20 VIII [1]929 43

Hruba Skala Stekluv Hotel (...)

He буду Вам писать - не напишешь - о нашей жизни в России. Жизнь там, конечно, столь тяжела, что не сравнится с жизнью здесь эмиграции и положение не улучшается. Оно становится грознее: идет безумная, как представляется, борьба - острая борьба, с крестьянством. Огромное дерзновение, книжно красивое - но совершенно неизвестно, к чему оно приведет. Несомненно, оно принесет и приносит массу страданий, и должно привести в конце концов или к разрушению государства, или к капитуляции власти 44 . Но власть имеет задачи, которые не охватываются только идеей государства, так что для нее нет логической необходимости останавливаться перед его крушением. И насаждение единой материалистической философии (изменение быта),


Лобачевского" [13]. Здесь же - краткая характеристика ученого: "Удивительный ученый Лобачевский по простоте: его глубина не сознавалась - а влияние его личности было, по-видимому, очень велико" [10. С. 125].

42 Магницкий Михаил Леонтьевич (1778-1844) - попечитель Казанского учебного округа в 1819-1826 гг. Известен своими охранительно-консервативными взглядами.

43 Летом 1929 г. Вернадский приехал в Чехословакию из Берлина, где присутствовал на съезде Минералогического общества.

44 Через две недели после этого послания Родичеву Вернадский в письме к сыну более подробно остановился на процессах (и своих опасениях), вызванных политикой "великого перелома": "Что-то я увижу сейчас в России? Дикая, бессмысленная чистка... А наряду с этим уже более грозная борьба власти с русским крестьянством. Больше всего я боюсь развала русского государства - вновь связать разорвавшиеся части обычно никогда не удается -Украина и Грузия - наиболее опасные части. Украина силою удержана быть не может... Основное, конечно, крестьянское движение - на Украине в нем русский = большевику, и это придает серьезность моменту" [14. С. 446-447].

стр. 90


и никогда еще не бывшая борьба с Богом - построение быта на безбожии при отсутствии и отрицании человеческого достоинства (чего не было, напр., в буддизме, тоже атеистичном) - новые и небывалые явления в истории человечества... Успех сомнителен и становится все более сомнительным, т.к. выдохся дух и нет крупных людей, идея мертвеет...

Все это было бы чрезвычайно интересно, если бы этот эксперимент не делался над родным, с чем кровно связан...

(...) Удивительным образом, стихийно, как мне иногда чувствуется, несмотря ни на что, развивается научная работа в России, и сейчас всюду растет молодой подрост, находящий себе для пробивания новые формы, совершенно не улавливаемые той полицейско-бюрократической сеткой, которая охватывает сейчас и давит Русь. Перед научной силой в России - сейчас малы те русские научные силы, которые находятся за ее пределами. И рост научной мощи внутри, несомненно, быстро растет.

Всего лучшего, дорогой Федор Измайлов[ич].

Ваш В. Вернадский

8. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

20 IХ[ 1]929

Дорогой Федор Измайлович,

На днях уезжаем через Берлин назад в Россию и мне хочется написать Вам еще несколько слов. Чувство такое, что едем в очень тяжелые, еще более тяжелые, чем когда бы то ни было условия, туда, где творится сейчас история моего народа, и м[ожет] б[ыть] сейчас стоит он перед катастрофой 45 . Хочется верить, что есть стихийный процесс, не учитываемый современниками, который от огромной катастрофы его избавит. Эта вера довольно распространена в России, где смотрят на происходящее, как на временное испытание. Хорошо это выразил в своем заявлении покойный Грум- Гржимайло 46 ...

Стихийность - закономерность - работы цивилизованного человечества для меня вытекает из научного изучения жизни в аспекте планеты. (...)

Конечно, воспоминание о "братстве" не может иметь тяжелых последствий для лиц, еще живых. Дм. Ив. [Шаховской] очень интересовался последнее время этим нашим прошлым. Я думаю, в нем было зерно ценное - идея объединения людей в братстве в жизни - то же ценное, которое имеется в масонстве, но там выродилось... М[ожет] б[ыть] это одна из попыток, замерших, но которая в конце концов возродится 47 . (...)


45 Ср. с фразой в письме к Г.В. Вернадскому: "Мы идем к какой-то катастрофе, если не найдется человек, который сумеет остановить и повернуть безумный бег" [14. С. 427].

46 Грум-Гржимайло Владимир Ефимович (1864-1928) - русский ученый-металлург, член-корреспондент АН СССР. Можно предположить, что Вернадский имеет в виду заявление Грум-Гржимайло об освобождении его от должности профессора Уральского государственного университета, направленное им ректору УГУ В.В. Алферову 27 марта 1927 г. В заявлении, в частности, говорилось: "Как ни горько нам приходится, русский народ медленно и неуклонно идет к выздоровлению, и я вполне уверен в том, что переживаемые нами бедствия сделают нас великим и смелым, культурным народом-тружеником... В Ваши социалистические идеалы я, конечно, не верю; но убежден, что они и в Вас самих сидят очень некрепко, и закон необходимости заставляет Вас, большевиков, делать то, что требует жизнь, а не то, о чем мечтали поэты и философы" (См.: (15. С. 291-309]).

47 "Братство" - кружок университетской молодежи (В.И. и Н.Е. Вернадские, супруги И.М. и М.С. Гревс, братья С.Ф. и Ф.Ф. Ольденбурги, Д.И. Шаховской, А.А. Корнилов и др.), ставившей перед собой цели самоусовершенствования и мирной эволюции социального строя. Основными способами достижения этих целей члены Братства считали научные занятия и просвещение народа. Почти все члены Братства стали активными деятелями земского движения, а затем- конституционно-демократической партии. См.: [16].

стр. 91


Я думаю, суд истории над С.Ф. [Ольденбургом] будет во многом иной, чем думают современники. Мне всегда вспоминается деятельность некоторых китайских мандаринов при Чингиз-хане, спасших китайскую культуру. Я с очень многим -и с основным - не согласен с С.Ф., но думаю, что он всегда делал так, что может - без опаски - открыто объяснить свои поступки. Он стольким людям помог (и тем, которые его же ругают), как едва ли кто из живущих в России 48 .

Школа разрушена и разрушается. Она всегда была слабой чертой нашего творчества. А сейчас, вероятно, худшее время для нее, какое можно себе представить. Значительная часть лучшей молодежи издается вне высшей школы.

Я не помню, писал ли я Вам, что перед отъездом сюда я начал перечитывать Герцена (государственное издание 1920 года было массами выпущено в "дешевую книгу"; спохватились - но поздно). Много там нахожу, хотя его атеизм и историософия мне чужды. Но какой огромный художник...

Всего лучшего. (...) Ваш В. Вернадский

9. В.И. Вернадский - Ф.И. Родичеву

Дорогой Федор Измайлович,

19VI[1]932 49

Геттинген

Я уже больше месяца заграницей - все хотел Вам написать, но пришлось спешно работать, был со своими в Праге, сколько мог - особенно с внучкой 50 . Теперь больше свободен эти дни. (...)

Несмотря на очень тяжелые условия русской жизни, мне удается работать и вести три связанные между собою учреждения - Радиевый институт и две биогеохим[ические] лаборатории: одну большую при Академии наук, другую маленькую у Мурманского моря - плохо обставленные и обязанные давать множество чепухи (как я говорю коммунистам: я делаю максимум усилий и получаю минимум эффекта и что на своей спине должен нести диаматов и т.н. общественных работников).


48 Занимая с 1904 по 1929 г. пост непременного секретаря Академии наук, С.Ф. Ольденбург после революции 1917 г. был вынужден постоянно идти на компромисс с большевистскими властями для сохранения как самой Академии, так и ее в основном "буржуазных" кадров. Одним из таких компромиссов, например, была книга, написанная Ольденбургом после его поездки по Германии, Англии и Франции летом 1923 г. (См.: [17]). Среди русских эмигрантов в Европе (в том числе и многих знакомых В.И. Вернадского) этот текст вызвал негативную реакцию. Ольденбурга стали считать если не прямым предателем, то, по крайней мере, пособником большевиков. Даже в Академии наук получил распространение следующий стишок: "Академик Альтенград большевистский лижет зад". (См.: [18. С. 448]). Вернадский прекрасно понимал причины политической лояльности друга. В письме Петрункевичу от 8 I 1925 он более подробно описывает сюжет из работы французского востоковеда Ж.П. Абеля Ремюза, на который мельком ссылается и в письме к Родичеву: "Ремюза как-то напечатал записки китайского государственного деятеля во время катастрофы, постигшей Китай при Чингиз-хане. Он пошел к татарам и сделался ближайшим помощником Чингиза; и благодаря ему, а не его моральным противникам, Китай не постигла судьба Средней Азии, где все было уничтожено. И этот мандарин был морально прав" [10. С. 217].

49 Во время своей заграничной командировки 1932 г. Вернадский посетил Чехословакию, Германию (Мюнстер, Геттинген, Берлин, Лейпциг) и Францию (Париж).

50 Татьяна Николаевна Толль - дочь Нины Владимировны Вернадской (в замужестве Толль) и Николая Петровича Толля, родилась 9 мая 1929 г.

стр. 92


Диаматы - диалектические материалисты - "философы". И те и другие - трутни, работающие наподобие палок в колесе и сейчас губящие научную работу 51 .

Совершенно неясно, что выйдет из того, что происходит. Сейчас ужасающий произвол и жестокость, борьба и насилие над крестьянством и остатками интеллигенции, и наряду с этим ряд важных и любопытных начинаний - но трудно сказать, удадутся ли и выдержит ли народ. Жизнь становится тяжелее, голод и разорение, плохая работа; пока у значительной части молодежи пафос работы над чем-то большим. (...)

Страна находится в тяжелейшем положении и в полном хаосе.

Иногда удивляешься, что все же можно идти вперед в научной работе.

Любопытно, что будет через несколько лет. Думаю, что-то совсем новое и не то, что пытаются строить. (...)

Горячо Вас обнимаю.

Всегда Ваш В. Вернадский (...)

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Вишняк М.В. К 75-летию Ф.И. Родичева // Современные записки. 1929. Кн. 38; Маклаков В.А. Ф.И. Родичев и А.Р. Ледницкий // Новый журнал. 1947. Т. 16.

2. Струве П.Б. Ф.И. Родичев и мои встречи с ним // Возрождение. 1949. Кн. 1; Тыркова-Вильямс А.В. Ф.И. Родичев //Новый журнал. 1954. Т. 38.

3. Вернадский В.И. Основою жизни - искание истины // Новый мир. 1988. N 3.

4. Вернадский В.И. Дневники. 1917-1921. Октябрь 1917 - январь 1920 / Сост. М.Ю. Сорокина, С.Н. Киржаев, А.В. Мемелов, B.C. Неаполитанская. Киев, 1994.

5. Вернадский В.И. Дневники. 1917-1921. Январь 1920 - март 1921 / Сост. С.Н. Киржаев, А.В. Мемелов, B.C. Неаполитанская, М.Ю. Сорокина. Киев, 1997.

6. Вернадский В.И. Дневники. Март 1921 -август 1925 / Сост. В.П. Волков. М., 1998.

7. Вернадский В.И. Публицистические статьи / Сост. В.П. Волков. М., 1995.

8. Вернадский Г.В. Крым // Новый журнал. 1971. Кн. 105.

9. Вернадский В. Жизнеописание. Избранные труды. Воспоминания современников. Суждения потомков /Сост. Г.П. Аксенов. М., 1993.

10. "Я верю в силу свободной мысли..." Письма В.И. Вернадского И.И. Петрункевичу // Новый мир.1989. N 12.

11. Бутлеров A.M. Сочинения. 1958. Т. 3.

12. Князев Г.А. Д.И. Менделеев и Академия наук // Архив истории науки и техники. М. - Л., 1935.

13. Васильев А.В. Николай Иванович Лобачевский. Казань, 1894.

14. Пять "вольных" писем В.И. Вернадского сыну (Русская наука в 1929) / Публ. К.К. // Минувшее: Исторический альманах. М., 1992. Вып. 7.

15. Из бумаг металлурга В.Е. Грум-Гржимайло / Публ. П. Усова // Минувшее: Исторический альманах. М., 1990. Вып. 2.


51 В большом и подробном письме сыну от 5-6 V 1932, описывающем ситуацию в стране и Академии наук, Вернадский специально останавливается на том, как примитивные идеологические догмы пагубно влияют на развитие свободной научной мысли: "Сейчас идет в стране удивительный по идее и тяжелый по энергии опыт насильственного внедрения особой философии в научную работу. Диалектический материализм проводится полуобразованными адептами, целой оравой "диаматов" - при отсутствии настоящих философски образованных и мыслящих; учатся ему сотни тысяч или, м.б., даже миллионы людей, и с ними сталкивается вся научная работа: цензура совершенно дикая. Часть "диаматов" фанатично-изувер- кабальная. Часть "чего изволите"... Мне кажется, совершается поворот в сторону идеологии Сореля, ставившего философию над наукой... Я решительно и определенно, когда возможно, выступаю против, считая, что я как философски образованный человек - философский скептик не могу допустить внедрения философии в науку в той дикой форме, в какой это делается" (См.: [19. С. 306-307]).

стр. 93


16. Вернадский Г.В. Братство Приютино // Новый журнал. 1968. N 93. С. 147-171; 1969. N 95. С. 202-215; N 96. С. 153-171; N 97. С. 218-237; Шаховской Д.И. Письма о Братстве / Публ. Ф.Ф. Перченка, А.Б. Рогинского и М.Ю. Сорокиной // Звенья: Исторический альманах. М.; СПб., 1992. Вып. 2. С. 174-318. Каганович Б.С. О генезисе идеологии "Ольденбурговского кружка" и "Приютина братства" // Русская эмиграция до 1917 года - лаборатория либеральной и революционной мысли. СПб., 1997. С. 90-103.

17. Ольденбург С.Ф. Европа в сумерках на пожарище войны. Пг., 1924.

18. Вознесенский И. Только востоковеды... // Память. Исторический сборник. Париж, 1980. Вып. 3.

19. Week-end в Болшево, или еще раз "вольные" письма академика В.И. Вернадского / Публ. и комм. М.Ю. Сорокиной // Минувшее: Исторический альманах. СПб., 1998. Вып. 23.

Опубликовано на Порталусе 08 февраля 2022 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама