Рейтинг
Порталус


А. Б. СОКОЛОВ. Введение в современную западную историографию

Дата публикации: 27 марта 2021
Автор(ы): М. Е. Ерин, Г. Н. Канинскя
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ
Номер публикации: №1616865697


М. Е. Ерин, Г. Н. Канинскя, (c)

Ярославль. Ярославский государственный педагогический университет. 2002. 136 с.

Книга доктора исторических наук, профессора Ярославского государственного педагогического университета им. К.Д. Ушинского А.Б. Соколова посвящена анализу новейших течений в западной историографии, которая за последние 30- 40 лет стала совершенно иной. Сделан огромный рывок во взглядах на исторический процесс, получили развитие новые представления о прошлом. По убеждению автора, традиционная история находится в упадке. В области исторических исследований царят новейшие направления: "новая историческая наука", клиометрия, новая социальная история, психоистория, новая культурная история, микроистория, гендерная история. Отмечаются интеграция наук, методы и концепции одних дисциплин продуктивно используются другими. Происходит ослабление цивилизационного подхода и других "глобальных" интерпретаций истории человечества, да и сама "научная история" воспринимается зарубежными исследователями с большим сомнением (с. 3, 4).

Автор высказывает опасение, способны ли российские историки признать, что "происходящие в западной историографии изменения плодотворны и по сути революционны" (с. 4). В России по-прежнему доминирует политико-дипломатический жанр, хотя, как нам представляется, отечественные исследователи уже сделали определенные шаги в признании "революционных изменений" в исторической науке 1 .

Соколов стремится раскрыть самые общие тенденции развития исторических исследований на Западе (с. 5). Цель автора: дать "минимум информации о теоретических спорах вокруг каждого из направлений", но привести "много примеров, позволяющих получить представление о сущности "новой исторической науки" и о конкретных методах, используемых разными учеными" (с. 5-6). Соколов ограничивается англоязычной (и переведенной на английский язык) литературой 80-90-х гг. XX в. и отдает предпочтение книгам и статьям, относящимся к истории нового времени, повествующим об истории Великобритании. О современной историографии политической истории, по его словам, "можно писать отдельную книгу". Автор отстаивает право своего выбора, оставляя за рамками своей книги "труды сторонников "глобальных" подходов к объяснению истории, в том числе "цивилизационного" и микросистемного, современных марксистов" (с. 6).

По мнению автора, на рубеже 60-70-х гг. XX в. ослабла идея "научности" истории, наступила эпоха постмодернизма. Появление вышеперечисленных направлений Соколов обосновано считает откликом на идеи постмодернистской истории, сформулированные французскими философами и социологами Ж. Деррида, Ж-Л. Нанси, Ж-Ф. Лиотаром. Посвящение отдельной главы характеристике постмодернизма можно считать вполне оправданным. Справедливо заметив, что получивший всеобщее признание термин "постмодернизм" сам по себе звучит довольно неопределенно и иногда используется как своего рода ярлык (с. 7), Соколов сумел доходчиво разъяснить его суть. Он четко показывает, в чем "постмодернизм представляет собой отрицание концепций модернизма" (с. 7-10).

Определяя суть постмодернизма и характер его воздействия на историческую науку, Соколов опирается на выводы видных зарубежных историков - М. Бэнтли, С. Шамы, И. Рюзена. Развивая мысль последнего о четырех направлениях исторического дискурса, связанных с постмодернизмом (с. 11- 12), Соколов добавляет; "в постмодернистской историографии присутствует ярко выраженное недоверие к тому, что называют "мета-нарративом", под которым "понимаются какие угодно обобщения, например, прогресс капитализма, победа пролетариата, политическое освобождение, триумф Запада, наконец, конец истории и т.д. Они рассматриваются как абстрактные конструкции, возникшие под влиянием современных дискурсов" (с. 12- 13). Автор не оставил без внимания и критиков постмодернизма, таких, как П. Загорин, П. О'Брайен, А. Джонс, выделив в ней "мягкие и жесткие оттенки". Уместно и авторское замечание, что, зародившись во французской философии и лингвистике, постмодернистские тенденции "по-разному затронули национальные западные историографии", сильно сказавшись в США, в меньшей степени коснувшись Англии и почти не затронув Германию (с. 14).

Характеристика постмодернизма была бы неполной без упоминания о творческом наследии М. Фуко. Споры вокруг этого имени не утихают. "Для одних он - гуру, учитель, оставивший самый яркий след в философии и истории, для других - шарлатан, деятельность которого не имела ничего общего с историографией". В книге последовательно разбираются главные произведения Фуко. Автор сумел понять и оценить вклад Фуко в изучение истории. Он отмечает, что Фуко "подошел к такому пониманию безумия, при котором оно оказывается произвольным, по-разному классифицируемым в раз-

стр. 159


ные исторические периоды" (с. 16), а в лечении болезни Фуко видел не изменение практики "исследования пациента, а то, что был способен увидеть доктор", поставив в философском плане проблему сущности связи и восприятия языка. По мнению Соколова, книги Фуко - "Безумие и цивилизация", "Рождение клиники" - "не просто рассказ о возникновении домов доя умалишенных и клиник, это отход от традиционной интеллектуальной истории к истории дискурсов, практик и структур" (с. 20). В книге интересно и на конкретных примерах показано, как Фуко связывал природу знания с существующей на данном этапе концепцией языка, с дисциплинарными технологиями, а также с тем, что он понимал под дискурсом и в чем видел значение власти для характера дискурса (с. 21- 26). Нельзя не согласиться с главным выводом автора: "Воздействие Фуко на современную историографию огромно. Им подняты темы, которые в последние два десятилетия составляют костяк исторических исследований на Западе" (с. 29).

Характеристику новой культурной истории, как одной "из самых динамично развивающихся областей в современной историографии", Соколов начинает с ее истоков, которые "могут быть найдены в трудах многих известных представителей исторической науки" (с. 75). Он особо выделяет работы И. Хейзинги "Осень средневековья", Н. Элиаса "Цивилизационный процесс", Э, Ле Руа Лядури "Монтайю", вышедшие в свет соответственно в 1919,1939 и 1974 годы. Чтобы наглядно показать предмет и методы исследования новой культурной истории, Соколов опирается на творчество американского историка Р. Дарнтона, заявившего о себе публикацией книги "Кошачье побоище и другие эпизоды французской культурной революции" в 1984 году. На примере детального анализа двух глав из этой книги, а также одной из статей Дарнтона автор четко показывает, в чем состояла суть "лингвистического поворота" в культурной истории. Он пишет: "Многие новейшие труды направлены на выяснение того, как культура вписывается в социальный контекст, при этом речь отнюдь не идет о возвращении к экономической и политической логике. Культура рассматривается преимущественно не как инструмент вдохновения; предметом изучения является то, как она "работает" (с. 82).

Соколов принимает во внимание выделение в новой культурной истории двух главных подходов - "формализирующего" и "сущностного", предложенных Р. Бирнаски. Он приходит к выводу, что "поворот в современной культурной истории наметился, когда историки осознали, что оба подхода могут сочетаться, поэтому сейчас они воспринимаются как отдельные с трудом.

Раньше культура рассматривалась как набор ценностей и норм, объясняющих изменения как постепенный и длительный продукт социальной эволюции, или, наоборот, ее понимание фокусировалось только на крупных интервенциях (таких, как неожиданный контакт между цивилизациями), либо на творческой гениальности отдельных лиц. "Культурный поворот" привел к тому, что результаты исторических процессов воспринимаются одновременно как глубоко структурированные культурой и зависящие от локальных событий" (с. 83).

Не претендуя на то, чтобы охватить все многообразие направлений новой культурной истории на современном этапе (с. 98), Соколов остановился лишь на изучении народной культуры, политической культуры, "образа других", истории эмоциональной сферы и человеческих чувств (с. 83-98). Раскрывая каждое из направлений, он не только резюмирует значительное количество недавно вышедших работ, но и выбирает представителей различных национальных западных школ.

В тесной связи с новой культурной историей Соколов рассматривает микроисторию (с. 102). Сам он определяет последнюю следующим образом: "Если говорить в самом общем виде, то речь идет об изучении ментальности, о понимании характера ценностных представлений у людей в прошлом. Особенность микроистории в том, что она ориентирована на единичное и казуальное. Микроистория не претендует на глобальные обобщения или на широкий охват материала. Предметом рассмотрения является случай, то, что произошло с конкретным человеком или в небольшой общности людей. В этом смысле можно говорить, что микроистория изучает повседневную жизнь... В методологическом отношении развитие микроистории связано с влиянием концепций постмодернизма" (с. 102). Как на конкретный пример исследований в области микроистории Соколов ссылается на творчество итальянского историка К. Гинзбурга и историка США Н.З. Дэвис. Анализируя их произведения, автор делает справедливый вывод: микроисторический подход, нацеленный на изучение отдельного случая, позволяет историку обнаружить, "что было свойственно культуре большинства" (с. 105).

Не менее интересно изложены Соколовым остальные разделы книги, посвященные клиометрии, новой социальной истории, психоистории, гендерной истории. В заслугу автору следует поставить то, что он попытался привнести в анализ этих, в целом уже неплохо освещенных в отечественной историографии направлений, посильную лепту, дополнив своих предшественников ссылками на новейшие исследования запад-

стр. 160


ных коллег. Конечно, автору следовало бы познакомиться и соотнести рассматриваемые положения психоистории с отечественными подходами 2 , а используемые им заимствования из западной литературы следовало бы сравнить с понятиями в отечественной науке. Например, психоисторию хотелось бы соотнести с термином историческая психология. Вызывает сомнение дискуссионный вывод автора: "если рассматривать историю как результат действия объективных исторических сил,.. то личностному фактору в ней остается немного места. Если в истории нет место индивидуумам, то в ней нет места и психологии" (с. 70). Однако, как известно, существуют и массовидные явления психики и их проявления 3 . Автору следовало бы глубже изучить произведения по вопросу психоанализа и опираться не только на работы 3. Фрейда, но учесть и неофрейдистов и современную критическую литературу по психоанализу. Соколов поднимает некоторые вопросы теории психоанализа, которые решаемы, на наш взгляд, в рамках психологической, а не исторической науки. Например, о методах познания психического через сновидения (с. 74).

Подробно проанализировав предмет и истоки гендерной истории, автор делает вывод: "для историка гендер может стать ключом для расшифровки природы власти и понимания сложности и многообразия форм социального взаимодействия людей" (с. 116).

Книга Соколова не дает (и не может дать!) исчерпывающего представления обо всех новейших веяниях в современной зарубежной историографии. Да и сам автор признает гипотетичность и субъективизм характеристики тенденций ее развития. На наш взгляд, Соколов напрасно уклонился от критического взгляда на разбираемые им направления исторической мысли, ограничившись во введении замечанием, что не все они ему одинаково интересны.

Думается, что эта работа существенно восполняет лакуны имеющихся учебных пособий по историографии нового и новейшего времени стран Европы и Америки и может быть рекомендована как студентам, изучающим этот курс, так и всем тем, кто интересуется современным состоянием исторической науки за рубежом.

Примечания

1. Историография истории нового и новейшего времени стран Европы и Америки. М. 2000; Политическая история на пороге XXI века. Традиции и новации. М. 1995; РЕПИНА Л.П. Вызов постмодернизма и перспективы новой культурной и интеллектуальной истории. - Одиссей. 1996; БЕССМЕРТНЫЙ Ю.Л. Как же писать Историю? Методологические веяния во французской историографии 1994-1997 гг. - Новая и новейшая история, 1998, N 4, с. 30.

2. ПОРШНЕВ Б.Ф. Социальная психология и история. М. 1979; История и психология. М. 1971.

3. Психология масс. Самара. 1998.

Опубликовано на Порталусе 27 марта 2021 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама