Рейтинг
Порталус


ВВЕДЕНИЕ В ТЕОРИЮ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ. Учебное пособие. М., 2001

Дата публикации: 18 июня 2021
Автор(ы): Косолапов Н. А.
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО
Номер публикации: №1624007082


Косолапов Н. А., (c)

ВВЕДЕНИЕ В ТЕОРИЮ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ. Уч. пособие. М.: Изд-во МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА, 2001, 320 с.

Отечественная литература 1990-х - 2000-х годов по теории международных отношений "распадается" на три неравные по объемам и влиянию течения. Наиболее влиятельно - так называемое геополитическое, методологическая основа которого суть постулирование. Другое направление составляют в последнее время все более многочисленные работы, с большей или меньшей полнотой и точностью пересказывающие теории и концепции мировой политики и международных отношений, созданные в разное время на Западе и ранее широкому отечественному читателю практически недоступные. Третье направление образуют работы, авторы которых, профессионально ориентируясь в достижениях мировой науки, стремятся внести свою лепту в развитие теории международных отношений.

К последнему относится учебное пособие "Введение в теорию международных отношений".

В СССР работы по отдельным вопросам теории международных отношений были большой редкостью, монографий же по этой теме не существовало вовсе. Скептическое отношение к теории международных отношений, нежелание если не принимать здесь мировую науку, то хотя бы создавать собственную, упиралось как в догмы идеологии, так и в абсолютизм власти КПСС. Ведь признавая теорию (любую, даже стопроцентно "свою"), власть тем самым вынуждена была бы принимать и неизбежно вытекающие из нее практические выводы и самоограничения. Притом в вопросах, максимально чувствительных для власти идеологически и политически. Когда идеологические догмы сменились фор-

стр. 236


мально на противоположные, а абсолютизм власти ограничили многократно сузившиеся возможности страны, на смену идеологическим шорам в области миропонимания пришли шоры геополитические. Парадокс заключался в том, что ослабленной системным кризисом стране, доля которой в мировом ВВП колебалась между 1,5-1,7% (при 2,5% в населении земного шара), геополитики не предлагали ничего, кроме разных вариантов нового противостояния с США и Западом в целом.

Такое противоречие между объективным потенциалом страны и политически доминировавшими на протяжении 1990-х годов в России воззрениями на природу международных отношений не могло длиться бесконечно, ибо грозило катастрофическим и, не исключено, скорым поражением во внешних делах, причем на этот раз не только социально-экономическим, но возможно, и военным. Обретенные постсоветскими элитами собственность и власть восставали против такого сценария, что стало одним из факторов обращения части российского политического сознания к идеям, содержащимся в мировых работах по теории международных отношений. Отечественная наука о международных отношениях, оставаясь на протяжении 1900-х годов социально невостребованной, занималась осмыслением сделанного в области теории международных отношений в мире и, к концу 1990-х годов, постепенно обретала вкус к самостоятельной постановке теоретических проблем.

Рассматриваемая книга написана историками международных отношений. Специалистам хорошо известна растянувшаяся на многие десятилетия дискуссия на Западе между историками и теоретиками международных отношений. Теоретики стремились найти в международной жизни некие качества, неизменные в любой системе таких отношений с древнейших времен до наших дней или на протяжении хотя бы последних 300-350 лет (эпохи современного государства и "общественного договора"). Историки же, подчеркивая уникальность каждых эпохи, периода, этапа империи, войны, любого значимого и крупного международного события, сомневались в принципиальной возможности и целесообразности сведения их к неким обще- или внеисторическим характеристикам (даже на дистанции трех веков, не говоря об истории в целом), требовали доказательств правомерности подобного теоретизирования.

Дискуссия затихла (но не завершилась содержательно) только после того, как ее участники за годы споров убедились, что ни одна из сторон не посягает на научную "территорию" другой, тогда как сотрудничество приносит взаимную пользу. Но ход дискуссии, ее общая логика убедительно продемонстрировали: теория возможна лишь применительно к процессу. Значит, или международные отношения суть процесс - а таковой не бывает неизменным - или же невозможна теория не только этих отношений, но и самой истории. Но за пределами марксизма с его идеей социально- исторического развития, построение теории социальной эволюции и (в ее рамках) теории международных отношений перестало восприниматься как научная "ересь" лишь в 1990-е годы; тем не менее целостной теории пока не возникло.

Обращение специалистов исторического факультета МГУ к теории международных отношений продолжает традиции отечественных работ в этой области. Многие нынешние политологи и "международники" советского периода вышли из среды историков. Принцип историзма давно и прочно заложен в отечественных исследованиях дипломатии, внешней политики и международных отношений. И эта позиция - при построении теории международных отношений опираться на принцип историзма - представляется не просто оправданной, но единственно приемлемой: без соблюдения этого требования теория рискует просто остаться без предмета.

Рассматриваемый сборник интересен и тем, что вписывается в одну из новейших тенденций современной науки о международных отношениях: стремление создать прикладную теорию не абстрактных и внеисторических, но реальных международных отношений. Тут работа продолжает линию исследований, заданную подготовленной в основном специалистами исторического факультета МГУ книгой "Конфликты и кризисы в международных отношениях: проблемы теории и истории" (Проблемы американистики, вып. 11. М., 2001).

Первую часть рассматриваемой книги составляют статьи по собственно теории, охватывающие проблемы системности в международных отношениях, выделения и определения основных категорий теории международных отношений (автор Р.А. Сетов, с. 42-71), и краткий обзор подходов к изучению международных отношений, разрабатывавшихся с конца 1970- х по конец 1990-х годов на Западе главным образом в США и во Франции, и в нашей стране (Е.А. Степанова, с. 93-113). В этой части хотелось бы особенно выделить статью, посвященную проблеме категорий пространства и времени в истории и теории международных отношений (В.И. Терехов, с. 72-92). Любые отношения не развиваются вне времени и пространства, причем для международных отношений эти характеристики являются одними из определяющих.

Есть немало работ, заложивших теоретико-методологические основы включения категорий времени и пространства в исследования социальных и международных отношений. Но в целом теория международных отношений продолжает страдать неумением соединять эти категории в органическое целое в рамках одного исследования. Гипертрофированное понимание и даже абсолютизация роли пространства в международных отношениях имеет своим следствием разные варианты геополитичес-

стр. 237


ких подходов и школ, объединяет которые фактическое игнорирование всех иных, кроме пространственно-силовых, факторов этих отношений. Геополитике в теории международных отношений противостоят абстрактные схемы увлеченно-политологического характера, в силу их оторванности от реалий подчас еще менее пригодные (или вовсе непригодные) для решения практических задач, что и определяет сохраняющееся влияние геополитики в теории и практике.

Проблему времени и диктуемых им макросоциальных изменений в свое время поставил марксизм. Но идея последовательной смены общественно-экономических формаций связана с международными отношениями лишь косвенно; да и предложена она была более чем за полвека до появления теории международных отношений как науки и за век с лишним до современного понимания времени как явления. К тому же известные политические события 1980- 1990-х гг. вывели марксизм за пределы научной и политической "моды": Видимо, профессиональные историки, четко осознающие фактор времени и ясно понимающие все его социальные градации, могли бы внести на этом направлении особенно существенный вклад в создаваемую теорию международных отношений.

Вторая часть, сохраняя и продолжая общую теоретическую направленность сборника, все же в большей мере ориентирована на отдельные сферы и проблемы международной жизни: взаимосвязь мирового хозяйства и международных отношений (А.А. Сидоров, с. 114-139), роль идеологии (Р.А. Сетов, с. 215-247) и военной силы (В.И. Терехов, с. 248-276) в международных отношениях, проблемы интеграции как системообразующего фактора региональных и общих международных отношений (Н.Н. Наумова, с. 140-177), аналогичные функция и роль международного конфликта (Р.А. Сетов, с. 178-214).

Каждая из представленных, в сборнике статей - самодостаточное научное исследование, предполагающее возможность дискуссии и даже требующее ее. Это ставит рецензента в трудное положение: выбрать одну-две статьи для более подробного рассмотрения означало бы незаслуженно обойти вниманием остальные. Самая же краткая, однако не теряющая сути проблемы реакция на каждую из десяти глав работы растянулась бы на полномасштабную статью. Отметим поэтому лишь то главное, что представляется наиболее значимым вкладом книги в науку и учебный процесс, а также то, что представляется нам дискуссионным.

Главное достоинство сборника как учебное пособие - то, что в рамках каждой его статьи авторам удается представить читателю общее состояние и тенденции эволюции соответствующей проблемы: идет ли речь о конфликтах, интеграции, силе, идеологии или об основных категориях науки о международных отношениях. Вдумчивый читатель поймет и оценит, легко дополнит по необходимости краткое изложение собственным поиском, а при желании - оспорит изложение и его базовую концепцию.

Центральная идея книги - тезис о системности международных отношений. Если в первой части книги эта системность заявлена в общих теоретико-методологических аспектах, то во второй предметом рассмотрения являются "системообразующие и системоразрушающие факторы" в международных отношениях. Завершает работу глава, посвященная анализу механизмов взаимодействия названных факторов на примере биполярной системы - конфронтации СССР и США во второй половине XX в. (А.С. Маныкин, с. 306- 312). Таким образом, сверхзадачей работы стала попытка проследить, как зарождается и исчерпывает себя конкретная система международных отношений. В решении такой задачи, с неизбежным здесь точным следованием принципу историзма, вклад историков в теории потенциально максимален, даже незаменим. Тут, однако, и возникают два дискуссионных момента, и делающих книгу частью не только учебного, но и научного процесса.

Момент первый - методологический. Научная теория призвана охватывать все те грани, стороны, компоненты явления, что "отвечают" предмету данной дисциплины. Историческая наука по понятным причинам рассматривает лишь безусловно установленную, подтвержденную несколькими проверенными источниками часть прошлого. Но если применительно к прошлому "установленным" считается то, что должным образом подтверждено историческими источниками, то применительно к современности - а международные отношения суть квинтэссенция современности - за "установленное" принимается, как правило, официальная версия событий.

Но освобождение от идеологических догм советского прошлого не означает свободы от любой идеологии и идейно- политических ограничений вообще. США в отношении себя и своей политики XX в. оказываются куда более идеологичны и жестки в де-факто цензуре, чем был СССР. Близкие, тем более союзные отношения с США объективно означают, что требования идеологической выдержанности и политической корректности (более мощных, чем внешняя цензура) распространяются все дальше за пределы США, в том числе и на Россию. Идеология же, как хорошо известно по европейскому и отечественному опыту, может оказывать в определенные периоды своей эволюции сковывающее, даже мертвящее, воздействие на научную мысль. Признаки такого влияния на развитие теории международных отношений многочисленны.

Момент второй - опасность для науки, скрытая как в некритическом следовании официальным версиям и интерпретациям, так и в некритических же оппозиции им и их неприятии. Видимо, именно историческая наука могла бы наметить грань меж-

стр. 238


ду теорией международных отношений как фундаментальной наукой и разными ее приложениями, которые, как и в связи с другими науками, могут и должны делаться только на страх и риск и за счет заказчика. Иными словами, теория международных отношений, по-видимому, начинается только там и тогда, где и когда заканчиваются предельные сроки сохранения секретности и соответствующие документы становятся доступны общественности и ученым. До этого момента рассуждения, предположения и гипотезы на основе официальных интерпретаций могут быть весьма интересны, но науку они образуют разве что прикладную. Многие принципиально значимые аспекты советско-американских отношений XX в., их общей включенности в международные отношения и историю минувшего столетия, например, не только еще недостаточно изучены, но даже не упоминаются в научной литературе. Таков объективно этап, через который проходят наука о международных отношениях и становление ее теории. Ставить теорию в зависимость от официальных оценок по меньшей мере рискованно; но и дискутировать с такими оценками - не задача теории. Надо научиться спокойно их игнорировать.

Например, на Западе, особенно в США, распространены опасения, что Китай уже через 10-15 лет станет сверхдержавой - соперником США. Но если доминирующие ныне воззрения верны и коммунизм настолько порочен, как об этом говорят, то Китай в эти сроки скорее всего должен будет последовать за СССР, и тогда миропорядок и система международных отношений изменятся принципиально по сравнению не с прошлым XX в., но с днем сегодняшним. Если же Китай сохранится в его принципиально том же состоянии и вступит в соперничество с США, то одним из важнейших следствий этого будет не возрождение биполярной системы, во что, похоже, не верят и авторы рецензируемой книги (с. 303-305), но также принципиально иная системность международной жизни плюс иной, чем сегодня, взгляд на исторические перспективы коммунизма и на характер и направленность постсоветской эволюции России.

Наиболее дискуссионно, таким образом, понимание системности международных отношений, имеющее ключевое значение для построения теории международных отношений. Системный характер международных отношений в принципе не встречает в последние десятилетия возражений. Сомнения обычно касаются другого: определения природы и типа такой системы, меры и факторов ее устойчивости, пределов способности государств так или иначе влиять на конкретную систему международных отношений и тенденции ее эволюции. Главный вопрос здесь: какой тип системы имеется в виду применительно к международным отношениям "вообще" и того или иного периода. Большая группа проблем производна также от того, как решается вопрос о соотношении категорий "системы", "порядка" ("миропорядка") и "структуры" международных отношений в целом и конкретного периода: одни ли и те же или разные (если да, какие именно) факторы определяют форму и содержание системы международных отношений и данного "миропорядка"? В литературе, в том числе отечественной, на этот счет высказываются прямо противоположные точки зрения.

Системный подход (общая теория систем) различает системы как взаимодействия, как особым образом организованные объекты и как процессы эволюции и(или) развития подобных объектов и образуемых ими систем высших порядков. При этом каждый из видов систем включает несколько их типов. Очевидно, тип системы определяет "системность" как комплекс необходимых и достаточных признаков, наличие которых позволяет констатировать наличие определенного типа системы или меру продвижения к становлению и распаду такой системы. Несомненно также, что признаки "системности" должны быть разными у систем различных типов. Достаточно поставить задачу прогноза эволюции системы международных отношений хотя бы в пределах десятилетия, и на первый план тут же выдвигается вопрос, какую именно системность и на основании каких критериев следует рассматривать?

Поэтому применительно к международным отношениям необходимо говорить не просто о наличии системности, но об исторической эволюции отношений (как явления по природе его системного) от системности одного типа к иным, более или менее "высоким". Причем наиболее вероятным тут априори представляется весьма сложная цикличность этого процесса. Не исключено, что очередной этап эволюции системности международных отношений окажется плохо совместим с ценностями, наиболее распространенными в обстановке его начала. Тем важнее практическая прогностическая ценность своевременной констатации перехода к системе иного рода и всех возможных и вероятных последствий этого.

Очевидно, категориальный аппарат теории международных отношений должен увязываться с видом и типом системы (Р.А. Сетов, с. 42-71). Каждой системе международных отношений присущи некоторые элементы; но какие именно, зависит, видимо, от вида и типа систем. По той же причине и отношения должны быть, по-видимому, свойственны лишь наиболее "продвинутым" видам и типам систем. Применительно же к другим правомернее говорить о взаимодействиях и связях между элементами (но не отношениях в строгом смысле этого понятия). Отличие видов и типов систем, критериев их системности давало бы возможность строже определять в каждом случае подсистемы, их наличие и характер, связи между подсистемами, а также между ними и элементами системы международных отношений. Наконец, все это в совокупности позволит подойти и к решению задачи устой-

стр. 239


чивости конкретной системы международных отношений: такая устойчивость может достигаться лишь обеспечиванием динамизма и изменчивости системы и ее основных компонентов, включая внутреннее устройство важнейших в данной системе государств, при минимизации неизбежно возникающих при этом социальных и иных рисков.

Видимо, разработка названных проблем и необходимого для их анализа категориального аппарата - следующий этап в создании теории международных отношений.

Н.А. Косолапов, кандидат исторических наук, зав. отделом ИМЭМО РАН

Опубликовано на Порталусе 18 июня 2021 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама