Полная версия публикации №1622806160

PORTALUS.RU ЛИНГВИСТИКА ТЕРМИНЫ "ЦАРЬ" И "ЦАРСТВО" НА РУСИ → Версия для печати

Постоянный адрес публикации (для научного и интернет-цитирования)

По общепринятым международным научным стандартам и по ГОСТу РФ 2003 г. (ГОСТ 7.1-2003, "Библиографическая запись")

А. И. Филюшкин, ТЕРМИНЫ "ЦАРЬ" И "ЦАРСТВО" НА РУСИ [Электронный ресурс]: электрон. данные. - Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU, 04 июня 2021. - Режим доступа: https://portalus.ru/modules/linguistics/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1622806160&archive=&start_from=&ucat=& (свободный доступ). – Дата доступа: 18.10.2021.

По ГОСТу РФ 2008 г. (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка")

А. И. Филюшкин, ТЕРМИНЫ "ЦАРЬ" И "ЦАРСТВО" НА РУСИ // Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU. Дата обновления: 04 июня 2021. URL: https://portalus.ru/modules/linguistics/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1622806160&archive=&start_from=&ucat=& (дата обращения: 18.10.2021).



публикация №1622806160, версия для печати

ТЕРМИНЫ "ЦАРЬ" И "ЦАРСТВО" НА РУСИ


Дата публикации: 04 июня 2021
Автор: А. И. Филюшкин
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ЛИНГВИСТИКА
Номер публикации: №1622806160 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Титул "царь" восходит к латинскому Caesar. Это слово было компонентом официального титула правителей Римской империи со времени полководца и писателя, диктатора Гая Юлия Цезаря (100 - 44 до н. э.). Его имя вскоре стало отождествляться с понятием императора, и потом все римские императоры принимали титул "цезарь". После падения Западной Римской империи традиции цезарского правления сохранились в Восточной Римской империи, откуда этот титул и попал к славянам. В Западной Европе греческий термин "кесарь" понимался как "император". Именно так трактовал его Карл Великий, принявший из рук папы Льва III императорскую корону в 800 году. А от имени Карла Великого произошел титул "король".

Но западное "король" значительно отличалось от понятия "царь" на Руси. Несмотря на то, что король считался помазанником Божьим, прямым представителем и наместником Бога на Земле так называли не его, а римского папу. Царь же на Руси выступал непосредственным наместником Бога на Земле, что было обусловлено заимствованием термина напрямую из Византии, где император совмещал высшую политическую и высшую церковную власть. Поэтому в основу общественного статуса российских царей была положена евангельская формула из послания апостола Павла: "Всякая душа да будет покорна высшим властям; ибо нет власти не от Бога, существующие же власти or Бога усыновлены. Посему противящийся власти противится Божию установлению" (К римл., XIII, 1 - 2) 1 . Эта норма в качестве канона поведения и главной морали русского человека была заложена в середине XVI в. в "Домострой"- своеобразный устав повседневной жизни 2 .

В идеологии царей любое выступление против власти расценивалось как выступление против Бога, то есть было страшным грехом. В этом кроется одна из причин того, что отстаивание прав личности перед лицом власти не получило в русском средневековом обществе достаточного распространения. Такое отстаивание чаще было связано с элементами полууголовными ("бунташные людишки"), либо двоедушными (вроде первых русских диссидентов - князя А. Курбского и Г. Котошихина), либо принимали форму религиозной оппозиции (раскольники). Сама же концепция царства основывалась на христианской историософии. Царь понимался как носитель всецелой полноты и величия власти. Первым образцом такой власти на Земле считался Отец как глава семейства (Бытие, III, 16: К ефесянам, V, 23; VI, 1 -3). Когда умножаются семейства, возникают племена; когда множатся племена, возникают государства. Но последние слишком велики для отеческого управления. Тогда Бог дает этой первоначальной власти облик царя, наделяя его высшей и самодержавной силой (Книга премудростей Соломона, VI, 3; Книга пр. Даниила. П. 21: IV. 14; Книга пр. Иеремии, XXVII, 5-8).

Вот почему царь считался наместником Бош на Земле. Он вступал в свои права через особый обряд, обладал особыми знаками власти, ею особа была священна. Однако царь нес


Филюшкин Александр Ильич - кандидат исторических наук, преподаватель Воронежского государственного университета.

стр. 144


также ряд обязанностей: защищать свой народ от внешних и внутренних врагов, устанавливать законы, назначать местных правителей, быть стойким хранителем веры, служить нравственным примером для подданных, являться носителем истины и Божественной справедливости (Исход, XVIII, 19 - 24; Второзаконие, I, 12 - 17; 1-е поел. Петра, II, 14; 1-я книга Царств, VIII, 11 - 12; Ев. от Матфея, XXVII, 11; Ев. от Марка, XV, 2; Ев. от Луки, XXIII, 3; Ев. от Иоанна, XVIII, 33 - 37). Титул царя был принят российскими правителями не сразу. В Киевской Руси носитель верховной власти назывался князем, великим князем, в ранний период иногда каганом (заимствовано в Хазарском каганате).

На Руси IX-XI вв. верховную власть получал старший в княжеском роду Рюриковичей. После его смерти великокняжеский престол отходил не его прямому наследнику, как происходит при наследственной монархии, а следующему по старшинству Рюриковичу. Эта система начала разрушаться по мере увеличения числа князей- потенциальных претендентов на власть. Установить старейшинство среди многочисленных Рюриковичей становилось сложно и грозило усобицами. Любечский съезд князей 1097 г. реформировал политический строй Древней Руси: на смену принципату Рюриковичей пришла система династического старейшинства. Их владения были официально разделены на три отчины: Изяславичей, Святославичей, Всеволодовичей. А внутри отчин князья устанавливали наследование по династическому принципу.

В период феодальной раздробленности полнота власти в уделах находилась в руках местных князей. Иногда правитель назывался самодержцем, единодержцем, но это еще не было титулом. Смысл термина заключался в констатации отсутствия соправителей в пределах данного княжества 3 . Уже древнерусские авторы называли некоторых князей царями. Но, как правило, употребление такого названия было связано с религиозным аспектом: в случае, если князь присваивал себе церковные полномочия, он по аналогии с византийским императором именовался царем. Царями порою называли также канонизированных князей или правителей, почитаемых за святых. Так что употребление этого термина в XI-XIII вв. не служило официальной титулатурой верховной власти и несло в себе религиозно-идеологическое содержание.

Истории Руси известен лишь один случай принятия королевского титула князем: Галицкий князь Даниил в 1253 г. послом папы римского был коронован и поименован королем. Данный акт обусловили дипломатические причины: Даниил искал в Европе союзников для борьбы с золотоордынской угрозой, а западные владыки стремились через присвоение титула короля Галицкому князю подчинить его своему влиянию и приступить к католицизации его земель. Планы сторон не были осуществлены, и королевский титул Даниила так и не закрепился за его наследниками.

Предпосылки к возникновению института царства складываются на Руси XV века. Русское централизованное государство нуждалось в более совершенной и абсолютной форме власти, чем великокняжеская. В ту пору понятие царства имело на Руси три основных источника: царство Золотой Орды, Византийское православное царение, факторы международной обстановки. Все они наложили сильный отпечаток на типологию верховной власти в России и особенности ее развития. После установления золотоордынского ига власть хана из улуса Джучи ("царя" по русским летописям, которого они отличали от "каана" - общемонгольского хана) разрушила традиционную систему отношений "власть - подданные". Получение ханского ярлыка на великое княжение теперь не зависело напрямую от родового старшинства претендентов. Над русскими князьями появилась новая инстанция в лице царя из Сарая, которая не считалась ни со старейшинством на Руси, ни с династическими правами. Одновременно происходил переход от вассалитета к подданству-министериалитету 4 . Теперь все подданные, независимо от их социального статуса, оказывались в одинаково подчиненном положении по отношению к верховному правителю - государю. Потом это нашло свое выражение в знаменитой формуле Ивана IV Грозного: "Жаловать своих холопов вольны и казнить вольны же".

Ослабление Орды и распад ее в XV в. при параллельном складывании Российского централизованного государства изменили прежнюю систему взаимоотношений, но не ее сущность. Важнейшая ее составляющая - царская власть над князьями - с ликвидацией золотоордынского ига оказалась как бы вакантной. Между тем, понятие зависимости княжеской власти от царской инстанции уже глубоко проникло в русское политическое сознание. Ярко отражен данный аспект в летописи: "От царей той Золотой Орды начало нашея Русския земли: великое княжение принимали... все княжения великих князей, которые ныне в области Московского государства. И те все великие князи... ездили в тое Золотую Орду для всякие справы и начальства, и те ордынские цари давали им свои ярлыки за своими печатями и руками своими подписывали" 5 .

стр. 145


Преодолеть этот давний комплекс неполноценности можно было только одним способом: побить былых господ, подчинить их и самим превратиться в царство. Вот еще одно следствие краха ига. Крупным военно-политическим событием, символизирующим победу Руси над Ордой, стало и взятие Казани в 1552 г., названное в российских источниках "всемирной победой" над "презлым царством сарацинским" 6 . В ряде памятников это взятие рассматривается как прямое следствие принятия Иваном IV царского титула (например, у А. М. Курбского) или же дата принятия титула смещена и уже сама напрямую связывается с покорением Казанского ханства (например в фольклорном "Казанском цикле"): Иван IV взял с татарского хана Симеона-Едигея царскую корону: "И снял царскую перфиду, он царский костыль в руки принял. И в то время князь воцарился и насел в Московское царство" 7 .

Симптоматично, что одновременно с ликвидацией ханской власти над Русью еще Иван III принял титул "государя всея Руси", расцененный в Западной Европе как равнозначный королевскому. С 1470-х годов Иван III и Иван Иванович Молодой при переговорах с Ливонией именовались царями. При новгородско-шведских переговорах Иван III назывался кайзером. Он звал себя царем также в грамоте 1484 г., отправленной в Кафу к Захарию Скарье. В 1490-е годы этот титул применительно к московскому правителю употреблялся уже в ряде документов европейской дипломатии. Наконец, в 1498 г. происходит первое в русской истории венчание на великое княжение Дмитрия - сына Ивана Молодого, внука Ивана III. Во время него Иван III пытался закрепить за собой титулы царя и самодержца. Данный акт, по мнению А. Л. Хорошкевич, был расценен современниками как претензия на титул императора. Именно с 1490-х годов в качестве государственной символики на Руси стал применяться императорский двуглавый орел 8 .

Политическое становление царства облегчалось и таким наследием ига, как система министериалитета, при которой все подданные, независимо от их социального статуса, считались одинаково находящимися в холопской зависимости от государя. В 1516 г. бояре впервые назвали себя в челобитной Василию III "холопами государевыми" 9 . Это мешало возникновению крупной политической оппозиции как серьезного противовеса росту абсолютной власти великого князя. Тем не менее, ни Иван III, ни Василий III официально еще не приняли титула царя, хотя неоднократно пытались это сделать.

Главной причиной того была неразработанность национальной концепции царства. Хотя ее компоненты и были заимствованы из Византии, прямое подражание не устраивало Москву, ибо падение Константинополя в 1453 г. дискредитировало византийские порядки в глазах россиян. Происхождение расценивалось как Божья кара за отступничество греков от истинного православия. В XVI в. появились произведения, прямо называвшие недостатки политического строя Византии и ее впадение в латинскую ересь причиной гибели империи от турецкого нашествия ("Сказание о Магмет-салтане" И. С. Пересветова, "История о осьмом соборе" А. М. Курбского и пр.). Неудачной оказалась и политическая судьба Дмитрия-внука, венчанного на великое княжение по византийскому обряду. Он потом пал жертвой борьбы за власть после Ивана III, и самый факт его венчания был дезавуирован. Это не помешало Василию III занять в 1505 г. великокняжеский престол, хотя номинально (до его смерти в заточении в 1509 г.) великим князем считался Дмитрий. Сразу же потом, в 1510 г., Василий III попытался провозгласить себя царем, но безуспешно.

Идеологическое оформление царства шло в первой половине XVI в. в среде иосифлян. Важную роль сыграли в том "Послание" Спиридона-Саввы (1511 - 1523 гг.) и "Сказание о великих князьях Владимирских" (первая редакция - до 1527 г.) В них были сформулированы политические легенды, обосновывавшие права русских правителей на царский титул. В послании говорилось о прямом родстве Рюриковичей с императорами древнего Рима через некоего Пруса, родственника императора Августа. В сказании содержалось упоминание о присылке Владимиру Мономаху из Византии царских регалий и якобы имевшем место венчании его на царство митрополитом Неофитом. В середине XVI в. обе легенды включили, в качестве официальной версии русской истории, в важнейшие документы и памятники государственной идеологии - "Чин венчания на царство", "Государев родословец", "Степенную книгу". Они приводились иностранным дипломатам в качестве доказательств прав Ивана IV на царский титул.

В основе национальной концепции лежало христианское учение о царстве. Однако свой отпечаток на нее наложила новая международная обстановка. После Флорентийской унии (1439 г.) западной и восточной церквей и падения Византии в 1453 г. Россия осталась единственной в мире сильной и независимой православной страной: "А иного царства волнаго и закона християнскаго греческаго нету, и надею на Бога держат во умножения веры християнския на то царство руское, благовернаго царя рускаго". - писал Пересветов 10 . Это осознание

стр. 146


себя последними носителями истинной веры порождало особое чувство ответственности перед Богом и миром за судьбы православия. В национальных источниках русский народ начинают называть "Новым Израилем", новым богоизбранным народом. По аналогии с Ветхим Заветом, согласно которому возвышение Израиля наступило с появлением царей у древних евреев, русские средневековые идеологи обосновывали нужду России в царе как защитнике веры; царе как покорителе бусурманских царств; царе как устроителе жизни народа по правде и справедливости; царе, аналогичном правителям библейского Израиля.

Очень четко эта концепция была изложена в "Степенной книге" 1563 года. Там заложена та идея, что ступени русской истории, коих 17, - это "лествица" русского народа в Царствие Небесное. Такими ступенями являются подвиги правителей во имя России и православия. Конечным же итогом русской истории должно стать введение ее царем своего народа как Нового Израиля в Царство Божие. Отпечаток на формирование самобытного института царства наложило и политическое давление со стороны Западной Европы. Священная Римская империя германской нации стремилась вовлечь Россию в орбиту своей политики, гарантом чего считались пожалование московскому правителю титула короля и католицизация России. Впервые этот титул был предложен Ивану III через венгерского короля Матвея Корвина в 1482 - 1483 годах. В последующем желание правителей Империи пожаловать московским государям "королевство" неоднократно высказывалось западными дипломатами и Ивану III, и Василию III.

Побудительным мотивом этих действий, помимо желания расширить сферу влияния католической церкви и Империи, было стремление вовлечь Россию в антимусульманскую коалицию и использовать ее боевую мощь против Турции. Королевский титул являлся приманкой, в обмен на которую русский правитель должен был подчинить интересы своей страны задачам внешней политики католической Европы. Показательна в этом плане миссия в Москву Ф. де Колло (1518 г.): России предлагались церковная уния и общий поход против турок. При этом Империя настаивала на заключении русско- литовского мира, даже ценой российских территориальных уступок: европейские дипломаты требовали от Москвы защиты их интересов и участия в крестовом походе.

Особую остроту придала ситуация Реформация. Римский двор стремился не допустить проникновения в Россию лютеранской ереси. Правда, к концу правления Василия III интерес Запада к России ослабел, ибо московские правители отвечали твердым отказом на их предложения. И в дальнейшем вопрос о "королевстве" поднимался только в связи с дипломатической игрой. Когда же Иван IV венчался 16 января 1547 г. на царство, то этот акт ознаменовал собой начало серии крупномасштабных реформ 1550-х годов по перестройке политического механизма, органов управления, социальной структуры и духовной жизни общества. Инициатором и вдохновителем и церемонии венчания, и последующих преобразований выступили митрополит Макарий, ряд бояр и высокопоставленных дьяков: Д. Р. и В. М. Юрьевы, Ф. И. Сукин, Н. А. Фуников и другие.

Венчание проходило в Успенском соборе Московского Кремля. Церемонию вел митрополит Макарий. Вместе с освященным собором он входил в алтарь, где облачался в святительские одежды. Из государевых палат духовник великого князя Ф. Бармин вместе с казначеями Сукиным, И. И. Третьяковым и боярами под колокольный звон переносили царские регалии - крест, скипетр, бармы и венец в собор к митрополиту. Он их освящал, после чего никто, кроме владыки, не смел к ним прикоснуться. Затем в собор проходил из палат Иван IV в сопровождении князей Юрия Васильевича и Владимира Андреевича, а также бояр и детей боярских. Он шел "царским путем", который охраняли окольничие и прочие "чиновники". После молебнов великий князь и митрополит садились на уготованные места, Макарий произносил поучающие речи к государю. Последний держал ответную речь. Затем Иван IV благословлялся крестом, на него с молитвою возлагались бармы, венец и скипетр, подносимые членами освященного собора. Следовали моления, провозглашение "многия лета" и поздравительные речи митрополита к царю. После обедни государь целовал Евангелие и кланялся земле, снимая и надевая венец. Тут же осуществлялось миропомазание царя. Процессия выходила из собора тем же "царским путем" и переходила к другому кремлевскому храму с молениями и поклонами.

Чин венчания 1547 г. содержит информацию о трактовке царства на Руси. В нем была заложена идея, что царство - это гармоничный мир, управляемый Богом и монархом. Последний обладает определенными обязанностями, которые перечислил в речи к государю митрополит. Главной из них является защита подданных от опасности: "соблюдати стадо его [Христа. - А. Ф] от волков нерушимо". В случае выполнения царем своих обязанностей он будет после смерти "с Христом царствовать". Эта роль государя предопределена заранее, и на

стр. 147


ней лежит печать рока, богоданной судьбы. В качестве символа предопределенности во время ритуала венчания царь должен был идти уготованным ему "царским путем". Путь завершался на "царском месте". Его после церемонии разрешалось народу обдирать, дабы каждый унес с собой частицу царского поставления. После обряда монарх должен был восемь дней не умываться и не менять платья, так что ему выдавался специальный "плат для утирания" 11 .

После установления на Руси царства исторические обстоятельства (частичный провал реформ 1550-х годов, опричнина и неудачная Ливонская война) стали вносить практические коррективы в вышеописанную концепцию царства. Она приобрела тенденцию к гипертрофированию полномочий царя и уменьшению его ответственности за содеянное. Наиболее четко эта перемена прослеживается по посланиям Грозного, в которых он пространно обосновывал свое право на безграничный произвол, отстаивал мысль, что "вольной службы" и "свободы" не бывает вообще, и укорял своих адресатов за нежелание безропотно покориться и беспрекословно отдавать жизни за любой каприз государя 12 .

Главный оппонент, князь Курбский, видел в этом росте царского самовластья нарушение полномочий, дарованных монарху от Бога, и отступление от традиционной концепции царства. По Курбскому вознесшийся самовластьем государь впадает в ересь, грехопадение и в конечном итоге превращается в Сатану на троне (князь иллюстрировал этот тезис легендой о царе Фосфоре) 13 .

В конце XVI-XVII вв. институт царства на Руси менялся в идеологическом отношении незначительно, зато дважды претерпевал политическую трансформацию. Первой было следствие установления сословно-представительной монархии, когда возросла роль земских соборов. Их наивысший расцвет приходится на правление Михаила Федоровича (1613 - 1645 гг.). При Алексее Михайловиче (1645 - 1676 гг.), напротив, вновь усиливается авторитарность власти, полномочия царя приобретают абсолютный характер.

Примечания

1. Новый Завет. Киев. 1991, с. 200.

2. Домострой. М. 1990, с. 33.

3. ТОЛОЧКО А. П. Князь в Древней Руси: власть, собственность, идеология. Киев. 1992, с. 72.

4. КОБРИН В. Б., ЮРГАНОВ А. Л. Становление деспотического самодержавия в средневековой Руси (к постановке проблемы). - История СССР, 1991, N 4, с. 55; ЮРГАНОВ А. Л. У истоков деспотизма. В кн.: История Отечества: люди, идеи, решения. М. 1991, с. 38-42.

5. Полное собрание русских летописей. Т. 27. М. - Л. 1962, с. 162.

6. Казанская история. М. - Л. 1954, с. 43.

7. Сказания князя Курбского. СПб. 1868, с. 12; Изборник славянских и русских сочинений и статей, внесенных в Хронографы русской редакции. М. 1869, с. 284; Исторические песни XIII-XVI веков. М. Л. 1960, с. 91.

8. Российский государственный архив древних актов (РГАДА), ф. 166, оп. 1, д. 2, л. 2-Зоб.; ХОРОШКЕВИЧ А. Л. Русское государство в системе международных отношений конца XV- начала XVI в. М. 1980, с. 88, 102.

9. ХОРОШКЕВИЧ А. Л. Великий князь и его подданные в первой четверти XVI в. В кн.: Сословия и государственная власть в России, XV - середина XIX вв. Ч. 2. М. 1994, с. 165.

10. Сочинения И. С. Пересветова. М. - Л. 1956, с. 161.

11. БАРСОВ Е. В. Древнерусские памятники, посвященные венчанию царей на царство, в связи с греческими их оригиналами, и с историческим очерком чинов царского венчания, в связи с развитием идеи царя на Руси. - Чтения в Обществе истории и древностей российских, 1883, кн. 1, отд. 1, с. 1сл.; Дополнения к Актам историческим, собранным и изданным Археографическою комиссиею, т. 1, 1846, с. 41 - 53.

12. Отдел рукописей Российской государственной библиотеки, ф. 113, N 552, л. 497 - 534; ф. 173, N 196. 1, л. 1сл.; ф. 228, N 176, л. 682 - 699об.; РГАДА, ф. 156, оп. 1, д. 133, л. 1 - 4; ф. 166, оп. 1, д. 2, л. 1сл.: ф. 197, портф. 3, д. 16, л. 1 - 6; ф. 199, портф. 127, д. 10, л. 1 - 3.

13. Сказания князя Курбского, с. 4, 38.

 

Опубликовано 04 июня 2021 года

Картинка к публикации:





Полная версия публикации №1622806160

© Portalus.ru

Главная ЛИНГВИСТИКА ТЕРМИНЫ "ЦАРЬ" И "ЦАРСТВО" НА РУСИ

При перепечатке индексируемая активная ссылка на PORTALUS.RU обязательна!



Проект для детей старше 12 лет International Library Network Реклама на Portalus.RU