–ейтинг
ѕорталус


ј. Ћ»Ќƒ≈Ќћј…≈–. Ѕ≈ƒЌќ—“№ Ќ≈ ѕќ–ќ : ЅЋј√ќ“¬ќ–»“≈Ћ№Ќќ—“№, ќЅў≈—“¬ќ » √ќ—”ƒј–—“¬ќ ¬ –ќ——»…— ќ… »ћѕ≈–»»

ƒата публикации: 17 ма€ 2021
јвтор(ы): √. Ќ. ”Ћ№яЌќ¬ј
ѕубликатор: Ќаучна€ библиотека ѕорталус
–убрика: —≈ћ№я, ƒќћ, Ћј…‘—“ј…Ћ
Ќомер публикации: є1621232563


√. Ќ. ”Ћ№яЌќ¬ј, (c)

A. LINDENMYER. Poverty Is Not a Vice: Charity, Society and the State in Imperial Russia. Princeton. Princeton University Press. 1996. XIV + 335 p.

ƒл€ западной историографии проблематика, св€занна€ с историей благотворительности (и шире - социальной помощи в контексте государственной политики и общественного самоуправлени€), стала уже традиционной; тем не менее, в русистике, до по€влени€ представл€емой здесь книги, не существовало значительных многоаспектных работ монографического плана, воссоздающих картину помощи бедным в –оссии в новое врем€.

¬ работе профессора ”ниверситета ¬илланова в ‘иладельфии (—Ўј) ј. Ћинденмайер представлены результаты ее почти двадцатилетних штудий, анализа материалов, собранных во многих российских и американских библиотеках, а также в архивах - –оссийском государственном историческом архиве (–√»ј) в ѕетербурге, √осударственном архиве –оссийской ‘едерации (√ј–‘) и ќтделе рукописей Ѕиблиотеки  онгресса.

јвтор рассматривает несколько проблем. ¬о-первых, как государство и местное самоуправление подходили к вопросу помощи бедным. ¬ центре внимани€ автора наход€тс€ законодательство и институциональные структуры. »зучены отношение самодержави€ к проблеме бедности и нищенства, эффективность отклика властей на нужды бедных слоев населени€ и параметры патернализма. Ёто потребовало обращени€ к де€тельности местного самоуправлени€, что особенно важно дл€ пореформенного периода, когда в сферу компетенции земств и городов перешли здравоохранение, народное образование и общественное призрение.

стр. 167


¬о-вторых, в книге в детал€х освещена истори€ частной благотворительности. √раница между ним и общественным вспомоществованием в –оссии (как и в прочих европейских странах) не была четкой. –ассмотрение различных видов помощи бедным помогает пон€ть, как российское общество понимало и воспринимало экономическое и социальное неравенство, общественную иерархию и социальную стабильность.

¬-третьих, значительное место в монографии занимают очерки возникновени€ и развити€ частных благотворительных обществ (этого наиболее раннего по времени возникновени€, а также наиболее распространенного типа добровольных объединений в –оссии). —амоде€тельные общества были важнейшим элементом в формировании гражданского общества. ¬ этом смысле, книга углубл€ет понимание сложных политических и социальных изменений, которыми сопровождалось его созревание.

» наконец, книга предлагает еще одну трактовку старого вопроса: отношение –оссии к «ападу. ћногие структуры дл€ оказани€ помощи бедным возникали в –оссии как почти буквальное воспроизведение западных образцов. ќднако, осмысление идеалов милосерди€ происходило в русле поиска российской общественной мыслью XIX - начала XX вв. национальной идентичности. Ётим, в частности, объ€сн€етс€ нацеленность автора на исследование процессов, присущих русскому населению многонациональной империи. » хот€ за пределами рассмотрени€ остаютс€ нерусские организации и учреждени€ 1 , картина дореволюционной российской благотворительности предстает перед читателем во всем ее многообразии.

јвтором про€влено пристальное внимание к терминологии. ¬ монографии не только представлен весь спектр западных и русских пон€тий, относ€щихс€ к области благотворительности, но предприн€та и удачна€ попытка раскрыть их содержание и соотнести друг с другом. »нтересны биографические портреты - от глубоко религиозных русских подвижниц XVII - XIX вв. до рационально, по-европейски мысл€щих царских бюрократов и общественных де€телей рубежа XIX - XX веков.

¬ св€зи с характеристикой "русской культуры пода€ни€" рассматриваютс€ народные веровани€ и православное учение. ѕо мнению автора, воззрени€ на бедность и благотворительность были глубоко укоренены в национальной и религиозной традиции. ¬ книге показано, что определенные обычаи, бытовавшие вплоть до XX столети€, были широко распространены и вли€ли на поведение всех слоев общества. »менно в контексте этой длительной традиции стали развиватьс€ в течение XVIII - XIX вв. частна€ благотворительность и общественное призрение. Ћинденмайер подчеркивает, что отношение православи€ к богатству и бедности выражалось в формуле "богатство дано от Ѕога", и следовательно богатством надлежало делитьс€ с ближним, который беден. ¬ православной традиции нужда не считалась пороком, присущим бедным люд€м, а выступала скорее как результат неудачного стечени€ обсто€тельств. ѕри рассмотрении обычаев, св€занных с подачей милостыни (с. 21), автор широко использует русскую классическую литературу и мемуары, на основе чего вы€вл€ет несколько факторов, определивших живучесть представлений об об€зательности милостыни - и прежде всего, воспри€тие нищих как "божьих людей" 2 . јкт пода€ни€ порождал чувство душевного комфорта у состо€тельных людей.

√овор€ о церковной традиции помощи бедным, автор прослеживает, "как бедность и помощь понимались в обществе, где подавл€ющее большинство сельского, аграрного населени€ находилось в крепостной зависимости" (с. 26). ¬ажна€ начальна€ веха развити€ благотворительности была положена законодательным оформлением его в  ормчей книге. јвтором выделены периоды царствований ѕетра I, а также ≈катерины II, когда произошла секул€ризаци€ благотворительности, что про€вилось прежде всего в создании ѕриказов общественного призрени€ в 1775 году.

ѕодробно рассмотрев законодательство и государственную политику в отношении бедных и благотворительности (с конца периода ћосковской –уси до начала эпохи ¬еликих реформ), автор показывает, что главной тенденцией было более полное воспри€тие обществом этой идеи - от чисто религиозной рефлексии до необходимости участи€ государства в решении социальных проблем, что привело к созданию целого р€да общеимперских и местных филантропических институтов. ¬ этом смысле, –осси€ мало чем отличалась от «ападной ≈вропы, если, конечно, не преувеличивать такое обсто€тельство, как вполне очевидное и объ€снимое запаздывание ¬осточной ≈вропы.

Ћинденмайер отмечает, что начало систематического законодательства о нищенстве и призрении бедных датируетс€ дл€ западноевропейских стран XVI веком. Ёти проблемы воспринимались как имеющие государственное значение. Ќапротив, "русские находились на пороге рассмотрени€ этой проблемы, они воспринимали и решали ее по мелочам, едва ли осмыслива€ ее в целом" (с. 27). — начала XIX в. развитие филантропии происходило в рамках наращивани€ общественной активности. ќднако за столетие с 1762 по 1861 гг. правова€ регламентаци€ нищенства фактически свелась к подчеркиванию криминальной сути брод€жничества, хот€ и среди нищих власти уже стали различать трудоспособных и нетрудоспособных.

»зменени€ в социальном строе –оссийской империи в первой половине XIX века потребовали качественно новой модели филантропии, реализованной уже в пореформенный период.  ак показано в книге, на этом этапе развитие филантропии во многом было св€зано с дилеммой: "милостын€ или

стр. 168


богадельн€". Ќеобходимость развити€ всевозможных благотворительных институтов (прежде всего, заведений и организаций) не признавалась в обществе само собой разумеющейс€, поскольку доминировала традици€ пода€ни€ милостыни (с. 51). » все же, благотворительность в пореформенный период переживала небывалый подъем: общественна€ и частна€ инициатива про€вилась в де€тельности земства и муниципального самоуправлени€ (с. 50 - 57). Ќесколько меньшее, но все же значительное развитие получила филантропическа€ де€тельность в городских сословных корпораци€х. ¬ книге приведены статистические данные, в том числе отражающие вклад различных групп и институтов российского общества (от кресть€нских хоз€йств до городских дум) в дело благотворительности.

Ћинденмайер не считает отношение государства к финансированию и поддержке благотворительности адекватным (с. 73). «аконодательство совершенствовалось очень медленно, во многом по причине противосто€ни€ местного управлени€ и центральной власти. Ётот конфликт стал ослабевать после кризиса 1890-х г., когда голод и последовавша€ за ним холера потребовали прин€ти€ срочных мер.

ѕроцесс реформировани€ законодательства о благотворительности в 1891 - 1914 гг. прослежен автором достаточно подробно. ѕриведены €ркие характеристики петербургских чиновников, чьи идеи и де€тельность способствовали развитию российской филантропии -  .  . √рота, O. ќ. Ѕуксгевдена и ≈. ƒ. ћаксимова (последний был одновременно видным публицистом). ќднако, несмотр€ на серьезную проработку правовых вопросов благотворительности в комиссии √рота, законодательство в этой области так и не было реформировано на современных основах вплоть до начала первой мировой войны.

ќтдельные главы посв€щены частным благотворительным объединени€м (отмечена и роль масонства в конце XVIII века), филантропической практике в эпоху ¬еликих реформ, попыткам внедрени€ "научно обоснованной" благотворительности, движению трудовой помощи и роли в нем отца »оанна  ронштадтского, взлету благотворительного движени€ в 1881 - 1914 гг., »мператорскому „еловеколюбивому обществу, возрождению приходской благотворительности, участию женщин в филантропии, муниципальным участковым попечительствам о бедных, полемике о благотворительности в 1860-х годах.

¬ пореформенное врем€ проблема благотворительности вошла в круг посто€нных интересов образованного общества. јвтор приходит к выводу, что именно в этой области к концу XIX в. не было существенных идейных разногласий между самодержавием, местным самоуправлением, экспертами в области помощи бедным (включа€ апологетов "научной" благотворительности и трудовой помощи). ¬месте с тем, Ћинденмайер констатирует, что, несмотр€ на этот консенсус, вплоть до первой мировой войны в –оссии практически отсутствовала государственно организованна€ и финансируема€ система помощи бедным. «а исключением нескольких крупных городов и р€да губерний с особо прогрессивными земствами местное общественное вспомоществование пребывало либо в зачаточном состо€нии, либо не существовало вовсе. ¬прочем, –осси€ не €вл€лась исключением среди других стран.

јвтор анализирует причины неудачи попыток изменить законодательство и систематизировать помощь бедным. ќсобенно трудной была проблема финансировани€. ƒл€ царской семьи были характерны огромные пожертвовани€ на богадельни, и это в услови€х, когда государство не тратило ни копейки на социальное обеспечение нуждающихс€, что представл€лось иностранцам весьма парадоксальным. Ќо суть дела была в том, что, как считает автор, демонстраци€ щедрой милостыни (осв€щенной религиозной и исторической традицией) сильнее воздействовала на сознание подданных. јрхаическое про€вление самодержавного патернализма достигало большего эффекта, нежели это сделала бы законодательно оформленна€ система социального обеспечени€ (с. 228). ќпределенна€ часть русского общества считала исконно русской традицией терпимость к нищим и пода€ние милостыни; милосердие и сострадание неимущим рассматривались как главные черты национального характера, свидетельствующие о нравственном превосходстве русских перед «ападом.

ќппоненты, впрочем, доказывали, что милостыней не решить проблему бедности, и настаивали на воспри€тии западного типа организации помощи малоимущим. ”рбанизаци€, миграци€ кресть€нского населени€ и экономические изменени€ вызвали трансформацию традиционных взгл€дов и обычаев благотворительности, что особенно про€вилось среди представителей передового российского общества.

ƒе€тельность многочисленных частных благотворительных организаций в конце XIX в. в какой-то степени компенсировала отсутствие организованной государственной помощи бедным. Ћинденмайер уделила немало места дискуссии о месте и значении общественных объединений в идейной эволюции доокт€брьского российского общества 3 . јвтор приходит к выводу, что хот€ российские добровольные объединени€ развивались в совершенно иных экономических и социальных услови€х (чем западные) и их основател€м приходилось преодолевать множество правовых, политических и общественных обсто€тельств, именно эти самоде€тельные ассоциации стали базой дл€ становлени€ гражданского общества в –оссии (с. 230).

ƒе€тельность благотворительных организаций и объединений взаимопомощи расшир€лась с каждым дес€тилетием (на рубеже веков число бедн€-

стр. 169


ков, получивших вспомоществование, исчисл€лось уже миллионами), и исследование Ћинденмайер, воссоздава€ картину российской филантропии, дает новые подтверждени€ тому, что именно в это врем€ в –оссии постепенно формируетс€ особа€ негосударственна€ сфера социума, где люди могли осуществл€ть свои гражданские права через самоде€тельные ассоциации.

ѕоскольку в –оссии до прин€ти€ ¬ременных правил об обществах и союзах 4 марта 1906г. (установивших совершенно новый - регистрационный - пор€док образовани€ частных обществ) область функционировани€ негосударственных организаций искусственно ограничивалась, а де€тельность политических партий вообще запрещалась, гражданска€ самоде€тельность реализовывалась по преимуществу в форме общественных организаций. ѕри этом, благотворительна€ де€тельность, €вл€€сь в глазах властей наименее подозрительной, получила весьма значительное развитие - количественно филантропические организации намного превосходили все остальные.

ѕримечательно, что и после прин€ти€ ¬ременных правил 1906 г. развитие благотворительного сектора продолжалось высокими темпами - особенно это про€вилось на местном уровне, когда практически в каждом из губернских и областных центров действовало к 1917 г. по нескольку дес€тков благотворительных заведений и организаций.

—торонники частной благотворительности - от консервативных клерикалов до прогрессивно мысл€щих лиц - наде€лись, что благотворительность могла бы способствовать установлению социальной гармонии и предупреждению социальной революции (с. 231). ќднако, эти уповани€ не оправдались: благотворительность не могла удовлетворить все нужды рабочих и не ослабила увлечени€ социалистическими доктринами (с. 232).

јвтор подчеркивает, что, несмотр€ на отсутствие поддержки (а порой и враждебность) со стороны государства, множество благотворительных учреждений продолжали боротьс€ против великой бедности и нужды. Ѕессчетное количество людей смогли про€вить себ€ на ниве благотворительности и нашло в этой де€тельности канал дл€ реализации своего великодуши€ и щедрости. ќни не жалели собственных сил, помога€ обездоленным.  нига завершаетс€ трагическими словами: "¬ойна и революци€, а не недостаток идей, усилий и сердечности лишили этих мужчин и женщин возможности... работать дл€ созидани€, использу€ достигнутые успехи" (с. 232).

ѕримечани€

1. –анее ј. Ћинденмайер уделила немалое внимание национальным и конфессиональным благотворительным учреждени€м (см. LINDENMEYR A. Voluntary ; Associations and the Russian Autocracy: The Case of Private Charity. Pittsburgh. 1990).

2. —м. Ё… ≈Ќ √. »стори€ и система средневекового миросозерцани€. —ѕб. 1907, с. 448 и др.

3. ¬ отечественной историографии наиболее известны работы ј. ƒ. —тепанского, в частности: ќбщественные организации в –оссии на рубеже XIX - XX веков. ћ. 1982. ¬ последние годы проблема находитс€ в поле зрени€ р€да авторов. —м.: BRADLEY J. Voluntary Associations, Civic Culture and Obshchestvennost in Moscow. In: Between Tsar and People: Educated Society and the Quest for Public Identity in Late Imperial Russia. Princeton. 1991;  имбэлл ј. –усское гражданское общество и политический кризис в эпоху ¬еликих реформ. - ¬еликие реформы в –оссии. 1856 - 1874. ћ. 1992; Ѕ–ЁƒЋ» ƒж. ќбщественные организации и развитие гражданского общества в дореволюционной –оссии. - ќбщественные науки и современность. 1994, N 5.

ќпубликовано на ѕорталусе 17 ма€ 2021 года

Ќовинки на ѕорталусе:

—егодн€ в трендах top-5


¬аше мнение?




ќ ѕорталусе –ейтинг  аталог јвторам –еклама