Полная версия публикации №1593009699

PORTALUS.RU МЕДИЦИНА Первая мировая война в истории Шереметевской больницы → Версия для печати

Постоянный адрес публикации (для научного и интернет-цитирования)

По общепринятым международным научным стандартам и по ГОСТу РФ 2003 г. (ГОСТ 7.1-2003, "Библиографическая запись")

М. П. Кузыбаева, Первая мировая война в истории Шереметевской больницы [Электронный ресурс]: электрон. данные. - Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU, 24 июня 2020. - Режим доступа: https://portalus.ru/modules/medecine/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1593009699&archive=&start_from=&ucat=& (свободный доступ). – Дата доступа: 01.12.2020.

По ГОСТу РФ 2008 г. (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка")

М. П. Кузыбаева, Первая мировая война в истории Шереметевской больницы // Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU. Дата обновления: 24 июня 2020. URL: https://portalus.ru/modules/medecine/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1593009699&archive=&start_from=&ucat=& (дата обращения: 01.12.2020).

Найденный поисковой машиной PORTALUS.RU оригинал публикации (предполагаемый источник):

М. П. Кузыбаева, Первая мировая война в истории Шереметевской больницы / Вопросы истории, № 8, Август 2009, C. 53-62.



публикация №1593009699, версия для печати

Первая мировая война в истории Шереметевской больницы


Дата публикации: 24 июня 2020
Автор: М. П. Кузыбаева
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: МЕДИЦИНА
Источник: (c) Вопросы истории, № 8, Август 2009, C. 53-62
Номер публикации: №1593009699 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Начало военных действий между Россией и Германией в 1914 г. всколыхнуло все русское общество. Московское городское общественное управление приняло ряд постановлении о мероприятиях, касающихся обеспечения города продовольствием и предметами первой необходимости, об открытии и работе лазаретов, о расходах по их содержанию, о штатах лазаретов и оплате труда служащих в них людей1. На фронт отправлялись питательные отряды, в городе возникла большая сеть временных лазаретов для раненых воинов. Серьезные изменения произошли в деятельности частного благотворительного учреждения - Шереметевской больницы2. Ежегодные отчеты Совета Странноприимного дома, мемуарные свидетельства очевидцев и сохранившиеся в архивах документы позволяют судить о перестройке всей жизни учреждения. После выхода в свет в 1910 г. юбилейного издания к 100-летию деятельности больницы период с 1914 по 1923 гг. не исследовался историками. В течение указанных девяти лет изменился статус учреждения, основные направления его деятельности, возник первый в стране многопрофильный институт неотложной медицинской помощи населению. Серьезные перемены произошли не по воле одного лица или указаниям высших инстанций. Они были обусловлены многими факторами, главным из которых стала первая мировая война. Менее всего за четырехлетний период войны в документах отражена работа больницы, медицинского персонала и лазаретов.

 

В Совете Странноприимного дома 28 июля 1914 г. обсуждалось предложение господина попечителя, графа Сергея Дмитриевича Шереметева, о "назревающей необходимости в оказании лазаретной помощи нашему воинству"3. Анализ деятельности лазарета Дома в период войны с Японией, представленный Совету, позволил определить суммы, необходимые на организацию, оборудование и содержание 40 хирургических коек в бараках, поскольку подавляющая потребность в предшествовавший военный период была именно в них. С трех капиталов: санитарного неприкосновенного капитала графа А. Д. Шереметева, санитарного капитала на снаряжение отряда и санитарного капитала на пособие раненым было выделено около 27 тыс. рублей -

 

 

Кузыбаева Мария Павловна - научный сотрудник Научно-исследовательского института истории медицины РАМН.

 
стр. 53

 

сумма, которая, по мнению членов Совета, могла быть израсходована на организацию и содержание лазарета в течение 15 месяцев. Просьба к попечителю "разрешить открыть в бараках Странноприимного дома на время настоящей войны лазарет на 38 хирургических коек для нижних чинов и 2-х таковых же офицерских" получила полное одобрение. Одновременно члены Совета запрашивали мнение попечителя о включении вновь открываемого лазарета в состав учреждений Российского общества Красного Креста и о праве использовать проценты со средств санитарных капиталов на содержание бараков и санитарного отряда, на пособия раненым. На этом же заседании Совет принял решение поручить старшему доктору, экстраординарному профессору кафедры хирургической патологии Императорского Московского университета Сергею Елеазаровичу Березовскому "немедленно озаботиться предварительным приглашением необходимого медицинского персонала, приобретением хирургических инструментов, медикаментов и перевязочных средств и представить свои соображения к следующему заседанию Совета, каковое назначить на 30 июля сего года"4.

 

Насколько основательно готовились в Странноприимном доме к открытию и работе лазарета свидетельствуют еще два факта. Во-первых, исполняющему обязанности архитектора дома Ф. А. Ширяеву вменялось в обязанность подготовить свои соображения о необходимости ремонта бараков и приспособлении их к функционированию в зимнее время. Во-вторых, первому и второму помощникам главного смотрителя предписывалось составить подробную смету оборудования лазарета на 40 коек.

 

Попечитель, граф Шереметев, учитывая обстоятельства, сложившиеся ввиду военных событий в стране, для помощи Совету в делах управления всеми арендными городскими доходными статьями дома предоставил право заведовать указанными статьями и участвовать в заседаниях Совета при их обсуждении надворному советнику Александру Юльевичу Рейнхардту, заведовавшему лесным хозяйством "Молодого Туда"5. Рейхардт был введен в управление доходной частью Странноприимного дома не случайно. Стремление попечителя максимально разумно использовать проценты с капиталов и доход от земельных угодий Дома для получения средств на его содержание в условиях военного времени оказалось весьма предусмотрительным. Вся деятельность Рейхардта в этот период была направлена на исполнение наказа Шереметева и во многом оказалась успешной.

 

Подготовительная и организационная деятельность по открытию лазарета продолжалась всю первую декаду августа 1914 года. Смета расходов, составленная помощниками главного смотрителя, была исполнена с большим запасом, чтобы не испытывать дефицита средств в связи с постоянно растущими ценами. По опыту предшествующей военной кампании срок действия лазарета первоначально был ограничен пятнадцатью месяцами.

 

Старший доктор СЕ. Березовский во исполнение поручения Совета представил образцы белья, необходимого для больных и раненых, изучил стоимость перевязочных материалов в Москве, которые, как оказалось, повысились в цене более чем на 20% по сравнению с мирным временем. В докладе Совету профессор Березовский привел следующие данные: "приобретено: а) вата гигроскопическая - 3 пуда - хватит на 10 месяцев; б) марля гигроскопическая - 4000 аршин - хватит на 5 месяцев; в) лигнин - 2 пуда - хватит на 5 месяцев. Еще не закончены переговоры и покупка шелка, кетгута, ихтиола и металлического йода. Что касается инструментов, то оказалось возможным купить в магазине Трындина по нормальной цене, но без обычной для нашего заведения 10% скидки, 2 носилок, 14 мешков бронзоал-

 
стр. 54

 

люминиевой проволоки, 4 вставки для автоклава, 12 скальпелей и инструменты, необходимые для перевязки"6.

 

Ситуация с медицинским инструментом в Москве летом 1914 г. сложилась непростая. Спрос на инструменты был огромен. Весь имевшийся на тот момент запас был закуплен большими организациями, распределен между вновь открытыми лазаретами и санитарными отрядами, отправлявшимися на театр военных действий. Новые поступления из-за границы ожидались не скоро из-за перекрытых в связи с войной транспортных путей. Производимого в России медицинского инструмента было недостаточно. Обеспечение лазарета при Странноприимном доме всем необходимым для ведения медицинской и, прежде всего, хирургической деятельности, можно считать большим успехом Березовского.

 

Старший доктор выдвинул принцип рационального использования средств на содержание лазарета. Он предложил по примеру прошлого придерживаться в работе тесного взаимодействия больницы и лазарета, то есть предоставить возможность лазарету "свободно пользоваться стерилизационными аппаратами операционной и другими приспособлениями больницы"7, что позволило бы экономить перевязочный материал и медикаменты. В условиях полной мобилизации для нормальной работы лазарета оказалось трудно найти санитаров, сиделок, фельдшериц, врачей в необходимом количестве. К 1 августа 1914 г. Березовским для работы в лазарете Странноприимного дома были приглашены 2 врача, 4 фельдшера, 3 сиделки и 1 санитар. Назначение врача в открываемый лазарет являлось прерогативой Московского местного управления Российского общества Красного Креста. В письме от 1 августа 1914 г. главный смотритель дома отставной генерал-майор Александр Павлович Тучков от имени Совета "покорнейше просит назначить доктора Георгия Александровича Гарнока, заявившего о желании работать в госпиталях Красного Креста в качестве ординатора, в лазарет Странноприимного дома, при больнице которого он состоит врачом"8. Первый помощник главного смотрителя Алексей Иванович Виноградов должен был обеспечить всех принятых на службу в лазарет сиделок и санитаров, не имевших жилья в Москве, помещениями для проживания в больнице. В последующий период штат лазарета был укомплектован полностью.

 

По уставу учреждения на старшего доктора Странноприимного дома возлагались обязанности по обеспечению работы больницы, отделения для приходящих больных и оказанию медицинской помощи лицам, призреваемым в богадельне. Березовский принял решение возглавить медицинскую часть лазарета при Доме. Он выполнял взятые на себя обязанности по лазарету безвозмездно. Более того, как многие служащие и медицинские работники больницы он подписался на ежемесячные процентные отчисления из денежного вознаграждения, которое получал как старший доктор, в пользу раненых. Советом дома было принято решение о прекращении летних отпусков служащих и прислужников, а всем находившимся в отпусках было предложено возвратиться и приступить к исполнению своих обязанностей9.

 

Под личным наблюдением Екатерины Павловны и Елены Богдановны Шереметевых в с. Михайловском изготовлялось белье, необходимое как для лазарета Шереметевской больницы, так и для вновь открываемого графом Шереметевым лазарета на 16 коек в селах Михайловском и Плескове Московской губернии. Военный лазарет в имении Михайловское имени графа Петра Сергеевича Шереметева предназначался для выздоравливающих и нуждающихся в отдыхе четырех офицеров и двенадцати нижних чинов, переведенных из лазарета больницы. К 10 августа 1914 г. два лазарета, организованных семьей Шереметева, в целом, были готовы начать работу по оказанию

 
стр. 55

 

медицинской помощи раненым и реабилитации их после лечения. На практике был реализован принцип работы медицинских структур, позволивший с максимальной пользой и в достаточно короткие сроки вылечить и восстановить раненых. Все энергичные действия Совета дома по организации лазарета были одобрены императрицей Марией Федоровной, приславшей на имя Шереметева телеграмму следующего содержания: "Искренне благодарю Вас за доставившее мне удовольствие сообщение Мария"10. В обращении главного смотрителя к господину главноуполномоченному внутри империи РО Красного Креста от 4 августа 1914 г. сообщалось, что "лазарет на 40 коек при Странноприимном в Москве доме графа Шереметева предоставляется в его распоряжение, причем оборудование и содержание лазарета Странноприимный дом принимает на себя. О чем Совет имеет честь уведомить Ваше превосходительство на предмет доставления больных воинов с эвакуационного пункта"11. Одновременно главный смотритель просил утвердить в должности врачей лазарета еще двух врачей: Николая Ивановича Нассоновского и Константина Васильевича Казакова, состоявших ратниками ополчения. Вскоре был получен ответ и благодарность за подготовку лазарета. Точная дата поступления первых раненых в лазарет неизвестна, но на списке служащих в нем лиц, есть пометка старшего доктора: "лазарет открыт 13 августа"12.

 

Тяготы военного времени не остановили благотворительную деятельность Совета. На места, освободившиеся в богадельне, зачислялись новые лица, нуждавшиеся в уходе. Не прекращалась работа больницы по обеспечению бесплатной медицинской помощью всех обращавшихся, функционировало и отделение для приходящих (амбулатория). Журнал заседаний Совета дома за 1914 г. изобилует рапортами помощников главного смотрителя по экономическим вопросам, об отчислении средств за услуги, предоставленные дому, рассматривались и насущные проблемы служащих и медицинского персонала.

 

Кончина штатного ординатора дома Н. Н. Савинова оставила его семью без средств. Вдова покойного обратилась в Совет за оказанием помощи. По предложению попечителя дома, учитывая 25-летнюю службу Савинова в больнице и невыслугу им пенсии по должности штатного ординатора, а также многочисленность непристроенных детей его, было решено выдавать вдове доктора Савинова из бюджета Странноприимного дома пособие на воспитание и обучение детей в размере 25 рублей ежемесячно в течение семи лет, с 1 апреля 1914 г. по 1 апреля 1921 г., то есть по срок совершеннолетия сына вдовы Николая 14 лет. Самая младшая из детей Татьяна 10 лет пользовалась в школе стипендией сторонней организации.

 

Важным было решение Совета сохранить за семьями лиц, призванных из запаса на действительную военную службу, занимаемые ими в доме квартиры и выплату половины оклада призванных на содержание их родных13.

 

Патриотические стремления учащейся молодежи Москвы проявились в желании ехать санитарами в действующую армию для работы в госпиталях и на передовой. Организовать должную подготовку молодежи в условиях военного времени оказалось непросто. В Совет Странноприимного дома поступило прошение от ректора Императорского Московского университета о том, чтобы профессор Березовский провел 2-х недельный курс занятий для волонтеров в стенах Дома. Рапорт старшего доктора по этому вопросу определил место занятий - сборная комната амбулатории, время проведения занятий - с 4-х часов, нисколько не нарушая обычной жизни больницы, в частности отделения для приходящих. В положительном решении данного вопроса определяющим моментом явилась телеграмма попечителя, пожелавшего оказать "поддержку благородным стремлениям университетской

 
стр. 56

 

молодежи к специальной подготовке для служения общему родному делу"14. С конца августа 1914 г. профессор Березовский начал чтение для волонтеров лекций двухнедельного курса санитарного дела. Это был небольшой, но очень значимый вклад служащих Шереметевской больницы в подготовку младшего медицинского персонала для госпиталей и лазаретов.

 

Посильный вклад в дело оказания помощи раненым старались внести и многие члены семей сотрудников, служивших в Странноприимном доме. Супруга главного смотрителя Екатерина Ивановна Тучкова обратилась с прошением в Совет дома, в котором просила разрешить ей безвозмездно служить в лазарете. Она представила при этом свидетельство об окончании курсов сестер милосердия при Яузской больнице. Совет выразил ей благодарность и предоставил возможность применить на практике полученные знания15.

 

Попечитель дома согласился принять в казну учреждения любые пожертвования, предназначенные на содержание и санитарную помощь больным и раненым воинам от посторонних лиц, не делая никаких объявлений о приеме этих пожертвований. Ответственность за прием пожертвований и ведение отчетности по ним возложили на священника Троицкой церкви при Странноприимном доме А. В. Попова.

 

С приходом холодных осенних дней Советом по просьбе попечителя было возбуждено ходатайство о снабжении от Московской городской управы теплым платьем выбывающих из лазарета воинов. При содействии городского головы Брянского к концу октября 1914 г. лазарет получил 40 ватных полупальто, 40 рубах бумазейных, 40 брюк мужских бумажных, 40 шапок драповых, 40 пар сапог валяных, 40 пар носков шерстяных и 40 пар варежек16. Призреваемая в богадельне дома г-жа Гаслова связала 53 пары чулок шерстяных для нужд лазарета, за что ей было выплачено небольшое вознаграждение. По просьбе старшего доктора от 3 декабря 1914 г. во втором бараке была переоборудована комната, незанятая больными и превращенная в гардеробную для хранения запасенного платья и одежды солдат, отпускаемых на прогулки. По свидетельству журнала заседаний Совета дома для больных в лазарете А. Г. Сунгуров демонстрировал кинофильмы. Протоиерей Троицкого храма закупал для их нужд молитвенники и книги "Нового завета". Расходовались для подобных целей средства, пожертвованные москвичами. В лазарет поступали пожертвования не только денежными суммами, например, лицо, пожелавшее остаться неизвестным, передало через Б. Б. Шереметева для нужд больных золотой перстень стоимостью 100 рублей. Совет принял решение поблагодарить жертвователя, перстень продать, а средства передать священнику А. В. Попову для употребления по назначению. Электротехническая компания И. А. Федорова и А. И. Виноградова снабжала Странноприимный дом электричеством. Служащие компании передали в лазарет для раненых в сентябре - 7500 штук папирос, а в октябре - 9000. Они изъявили желание каждый месяц жертвовать в пользу раненых означенное количество папирос. Книгоиздатель Ф. Д. Самарин безвозмездно передал в лазарет, для раздачи раненым, выписывавшимся после лечения, по 25 экземпляров молитвословов и "Нового завета" в коленкоровых переплетах.

 

Особо тщательно рассматривались вопросы питания раненых офицеров, нижних чинов и медицинского персонала в лазарете. Продовольствие закупалось у известных поставщиков, с которыми Совет дома заключал договоры на поставки в течение целого года для нужд дома и лазарета одновременно. Ежемесячно второй помощник главного смотрителя Серафим Серафимович Дефендов представлял Совету отчеты о стоимости питания в лазарете в целом и по категориям больных. Так за сентябрь 1914 г. "продовольствие офице-

 
стр. 57

 

ров и дежурных врача и фельдшерицы обошлось по 1 руб. 08 коп., а нижних чинов и прислуги по 44 копейки в день"17. Сохранились ежедневные сведения

 

О количестве больных в лазарете и рационе питания с указанием всех видов продуктов и их количества за последние два месяца 1914 года. В меню значатся продукты 32-х наименований, отпуск которых для приготовления пищи измеряется пудами, фунтами, золотниками. 1 ноября 1914 г. для 57 человек в лазарете, из которых 4 - прислуга, было "отпущено: а) муки крупитчатой - 1 фунт 48 зол.; б) муки картофельной - 12 золотников; в) крупы гречневой - 14 фунтов; г) крупы рисовой - 1 фунт; д) макарон - 4 фунта 72 зол.; е) говядины - 38,4 фунта; ж) кур - 1 шт.; з) яиц - 44 шт.; и) молока цельного - 74 фунта; к) масла русского - 3 фунта 48 зол.; л) хлеба сладкого - 1 пуд, 22 фунта"18. В рационе этого дня значится: на обед - суп картофельный, котлеты с макаронами. На ужин - картофельный суп, гречневая каша. Располагая достаточными средствами и продовольствием, служащие больницы стремились максимально разнообразить питание раненых.

 

Положение дел на фронте было напряженным. Московское городское управление обратилось с воззванием, предлагая жителям, которые не могут содержать даже маленькие лазареты, предоставлять помещения и содержание для раненых, разумеется, не слишком тяжелых, а тех, кто мог бы получать медицинскую помощь в амбулатории. Некоторое количество таких квартир открылось в районе Сухаревской площади. Старший доктор Березовский просил Совет разрешить ему принимать легко раненых в помещении отделения для приходящих. Он оговорил, что необходимый перевязочный материал можно бесплатно получить от Красного Креста. Члены Совета сочли такую меру преждевременной и не дали положительного ответа.

 

В Москве была большая потребность в местах для серьезно раненых. Служащие Странноприимного дома обратились к попечителю с просьбой дать согласие на учреждение дополнительного лазарета имени служащих графа Шереметева в 10 коек в больнице дома. На содержание дополнительного лазарета служащие жертвовали определенные суммы, а деятельность медицинского персонала в нем была безвозмездной. Для управления делами данного лазарета был образован специальный комитет, в состав которого вошли: председатель - А. Ю. Рейхардт, члены комитета - Н. А. Мосолов и Н. И. Штегман, секретарь - В. Д. Митрофанов, казначей - С. М. Максимов.

 

Вскоре в Совет дома поступило обращение начальницы Института московского дворянства для девиц благородного звания им. императора Александра III в память императрицы Екатерины II (ныне - Центральный дом Российской Армии) причислить лазарет на 10 коек, организованный и содержащийся на средства воспитанниц и служащих, к лазарету для раненых, помещающемуся в Шереметевской больнице. Осуществлял заведование лазаретом врач Екатерининского института коллежский советник Владимир Григорьевич Покровский. Обращение получило положительное решение. Хозяйственная и медицинская деятельность институтского лазарета была самостоятельной.

 

Открытие 10 коек в дополнительном лазарете имени служащих графа С. Д. Шереметева, как и устройство 10 коек Институтского лазарета вызвало благодарность августейшей покровительницы Российского общества Красного Креста императрицы Марии Федоровны, о чем было сообщено на очередном заседании Совета.

 

К концу 1914 г. в виду большого количества раненых воинов, эвакуированных в Москву, Городское общественное управление стремилось увеличить число мест в существовавших лазаретах. Из-за отсутствия приспособленных помещений и нехватки медицинского персонала открытие новых

 
стр. 58

 

лазаретов стало практически невозможным. Для разрешения острой ситуации с недостатком помещений и затруднением в лечении раненых Городская Управа обратилась в Совет Странноприимного дома с просьбой увеличить по возможности количество мест для раненых в больнице Дома. Оборудование новых кроватей и содержание больных воинов городские власти принимали на свой счет. Первый помощник главного смотрителя Виноградов сопоставил стоимость и качество предметов на обзаведение 1 койки в лазарете Странноприимного дома и в городских лазаретах. Он установил, что при оснащении места в городских лазаретах отсутствуют многие предметы, предоставляемые больному в лазарете Странноприимного дома, а именно: матрац из морской травы, одна подушка, тканевое одеяло, коломенковый халат, холщевый колпак, кроватный коврик, посуда, салфетки, косынки и проч. Стоимость оборудования 1 койки в доме составляла 135 руб., тогда как в городском лазарете - 100 рублей. На пищу город расходовал 32 коп. на нижнего чина в сутки, а в Странноприимном доме - около 50 копеек. Граф Шереметев, разделяя нужды военного времени, предложил, после согласования со старшим доктором Березовским, увеличить на 17 коек уже существовавший лазарет Красного Креста в больнице. Предложение городского Управления об организации и содержании этих коек в Странноприимном доме могло быть принято только при условии полного возмещения в бюджет дома расходов по оборудованию койки в сумме 135 руб. на каждую, на пищу раненым по 50 коп. в сутки на каждого, по 37 руб. 80 коп. ежемесячно на жалованья санитару и двум сиделкам и по 7 руб. в месяц на перевязочные средства и медикаменты для каждого больного, т.к. Совет не мог допустить отличия от существовавшего в лазарете Странноприимного дома стандарта19.

 

В декабре 1914 г. весь Странноприимный дом и лазареты при нем готовились к посещению Николая II и Александры Федоровны. Из канцелярии Главноначальствующего Москвы А. Адрианова на имя главного смотрителя от 4 декабря 1914 г. за N 8798 с грифом "совершенно секретно" было направлено письмо, в котором предписывалось обратить внимание на то, чтобы все раненые, поступившие в лазарет, начиная с 1-го декабря с.г. были зарегистрированы. Циркуляр обязывал Совет дома в срочном порядке представить списки всех служащих и проживавших в доме с указанием служебного положения, звания, имени, отчества, фамилии, а также адреса. Выдвигалось требование не допускать посторонних лиц в день посещения царствующих особ. Были предприняты все меры предосторожности: составлены и отосланы запрашиваемому списки лиц, служащих в Странноприимном доме и лазарете при нем. Там же были указаны члены семей, родственники, проживавшие в Доме. Усилили охрану территории, чтобы исключить присутствие посторонних при высочайшем посещении. Канцелярия подготовила специальное объявление, в котором сообщалось, что лица медицинского персонала, непроживающие в Доме, должны пожаловать 10 декабря за получением под расписку пропусков на 11 декабря20. Приезд императора с супругой и сопровождающими лицами планировался на 11 - 12 декабря 1914 года. Однако, подтверждения тому, что визит состоялся, не обнаружено.

 

Таким образом, к началу 1915 г. при Шереметевской больнице функционировало 4 военных лазарета, общим числом 93 койки, из которых 16 предназначалось для восстановления выздоравливающих в с. Михайловском. В работе лазаретов принимали участие профессиональные врачи и лекари, хорошо подготовленные медицинские сестры, фельдшеры, сиделки, санитары. Лазареты были обеспечены всем необходимым, несмотря на определенные трудности в приобретении медикаментов, рентгеновских пластинок, перевя-

 
стр. 59

 

зочных материалов. Бюджет на новый 1915 г. был составлен с учетом затрат на существующие временные военные лазареты.

 

Продолжение войны неизбежно вело страну к кризису. Тяжелым было положение служащих Странноприимного дома и медицинского персонала. Березовский неоднократно обращался в Совет дома с прошениями о повышении жалованья фельдшерицам, сиделкам, санитарам, ординаторам, которые работали с повышенной нагрузкой. Частично его прошения удовлетворялись. Несколько раз Совет предпринял выплаты всем без исключения служащим дома для поддержания их семей "ввиду дороговизны жизни"21. Попечитель, члены Совета дома изыскивали любые возможности для должного содержания раненых, больных, призреваемых. Однако усилия в этом направлении не всегда оказывались успешными.

 

Бюджет следующего 1916 г. был составлен и утвержден попечителем с дефицитом в сумме 27 322 руб. 81 копейка. Исключительного напряжения стоило попечителю найти средства для покрытия дефицита. Из различных статей бюджета Дома, присоединяя проценты с "невестинских" капиталов, отказываясь от получения жалованья по должности попечителя за 1916 г. Шереметев старался уменьшить сумму дефицита. Была заимствована сумма в размере 9265 руб. 67 коп. из неприкосновенного Савиновского капитала для бесприданниц, которая должна была после окончания войны постепенно быть покрыта процентами с санитарных капиталов дома, присоединенных в мирное время к основным капиталам. По рекомендации попечителя Рейхардт продолжал поиск земельных угодий, выставленных на продажу и расположенных поблизости от Странноприимного дома. Главный интерес представляли владения, смежные с землей дома со стороны Мещанской улицы. Были приобретены и отремонтированы постройки во владениях А. И. Звоновой и О. И. Возничихиной. Одновременно, чтобы "найти пути для окончательного экономического укрепления Странноприимного дома", попечитель полагал "своевременным и неотложным продолжить разработку вопросов о повышении существовавшей и изыскании новой доходности с недвижимого имущества и приступить теперь же к обсуждению возможных мер для наивыгоднейшего использования имеющихся незастроенных мест под постройку доходных домов, торговых предприятий и других доходных статей, особо выгодных в данной местности"22. В своем послании Совету дома попечитель напомнил о необходимости внимательного и осторожного расходования средств на пользу учреждения.

 

Финансовое обеспечение действующих лазаретов оставалось первостепенной задачей. С редкой аккуратностью из конторы Шереметева в Санкт-Петербурге поступали переводы по 5 тыс. рублей на содержание лазарета. В лазарете неоднократно проходила замена медицинского персонала. Некоторых врачей призывали на действительную военную службу, кто-то уходил из-за трудностей в работе. Московское врачебное управление письмом N 2226 от 16 февраля 1916 г. известило Совет Странноприимного дома о том, что лекарь Николай Насоновский утвержден сверхштатным ординатором больницы с 13 декабря 1915 года. Обращаясь к Совету дома с просьбой о повышении жалованья 2-ой операционной няньке, старший доктор указывал, что невозможно проводить более 300 крупных операций в год с одной операционной нянькой и определил ее достоинства как "вполне обученной и надежной, что всегда ценится выше, чем услуги рядовой няньки"23.

 

В мае 1916 г. Березовский известил Совет дома о необходимости подвергнуть все больничные помещения радикальной чистке и дезинфекции. Попечитель поддержал старшего доктора и предложил действовать согласно его указаниям: на летнее время перевести всех больных в один барак, а ране-

 
стр. 60

 

ных - в другой. Определенные трудности испытывали лазарет и больница Дома в обеспечении лекарствами и перевязочными материалами. Приобретение медикаментов в частных фармацевтических компаниях становилось все более затруднительным из-за их отсутствия, либо очень высоких цен. Сложившаяся ситуация побудила старшего доктора, с одобрения Совета дома, ходатайствовать перед Московским городским управлением об отпуске прежде всего для лазарета необходимых медикаментов и перевязочных средств.

 

Продолжали поступать пожертвования от москвичей на нужды раненых. И. М. Модестов пожелал производить бесплатно стрижку и бритье раненых воинов, доставляемых на излечение в лазарет Странноприимного дома, за что Совет выразил ему благодарность24.

 

В этом же году главным смотрителем и его помощниками был составлен "Именной список служащих и медицинских работников лазарета при Шереметевской больнице, представленных к наградам". В списке были указаны 45 фамилий лиц, своей самоотверженной работой в военное время заслуживших как правительственные награды, так и денежные поощрения25.

 

В конце 1916 г. Совет Странноприимного дома рассматривал бюджет на 1917 г., подготовленный помощниками главного смотрителя и бухгалтером. Статьи прихода и расхода средств, необходимость ремонтных работ и приложенная к бюджету смета имели дефицит в сумме 4546 рублей 76 копеек. Попечитель потребовал неукоснительно соблюсти предложенные им мероприятия:

 

1. Уменьшить пособия, выдаваемые невестам 23 февраля, до 8 тыс. рублей.

 

2. Закрыть существующий лазарет и предоставить все помещение богадельни, столовой залы и двух бараков в распоряжение Российского общества Красного Креста.

 

3. Закрыть приходящее отделение и перевести богадельню в помещение, которое занимает ныне больница.

 

4. Сократить больницу до 40 коек26.

 

Для покрытия дефицита бюджета учреждения Шереметев вновь отказался от своего попечительского жалованья на 1917 г. и предложил Совету найти недостающие средства путем жесткой экономии как в хозяйственной, так и в медицинской деятельности дома.

 

Тяготы военного времени не остановили основной благотворительной деятельности учреждения: в богадельню продолжали принимать убогих, невестам выплачивались субсидии на обзаведение при замужестве, лечили приходящих в амбулатории и больнице. К началу 1917 г. положение резко изменилось.

 

Существование Странноприимного дома впервые за столетие оказалось под угрозой. В критическом положении находилась и Россия из-за затянувшейся войны с Германией, нестабильности экономики и сложной социальной ситуации. Последовавшее вскоре отречение Николая II от власти, деятельность Временного правительства, тяжелое положение российских войск на театре военных действий не наполняло оптимизмом членов Совета Странноприимного дома, функционирование которого приходилось поддерживать неординарными мерами.

 

"Русские ведомости" 21 июля 1917 г. в N 165 опубликовали информацию о том, что городской голова принял вчера (20 июля) депутацию от служащих Шереметевского Странноприимного дома у Сухаревой башни. Они сообщили, что попечитель принял решение закрыть лечебное заведение. Чтобы население Москвы не лишилось больницы, а служащие - работы, депутация просила городского голову принять больницу, находящуюся теперь в ведении Министерства внутренних дел, в ведение городского Управления. Вопрос этот было решено передать в Комиссию общественного здравия.

 
стр. 61

 

Очевидно решение, о котором ходатайствовали служащие дома, так и не было принято. Точнее, его не успели принять. В дальнейшем, с заключением мирного соглашения с Германией и прекращением войны, отпала необходимость в лазарете при Странноприимном доме, и он был закрыт. Богадельня при Странноприимном доме прекратила свое существование. Государственная комиссия, в состав которой входили управляющий делами Совнаркома Владимир Дмитриевич Бонч-Бруевич и народный комиссар здравоохранения Николай Александрович Семашко, тщательно обследовала учреждение, подготовила заключение о возможности его использования для медицинских целей и необходимости сохранения как памятника русской архитектуры. Больница получила своеобразную "охранную грамоту" на дальнейшую медицинскую деятельность. Вскоре на базе Шереметевской больницы (такое название было официально закреплено за учреждением) организовали (1919 г.) станцию скорой медицинской помощи населению города. Оснащенность Шереметевской больницы самым современным для того периода специальным оборудованием, приспособлениями для восстановительного лечения и квалифицированными кадрами, вероятно, обусловила принятие Мосгорздравотделом решения о развитии на ее базе нового для отечественного здравоохранения медицинского учреждения. В 1923 г. Шереметевская больница перестала существовать, т.к. была преобразована в Институт неотложной помощи имени Н. В. Склифосовского. Начался новый этап в жизни одного из старейших лечебных и благотворительных учреждений Москвы.

 

Примечания

 

1. Центральный исторический архив Москвы (ЦИАМ), ф. 179, оп. 21, ед. хр. 3316, 3318, 3347, 3350.

 

2. Более распространенное название этого учреждения - Странноприимный дом графа Шереметева в Москве.

 

3. ЦИАМ, ф. 208, оп. 1, ед. хр. 636, л. 108.

 

4. Там же, л. 109, 109об.

 

5. Поместье Шереметевых, весь доход которого шел на содержание Шереметевской больницы.

 

6. ЦИАМ, ф. 208, оп. 1, ед. хр. 636, л. 112 об.

 

7. Там же, л. 113.

 

8. Там же, ед. хр. 652, л. 1.

 

9. Там же, ед. хр. 636, л. 11 3 об.

 

10. Там же, л. 118.

 

11. Там же, ед. хр. 652, л. 4.

 

12. Там же, л. 3.

 

13. Там же, ед. хр. 636, л. 107 об.

 

14. Там же, л. 124.

 

15. Там же, л. 154 об.

 

16. Там же, л. 156 об.

 

17. Там же, л. 151.

 

18. Там же, ед. хр. 654, л. 21, 21 об.

 

19. Там же, ед. хр. 636, л. 177, 177 об.

 

20. Там же, ед. хр. 653, л. 1,2.

 

21. Там же, ед. хр. 643, л. 2.

 

22. Там же, л. 4.

 

23. Там же, л. 58, 68, 73, 137.

 

24. Там же, л. 127 об., 128.

 

25. Там же, ед. хр. 660, л. 2 об., 3, 4 об., 5, 6 об., 7.

 

26. Там же, ед. хр. 643, л. 79.

Опубликовано 24 июня 2020 года

Картинка к публикации:





Полная версия публикации №1593009699

© Portalus.ru

Главная МЕДИЦИНА Первая мировая война в истории Шереметевской больницы

При перепечатке индексируемая активная ссылка на PORTALUS.RU обязательна!



Проект для детей старше 12 лет International Library Network Реклама на Portalus.RU