Рейтинг
Порталус


ГРЕКО-СЛАВЯНСКИЕ ПАРАЛЛЕЛИ В ОБЛАСТИ ТРАДИЦИОННОЙ КУЛЬТУРЫ: ЛУНА В ЛЕЧЕБНОЙ МАГИИ

Дата публикации: 27 июня 2022
Автор(ы): О. В. ЧЁХА
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: МЕДИЦИНА
Источник: (c) Славяноведение, № 6, 31 декабря 2008 Страницы 31-43
Номер публикации: №1656341734


О. В. ЧЁХА, (c)

Народная медицина как греков, так и славян сохраняет, наряду со многими архаическими представлениями о природе заболеваний и способах их лечения, веру в то, что на здоровье человека большое влияние оказывает луна: она может быть в равной степени источником, причиной болезни и целителем, магическим избавителем от нее. Связь болезней с луной в одних случаях выражается эксплицитно, в самом названии болезни, в других - в объяснении природы заболевания, в третьих - в способе лечения, зачастую приуроченного к определенной фазе луны, в четвертых - в тексте заговора, сопровождающего лечение. Соответственно источниками для изучения данной темы служат язык (терминология болезни), фольклор (тексты заговоров, адресованных луне; предписания и запреты, связанные с обрядовым почитанием месяца) и ритуал (этнографические описания врачебных практик).

В народных представлениях греков луна (месяц) - новогреч. <др.-греч. 'свет' [1. Σ. 1419] - изображается как мифологический персонаж, обладающий набором характеристик, дифференциальных признаков, с одной стороны, сближающих его с другими действующими лицами новогреческой мифологии, а с другой - очерчивающими то особенное место, которое луна занимает в традиционной картине мира.

Значимыми для народной медицины и магии оказываются такие наблюдаемые свойства и особенности месяца, как желтый цвет (отсюда лечение "на месяц" желтухи); наличие на луне пятен (ср. практику сведения на убывающей луне бородавок и лишаев); увеличение/уменьшение видимого лунного диска, т.е. рост и убывание месяца, которым приписывается магическая сила; движение по небу (например, в закрепке кипрского заговора: - "Как бежит солнце, как бежит луна, как бегут

Чёха Оксана Владимировна - аспирантка Института славяноведения РАН.

Исследование выполнено в рамках Программы фундаментальных исследований Президиума РАН "Адаптация народов и культур к изменениям природной среды, социальным и техногенным трансформациям", проект "Карпато-балканский диалектный ландшафт: язык и культура во взаимодействии".

стр. 31
воды в реке и облака по небу, так пусть убежит болезнь раба (или рабы) Божьего (имярек)" [2. 2. 13 - 15]). В некоторых заговорах (например критском от солнечного удара: - "Уходи, солнце и ветер, и воспаленный месяц..." [3. 2. 248], или заговоре от горячки [4. Σ. 308]), а также в именах лихорадок (например, 'месячная огневица') находит отражение представление об огненной природе месяца.

Представление о месяце как об одушевленном существе божественной природы, имеющем имя, профессию, семью и т.д., отчетливо проявляется в текстах "приветствий", произносимых во время обрядовой "встречи" молодой луны, а также во всем комплексе предписаний и запретов, эту встречу регламентирующих.

Именно нарушением установленных правил обрядового поведения по отношению к месяцу объясняет народная медицина появление некоторых заболеваний. На Закинфе, например, считают, что бородавки появляются у того, кто при взгляде на полную луну, где показывается Богоматерь с Христом, дотронулся до себя, не перекрестившись. Избавиться от бородавок можно, оставив месяцу за окном мед и молоко: ночью он спустится, съест угощение и отблагодарит страдальца [5. Σ. 271]. Подобная лечебная практика сближает месяц с такими мифологическими персонажами, как персонифицированные болезни: ср. болгарский обычай оставлять у постели больного гребень, мед и масло, чтобы болезнь "да се облажи, да се иде жива и здрава и да не закача детето" - "полакомилась и пошла подобру-поздорову, а к ребенку не прицепилась" [6. С. 66]. С другой стороны, способность луны изгонять болезни ставит ее в один ряд с прочими врачевателями, например с христианскими святыми [7. Σ. 147].

Являясь небесным светилом, месяц в народных верованиях попадает в один ряд с солнцем и звездами и рассматривается наряду с ними как неотъемлемая часть мироздания, которое без него погрузилось бы в хаос и мрак; сравни в связи с этим клятву, которую берут с героя новогреческой песни: - "Бери в свидетели солнце, а в поручители месяц, / звезду и заряницу" [8. Σ. 50]. Несмотря на то, что месяц занимает отдельное место в этом парадигматическом ряду, противопоставляясь солнцу как источнику дневного света и тепла или звездам как неисчислимой множественности, нередко наблюдается взаимопроникновение лунного, звездного и солнечного "дискурсов", объединение мифологических образов солнца и луны. На языковом уровне это проявляется в смешении лексем 'солнце' и 'месяц' для обозначения рассматриваемых небесных тел: например, греки Калабрии называют солнце (месяц), а полнолуние - (месяц-солнце) [9. Σ. 331]. Как ночное светило, месяц связывается в народном сознании с потусторонним миром, вследствие чего луна начинает восприниматься как "чужое солнце": в Сиатисте ее называют (солнцем валахов) [10. Σ. 431]; на Родосе верят, что во время солнечного затмения умирают христиане, а при лунном затмении, когда (месяц захватывают), - гибнут турки [11. Σ. 280].

Характерным для лунного "дискурса" является также заимствование им сюжетов и мотивов, относящихся к звездам. Месяц нередко называют 'главная звезда' или просто 'звезда'. И месяц, и звезды часто оказываются в сходных контекстах: это - ночные светила; обиталище душ умерших людей; месяц и звезды спускают на землю ведьмы; лунный и звездный свет опасен для роженицы или ребенка и т.п. Отметим, что переход мотивов осуществляет-

стр. 32
ся и в обратном направлении, т.е. звезды в свою очередь наделяются "лунными" характеристиками1.

Вторая составляющая лунного "дискурса", лунное время, представляет собой последовательное чередование лунных фаз, в номинации которых выражается идея о росте/убывании месяца (например, 'наполнение', 'уменьшение', 'откалывание', 'пропадающий месяц'); внимание уделяется также времени лунного затмения и новолуния, когда месяц 'оборачивается' и не показывается на небе. В ряде случаев действует вербальная (этимологическая) магия: внутреннее значение термина актуализируется и получает отражение в народной врачебной практике. Верят, что заговаривание болезни на убывающем месяце повлечет за собой убывание последней: "бае се, кога се разсипва месецо, та да разсипе и болката" - "заговаривается на рассыпающемся месяце, чтобы и болезнь рассыпалась" [14. С. 44]. Напротив, лечение, основанное на магии прибывания, возрастания, осуществлялось на 'наполняющемся [месяце]': в это время на Эвбее слабых, худосочных детей протаскивали сквозь корни дерева со словами: - "Как толстеет месяц, так пусть толстеет и ... такой-то ребенок" [15. Σ. 61 - 62].

Однако чаще названия фаз месяца, встречающиеся в указаниях о лечении болезни в конкретный отрезок лунного времени, являются всего лишь темпоральными пометами, рудиментами архаической системы времяисчисления (лунного календаря), за которыми не стоит никакой "лунной" семантики.

В народной медицине греков и балканских славян с луной ассоциируются не все, а лишь вполне определенные виды болезней - кожные (бородавки, лишаи, чирьи и т.п.), желтуха, зубная боль и некоторые психические недуги. Эта избирательность объясняется тем, что симптоматика (проявления) именно этих болезней соотносятся с некоторыми характерными мотивами лунного "дискурса" - мотивом пятен и вредоносностью лунного света, иномирной природой месяца, в то время как мотив возрастания/убывания луны оказывается универсальным в магической практике лечения.

Кожные заболевания. Одну из причин появления бородавок видят в нарушении запретов/предписаний, регламентирующих поведение человека по отношению к луне. На Наксосе считают, что бородавки получит тот, кто не поклонится молодому месяцу [16. Σ. 9], сравни в связи с этим песенку, исполняемую детьми в первый день появления новой луны:

 

1 См., например, представление о том, что бородавки/прыщи/лишаи появляются у людей, которые неправильно повели себя при первом появлении народившейся луны, и следующую запись с Кефалоньи: когда рождаются (!) Плеяды (в первый день косьбы или в день св. Константина), они бьют в лицо человеку, и у того появляются отметины [12. Σ. 146]; а также пример из Этолии, где пастухи следят за тем, чтобы на стоящих в стойле овец не падал свет от Плеяд, иначе те не будут жиреть, откуда выражение (его схватили, прихватили Плеяды), применительно к тощему животному [12. Σ. 146], и общебалканское представление о том, что если лунный свет падает на младенца, тот не будет расти; про таких детей говорят, что их (схватил, прихватил месяц); греческое народное название "сухоты", худосочности младенцев - 'месяц' и 'хватать') [13. Σ. 246].

стр. 33


Бородавки могли сводить на убывающей луне, полагая, что если заговариваешь их во время наполнения месяца то сам весь покроешься бородавками [16. Σ. 12]. Типичным мотивом произносимых в это время заговоров оказывается мотив "как пропадает месяц, так пусть пропадет болезнь": например, (lot)" - "как пропадает месяц, так пусть пропадут мои бородавки" [7. X. 148]; - "Как уменьшается месяц, / Так пусть уменьшается и бородавка" [17. Σ. 65]. На Лесбосе в последние дни месяца знахарка терла бородавки солью, произнося при этом:

 

Подобная практика сведения бородавок встречается и у балканских славян, например в Родопах на убывающем месяце знахарка прокалывала бородавки больного сосновой шишкой со словами: "Кат се крати месчината, така и брадавицити да са кратят" - "Как сокращается месяц, пусть так и бородавки сократятся" [6. С. 72].

Лечение бородавок могло быть приурочено к первому появлению молодой луны, будучи частью развернутой обрядовой "встречи" месяца. В Ликии в это время терли бородавки свежей землей и трижды произносили:

 

См. также критские записи:

 

Интересен пример из Пелопоннеса (епархия Калаврита), где в первый или второй день появления новой луны выходили на дорогу и, глядя на месяц, потирали руки со словами: - "Сегодня вечером молодой месяц и гнилые бородавки"; повторив это трижды, мочились на руки, веря, что через пять-шесть дней бородавки пропадут [22. Σ. 42]. Сравни македонский обычай лечения бородавок в первый вечер появления народивше-

стр. 34
гося месяца (кога се рага месечината), когда бородавки мочат дождевой водой со словами: "На ваа месечина ве има - на другата да ве нема!" - "В этом месяце вы есть, а в следующем, чтобы вас не было!" [23. С. 76]. Подобный мотив "сегодня месяц и болезнь, (завтра нет месяца и нет болезни)" необычен для заговоров, читаемых на луну, и, напротив, достаточно частотен для заговоров на звезды (например: "Сегодня вечером звезды и грыжа, завтра - ни звезд, ни грыжи" [22. Σ. 42] или серб., болг. "Сегодня звезды и бородавки, завтра ни звезд, ни бородавок" [24. С. 424; 25. С. 185]). Перед нами частный случай заимствования мотива, принадлежащего звездному "дискурсу". Другим примером подобного заимствования можно считать, как уже отмечалось выше, называние месяца 'главной звездой' или 'звездой', как, например, в следующем заговоре от бородавок с Закинфа:

 

Именование в тексте заговора месяца "звездой" приводит к размыванию традиции: если изначально звательные формы "месяц" и "звезда" воспринимаются как синонимичные, обращенные к месяцу (см., например, [26. Σ. 49]), то в дальнейшем в вокативе "звезда" начинают видеть именно звезду, что влечет за собой изменение лечебной практики - бородавки "сбрасывают" с себя, увидев вечером на небе первую звезду2 [22. Σ. 35].

Отдельную группу составляют заговоры, встречающиеся исключительно в Греции, в которых бородавки называются козами или овцами месяца, больной "выпас" их и просит забрать назад. Пелопоннес (Мани):

 

Буквально прочитывая как 'первая звезда' (от 'первый' + 'звезда').

3 Как вариант: - "Звезда моя, первая среди звезд, овец, которых ты мне давала, и т.д." [26. Σ. 49].

стр. 35


Кипр:

 

"Во имя Отца и Сына и Святого Духа, Аминь.

Как бежит река Иордан, так пусть бежит и недуг с руки, с лица такого-то..." [28. Σ. 612].

Из текстов видно, что месяц понимается либо как хозяин овец ("забери своих овец", "овец, которых ты мне дал" и т.п.), либо как их предводитель (баран). Олицетворение луны в виде рогатого животного типично для балканской народной культуры (см. болгарскую загадку о звездах и месяце "Пълна кошара с овци, / а сред них виторог козел" [29. С. 85]). В виде козла изображается месяц в следующем критском заговоре от бородавок (отметим критское диалектное козлики 'бородавки' [30. Σ. 588]):

 

Непременным условием описываемой похвальбы является принадлежность объектов сравнения к одному предметному классу. Неслучайно в другом

варианте6 этого заговора красивее луны считают себя некие богатыри ведь известно, что молодой богатырь - традиционное обращение к молодому месяцу.

К заговорам от бородавок близок записанный на территории Болгарии (Сакар, село Сладун) заговор от лишая, что неслучайно: лишаи, как и бородавки, являются кожным заболеванием, кроме того, и у греков, и у балканских славян запрет считать звезды объясняется тем, что нарушивший его покроется либо бородавками [21. Σ. 63; 19. Σ. 117; 22. Σ. 35; 23. С. 75; 31. С. 56], либо лишаями [26. Σ. 146; 31. С. 56]7:

 

См. в связи с этим боснийский запрет считать звезды, чтобы на лице не появились родинки (младежа), и пример из Черногории, где матери пугали детей тем, что у каждого появится на животе столько чирьев, сколько звезд он насчитал [31. С. 56].

стр. 36


При пестроте мотивов в заговорах от бородавок, произносимых на луну, набор действий, совершаемых во время их сведения, как правило, достаточно однообразен: на перекрестке трут руки землей (солью, камнями), читая заговор трижды или столько раз, сколько бородавок хочет свести больной, после чего оставляют узелок (кидают за спину камни) и уходят, не оглядываясь, ни с кем не заговаривая на обратном пути домой.

Врачевание некоторых других заболеваний, сходное с лечением бородавок, а также ряд запретов, связанных с появлением молодой луны, расширяет перечень кожных болезней, вызываемых и изгоняемых месяцем, несмотря на то что соответствующие заговорные тексты не были записаны. На Закинфе при появлении чирья говорят, что больной "подхватил его на месяце" дотронувшись до себя в тот момент, когда увидел молодой месяц; поэтому с появлением следующей молодой луны чирей надо "выкинуть на месяц" т.е., приложив руку к чирью, трижды сказать, сплевывая назад: "Имел я кое-что, но потерял" [32. Σ. 455]. Сравни заговор для сведения бородавок на Закинфе, где больной на ущербе месяца три вечера на перекрестке брал по белому камешку, завязывал их в белый платок и клал в изголовье; на четвертую ночь выкидывал камни на перекрестке со словами - "Было у меня кое-что, но пропало", чтобы бородавка засохла и отвалилась [5. Σ. 270 - 271]). В северо-восточной Греции (Орестиада) на "наполняющемся" месяце терли чирьи тремя кусками соли, которые потом забрасывали на крышу дома [33. Σ. 329]. Сравни также формулы приветствия молодой луне на Наксосе и Родосе:

 

В связи с этим вспомним болгарский запрет переводить взгляд с появившейся в первый раз луны на человека, чтобы тот не покрылся струпьями [34. С. 295], чирьями, прыщами [35. С. 35; 36. С. 232] и бородавками [37. С. 249]; македонскую лечебную практику в полнолуние, а также на молодом и старом месяце поливать струпья дождевой водой, чтобы избавиться от них [23. С. 58].

Любопытно, что так же лечат и заговаривают золотуху: в первый вечер появления молодого месяца больной идет на перекресток, поднимает там три камешка и, закрещивая черепашку (опухоль), трижды произносит:

стр. 37


После этого надо кинуть камни назад за спину, трижды копнуть землю руками, трижды плюнуть и, не оглядываясь, вернуться домой [7. Σ. 147].

Причисление золотухи к кожным болезням объясняется внешними ее проявлениями, а именно образованием у человека больших узловатых опухолей. Этот симптоматический признак приводит к появлению диалектных названий болезни типа черепашки 'золотуха' [7. Σ. 147], сравни также жучки мураши 'бородавки' (7. Σ. 147; 18. Σ. 263]. Возможно, восприятие кожной болезни как нароста, опухоли становится причиной того, что, в отличие от южнославянской традиции, у греков в число кожных болезней, заговариваемых на луну, не попадают веснушки и родинки (см., например, болгарскую практику заговаривания веснушек на молодом месяце [38. С. 75] или запрет смотреть на появившуюся в первый раз луну, чтобы не высыпали лунички 'веснушки' [39. С. 214]; болг. луна 'веснушка', черна луна 'родинка' [40. С. 24]). Вероятно, в традиции балканских славян кожное заболевание ассоциируется не столько с наростом, сколько с "пятном" или "отметиной" (что спорадически встречается и у греков, ср. 'бородавка', досл, 'отметина'), другими словами, в этом случае в большей степени актуализируется представление о месяце как о "пятне" на небе или как о светиле с "пятнами".

Желтуха. Во многих местах Греции желтуху называют (досл. "освечивание", "облунивание") [13. Σ. 246] или 'полнолуние' [41. Σ. 66], так как "лицо больного становится такого же желтоватого цвета, что и месяц" [42. Σ. 161]; о больном желтухой человеке говорят, что он (досл. "освечивается", "облунивается") или (досл. "ополнолунивается") [12. Σ. 144], и поят его отваром травы 'месячная пыль' [43. Σ. 206].

На Керкире запрещают сидеть под светом появляющегося в первый раз молодого месяца, чтобы не "облуниться" и не заболеть желтухой [44. Σ. 142], на Крите не мочатся против луны, чтобы "не разозлить месяц", потому что иначе станешь "желтым-прежелтым" [20. Σ. 11]. Как и в случае с кожными болезнями, причину заболевания желтухой видят в нарушении ритуального поведения человека по отношению к луне, и к ее помощи прибегают, чтобы излечиться. В Мани в полнолуние брали черную курицу с желтыми ногами и, держа ее над сковородой, произносили:

 

стр. 38


Затем курице отрубали голову, которая, как пояснял информант, и олицетворяла собой желтуху [26. Σ. 137 - 138].

Психические заболевания (эпилепсия). Чрезвычайно широко распространено в греческой традиции представление о том, что под влиянием луны у человека развиваются психические заболевания, на о. Симис, например, таких людей называют 'захваченный месяцем' [45. Σ. 32]. На Крите верят, что в ночь новолуния месяц портит воду, выпив которую, человек заболеет или потеряет разум8 [46. Σ. 169].

В наибольшей степени такого рода представления касаются эпилепсии, которую называют (досл. "лунатизм"). Несмотря на то, что литературное 'луна' практически никогда не встречается в языке фольклора, будучи вытесненным 'месяц', в номинации болезни используются обе лексемы, а это свидетельствует о том, что эпилепсию считали "лунной" болезнью еще в древности. Сравни:

'луна' > 'эпилепсия' [48. Σ. 1597; 49. Σ. 137]; 'человек, страдающий эпилепсией, эпилептик' [48. Σ. 1597]; 'страдать эпилепсией' [48. Σ. 1597].

'месяц' > 'эпилепсия' [48. Σ. 1897], 'эпилепсия, лунатизм' [50. Σ. 1299], 'эпилепсия' в выражениях (нашла на него эпилепсия) [51. Σ. 453] и (схватили его эпилептические припадки) [52. Σ. 304] для описания периодического припадка у эпилептиков; (досл. "быть в своих месяцах"), т.е. страдать от сильного приступа эпилепсии [52. Σ. 304]; 'эпилептик' [48. Σ. 1897], 'эпилептик, лунатик' [50. Σ. 1299], 'страдать эпилепсией' [48. Σ. 1897]; 'страдать эпилепсией, лунатизмом' [50. Σ. 1299].

На о. Наксос про людей, страдающих эпилепсией, говорят, что они "с месяцем водятся" на "наполняющемся" месяце мучаются больше, на убывающем - меньше [16. Σ. 12]. Считается, что эпилептиком становится тот, кто спит на крыше, не защищенный от воздействия лунного света [53. Σ. 218]; рожденный в полнолуние ребенок, которого еще называют 'месяцерожденный' [13. Σ. 249]. Воздействию месяца подвержены не только люди, но и животные: например, в Пилии рассказывают, что во время полнолуния на собак нападает бешенство; в Этолии про таких животных говорят, что они 'бесятся' (досл. "облуниваются") и грызут камни [12. Σ. 144].

В некоторых селах Болгарии эпилепсию также называют месчинката (месяц) [6. С. 72]; лечат ее в полнолуние, окуривая больного куриными перьями и боярышником, которым украшали двери дома в день св. Георгия (гергъовденски

В связи с влиянием луны на "разумность" человека см. также боснийское представление о том, что "кад месец расте, расте и мозак льуди, они су све паметниjи, а кад месец опада льуди су глупльи" - "когда месяц растет, растет и человеческий мозг, люди все умнее, а когда месяц опадает, люди глупее" [47. С. 107].

Сравни румынскую параллель a fi cu luna'n cap (быть с луной в голове), в значении 'мучиться от эпилептического припадка' [45. Σ. 32].

стр. 39
глог) [36. С. 233]. Однако в целом в славянской традиции с вредоносным воздействием лунного света связано другое психическое расстройство -лунатизм (сравни распространенный у балканских славян запрет беременной женщине спать под лунным светом, потому что "може месечина да jе ухвати" (ее может ухватить месяц), и родит месечара (лунатика) [31. С. 30]).

Верой в то, что луна оказывает влияние на психическое здоровье человека, принято также объяснять смену настроения, странности в поведении людей. Сравни лесбосское (досл. "быть в своих месяцах") 'злиться' [54. Σ. 69]; кифер. (досл. "добромесячный") 'добродушный, добрый' применительно к человеку [51. Σ. 163]; общегреч. (букв. "быть со своими месяцами") или (досл. "у него свои месяцы") 'про того, у которого наблюдаются неожиданные резкие смены настроения (странности и т.п.)' [1. Σ. 1419]; (досл. "в зависимости от своих месяцев"), т.е. в зависимости от настроения [48. Σ. 1897]; 'чудачества, странности' [48. Σ. 1897]. Сравни в этой связи сербское месечар, мjесечар 'мечтатель, фантазер' [55. С. 411].

Зубная боль. К появлению молодой луны приурочивалось заговаривание зубов, которое иногда могло носить профилактический характер [46. Σ. 169]. Подобная лечебная практика широко распространена и за пределами Балкан, что объясняется, прежде всего, восприятием месяца как гибнущего/воскресающего светила, "солнца мертвых", места пребывания душ умерших, и оказывается особенно значимым в контексте представлений о том, что зубную боль можно "передать" мертвым (сравни в связи с этим общераспространенную практику использования при лечении зубной боли предметов, принадлежавших покойнику).

Несмотря на то, что, в отличие от славянской традиции, в греческой представление о рождении и смерти луны не находит четкого последовательного выражения на языковом уровне10, косвенно в контексте лунного "дискурса" обнаруживаются примеры восприятия молодого месяца как новорожденного, или, напротив, родившийся ребенок сравнивается с появляющейся новой луной. На Пелопоннесе (Сули Патрон) повитуха, приветствуя родившегося младенца, перефразирует типичную формулу обращения к молодому месяцу: - "Если ты молодой, если ты богатырь, выйди ночью и покажи нам месяц" [56. Σ. 179]. Молодой месяц, как и младенец, приходящий из "другого" мира, несет на себе семантику "того света", чем объясняется появление в заговорах от зубной боли мотива встречи с мертвым, вернее, нежелательности подобной встречи.

В Кастеллоризу в ясную ночь, наступив ногой на нож с черной ручкой, держа в руках кувшин с водой, говорили, глядя на небо:

 

В традициях балканских славян представление о "жизни" месяца лежит в основе модели лунного времени, откуда, например, такие названия лунных фаз, как млада/стара месечината, или выражение ражда се месечината (месяц рождается) о периоде новолуния [34. С. 295].

стр. 40


Больной закрещивал щеку, закрывающую больной зуб, со словами:

 

Приведем также текст заговора, произносимого на первую звезду, в котором боль сравнивается с червяком, грызущим зуб ребенка:

 

Таким образом, определилось несколько групп болезней, связанных с лунной тематикой в традиционной греческой культуре: это кожные заболевания (бородавки, лишаи, прыщи), желтуха, психические болезни (эпилепсия) и зубная боль11. Отметим отсутствие в греческой традиции болезней внутренних органов, между тем как у балканских славян фиксируются заговоры для лечения далака, заболевания, под которым может пониматься болезнь селезенки или боль в груди [24. С. 150, 152, 250, 400, 416; 31. С. 35, 36; 35. С. 33]. Равным образом, в процессе работы нам не встретилось произносимых на молодой месяц профилактических заговоров от головной боли, о которых известно, что они хорошо представлены в традициях балканских славян, например словенский "Mladi mesec, pomladi me! Kada tebe zmija ujela, mene glavica pobolela!" - "Молодой месяц, омолоди меня! Когда тебя змея укусит, тогда у меня заболит голова!"12 [58. S. 197] (см. также [23. С. 80; 59. S. 453]); с этим, возможно, связано болгарское представление, что если перевести взгляд с молодой луны на человека, у того заболит голова [36. С. 232].

11 В рамках предложенной работы мы сознательно не обращались к рассмотрению детских болезней, отдельной большой темы, являющейся частью целого комплекса представлений о том, как велико влияние месяца на здоровье, жизнь и судьбу родившегося ребенка.

12 Этот мотив находит отражение в развернутом тексте сербского заговора от головной боли:

 

стр. 41
Представленный нами материал при всей его неполноте позволяет, однако, прийти к некоторым предварительным заключениям. В частности, очевидным становится то, что для греческой народной медицины характерно связывать с месяцем прежде всего болезни, проявление которых, видимо, и отражается на внешности человека (желтизна кожи и глазных белков, образование кожных наростов), а также психические заболевания; зубная боль попадает в "список" болезней в силу универсальности способа ее лечения. Сравнение греческих представлений о болезнях, объясняемых вредоносным влиянием луны, со славянскими показывает, что на общем фоне совпадений мотивов заговоров, сходства лечебных практик и терминологии болезни, что в зависимости от традиции актуализируются разные характеристики месяца (например, в представлениях, касающихся кожных заболеваний, у славян месяц воспринимается скорее как "пятнистое" светило, у греков - как растущее/уменьшающееся небесное тело).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

 

6. Родопи. Традиционна народна духовна и социалнонормативна култура. София, 1994.

 

14. Тодорова-Пиргова И. Баяния и магии. София, 2003.

 

23. Народна митологиjа на македонците / Ред. Т. Вражиновски. Кн. 2: Етнографски и фолклорни материjали. Скопjе; Прилеп, 1998.

24. Раденковиh ЛЬ. Народне басме и баjаньа. Ниш; Приштина; Крагуjевац, 1982.

25. Софийски край. Етнографски и езикови проучвания. София, 1993.

 

стр. 42


29. Стойкова С. Български народни гатанки. София, 1984.

 

31. Борhевиh Д. Живот и обичаjи народни у Лесковачкоj Морави. Београд, 1958.

 

34. Пловдивски край. Этнографски и езикови проучвания. София, 1986.

35. Ковачев Й. Народна астрономия и метеорология // Сборник за народни умотворения и народопис. София, 1914. Кн. 30.

36. Сакар. Этнографско фолклорно и езиково изеледване. София, 2002.

37. Българска народна медицина / Ред. М. Георгиев. София, 1999.

38. Телбизов К., Векова-Телбизова М. Традиционен бит и култура на банатските българи // Сборник за народни умотворения и народопис. София, 1963. Кн. 51.

39. Българска митология. Энциклопедичен речник / Съст. А. Стойнев. София, 1994.

40. Герое Н. Речник на българския език. София, 1997. Т. 3.

 

47. Jанковиh Н. Астрономиjа у преданьима, обичаjима и умотворинама срба. Београд, 1951.

 

55. Речник српскохрватског кньижевног и народног jезика. Београд, 1984. Кн.. 12.

 

58. Moderndorfer V. Ljudska medicina pri Slovencih. Ljubljana, 1964.

59. Moszyriski K. Kultura ludowa Slowian. Warszawa, 1967. T. 2: Kultura duchowa. Cz. 1.

Опубликовано на Порталусе 27 июня 2022 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама