Полная версия публикации №1626859951

PORTALUS.RU ПЕДАГОГИКА И. С. ГАЛКИН. ЗАПИСКИ РЕКТОРА МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА → Версия для печати

Постоянный адрес публикации (для научного и интернет-цитирования)

По общепринятым международным научным стандартам и по ГОСТу РФ 2003 г. (ГОСТ 7.1-2003, "Библиографическая запись")

И. В. ГРИГОРЬЕВА, И. С. ГАЛКИН. ЗАПИСКИ РЕКТОРА МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА [Электронный ресурс]: электрон. данные. - Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU, 21 июля 2021. - Режим доступа: https://portalus.ru/modules/pedagogics/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1626859951&archive=&start_from=&ucat=& (свободный доступ). – Дата доступа: 18.10.2021.

По ГОСТу РФ 2008 г. (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка")

И. В. ГРИГОРЬЕВА, И. С. ГАЛКИН. ЗАПИСКИ РЕКТОРА МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА // Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU. Дата обновления: 21 июля 2021. URL: https://portalus.ru/modules/pedagogics/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1626859951&archive=&start_from=&ucat=& (дата обращения: 18.10.2021).



публикация №1626859951, версия для печати

И. С. ГАЛКИН. ЗАПИСКИ РЕКТОРА МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА


Дата публикации: 21 июля 2021
Автор: И. В. ГРИГОРЬЕВА
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ПЕДАГОГИКА
Номер публикации: №1626859951 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


М.: изд-во Московского университета, 2004, 208 с.

На книгу воспоминаний трудно писать рецензию по обычным для такого жанра канонам - особенно, когда это воспоминания человека, которого довелось хорошо знать, много лет работать с ним рядом, почувствовать через собственный опыт все то, что было им сделано для университета, факультета, кафедры. Иными словами, рецензенту трудно удержаться от того, чтобы иной раз самому не превратиться в мемуариста.

Илья Саввич Галкин прожил долгую жизнь - он родился в 1898 и скончался в 1990 г. Воспоминания написаны, как видно из текста, в 80-е годы. Они целиком принадлежат той эпохе в истории нашей страны, завершения которой Илья Саввич уже не увидел. И возникает вопрос - что может найти в них современный читатель и в частности целое поколение, выросшее с тех пор, как писалась книга?

Воспоминания примечательны как рассказ о жизненном пути, который уникален в смысле отличавшей автора исключительной целеустремленности в приобщении к знанию, культуре - и одновременно во многом типичен для того, ушедшего поколения. Илья Саввич родом из Западной Белоруссии, из Беловежья, где его отец Савва Григорьевич Галкин (по происхождению из государственных крестьян) получил место лесника. Фамилия "Галкин" возникла из первоначального "Галка" или "Галко". Семья была многодетной (три сына и пять дочерей), с великим

стр. 202


трудом сводила концы с концами. "Вспоминаю, - писал Илья Саввич, - впечатления раннего детства: лошади не было, и после изнурительного труда отца и матери по раскорчевке полянок, сухих мест впрягали бедолагу, единственную молодую корову, которая с трудом тащила соху. После двух-трех часов сами впрягались в соху, а деревянную борону и подавно таскали сами по вспаханному полю. Так отец и мать освоили около полутора десятин земли и завели свое приусадебное хозяйство" (с. 22 - 23). С переводом отца на другой участок семья переселилась из лесной сторожки на окраине Беловежской пущи в деревню Гайновку, где старшие сестры Ильи Саввича, а потом и он сам начали учиться в церковно-приходской школе. Учились с перерывами из-за последующих переездов и материальных трудностей. Старшему брату учиться так и не пришлось - с 14 лет он своим заработком поддерживал семью, а потом был призван на службу во флот. Отец, сам до конца жизни читавший с трудом, хотел дать образование прежде всего дочерям, чтобы они могли стать учительницами (для девушек-бесприданниц это был едва ли не единственный шанс, позволявший надеяться на замужество), и обе старшие дочери осуществили его мечту.

Нравственная атмосфера, в которой воспитывался Илья Саввич, была задана примером родителей, неустанно трудившихся и вовлекавших в полезный труд всех детей, сообразуясь с их возрастом и физическими возможностями: "Трудолюбие, привитое нам родителями и социальными условиями, - пишет мемуарист, - стало нашей второй природой и той великой ценностью, которую, как говорил Ушинский, нельзя купить за все золото Калифорнии" (с. 35). И отец, и мать (оставшаяся неграмотной) от природы были людьми душевно щедрыми и тонкими, их огромная семья жила дружно и слаженно.

С отцовской стороны семья имела польские национальные корни. Об этом рассказал не сам Илья Саввич, а его дочь Татьяна Ильинична, готовившая к печати текст воспоминаний и опубликовавшая в приложении свое дополнение к ним. Отец Ильи Саввича был поляком, хотя и православным по вероисповеданию. Об этом и о многочисленной родне не только в России и Белоруссии, но и в Польше Т. И. Галкина узнала лишь после смерти отца.

В неполные 15 лет Илья Саввич начал работать учеником-подручным на стекольном заводе, помощником землемера, но мечтал учиться и в августе 1913 г., выдержав вступительные экзамены, был принят в четырехклассное городское училище г. Свислочь. Когда в 1915 г. к родным местам семьи Галкиных приблизился фронт первой мировой войны, родители с пятью детьми перебрались во Владимирскую губернию. Здесь Илья Саввич продолжал учиться в Высшем начальном училище г. Коврова, закончив его уже после Февральской революции, а затем поступил на работу в Ковровские железнодорожные мастерские и железнодорожное техническое училище.

Начало самостоятельной жизни Ильи Саввича совпало по времени с событиями, круто повернувшими весь ход истории страны - мировой войной и революцией. Для него это был этап значительного духовного роста. Побывав на летних каникулах 1916 г. в Петрограде, где устроился на временную работу, Илья Саввич не упускал малейшей возможности познакомиться с культурными ценностями столицы. Зимой 1916 - 1917 гг. он стал интенсивно приобщаться к русской классической литературе. В период от Февраля к Октябрю у него "пробудился жгучий интерес" к окружавшей жизни, желание "постичь, что же происходит на моей родной земле" (с. 48).

Но хотя Илья Саввич и отмечал, что тогда в Коврове он "стал по-настоящему взрослеть" (с. 50), свои взгляды 1917 - начала 1918 гг. он рисует как неотчетливые, неустоявшиеся: "Мне уже было 19 лет, а по сознанию своему я оставался подростком. Я был малообразован, по-христиански воспитан, действовал больше под влиянием эмоций, бессознательно, без направления и контроля разума" (с. 51 - 52).

В раздумьях о дальнейшем жизненном пути Илья Саввич в какой-то момент решил связать свое будущее с родной сельской средой и стать агрономом. Не закончив образования в железнодорожном училище, он в сентябре 1918 г. поступил на агрономический факультет Иваново-Вознесенского политехнического института и с увлечением приступил к занятиям. Но уже началась гражданская война, и Илья Саввич отдавал себе отчет в том, что юношам, подобным ему, "придется сначала завоевать право на высшее образование, т.е. уйти на фронт, а потом учиться" (с. 52). В декабре 1918 г. вступил в Красную Армию, а в феврале 1919 г. отправился со своим полком на Восточный фронт против Колчака.

Из Красной Армии Илья Саввич был демобилизован летом 1920 г. по болезни. Он стал работать во Владимире в учетно-статистическом отделе губкома РКП(б), готовился вступить в партию. Но жизнь снова круто повернулась: здоровье продолжало ухудшаться (из-за этого Илья Саввич не вернулся к учебе на агрономическом факультете), обнаружился туберкулез легких. Преодолеть эту опасность помогла его встреча с будущей женой Евдокией Михайловной - вдовой его земляка, которого Илья Саввич знал еще по школьным годам. Переехав по ее совету в Саратовскую губернию, где был сухой климат и можно было лечиться кумысом, он справился с болезнью. Здесь вместе с Евдокией Михайловной стал работать учителем в школе, успешно руководил группой детских домов и колонией беспризорных, самостоятельно нащупав много сходного с педагогическим опытом А. С. Макаренко.

Всем, кто давно знал Илью Саввича, памятна его трогательная привязанность к Евдокии Михайловне и то, каким ударом для него стала ее кончина в 1965 г. В своих записках он не только рассказал о

стр. 203


том, как Евдокия Михайловна вошла в его жизнь, но и посвятил ей отдельную главу.

Со времени работы Ильи Саввича в школе окончательно определилась область его профессиональных интересов: история. В 1928 г. он начал заочно учиться на историко-филологическом факультете Саратовского университета, а в 1930 г. стал студентом исторического отделения историко-философского факультета МГУ.

Будучи принят сразу на II курс, Илья Саввич за два учебных года освоил всю программу обучения (в то время - четырехлетнюю). Сразу же после окончания курса он стал заместителем декана выделившегося из МГУ МИФИ (с 1934 г. - МИФ ЛИ) и там же в 1935 г. защитил кандидатскую диссертацию. Тогда Илья Саввич - по его словам - "буквально не выходил из библиотеки ИМЭЛ (Институт Маркса-Энгельса-Ленина. - Ред.), штудировал множество общих исторических работ и специальных монографий. На полках книжных шкафов у меня до сих пор хранятся как следы моих усилий папки выписок из прочитанных тогда книг, разные варианты конспектов читавшихся мною лекций... Теперь удивляешься, как можно было успевать читать и конспектировать такое множество научных трудов, причем не только по истории, но и по философии, без постижения которой невозможно было выходить на кафедру к студентам. Тогда молодость и влюбленность в науку придавали мне силу, энергию" (с. 95). С глубокой благодарностью вспоминает он своих наставников на пути в большую науку - В. П. Волгина, Н. М. Лукина, Е. А. Косминского, С. Д. Сказкина.

"Влияние их на научное развитие и на стиль поведения своих питомцев, учеников невозможно переоценить. Наши учителя пользовались нашими неизменными уважением и любовью. Они умели отбирать молодых в науку и поддерживали их. Подготовка историков в 20-х - начале 30-х годов была не массовой, а индивидуальной.

Словом, нашему поколению историков изрядно повезло. Тогда жила традиция творческой поддержки, участия, профессиональной помощи, да просто человеческого наставничества молодых" (с. 96).

В предвоенные годы Илья Саввич приобрел первый опыт преподавательской работы в вузах - не только в МГУ и МИФЛИ, но и в Литературном институте, Консерватории, Высшей партийной школе. Приобщался он и к административной деятельности в сфере высшего образования, где ему многое предстояло в будущем.

Огромная ответственность легла на плечи Ильи Саввича с началом Великой Отечественной войны. В сентябре 1941 г. он стал исполнять обязанности ректора МИФЛИ, а в грозные для Москвы октябрьские дни добровольно вступил в истребительный батальон, но вскоре был отозван оттуда для руководства эвакуацией из столицы профессорско-преподавательского состава МГУ и МИФЛИ (большинство студентов находилось на фронте, а остальные до ноября 1941 г. - на строительстве оборонительных сооружений под Москвой). Местом назначения был Ашхабад, куда затем прибыли и около тысячи студентов. Илья Саввич стал и.о. ректора МГУ. Несмотря на все трудности, в университете были начаты занятия. Но условия в Ашхабаде совершенно не подходили для жизни и эффективной работы университетского коллектива, и в конце 1942 г. университет был перебазирован в Свердловск, где оставался до возвращения в Москву в начале июня 1943 г. Осенью того же года Илья Саввич был назначен ректором МГУ.

Впечатляет рассказ о тех многообразных проблемах университетской жизни в конце войны и в первые послевоенные годы, которые вставали перед Ильей Саввичем как ректором. Не перечисляя их, упомянем лишь одну: в 1945 г. перед руководством страны был поставлен - при его активнейшем участии - вопрос о строительстве нового комплекса университетских зданий. Правительственное решение на этот счет было принято в марте 1948 г., когда ректором МГУ был уже академик А. Н. Несмеянов.

Уход Ильи Саввича с поста ректора (январь 1948 г.) был добровольным. Из причин, побудивших его к этому, он сам называет то, что как историк не считал себя достаточно компетентным для руководства университетом в условиях, когда все больше возрастала роль естественных факультетов, а с другой стороны - несогласие с поощряемыми сверху гонениями на ученых-генетиков на биологическом факультете, который хотели прибрать к рукам сторонники Т. Д. Лысенко. Но и после того, как Илья Саввич перестал быть ректором, он сохранил высокий авторитет в университетских кругах как опытный организатор научной и учебной работы. В 1956 г. он вернулся в ректорат в качестве проректора по гуманитарным факультетам.

Загруженность административной работой долгое время не позволяла ему обратиться к тому замыслу, который начал у него вызревать еще в предвоенные годы - монографии об освободительном движении балканских народов против Османской империи в начале XX в. в контексте дипломатии великих держав. Лишь к 1956 г. это исследование было закончено и защищено им как докторская диссертация.

К тому времени Илья Саввич уже был заведующим кафедрой новой и новейшей истории исторического факультета, которую возглавил в 1953 г. и оставался во главе ее, пока позволяли силы. Руководство этой кафедрой едва ли не ярче всего раскрыло присущие ему качества ученого, педагога, организатора.

Прежде всего Илья Саввич озаботился пополнением состава кафедры, тогда крайне малочисленной. Он не побоялся сделать ставку на молодежь и стойко выдерживал наскоки из министерства за то, что набрал на кафедру "мальчиков и девочек" из числа оканчивающих аспирантуру. На кафедре открылись новые страновые специальности. Его стараниями

стр. 204


была обеспечена возможность научных командировок работников кафедры в страны, которые они изучали, для занятий в архивах, библиотеках, исследовательских центрах. Существенно изменилась к лучшему атмосфера в коллективе кафедры1 . По инициативе Ильи Саввича и под его руководством была начата большая работа по обновлению университетских учебников, создан обширный коллективный труд по историографии новой и новейшей истории - первый в своем роде. У самого Ильи Саввича на кафедре было много учеников - он вел просеминары, руководил дипломниками и аспирантами, в том числе из-за рубежа (из ГДР, Венгрии, Албании, Греции). Заботливо пестуя своих учеников, Илья Саввич старался привить им те навыки работы, которые приобрел в годы собственной учебы в МГУ и МИФЛИ. Он всегда дорожил традициями отечественного университетского образования и делал все, чтобы сохранить и приумножить их.

Илья Саввич был человеком своего времени, он жил и мыслил в согласии с теми представлениями, которые сейчас усиленно вытесняют из общественного сознания и исторической памяти. Знал бы он о том, что произошло в его родном Беловежье и какие ассоциации вызывает теперь это название, о целенаправленной кампании по реабилитации (под флагом признания научных заслуг в исследовании морей) фигуры Колчака или о безоглядной готовности нынешних реформаторов системы образования выбросить за борт все, что было в ней ценного в советское время! Но как ни необычно звучит повествование Ильи Саввича о своей жизни на фоне того, что поднимается на щит сегодня, - именно этим полезна его книга. И так естественно, что она опубликована издательством Московского университета, окончательно сформировавшего личность Ильи Саввича и ставшего ареной его многолетнего подвижнического служения отечественной науке и высшей школе.

И. В. Григорьева, доктор исторических наук, профессор Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова


1 Однако, на кафедре не было того единодушия в противостоянии догматизму, какое рисует Илья Саввич, вспоминая пресловутую "дискуссию о средних слоях". Те, кто ввязался в драку с догматиками, чувствовали себя тогда на кафедре довольно неуютно.

 

Опубликовано 21 июля 2021 года

Картинка к публикации:





Полная версия публикации №1626859951

© Portalus.ru

Главная ПЕДАГОГИКА И. С. ГАЛКИН. ЗАПИСКИ РЕКТОРА МОСКОВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

При перепечатке индексируемая активная ссылка на PORTALUS.RU обязательна!



Проект для детей старше 12 лет International Library Network Реклама на Portalus.RU