Демократическое студенчество всегда, еще задолго до Октября 1917г., отстаивало свое право на самоуправление и автономию высшей школы. Царские власти подозрительно относились к требованиям студентов о независимости, усматривая в этом определенную опасность режиму самодержавия.

Студенчество надеялось, что с приходом к власти большевиков, которые постоянно говорили о своей приверженности подлинной демократии, их мечта о свободной высшей школе наконец-то сбудется. Но они в этом жестоко ошибались. Большевики старались уничтожить даже малейшие следы стедунческой автономии, полностью подчинить высшую школу советской власти, а студентов и преподавателей сделать проводниками своей марксистской политики и идеологии, которую они считали единственно правильной.

К концу 1917г. вся Россия переживала кризис. Происходившая в стране ломка порядков неизбежно должна была коснуться и высшей школы. Естественно, что студенты стали беспокоиться, что производимая Наркомпросом перестройка в первую очередь уничтожит автономию высшей школы. На повестку дня вставал лозунг самоуправления, как это бывало ранее, но уже в новых условиях. Профессура поддерживала студенчество.

Народный комиссариат просвещения на первых порах только присматривался к высшей школе, особенно внимательно он следил за деятельностью и настроениями профессуры, имея цель отстранить ее от управления делами высшей школы. Власти надеялись, что с помощью студентов они смогут овладеть ситуацией. По их мнению, это можно было сделать, противопоставив интересы студенчества и профессуры, столкнув их между собой. Но эти надежды не оправдались.

На проходивших в 1918 г. двух совещаниях (в августе и сентябре) по реформе высшей школы профессорская и студенческая делегации выступили совместно. Они единодушно отстаивали автономию высшей школы и самостоятельность профессуры в управлении делами высшей школы. План по всем вопросам научной и учебной работы, изложенный представителем Наркомпроса, получил их коллективную неблагоприятную оценку ¹ . Наркомпрос, видя полный провал своего плана, пошел на уступки. В частности, было принято решение об удовлетворении требования студенчества как в части самоуправления, так и в деле их социального обеспечения. Эта проблема в то голодное и страшное время стояла особенно остро, что и учел Наркомпрос. В результате при Петербургском университете из числа студентов была создана специальная комиссия по вопросам социального обеспечения студентов.

Чернов Михаил Павлович - доктор исторических наук.

стр. 135

Но эта уступка была лишь временной. Наркомпрос все больше наступал на права студентов. Важно отметить, что он в первую очередь пытался лишить студентов их прав именно в деле социального обеспечения. Уже в феврале 1919г. комиссия, созданная в качестве уступки, была распущена. Широкий студенческий проект социального обеспечения очень скоро ограничился нерегулярной передачей стипендий студенческим советам для раздачи ее студентам. В студенчестве власти стали видеть наиболее стойкий и непримиримый "элемент", который в первую очередь необходимо было дезорганизовать и ослабить. Для власти было ясно, что самой уязвимой стороной студенческой жизни была именно экономическая сторона. Ее значение в существовании студентов в те годы в России переоценить невозможно. В условиях разрухи студенты голодали и страдали от холода - студенческие общежития и аудитории не отапливались даже в самые сильные морозы. Руководство хозяйственными службами университета в те годы находилось еще в руках студенческих советов. Именно они занимались проблемами столовых, общежитии, кооперативов, то есть всеми будничными, повседневными делами студенческой жизни.

Власти решили, что для уничтожения студенческого хозяйственного самоуправления все экономические организации и дело социального обеспечения надо отобрать у студентов и передать в руки представителей Наркомпроса. Уже в феврале 1918г. было принято постановление, в соответствии с которым хозяйственные функции передавались "комиссиям по социальному обеспечению и трудовой повинности", которые стали называть просто "тройками". Формирование этих "троек" осуществлялось так: двух их членов назначали власти. Из этих представителей один был из Наркомпроса, а второй - из районного совдепа. Третий член "тройки" избирался от студентов, но должен был быть обязательно утвержден Наркомпросом, которому он так и оставался подотчетен. Из представителей этих "троек" создавался "городской совет". Именно в руки этого "городского совета" и переходили все экономические организации, ранее находившиеся в ведении центральной общественной студенческой комиссии. По замыслу Наркомпроса во всероссийском масштабе всеми студенческими хозяйственными организациями должна была руководить созданная самим Наркомпросом "девятка".

Это постановление наносило удар по высшей школе, студенческому самоуправлению. Одновременно это был первый решительный шаг властей к уничтожению автономии высших учебных заведений. Представители, введенные в состав вновь создаваемых органов, как раз и должны были осуществлять постоянный контроль за внутренней жизнью вузов. Это одновременно сужало и круг ответственности студенческих советов старост, так как лишало их хозяйственного базиса. Все вместе взятое существенно ослабляло организованное студенчество. Таким образом, оно было поставлено перед альтернативой: либо уступить властям по всем пунктам, либо отказаться от таких выборов и тем самым автоматически лишиться своего самоуправления. Искушение для бедствующего петроградского студенчества было велико. Тем не менее оно ему не поддалось. На сходке в августе 1919г. студенты Петербургского университета отвергли предложение Наркомпроса. Проведенный затем референдум подтвердил это решение, так как нашел живой отклик во всем петроградском студенчестве.

Сопротивляясь натиску Наркомпроса и пытаясь защитить и укрепить свои позиции, Петроградский центральный студенческий комитет в 1919г. созвал конференцию петроградского студенчества. Два вопроса обсуждалось на этой конференции: во-первых, проблемы повседневной творческой работы по переустройству высшей школы; во-вторых, вопрос о том, как оградить себя от нападок Наркомпроса. После всесторонних обсуждений, проходивших с участием представителей московского студенчества, было решено не капитулировать перед Наркомпросом. В обращении конференции к студентам было отмечено, что по первому пункту программы рекомендован план, позволяющий гармонично сочетать теоретические дисциплины вузов с практическими занятиями студентов и их работой. В обращении также содержался призыв ко всем студентам отказаться от вхождения в "тройки".

Заключительная резолюции этой конференции содержала заявление, что вся ответственность за грядущий развал высшей школы ляжет на Наркомпрос, если он по-прежнему будет оставаться глух к голосу студентов. Однако никакой положительной реакции Наркомпроса не последовало. Наоборот, его представители стали

стр. 136

откровенно шантажировать студентов во многих учебных заведениях и угрожать им полным лишением социального обеспечения в том случае, если их организация не примет решения о вхождении в "тройки".

Центральный студенческий комитет не терял надежду во что бы то ни стало отстоять решения прошедшей конференции как по реформе высшей школы, так и по восстановлению хозяйственного студенческого самоуправления. С этой целью в июле 1919г. комитет отправил в Москву студенческую делегацию. Она была принята заместителем наркома просвещения М. Н. Покровским. В своей беседе со студентами Покровский категорически отверг представленный ими проект реформы высшей школы, подчеркнув при этом, что "правительство считает весьма вредным существование независимого и организованного студенчества, мыслящего и действующего самостоятельно. Власти необходимо безоговорочное подчинение - и оно его добется" ² . В заключение беседы Покровский предупредил студенческую делегацаю о близком и неминуемом разгроме совета старост, что на самом деле и началось в скором времени.

Студенчество ответило взрывом негодования и еще теснее сплотилось вокруг органов своего самоуправления. По предложению Петроградского общестуденческого комитета профессура всех высших учебных заведений Петрограда поддержала студентов. Права советов старост были ею признаны непоколебимыми и участие их в органах высшей школы - неизменным. Разумеется, что все это вызвало у советской власти сильнейшее раздражение и усилило ее неприязнь к профессуре.

Другая часть реформы высшей школы включала в себя проблемы творческой работы вузов, а также содержания самого высшего образования. От решения этого вопроса зависело, каких специалистов будут выпускать высшие учебные заведения страны. У профессуры и Наркомпроса взгляды по этой проблеме расходились кардинально. Профессора и студенты считали, что высшая школа должна способствовать гармоничному развитию личности и готовить высокообразованных специалистов. Работники Наркомпроса в своих заявлениях по этому вопросу формулировали мнение о ненужности, даже вредности, широкого, всестороннего образования. Такого типа образование ими было объявлено излишней роскошью. Задачей высшей школы, по мнению Наркомата просвещения, должна быть подготовка узких специалистов, требующихся советскому государству. Единственно, что, по их мнению, должно быть поставлено на широкую ногу, - это создание в каждом университете факультета общественных наук, конечно, при одновременном упразднении гуманитарных дисциплин.

Разумеется, самой важной и единственной задачей, которая ставилась перед факультетом общественных наук, была задача воспитания студентов на идеях марксизма. Будущие специалисты должны были быть обучены вести коммунистическую пропаганду, бороться с "буржуазным" мировоззрением. Руководители Наркомпроса А. В. Луначарский и М. Н. Покровский сами следили, чтобы в вузах не было преподавателей, имеющих какие-либо иные взгляды. Инакомыслие, не укладывающееся в русло марксизма, рассматривалось как контрреволюционное мировоззрение, враждебное советской власти. Сама наука большевиков не волновала. Им было важно, чтобы все процессы и явления жизни рассматривались с классовых, марксистских позиций. Проф. И. А. Ильин, изгнанный из России в 1922г., писал: "Советские вожди умели думать только от Маркса и Энгельса и тем обнаруживали свою полуобразованность и неумение мыслить самостоятельно". Еще он писал, что они знали о своем невежестве и "именно поэтому не прощали настоящим русским ученым их образованности, разрушали русское университетское преподавание и снижали его уровень". И еще, что самое печальное: "Тех из нас, русских ученых и профессоров, которые пытались показать и преподать им (студентам. - Ч. М) ее (науку. - Ч. М), удаляли из университетов, ссылали и расстреливали" ³ .

Наркомпрос продолжал реформировать высшую школу только по своему плану. В 1920 г. он создал комиссию, которой предстояло в духе коммунистических догм составить программу преподавания общественных наук в высшей школе. Спешно подготавливался проект нового Устава высшей школы, в котором предусматривалось назначение органов высшей школы, а не выборы, как было ранее. Наркомпрос сам определил "твердый", обязательный курс обучения в вузах, отвергнув тем самым предложенную профессурой и студенчеством реформу. Когда же

стр. 137

профессиональное образование было отдано на откуп созданному в 1921 г. Главпрофобру (Главное управление профессионального образования в составе Наркомпроса РСФСР) для проведения реформ в соответствии с задачами социалистического строительства в стране, то дело с реформами пошло совсем быстро. Принцип подготовки в вузах узких специалистов окончательно восторжествовал. А новый устав, который уничтожил бы всякое самоуправление и автономию высшей школы, был почти готов и уже внедрялся Главпрофобром.

Между тем власти вознамерились окончательно сломить сопротивление студентов и подчинить их себе. Еще в 1919 г. было решено провести массовое зачисление студентов в Красную армию, в надежде на то, что они будут сговорчивее. Начавшиеся массовые выступления заставили власти отменить указание. Но вскоре призывы возобновились. Надо отметить, что эта акция имела явно карательную цель. Дело в том, что созданные в вузах мобилизационные комиссии сортировали студентов по степени политической благонадежности. В соответствии с полученными списками каждая из комиссий сама решала, куда направлять мобилизованного: на командные курсы, в красноармейцы или концентрационный лагерь.

Высшая школа переживала черные дни. Настроение профессуры было подавленным: Наркомпрос издавал бесчисленные противоречащие одно другому постановления. Замер и погрузился во тьму старый университетский корпус. Лишь в маленьких комнатках общежития теплилась жизнь. Здесь собирались немногочисленные студенты и готовились к занятиям. Однако студенты искали выход, пытались оживить общественную жизнь. Петроградский общестуденческий комитет стал устраивать вечера, отмечать знаменательные даты (день смерти Л. Н. Толстого, день восстания декабристов и др.). Эти вечера, объединявшие студентов, часто заканчивались пением старых студенческих песен.

В начале марта состоялась сходка петроградских студентов, на которой обсуждались вопросы о спасении и возрождении высшей школы. В резолюции ответственность за развал и агонию высшей школы была возложена на правительство. Главное, что участники сходки вновь подтвердили все давние требования студенчества: отказ властей от безответственных экспериментов, уничтожение "троек", возвращение всех прав студенческому самоуправлению и т. п. Эта резолюция была направлена в Москву, в Наркомпрос. Ответ, поступивший оттуда, гласил: "Мы видим, что несмотря ни на что, петроградское студенчество осталось прежним" ⁴ .

Вообще отношения высшей школы с Наркомпросом не складывались. Об этом свидетельствует прошедший (по инициативе Наркомпроса) в мае 1920г. диспут. В нем принял участие заведующий отделом вузов М. Кристи. В своем выступлении он пытался убедить студентов, что старое, организованное студенчество умерло, а существующие незаконно советы старост потеряли доверие студентов. Но очевидным опровержением этих слов были аплодисменты, которыми приветствовали представителя Петроградского общестуденческого комитета и ректора Петроградского университета Л. Карсавина. Их совместное появление на диспуте символизировало нераспавшуюся связь между профессурой и студенчеством, которая образовалась за годы их совместной работы на благо высшей школы ⁵ .

Между тем власть усиливала нажим на "старое" студенчество. В ход шли самые разнообразные методы. Настойчиво обрабатывались рабфаковцы, их склоняли к выступлениям против организованного студенчества. Активизировалась деятельность коммунистических ячеек ("ищеек", как их называли студенты). Эти ячейки существовали главным образом в совершенно новых институтах, которых появилось более 36-ти. Возможность их появления именно в этих институтах связана с отсутствием духовной связи со старым петроградским студенчеством и, естественно, традиций. Именно поэтому они легко подчинялись Наркомпросу.

Следующий этап давления на студентов имел место в июне того же года, когда прошла еще одна студенческая конференция, на которой присутствовал председатель Петроградского совета Г. В. Зиновьев. После его выступления прошли бурные прения. Студенты были непреклонны: отказаться от своих убеждений они не могут.

Но самым показательным фактом, связанным с конференцией, на которой присутствовал Зиновьев, является совещание, которое он провел с представителями Наркомпроса. На этом совещании был обсужден вопрос: не пора ли прямо на конференции арестовать наиболее активных студенческих лидеров или же можно еще выждать по причине большой возможности беспорядков, связанных с арестом.

стр. 138

Первый случай арестов студентов Петроградского университета произошел в августе 1920 года. Систематические и многочисленные аресты начались с нового учебного года (1920/1921), они коснулись студентов не только университета, но и других вузов Петрограда. Эти репрессии сопровождались массовыми возмущениями студентов, бурно выражавших сочувствие своим товарищам. Репрессии властей усиливались. В феврале 1921 г. последовали аресты среди студентов технологов, психоневрологов и педагогов. В мае - среди медиков. Возмущение петроградских студентов росло. На студенческих сходках речи коммунистических ораторов заглушались бурными криками протестующей молодежи.

Весной 1921 г. в Москве состоялось совещание по высшей школе. На этом совещании представитель Наркомпроса изложил проект своего устава высшей школы. Этот устав полностью уничтожал выборные начала в высшей школе. Свое существование прекращали даже преподавательские советы вузов, они преобразовывались в небольшие коллегии, которые тоже назначались. Возмущению студентов не было предела. К тому же с этим совещанием совпали студенческие волнения, происходившие в Москве.

Дело в том, что в начале марта 1921 г. коллегия Наркомпроса приняла проект "Положения об управлении высшими учебными заведениями республики (Проект устава)". 2 сентября 1921 г. он был уже утвержден декретом Совнаркома. По этому уставу, в вузах правление избранными профессорскими коллегиями отменялось и передавалось людям, назначенным Наркомпросом ⁶ . Автономия высшей школы упразднялась и была признана ненужной и даже вредной.

Новый устав вызвал сильное недовольство профессоров, преподавателей и значительной части студентов вузов. Его принятие и привело к волнениям, например, в Московском высшем техническом училище и других вузах. Был объявлен строгий выговор профессорам и преподавателям МВТУ, их предупредили, что в случае повторения забастовки они будут арестованы ⁷ . В знак протеста профессора и преподаватели, поддержанные студентами, прекратили занятия в Московском университете. К студентам университета чекисты применили свои меры: часть из них отправили на борьбу с голодом и тифом, мужчин призывного возраста мобилизовали в Красную армию ⁸ .

Эти и другие наиболее важные вопросы вузовской жизни решались непосредственно в Политбюро ЦК РКП(б). Оно же направляло деятельность вузовских партийных ячеек в их борьбе с не принявшими марксистскую идеологию профессорами, преподавателями и студентами.

В июне 1922г. Политбюро дало поручение заместителю председателя ГПУ И. С. Уншлихту разработать мероприятия по фильтрации студентов к началу учебного года, установлению строгого ограничения приема студентов непролетарского происхождения, определению их политической благонадежности. Предусматривалось, что до начала учебного года все студенты (кроме членов РКП и РКСМ) обязаны предоставить отзыв ГПУ по месту нахождения вуза о лояльном отношении к советской власти ⁹ .

Борьба петроградских студентов и профессоров, как и студенчества других городов страны, за свободную, демократическую высшую школу закончилась поражением. Автономия высшей школы была ликвидирована. Ни о каком студенческом самоуправлении, ни о какой реформе высшей школы с целью повышения качества и уровня теоретического образования теперь не могло быть и речи.

Однако идея автономии высшей школы, студенческого самоуправления не только жива в головах нынешнего поколения студентов, но и продолжает развиваться и совершенствоваться.

В журнале "Альма-матер" (Вестник высшей школы) опубликована интересная статья студентки Астраханского филиала Волгоградской академии государственной службы (АФ ВАГС) А. Сидоровой - "Студенческое самоуправление: теория и практика", в которой показан поиск путей эффективного студенческого самоуправления в этом вузе, реально созданный ими механизм взаимоотношений студенческого совета (в него ежегодно избираются по два человека от каждого вуза) и администрации с учетом норм вузовского устава и положения о вузе.

Основу системы самоуправления в этом вузе составляют: договорный характер отношений администрации и студсовета по всем вопросам студенческой жизни; наделение органов студенческого самоуправления полной свободой действий

стр. 139

в сфере их компетенции; избрание членов студенческого самоуправления путем свободного, всеобщего, прямого тайного и равного голосования; осуществление административного контроля за деятельность органов студенческого самоуправления строго в рамках Устава АФ ВАГС. Как верно отмечает автор, "нельзя подготовиться к жизни в условиях демократии в рамках авторитарных форм обучения, в значительной мере способствующих закреплению конформизма и приспособленчества. Жизнь и преподавателя, и студента должна разворачиваться в пространстве, воплощающем ценности демократического общества" ¹⁰ .

Примечания

1. ЖАБА С. Петроградское студенчество в борьбе за свободную высшую школу. Париж. 1922, с. 7. С. Жаба - непосредственный участник борьбы студентов Петрограда за демократическую высшую школу. Выдворенный за границу в 1922г., он счел своим долгом ознакомить с этой борьбой широкие круги русской эмиграции.

2. См. там же, с. 20.

3. См. ИЛЬИН И. А. Наши задачи. Париж - Москва. 1992, с. 50-51.

4. ЖАБА С. Ук. соч., с. 45.

5. См. там же, с. 46.

6. СОСКИН В. Высшая школа - конец автономии (1921-1922). - Альма матер. Вестник высшей школы, М., 1998, N 1-2, с. 74.

7. Там же.

8. Там же.

9. РОЖКОВ А. Студенты как зеркало Октябрьской революции. - Родина, 1999, март, с. 69.

10. См. СИДОРОВА А. Студенческое самоуправление: теория и практика. - Альма-Матер, Вестник высшей школы, 2000, N 2, с. 35.