Поиск
Рейтинг
Порталус
база публикаций

ПСИХОЛОГИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 09.04.20


Крестьянские настроения периода "военного коммунизма"

Дата публикации: 24 марта 2020
Автор: Т. И. Трошина
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ПСИХОЛОГИЯ
Источник: (c) Вопросы истории, № 2, Февраль 2011, C. 99-103
Номер публикации: №1585048422 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Т. И. Трошина, (c)

найти другие работы автора

От полноты и разнообразия источников во многом зависит уровень исторического исследования. Изучение событий 1917 - 1922 гг. в значительной степени связано с выявлением участия в них крестьянства. Если провести количественный анализ источников по истории революции и гражданской войны в России, то выяснится, что удельный вес "крестьянских" документов среди них весьма велик. Однако наполнение источниками проблемы изучения участия русского крестьянства в данных событиях достигло определенных тематических пределов. СВ. Яров очертил круг источников по истории крестьянского сопротивления политике "военного коммунизма": это "политические сводки, доклады и обзоры органов внутренних дел. ...Текущая переписка НКВД с губернскими и уездными Советами о положении дел на местах, стенограммы, резолюции и постановления сельских, волостных и уездных крестьянских сходов и съездов, личные письма крестьян, материалы судебных дел о "контрреволюционных выступлениях" в деревне"1. Множество документов введены в научный оборот и опубликованы в соответствующих сборниках2. Не обойдено вниманием исследователей и архивистов и восстание в Вельском уезде Вологодской губернии 1921 года3.

 

При этом проблема репрезентативности подобных источников сохраняет остроту. По мнению Ярова, крестьянские документы "обычно требуют "двойного" зрения, чтения между строк", - касается ли это опосредованной информации, изложенной в докладах и сводках командированными в деревню "товарищами из центра", или документов, формально созданных крестьянами. Протоколы заседаний уездных и волостных Советов, собраний и сходов обычно не отражают возникавших прений, а составленные информаторами сводки и доклады передают мысли и настроения крестьян с "примесью чужой речи"4. Западные историки призывают коллег по цеху к осторожности при использовании крестьянских документов, говоря о "сомнительной достоверности" приговоров и наказов крестьянских сходов в России, поскольку в стабильную эпоху эти документы составлялись чиновниками и крестьянскими активистами, и не всегда адекватно отражали крестьянское мнение5; кроме того, приговоры и наказы во многом были результатом "стратегических выборов, сделанных авторами в контексте их окружения и политических обстоятельств"6. А в революционную эпоху документы от имени крестьян инициировались и радикализировались наполнившими деревню социальными и культурными маргиналами.

 
стр. 99

 

И действительно, историки обращают внимание на опосредованность "крестьянских" документов: например, крестьянские бунты и выступления в источниках представлены "глазами" агитаторов, следователей и других посторонних лиц, и на такое восприятие оказывали влияние культурный уровень наблюдателей, что проявлялось в стремлении объяснить поступки крестьян "темнотой"; уровень радикализации сознания; личностные характеристики. Во время бунтов, восстаний естественные чувства крестьян вырывались наружу, обычно нервически, истошными криками женщин и, казалось бы, иррациональными действиями толпы. Однако описание происходящего разнится в зависимости от того, кем оно сделано: разумеется, испытывающий естественный ужас от происходящего, опасающийся за свою жизнь советский работник или коммунист воспринимает и впоследствии описывает это иначе, чем пытающийся оправдаться во время допроса участник беспорядков.

 

Такие источники, как письма крестьян "во власть", различные наказы обычно писались специальным языком, которым крестьяне привыкли разговаривать с властями и вообще с чужими. Кажущееся подобострастие этих документов в действительности является отражением определенной деликатности, свойственной крестьянам, которые стремились не выражать своего действительного отношения к собеседнику, подчеркнуто оказывали уважение к чужому мнению; существовал "традиционный такт разговора"7 не только с чужими, но и с земляками, оторвавшимися от деревенской жизни.

 

В свете вышеизложенного представляет интерес публикуемый документ, обнаруженный в объемном, состоящем из восьми томов, следственном деле по Вельскому восстанию 1921 года8. Несмотря на небольшой объем, документ дает представление об отношении крестьян к декларациям советской власти, об оценке ими внутренней и внешней политики на завершающем этапе гражданской войны, о формах пассивного сопротивления крестьян политике "военного коммунизма". Позволяет он судить и о той осторожной пропаганде, которую проводили члены вельского Союза трудового крестьянства накануне антибольшевистского восстания, произошедшего в уезде спустя два месяца после изложенных событий.

 

Содержание документа - обсуждение крестьянами произошедшего накануне, в январе 1921 г., в уездном городе Вельске VII съезда Советов. Есть смысл сравнить оценку работы съезда его участниками с впечатлениями секретаря Вельского уездного комитета РКП(б) Н. Конева, охарактеризовавшего крестьянских депутатов как проявлявших "настроение... идиотски рабское с оттенком анархизма", при этом "в сторону советской власти положительное, в сторону коммунистов отрицательное"9.

 

Чтобы понять содержание документа, следует дать краткую характеристику крестьянского населения уезда. Значительная часть их была бывшими удельными людьми, которые "до освобождения" подвергались, с одной стороны, активной цивилизирующей и патерналистской деятельности своего владельца (Императорского дома), а с другой - находились под постоянным контролем равнодушного и придирчивого чиновничества. Небезынтересно ознакомиться с впечатлениями о местных крестьянах, оставленными этнографами и путешественниками в дореволюционный период: "Народ в Вельском уезде скрытен и забит"; "Народ в данной местности умен, сметлив, но в следствии неразвития своего и ряда причин выработал в себе характер весьма скрытный: здешний крестьянин очень не сообщителен и говорит с посторонним не иначе, как сдерживая и затаивая свои чувства. Особенно резко проявляется эта скрытность в разговоре с чиновниками. Боязнь перед начальством неописуемая". Крестьяне "ни за что один другого не выдадут, живут "всем миром""10. Если своей нарочитой (судя по всему) покорностью крестьяне могли ввести в заблуждение заезжего чиновника, то советские и партийные работники, сами "из народа", понимали ситуацию лучше. Проехавшись по усмиренной территории Вельского вос-

 
стр. 100

 

стания, представитель губернской власти фиксирует "везде раскаивающееся настроение", но при этом признает, что "верить нельзя...; волость такая, если задумала никого не выдавать, то не выдаст, если только взять вымогательством" ".

 

Судя по оценкам исследователя крестьянства Дж. Скотта, такое поведение отнюдь не означает низкий уровень умственного или эмоционального развития; напротив, "тупое смирение есть не более чем поза, тактика", а "согласие и почтение отражают только часть двойной жизни, которой... принуждены были жить все подвластные группы"12. В. И. Ленин упоминал об "идиотизме русской деревни", а Дж. Скотт систематизировал виды пассивного сопротивления крестьянства государственной политике, которые свойственны этому классу, независимо от национальной или цивилизационной принадлежности. Из публикуемого документа можно увидеть действительную мотивацию отказа крестьян выполнять продовольственную разверстку ("Не возить бы... всем, ничего бы не было..., остальное так бы и простилось"). Для начальства были приготовлены другие объяснения. Так, на одной из первых беспартийных конференций в Вельском уезде, в марте 1920 г., крестьяне утверждали, что "не могут выполнить разверстку по шерсти из-за молодости дочерей, яиц - из-за отсутствия мужчин", а после окончания собрания вместо "Интернационала" запели "Отче наш"13. Такое пассивное сопротивление создавало у советских работников впечатление, что на крестьян достаточно лишь надавить, и они все исполнят. И хотя некоторые уездные руководители отдавали себе отчет, что "уезд начинает походить на пороховой погреб, около которого разгорается костер"14, но успокаивались тем, что "крестьянство, разлагаемое антисоветской пропагандой, умеет лишь роптать и волноваться"15, и ждали весны, когда "крестьянству, захваченному полевыми заботами, будет не до восстания".

 

Предлагаемый вниманию читателей документ - заявление в уездный комитет партии, сделанное жителем Есютинской волости Вельского уезда А. П. Сухондяевским. Большую часть жизни он прожил в столице и вернулся в родную деревню с женой-"питеркой" только в 1917 г.; решением сельского общества был направлен по мобилизации в Красную армию, вернулся в 1920 г. в связи с болезнью, полученной на фронтах гражданской войны. Сухондяевский заявил о себе как о коммунисте с августа 1917 года.

 

Судя по всему, адресат, которому направлялось заявление, отнесся к нему без внимания. Вспомнили о нем в результате произошедшего через два месяца восстания, одним из руководителей которого в Евсютинской волости был А. Е. Тетерин, в связи с чем этот документ и был приложен к другим следственным материалам. Опрос жителей деревни по изложенным в заявлении фактам показал, что население было готово защищать Тетерина; в отношении же Сухондяевского и его семьи высказывались негативные оценки (обвиняют в воровстве, недомовитости, дезертирстве). Судя по тому, что этим, встречным обвинениям не был дан ход, следователь сразу же расценил их как коллективную защиту любыми способами "своего" члена общества. По мнению одного из опрошенных, "что у Тетерина с Сухондяевским идет вражда, знаю, и если Тетерины будут страдать, то без вины. Наоборот, [Александр Емельянович Тетерин] говорил: ребята, какая бы власть ни была, а мы должны повиноваться"16.

 

Документ небольшой по объему, написан от руки хорошим почерком, грамотно, что указывает на школьное образование автора. Датируется 17 января 1921 г. и представляет собой подробный, почти стенографический отчет о собрании сельского общества, на котором делегаты уездного съезда Советов знакомили земляков с происходившими на нем событиями. Приходится учитывать, что это все же не стенограмма, а сделанный по памяти отчет, в котором автор зафиксировал только существенные с его точки зрения высказывания.

 
стр. 101

 

Документ публикуется с незначительными сокращениями (в основном убраны повторы, существенно не влияющие на содержание документа), с некоторыми исправлениями орфографии и синтаксиса. Публикацию подготовила Т. И. Трошина.

 

Примечания

 

Работа выполнена при финансовой поддержке гранта РГНФ N 10 - 01 - 48102 а/С.

 

1. ЯРОВ С. В. Крестьянские волнения на Северо-Западе советской России в 1918 - 1919 гг. - Крестьяноведение: Теория. История. Современность. М. 1996. с. 135.

 

2. См., напр.: Письма во власть: 1917 - 1927 гг. М. 1998; Советская деревня глазами ВЧК - ОГПУ-НКВД. В 4-х т. Т. 1. 1918 - 1922: Документы и материалы. М. 2000; Крестьянские истории: российская деревня 1920-х гг. в письмах и документах. М. 2001; ВЧК-ОГПУ о политических настроениях северного крестьянства 1921 - 1927 гг.: Сб. документов. Сыктывкар. 1995; и др.

 

3. См., напр.: Доклад о восстании в Вельском уезде Вологодской губернии. Март 1921 г. В кн.: ВЧК-ОГПУ о политических настроениях северного крестьянства, с. 159 - 167; Воспоминания М. М Ушакова "Авантюра эсеров в Северном крае в 1921 году" (Публ. В. А. САБЛИНА). В кн.: Важский край: источниковедение, история, культура: исслед. и материалы. Вып. 2. Вельск. 2004, с. 253 - 264.

 

4. ЯРОВ СВ. Источники по истории политического протеста в Советской России в 1918- 1923, гг. СПб. 2001, с. 3, 5, 7.

 

5. ФАЙДЖЕСТ О. Крестьянские массы и их участие в политических процессах 1917 - 18 г. В кн.: Анатомия революции. 1917 год в России: массы, партии, власть. СПб. 1994, с. 230.

 

6. ВЕРНЕР Э. М. Почему крестьяне подавали прошения, и почему не следует воспринимать их буквально. - Менталитет и аграрное развитие России. Материалы международной конференции. М. 1996, с. 194 - 208.

 

7. Государственный архив Архангельской области, отдел документов социально-политической истории (ГААО ОДСПИ), ф. 8660, оп. 3, д. 56 (Воспоминания Булатова Ив., 1923 г.), л. 5.

 

8. Архив УФСБ по Архангельской области, д. П-21274, т. 7 (Дело по обвинению крестьян Есютинской волости Вельского уезда в контрреволюционном восстании. 1921 г.), л. 67 - 68.

 

9. Вологодский областной архив новейшей политической истории (ВОАНПИ), ф. 1853, оп. 2, д. 58, л. 17.

 

10. ШУСТИКОВ А. Тавреньга Вельского уезда. Этнографический очерк. В кн.: Живая старина. Вып. 2. СПб. 1895, с. 171 - 181.

 

11. Архив ФСБ по Архангельской области, д. П-21274, т. 5 (Дело по обвинению крестьян Шадринской и Устьвельской волости Вельского уезда в контрреволюционном восстании), л. 3.

 

12. СКОТТ Дж. Оружие слабых: обыденные формы сопротивления крестьян (1985). - Крестьяноведение: Теория. История. Современность. М. 1996, с. 46.

 

13. ГААО ОДСПИ, ф. 8660, оп. 3, д. 61 (Воспоминания Бызалова Ф. В об установлении советской власти в Вельском уезде. 1963 г.), л. 17.

 

14. Государственный архив Вологодской области, ф. 585 (Вологодский губисполком), оп. 3, д. 24 (Телеграмма от Вельского председателя уездисполкома. 1919 г.), л. 142.

 

15. ВОАНПИ, ф. 1853 (Вологодский Губком РКПб), оп. 5, д. 92 (Доклад о восстании в Вельском уезде Вологодской губернии. Март 1921 г.), л. 10 - 17.

 

16. Архив УФСБ по Архангельской области, д. П-21274, т. 7 (Дело по обвинению крестьян Есютинской волости Вельского уезда в контрреволюционном восстании. 1921 г.), л. 71 об.

 

* * *

 

В нашей деревне живут бывший старшина А. Е. Тетерин1 и бывший писарь В. И. Тетерин. Они были делегатами на уездный съезд советов. По возвращении было волостное собрание. Стоял вопрос о вывозке леса2.

 

А. Тетерин говорит: где столько гладкого леса набрать? Да и не успеют они им попользоваться, так как коммунисты через 3 месяца уйдут от власти, потому что, видите, до чего они довели Россию? Я был на крестьянском съезде и слышал, что они и раньше бы ушли от власти, но боялись, что их белые всех перевешают, а теперь у них идут переговоры с белыми, что они отдадут власть, а белые простят их и дадут им уйти за границу.

 

Трошина Татьяна Игоревна - кандидат исторических наук, доцент Поморского государственного университета. Архангельск.

 
стр. 102

 

В. Тетерин: конечно, перевесят. Ведь эти белые люди умные и все ученые. Да слыхано ли дело, что за 2 фунта соли возить сто дерев леса. Говорят, что свободу завоевали, да все подай - дай лошадей, дай коров, овец, масло, яйца, сено, ну! Да еще хвалятся, другие прямо дураки! Да вот не возить бы лесу всем, ничего бы не было: вот ведь была реквизиция на скотину, остался недобор, да так и осталось, дураки тогда много свели скотины, свести бы 2- 3 коровы, а остальное так бы и простилось.

 

Другие согласились: кончено, простилось бы!

 

Спрашивают: а что еще на съезде говорилось?

 

[А. Е. Тетерин]: Да известно, что эти коммунисты говорят - вот, мы разбили Деникина, Юденича, Колчака, Балаховича. А им, брат, как скажут - в ответ только краснеют.

 

Писарь [В. И. Тетерин]: да не больно, видно, краснеют, ведь у них стыда нет!

 

Старшина [А. Е. Тетерин]: краснеют - не краснеют, а говорить-то не знают что. Опять поправятся, да про Колчака, про Деникина. А им: да что вы, легче нам сделали, что три года воевали, да все разбили, да обобрали. А теперь с ними опять заодно - приглашаете их к нам строить фабрики да заводы, а ведь вы говорили, что мы старое все разрушим и создадим новое, хорошее, светлое. А без капиталистов ничего не смогли сделать; сломать да спортить сумели, а построить-то - ау!

 

[Голоса]: Ну, и что же они говорят на это?

 

[А. Е. Тетерин]: Да что говорят? Скоро, говорят, электричество проведут по всем деревням.

 

[Голоса]: Вот как, вот как, да нам и с лучиной хорошо, только бы от нас ничего не брали.

 

[А. Е. Тетерин]: Да как же не брали-то, ведь они есть хотят, ведь они, брат, не сядут хлеб с солью есть да водой запивать, а дай маслица да котлетку.

 

[Голоса]: А нам и соли-то нет!

 

Климов: В газете "Красный набат" написано, что у одного коммуниста нашли 3 пуда масла.

 

[Голоса]: Какие это коммунисты, они же отбирают и воруют, а потом про своих в газете пишут. Что у коммуниста нашли, они бы уж лучше не писали.

 

Старшина [А. Е. Тетерин]. Да их и сам черт не поймет. Ведь посмотрите вы, из каких людей эти коммунисты. Бывший горький пьяница, вор, грабитель, острожник - вот теперь они все коммунисты. Хотите от этих людей хорошего дождаться? Нет, брат, ничего они не сделают, а вот остальное доразорят.

 

Вот как представители крестьянского съезда нашим мужикам объясняют работу съезда!

 

Я не был дома 2 года, очень прискорбно видеть, что наша деревня еще ничуть не изменилась, везде и всюду избирают тех людей, которые стояли у власти при царском режиме, обокрали народные массы. И таким людям народ доверяет и выбирает на съезды для выяснения своих нужд.

 

Все сущая правда, можете спросить у граждан нашей деревни. Может, какие из-за боязни быть в опале кулаков и не подтвердят, но, может, найдутся такие, которые скажут правду.

 

Архив УФСБ по Архангельской области, д. П-21274, т. 7, л. 67 - 68.

 

Примечания

 

1. Тетерин Александр Емельянович, 1866 г.р., деревенский кузнец. С 1908 по 1917 г. был волостным старшиной. По имущественному положению находился под запретом на выборы в комитеты бедноты. За разговоры, что комитеты бедноты создают для того, чтобы бедных и богатых окончательно рассорить, был оштрафован на тысячу рублей. За "смущение" народа и высказывания против коммунистов во время восстания в марте 1921 г. был приговорен Ревтрибуналом к двум годам заключения условно.

 

2. Самая распространенная форма трудовой повинности в Вельском уезде - вывоз леса для Архангельских лесозаводов и других местных предприятий.

Опубликовано 24 марта 2020 года



Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама