Рейтинг
Порталус


ПРИХОДСКОЕ ДУХОВЕНСТВО РОССИИ И РАЗВИТИЕ КРАЕВЕДЕНИЯ В XIX ВЕКЕ

Дата публикации: 21 мая 2021
Автор(ы): В. А. Бердинских
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: РЕЛИГИОВЕДЕНИЕ
Номер публикации: №1621590426


В. А. Бердинских, (c)

Белое (приходское) духовенство Русской православной церкви было значительным -социальным слоем общества и в определенной мере частью существовавшего государственного механизма. Общественный престиж его в XIX в. был невысок. На него возлагались, кроме отправления религиозных треб, также регистрация рождений, браков, смертей; преподавание закона божьего школьникам и студентам, обучение грамоте в церковно-приходских школах.

В дореформенный период духовенство было замкнутым сословием, в которое было трудно попасть и из которого сложно выйти. Среда сельского духовенства очень близко стояла к крестьянству по происхождению, условиям быта, уровню жизни. Только в 1850 г. с духовенства снята была обязанность учить своих детей в духовных учебных заведениях и предоставлено право учить их и воспитывать по их способностям и дарованиям. Реформы 1860-х годов повлияли и на духовенство.

В 1867 г. духовные семинарии были подтянуты (по уровню образования и финансированию) к гимназиям. В 1863 г. семинаристы, окончившие четыре общеобразовательных класса, получили возможность поступать без экзамена в университеты (в 1879 г. это право было отнято). В 1867 г. был уничтожен существовавший порядок наследования церковных должностей путем женитьбы на дочери предместника. В 1869 г. дети всех священно- и церковнослужителей отчислялись от принадлежности к духовному званию, им предоставлялся свободный выбор профессии и право поступления на государственную службу 1 . Русское духовенство было важным источником формирования гуманитарной (творческой и научной) интеллигенции России. В XIX в. наибольшее число образованных людей закончили духовные учебные заведения.

В 1866 г. в стране было 4 духовные академии и 50 духовных семинарий (как правило, по одной на епархию). Только за 25 лет (1867 - 1891) число лиц, учившихся в семинариях, составило 376 183 человека, а обучавшихся в духовных училищах России - 760 630. В 1870 г. в России насчитывалось 39 402 церкви, в которых было 115 619 человек приходского духовенства (священнослужителей из них 39656 человек, остальные - причт) 2 . Вместе с членами семей (а семьи у них были в основном многодетные) они составляли значительную часть грамотного населения страны. В течение всего XIX в. духовенство было массовым источником для пополнения бюрократического аппарата низшими и средними чиновниками. Материальное обеспечение последних было значительно выше дохода основной массы приходских священников. Поэтому среда провинциальных чиновников второй половины XIX в. была сильно заполнена выходцами из духовенства.


Бердинских Виктор Аркадьевич - доктор исторических наук.

стр. 134


В любой губернии духовенство по количеству значительно превосходило дворянство и чиновничество. Во Владимирской губернии, например, к 1876 г. проживало около 4200 потомственных и личных дворян и более 17 тыс. человек приходского духовенства (без членов семей) 3 . Большое значение имело и то, что духовенство было не просто грамотным, а наследственно грамотным сословием со своими ведомственными учебными заведениями, архивами, библиотеками, органами управления, традициями. Трудолюбием, выносливостью, жаждой знаний, упорством бывшие семинаристы и в университетах и на службе значительно превосходили детей свободных сословий.

Гуманитарная нацеленность полученного образования, функции регистратора течения времени в приходе (рождений, браков, смертей), наличие в приходской церкви архива - все это делало приходского священнослужителя сельским историком поневоле, влияло на его мировоззрение, круг занятий. Близость и сопричастность ко всем крестьянским праздникам превращала его в определенной мере и в этнографа, превосходно знавшего все местные обычаи и обряды. В определенном смысле слова русское православное приходское духовенство было потенциально сословием историков. Массовый отклик священнослужителей на вопросники Русского географического общества (РГО) середины XIX в., повсеместное активное участие в научной деятельности губернских статистических комитетов - наглядное тому доказательство. Тульский краевед H. E. Северный, характеризуя местную историографию XIX в., отмечал в 1914 г.: "Между такими коллективными деятелями выдающуюся роль играли до конца XIX в. в порядке времени - Тульская духовная консистория, "Тульские губернские ведомости" (с 1838 г.), Тульский губернский статистический комитет, тульское духовенство всей епархии, ведшее местные церковные летописи" 4 .

С 1890-х годов в епархиях начинается широкое движение за создание особых научных церковно- исторических учреждений, древлехранилищ и музеев. До начала XX в. их было создано в России 16, а к 1917 г. - 59 (по одному на епархию). В числе первых были созданы Архангельский епархиальный церковно-археологический комитет с древлехранилищем (1886 г.), Владимирское церковно-историческое древлехранилище (1886 г.), Воронежский церковно-историко- археологический комитет с древлехранилищем, библиотекой и архивом (1890 г.), издавший 14 томов "Воронежской старины". По мнению Синода, древлехранилища учреждались "для собирания местных исторических памятников и для развития в местном обществе, в духовенстве и среди воспитанников духовно-учебных заведений археологического интереса и знаний и оказывают благотворное влияние на разработку исторических памятников, относящихся к истории России и в частности к истории русской церкви" 5 . Но в 1860 - 1880-х годах губстаткомитеты были единственными доступными для приходского духовенства местными научными центрами. Во многих комитетах 1860-х годов местные священники составляли от трети до половины состава действительных членов.

Мотивы массового обращения к научным историческим и этнографическим занятиям священников разных возрастов многообразны. Посылая в 1848 г. свои ответы на вопросник РГО, заштатный священник села Воскресенского Нижегородской губернии П. С. Смирнов риторически писал в сопроводительном письме: "Так как я совершенный есть неук и невежда, то и не должен был входить со своими строками в столь просвещенное и блистательное общество, но как достиг уже 72 лет, покрылся снеговидною сединою... да последние мои минуты могут быть милому моему отечеству хотя единою строкою годны, а старости и дряхлости моей целебны" 6 .

Стремление поделиться накопленным опытом в любой форме было характерно для многих ушедших на покой по старости священников. Протопоп Нижегородского Спасского собора писал в своих воспоминаниях о прошлом (1889 г.), окидывая взором всю прожитую жизнь: "Жизнь моя многолетняя (69 лет) полна различных проявлений и сторон - назидательных, интересных и курьезных... Был я сельским священником в начале 40-х годов при твердом еще существовании крепостного права и знаю народную жизнь того времени - с ее верою, предрассудками, праздниками, обычаями и повериями. Судил Господь узнать городскую жизнь, когда я был в одном из лучших дворянских приходов Нижнего Новгорода. Судил Господь изведать соборную бесприходную суетливую жизнь

стр. 135


вблизи высшей духовной власти... Какое обилие впечатлений... Какое обилие случаев для наблюдений, изучений всевозможных сторон жизни... Дал бы мне Господь изобразить хотя бы тысящную долю того, что я видел, что меня занимало, что полезно для истории и что назидательно для последующих поколений,- изобразить придерживаясь этнографической формы" 7 .

Налицо стремление автора к анализу своего многообразного жизненного опыта и тяга его к научным (этнографическим) формам работы. Все же основная часть священников - актива статистических комитетов - в 1860-е годы были или начинающей молодежью или людьми зрелыми. Некоторые из них продолжали свои исторические и этнографические работы в течение всей жизни. Влияние идейных воззрений и нравственных установок шестидесятничества осталось в них на всю жизнь.

Тематика работ этих авторов, как правило, касалась того, что они хорошо знали в окружающей жизни: это исторические и этнографические описания сел, приходов, уездных городов, быта окрестного населения. Во многих семьях складывались прочные краеведческие традиции и нередки были случаи, когда и отец и сын занимались краеведением. Из 77 лиц, указанных в биографическом справочнике "Вологжане-краеведы" (1923 г.), более половины - выходцы из духовенства 8 .

Характерна фигура Ивана Герасимовича Кибардина (1817 - 1873) - деятельного члена Вятского статистического комитета, 37 лет (до смерти) прослужившего священником в наследственном богатом приходе села Лекма Слободского уезда. Помимо присылаемых им в статистический комитет исторических описаний родного уезда, он был активным и энергичным общественным деятелем уездного масштаба. В его биографии, составленной преемником в приходе, указывалось: "Долголетняя и примерная жизнь на одном месте и многоплодное и полезное служение его церкви приобрели ему полное доверие и любовь от его прихожан... Темы для своих поучений он нередко брал из особенных обстоятельств своего прихода... В память о себе он оставил церковь, построенную им на свои средства" 9 .

27 лет он обучал в домашней и приходской школе крестьянских мальчиков. С 1863 г. он состоял действительным членом Вятского статкомитета, а с 1864 г. был благочинным в своем округе. С 1873 г. все трехлетие был секретарем уездного земского собрания. Не случайно издание его "Описания" Слободского уезда финансировалось уездным земством. Закономерно, что сменивший его в приходе священник М. Утробин, продолжая традицию Кибардина, написал и опубликовал "Историческое описание села Лекмы Слободского уезда", основанное на материалах церковного архива 10 .

Другой распространенный тип свободомыслящего образованного священника, связанного с передовой демократической печатью, олицетворял Михаил Ионович Осокин (1828 - 1876). Он служил в богатых приходах Нолинского уезда Вятской губернии и был на хорошем счету у епархиального начальства. Первая его работа, созданная под влиянием вопросников и анкет РГО, была этнографической. Она опубликована в 1856 г. в "Современнике" под названием "Народный быт в северовосточной России" и состояла из трех частей. В первой части (1856, сентябрь) сообщались сведения о составе населения Малмыжского уезда Вятской губернии, описывались обычаи и обряды местных крестьян при рождении и смерти, во второй (1856, ноябрь) рассказывалось о народном самолечении и крестьянской демонологии, в третьей (1856, декабрь) содержались сведения об оборотнях и приводились две крестьянские легенды.

По содержанию статей видно, что их автор глубоко знал местный быт и нравы; он сообщал много интересных фактов, часто словами своих собеседников-крестьян. Работа Осокина даже вызвала некоторую полемику в кругу столичных авторов. И. И. Срезневский считал его статьи слишком мелко детализированными, перегруженными незначительными подробностями. На это Н. А. Добролюбов возражал, считая, что этнографу надо брать решительно все и лишь позднейший исследователь будет в состоянии отделить главное от случайного 11 . В Вятке статьи Осокина имели успех и в выдержках были помещены в "Вятских губернских ведомостях" 12 .

Осокин и многие другие ему подобные авторы не делали большого различия между своими литературными и научными работами. Поэтому так органичен в творчестве Осокина роман из жизни русского духовенства "Ливанов", напечатанный в "Русском слове" за подписью "Н. Осокин" (1864, апрель - июнь). По мнению

стр. 136


E. Д. Петряева, Осокин заменил инициалы для маскировки, так как священнику неудобно было печататься в журнале крайних радикалов 13 . Роман явно автобиографичен и наделал на Вятке много шума. Литератор и публицист, историк и этнограф Осокин переписывался с Н. Г. Чернышевским, Д. И. Писаревым, Н. В. Шелгуновым, M. E. Салтыковым-Щедриным. Он был гласным уездного и губернского земств, активным сотрудником статистического комитета, одним из создателей Нолинской женской гимназии. Сын его, Иван Михайлович Осокин (1864 - 1921) закончил Вятскую духовную семинарию и Казанскую духовную академию и был известным вятским историком-краеведом, автором многочисленных работ о местной церковной старине. Являясь активнейшим сотрудником Вятской ученой архивной комиссии, он много сделал для спасения вятских архивов от гибели. Семейные краеведческие традиции в русской провинции второй половины XIX - начала XX в. были явлением распространенным и приносившим большую пользу изучению края. В семьях создавались ценные библиотеки, личные архивы, коллекции, шла концентрация краеведческих знаний и методики исследования.

Активно шло исследование этнографии нерусских народов России. В губерниях севера и средней полосы России, Поволжья это касалось прежде всего небольших финно-угорских народностей, а также тюркоязычных этносов. Поскольку многие из этих народов еще в XVIII в. были язычниками, первыми исследователями их истории, языка и культуры становились местные священники.

Колоритна фигура священника Григория Егоровича Верещагина, первого этнографа-удмурта (1851 - 1930). Его этнографические работы посвящены удмуртскому населению Сарапульского уезда Вятской губернии. За свои две первые фундаментальные работы "Вотяки Сосновского края" и "Вотяки Сарапульского уезда Вятской губернии", созданные им по программе РГО, автор был награжден серебряной медалью РГО, а его работы опубликованы в "Записках РГО" 14 . Учтена 21 работа этого автора. Как правило, они невелики по объему и посвящены устному народному творчеству удмуртов, народной медицине, знахарству, мифологии удмуртов и археологическим памятникам.

По мнению современных исследователей удмуртской этнографии, "названные монографии Г. Верещагина по широте охвата представляют собой своего рода энциклопедию дореволюционной жизни удмуртского народа" 15 . Постоянно проживая среди удмуртов, Верещагин имел возможность (в отличие от ученых в экспедициях) глубоко проникнуть в строй духовной и материальной жизни удмуртского народа. Значительно мешало его работе отсутствие серьезного систематического образования. Закончив Сарапульское реальное училище, Верещагин учительствовал в земских школах, а затем принял духовный сан и в течение 27 лет был приходским священником. Занимаясь этнографией с 1880 гг., он довольно быстро создал две свои основные работы (1886, 1889), написанные в беллетризированной форме. Также он стал автором первого оригинального художественного произведения на удмуртском языке 16 . Для его творчества показателен и большой художественно-этнографический очерк "Общинное землевладение у вотяков Сарапульского уезда", опубликованный в "Календаре и памятной книжке Вятской губернии на 1896 год". По своим воззрениям Верещагин был гуманистом-просветителем. Главный смысл своей жизни он видел в христианском просвещении народа.

Итак, в русской провинции второй половины XIX в. приходское духовенство было значительной культурной силой. Достаточно характерной для 1860 - 1880-х годов являлась фигура сельского священника, историка и этнографа-любителя, члена губернского статистического комитета.

Гуманитарное образование, общественный подъем 1860-х годов, наличие постоянных организационных краеведческих центров в виде губернских статистических комитетов, нацеленность краеведческих материалов в местной печати на деятельного читателя, стремление большей личностной реализации, желание выйти из привычного круга занятий, влияние передовой литературы - таковы основные предпосылки обращения многих десятков приходских священников во второй половине XIX в. к занятиям историей и этнографией родного края.

Явление это было социально обусловленным: в селе, приходе функции официального историка, регистратора течения времени внутри небольшой общности людей возлагались именно на священника. Существование церковного архива, где часто имелись документы XVII - XVIII вв., ведение метрических и исповедных книг,

стр. 137


составление клировых ведомостей, все это делало таких людей своеобразными генеалогами поневоле, сопричастными ходу истории, позволяло им свободно ориентироваться в прошлом, а следовательно, и отделять его от настоящего, а настоящее от будущего. Будучи своими в тесном сельском мирке, они одновременно были отстранены от него своим положением и образованием и могли взглянуть на привычные крестьянские занятия с точки зрения этнографа. Именно эта среда приходского духовенства в условиях провинциальной России XIX в. создала благоприятные условия для формирования исторического сознания народа.

Примечания

1. ЛЕЙКИНА-СВИРСКАЯ В. Р. Интеллигенция в России во второй половине XIX в. М. 1971, с. 100 - 102.

2. ПРЕОБРАЖЕНСКИЙ И. Отечественная церковь по статистическим данным с 1840/41 по 1890/91 гг. СПб. 1901, с. 180 - 181, 29.

3. Протокол годичного собрания Владимирского губернского статистического комитета 27 мая 1876 г. Б. м. Б. г., с. 1.

4. СЕВЕРНЫЙ H. E. Мои занятия по историческому изучению Тульского края. Тула. 1914, с. 37.

5. Сборник материалов, относящихся до архивной части в России. Т. 2. Пг. 1917, с. 326 - 369.

6. Архив Русского географического общества, ф. 23, оп. 1, д. 82, л. 1 - 1об.

7. Государственный архив Нижегородской области, ф. 2018, оп. 602а, д. 133, л. 71 - 74.

8. ВЕСЕЛОВСКИЕ А. и А. Вологжане-краеведы. Вологда. 1923.

9. Государственный архив Кировской области, ф. 574, оп. 8, д. 41, л. 4

10. УТРОБИН М. Историческое описание села Лекмы Слободского уезда.- Вятские епархиальные ведомости, 1878, N 19.

11. ДОБРОЛЮБОВ Н. А. Собр. соч. Т. 8. М. 1962, с. 542 - 543.

12. Вятские губернские ведомости, 1857, N 8, 9, 11, 12, 13.

13. ПЕТРЯЕВ Е. Д. Люди, рукописи, книги: литературные находки. Киров. 1970, с. 90 - 95.

14. ВЕРЕЩАГИН Г. Е. Вотяки Сосновского края. В кн.: Записки РГО. Т. 14. Вып. 2. СПб. 1886.

15. ВЛАДЫКИН В. Е., ХРИСТОФОРОВА Л. С. История этнографии удмуртов. Ижевск. 1984, с. 36.

16. Писатели Удмуртии: Биобиблиографический справочник. Ижевск. 1989, с. 90 - 95.

Опубликовано на Порталусе 21 мая 2021 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама