О ДЕЙСТВИИ ОСНОВНОГО ЭКОНОМИЧЕСКОГО ЗАКОНА ФЕОДАЛИЗМА В РОССИИ

Авторы статей об основном экономическом законе феодализма Б. Ф. Поршнев, а также М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин попытались установить главные тенденции в развитии феодализма на конкретно-историческом материале стран Западной Европы. Нас интересует прежде всего вопрос о действии закона феодальной ренты в России. Нам кажется, что рассмотрение этого вопроса поможет раскрыть не только специфические особенности развития феодализма в России, но и лучше познать типические черты закона движения феодальной формации в целом.

Как известно, действие законов экономического развития зависит от определенных экономических условий, с исчезновением которых законы теряют свою силу и сходят со сцены¹ . Однако М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин рассматривают закон феодальной ренты вне связи с условиями, которые сделали его действие возможным и необходимым. Вместе с тем М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин не учитывают также действия других законов, в том числе важнейшего для всех общественных формаций общесоциологического закона обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил. Об этом законе они не упоминают даже тогда, когда говорят о разложении феодализма и возникновении капиталистических отношений; в результате складывается представление, будто происходило мирное, эволюционное перерастание феодализма в капитализм.

М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин подчеркивают, что наличие феодальной собственности приводило к частному характеру присвоения. В свою очередь частный характер присвоения вступал в противоречие с индивидуальным характером производства при' феодализме. Развитие этого противоречия действительно является формой движения "феодального способа производства² . Однако, говоря об этом противоречии, М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин рассматривают изменения лишь одной его стороны: они отмечают усиление индивидуального характера производства, но упускают из виду, что я частный" характер присвоения не оставался неизменным. Соотношение этих двух сторон основного противоречия феодализма зависело от того, - сокращалась или увеличивалась феодальная собственность на землю. М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин утверждают, - что в странах Западной Европы происходило сокращение феодальной собственности на землю, в результате чего развивалось самостоятельное крестьянское хозяйство.

¹ См. И. Сталин. Экономические проблемы социализма в СССР: Госполитиздат. 1952, стр. 5 - 6.

² См. М. Н. Мейман. Движение феодального способа производства. - "Исторические записки". Т. 42.

В России развитие феодализма шло по иному пути. В IX - X вв. здесь произошло оформление феодальной собственности на землю, причем преобладающей формой эксплуатации стала отработочная рента. В качестве основного экономического закона вступил в действие закон феодальной ренты. В конце XI в. развитие феодальной собственности выразилось в образовании вотчины-сеньерии, в связи с чем произошел переход от примитивной барщины к продуктовой ренте³ .

Означал ли этот переход увеличение нормы феодальной ренты? Повидимому, да. Во всяком случае, идеологи старой, боярской знати, изображая себя "защитниками" народа, упрекали дружинников-дворян в том, что они стали собирать с крестьян больше "вир" и "продаж"⁴ . Увеличение нормы феодальной эксплуатации можно особенно отчетливо проследить с конца XV в., когда феодальная собственность получила новую форму - поместной системы. На этой основе произошел переход к барщине и зародилась денежная рента⁵ .

О том, что этот процесс имел отношение к увеличению феодальной ранты, свидетельствуют факты, связанные с широко известной грамотой митрополита Киприана (конец XIV века). В данном случае благодаря активному сопротивлению крестьян феодалу не удалось добиться повышения нормы феодальной ренты. К тому же еще не созрели хозяйственные условия для того, чтобы повышение нормы феодальной ренты стало необходимым. "Для нововведений, очевидно, еще не пришло время", - замечает по этому поводу акад. Греков⁶ . Время это наступило очень скоро: грамота великого князя Василия Васильевича на митрополичьи села Юрьевского уезда около 1461 г. свидетельствует о том, что церковные села опустели не только от татар, но и "от потугов не по силе".

Между 1466 и 1473 гг. по жалобе митрополита Филиппа Иван III отобрал в его пользу землю у Ивана Шушерина, несмотря на то, что несколько ранее сам дал Шушерину грамоту на спорную землю. С конца XV в. стремление феодалов увеличить норму эксплуатации крестьян становится все более настойчивым⁷ . Чтобы сломить сопротивление крестьян, феодальное государство к середине XVII в. осуществило их полное закрепощение. После этого процесс усиления нормы феодальной ренты пошел особенно быстро.

Возникает вопрос, почему, несмотря на потребительский характер производства, переход от одной формы феодальной ренты к другой сопровождался ее возрастанием? Чтобы ответить на него, обратим прежде всего внимание на то обстоятельство, что в конце XI - начале XII в., когда в России обозначился переход к ренте продуктами, капиталистических отношений в Европе еще не существовало и, следовательно, они не могли повлиять на усиление феодальной эксплуатации в России. В конце XV в. некоторые страны уже вступили на путь капиталистического развития, и Россия завязала с ними торговые отношения. Так, в XVI - начале XVII в. Россия вывозила хлеб в Швецию, Голландию, Англию. Однако, как правильно указывал Б. Д. Греков, "заграничная торговля хлебом в это время еще не играла сколько-нибудь значительной роли, способной повлиять на общее состояние сельского хозяйства в России"⁸ .

Переход от примитивной барщины к натуральному оброку (XI в.) совпал с важным этапом в развитии товарного производства⁹ . Но рост его был особенно значительным с конца XV в. и вызвал расширение внутреннего рынка. Следует отметить, что положение И. В. Сталина о том, что товарное производство "обслуживало феодализм", часто понимается лишь в смысле удовлетворения потребностей феодального хозяйства продуктами ремесла и промыслов. Не раскрывается влияние товарного производства

³ Это в известной мере признают и авторы "Очерков истории СССР" (Ч. I. М. 1953, стр. 278).

⁴ См. там же, стр. 299.

⁵ Я согласен с Б. Ф. Поршневым, который отмечает, что в данном случае это была своеобразная форма развития ренты, так как продукты барщинного хозяйства производились теперь не только для внутреннего потребления, но и для продажи на рынке.

⁶ Б. Д. Греков. Крестьяне на Руси М. -Л. 1946, стр. 542.

⁷ См. там же, стр. 544 - 545.

⁸ Там же, стр. 553.

⁹ См. Л. В. Данилова, В. Т. Пашуто. Товарное производство на Руси (до XVII в). "Вопросы истории". 1954, N1, стр. 136.

на феодальные производственные отношения. В известной степени этот упрек можно адресовать и Л. В. Даниловой и В. Т. Пашуто. Товарное производство усиливало феодальную эксплуатацию. На этой основе и сложилась свойственная феодальному обществу противоположность между городом и деревней. М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин правильно отмечают, что, продавая деревне товары по повышенным, монопольным ценам, ремесленники присваивали часть феодальной ренты и прибавочного продукта крестьян ("Вопросы истории", 1954, N2, стр. 82).

Все эти соображения позволяют утверждать, что действие основного экономического закона феодализма связано с усилением эксплуатации крестьян. Мнение Б. Ф. Поршнева, что переход от одной формы ренты к другой является средством ее возрастания, подтверждается ходом исторического развития России. Более того: поскольку товарное производство сопутствует феодализму, возрастание нормы феодальной ренты можно считать типичным для феодального общества явлением. Это подтверждается не только историей России. Н. А. Сидорова, например, отмечает рост феодальной ренты во Франции XI и XII вв., М. А. Барг - в Англии XI - XIII веков¹⁰ . Наоборот, ослабление феодальной эксплуатации является аномалией, связанной с неразвитостью товарного производства в данной стране.

Можно утверждать, что примерно до XIV - XV вв. действие основного закона феодализма в России и в странах Западной Европы проявлялось одинаково. Затем наступила значительная разница в характере их исторического развития. В Западной Европе товарное производство стало превращаться в капиталистическое, начался первый этап развития капитализма - этап мелкотоварного производства. Тогда-то в Западной Европе и получило распространение мелкое крестьянское хозяйство. М. Н. Мейман и С. Д. Сказкин правильно считают этот процесс результатом действия закона феодальной ренты. Но надо добавить, что действие закона феодальной ренты в условиях разложения крестьянства носило двоякий характер. Для зажиточных крестьян переход к денежной ренте был выгоден, так как давал больший простор их хозяйственной самостоятельности. Но основной массе крестьян денежная рента была непосильна: она вела их к разорению. Таким образом, эксплуатация крестьян усиливалась. Больше того: происходила экспроприация крестьянства, что являлось главным условием для возникновения в развития капиталистической собственности¹¹ . Происходил одновременный процесс образования самостоятельных крестьянских хозяйств и превращения рабочей силы в товар, свойственный периоду первоначального накопления капитала.

В России XV - XVI вв. этого процесса не наблюдалось. Наоборот, здесь преобладающей формой феодальной ренты становилась барщина, сопровождавшаяся не сокращением, а расширением хозяйства феодала. Аналогичное явление наблюдалось и в Восточной Германии, Польше, Прибалтике. Сходство процессов развития этих стран вряд ли можно объяснить действием одних и тех же причин. Каждая из этих стран развивалась в специфических условиях¹² . Для России были характерны разрушение производительных сил в период татаро-монгольского нашествия и установление после него тяжелой зависимости от Золотой Орды. Исследования Б. А. Рыбакова показывают, что накануне татаро-монгольского нашествия русское ремесло достигло высокой степени развития.

¹⁰ Н. А. Сидорова. Очерки по истории ранней городской культуры во Франции. М. 1953, стр. 20; М. А. Барг. Эволюция феодального землевладения в Англии XI - XIII веков. "Вопросы истории". 1953, N11.

¹¹ Стремление феодального дворянства к усилению феодальной эксплуатации в период разложения феодализма правильно отмечалось М. Н. Мейманом в статье "Движение феодального способа производства" ("Исторические записки". Т. 42, стр. 157). Концепция, защищаемая ныне М. Н. Мейманом и С. Д. Сказкиным по вопросу об основном экономическом законе феодализма, находится в противоречии с утверждением самого же М. Н. Меймана.

¹² В нашей литературе часто встречается ссылка на указание Маркса об особенностях исторического развития стран, лежащих на восток от Эльбы, в отличие от стран, расположенных к западу от нее. Следует, однако, сказать, что в данном случае К. Маркс лишь отметил факт различия в развитии стран Европы; это отнюдь не освобождает нас от обязанности изучить конкретные причины своеобразия развитая каждой страны, расположенной к востоку от Эльбы. Вместо этого некоторые историки ссылкой на Маркса часто отмахиваются от исследования вопроса по существу, считая, очевидно, что само географическое положение стран достаточно объясняет специфику их развития.

Можно предполагать, что разделение труда внутри ремесла достигло такой степени, когда стало возможным образование мануфактурного производства. Не случайно вместе с возрождением ремесла в Москве в 1488 г. был открыт пушечный двор - древнейшая русская мануфактура. Однако главной формой использования чужого труда в промышленности в XV - XVI вв. оставалось ученичество, рабочая сила не превращалась в товар. Степень развития товарного производства характеризовалась тем, что отдельные отрасли ремесла стали переходить от работы на заказ к работе на рынок, усилилась связь с рынком крестьянского хозяйства¹³ . Однако в целом товарное производство еще не создало условий для образования самостоятельных мелкотоварных крестьянских хозяйств. Поэтому действие закона феодальной ренты в России в XV - XVI вв. выразилось не в переходе к денежной ренте, которая является формой разложения феодальной ренты, а в появлении барщины.

В отличие от барщины IX - XI столетий барщина XV - XVI вв. была связана с товарным производством. Как отмечалось выше, этим и объяснялось возрастание нормы феодальной эксплуатации. По мнению И. И. Смирнова, три момента характеризуют изменения в положении крестьянства в связи с опричниной: захват крестьянских земель; обострение борьбы за крестьянина как рабочую силу; рост крестьянских повинностей¹⁴ . Отсюда и вытекает неизбежность крестьянской войны в России в начале XVII в. и в последующее время. Если же принять положение М. Н. Меймана и С. Д. Сказкина о возможности смягчения эксплуатации по мере развития феодализма, то крестьянские войны придется расценивать как случайные, вызванные конъюнктурными обстоятельствами явления.

Крестьянская война начала XVII в. нанесла тяжелый удар основе феодализма - феодальному землевладению¹⁵ . Усилия феодального государства после крестьянской войны были направлены на укрепление экономического господства помещиков. К середине XVII в. в центральных районах государства барская запашка стала занимать половину, а в отдельных местах - до 90% всей пашни¹⁶ . Этот рост происходил не только за счет крестьянской земли, но и за счет дворцовых владений; несмотря на это, к концу XVH в. в центральных уездах крестьянская запашка сократилась не менее чем на 20 - 25%¹⁷ . Особенностью роста феодальной собственности этого периода являлся процесс превращения условного землевладения в безусловное вотчинное, что было окончательно закреплено указом о единонаследии 1714 года.

Расширение и укрепление феодальной собственности были связаны с проникновением товарного производства в крестьянское и барское хозяйство. Материалы хозяйства боярина Морозова свидетельствуют о широком использовании на промыслах так называемых деловых людей. В большинстве случаев это были недоимщики, вынужденные отрабатывать недоимки а отрыве от своего хозяйства. Но были и крестьяне, которые посылали на промыслы вместо себя других людей¹⁸ . Это свидетельствует о значительной: степени расслоения-крестьянства. Рост феодальной ренты подрывал хозяйство неимущих; зажиточные же крестьяне находили пути для преодоления феодальных рогаток.

Рост одних и разорение других крестьянских хозяйств происходили в условиях повышения феодальной ренты и были тесно связаны с усилением разделения труда и ростом товарного производства. Эта тенденция, обозначившаяся еще в условиях феодализма и простого товарного производства, получила развитие с возникновением капиталистического производства. Так, во второй половине XVIII в. помещики делили своих "подданных" по экономической самостоятельности на четыре группы: "действительные хозяйства", "хозяева еще не зажиточные", "надёжные быть хозяевами", "вовсе безнадежные к хлебопашеству люди, также недоученные грамоте и мастеровые"¹⁹ . "Действитель-

¹³ См. "История Москвы". Т. I. М. 1952, стр. 134, 150.

¹⁴ См. И. И. Смирнов. Восстание Болотникова. Госполитиздат. 1951, стр. 44.

¹⁵ Там же, стр. 500.

¹⁶ См. П. И. Лященко. История народного хозяйства СССР. Т. I. М. -Л. 1952, стр. 292.

¹⁷ См. там же, стр. 294.

¹⁸ См. П. Ф. Баканов. Товарное производство в феодальной вотчине XVII века. "Вопросы истории". 1953, N5, стр. 99.

¹⁹ См. П. И. Лященко. Указ. соч., стр. 436.

ные хозяева", несмотря на личную зависимость от помещика, в экономическом отношении были в значительной степени самостоятельными. Это выражалось в том, что они имели вдвое больше земли, чем другие крестьяне, и, главное, могли нанимать рабочую силу. "Вовсе безнадежные" не наделялись землей и по своему положению сравнивались с мастеровыми. Хозяйственная самостоятельность зажиточных крестьян наиболее, ярко, проявилась в распространении среди них крестьянских промыслов²⁰ . Это имело особенно важное значение, так как порождало более высокую форму промышленного, производства капиталистическую мануфактуру.

Из концепции М. Н. Меймана и С. Д. Сказкина вытекает, что историческая роль закона феодальной ренты оставалась неизменной для всей эпохи феодализма. Между тем возникновение конфликта между уровнем производительных сил и феодальными производственными отношениями оказало огромное влияние на характер действия основного экономического закона феодализма. Если раньше феодальная рента выступала в качестве стимула для развития феодального производства, то теперь ода стала, препятствовать развитию капиталистического производства, так как достигла тай степени, когда стала, по выражению Маркса, "границей прибыли"²¹ .

Возникшее капиталистическое производство усилило стремление помещиков к увеличению доходности своего хозяйства. С разложением крепостничества феодальная рента продолжала возрастать. Но, наряду с преобладанием в России феодальной собственности, в ряде отраслей промышленности хлопчатобумажной, шелковой - возникла капиталистическая собственность, вступил в действие закон капиталистической прибыли, который стал теперь играть роль стимула производства. В то время как в сельском хозяйстве и в металлургии, где в основном сохранялось действие закона феодальной ренты, наблюдался полный застой, те предприятия или отрасли народного хозяйства, которые стали сферой действия закона капиталистической прибыли, быстро развивались и прогрессировали. Однако сфера действия закона капиталистической прибыли " период разложения крепостничества была еще узка; этот закон еще не стал основным экономическим законом общества. Закон феодальной ренты и закон прибыли находились в постоянном взаимодействии и враждебном столкновении друг с другом/что проявлялось" в отношениях между крестьянами и помещиками, между буржуазией и помещиками. Если противоречия между крестьянами и помещиками носили антагонистический характер, то противоречия между помещиками и буржуазией могли стать не антагонистическими, поскольку закон феодальной ренты, потеряв значение основного экономического закона, мог продолжать существовать и в условиях капиталистического строя (в случае, если сохранялась помещичья собственность на землю).

Главным результатом развития феодализма явилось образование мелкотоварного производства; оно вплотную подвело общество к капитализму. Возрастание феодальной ренты в России при переходе от одной формы к другой было, вызвано не воздействием внешнего рынка, а условиями внутреннего развития. Составляет ли это явление особенности исторического развития России? Мне кажется, нет. Во всех странах феодальной Европы главные условия действия основного экономического закона феодализма были одинаковы. Своеобразные условия развития каждой страны могут привести к тем или иным отклонениям в действии основного экономического закона, но они не могут изменить его направления.

²⁰ А. Л. Шапиро в работе "Крестьянские промыслы и мануфактуры в России в XVIII в. ("Исторические записки". Т. 31, стр. 150 - 151) показывает, как помещики использовали в своих интересах, рост доходов зажиточных крестьян, и характеризует влияние феодальной ренты на крестьянские промыслы.

²¹ См. К. Маркс. Капитал. Т. III. Госполитиздат. 1953, стр. 811.