Впервые оказавшись летом 1693 г. в единственном в то время русском морском порту Архангельске, Петр пишет матери:

Государыне моей матушке царице Наталье Кирилловне.

Изволила ты писать, что я тебя, государыню, опечалил тем, что о приезде своем не отписал. И о том и ныне подлинно отписать не могу, для того, что дожидаюсь кораблей, а как ане будут, от том нихто не ведает, а ожидают вскоре, потому что болше трех недель отпущены из Амстердама; а как ане будут, поеду тот час день и ночь. Чего для изволишь печалитца обо мне? Изволила ты писать, что предала меня в паству Матери Божией; и такова, пастыря имеючи, почто печаловать? Тоя бо молитвами и предстательством не точию [= не только] я един, но и мир сохраняет Господь. За сем благословения прошу.

Недостойный

Петрушка.

От [Архангельского] Города, августа в 14 день.

В июле 1696 г. Петр пишет сестре Наталье из-под стен осажденного Азова:

Сестрица, здравствуй! А я слава Богу, здоров. По письму твоему я к ядрам и пулькам близко не хожу, а они ко мне ходят. Прикажи им, чтобы не ходили; однако хотя и ходят, только по ся поры вежливо. Турки на помощь пришли [осажденным в крепости Азов], да к нам нейдут; а чаю, что желают нас к себе.

Piter.