Рейтинг
Порталус


ОБЗОРЫ И РЕЦЕНЗИИ. Е. С. ГАЛКИНА. Тайны Русского каганата

Дата публикации: 16 февраля 2022
Автор(ы): Д. Е. МИШИН
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ИСТОРИЯ РОССИИ
Номер публикации: №1645019234


Д. Е. МИШИН, (c)

М., 2002. 432 с.

Появление рецензируемой книги Е. С. Галкиной - безусловно знаменательное событие, примечательное прежде всего тем, что с ним открывается, кажется, новый этап в вековой полемике норманистов и антинорманистов. Сам автор, видимо, понимает это. Всю предыдущую историографию Е. С. Галкина рассматривает именно в контексте противоборства указанных течений (С. 14 - 36), заключая: "...российская наука сейчас впервые имеет достаточно материала, чтобы раскрыть загадку Русского каганата, мучившую ученых уже триста лет" (С. 38). Интересно, что при анализе историографии автор выделяет даже "неонорманистов", позиция которых, по его мнению, не отличается от позиций норманистов старых. Утверждается, что со времен Байера и Миллера норманисты "не выдвинули ни одного нового аргумента" (С. 29). А вот у антинорманистов, как показывает появившаяся книга, - наоборот, подвижки. Если старый антинорманизм, начиная с Ломоносова, Гедеонова, Иловайского и кончая Рыбаковым и Седовым, однозначно отождествлял русов со славянами, то антинорманизм новый, ничуть не менее резкий по отношению к своим оппонентам, на этом уже не настаивает. Е. С. Галкина присоединяется к мнению тех авторов, которые полагают, что "сообщения восточных источников дают возможность трактовать славян и русов как два разных этноса" (С. 187); вслед за этим начинаются рассуждения о том, что "главным государствообразующим и политически доминирующим этносом в каганате были носители степного варианта СМК (салтово-маяцкой культуры. - Д. М.) - сармато-аланы, которые в письменных свидетельствах называются русами" (С. 233). Русы, тем самым, - не славяне, и в этом отношении автор очевидно отходит от постулатов старого антинорманизма. Из его построений Е. С, Галкина заимствует отрицание какого бы то ни было влияния скандинавов на Русь и ее население, после чего она идет далее самостоятельно и ищет основателей Древнерусского государства среди алан. Тем самым оказывается, что древнейшее Русское государство основано неславянским этническим элементом!

стр. 93


Перейдем, однако, к вопросу о пресловутом "Русском каганате". Е. С. Галкина говорит о "Русском" (читай - сармато-аланском) государстве с хаканом (каганом) во главе в верховьях Северного Донца, Оскола и на среднем и частично верхнем Дону. Это государство, по ее мнению, существовало до 30-х годов IX в., когда оно было разорено венграми, направленными Хазарским каганатом. Автор преимущественно опирается на данные археологии, однако они, если судить по книге, не дают ни малейшего основания констатировать существование "Русского каганата": нет ни надписей каганов или о них, ни одного погребения кагана и т.д. И поэтому доказать факт существования "Русского каганата" как государственного образования (а не салтово-маяцкой культуры и ее носителей вообще) можно только на базе письменных источников.

Письменные источники дают следующую картину. Сведения о правлении кагана у русов обнаруживаются в "Вертинских анналах" и восточных источниках. Начнем с анналов. Император Людовик Благочестивый, приняв в 839 г. послов "хакана русов", возвращавшихся через Франкское королевство домой из Византии, обнаружил, что они из народа свеонов. Идентификация этих свеонов со шведами общепринята в литературе, однако Е. С. Галкина пытается оспорить ее, ссылаясь на упоминание о племени свионов у Тацита. По ее мнению, свионы Тацита - небольшое островное балтийское племя (С. 43, 359). Эта трактовка слов Тацита неверна. Дело в том, что Тацит прямо относит свионов к германцам: "Да и оружие в отличие от прочих германцев (курсив мой. -Д. М.) не дозволяется у них (свионов. -Д. М.) иметь каждому" [1. С. 371]. Таким образом, свионы Тацита - вовсе не балтийская, а германо-скандинавская народность. Далее, автор настаивает на том, что "к концу I тысячелетия н.э. свеонами в западных источниках называли все население побережья Балтийского моря" (С. 43 - 44). Для такого обобщения необходима солидная работа над источниками, анализ не одного случая, но в книге не приводится никаких примеров в подтверждение данного тезиса. И тезис поэтому остается бездоказательным.

Самое интересное, однако, начинается далее. В предложении, следующем за процитированным, автор утверждает, что "как ясно указано в анналах, никакого отношения к русам свеоны не имели" (С. 44). Если это действительно так, непонятно, почему русы из "Русского каганата", отправляя в Византию посольство для обсуждения жизненно важных для их государства вопросов, назначили своими послами людей, не имевших к ним никакого отношения. Объяснение Е. С. Галкиной: "Русский каганат имел какие-то контакты (и весьма тесные) (так какие все-таки: какие-то или весьма тесные? - ДМ.) с Прибалтикой, хотя и находился далеко от нее" (С. 44). Правители каганата, тем самым, доверили важнейшую миссию ... своим далеким торговым партнерам, с которыми их связывали только "какие-то" контакты. Кроме того, если это были представители балтийских племен - т.е., например, пруссов, леттов, ливов, эстов и т.д., то что понимали они в византийских делах, чтобы быть послами? Можно ли назвать хоть один бесспорно зафиксированный случай пребывания в Константинополе посольства какого-либо балтийского племени? Мне кажется, идея прибалтийского посольства в Константинополь слишком фантастична, чтобы ее можно было принимать всерьез.

С восточными источниками дела обстоят еще хуже. Автор находит "хакана русов" в "Анонимной записке" (сведения из трактатов Ибн Ростэ, Гардизи, ал- Марвази, в "Худуд ал-Алам" и т.д.). Сведения восточных источников изучаются в третьей главе ("Русский каганат: место на карте") части I. Каково же место каганата на карте? Реально при локализации русов автор использует только "Худуд ал-Алам", определяя восточную границу земель русов с хаканом во главе (С. 127). Подкрепляется это тем, что "древнейшими сведениями (из тех, что сохранились) о русах обладал анонимный автор "Пределов мира" (т.е. "Худуд ал-Алам". - Д. М.) (С. 137). Но на основании чего сделан был такой вывод? Прийти к нему можно было только на основе текстуального анализа "Худуд ал-Алам" в сравнении с другими арабскими и персидскими источниками. Однако текстуальный анализ и вообще работа с источниками - не стихия автора. Насколько можно заключить из книги, Е. С. Галкина не владеет ни арабским языком, ни персидским: например, положение о том, что "арабские буквы вав и фа отличаются в скорописи только одной диакритической точкой" (С. 273), неверно. Но автору, как ни парадоксально для медиевиста, это и не нужно; она с пренебрежением пишет о том, что "если исследователь не понимает эпохи, следует неверной методологии, рассматривает источник сам по себе, а не в контексте событий его времени, то даже знание сотни языков не поможет ему приблизиться к истине" (С. 76 - 77). Интересно, может ли автор утверждать, что

стр. 94


ему удалось постигнуть эпоху, не видя, не понимая и не интерпретируя самостоятельно ни строчки, написанной людьми, жившими в то время? И еще вопрос из этой области: как тогда Е. С. Галкина берется судить об иранском или скандинавском характере названий днепровских порогов (С. 365 - 368)?

Но мы отвлеклись. Автор этих строк проделал текстуальный анализ сведений "Худуд ал-Алам", основываясь на оригинале. Позволю себе отослать читателя к своей работе "Географический свод "Худуд ал-Алам" и его сведения о Восточной Европе" (Славяноведение. 2000. N 2). В ней я показываю, что географическая локализация по соседям с четырех сторон света, которую Е. С. Галкина пытается применить к событиям конца VIII-начала IX в., не соответствует "Анонимной записке" и представляет собой умозрительные построения писателя, жившего почти двумя столетиями позже. Я понимаю, что автор не доверяет построениям востоковедов, которых пренебрежительно называет "специалистами" (кавычки - Е. С. Галкиной), однако, может быть, для нее будут иметь больший вес слова В. В. Бартольда, фотография которого уважительно помещается на с. 103 книги: "Компилятор (автор "Худуд ал-Алам". - Д. М.) соединил в одну картину данные, относящиеся к разным периодам, и, несмотря на скудость своих сведений, с мнимой точностью устанавливает географическое положение стран и народов. В этом отношении в системе нашего автора, по-видимому, нет противоречий, но едва ли эта система когда-либо соответствовала действительности" [2. С. 29].

А теперь - о главном: в какой вообще степени данные "Худуд ал-Алам" применимы к "Русскому каганату"? Упоминание о "хакане русов", бесспорно, принадлежит к "Анонимной записке", так как встречается во всех ее пересказах. Отметим, что "Анонимную записку" следует датировать 90-ми годами IX в., потому что в ней упоминаются Святополк I Великоморавский (870 - 894) (С.вит м.л.к.) и правитель Волжской Булгарии Алмуш (предположения о более точной датировке см.: [3. С. 57 - 58]). Если предположить, что "Анонимная записка" отражает положение дел периода существования "Русского каганата", т.е. время до начала 40-х годов IX в., то Алмуш, которого арабский путешественник Ибн Фадлан видел в добром здравии в 922 г., должен был только править самое меньшее 80 - 85 лет. Человеку, понимающему эпоху (использую выражения автора), нетрудно сделать вывод, что вероятность столь долгого правления практически равна нулю. А если сведения "Анонимной записки" относятся к 90-м годам IX в., упоминание о "хакане русов" просто не относится к "Русскому каганату", который перестал существовать приблизительно за полвека до ее создания.

Если упоминания восточных источников не относятся к "Русскому каганату", а отождествление "свеонов" "Вертинских анналов" с послами сармато-алан маловероятно, все построения относительно "Русского каганата" фактически повисают в воздухе. Нет больше ничего, что могло бы дать основание говорить о существовании "Русского каганата" или "кагана" на Дону. Оставим поэтому данную тему и перейдем к другой, не менее интересной: отношениям "государствообразующего этноса" - сармато-алан -со славянами и иными народами. Асов и праболгар Е. С. Галкина характеризует как "данников и подчиненных" сармато-алан (С. 307). Но отношения со славянами, "также, видимо, вошедшими в состав Русского каганата, носили иной характер, чем с асами и праболгарами" (С. 311). А в чем, собственно, проявлялся этот "иной характер", почему славяне занимали особое положение, выше праболгар и асов, последние из которых были родственны сармато-аланам? Чем они были лучше и в чем проявлялось их привилегированное положение? Отвлечемся от археологических свидетельств контактов между различными этносами, которые подробно рассматриваются в работе: славяне вполне могли поддерживать контакты с представителями салтово-маяцкой культуры (включая обмен технологиями ремесла, смешанные браки и т.д.) и без "Русского каганата". С письменными источниками получается и вовсе конфуз: единственное, что автор может привести, - это свидетельство "Анонимной записки" о том, что русы нападают на славян и берут их в полон (С. 312). Е. С. Галкина, конечно, понимает, что это - не самое лучшее доказательство "взаимовыгодного союза" (С. 309) или "мирных соседских отношений" (С. 321) между славянами и сармато-аланами, и объявляет эти набеги эпизодом, вскоре забытым в арабо- персидской литературе (С. 312). Пусть даже это так, но кроме данного "эпизода" никаких доказательств больше просто нет! Хотя, по большому счету, нет и этого "эпизода": "Анонимная записка", как мы видели, относится к более позднему времени.

Далее. "Русский каганат", по мнению автора, пал под ударами венгров. Но мы зна-

стр. 95


ем, что несколько десятилетий спустя начинается известная нам по летописям история Древнерусского государства. Кем были русы киевские, если и название "рус" возводится в рассматриваемой работе к иранско-сарматским корням? Потомками сармато-алан, бежавших от венгров из "Русского каганата"? В представлении автора, сармато-аланами были все, от курляндцев до киевских князей (С. 364 - 365). И как же это подкрепляется фактами? Как, например, можно объяснить в свете теории Е. С. Галкиной показание мусульманского историка и географа ал-Йакуби о том, что в 844 г. некие язычники (маджус), называемые русами, совершили нападение на испанский город Севилью? Эти язычники тоже были сармато-аланами? А кто предпринимал морские походы против мусульманских владений на Каспии и на Константинополь? Получается, что опять сармато-аланы, коль скоро киевских князей, заключавших договоры с Византией, автор отождествляет с правителями Алании (С. 373). Аланы, тем самым, становятся под пером Е. С. Галкиной выдающимся народом мореходов, корабли которых бороздят волны Каспийского моря на востоке и Атлантического океана на западе. Только вот в источниках о флотилиях алан - полное молчание. Надеюсь, со временем автор укажет хотя бы один такого рода источник.

Еще вопрос. Как, основываясь на построениях Е. С. Галкиной, объяснить тот факт, что Лиутпранд Кремонский, описывая поход Игоря (у Е. С. Галкиной он - правитель алан, см. выше) на Константинополь в 941 г., говорит: "На севере сложилась народность, которую греки по свойствам тела называют русами, а мы (т.е. люди христианского Запада. -Д. М.) по месторасположению [их земель] - норманнами" [4. Р. 107]? Или в сармато-аланы следует зачислить и норманнов? А почему Святослав Игоревич, сокрушая в 965 г. Хазарию, разгромил также и алан (ясов)? Как плохо вяжется это с построениями автора о союзе киевской Руси с Русью аланской в Х в. (С. 385)!

Отдельный вопрос, также связанный с историей Руси, касается источников. По какой-то причине Е. С. Галкина работает с любыми источниками - византийскими, восточными, западными, но только не с русскими. Хорошо, пусть автор отвергает как измышления норманистов рассказы о призвании варягов и их последующей деятельности - но разве не видно, что в русских источниках нет ни малейшего воспоминания о

временах "взаимовыгодного союза славян и сармато-алан под сенью "Русского каганата"? Народная память сохранила зафиксированные в "Повести временных лет" предания о подчинении части славян аварам и хазарам, но вот о масштабной войне венгров с "Русским каганатом" и гибели этого могучего государственного образования ничего почему-то не отложилось. Не будем же мы всерьез утверждать, что правители Руси, в венах которых, если верить построениям автора об Олеге Вещем и Игоре, текла и аланская кровь, настолько хотели считать себя потомками Рюрика, что попутно распорядились убрать из летописей все, что хоть как-то напоминало о союзе славян и сармато-алан!

Как и автор, закончу разделом "Вместо заключения". На основании вышеизложенного можно сделать следующие выводы:

1. Проработка автором источников неудовлетворительна и приводит к грубым ошибкам (датировка "Анонимной записки", свидетельство "Вертинских анналов").

2. Автор произвольно отказывается от анализа целого пласта источников (прежде всего - древнерусских), не укладывающихся в концепцию "Русского каганата".

3. Идея "Русского каганата" и его последующего влияния на Древнюю Русь основана только на неверном прочтении (а подчас - и сознательном искажении) источников и разваливается при первых же попытках текстологического, да и логического анализа.

4. Построения автора не дают ответов на ключевые вопросы в полемике норманистов и антинорманистов (например, почему в целом ряде источников русы идентифицируются с норманнами).

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. О происхождении германцев и местоположении Германии. 45. // Корнелий Тацит. Сочинения в двух томах. М., 1993. Т. 1.

2. Худуд ал-Алем. Рукопись Туманского. С введением и указателем В. В. Бартольда. Л., 1930.

3. Мишин Д. Е. Сакалиба (славяне) в исламском мире в раннее средневековье. М., 2002.

4. Liutprandi episcopi cremonensis Opera omnia. Hannover, 1877.

Опубликовано на Порталусе 16 февраля 2022 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама