ФАКТЫ. Михаил Павлович Бирюков - первый зауральский ученый-генеалог

Дата публикации: 14 марта 2021
Автор: П. А. Свищев →
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ВОПРОСЫ НАУКИ →
Номер публикации: №1615723725 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!

М. П. Бирюков (1902 - 1989) родился в семье псаломщика Покровской церкви с. Першинского (иначе - Мальцево) Першинской волости Шадринского уезда Пермской губернии (ныне - Далматовский район Курганской области). У его отца, Павла Васильевича, было десять детей, из которых многие составили гордость края: старший, Владимир Павлович стал видным зауральским ученым, писателем, краеведом; Василий Павлович - художником ¹ . Михаил Павлович избрал карьеру агронома, стал кандидатом сельскохозяйственных наук, заслуженным агрономом РСФСР. Заниматься краеведением, и в частности - генеалогическим краеведением, он стал после Великой Отечественной войны, уже в довольно солидном возрасте и, главным образом, выйдя на пенсию, то есть в 60-е годы.

Неуемная натура Михаила Павловича особенно проявилась во время пребывания на заслуженном отдыхе. Для поиска источников по истории родного села Першинского он посетил архивы Москвы, Ленинграда, Перми, Свердловска, Далматова и, наконец - Шадринска ² . Проживая в г. Свердловске, М. П. Бирюков имел возможность достаточно часто посещать находящийся в двухстах с небольшим километрах г. Шадринск. Здесь его внимание привлекли два хранилища документов - краеведческий музей и филиал Государственного архива Курганской области, основанные его братом Владимиром Павловичем Бирюковым. Здесь он и нашел массу архивного материала о родном селе, в том числе - родословного.

Наследие М. П. Бирюкова включает десятки тысяч карточек с выписками из источников, папки с выписками из документов, машинописные книги. Все это разбросано по разным хранилищам: большая часть - в Шадринском краеведческом музее и Шадринском филиале Государственного архива Курганской области, часть - в Государственном архиве Свердловской области, и совсем немного - в фондах Курганской областной универсальной научной библиотеки. Для характеристики методики генеалогического исследования, присущей М. П. Бирюкову, нами привлечен ограниченный круг его работ - основные его исследования: "Краткая Першинская летопись (село Першинское Далматовского района)", ч. 1, кн. 1 - 2 (Эпоха феодализма), ч. 2, кн. 1 - 2 (Эпоха капитализма). Свердловск. 1974 - 1976 гг.; "Население села Першинского Далматовского района Курганской области. Досоветский период". Свердловск. 1975; наконец - "Родословные крестьян села Першинского Далматовского района Курганской области. Ч. 1. Досоветский период". Свердловск. 1975. Эти три работы закладывают три парадигмы, которых придерживаются не только данный исследователь, но и многие другие краеведы-генеалоги.

Первая хорошо иллюстрируется "Краткой Першинской летописью" - четыре тома, каждый объемом более пятисот машинописных листов. По жанру это действи-

Свищев Павел Александрович - кандидат исторических наук, доцент Курганского государственного университета.

стр. 129

тельно летопись, то есть систематизированные по годам, а внутри годовых глав - тематически (урожай, торговля, здравоохранение, земство, воинская повинность, пожары и т. п.), описания событий. При этом автор старается в годовых рубриках по возможности отразить события как общероссийского, так и локального (губернского, уездного, волостного, наконец - сельского) уровней. При достаточно последовательном применении этого метода в современных условиях, можно было бы получить такой вид репрезентации генеалогического материала, который бельгийский генеалог назвал "генерама", то есть панорамами истории семьи и отдельных ее представителей на фоне различных уровней исторического процесса ³ . К сожалению, метод М. П. Бирюкова лишает современного исследователя возможности продолжить его труд в этом направлении, так как отдельные лица и целые фамилии появляются у него эпизодически: либо в связи с каким-либо экстраординарным событием (пожар, закладка церкви, кончина известного лица и т. д.) ⁴ , либо в составе именных списков (раскладки податей, артельщиков, грамотных, учителей, священнослужителей и т. д.) ⁵ . При таком подходе преобладает подача в большей мере биографической, и в меньшей - генеалогической информации.

Вторая - представлена исследованием "Население села Першинского" Это - демографические выводы из собственно генеалогического материала. Несмотря на "обезличенную" демографическую форму, в тексте можно найти и родословную информацию об основателях села и их ближайших потомках, а также сведения о времени появления, длительности пребывания и времени исчезновения той или иной фамилии за период с 1730 по 1910 г., представленные диаграммами ⁶ . Несомненно, это служебная, но необходимая для генеалогического исследования информация. Большое внимание уделяется эволюции фамильных прозвищ жителей села Першинского, бытованию прозвищ или "уличных" фамилий ⁷ .

Наконец, третья парадигма отразилась в работе "Родословные крестьян села Першинского", где представлены в алфавитном порядке 85 родословных всех жителей села до 1910 года. Родословия изложены в виде вертикальных таблиц прямого нисходящего родства по мужской линии. В исключительных случаях (прием в дом зятя или усыновление) дается родословная по женской линии. В кратком введении автор обращает внимание на феномен родовых легенд, отмечает их историческую подоплеку ⁸ , однако не излагает родословные легенды описываемых им родов.

В этом исследовании М. П. Бирюков демонстрирует вполне свободное владение методикой составления родословий. Он изначально оговаривает значение условных знаков и условия изложения: говорит о приблизительном характере дат рождения и кончины, оговаривает случаи "условного или недостаточно выявленного" родства, упоминает случаи, когда сведения брались не из документов, а "со слов" близких и дальних родственников. Автор отмечает недостатки собственной работы: пропуск многих лиц (особенно лиц женского пола и рано умерших младенцев) в связи со значительными интервалами между переписями; отмечает описки и пропуски ⁹ .

Эти три парадигмы - биографическая, демографическая и генеалогическая, будучи наложены друг на друга, позволяют создать трехмерную или трехуровневую модель бытия исторического человека в отдельно взятом селе и на этой основе уже делать исторические выводы на краеведческом уровне.

М. П. Бирюков не случайно назван нами первым ученым-генеалогом. Не имея специального исторического образования, он был широко эрудированным человеком и, движимый энтузиазмом и любовью к родному краю в процессе практической работы с историческими источниками приобрел умения и навыки, совершенно необходимые профессиональному историку. С позиций современной генеалогии его можно критиковать за отсутствие четко сформулированной научной цели (в одном из писем он признавался, что занимается генеалогией "прежде всего для своего собственного удовольствия") ¹⁰ , за бессистемность, разрозненность, неполноту, неточность информации, отсутствие ссылок на источники.

Однако эти недостатки восполняются несомненными достоинствами Бирюкова- генеалога. Во-первых, отметим его источниковедческие познания. Любовь и интерес к первоисточнику отличали Михаила Павловича от генеалога- любителя. В своих исследованиях он использовал: материалы ревизий (I, II, V, VI, VII, IX, X), исповедные росписи Покровской церкви за 1789 - 1910 гг. (с пропусками за 1856 - 1894 гг.), документальные материалы вотчины Далматовского Успенского монастыря за 1680- 1764 гг., опубликованные источники, наконец - сообщения земляков и свои личные наблюдения ¹¹ , четко представляя, какими достоинствами и недостатками характеризовал каждый род источников. Он постоянно пытался расширить их круг, включив и нехозяйственные книги, и школьные классные журналы, и переписные списки для выборов и т. д. М. П. Бирюков проследил эволюцию крестьянских родословий от

стр. 130

неписаных (устных), долгое время бытовавших в крестьянской среде, до первых, еще несовершенных писаных ("поминальные книги") и, наконец, до появления первых энтузиастов, составивших генеалогию собственного рода. Михаил Павлович очень широко в своих изысканиях использовал "устную историю", то есть воспоминания старожилов как общеисторического, так и генеалогического характера. Некоторые земляки по его просьбе даже записали свои воспоминания и передали в архив Бирюкова. Во-вторых, Бирюков проявил себя как знаток методики не только генеалогического исследования и репрезентации его результатов, но и как мастер конструирования исторического текста.

Михаил Павлович Бирюков прекрасно отдавал себе отчет о научном и общественном значении генеалогии, которое он видел в выявлении биографий "простых людей" - героев войны и труда, выявлении биологических параметров рода (плодовитость, выживаемость, аномалии и т. п.), конкретизации исторических фактов, изучении истории сел и деревень ¹² . Многие из этих направлений как и подход первого зауральского ученого-генеалога к поиску, сбору, анализу и демонстрации результатов генеалогического исследования, актуальны и сегодня.

Примечания

1. БЕЗДОМОВ В. И. Бирюковский энтузиазм (Першинская летопись). - Земля Курганская: прошлое и настоящее. Краеведческий сборник. Вып. 7. Курган. 1994, с. 41.

2. ОСИНЦЕВ Л. П. Бабушка-советчица. - Там же, с. 36.

3. JOUNIAUX L. Genealogie. Pratique. Methode. Recherche. P. 1991, p. 173 - 174.

4. Краткая Першинская летопись. Ч. 2, кн. 2. Свердловск. 1976, с. 66 - 70 и др.

5. Там же, ч. 1, кн. 2. Свердловск. 1976, с. 282, 329 - 335, 500 - 529; ч. 2, кн. 2. Свердловск. 1976, с. 101, 132, 161, 164, 207 - 217 и др.

6. Население села Першинского. Свердловск. 1975, с. 51 - 53, 56 - 60.

7. Там же, с. 70.

8. Родословные крестьян села Першинского. Свердловск. 1975, с. 4.

9. Там же, с. 9.

10. БЕЗДОМОВ В. И. ук. соч., с. 42.

11. Родословные крестьян села Першинского, с. 8.

12. Там же, с. 7 - 8.

Опубликовано 14 марта 2021 года