ФЕЛЬЕТОН (Опыт практического руководства) Не так давно мы справедливо сетовали на то, что литературных пародий у нас очень мало. И вот их стало много. И уже хочется сетовать на то, что количество не всегда переходит в высокое качество. Дело, думается, в том, что хорошая пародия пишется так же, как хорошие стихи или хороший рассказ. Пародию же не очень хорошую, а тем более очень нехорошую может написать всякий. Мы хотим предложить вниманию читателя несколько несложных рецептов, пользуясь которыми каждый сумеет написать пародию. Наши советы основаны на изучении опубликованных пародий. Эти пародии печатаются регулярно, выходят в свет целыми сборниками с рисунками и портретом автора. Автор в таких случаях обычно вооружен луком, а за спиной у него колчан, набитый стрелами (ручками с перьями). На рисунке стрелы выглядят очень острыми... Но перейдем к советам. Способ первый, или выборочный Вы берете любую строку из любого произведения любого автора. Ну хотя бы такую: "Лягушка квакала в пруду... Взяв эту безобидную строчку, вы с неслыханной быстротой сочиняете примерно такое: Не соловей поет в саду, Не утка громко крякает, Лягушка квакает в пруду, В пруду лягушка квакает. Один иду, с тобой иду, Втроем идем с собакою - Я на ходу, как на беду, Все квакаю да квакаю. стр. 241 -------------------------------------------------------------------------------- Уж критика не раз в году Меня прозвала "бякою", А я сижу в своем пруду И не пою, а квакаю. Вот и пародия готова. Теперь можно нести ее в редакцию. И не успеете вы оглянуться, как эту пародию напечатают. Ведь она и в рифму написана, и вроде смешная. А то, что она совершенно непохожа на стихи пародируемого автора? И не имеет ни малейшего отношения к его творчеству? Как-то это мало интересует редакцию. Так же, впрочем, как и то довольно существенное, на наш взгляд, обстоятельство, что лягушка с ее кваканьем вообще нигде больше у данного поэта не встречается. Однако пародиста это не смущает. Самое главное в данном случае "обхамить". Способ второй, или безличный Огромное преимущество этого способа для осторожного автора заключается в том, что пародия не имеет адреса. Вообще-то адрес есть, но он такой безличный и обобщенный, что его как бы и нет. Так что в случае чего (а такие случаи с пародистами бывают) всегда можно отпереться. Я, мол, совсем не это хотел сказать... Пародия носит обычно несколько абстрактное название. Ну, скажем: "Сверхинтимная сверхлирика", или "Распронаифилософские стихи", или "Ультрагрустномелкослезное". В последнем случае стихи выглядят так: Ах я, бедная, бедная, бедная, Никогда ничего я не значу И сижу вся какая-то бледная, Беспрерывно рыдаю и плачу. Слезы катятся, катятся, катятся Ручейком, ручейком по крыльцу, Только черное-черное платьице Мне, бедняжечке, нынче к лицу. Надоело крутиться мне белкою В колесе убегающих дней, Грустно-грустно быть мелкою-мелкою, Потому и слеза все крупней. Таких стихов, конечно, никто не пишет. Но, как известно, все время грустить нехорошо. И пародию охотно печатают. Способ третий, или очень личный В пародиях, написанных по этому способу, с особым удовольствием и тщательностью подчеркиваются не столько литературные, сколько физические и моральные недостатки пародируемого. Попутно излагаются также различные окололитературные сплетни и непроверенные слухи. Правда, такая пародия далеко выходит за пределы изящной словесности и приближается более к анонимному письму и плевку в спину. Но главное достоинство такой пародии - ее адрес. Адрес есть. Ого-го! И еще какой! Сама же пародия примерно такова: стр. 242 -------------------------------------------------------------------------------- Я лыс и стар, и на Петровке Живу я лихо без прописки, В журнале, с помощью золовки, Я опубликовал "Записки"! Я, изнывая от колита, Платки ворую носовые... Я - пасынок митрополита! Вчера я в бане был впервые! Меня пора публично высечь, Преступна будет тут поблажка, Ведь мне аванс в сто двадцать тысяч Дала одна многотиражка. Написав такую пародию, автор приведет в восторг иного критика: "Вот это прохватил! Вот это продрал с песочком! Вот это остро, так остро! Вот это Гоголь, а не гоголь-моголь! Орел! Добролюбов! Крой, Вася! Знай наших! Вот это дает!" После такого отзыва пародист чувствует себя Добролюбовым. А критик, видимо, считает себя по меньшей мере Белинским. Хочу сразу предостеречь: пародист - не Добролюбов, и критик, хоть и неистовый, - не Виссарион. Способ четвертый, или "какой удар со стороны классика!" Способ этот основан на этакой странной забывчивости. Он описан еще Ильфом и Петровым. Помните, какой случай произошел однажды с Остапом Бендером? Ночью он вдруг проснулся и написал гениальные стихи, которые начинались так: "Я помню чудное мгновенье..." Написал и тут же опять заснул. И только утром вспомнил Остап, что эти стихи еще раньше сочинил Пушкин. "Какой удар со стороны классика!" - горестно воскликнул великий комбинатор. По этому методу пародии иногда пишутся не ночью, а средь бела дня на большой литературной дороге. Позже, когда пародия опубликована, какая-нибудь газета вдруг вспоминает, что в свое время очень уж похожая по приему вещь была написана Александром Архангельским или Яном Сашиным. Написана, напечатана и прочитана. Самое важное в данном случае знать годы жизни автора-предшественника. Особенно - точную дату его кончины. Способ пятый, или самый трудный Этот способ не слишком распространен. Дело в том, что он предполагает большое уважение к жанру пародии. Изучение его истории, знание того, что пародии (да и какие!) писали Пушкин, Некрасов, Тургенев, Достоевский, Добролюбов, молодой Чехов. Понимание того, что история литературной пародии есть, в сущности, история литературно-общественной борьбы (для этого достаточно перелистать отличный сборник "Русская стихотворная пародия", выпущенный не так давно "Библиотекой поэта"). Предполагается также, при любом отношении к личности пародируемого, точное понимание: где кончается разговор о писателе и где начинается оскорбление личности как таковой. Хорошо бы еще при этом иметь так называемый талант, обладать так называемым вкусом и некоторой начитанностью. Жаль, что этот способ сравнительно мало популярен. стр. 243