Для исследования политической лирики Пушкина, почти не печатавшейся при жизни поэта, большое значение имеет изучение списков. Это объясняется тем, что автографы многих стихотворений не сохранились и, таким образом, источником текста являются наиболее авторитетные копии. Кроме того, во многих списках содержатся различного рода пометы, заголовки, подзаголовки, разночтения, которые порою помогают глубже постигнуть смысл стихотворения. В Государственной Публичной библиотеке имени М. Е. Салтыкова-Щедрина, в рукописных материалах директора библиотеки М. А. Корфа, товарища Пушкина по Царскосельскому лицею, сохранились списки стихотворений Пушкина "Вольность", "Деревня", "Сказки. Noel", "К Щербинину", "Послание к кн. Горчакову", "К товарищам перед выпуском" ("Прощанье"). Эти списки до сих пор оставались вне поля зрения литературоведов-пушкинистов. Авторитетность копий не вызывает сомнений. Списки выполнены на бумаге с водяным знаком 1816 года и сравнительно точно датируются по своему положению в тетради М. А. Корфа. Первая часть тетради - "Замечания по части Правоведения" - относится к 1819 году; вторая, заключающая в себе списки, озаглавлена: "Разные выписки из книг и собственные мысли (в продолжение моего Ревельского журнала). 1820. 23 сентября". Третья часть - "Ученые выписки о России" - датирована 15 августа 1821 года. В библиотеку тетрадь была передана Корфом вместе с другими подготовительными материалами по каталогу "Россика". Создание этого каталога Корф считал одной из важнейших своих задач, и он решил сохранить для потомства свои рукописные материалы, относящиеся к этому труду1. Таким образом, списки относятся к периоду между сентябрем 1820 года и августом 1821 года. Они выполнены весьма добротно и восходят, как далее будет видно, к достаточно авторитетным источникам. -------------------------------------------------------------------------------- 1 Известно, что материалами М. А. Корфа по "Россике" пользовался Пушкин в период своей работы над "Историей Петра", см. Список сочинений о России времен Петра I, составленный М. А. Корфом - в кн.: А. С. Пушкин, Полн. собр. соч., т. X, АН СССР, М. 1938, стр. 466 - 478. См. также переписку Пушкина и Корфа по этому поводу - там же, т. XVI, 1941, стр. 164 - 165, 168. стр. 139 -------------------------------------------------------------------------------- Каково же происхождение этих копий? После окончания лицея Пушкин поселился на окраине Петербурга, в Коломне, в доме Клокачева (ныне Фонтанка, 185). Семья Пушкина занимала верхний, третий этаж дома; во втором этаже жили Корфы. Однако отношения между Пушкиным и Корфом были прохладными, поэтому нет оснований предполагать, что тексты стихотворений Корф получил непосредственно от Пушкина. Не исключена возможность, что они попали в руки Корфа от Льва Сергеевича Пушкина, брата поэта, который вместе с сестрою посещал воскресные танцевальные вечера у Корфов (см. неопубликованный "Краткий очерк моей жизни" М. А. Корфа, 1839 г.). В год, которым датируются списки, Корф и Пушкин почти не виделись. С 2 февраля по 8 мая 1820 года Корф находился в служебной командировке, а за два дня до возвращения Корфа - 6 мая 1820 года - Пушкин был выслан из Петербурга. Разумеется, Корф должен был заинтересоваться причиной ссылки поэта. Тексты стихотворений, за которые поэт был сослан, Корф мог получить и в Вольном Обществе любителей российской словесности. В это общество Корф вступил 1 декабря 1819 года в качестве сотрудника, а 24 мая 1820 года - действительного члена. Литературная деятельность Корфа за 1819 - 1825 годы свидетельствует о том, что многие его работы были связаны с Обществом "соревнователей". Как известно, председателем Общества, представляющего собой литературную организацию, близкую декабристским кругам, был поэт-декабрист Ф. Й. Глинка, членами общества - В. К. Кюхельбекер, А. А. Дельвиг, Е. А. Баратынский, П. А. Плетнев, позднее К. Ф. Рылеев. В работах Б. Мейлаха и В. Базанова обстоятельно показано, что в 1820 году высылка Пушкина из Петербурга была важнейшим событием в жизни Вольного Общества1. В "Кратком очерке моей жизни" Корф писал о своем участии в работе Общества: "Я за недостатком служебных занятий обратился к литературным... очень много писал, переводил и копировал для тогдашних журналов; сверх того еще более работал для себя, вступив в Общество любителей российской словесности, которое издавало тогда журнал "Соревнователь просвещения и благотворения"2. Перечисляя в этом документе свои чины, Корф делает весьма любопытное примечание: "Я мог бы прибавить к этому: Действительный член (с 1819 года) С. - Петербургского Вольного Общества любителей российской словесности; но хотя оно формально не уничтожено, однако фактически разошлось со времени происшествий 1825 года, в которых замешаны были многие из его членов"3. 4 июня 1820 года Корф извещал секретаря Общества об отъезде на время отпуска в Ревель4. О его настроениях в это время красноречиво говорит запись в Ревельском дневнике от 24 июня: "Потом беседовали (с А. С. Норовым) о литературе, цивилизации и администрации нашей империи и конечно гремели против всего, исключая нас самих"5. -------------------------------------------------------------------------------- 1 Б. С. Мейлах, Пушкин и русский романтизм, АН СССР, М, - Л., 1937, стр. 54 - 66; В. Базанов, Вольное Общество любителей российской словесности, Петрозаводск, 1949, стр. 173 - 194. 2 Отдел рукописей ГПБ, ф. 380, N 1, лл. 11 - 11 об. 3 Там же, л. 48 об. 4 Отдел рукописей Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР, ф. 58, N 5, стр. 284. 5 "Русский архив", 1895, N 11, стр. 348. стр. 140 -------------------------------------------------------------------------------- Недоволен был Корф и своей службой в Комиссии по составлению законов: "Комиссия была тогда в самом жалком положении, брошенная императором Александром, после неудачных законодательных попыток в начале и середине его царствования; утратившая всякую определительную цель; ограниченная и в штатах и в людях... она в летаргической дремоте отживала свой век"1. Очевидно, политические стихотворения Пушкина представляли для Корфа в эти годы большой интерес. Не случайно, что копии стихотворений находятся в тетради вместе с различными выписками политического и философского характера. На лл. 35 - 35 об. сделана выписка из "Moniteur" от 22 марта 1821 года, посвященная проблеме революции, власти монарха и народа и перекликающаяся по теме с одой "Вольность"; на лл. 37 - 38 об. - выписка из Бентама: "Если когда верховная власть явилась людям в истинном достоинстве своем, то это конечно в Наказе, изданном Екатериной II о сочинении законов..." Наиболее важной особенностью списка оды "Вольность" в тетради Корфа (лл. 23 - 25) является наличие подзаголовка - "Воззвание к Лебрюну". Подзаголовок позволяет считать, что современники связывали пушкинскую оду с именем поэта французской революции Экушара Лебрена; тем самым, предположение Б. Томашевского в статье "Пушкин и французская революционная ода (Экушар Лебрен)" находит документальное подтверждение2. Ведь подзаголовок мог возникнуть лишь потому, что Корфу было известно, кого имел в виду Пушкин в стихе о "возвышенном галле". Получить эти сведения Корф мог в среде литераторов, близких к Пушкину, - членов Вольного Общества любителей российской словесности. Что касается текста оды, то он в копии Корфа по характеру разночтений приближается к спискам П. А. Вяземского и П. А. Плетнева. Приведем наиболее характерные разночтения, общие для целого ряда списков (для экономия места указываем лишь соответствующие стихи по копии Корфа)3: Стихи 7 - 8 Хочу я грянуть вольность миру, На троне поразить порок. Стих 13 Любимцы ветреной судьбы Стих 23 Воссели рабства грозный гений Стих 51 Челом развенчанным приник Стих 53 Молчит народ, закон молчит Стих 55 И самовластная порфира Стих 58 Тебя, твой род я ненавижу Стих 74 Над сими мрачными стенами Стих 82 Опущен тихо мост подъёмный Стих 91 Ни мрак темниц, ни алтари. Помимо сходства копий Корфа и Вяземского, обратим внимание на то, что копия Вяземского находится в небольшой тетрадке с копиями стихотворений Пушкина, по своему составу и тексту очень близкой к спискам в тетради Корфа4. Заметим также, что Плетнев с 20 октября 1819 года был сотрудником, а с -------------------------------------------------------------------------------- 1 Отдел рукописей ГПБ, ф. 380, N 1, л. 15. 2 См. "Известия Академии наук СССР. Отделение языка и литературы", 1940, N 2, стр. 25 - 55, а также Б. В. Томашевский, Пушкин и Франция, Л. 1960, стр. 315 - 359. 3 Ср. А. С. Пушкин, Полн. собр. соч., т. И, АН СССР, М. 1947, Другие редакции и варианты, стр. 521 - 525. 4 Отдел рукописей ИРЛИ, ф. 244, оп. 1, N 862. Тетрадь содержит копии стихотворений "Деревня", "К Щербинину", "Прощанье", "Вольность", "Послание к кн. Горчакову". стр. 141 -------------------------------------------------------------------------------- 10 ноября - действительным членом Вольного Общества любителей российской словесности1. Наличие в нескольких весьма авторитетных списках однородных разночтений, а главное - самый характер этих разночтений - позволяет предположить, что они восходят к первоначальной редакции оды, а дошедшие до нас пушкинские беловые автографы являются окончательным текстом. Некоторые различия копий Корфа, Вяземского, Плетнева, с одной стороны, и беловых автографов из архива Тургеневых - с другой, показывают, что Пушкин устранял слова, которые повторяются в соседней строфе, проделывал обычную работу по совершенствованию стиха. Так, в стихе 51 слово "челом" заменено "главой", поскольку в следующей строфе имеется стих "Читают на твоем челе". В стихе 55 "И самовластная порфира" сделано изменение: "И се - злодейская порфира", так как в следующей строфе есть стих: "Самовластительный злодей!". В стихе 74 "мрачные" стены заменены "страшными", чтобы в двух соседних стихах эпитеты стали одинаковыми. Разные эпитеты, при возможности их произвольной перемены без ущерба для смысла, создавали поэтическую неточность, противоречили пушкинскому принципу точного эпитета. Стремление Корфа в какой-то степени отразить в заглавии стихотворения его содержание делает еще более значительной копию стихотворения "Сказки. Noel" ("Ура! В Россию скачет Кочующий деспот..."). В копии Корфа дано заглавие, не встречающееся в каких-либо других списках: "На рождение порфироносного отрока". На первый взгляд это название не имеет отношения к стихотворению. В самом деле, заглавия в некоторых других списках, казалось бы, точнее отражают смысл стихотворения: "Сказки. Noel", "Басня", "Ура, или возвращение Александра из конгресса", "На возврат государя". Однако заглавие в копии Корфа возникло не случайно, оно связано со вторым, скрытым смыслом этого стихотворения, который в те годы делал его более острым, но теперь оказался утраченным для читателей, В двух копиях "Сказки. Noel" (Якушкина и Ефремова), а также в печатном тексте "Полярной звезды" на 1859 год (стр. 20) имеется стих: "Мария в хлопотах наследника стращает" (вместо "спасителя" в остальных списках). Это разночтение могло возникнуть потому, что стихотворение имело второй смысл, отраженный в заглавии копии Корфа и связанный с рождением наследника престола. Обратимся еще к одному документальному подтверждению второго смысла стихотворения. Любопытно, что оно как раз связано с Вольным Обществом любителей российской словесности. В конце 1819 года в общество "соревнователей" пришел В. Н. Каразин. Он вскоре вступил в конфликт с левой частью общества во главе с Ф. Н. Глинкой и стал готовить политический донос на "подозрительных лиц", членов Вольного Общества, а также на Пушкина, считая, что поэт стоит на первом месте среди "вольнодумцев". В дневнике Каразина от 18 ноября 1819 года, когда он впервые пришел на заседание общества "соревнователей", сделана запись: "Какой-то мальчишка Пушкин, питомец лицейский, в благодарность написал презельную -------------------------------------------------------------------------------- 1 В. Базанов, Вольное Общество любителей российской словесности, стр. 406. стр. 142 -------------------------------------------------------------------------------- оду, где досталось фамилии Романовых вообще, а государь Александр назван кочующим деспотом... К чему мы идем?.."1 Итак, Каразин говорит о стихотворении Пушкина, в котором "досталось фамилии Романовых вообще", а государь Александр назван кочующим деспотом. По этому поводу современный исследователь, отмечая, что "в известном вам тексте соответствующих строф нет", писал: "Возможно, что до Каразина дошел текст с прибавлениями, но возможно, что существует другое стихотворение той же куплетной формы..."2. Другой исследователь сделал к тексту Каразина следующее краткое примечание: "Каразин смешал оду "Вольность" и "Сказки. Noel"3. Однако трудно представить, что можно спутать два таких разнородных стихотворения, причем в тот же самый день, когда они услышаны. Эти противоречия отпадают, если считать, что Каразин не ошибся, а правильно зафиксировал содержание стихотворения Пушкина. Он, подобно другим современникам, увидел в ноэли второй смысл - насмешку над семейством Романовых, - тот самый смысл, который обозначен Корфом в заглавии "На рождение порфироносного отрока" (т. е. сына великого князя Николая Павловича, будущего царя Александра II). Для понимания пушкинской ноэли необходимо сказать еще о некоторых обстоятельствах. Жена Александра I - императрица Елизавета Алексеевна - была в стороне от главных дел царского двора, основную роль в придворных делах играла мать Александра I, императрица Мария Федоровна. Она присутствовала при рождении наследника и взяла на себя заботы по его воспитанию. В воспоминаниях жены Николая I Александры Федоровны мы читаем: "В 11 часов я услыхала первый крик моего ребенка... Матушка (императрица Мария Федоровна), подойдя к нам, сказала: "Это сын"4. О роли Марии Федоровны в воспитании наследника свидетельствует тот факт, что на ее попечении ребенок оставался весьма продолжительный срок во время поездок Александры Федоровны за границу (например, почти на целый год с сентября 1820 года по август 1821 года). Таким образом, проясняется второй смысл пушкинского стихотворения. Мария и спаситель, - это не только Мария с Иисусом, традиционная для рождественских песенок-ноэлей, но и Мария Федоровна с наследником. Строки: А мать ему: "Бай-бай! закрой свои ты глазки; Уснуть уж время наконец, Послушай же, как царь-отец Рассказывает сказки" - получают дополнительный смысл: Александр I был крестным отцом наследника, а Мария Федоровна - крестной матерью. -------------------------------------------------------------------------------- 1 В. Базанов, Вольное Общество любителей российской словесности, стр. 174. 2 Б. Томашевский, Пушкин, кн. 1 (1813 - 1824), АН СССР, М. -Л. 1956, стр. 175. 3 М. А. Цявловский, Летопись жизни и творчества А. С. Пушкина, т. I, АН СССР, М. - Л. 1951, стр. 750. 4 С. С. Татищев, Император Александр II, его жизнь и царствование, изд. 2-е, СПб. 1911, т. 1, стр. 3, 5. стр. 143 -------------------------------------------------------------------------------- Так пушкинское стихотворение, исключительно смелое и резкое, высмеивало не только политику Александра I, но и частную жизнь царской семьи: Отметим некоторые особенности текста стихотворения в копии Корфа: первый стих: "Уже в России скачет", предпоследний стих: "Ну слушай же, как царь-отец" (позднее к этому стиху сделана карандашная поправка: "Не слушай же.".."). Копия стихотворения "Деревня" (лл. 27 - 28 тетради Корфа) представлена отрывком, начинающимся строкой: "Но мысль ужасная здесь душу омрачает", - то есть наиболее острой в политическом отношении частью стихотворения. Тексту предшествует следующее замечание Корфа: "(Поэт описывает блаженство деревенской жизни; потом вспоминает горестно о следах рабства, которые являются ему со всех сторон)". Стих 59 в копии Корфа читается: "И рабство, падшее по манию царя". Таковы те данные списков Корфа, которые в той или иной мере обогащают наши представления о вольнолюбивой лирике Пушкина. г. Ленинград стр. 144