18 января 1946 года. Pacific Palisades, Calil'omie. Дорогой профессор! Для меня было большим удовольствием получить ваше письмо и забавный рисунок, подсказанный одним из оборотов речи в моих призывах к оружию. Примите мою благодарность и передайте мои поздравления художнику. Мои 55 выступлений по радио изданы теперь отдельной книгой. К моему великому удивлению, они не производят впечатления монотонности, хотя все они упорно говорят об одном и том же. Что касается моего открытого письма, предназначенного для Германии, то я не адресовал бы его господину фон Моло, если бы знал, что он раболепно посвятил несколько своих книг имперскому комиссару Альфреду Розенбергу, свидетельствуя свое "уважение" и свое "восхищение". Среди тех, кто оставался в Германии, никто, я думаю, не сумел избежать того, чтобы не совершить каких-то bassesses 1. Но эта, по-моему, - уж слишком сильна. Что же касается окончания буржуазного периода нашей цивилизации, то я думаю, что оно датируется не 1933, а скорее 1914 годом. Толчок, который мы тогда ощутили, был вызван началом войны, на наших глазах обозначившей в историческом плане конец одного мира и приход мира другого, совершенно нового. С тех пор все находится в постоянном движении, сотрясении, волнении; так будет продолжаться еще долгое время. Как в одном или двух словах определить все то новое, что явится на свет из битв и судорог того кризиса преображения, который мы переживаем? Это задача, к решению которой я никоим образом не чувствую себя подготовленным, - я, потомок буржуазного индивидуализма, я, по самой природе своей имеющий склонность (когда я не разрешаю моему разуму поправлять меня) смешивать буржуазную цивилизацию с цивилизацией вообще и рассматривать как варварство все то, что придет позже. Однако моя привязанность к жизни в ее беспрерывной эволюции - эта привязанность учит меня, что антитеза той "цивилизации", какую мы знали, называется отнюдь не варварством, а общностью. В связи с этим я прежде всего думаю об искусстве и литературе. Мир, который придет на смену миру буржуазному, сумеет освободить искусство от его торжественного одиночества, от того одиночества, которое убивает культуру, ибо она, освободившись от религии, оказалась сама возведенной в ранг своего рода религии. Искусство и литература вырвутся из объятий изысканной кучки избранных, именуемой "публикой"; эта порода почти совсем __ 1 la bassesse (франц. в оригинале) - низость. стр. 218 -------------------------------------------------------------------------------- вывелась, так что искусство может вскоре умереть в полном одиночестве, если только оно не сумеет найти путь, который приведет его к народу, - или лучше сказать, избегая ложной романтики, - путь, который приведет его к массам. Я думаю, что артистическая и литературная среда совершенно изменится, она будет отличаться гораздо большим спокойствием, а также и гораздо большей скромностью. Искусство избавится от своего унылого честолюбия и познает новые качества: чистоту и простоту. Будущее найдет в искусстве - а искусство найдет в будущем само себя - вспомогательную силу на службе человеческой общности, и эта общность будет обладать более обширными благами, нежели наша "культура духа"; это будет общность, которой не понадобится пожинать плоды цивилизации: она сама явится воплощением цивилизации как таковой. Вот то, что можно назвать пророчеством! Это вы толкнули меня на него своими вопросами, и я опасаюсь, что, наговорив так много, я сказал недостаточно. Вам же придется удовольствоваться этим. Весьма преданный вам Томас Манн. Великий немецкий писатель Томас Манн (1875 - 1955) в течение всей своей долгой жизни глубоко интересовался эстетическими проблемами, много думал о той роли, которую играет и должно играть искусство в общественной жизни. И если в начале своего творческого пути Томас Манн противопоставлял искусство - жизни, художника - обществу, то в дальнейшем его эстетические воззрения претерпели огромную эволюцию. Под влиянием общественно-политических битв эпохи, под воздействием событий первой мировой войны, социалистической революции в России, дальнейшего обострения классовой борьбы на родине писателя - Томас Манн становится убежденным антифашистом, а в области литературы и искусства - сторонником активного, действенного участия писателей в социальных битвах своего времени. Он ратует за искусство, близкое, нужное и понятное народу. Горячий патриот Германии, наследник лучших традиций немецкой гуманистической культуры прошлого, Томас Манн в статье "Антибольшевизм - основная глупость нашего времени" (1946) писал, что будущее "трудно представить себе без коммунистических черт, то есть без основной идеи общественной собственности и общественного пользования всеми богатствами земли, без непрерывного стирания классовых различий, без права на труд и обязанности трудиться для всех"1. Естественно, что, думая о судьбах человечества, писатель обращал свой мысленный взор к будущему искусства и литературы. Несомненный интерес в этом плане представляет эпистолярное наследие Томаса Манна. Публикуемое выше письмо Т. Манна профессору П. -П. Сагаву на русском языке печатается впервые. Пьер-Поль Сагав, французский ученый-германист, с 1933 года состоял в переписке с Томасом Манном; творчеству Манна посвящено несколько работ французского исследователя. -------------------------------------------------------------------------------- 1 "Antibolschewismus - die Grundtorheit unserer Epoche", журн. "Einheit", 1946, N 2, S. 107. стр. 219 -------------------------------------------------------------------------------- В первые дни 1946 года Пьер-Поль Сагав написал Томасу Манну поздравительное новогоднее письмо, в котором выражал свою признательность за регулярные выступления немецкого писателя в годы войны по радио с антифашистскими призывами, обращенными к народу Германии. В своем письме Сагав упомянул также об известном открытом письме Томаса Манна, адресованном немецкому литератору Вальтеру фон Моло; в этом письме Т. Манн излагал причины этического порядка, не позволявшие ему сразу же по окончании войны вернуться в Германию. Сагав просил также Томаса Манна изложить свои взгляды на дальнейшие судьбы буржуазной культуры, буржуазной цивилизации в целом, с ее культом индивидуализма. К письму Сагава был приложен сатирический антифашистский рисунок парижского художника Вивея, названный "Апокалиптические проходимцы" и являющийся своего рода иллюстрацией к одному из радиовыступлений Томаса Манна во время войны. Сагав опубликовал несколько адресованных ему писем Томаса Манна в апреле 1957 года во французском журнале "Cahiers du Sud" (N 340). Перевод этих писем на французский язык был сделан самим адресатом. Содержание публикуемого нами письма добавляет несколько новых важных штрихов к дорогому для нас облику замечательного немецкого художника и мыслителя, который еще в 1921 году говорил: "Россия и Германия должны все больше и больше узнавать друг друга. Им предстоит рука об руку идти в будущее!"1 Публикация, перевод и комментарий М. ВАКСМАХЕРА -------------------------------------------------------------------------------- 1 Th. Mann, Gesammelte Werke, Bd. 11, Berlin, Aufbau, 1955, S. 583. стр. 220