Споры о том, по какому принципу строить историю советской литературы - обзорному или монографическому, - как-то поутихли: слишком много "за" на стороне "обзорности". Тем более возрастает значение (и соответственно мера требовательности) критико-биографических очерков, литературных портретов писателей: нельзя представить себе литературный процесс во всей его "объемности", сложности и многогранности без отчетливого уяснения места и роли в нем каждого своеобразного художника. Перед нами очень разные по жанру, темпераменту, манере исполнения работы: несколько "академичный" портрет Мирзо Турсун-заде (автор З. Османова) и обстоятельный, сочетающий научную добросовестность с живостью изложения очерк Л. Арутюнова о Егише Чаренце; по-хорошему беллетристичный, отчетливо раскрывающий своеобразие писателя портрет Ивана Ле (автор Н. Надъярных) и поэтичный, как сама Саломея Нерис, с "выходами" на орбиту больших обобщений рассказ К. Зелинского о жизни и творчестве выдающейся литовской поэтессы; литературные портреты Ли-нарда Лайцена, Максима Танка, Жана Гривы. Лучшие из этих исследований отличают глубокое проникновение во внутренний мир художника, тонкий анализ "вызревания" писателя, неизбежно связанного с обращением к живительному источнику жизни, широта обобщений. Интересно, что это работы, казалось бы, "замкнутые в себе". Однако, как ни парадоксально, наиболее слабыми оказались те портреты, авторы которых стремились к всесторонности "охвата событий жизни и творчества художника. Нужна ли подробнейшая биография писателя, скрупулезное описание всего вышедшего из-под его пера, если не делается ни малейшей попытки оплодотворить эту "хронику" мыслью? Унылая информационность такого "анализа" угнетает читателя. Не всем из авторов рецензируемого сборника удалось воссоздать "лицо" художника во всем его своеобразии, эволюцию его творческого пути и диалектику этой эволюции (без чего разговор о писателе нельзя считать состоявшимся). Вот, например, как "доказывается" самобытность Максима Танка (автор очерка Л. Залесская): "Максим Танк - поэт широкого творческого диапазона. В его поэзии особенно многогранно воплощены идеи пролетарского интернационализма и гуманизма... Проникновенный лиризм характеризует лучшие произведения А. Кулешова и М. Танка, но особенность их стиха заключается и в насыщенности тропами. Оба поэта умеют найти яркие эпитеты, оригинальные метафоры, запоминающиеся сравнения. Тяготение к метафоричности... не делает этих разных поэтов похожими друг на друга. Различны те стороны жизни, на которых они останавливают внимание читателя. Самобытен лирический голос каждого поэта". Иные "обобщения" просто удивляют: "К концу 30-х годов выявилась еще одна особенность стиля М. Танка - метафоричность, образность, умение при помощи поэтических тропов передать целую картину жизни, большую идею, глубокое чувство". Но ведь это не "особенность -------------------------------------------------------------------------------- "Писатели народов СССР", Изд. АН СССР. М. 1962, 338 стр. стр. 236 -------------------------------------------------------------------------------- стиля М. Танка", а непременное для поэта качество! Отсутствует оно - нет и поэта. Мы намеренно заострили внимание на одном из неудачных очерков (хотя в сборнике больше хороших), ибо слабости и недочеты его типичны. Когда разговор о художнике не имеет конкретной цели, "беспроблемен", он неминуемо выливается в "разговор вообще", где есть все, но нет главного - живого человека, портрета писателя. стр. 237