PORTALUS.RU → ТУРИЗМ И ПУТЕШЕСТВИЯ → ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА → Версия для печати
Постоянный адрес публикации (для научного и интернет-цитирования)
По общепринятым международным научным стандартам и по ГОСТу РФ 2003 г. (ГОСТ 7.1-2003, "Библиографическая запись")
По ГОСТу РФ 2008 г. (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка")
А. СТАРЦЕВ, ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА // Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU. Дата обновления: 24 января 2011. URL: https://portalus.ru/modules/travelling/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1295876643&archive=1295896527&start_from=&ucat=& (дата обращения: 03.10.2026).
Найденный поисковой машиной PORTALUS.RU оригинал публикации (предполагаемый источник):
А. СТАРЦЕВ, ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА / Вопросы литературы, № 7, 1958, C. 234-239.
По общепринятым международным научным стандартам и по ГОСТу РФ 2003 г. (ГОСТ 7.1-2003, "Библиографическая запись")А. СТАРЦЕВ, ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА [Электронный ресурс]: электрон. данные. - Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU, 24 января 2011. - Режим доступа: https://portalus.ru/modules/travelling/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1295876643&archive=1295896527&start_from=&ucat=& (свободный доступ). – Дата доступа: 03.10.2026.
По ГОСТу РФ 2008 г. (ГОСТ 7.0.5—2008, "Библиографическая ссылка")А. СТАРЦЕВ, ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА // Москва: Научная цифровая библиотека PORTALUS.RU. Дата обновления: 24 января 2011. URL: https://portalus.ru/modules/travelling/rus_readme.php?subaction=showfull&id=1295876643&archive=1295896527&start_from=&ucat=& (дата обращения: 03.10.2026).
Найденный поисковой машиной PORTALUS.RU оригинал публикации (предполагаемый источник):
А. СТАРЦЕВ, ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА / Вопросы литературы, № 7, 1958, C. 234-239.
публикация №1295876643, версия для печати
ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА
Дата публикации: 24 января 2011 |
|
Ван Вик Брукс - видный представитель того уже почти сошедшего со сцены поколения в американской литературе, которое получило известность под именем "людей 20-х годов" и числило в своих рядах Синклера Льюиса, Шервуда Андерсона, Юджина О'Нила и других выдающихся литературных деятелей. Ван Вик Брукс - не беллетрист. Он историк литературы и критик. Его участие в движении "людей 20-х годов" выразилось в двух книгах, которые имели по преимуществу историко-литературный характер, хотя и касались писателей, умерших не так давно. Это были "Испытание Марка Твена" (1920) и "Паломничество Генри Джеймса" (1925). Общее -------------------------------------------------------------------------------- Van Wyck Brooks, Days of the Phoenix. The Nineteen twenties I remember, London, Dent and sons, 1957, 193 p. стр. 234 -------------------------------------------------------------------------------- достоинство этих работ (в особенности первой из них), сделавшее их родом манифеста для всего движения "людей 20-х годов", заключалось в резкой критике грубо утилитарного характера американской буржуазной культуры, ее враждебности как художественному творчеству, так и всякой духовной деятельности, независимой, от денежного мешка. Следует заметить, что хотя эти критические мотивы сохраняют значение и в последующей литературной деятельности Ван Вик Брукса, в особенности в его публицистике, с течением времени они теряют свой резко обличительный характер. Уже в книге об Эмерсоне, вышедшей в 1927 году, Ван Вик Брукс пересматривает свои прежние позиции как чрезмерно "негативистские". Начатая в 30-х годах и законченная лишь недавно, историко-литературная пенталогия Ван Вик Брукса, охватывающая развитие американской литературы с начала XIX века и до кануна первой мировой войны ("Расцвет Новой Англии", 1936, "Бабье лето Новой Англии", 1940; "Мир Вашингтона Ирвинга", 1944; "Времена Мельвиля и Уитмена", 1947, и "Годы доверия", 1952) далека от принципов, которые он отстаивал в 20-х годах. При характерных методологических недостатках "Испытания Марка Твена" (в первую очередь связанных с увлечением автора фрейдистской психологией) социологическая основа этой книги оказалась настолько крепкой, что обеспечила ей прочное место в американской критике и в основной твеновской литературе, невзирая на неоднократные нападки справа. Что касается историко-литературного цикла, широко расхваленного в американской прессе за эрудицию и повествовательное мастерство автора, то, собственно, этими названными чертами и ограничиваются его достоинства. Методологически он не выходит за пределы несколько модернизированной историко-культурной школы. Критический анализ буржуазной американской культуры сведен к минимуму. Талант живописания и особое артистическое умение воссоздать "атмосферу" описываемых событий составляют неотъемлемые черты историко-литературной прозы Ван Вик Брукса, однако даже изяшнейшие из этих виньеток много проигрывают, на вкус серьезного ценителя, в сравнении с резким и содержательным рисунком его книг 20-х годов. Не приходится сомневаться, что эта эволюция Ван Вик Брукса связана с общим кризисом, который пережило "поколение20-х годов". Яркий сначала протест радикальной, гуманистической интеллигенции против грубого господства капитала в духовной жизни страны оказался не связанным с передовым общественным движением в США, с революционной социалистической критикой американского капитализма в целом и свелся постепенно к либерализму характерного американского толка. Такой исход движения не должен мешать, разумеется, справедливой оценке тех действительных достижений, какие имели "люди 20-х годов" в свой наступательный период, лучших романов Синклера Льюиса, лучших новелл Шервуда Андерсона, лучших литературно-критических работ Ван Вик Брукса. "В дни феникса" - второй том воспоминаний Ван Вик Брукса (первый том он посвятил своему детству и юности). Этот второй том захватывает наиболее важный период деятельности Ван Вик Брукса. К нему относится издание журнала "Семь искусств" ("Seven Arts") в 1916 - 1917 годах, в котором группа "литературных радикалов" призывала американских писателей поднять художественный и моральный авторитет американской литературы, и далее работа над книгами о Твене и Генри Джеймсе. К сожалению, воспоминания столь видного деятеля новейшей американской литературы не содержат ни широкой картины литературного движения этих лет, в стр. 235 -------------------------------------------------------------------------------- центре которого Ван Вик Брукс находился, ни систематической характеристики общественных и литературных взглядов самого автора и его окружения. Книга имеет подзаголовок: "Рассказ о моей жизни, моей работе и моих друзьях" - и носит подчеркнуто камерный характер. Зарисовки отдельных моментов в литературной деятельности автора, которые он считает особо важными, перемежаются с главами узко автобиографического содержания. Отбирая литературные фигуры для более развернутой характеристики, он обходит Синклера Льюиса и Драйзера и предпочитает рисовать портреты своих близких единомышленников Уолдо Фрэнка или Льюиса Мэмфорда, роль которых в американской литературе все же второстепенна и третьестепенна. Большую ценность имеют воспоминания Ван Вик Брукса о Рэндольфе Боурне, недостаточно известном у нас американском критике и публицисте, умершем в 1918 году еще молодым человеком. Боурн был на голову выше большинства своих коллег по "Семи искусствам". Его моральные и эстетические искания развивались в гораздо более тесной связи с социальной жизнью и политикой, что и выявилось, когда США вступили в войну на стороне Антанты. Невзирая на полицейские преследования, Боурн занял резко антивоенную позицию. В статье "Сумерки идолов", опубликованной осенью 1917 года, он атаковал лидеров американского либерализма, поддерживавших президента Вильсона, и задал публично "опасный" вопрос: чего на самом деле опасаются правители Америки, бросая свой народ в войну, "угроз ли германского империализма, или освободительного влияния социалистической России?" После смерти Боурна Ван Вик Брукс издал его небольшое литературное наследство и написал восторженную статью, которая способствовала тому, что фигура Боурна стала для молодого поколения "легендарной". Теперь в мемуарах Ван Вик Брукс не касается своих идейных расхождений с Боурном, лишь вскользь упоминая, что не мог следовать за Боурном в крайностях его антивоенного протеста. А уточнение этого вопроса имело бы немалое значение. Объяснение "неповторимой репутации" Боурна в истории американского либерализма заключается в том, что он умер молодым. Запятнанные бессчетными компромиссами с капиталистическим порядком, ветераны американского либерализма с умилением вспоминают Боурна, имя которого связано с их собственным "Штурм унд дрангом", давно ушедшим в прошлое. Между тем если внимательно перечитать то, что писал Боурн в последние годы своей жизни, то при всей идейной слабости, характеризовавшей группу "Семи искусств" в целом, можно найти в этих статьях столь живое понимание связи литературы с жизнью и столь очевидное тяготение к социализму, что возникает законное сомнение, удалось ли бы либералам удержать его в своем лагере, останься он жив, и не пришлось ли бы им отрекаться от Боурна? Так или иначе тень Боурна с укором взирает на своих прежних друзей. Известно, что пути, какими развивается антибуржуазный протест в сознании интеллигенции в капиталистических странах, разнообразны. Интересы молодого Ван Вик Брукса были целиком в сфере культуры, и в особенности литературы. Едва ли не сильнейшим стимулом в его критике американской буржуазной цивилизации была тревога по поводу ненормального положения человека искусства, художника в американском обществе. Сейчас в своих воспоминаниях, уточняя свое мнение по этому вопросу, сформулированное впервые еще в 20-х годах, Ван Вик Брукс не стесняет себя позицией мемуариста и дополняет воспоминания новыми соображениями как участник американской литературной жизни сегодняшнего дня. На наш стр. 236 -------------------------------------------------------------------------------- взгляд, эти страницы книги представляют для читателя наибольший интерес и наибольшую актуальность1. Ранее, чем написать свои книги о Твене и Джеймсе, вспоминает Ван Вик Брукс, - он пришел к убеждению, что американские общественные условия губительны для человека искусства и что ненормальное "оборванное" развитие большинства американских писателей прямо связано с этими условиями. В подкрепление своего взгляда он приводит высказывания американских писателей, задумывавшихся над этим же вопросом, цитирует Хемингуэя ("в определенном возрасте с нашими писателями что-то случается; мы губим их различными способами") и вспоминает известные слова другого выдающегося писателя 20 - 30-х годов - Скотта Фитцджеральда ("жизнь американца не имеет второго действия"), сводящиеся к той же мысли, что художественный талант в условиях американской цивилизации не получает нормального развития. Обращаясь к своим первоначальным раздумьям над судьбами писателя в США, Ван Вик Брукс пишет, что он стал изучать биографии великих писателей других народов "столь же усердно, как монах изучает жития святых", и что "жизнь Толстого, Чехова, Достоевского, Флобера и многих других подтверждала его мысль о серьезном назначении писателя в обществе". С другой стороны, литературный мир в США рисовался ему "подобием чистилища", где "тени писателей мучались или пребывали в забвении, или превращались в нечто странное и чудовищное". И дело было не только во внешних трудностях, которые вставали на пути писателя, но и в тех серьезных пороках, которые характеризовали внутренний мир писателей, выросших в неблагоприятной для них обстановке. Ван Вик Брукс вспоминает того же Скотта Фитцджеральда, яркое дарование которого столь быстро "дало трещину", и Шервуда Андерсона, который "столько раз бил мимо цели и, в конце концов, дал так немного". Касаясь своих дальнейших впечатлений, Ван Вик Брукс пишет, что год за годом он с изумлением и горечью наблюдал, как американские писатели "бродят ощупью, словно во тьме, совершая все те же промахи или капитулируя перед трудностями", и как "американская критика сохраняет равнодушие, интересуясь, как видно, единственно вопросами литературной техники". Острота книги Ван Вик Брукса о Твене состояла как раз в том, что на примере литературной судьбы этого американского классика он попытался поставить общий вопрос о судьбе художника в американском обществе. Это привело к некоторому "осовремениванию" твеновской темы, но зато позволило автору придать своему историко-литературному этюду до жгучести актуальный характер. Теперь в своих воспоминаниях Ван Вик Брукс рассказывает, как Синклер Льюис, познакомившись с его книгой сразу после ее выхода, прямо рекомендовал применить ту же схему исследования к хорошо знакомым им обоим писателям-современникам и показать, как "люди с талантом" превратились в "унылых роботов" из-за денег, или с помощью добрых друзей, или от общего американшпа. -------------------------------------------------------------------------------- 1 Любопытно указать в этой связи, что рецензент Воспоминаний Ван Вик Брукса в академическом журнале американских литературоведов "Америкен Литерачур" (1958, январь) с досадой отмечает как "неуместные в мемуарах" резкие замечания Ван Вик Брукса о господстве в новейшем американском литературоведении реакционно-формалистской школы, так называемой "Новой критики". стр. 237 -------------------------------------------------------------------------------- Общий американит, если следовать диагнозу Ван Вик Брукса, - это характерный для многих американских писателей недостаток нравственной и эстетической культуры, деморализующее художника и лишающее его веры в себя безмолвное признание приоритета бизнеса, власти денег во всех областях материальной и культурной жизни. Ван Вик Брукс вспоминает весьма интересное замечание Джека Лондона из его частного письма к Уолдо Фрэнку, что если бы журнал, подобный "Семи искусствам", появился бы на двадцать лет раньше, то он (Лондон) не стал бы кормить читателей "жвачкой из милого вранья" (pap of pretty lies)l. Ван Вик Брукс имеет в запасе незабываемо яркие иллюстрации к своим жалобам на подчиненное положение интеллигенции в США. Он вспоминает, что когда в годы первой мировой войны крупнейший американский историк-Чарльз Бирд ушел из Колумбийского университета в знак протеста против увольнения профессоров-пацифистов, то один из попечителей университета сказал Бирду: "Напрасно уходите. Разве вы не знаете, что профессора сейчас нанять легче, чем хорошего лакея?" Какое же лечение американита, этой тяжкой и унизительной болезни американской интеллигенции, предлагает Ван Вик Брукс? Он ограничивается по этому вопросу косвенными указаниями. "Мне не раз приходилось наблюдать на литературных банкетах, - пишет он, - как набобы нашего журнального мира, выпятив квадратные подбородки, глазели на заезжего гостя из-за океана, какого-нибудь изможденного отшельника, который, может быть, и питается-то одними бутербродами, но зато сохраняет духовную независимость". Допустим, что автор прав и что заезжий отшельник на самом деле сохраняет "духовную независимость". Можно ли, однако, всерьез полагать, что интеллигенция в капиталистическом мире в состоянии добыть себе духовную свободу, практикуя аскетические добродетели? Согласно дошедшему до нас историческому преданию, Диоген не заискивал перед Александром Македонским, так как настолько ограничил свои потребности, что не нуждался в его милостях. В середине прошлого столетия американский писатель Генри Торо сделал попытку "выключиться" из капиталистической экономики, поселившись в лесу и живя трудами своих рук. Нов сегодняшнем буржуазном искусстве в США нельзя увидеть ни Диогенов, ни Торо. Зато можно видеть, как цепкие щупальцы капиталистической наживы проникают в уединенные кабинеты и студии людей искусства. Буржуазная печать полна сейчас сообщениями о последнем достижении Голливуда, который выплачивает американским писателям огромные суммы в несколько сот тысяч долларов за право экранизировать их книги по своему усмотрению. Считая соблазн такого стремительного обогащения неотразимым, один английский журналист высказал даже в этой связи предположение, что очень скоро американские писатели будут рассматривать свои книги лишь как доходный полуфабрикат, подлежащий окончательной доработке на кинофабриках Голливуда. Обстановка мало подходящая для пропаганды аскетизма... Хотя сам Ван Вик Брукс рассматривает свои воспоминания как еще не вполне устоявшийся материал, все же если не сейчас, то очень скоро его мемуары станут ис- -------------------------------------------------------------------------------- 1 Журнал "Семь искусств" начал выходить в 1916 году, и следовательно, эти слова Лондона написаны незадолго до смерти. Они относятся, по-видимому, к той легковесной развлекательной беллетристике, которую он писал в последние годы своей жизни. стр. 238 -------------------------------------------------------------------------------- точником для историка и исследователя. Это обязывает сразу и определенно сказать об узости кругозора автора и ограниченности его позиции. Излагая, хотя и отрывочно, некоторые важные события и процессы американской литературной жизни 20-х годов, Ван Вик Брукс или не видит рядом с собою никого, кто развивал бы по основным вопросам жизни и литературы более решительную критику, чем он сам, или же если и видит, то не придает этому сколько-нибудь серьезного значения. Мы не находим в его воспоминаниях ни одного внятного слова пи об откликах в США на социалистическую революцию в России, ни о влиянии рабочего движения в США на американскую интеллигенцию. Такие кризисы американской жизни, как дело Сакко и Ванцетти 1927 года и сопутствовавшее ему общественное движение, о котором фактически известно, что оно вывело из спячки не одного американского писателя, обходятся полным молчанием. Политика не в чести в книге Ван Вик Брукса. Читая эти воспоминания, можно, пожалуй, вообразить, что издававшийся им и его друзьями журнал "Семь искусств" был тем пределом дерзания, дальше которого мысль человеческая не выходила. Упоминая в одной фразе Джона Рида, Ван Вик Брукс пишет: "Когда я глядел на него, читающего корректуру, он казался мне совершенно нереальным". Это признание чистосердечно и делает честь искренности автора, - Рид как личность был действительно вне его понимания. Однако даже не понимая Джона Рида, его пути и его судьбы, автору, как историку, следовало бы видеть, что сам он и его друзья вместе со своими сложными и изящными соображениями о противоречиях американской культуры (из которых они не видели и не видят выхода) -• лишь нахлебники того великого исторического движения, которое было представлено в США Джоном Ридом. И "Семь искусств", и книга самого Ван Вик Брукса о Твене, и лучшее, что было создано в американской литературе "людьми 20-х годов" - все это было отзвуками и отблесками гигантского конфликта между лагерем капитализма и революционным лагерем трудящихся, который нарастал с огромной силой все первые десятилетия XX века и привел к Десяти дням, которые потрясли мир. Подлинно исторический подход к оценке тех явлений американской культуры и литературы, которые освещены в книге Ван Вик Брукса, неизбежно потребовал бы от него переоценки и литературно-моральных проблем, которые он ставит. Как показывает опыт политической и литературной борьбы на Западе за последние десятилетия, подлинно стойкая независимость интеллигенции от мира капитализма возникает не на базе аскетического самоотречения и морального самоусовершенствования, а на гораздо более серьезной основе отрицания капиталистического порядка в целом. Пороки культуры, о которых говорит Ван Вик Брукс, вырастают из общих пороков буржуазного строя и погибают вместе с ним. стр. 239 Опубликовано 24 января 2011 года Изображение к публикации:Полная версия публикации №1295876643 → © Portalus.ru Главная → ТУРИЗМ И ПУТЕШЕСТВИЯ → ВОСПОМИНАНИЯ ВАН ВИК БРУКСА При перепечатке индексируемая активная ссылка на PORTALUS.RU обязательна!
|
|