Кто-то метко сказал, что среди версальцев не было великих поэтов. Их не было ни среди контрреволюционных эмигрантов 1792 года, ни среди прусской военщины, ни среди тех, кто подавлял выступления чартистов. Зато революционные движения европейских народов имели свою великую литературу и своих одаренных певцов, таких, как М. Ж. Шенье и С. Марешаль, О. Барбье и Э. Моро, П. Дюпон и Э. Потье, Ж. Б. Клеман и Ж. Валлес, Г. Бюхнер и Г. Гервег, Ф. Фрейлиграт и Г. Веерт, Э. Джонс, Дж. Масси, В. Линтон и десятки других поэтов, прозаиков, драматургов, критиков.

Их имена не пользуются вниманием буржуазных критиков, а их произведения редко входят в антологии. Большинство зарубежных литературоведов - одни молчаливо, другие прямо декларируя это, - исходят из лживого утверждения, что "простонародье", берясь за оружие, способно лишь разбивать статуи и поджигать музеи. Впрочем, в этом они не оригинальны: они лишь продолжают дело, начатое теми, кто расстреливал рабочих на улицах Берлина, Вены и Парижа, кто бросал в тюрьмы английских чартистов. Версальцы изгнали Потье и Валлеса из Франции, их ученые преемники изгнали этих писателей-коммунаров из истории литературы. Созданный Э. Потье "Интернационал" ныне поют на всех языках мира, но упоминаний о нем не встретишь ни в одном французском учебнике литературы. Нет в буржуазных очерках истории литературы и имен первых пролетарских писателей Г. Веерта и Э. Джонса.

В тех немногих случаях, когда буржуазные литературоведы все же обращались к литературному наследию революционных эпох, они во что бы то ни стало старались извратить подлинный смысл творчества демократических писателей, доказать, что значительные произведения создавались ими лишь постольку, поскольку они отрывались от политических боев современности, воспаряя в заоблачные выси "незаинтересованной красоты" и вневременных метафизических абстракций1. Если же это не удавалось, то поступали подобно Пти де Жюльвиллю, автору книги по истории фран-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Так, в двухтомной работе В. Бухнера о Фрейлиграте необычайно пространно говорится о лирических произведениях поэта. В отношении же периода 1848 года автор становится предельно кратким. Стараясь "спасти" замечательного поэта перед лицом истории, Бухнер пытается доказать, что данный период был "неорганичным" в творчестве Фрейлиграта и был вызван лишь "заблуждениями" поэта и "необъяснимым влиянием банды поджигателей", как автор называет редакцию "Новой Рейнской газеты" (W. Вuсhner, Ferdinand Freiligrath, ein Dichterleben in Briefen, Bd. II, 1881, S. 215).



стр. 171


--------------------------------------------------------------------------------

цузского театра, который писал о драматургии времен революции конца XVIII века: "В ту эпоху политика завладела сценой, и большинство пьес были памфлетами, если вообще можно назвать памфлетами эти бьющие через край зверства и глупости, изложенные в диалогической форме во славу недолговечных идолов, перед которыми пресмыкалось общественное мнение в течение десяти лет... Некоторые из этих сочинений более глупы, чем свирепы, другие более кровожадны, чем пошлы"1.

Более утонченный, но в сущности столь же тенденциозный вариант интерпретации наследия революционной литературы XIX столетия представляет, например, книга немецкого историка литературы Дирлама о чартистских листовках2. Признавая за поэзией чартизма историческое и социально-политическое значение, собрав ценный фактический материал, Дирлам начисто отрицает, однако, какое-либо художественное значение чартистской литературы. Исследование о чартистских листовках и стихах, печатавшихся в них, превращается в филистерское глумление над памятниками революционного прошлого английского народа.

Хотя в критике конца XIX и начала XX века и были предприняты отдельные попытки по достоинству оценить творчество писателей революционно-демократического лагеря, эти выступления тем не менее не могли победить предвзятого отношения к их наследию в кругах историков литературы. Несколько откликов в социал-демократической печати3, две-три оставшиеся незамеченными брошюры, да отдельные страницы в чрезвычайно редких книгах, написанных более или менее объективными учеными4, отнюдь не определявшими лица современного им литературоведения, - вот и все источники, из которых можно было почерпнуть тогда отрывочные сведения о литературе европейских революционных движений XIX века.

Только советскому литературоведению удалось вновь восстановить в правах эту преданную забвению часть художественного наследия прошлого.

Октябрьская революция, ознаменовавшая собой грандиозный переворот в духовной жизни миллионных народных масс, была поворотным пунктом в судьбах русской науки и, в частности, литературоведения. Были наконец сметены барьеры царской цензуры; песни, поэмы, рассказы, романы, в которых западноевропейские писатели прославляли героизм борющегося народа, начали издаваться невиданными дотоле тиражами; воскрешались несправедливо забытые или полузабытые имена, извлекались из пыли архивных хранилищ и переводились произведения, проникнутые любовью к простому человеку, повествующие о его труде и борьбе.

Методологической базой исследовательской разработки революционно-демократической литературы стали труды основоположников марксизма-ленинизма. Собранная в 1920-е годы в Институте марксизма-ленинизма богатейшая коллекция книг, брошюр, листовок и периодики, относящихся к революционным периодам в истории народов,


--------------------------------------------------------------------------------

1 Petit de Julleville, Le Theatre en France, Paris, 1923, p. 343 - 344.

2 J. Dierlamm, Die Flugschriftenliteratur der Chartistenbewegung und ihr Widerhall in der offentlichen Meinung, Leipzig, 1909.

3 Например, статьи Ж. Геда об Эжене Потье в газете "Le Socialists" (18 июня 1887 года и 10 ноября 1887 года) и другие.

4 Такова, например, двухтомная монография Сh. Lenient, La poesie patri-otique en France dans les temps modernes, Paris, 1894; или книга: Е. Oswald, Thomas Hood und die soziale Tendenzdichtung seiner Zeit, Wien, 1904.



стр. 172


--------------------------------------------------------------------------------

явилась практической основой, на которой создавались труды не одного поколения советских ученых. Она и поныне остается неисчерпаемым источником для исследователей революционно-демократической литературы в странах Западной Европы. Для систематического изучения западноевропейской революционной литературы осенью 1927 года при секции литературы и искусства Коммунистической Академии ЦИК СССР была создана Комиссия по изучению революционной и пролетарской литературы Запада, которая положила начало серьезной исследовательской работе в этой области.

За четыре десятилетия Советской власти были изданы как общие антологии революционной поэзии Запада1 так и сборники поэзии французских революций 1789 - 1794, 1848 годов и Парижской Коммуны, немецкой революции 1848 года, литературы чартистского движения. Достоянием читателей стали впервые представленные и научно прокомментированные произведения Э. Моро, П. Дюпона, Э. Потье, Ж-Б. Клемана, Ф. Фрейлиграта, Г. Веерта, Э. Джонса, В. Линтона, Дж. Масси, Ж. Валлеса, Л. Кладеля и других писателей европейской революционной демократии XIX века. В хрестоматиях по гражданской и литературной истории, в журналах и газетах, в отдельных сборниках появились десятки публикаций, критических статей, отзывов, рецензий, позволивших воссоздать картину развития этой литературы. Советское литературоведение выдвинуло целую группу исследователей, заново открывших почти неизученную область художественного наследия прошлого - обширную литературу больших революционных движений.

Научное значение этого коллективного труда, потребовавшего многих лет кропотливых изысканий и напряженной работы пытливой исследовательской мысли, нельзя переоценить. Изучение забытых страниц литературы XIX века раскрыло грандиозные творческие, созидательные силы, таящиеся в трудящихся массах и вырывающиеся наружу в пору революционного подъема. Миф о том, что периоды глубоких социальных потрясений в истории человечества в художественном отношении бесплодны, что гром революционных пушек заглушает голоса муз, больше не существует.

Открытия советских исследователей западноевропейской революционной литературы, изучение связей и взаимодействия творчества этих писателей с деятельностью классиков критического реализма и революционного романтизма XIX века заставили во многом пересмотреть традиционные представления о всем литературном процессе во Франции, Англии, Германии. Изучение массовой демократической литературы дало, советским ученым возможность убедительно доказать, что такие гиганты европейской поэзии, как Берне, Байрон, Шелли, Беранже, Гюго, Гейне - отнюдь не одинокие фигуры, якобы стоящие в стороне от национальных революционно-демократических движений и литератур, ими порожденных, как это утверждали буржуазные критики. Картина развития европейских литератур ныне немыслима без поэзии французских революций и Парижской Коммуны, творчества немецких революционных поэтов 40-х годов и чартистских писателей. В советских историях зарубежных литератур впервые получила подлинно объективное освещение и справедливую оценку революционно-демократическая и раннепролетарская проза, драматургия и


--------------------------------------------------------------------------------

1 "Революционная поэзия на Западе". Под ред. и с предисл. Л. П. Гроссмана, М. 1927; "Революционная поэзия Запада XIX века". Ред. и пояснит, тексты А. Гатова. Предисл. А. В. Луначарского, М. 1930.



стр. 173


--------------------------------------------------------------------------------

поэзия1. В Литературную энциклопедию и другие справочные издания общего характера, вышедшие в СССР, впервые включены развернутые статьи, посвященные таким писателям, как Э. Потье, Г. Веерт, Э. Джонс.

Сейчас, когда советские литературоведы подводят итоги сорокалетнему пути своей науки, полезно хотя бы бегло проследить, как развивалось у нас изучение литературы европейской революционной демократии XIX века, и попытаться в самых общих чертах наметить круг вопросов в этой области, ожидающих дальнейшей разработки2.

* * *

Более ста лет назад в статье о "Парижских тайнах" Э. Сю Белинский написал: "Народ - дитя; но это дитя растет и обещает сделаться мужем, полным силы и разума... В народе уже быстро развивается образование, и он уже имеет своих поэтов, которые указывают ему его будущее, деля его страдания и не отделяясь от него ни одеждою, ни образом жизни"3. С тех пор всякий раз, когда на горизонте литературной жизни Франции появлялись художники, вышедшие из самой гущи народа и запечатлевшие в своих произведениях труд, невзгоды, упования и борьбу простых людей своей страны, русская критика с сочувствием писала об этих певцах французской демократии. Начиная с 30-х годов XIX века на страницах передовой литературной печати России нередко встречаются имена не только одаренных писателей-демократов Беранже, Барбье, Пиа, Дюпона, Потье, Валлеса, Кладеля, но и менее значительных литераторов этого направления - Бартелеми, Магю, Понси, Лапуанта, Луизы Мишель, Кловиса Гюга, Монтегюса и других. Русская критика подчас даже опережала французскую, публикуя отзывы о писателях, почти или вовсе неизвестных в ту пору литературной общественности на их родине. Достаточно вспомнить, что именно в русском журнале появилось первое упоминание об Эжене Потье, где отмечалось, что творчество поэта-рабочего "проникнуто чувством глубокой любви к родному краю"4.

Эта знаменательная традиция была подхвачена русской марксистской критикой начала XX века. В период, когда на широкую арену общественной жизни России вышел пролетариат и его партия, наследие революционных французских поэтов становится действенным оружием пропаганды в руках русских социал-демократов. В эти годы огромной популярностью среди рабочих пользуются "Марсельеза" Руже


--------------------------------------------------------------------------------

1 В. М. Фриче, Очерк развития западноевропейской литературы, М. 1922; Ф. П. Шиллер, История западноевропейской литературы нового времени, т. I, М. 1935; В. В. Ивашева, Курс лекций по истории западноевропейской литературы XIX века, кн. 2, М. 1951; История английской литературы, т. II, вып. 2,Изд. АН СССР, М. 1955; История французской литературы, т. II, Изд. АН СССР, М. 1956; С. Д. Артамонов и З. Т. Гражданская, История зарубежной литературы XVIII века, М. 1956; Курс лекций по истории зарубежных литератур XX века. Под ред. Л. Г. Андреева и Р. М. Самарина, т. I, изд. МГУ, М. 1956; А. Аникс, История английской литературы, Учпедгиз, М. 1956; М. Е. Елизарова, С. П. Гиждеу, Б. И. Колесникова Н. П. Михальская, История зарубежной литературы XIX века, Учпедгиз, М. 1957.

2 Последующий обзор охватывает лишь материал исследований французской, немецкой и английской литератур XIX века, так как здесь советскими учеными проделана наибольшая работа. Что касается революционной литературы других европейских стран, то хотя в арсенале советского литературоведения есть несколько посвященных ей брошюр и статей, подводить итоги научным исследованиям в этой области, по-видимому, еще рано.

3 В. Г. Белинский, Полн. собр. соч., т. VIII, Изд. АН СССР, М. 1955, стр.173.

4 М. Л. Михайлов, Парижские письма, "Современник", 1858, N 9, стр. 277.



стр. 174


--------------------------------------------------------------------------------

де Лиля, вызвавшая множество подражаний, - "Рабочую Марсельезу", "Солдатскую Марсельезу" и т. п., и особенно "Интернационал" - гимн борцов за социалистическую революцию, созданный коммунаром Э. Потье и переведенный на русский язык в 1902 году Аркадием Коцем. В. И. Ленин посвятил создателю бессмертной песни революционных рабочих специальную статью, в которой он говорил, что Потье "оставил по себе поистине нерукотворный памятник. Он был одним из самых великих пропагандистов посредством песни"1.

С первых лет Советской власти культурное наследие революционных эпох Франции начинает привлекать внимание широких кругов литераторов и критиков. Уже в годы гражданской войны одна за другой появляются книги пионеров изучения французской революционно-демократической поэзии - В. Фриче2, Е. Шведера3, Ю. Стеклова4, А. Овсянникова5. В начале 20-х годов впервые на русском языке выходят сборники стихов Барбье и Дюпона, произведения которых с начала XX столетия не издавались ни на одном европейском языке, даже у них на родине6.

В те годы в ожесточенных литературных спорах рождалась молодая советская литература. Время требовало новых песен, и далеко не всем писателям Республики Советов было ясно, по какому пути идти, у кого учиться. В этих условиях издания революционной французской поэзии, особенно песен пролетарских поэтов, были не просто средством расширения литературного кругозора нового читателя, но формой действенного вмешательства в литературную полемику современности. Недаром даже позже, в 30-е годы, М. Горький советовал молодым поэтам учиться у французских политических песенников. На втором пленуме Правления Союза советских писателей он говорил о том, что социальная ценность стихов "была бы, несомненно, полезней и значительней, она сыграла бы большую воспитательную роль, если бы молодые поэты шли той дорогой, которой шел Беранже, которой идут французские шансонье"7.

Первые работы советских критиков о демократической французской поэзии, созданные на основе самостоятельных разысканий в заграничных архивах и изучения некоторых, правда, весьма немногочисленных, печатных изданий, открывали перед читателем ранее остававшийся под спудом мир идей и поэтических образов, запечатлевших трудные будни и величественные революционные деяния народа. Авторы этих


--------------------------------------------------------------------------------

1 Эта статья, написанная к 25-летию со дня смерти Потье, была напечатана на первой странице большевистской "Правды" 3 января 1913 г. (сб. "Ленин о культуре и искусстве", "Искусство", М. 1956, стр. 130). Помимо нее отметим ряд других статей и заметок о французской революционно-демократической и пролетарской литературе, помещенных на страницах русской прессы начала XX века и принадлежащих перу критиков-марксистов. Среди них - статьи А. В. Луначарского "Социальная лирика в современной Франции" ("Киевская мысль", 6 марта 1911 г., N65) и "Жюль Валлес и жанделетры" ("Киевская мысль", 5 июня 1913 г., N 148), а также статья неизвестного автора об Э. Потье - "Рабочий как поэт", появившаяся в латышском журнале "Rihts" (1914, N 3).

2 В. М. Фриче, Пролетарская поэзия, М. 1918 (вышло два издания).

3 Е. Шведер, Марсельеза и ее творец, М. 1918.

4 Ю. Стеклов, Поэзия революционного социализма. Певцы трудового царства во Франции, Пг., 1918 (вышло три издания).

5 А. Овсянников, Великая французская революция в песнях современников, Пг., 1920 (вышло два издания).

6 О. Барбье, Ямбы и поэмы, Одесса, 1922. Сборник был составлен, снабжен вступительной статьей и комментариями М. П. Алексеева. "Песни" П. Дюпона (М. 1923) были подготовлены к печати В. М. Фриче.

7 М. Горький, Собр. соч. в тридцати томах, т. 27, М. 1953, стр. 418.



стр. 175


--------------------------------------------------------------------------------

книг стремились через призму поэзии раскрыть волнующую правду истории, обогатить представления читателей о минувших днях и ушедших поколениях. Они строили свои обзоры как живую летопись событий, политического быта и социальной борьбы эпохи, перемежаемую обширными выдержками из наиболее ярких и характерных поэтических произведений (А. Овсянников), либо как серию популярных очерков о поэтах, призванную наметить основные вехи движения того или иного жанра с точки зрения его тематики (Ю. Стеклов). И хотя в этих книгах и были ошибки, неточности, пробелы, хотя нередко подбор текстов оказывался неудачным, а переводы далеко не совершенными (например, в сборнике "Песен" П. Дюпона), тем не менее их значение для развития науки о литературе несомненно. Во всяком случае, они сильно расшатывали устоявшиеся консервативные концепции литературного процесса во Франции. В 1922 году В. Фриче впервые в истории мирового литературоведения включил в университетский курс западноевропейской литературы разделы о поэзии революционной демократии XIX столетия.

Дело изучения и пропаганды французской революционной литературы, начатое после Октября группой энтузиастов, в 30-е годы приобретает широкий размах. Поэт Александр Гатов, счастливо сочетавший талант переводчика и настойчивость неутомимого исследователя, издает ряд сборников французских шансонье1 и выпускает стихи Эжена Потье2. Ю. И. Данилин публикует стихи революционного поэта эпохи Июльской монархии Эжезиппа Моро. Выходит в свет книжка переводов П. Антокольского "Французские романтики о революции"3. Издательство "Academia" публикует несколько томов сочинений коммунара Жюля Валлеса (под редакцией, с комментариями и вводными статьями Б. В. Гиммельфарба, 1934 - 1936); "Песни первой Французской революции"; избранные драмы и литературно-критические работы Феликса Пиа (подготовлены Ю. И. Данилиным). В советских журналах и газетах появляются многочисленные переводы французских революционных писателей, статьи об их деятельности; наконец, выходят сборники их произведений на французском языке4.

Тридцатые годы знаменуют собой начало углубленной научной разработки истории поэзии и драматургии, связанной с французскими революциями 1789 - 1794, 1830, 1848 годов и Парижской Коммуной. Советским исследователям приходилось идти совершенно непроторенными путями, извлекая крупицы сведений из груды неразобранных архивных материалов и периодики, заново проверяя, уточняя, дополняя отрывочные и не всегда достоверные сведения. И все же, несмотря на значительные трудности, уже в это время появляется ряд обобщающих трудов, которыми советское литературоведение по праву может гордиться.


--------------------------------------------------------------------------------

1 Из них наиболее полной была антология "Поэты парижских баррикад", М. 1935. выдержавшая два издания.

2 Эжен Потье, Песни, М. 1932. А. Гатов у принадлежит также и первый развернутый очерк о творчестве замечательного поэта-коммунара, вышедший в 1933 году.

3 Этот сборник - зародыш будущей большой книги П. Антокольского - "Гражданская поэзия Франции" (М. 1955), являющейся плодом более чем двадцатипятилетнего труда знатока французской поэзии.

4 Например, сборник М. Тарасовой "Песни труда и революции французского народа", М. 1937. С тех пор произведения революционно-демократических писателей постоянно входят во все антологии французской литературы, издаваемых в СССР на языке оригинала. См., например, Litterature francaise. Anthologie des XIXe et XXc siecles, tt. I-II, M. 1953 - 1955, составленную Б. Г. Реизовым и В. Е. Шором.



стр. 176


--------------------------------------------------------------------------------

Такова обширная монография К. Державина "Театр Французской революции" (1932). Впервые драматургия 1789 - 1799 годов, до сих пор служившая лишь предметом насмешек и глумления реакционных критиков, была рассмотрена как закономерный этап эстетического развития Франции. Солидаризируясь с оценками, которые давали театру революционных лет Стендаль ("Расин и Шекспир") и Ромен Роллан ("Народный театр"), Державин увидел в драматургии М. -Ж. Шенье, С. Марешаля и других, в актерском искусстве Тальма и Дюгазона художественное отражение гигантского подвига французского народа, разбившего в годы революции в щепы обветшалое здание феодальной монархии1.

Таковы разыскания В. Гоффеншефера в области ранней марксистской критики во Франции. В своей вступительной статье "Поль Лафарг как литературный критик" и обширных комментариях к книге "Избранные литературно-критические статьи" П. Лафарга (1936), где он собрал из различных зарубежных социал-демократических изданий часть критического наследия Лафарга, - Гоффеншеффер впервые обратил внимание на ценность для современного литературоведения работ этого оригинального критика-марксиста, наглядно показав, к каким глубоким открытиям в области теории и истории литературы приводит исследование литературного процесса с позиций материалистической диалектики.

Выдающееся место среди советских исследователей литературы французских революций принадлежит профессору Ю. И. Данилину. Начав свою работу в этой области в конце 20-х годов, он за истекшие годы опубликовал несколько монографий, ряд статей, издал и прокомментировал множество произведений революционных писателей2.

Ю. Данилину присущи и превосходное владение огромным историческим и литературным материалом, настойчивые поиски новых, никем не изученных пластов истории литературы, умение четко и ярко раскрыть политический облик писателя или целого поэтического направления. В результате кропотливого обследования хранящихся в СССР архивов и французской демократической прессы XIX века, тщательного изучения мемуарной литературы, русской и зарубежной критики, отдельных редких литературных памятников, ученому удалось воскресить десятки забытых или вовсе неизвестных поэтов и прозаиков, среди которых многие были наделены незаурядным дарованием, как например: О. Бартелеми, Л. -А. Берто и Ж-П. Вейра, Ф. Пиа, Ж-Б. Клеман, Л. Мишель, Г. Кремье, Э. Шатлен и другие. Написанные в прямой полемике с реакционным литературоведением, работы Ю. Данилина восстанавливали


--------------------------------------------------------------------------------

1 Из других работ К. Державина, посвященных революционной литературе конца XVIII века, укажем на главу в юбилейном томе "Французская буржуазная революция 1789 - 1794 годов" (М. - Л. 1941), а также на публикацию фарса С. Марешаля "Странный суд над королями" в сб. "Театр, наследство", т. I, Л. 1934.

2 Укажем лишь важнейшие из работ Ю. И. Данилина: Беранже, М. 1930; Поэты Июльской революции, М. 1935; Театральная жизнь в эпоху Парижской Коммуны, М. 1936; Поэты Парижской Коммуны, т. I, M. 1941;статьи: Беранже и рабочие поэты 30 - 40 гг. (Полн. собр. песен Беранже, т. II); Феликс Пиа и его литературная деятельность (предисл. к "Избр. произв." Ф. Пиа. М. -Л., 1934); предисловие к "Избранным песням" Беранже, М. 1951; предисловие к "Избранным песням" Ж-Б. Клемана, М. 1931; главы о литературе Июльской революции, литературе кануна 1848 года и поэзии Февральской революции во втором томе "Истории французской литературы", Изд. АН СССР, 1956, и др. Им же подготовлены две антологии: Поэзия французской революции 1848 г. (М. 1948) и Антология поэзии Парижской Коммуны 1871 года, М. 1948.



стр. 177


--------------------------------------------------------------------------------

истинный облик многих литераторов прошлого, творчество которых если не было вовсе предано забвению, то основательно фальсифицировалось, буржуазной критикой. Именно ему удалось, например, опровергнуть до сих пор имеющее хождение во французском литературоведении представление об Эжезиппе Моро как поэте-элегике, лишь случайно подвизавшемся на поприще политической сатиры1. Ю. Данилин впервые показал, что муза этого талантливого поэта-романтика вдохновлялась ожесточенными боями, которые вели в начале 30-х годов французские рабочие и республиканцы против буржуазной монархии.

Работы Ю. Данилина были высоко оценены советским литературоведением и принесли ученому заслуженное признание зарубежной прогрессивной критики, в частности и французской. Его исследованию о поэтах Июльской революции газета "Юманите" посвятила большую статью, в которой эта книга характеризуется как "замечательная работа, представляющая исключительный интерес"2. Составитель первой во Франции антологии поэтов Парижской Коммуны Ж. Варло отмечает: "Символично, что именно советский ученый, профессор Данилин, первым взялся за детальное изучение поэзии Коммуны. Мы должны выразить ему особую признательность, ибо его трудам мы обязаны почти всем, что нам известно об этой эпохе. Эти труды были нами в полной мере использованы"3.

После 1945 года работа по освоению французской революционно-демократической литературы возобновилась с новой силой. Охватывая не затрагивавшиеся прежде материалы, восполняя имевшиеся пробелы, преодолевая методологические недостатки, которые были свойственны трудам литературоведов 30-х годов в этой области, советские ученые за последние пятнадцать лет значительно продвинулись вперед. Каковы же основные направления их исследований в области литературы французского революционного движения?

Трудам, созданным в предшествующие годы, в значительной мере был присущ локальный характер, некоторая изолированность в изучении революционной литературы, которая подчас невольно выглядела одиноким островком, слабо связанным с жизнью так называемой "большой литературы", с творчеством классиков французской литературы. Стремясь раскрыть всю сложную диалектику литературного процесса, советские ученые в своих последних работах обращают особое внимание именно на эту сторону дела. Так, Д. Обломиевский в книге "Французский романтизм" (1947) не только впервые полно излагает литературно-эстетические взгляды утопических социалистов в контексте литературной полемики эпохи, но и убедительно вскрывает объективную роль, которую сыграла критика сен-симонистов и фурьеристов в развитии отдельных французских писателей и литературы в целом. Т. Якимович в своей докторской диссертации: "Французский сатирико-реалистический очерк 1830 - 1848 г."4, собрав огромный фактический материал, сумела раскрыть тесные связи Бальзака с современной прогрессивной журналистикой и в то же время по-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Эта точка зрения присуща, в частности, и весьма ценной по собранным в ней фактическим материалам книге современного биографа Моро - G. Веnoit-Guillоd, La vie maudite de Hegesippe Moreau, Paris, 1955.

2 J. Freville, Les poetes de Juillet 1830, "L'Humanite", 9 aofit 1936, N 13751.

3 J. Varlооt, Les poetes de la Commune, Anthologie, Paris, 1951, pp. 7 - 8.

4 Часть материалов и выводы этой работы отражены в статьях Т. Якимович о французском очерке и демократических альманахах эпохи Июльской монархии в "Истории французской литературы", т. II, Изд. АН СССР, 1956, и в "Ученых записках Ин-та мировой литературы им. А. М. Горького", т. II, М. 1956.



стр. 178


--------------------------------------------------------------------------------

новому подойти к проблеме генезиса и осветить некоторые закономерности развития французского критического реализма1.

В гораздо большей степени, чем раньше, разрабатываются в последние годы и вопросы эстетического своеобразия произведений революционных поэтов и прозаиков - особенности образной структуры, поэтического стиля, жанра, строения стиха. И здесь особая заслуга принадлежит молодым советским литературоведам, авторам диссертаций об отдельных писателях. В работах В. Гальперина о Л. Кладеле2, Е. Ковальчук и Ю. Божор о Мари-Жозефе Шенье3, А. Ремизова об Э. Потье4 содержится детальный анализ самой образной ткани произведений, который показал не только величие демократических идей, одухотворявших литературную деятельность этих писателей-революционеров, но и несомненную художественную ценность их творческого наследия5. Тем самым еще раз убедительно опровергается распространенная в эстетской критике легенда о том, что связь писателя с освободительным движением народа, стремление поставить свое перо на службу передовым силам эпохи якобы обедняет и иссушает его талант.

Опыт, накопленный советскими историками французской литературы, позволил, наконец, подойти вплотную к постановке наиболее сложного и теоретически принципиально важного вопроса из всего круга проблем, касающихся революционно-демократической литературы XIX века, - вопроса о месте писателей этого направления в общей истории французской национальной культуры. Как показывают труды наших ученых, появившиеся в последние годы, правильное разрешение этого вопроса в каждом случае неразрывно связано с конкретным изучением творческого метода того или иного писателя. Именно анализ специфики классицизма конца XVIII века, а также революционно-романтических и реалистических тенденций в литературе этой эпохи дал возможность Д. Обломиевскому прийти к выводу: "Литературное движение первой французской революции явилось своеобразным прологом к прогрес-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Укажем также на работу, специально посвященную вопросу о взаимоотношениях великих французских писателей Беранже и Жорж Санд с первыми рабочими поэтами, - кандидатскую диссертацию Н. Славятинского "Из истории рабочей поэзии на Западе (Жорж Санд и Беранже в их работе с поэтами - рабочими и ремесленниками)" [1946].

2 Содержание диссертации В. Гальперина частично отражено в его статьях: "Литературная судьба Л. Кладеля" и "Тема Парижской Коммуны во французской художественной прозе и роман Л. Кладеля "ИНРИ" ("Ученые записки" Коми Гос. Пед. ин-та, вып. 2, 1950, - и вып. 4, 1953).

3 Е. П. Ковальчук, Драматургия Мари-Жозефа Шенье 1789 - 1794, автореферат, Одесса, 1951. Ю. М. Божор, Жизненный и творческий путь Мари-Жозефа Шенье, автореферат, М. 1954.

4 А. А. Ремизов, Творчество Эжена Потье, автореферат, МГУ, 1954.

5 Следует отметить, что в важном деле изучения художественного своеобразия революционной поэзии не обошлось без своего рода "издержек". Сошлемся для примера на этюд А. Ф. Илличевского "Интернационал" Эжена Потье. Опыт идейно-художественного анализа" ("Учен, записки КГУ", т. 14, вып. 1, Сб. филологич. ф-та, N 7, 1953), в котором знаменитое стихотворение Потьё рассматривается вне связи с жанрово-стилистическими традициями французской политической песни, без учета предшествующего идейного развития самого поэта. Естественно, что подобный анализ гимна Потье приводит автора к натяжкам в определении историко-литературного значения "Интернационала" и соотношения творчества поэта-коммунара с литературой социалистического реализма во Франции (см. также брошюру А. Илличевского "О методе современной революционной литературы капиталистических стран", Киев, 1954).



стр. 179


--------------------------------------------------------------------------------

сивной литературе XIX века"1. Именно исследование традиций, на которые опирался Беранже, его отношения к просветительской литературе, современному эпигонскому классицизму и писателям-романтикам привело Ю. Данилина к важному открытию, что творчество великого поэта-песенника "знаменует собой зарождение французского критического реализма первой половины XIX в. и составляет одну из ярких его страниц"2. Подобным же образом раскрытие художественного метода Э. Потье, Ж. Вал-леса, Л. Кладеля в соотношении с творчеством их предшественников и современников делает обоснованной и плодотворной мысль Л. Андреева о том, что "литература Парижской Коммуны - новый этап реалистического искусства", что писатели-коммунары выступают как "предшественники литературы социалистического реализма"3.

Достижения советских ученых в деле освоения наследия революционной литературы французского народа несомненны. Дело, начатое много лет назад малочисленной группой литераторов-марксистов, ныне достойно продолжается многими исследователями. И что особенно знаменательно, оно привлекает к себе все новых и новых критиков, переводчиков, историков не только в Советском Союзе, но и за рубежом4. Несмотря на большие трудности, с которыми сталкиваются литературоведы-марксисты во Франции, они в последнее время настойчиво стремятся разрушить стену предубеждения, которая окружает имена революционных писателей и политических песенников-демократов XIX века. Вышедшие в послевоенные годы работы Ж. Фревиля5, Ж. Варло, Е. Шюлькена6, П. Брошона7, Ж. Коньо8 и других ставят своей целью вернуть французскому народу великое наследие его демократической культуры.

* * *

Одной из существеннейших черт своеобразного развития немецкой литературы прошлого столетия является ее тесная связь с творчеством замечательных мастеров


--------------------------------------------------------------------------------

1 Раздел "Литература французской революции 1789 - 1794 гг." в академической "Истории французской литературы", т. II, стр. 78.

2 Глава "Беранже", там же, стр. 134.

3 Курс лекций по истории зарубежных литератур XX века, под ред. Л. Г. Андреева и Р. М. Самарина, т. I, стр. 72.

4 Можно указать целую серию книг, освещающих вопросы французской революционной поэзии XIX века, которые появились в последние годы в странах народной демократии: F. Gеl, Internationale a Marseillaise, Praha, 1952 (есть немецкий перевод); J. Kozlowski, "Miedzynarodowka". Wielka piesti revolucji, Warszawa, 1952; Th. Joachimescu, Poeti francezi ai Communei din Paris, Buccuresti, 1956. С некоторых пор эти вопросы начали занимать и буржуазных литературоведов, которые, нередко искажая подлинный облик революционных писателей, все же собирают обширный материал, подчас неизвестный нам из-за отсутствия доступа к зарубежным книгохранилищам. Таковы книги: Н. D. Lockwood, Tools and the man. A comparative study of the French workingmen and English chartists in the literature of 1830- 1848, New-York, 1927; С R. Rogers, The spirit of Revolution in 1789. A study of public opinion as revealed in political songs and other popular literature at the beginning of the French revolution, New Jersey, 1949; M. Ragоn, Histoire de la littera-ture ouvriere dumoyen age a nos jours, Paris, 1953. См. также "Revue des deux mondes" 1 mai 1951 (номер, специально посвященный рабочей литературе эпохи Июльской монархии).

5 J. Frёvillе, La Commune et la litterature, "Europe", 1951, N 64 - 65.

6 E. Shulkind подготовил докторскую диссертацию о литературе Парижской Коммуны, частично опубликованную на страницах журн. "La Pensee", 1951, NN35, 36.

7 Р. Вrосhоn, La chanson frangaise. Beranger et son temps, Paris, 1956.

8 G. Соgniоt, Auguste Barbier, poete interdit, "La Pensee", 1956, N 71.



стр. 180


--------------------------------------------------------------------------------

революционно-демократической культуры Германии - Гейне, Веерта, Фрейлиграта, Бюхнера, Гервега. Их произведения, созданные в эпоху революций, представляют собой не только новую главу в истории немецкой революционной демократии, но являются крупнейшим вкладом в национальную литературу Германии.

Эта особенность немецкого литературного процесса способствовала тому, что имена крупнейших художников революционно-демократической литературы (за исключением Веерта) мы встречаем в буржуазной истории литературы. Однако прочное место эти писатели завоевали себе здесь только как авторы лирических песен. Их политические произведения буржуазные исследователи игнорируют, изгоняют из так называемой "большой" литературы или же фальсифицируют. Так, например, буржуазно-либеральное литературоведение до сих пор проводит резкую грань между Гейне-лириком и Гейне - политическим поэтом и публицистом. Пренебрегая многим" из лучших произведений поэта или замалчивая их, эта критика превращает "барабанщика революции", в "чистого" поэта, в аристократически одинокую натуру, которая занялась "политикой" из тщеславия. Поднимая на щит лирику поэта, буржуазное литературоведение старается не замечать гнева и скорби Гейне, его бичующей сатиры и революционного пафоса. Гейне превращается в чистого лирика, социальная острота его произведений затушевывается и снимается.

Одно из первых выступлений против попытки "развинтить Гейне на части" принадлежит Писареву1. Русская революционно-демократическая критика проявляла немалый интерес к творчеству немецких политических поэтов. Их имена очень рано становятся известными в передовых литературных кругах России2. Замечательную оценку творчества Гейне дает в своих письмах Белинский. Известны высказывания Герцена о политических песнях Гервега. Меткое замечание о Фрейлиграте делает в рецензии на книгу стихотворений Плещеева Н. Г. Чернышевский: "Фрейлиграт представляет по таланту и по самому роду своих произведений совершенную противоположность г. Плещееву. Это - поэт образов ярких и блестящих"3.

Однако и в России Гейне, Фрейлиграт, Гервег были в основном известны как авторы лирических песен. Царская цензура держала под полным запретом их политические произведения. Творчество певцов немецкой революции 1848 года во всем объеме раскрылось лишь после Октябрьской революции. Советское литературоведение приложило немало сил для восстановления подлинного облика выдающегося немецкого писателя Генриха Гейне. Имеется целый ряд новых исследований советских ученых, посвященных сатире и публицистике поэта4.

Блестящий талант Гейне не был одинок. Великий революционный поэт стоял в центре большого созвездия крупных художников революционной демократии, являющихся одновременно замечательными немецкими писателями XIX века. Работы советских ученых о немецкой революционно-демократической литературе изменили


--------------------------------------------------------------------------------

1 Д. И. Писарев, Сочинения, т. IV, 1903, стр. 113.

2 Рассказывая о вечерах у Боткина, где собирались Белинский, К. Аксаков и другие, И. И. Панаев упоминает о чтении переводов "из Гейне, Фрейлиграта и, других новейших немецких поэтов". "Литературные воспоминания" М. - Л. 1928" стр. 311.

3 Н. Г. Чернышевский, Полн. собр. соч., т. 7, М. 1950, стр. 966.

4 Мы здесь не можем останавливаться на вопросе освещения советским литературоведением творчества Гейне, так как это тема отдельной статьи.



стр. 181


--------------------------------------------------------------------------------

и обогатили старое представление о национальной литературе Германии XIX века, о путях ее развития и характерных особенностях.

Уже в первые годы после Великой Октябрьской революции публикуются революционные стихотворения Гейне, Фрейлиграта, Гервега, драмы Бюхнера. В статьях В. Фриче и М. Зенкевича о Фрейлиграте, А. Дживелегова о Бюхнере1 и других, делаются первые, пусть пока еще робкие, попытки показать подлинный облик выдающихся революционных художников, популяризировать их произведения. В эти же годы переводятся на русский язык критико-публицистические работы немецкого литературоведа Франца Меринга, стремившегося с марксистских позиций дать анализ немецкой революционной поэзии 40-х годов2.

Рубеж 20 - 30-х годов можно было бы обозначить как начало нового этапа в изучении немецкой революционно-демократической литературы. Наследие Веерта, Фрейлиграта, Гервега становится у нас предметом пристального историко-литературного изучения. Советские исследователи выдвигают также общие проблемы идейного и художественного развития немецкой революционно-демократической литературы в целом. Здесь в первую очередь необходимо отметить работу советского литературоведа Ф. П. Шиллера3. Перед Шиллером как исследователем стояли немалые трудности. Необходимо было по возможности полно овладеть удивительным по богатству материалом литературы германской революции 1848 года и буквально заново открыть многих ее революционных представителей. Сложность литературного процесса в Германии первой половины XIX века, наличие большого количества течений и группировок, которые немецкими реакционными историографами по традиции изображались как единое целое, затрудняли исследование. Не ограничиваясь критическими очерками об отдельных крупных поэтах, автор дает общую картину немецкой поэзии в связи с развитием революции 1848 - 1849 годов. Естественно, что в многогранной и богатой разнообразием оттенков немецкой поэзии Шиллер, как и другие советские исследователи, уделяет основное внимание ее левому, наиболее революционно-последовательному крылу. Автор прежде всего вскрыл роль "Новой Рейнской газеты", значение идейного влияния Маркса и Энгельса и "Союза коммунистов" для развития революционно-демократической литературы в Германии4. Большое место в работе занимает изучение истоков рабочей поэзии в Германии. Эту часть работы Шиллер развил в статье "Поэзия раннего периода"5, представляющей первую попытку изучения и оценки массовой литературы германской социал-демократии 1863 - 1890 годов. Наибольшее внимание автор уделяет здесь революционной сатире и лирике. Эту интересную тему, раздвигающую рамки немецкой революционно-демократической


--------------------------------------------------------------------------------

1 В. М. Фриче, Пролетарская поэзия, М. 1918; Ф. Фрейлиграт, Избранные стихотворения и переписка с Марксом. Под ред. и с предисловием В. Фриче, 1924; Ф. Фрейлиграт, Вопреки всему. Вступ. статья М. Зенкевича, М. 1925; Г. Бюхнер, Смерть Дантона. Войцек. Вступ. статья А. К. Дживелегова, М. - Л. 1924.

2 Ф. Меринг, На литературные и философские темы, Минск, 1923; его же, Мировая литература и пролетариат, М. 1924; его же, Фрейлиграт и Маркс в их переписке, М. 1929.

3 Ф. П. Шиллер, Поэзия германской революции 1848 года, М. 1934.

4 Об этом подробно см. Ф. П. Шиллер, Энгельс как литературный критик, М. 1933.

5 Ф. П. Шиллер, Поэзия раннего периода в кн. "Очерки по истории немецкой революционной поэзии XIX века", М. 1933.



стр. 182


--------------------------------------------------------------------------------

литературы, успешно разрабатывал другой советский литературовед А. Запровская1.

Большой материал, собранный Шиллером, способствовал дальнейшему детальному исследованию различных проблем революционно-демократической литературы Германии. Фронт исследований советским литературоведением немецкой революционной поэзии с самого начала проходил по двум направлениям. Кроме работ, освещающих общие проблемы этой поэзии, одновременно создавались труды монографического характера об отдельных выдающихся представителях демократической культуры Германии. И здесь труды Ф. Шиллера по праву занимают одно из первых мест. Перу этого крупнейшего исследователя революционно-демократической литературы Запада принадлежит ряд очерков и работ о Гейне, Фрейлиграте, Гервеге и других. Серьезная заслуга Шиллера заключается в том, что он извлек из забвения и восстановил в правах талантливейшего немецкого писателя 40-х годов XIX века, члена "Союза коммунистов" и сотрудника "Новой Рейнской газеты", активного участника революции 1848 года - Георга Веерта2.

Опираясь на статью Энгельса о Веерте, Ф. П. Шиллер развернул широкое историко-литературное исследование творчества поэта. Интересна попытка автора выявить влияние чартистской поэзии на Веерта и на немецкую революционную поэзию - 40-х годов. В то же время ученый отмечает и обратное воздействие произведений Гейне, Фрейлиграта, Гервега на литературу чартизма, вскрывая, таким образом, взаимное влияние двух демократических культур - английской и немецкой3. В этой литературной взаимосвязи Веерт играл очень значительную роль. Именно знакомства с более развитыми общественными отношениями и более острыми, чем в отсталой Германии, противоречиями английской действительности, способствовало усилению реалистического элемента в творчестве поэта.

Первые работы о Веерте были подчинены, в основном, задаче общей оценки "первого и самого значительного поэта немецкого пролетариата"4, анализу его идейной эволюции5. В дальнейшем начинается исследование художественного своеобразия творчества Веерта, особенностей его поэтической системы и художественного метода. В этом отношении особенно плодотворным было последнее пятилетие. Глубокий интерес к писателю был вызван тем, что советское литературоведение рассматривает


--------------------------------------------------------------------------------

1 А. Запровская, Художественная литература германской социал-демократии, М. 1935.

2 Ф. П. Шиллеру принадлежат следующие работы о Г. Веерте: Георг Веерт как поэт "Новой Рейнской газеты", "Архив Маркса и Энгельса", кн. 5, М. 1930; Георг Веерт - первый поэт немецкого рабочего класса, "Октябрь", М. 1931, N 4 - 5;. статья вошла затем в "Очерки по истории немецкой революционной поэзии", М. 1933; Георг Веерт, М. 1932 (книга снабжена впервые собранной библиографией Веерта).

3 О влиянии Шелли на немецкую поэзию 40-годов - см. статью Ф. П. Шиллера, "Шелли в немецкой литературе и критике" ("Ученые записки Ин-та языка и литературы" РАНИОН, т. II, М. 1928).

4 Ф. Энгельс, "Песня подмастерья" Георга Веерта. К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. XVI, ч. I, стр. 154.

5 Серьезная разработка литературного наследия Веерта значительно затруднялась тем обстоятельством, что не было отдельных изданий произведений поэта. Долгое время в Германии оставалось единственным издание Веерта: G. Weerth, Leben und Taten des beruhmten Ritters Schnapphahnski, Hamburg, 1849. Впервые сборники избранных произведений Веерта на русском и немецком языках выходят в свет в Советском Союзе в 30-е годы: Георг Веерт, Избр. произв., М. 1938 (со статьей Энгельса о Веерте); G. Weerth, Gedichte, Engels, 1936.



стр. 183


--------------------------------------------------------------------------------

его как предшественника литературы социалистического реализма на Западе. Существенной предпосылкой для широкого освоения художественного наследия Веерта явилось появление новых изданий произведений писателя как у нас, так и в ГДР1. Особый интерес представляет более полное издание на русском языке, с содержательной вступительной статьей А. Л. Дымшица, где Веерт характеризуется, как крупнейший представитель немецкой демократической культуры, смело продолжающий традиции открыто тенденциозного искусства классиков мировой реалистической сатиры. Веерт - реалист, раскрывающий в конкретных образах типичные явления современной действительности, и Веерт - новатор, осваивающий новую в литературе тематику, - эти проблемы, имеющие принципиальное значение для уяснения путей непрерывных идейно-художественных исканий прогрессивной немецкой литературы, нашли глубокое отражение в статье. Однако некоторые положения автора представляются спорными2.

Другая важная проблема, помогающая уяснить пути развития немецкого реализма XIX века, - соотношение творчества Гейне и Веерта. Основываясь на высказываниях Энгельса, советское литературоведение пытается решить эту проблему (такие попытки мы находим в статье О. Михеевой).

Столетие со дня смерти Веерта советское литературоведение отметило двумя работами. В брошюре, дающей общую характеристику наследия выдающегося немецкого писателя, С. Тураев3 выявляет специфические черты сатиры Веерта. Прослеживая национальные традиции, на которые опирался Веерт - сатирик, автор высказывает интересные мысли о связи сатиры писателя с произведениями другого революционного поэта 40-х годов, Адольфа Глассбреннера.

Вышедшее в этом году специальное исследование Н. Матузовой является крупным вкладом в освоение литературного наследия Веерта, расширяет наше представление о художественном диапазоне писателя4. Автор стремится определить место прозаического наследия Веерта в его творчестве и в историко-литературном процессе


--------------------------------------------------------------------------------

1 Советские издания: Georg Weerth, Ausgewahlte Werke, предисл. О. Н. Михеевой, М. 1952; ГеоргВеерт, Избранные произведения, вступит, статья А. Л. Дымшица. М. 1953. Издания ГДР: G. Weerth, Ausgewahlte Werke, Berlin, 1948; Samtliche Werke in funf Banden, Bde. 1, 2, Berlin, 1956, Bde. 3, 4, Berlin, 1957, и др. Кроме того, молодое литературоведение ГДР уже насчитывает ряд работ, посвященных творчеству Веерта и других крупных революционных художников: М. Lange, Georg Weerth. Der erste und bedeutendste Dichter des deutschen Proletariats, Berlin, 1957; H. D. Dahnke, Karl Marx und die politische Lyrik des Vor-marz, Berlin, 1953; H. Gemkоw Politische Lyrik urn 1848, "Deutschunterricht", 1952, N 12; H. Eulenber g, Ferdinand Freiligrath, Berlin, 1948; B. Kaiser, Georg Herweghs Exil in der Schweiz, в кн.: "G. Herwegh, Der Freiheit eme Gasse", Berlin, 1948.

2 А. Дымшиц утверждает, что уже на раннем этапе развития Веерт выступает как убежденный противник романтизма, как поэт-реалист. Считая, что Веерт был свободен от влияния романтиков, исследователь рассматривает немецкий романтизм как сплошь реакционное явление, не выделяя прогрессивного романтизма. В связи с этим в статье в какой-то степени снимается проблема творческой эволюции поэта и обходится вопрос о влиянии на Веерта революционной борьбы и идей Маркса. Кроме того здесь, по сути дела, отвергается влияние эстетики прогрессивного романтизма на формирование немецкого реализма.

3 С. В. Тураев, Выдающийся немецкий поэт Георг Веерт, М. 1956.

4 Н. М. Матузова, Проза Георга Веерта в "Новой Рейнской газете", Киев, 1957; кроме того, см. тезисы Матузовой о Веерте в кн. "XI научная сессия Киевского государственного университета", Киев, 1954.



стр. 184


--------------------------------------------------------------------------------

Германии 40-х годов XIX века. Веерт-фельетонист, "веселый король веселого царства", зло и непринужденно осмеивающий немецких буржуазных филистеров, охарактеризован здесь с большой убедительностью. Плодотворной является попытка исследователя проследить связь Веерта с лучшими традициями немецкой демократической публицистики 20 - 40-х годов и выявить ряд принципиально новых особенностей прозы, писателя, делающих ее качественно новым явлением в немецкой литературе XIX века.

Если литературное наследие Веерта пришлось открывать в истории литературы заново, то имя другого выдающегося поэта "Новый Рейнской газеты", Фердинанда Фрейлиграта, советским исследователям нужно было освободить от лжи и легенд, созданных вокруг него буржуазной критикой.

В многочисленных зарубежных курсах по истории немецкой литературы имя Фрейлиграта обычно упоминалось. Ему посвящено также несколько отдельных исследований, но вопрос о том, что Фрейлиграт был другом Маркса и членом "Союза коммунистов", либо совершенно замалчивается, либо влияние Маркса изображается, как влияние злого духа, который заставлял умолкать музу поэта. Работы советских историков литературы о Фрейлиграте остро полемичны. Нужно было отстоять революционное наследие поэта, творчество которого становится ареной борьбы марксистского и буржуазного литературоведения. Еще Ф. П. Шиллер1 развенчал попытки представить Фрейлиграта как поэтического предшественника империи Бисмарка2 и разоблачил стремление реакционной критики низвести лучшие революционные стихи Фрейлиграта как "тенденциозную поэзию" до уровня рифмоплетства. В освещении революционно-демократической литературы Германии Францу Мерингу принадлежит заслуга разрушения ряда легенд, созданных буржуазными историками литературы. Но, отстаивая творчество Фрейлиграта от наскоков реакционной критики, Меринг сам допускает ряд извращений, берет под защиту несомненные заблуждения поэта, создает новые легенды о нем. Я. Эйдук в своей работе3 последовательно раскрывает ошибки Меринга. В исследовании детально прослеживается путь Фрейлиграта-поэта и сотрудника "Новой Рейнской газеты". Однако уделяя преимущественное внимание классовой ограниченности мировоззрения Фрейлиграта, автор недооценил исторически прогрессивное значение его творчества. Этот пробел в значительной мере восполняет работа Ю. Дворкиной4. Автор пытается раскрыть художественную специфику творчества поэта, соотношение пламенного революционного пафоса и конкретного образа в его произведениях. Однако этот вопрос, имеющий принципиальное значение для понимания путей развития немецкой литературы, остается пока мало освещенным. Недостаточная разработанность проблемы романтизма в советском литературоведении затрудняет анализ художественной системы Фрейлиграта и других поэтов.


--------------------------------------------------------------------------------

1 См. статьи Ф. П. Шиллера: Ф. Фрейлиграт и революционная поэзия 40-х годов (предисловие к книге Меринга "Фрейлиграт и Маркс в их переписке"); Фрейлиграт, как поэт германской революции 1848 года (Предисловие к книге Ф. Фрейлиграта "Мертвые - живым", М. 1931). Позднее обе статьи вошли в "Очерки по истории немецкой революционной поэзии XIX века", М. 1933.

2 См., например, J. К. Kannegiesser, Die Sturmjahre 1848 und 1849 und die politische Lyrik in Westfalen, Diss., Mtinster, 1923.

3 Я. Эйдук, Фрейлиграт и Маркс, М. - Л. 1936. Книга снабжена библиографией (русской и иностранной).

4 Ю. Дворкина, Фердинанд Фрейлиграт, Минск, 1935.



стр. 185


--------------------------------------------------------------------------------

В 1956 году появилось новое издание Фрейлиграта1. Поэт впервые представлен на русском языке с такой полнотой. Советское литературоведение пополнилось интересной и глубокой статьей А. Дымшица о революционном поэте. Полемизируя и с теми, кто причислял раннего Фрейлиграта к революционным романтикам (Меринг, Шиллер), и с теми, кто готов был видеть в нем лишь певца "пустынь и львов", автор четко и правомерно, на наш взгляд, ставит вопрос о своеобразной идейной и творческой позиции поэта. Постановка этой проблемы обогащает картину немецкого литературного процесса 30 - 40-х годов XIX века.

Советская критика уделила много внимания и другому крупному поэту 40-х годов - "железному жаворонку" предмартовской весны, Георгу Гервегу. Анализ взаимоотношений поэта и Маркса неоднократно служил темой работ советских ученых2.

Позиция Маркса в известном споре Гервега и Фрейлиграта о партийности поэзии, в конфликте между Гервегом и "свободными", между Гервегом и Руге и другие примеры подтверждают, как заботливо и чутко относился основоположник научного социализма к поэтическому таланту Гервега. Творчество Гервега 40-х годов - вершина первого этапа немецкой революционной поэзии - анализируется в статье Ю. Дворкиной3. Объясняя лишь идеологическими причинами творческие неудачи поэта после 1843 - 1844 годов, автор, к сожалению, не делает попытки связать их с закономерностями развития революционно-демократической поэзии, с проблемой усиления в ней реалистических элементов. Для советского литературоведения послевоенной эпохи характерно стремление значительно расширить круг анализируемых произведений писателя. Исследование А. Тупицына4 посвящено публицистике Гервега 1839 - 1841 годов. Автор отмечает роль прогрессивной критики в развитии революционной и реалистической литературы в Германии.

Буржуазное литературоведение стремилось фальсифицировать творчество немецкого публициста и драматурга, последовательного революционного демократа 30-х годов, Георга Бюхнера. Издававшаяся на протяжении ста лет в Германии литература5 о писателе только искажала и затемняла облик замечательного немецкого реалиста. Так, в одной из работ крупного немецкого литературоведа Ф. Гундольфа6 Бюхнер причислен к реакционным романтикам. Советское литературоведение, вооруженное марксистско-ленинской методологией, впервые определило место Бюхнера в истории немецкой литературы, дало исторический анализ его мировоззрения, особенностей его реализма. Интересную попытку показать Бюхнера как предшественника идей революционной демократии 40-х годов предпринял еще Шиллер7. Основная раз-


--------------------------------------------------------------------------------

1 Фердинанд Фрейлиграт, Избранные произведения. Ред., вступ. статья и примечания А. Л. Дымшйца, М. 1956.

2 Ф. П. Шиллер, Гервег и Маркс, "Литература и марксизм", 1931, N 4; М. В. Серебряков, Гервег и Маркс, "Литературный современник", 1935, N 5; его же, Поэт Гервег и Маркс, Л. 1949.

3 Ю. Дворкина, Георг Гервег, "Уч. зап." Минского гос. пед. ин-та, вып. I, Минск, 1940.

4 А. Д. Тупицын, Гервег в борьбе за партийность в поэзии, "Ученые зап." Молотовск. гос. пед. ин-та, вып. X, Молотов, 1946.

5 В настоящее время прогрессивные критики ГДР уже создали ряд работ, посвященных Бюхнеру. См., например: A. Uhlmann, Georg Bikhner revolutionarer De-mokrat und realistiseher Dichter, в кн. "Georg Buchner. Ein Lesebuch fur unsere Zeit", Weimar, 1954.

6 F. Gundolf, Georg Buchner, веб. "Romantiker", Berlin, 1930.

7 Ф. П. Шиллер, Георг Бюхнер, в кн.: "Очерки по истории немецкой революционной поэзии XIX века", М. 1933.



стр. 186


--------------------------------------------------------------------------------

работка вопросов политической и художественной деятельности писателя по праву принадлежит А. Дживелегову1 Творчество Бюхнера продолжает привлекать внимание советского литературоведения и в последние годы. Помимо статей П. Таран-Зайченко2 и А. Дмитриева3, необходимо отметить кандидатскую диссертацию Э. Тураевой4. Автор исследует своеобразие реализма Бюхнера, прослеживая его связи с национальной драматической традицией Германии и демократической литературой 20 - 30-х годов XIX века.

Большим событием в изучении немецкой поэзии явилась вышедшая к 100-летию революции 1848 года антология, составленная И. Миримским5.

Выход антологии способствует постановке общих вопросов развития немецкой революционной поэзии, ее места в литературном процессе Германии, значения этой литературы для генезиза немецкого критического реализма. Многие эти проблемы намечены во вступительной статье И. Миримского. Заслугой автора является попытка представить формирование художественных особенностей революционной политической лирики в решительной борьбе с реакционной литературой (реакционный романтизм, поэзия "истинного социализма").

Одной из наиболее сложных проблем, поставленной во многих исследованиях, является вопрос о творческом методе революционно-демократической поэзии. Учитывая своеобразие творчества каждого крупного поэта, советские литературоведы пытаются вывести общие закономерности художественного метода немецкой революционно-демократической поэзии.

В работе, посвященной поэзии немецкой революции 1848 года, В. Матвеева приходит к следующему выводу: "Художественный метод, которым пользовались поэты - революционные демократы, был обусловлен основной направленностью этой поэзии: быть трибуном, звать народ к борьбе. Этим требованиям мог удовлетворять только" реализм"6. С этим вряд ли можно согласиться. Творческий метод Фрейлиграта, "трубача революции", неправомерно определять как реалистический, романтическое начало имеет определяющее значение в его творчестве. Более справедливой нам представляется позиция Т. Николаевой7, которая считает, что, в связи с развитием


--------------------------------------------------------------------------------

1 А. К. Дживелегов, Вступ. статья к кн. Г. Бюхнер, Сочинения, М. -Л. 1935.

2 П. В. Таран-Зайченко, Революционная драматургия Г. Бюхнера и современность, "Уч. зап. МОПИ", т. 26, вып. I, M. 1953.

3 А. С. Дмитриев, Предисловие к кн. G. Biichner, Dantons Tod, M, 1954

4 Э. Я. Тураева, Драматургия Георга Бюхнера и ее сценическое воплощение, автореферат, М. 1952.

5 "Немецкая поэзия 1848 года", ред., пред. И. Миримского, М. 1948. Помимо произведений Гейне, Веерта, Фрейлиграта, Гервега в антологии представлены революционные стихи А. Мейснера, Р. Готтшаля, Г. Келлера, Л. Пфау и других поэтов. К сожалению, отсутствует еще целый ряд революционных поэтов. А ведь известно, что многие из них, как например, Э. Шульте, А. Штродман под влиянием Маркса и Энгельса создают произведения, в которых с позиций революционной демократии дается оценка событий 1848 - 1849 годов. Нет в сборнике и стихов А. Глассбреннера, Ю. Швенда, Биски и анонимной революционной поэзии.

6 В. П. Матвеева, Поэзия немецкой революции 1848 г., автореферат, М. 1952, стр. 10.

7 Т. С. Николаева, Политическая поэзия немецкой революции 1848 г. (Гервег, Фрейлиграт, Веерт), автореферат, Л. 1952. Кроме того см. статью того же автора о Веерте в "Научном ежегоднике Саратовск. гос. ун-та за 1954", Саратов, 1955.



стр. 187


--------------------------------------------------------------------------------

революционного движения, поэзия абстрактна отвлеченно-аллегорического стиля, не опирающаяся на опыт практической борьбы, все больше теряет свое значение и уступает место острой идейной поэзии, в которой усиливаются реалистические тенденции.

Сопоставление передовых представителей немецкой революционной поэзии 40-х годов помогает советскому литературоведению выявить ее художественную специфику, поставить вопросы отличия революционной патетики Фрейлиграта от неопределенно-расплывчатого пафоса Гервега, реализма Веерта от творческого метода Гейне.

Для советских ученых характерно стремление расширить историческое представление о литературе немецкой революционной демократии. Деятельности замечательных немецких публицистов конца XVIII века Г. Форстера, И. Г. Зейме, Х. Ф. Шубарта посвящена работа В. Жирмунского1.

Задача более глубокой оценки литературного наследия немецкой демократической культуры обусловила стремление многих советских исследователей изучить его жанровое богатство; однако сделано здесь еще недостаточно. В условиях современного раскола Германии особенно важно осветить вклад этой литературы в борьбу за государственное единство страны, - борьбу, составляющую суть всей национальной жизни Германии XIX века.

* * *

Литература, возникшая в период революционного движения народных масс Англии, известного в истории под именем чартизма, вызывала немалый интерес в демократических кругах России и использовалась ими в целях и задачах русского революционно-демократического движения. Не случайно поэтому, что наибольший интерес к чартистскому движению и литературе, порожденной этим движением, мы наблюдаем в России 1860-х годов. В 1861 году в "Современнике" появляется замечательная статья Н. В. Шелгунова "Рабочий пролетариат в Англии и во Франции", в которой развиваются идеи Чернышевского применительно к чартистскому движению, и впервые в России популяризуется книга Энгельса "Положение рабочего класса в Англии"2. В том же 1861 году "Современник" напечатал статью другого соратника Чернышевского - М. Л. Михайлова - "Юмор и поэзия в Англии. - Томас Гуд", посвященную творчеству этого демократического поэта, весьма популярного среди чартистов. Остался неосуществленным замысел большой статьи М. Л. Михайлова об английских поэтах, современниках Байрона (сохранились черновые наброски плана этой работы). Все это свидетельствует о знакомстве русской революционной демократии с творчеством многих демократических английских поэтов начала XIX века, преданных забвению у себя на родине.

Ценный анализ творчества группы поэтов, близких к чартизму, таких, как Т. Купер, Э. Эллиот, Т. Гуд, находим мы в статье "Английские поэты нужды и горя"3


--------------------------------------------------------------------------------

1 "Немецкие демократы XVIII века. Шубарт, Форстер, Зейме". Вступительная статья и ред. В. М. Жирмунского, М. 1956.

2 Подробнее об этой статье см. В. М. Лавровский, Русские революционные демократы о чартистском движении в Англии, в кн. "Из истории социально-политических идей", М. 1965.

3 "Северный вестник", 1893, кн. 5; то же в сб. Н. Стороженко "Из области литературы", М. 1902.



стр. 188


--------------------------------------------------------------------------------

Н. И. Стороженко, крупнейшего знатока английской литературы в старой дореволюционной России.

Советская наука о литературе, основывающаяся на марксистско-ленинском учении об обществе и законах его развития, по-новому подошла к вопросу об исследовании и освоении культурных ценностей прошлого. В обширной литературе чартистского движения советские историки литературы, и прежде всего Ф. П. Шиллер, выделили наиболее ценную в идейно-художественном отношении часть этого наследия - поэзию революционно-демократического крыла чартизма.

В то время как в зарубежной науке за истекшее после чартизма столетие появилась, если не считать нескольких фактографических биографий, лишь одна книга Дирлама, посвященная к тому же частному вопросу - чартистским листовкам, то в первые же десятилетия советской власти вышли основополагающие в области изучения революционно-демократической литературы на Западе работы Шиллера.

Труды Ф. Шиллера по истории чартистской поэзии1 свидетельствуют об огромной работе по сбору и анализу художественных произведений, родившихся в буре народного движения. "Очерки по истории чартистской поэзии" представляют собой первое серьезное исследование литературы чартизма. Написанная четверть века тому назад, книга Шиллера проникнута боевым пафосом марксистского литературоведения. Она имеет вполне конкретные полемические задачи, остающиеся в силе до наших дней. В предисловии к своей работе Шиллер писал: "...современные мещански-реформистские, социал-фашистские и фабианские идеологи, игнорировавшие в течение целого столетия чартистское движение и его поэзию, пытаются сейчас изобразить эту поэзию и вообще все культурно-художественные стремления чартизма, как исторические "истоки" современного фабианства, подчеркивая и излагая взгляды на эти вопросы лишь правого, ремесленного и мелкобуржуазного интеллигентского крыла движения и пренебрегая творчеством революционного крыла". Одно из главных достоинств книги Шиллера заключается как раз в том, что в ней впервые рассматривается поэзия революционно-демократического направления (Эрнест Джонс и Джеральд Масси), а также сделана плодотворная попытка разобраться в огромном множестве пестрой по своим идейно-эстетическим особенностям массовой поэзии чартизма.

Новый этап советского литературоведения, начавшийся после окончания Великой Отечественной войны, ознаменован попытками более глубокого проникновения в сущность историко-литературного процесса, попытками преодолеть вульгарно-социологические взгляды, нашедших себе место во многих литературоведческих работах 1930-х годов. Изучение революционно-демократической литературы прошлого, начатое в 30-е годы, было продолжено в последнее десятилетие целым рядом новых исследователей; назовем главу "Чартистская литература" в "Истории английской литературы", издаваемой Институтом мировой литературы им. А. М. Горького, и сборник "Из истории демократической литературы в Англии XVIII-XX веков", включивший статьи учеников М. П. Алексеева, одного из первых поборников исследования революционной литературы.


--------------------------------------------------------------------------------

1 Ф. П. Шиллер, Материалы к истории чартистской поэзии. Эрнест Джонс и Джеральд Масси, "Литература и искусство", 1931, N 11 - 12; его же, Массовая чартистская поэзия, "Октябрь", 1931, N 10 - 12, его же, Два попутчика чартистской поэзии. I. Эбенезер Эллиот - поэт хлебных законов. П. Томас Купер, "Октябрь", 1931, N 9; его книга "Очерки по истории чартистской поэзии" (М. - Л. 1933) обобщает и расширяет проблематику этих статей.



стр. 189


--------------------------------------------------------------------------------

Знаменательно, что в работах последних лет значительно расширяется историческое представление о революционно-демократической литературе в Англии. Оно не ограничивается уже только чартистской литературой середины XIX века, но охватывает и демократическую сатиру конца XVIII - начала XIX века и художественную литературу социалистического движения 1880-х годов. Научной основой для такого широкого фронта дальнейших исследований явился ряд диссертаций, разрабатывающих многие важные вопросы забытой революционно-демократической культуры прошлого. Так, в статье О. Ковальницкой "Из истории английской демократической сатиры конца XVIII - начала XIX веков"1 собран неизвестный ранее материал по истории общественно-литературной борьбы, нашедшей отражение в жанре сатиры того времени. Особый интерес представляет анализ сатирического творчества П. Пиндара и В. Хона и их связи с политической карикатурой тех лет.

Другое исследование, выводящее наше представление об английской революционно-демократической литературе XIX века за рамки чартизма, - статья Л. Аринштейна "Роман X. Дж. Брэмсбери "Трагедия рабочего класса"2. Выбрав из многообразной в жанровом отношении литературы социалистического движения 1880-х годов3 жанр социально-политического романа, Л. Аринштейн рассматривает английскую социалистическую прозу и поэзию 1880-х годов как наиболее последовательное продолжение демократических традиций революционной литературы, в том числе традиций чартистской литературы, демократической сатиры конца XVIII - начала XIX века и творчества революционных романтиков.

Различные стороны богатейшей литературы, созданной чартистами, продолжают привлекать внимание советских исследователей. Творчеству крупнейшего чартистского поэта и прозаика Эрнеста Джонса посвящены работы Ю. Газиева4, в которых вскрывается народный характер творчества этого большого поэта, несправедливо забытого буржуазной критикой. Следует специально отметить открытую Ю. Газиевым в чартистском журнале "Рабочий" статью Джонса о Пушкине, представляющую значительный интерес по своей трактовке творчества великого русского поэта и его связи с развитием освободительной борьбы в России5.

В результате последовательного выявления в чартистской периодике произведений поэта, писавшего под псевдонимом "Спартак", Ю. Ковалевым был открыт круп-


--------------------------------------------------------------------------------

1 В сб. "Из истории демократической литературы в Англии XVIII-XIX веков", Л. 1955. Большим достоинством этой и других статей в рассматриваемом сборнике является также воспроизведение иллюстраций и карикатур, дающих живое представление о характере демократической сатиры, поэзии и прозы той эпохи. Связи творчества Байрона с политической сатирой его времени посвящена диссертация О. В. Ковальницкой "Байрон и английская Политическая сатира конца XVIII-начала XIX века", Л. 1952.

2 В сб. "Из истории демократической литературы в Англии XVIII-XX веков".

3 Ср. автореферат диссертации Л. М. Аринштейна "Художественная литература английского социалистического движения 80-х годов XIX в.", Л. 1953.

4 Ю. А. Газиев, Э. Джонс (из истории чартистской поэзии), автореферат, М. 1950; J. Gaziуеv, A great chapter in the history of English poetry, "Soviet Literature", 1954, N 1; в "Истории английской литературы", т. II, вып. 2, Изд. АН СССР, М. 1955, стр. 113 - 138.

5 Ю. А. Газиев, Э. Джонс, автореферат, стр. 8; "История английской литературы", т. II, вып. 2. Этой же проблеме посвящена специальная статья Е. Догель "Неизвестная статья спПушкине в чартистском журнале "Рабочий", "Доклады и сообщения Филологич. института Ленингр. гос. ун-та им. А. А. Жданова", 1951, вып. 3.



стр. 190


--------------------------------------------------------------------------------

ный чартистский поэт Вильям Линтон1. Новые материалы привлечены Ю. Ковалевым для исследования массовой чартистской поэзии, творчества последнего крупного поэта чартизма Джеральда Масси и для анализа литературных связей чартистской литературы с венгерской и русской литературами2. Наконец вкладом в изучение чартистской литературы, который трудно было бы переоценить, является составленная Ю. Ковалевым "Антология чартистской литературы" - первое в истории собрание стихов, прозы и критики чартистов на языке оригинала.

Заново открытая чартистская проза, главным образом романы и сатирические очерки, рассматриваются в содержательных работах Е. Догель3 и Л. Никольской4. Таким образом, в последние годы история чартистской литературы является постоянным объектом исследования советских литературоведов.

Одним из наиболее сложных вопросов, так или иначе затрагиваемых в большинстве упоминавшихся выше работ, является вопрос о творческом методе чартистской литературы, как поэзии, так и прозы. Ю. Газиев считает, что реализм чартистской революционно-демократической поэзии был качественно новым методом, называемым им условно революционно-демократическим реализмом5. Ю. Ковалев рассматривает чартистскую поэзию как "искание нового метода", как переходный период от революционно-романтической поэзии, в русле которой находилась ранняя чартистская поэзия, к реалистическим тенденциям, укрепляющимся в зрелой чартистской литературе. "Процесс выработки художественного метода был очень труден, противоречив, и, в сущности, остался незавершенным", - справедливо отмечает Ковалев6. Е. Догель, исследуя чартистский роман, приходит к выводу, что "художественный метод чартистских писателей в известной мере отличается от метода современных им буржуазных писателей. Так, чартистской литературе присущи революционный пафос и героика, не свойственные современной им буржуазной литературе"7.


--------------------------------------------------------------------------------

1 Факт принадлежности псевдонима "Спартак" В. Линтону был известен ограниченному кругу специалистов (ср., например, раскрытие этого псевдонима в антологии "A handbook of Freedom. A record of English democracy through twelve centuries. Chosen by J. Lindsay and E. Riсkwоrd, N. -Y. 1939, p. 302). Однако это обстоятельство не использовалось до сих пор для сбора и анализа разбросанных по многочисленным чартистским газетам и журналам стихов этого популярного и талантливого поэта. Творчеству Линтона посвящены следующие работы Ю. В. Ковалева: "В. Дж. Линтон (из истории чартистской поэзии)", автореферат, Л. 1953; раздел в "Истории английской литературы", т. II, вып. 2, стр. 138 - 162; "Политическая лирика Вильяма Линтона" в сб. статей "Из истории демократической литературы в Англии XVIII-XX веков".

2 "История английской литературы", т. II, вып. 2, стр. 84 - 113, 162 - 168; Ю. В. Ковалев, Статья о Петефи в чартистском журнале "Друг народа", "Вестник Ленингр. гос. ун-та им. А. А. Жданова", 1951, N 1.; его же, Статья о декабристах в чартистском журнале, "Вопросы истории", 1954, N 12.

3 Е. В. Догель, Чартистский роман (из истории чартистской печата 40-х и 50-х гг. XIX в.), автореферат, Л. 1953; ее же, Романы Т. М. Уилера, в сб. "Из истории демократической литературы в Англии XVIII-XIX веков"; ее же, Романы Э. Джонса "История демократического движения" и "Де Брассир", "Ученые записки Второго Ленингр. Пед. ин-та иностранных языков", т. I, 1956.

4 Л. И. Никольская, Сатирические очерки Дугласа Джеррольда (из истории английской демократической сатиры 30 - 40-х гг. ХIХ века), автореферат, Л. 1955.

5 Ю. А. Газиев, Э. Джонс, автореферат, стр. 7.

6 "Антология чартистской литературы" [на англ. яз.], Сост., предисловие и комментарий Ю. В. Ковалева. Общая редакция А. А. Елистратовой. М. 1956, стр. 10.

7 Е. В. Догель, Чартистский роман, автореферат, стр. 9.



стр. 191


--------------------------------------------------------------------------------

Разнообразие точек зрения на характер реализма чартистской литературы свидетельствует о том, что этот вопрос остается одним из самых сложных и во многом еще нерешенным. Дальнейшие исследования различных сторон чартистской литературы, в частности публицистики и критики, которые до сих пор почти совершенно не изучены, а также всей предшествовавшей чартизму революционно-демократической литературы, оказавшей самое прямое воздействие на формирование художественной литературы чартистского движения, несомненно, прольют новый свет на методологию чартистских авторов и раскроют перед нами новые славные страницы художественного творчества народных масс.

* * *

Изучение революционно-демократической литературы, уже принесшее свои плоды, далеко не завершено. Ждут своих исследователей литературы целых революционных эпох в жизни европейских народов - Жакерии и Фронды, буддизма, социалистического движения на рубеже XIX - XX веков и Народного фронта во Франции. Слишком мало пока мы знаем о революционно-демократической и ранней пролетарской литературе Италии, США, стран Латинской Америки, Испании, Бельгии, Голландии и других стран, история которых богата славными революционными и национально-освободительными движениями.

Но не только вширь должна развертываться эта работа. Многим трудам о революционной литературе недоставало теоретической глубины, подчас в них был слишком беден или прямолинейно догматичен анализ стиля, жанров, композиции, языка, поэтического мастерства. Нам нужно научиться давать более убедительный отпор эстетскому снобизму в подходе к революционной литературе, и по сей день проявляющемуся как в зарубежной, так иногда и в нашей критике. Нам нужны книги и статьи, посвященные детальному изучению художественного своеобразия крупнейших писателей революционной демократии на Западе. Пришло время вплотную заняться разработкой вопросов о творческой связи этих писателей с ведущими литературными течениями их эпохи. Такому исследованию подлежат, к примеру, вопросы о том, в каком отношении находятся сатирическая поэзия Июльской монархии и "Возмездия" В. Гюго, чему учились поэты Парижской Коммуны у Беранже и Барбье, какие нити связывают Байрона и Шелли с английскими поэтами-сатириками начала XIX века, чартистских писателей - с "блестящей плеядой английских романистов", какое влияние оказала революционная поэзия 1848 года на формирование критического реализма в Германии.

Все еще недостаточно исследованы общие закономерности развития западноевропейской революционно-демократической литературы, не полностью выявлены национальное своеобразие каждой из этих литератур, их общий характер и различия. Необходимо больше разрабатывать вопросы взаимосвязи литератур революционной демократии различных стран.

Наименее разработанной по сей день остается проблема творческого метода революционно-демократических писателей, несмотря на имеющиеся здесь отдельные ценные наблюдения и мысли. Весь круг тем, связанных с этой проблемой, настоятельно требует всестороннего исследования, которое поможет правильно разрешить один из сложнейших вопросов современной науки о литературе - вопрос о генезисе социалистического реализма и специфике его развития в различных странах.

стр. 192