Поиск
Рейтинг
Порталус
база публикаций

ТУРИЗМ И ПУТЕШЕСТВИЯ есть новые публикации за сегодня \\ 25.10.20


Египет в сочинениях французских путешественников К. -Э. Савари и К. -Ф. Вольнея в конце XVIII в.

Дата публикации: 04 марта 2020
Автор: Е. А. Прусская
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ТУРИЗМ И ПУТЕШЕСТВИЯ
Источник: (c) Вопросы истории, № 1, Январь 2012, C. 111-121
Номер публикации: №1583312068 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


Е. А. Прусская, (c)

найти другие работы автора

Египет, всегда привлекавший к себе внимание европейцев, повидал за свою многолетнюю историю многих из тех, кто отправлялся на Восток с разными целями. С расширением колониальной экспансии европейских держав интерес к Египту рос и у политических кругов, и у исследователей. Переломным моментом в этом процессе стала экспедиция Наполеона Бонапарта в Египет (1798 - 1801), сделавшая арабский Восток ареной противостояния стран Европы. Конечно же, и сам Бонапарт, и другие участники похода в Египет читали сочинения путешественников, побывавших там ранее, и по этим произведениям составили определенный образ Востока еще до того, как увидели его воочию1. Это были сочинения французов Сикара и Бенуа де Майе, англичанина Ричарда Покока, датчанина Карстена Нибура и других. Особое место среди них занимали произведения французских путешественников Клода-Этьена Савари (1750 - 1788) и Константена-Франсуа Вольнея (1757- 1820). Именно их труды вдохновляли участников похода Бонапарта в Египет. Не раз в дневниках и мемуарах членов экспедиции, во французской прессе, издававшейся в Египте, встречались отсылки к этим двум авторам2.

 

Как отмечает французский исследователь Жан-Мари Карре, к концу XVIII в. в европейский умах сложился некий образ Египта: "это был уже не смутный и загадочный регион, населенный дикарями, демонами, магическими змеями, пигмеями и чудовищными животными, большую часть которого окутывала пугающая неизвестность. Существовала его карта. Оставалось только ее наполнить, завершить, оживить, раскрасить - одним словом, приняться за научное изучение страны"3. Этой задаче и отвечали сочинения Савари и Вольнея - обстоятельные описания практически всех сторон жизни Египта и Сирии.

 

Савари, ученый-ориенталист, родился в Бретани в 1750 г. и обучался в колледже Ренна. Он отправился в Египет в 1776 г. и провел там, путешествуя, три года. Его впечатления о пребывании на Востоке изложены в сочинении "Письма о Сирии и Египте"4, которое было опубликовано в 1785- 1786 гг. в Париже. Французское издание состоит из трех томов, которые описывают путешествия Савари, а также содержат его заметки о жизни и

 

 

Прусская Евгения Александровна - младший научный сотрудник ИВИ РАН.

 
стр. 111

 

нравах египтян, экскурсы в историю, причем большая часть третьего тома посвящена описанию верований древних египтян. Как видно уже из названия, сочинение Савари состоит из писем, которые он адресует некому М. Л. М. Это был доктор короля Людовика XVI и друг Савари М. Ле Моннье5. Само сочинение было издано при поддержке брата короля, к которому в первом томе французского издания Савари обращается с благодарностью. Поскольку путешественник прекрасно выучил арабский язык, то в 1783 г. он выпустил также перевод Корана и описание жизни пророка Мухаммада (Магомета в его сочинении)6, а позже, уже после смерти Савари, вышла его грамматика арабского языка7.

 

Савари прекрасно знал работы своих предшественников, как древних, так и современных. В "Письмах" много выдержек из античных и арабских историков, ссылок на европейских авторов. Для изложения Савари характерна очень живая и эмоциональная манера, он склонен к идеализациям и романтическим описаниям. Савари много пишет про древний Египет и детально описывает виденные им памятники. Хотя у него имеется описание достопримечательностей и Верхнего Египта, Карре считает, что на самом деле Савари там не был, а опирался в своем повествовании на труды древних авторов и современников8. Тем не менее, труд Савари освещает многие аспекты жизни Египта.

 

Так же, как и Савари, Вольней (псевдоним, взятый графом Константеном-Франсуа де Шассбефом и представляющий собой анаграмму слов "Вольтер" и "Ферней"), провел три года, путешествуя по Востоку. До этого он занимался историей, философией и медициной в Париже, общался с Дидро, Тюрго, Кондильяком и другими мыслителями Века Просвещения9. Получив наследство, Вольней отправился в путешествие на Восток. Французский исследователь Жан Гольмье полагает, что Вольней поехал в Египет и Сирию не только из интереса к Востоку, но и с тайной дипломатической миссией - выяснить нынешнее состояние этих территорий и поставить точку в споре о том, стоит ли туда вторгаться Франции10.

 

В Египте он провел меньше времени, чем в сирийских провинциях Османской империи, и по возвращении во Францию издал в 1787 г. работу "Путешествия по Египту и Сирии в 1783, 1784 и 1785 гг."11. В этом сочинении он подходит к описанию Египта с практической точки зрения в отличие от романтической версии Савари. Его работа хорошо структурирована; особое внимание Вольней уделяет экономическим и политическим вопросам. Стиль его изложения сух и неэмоционален, рассуждения логичны. Вольней уделяет мало внимания древней истории Египта, поскольку современное состоянии страны и недавняя ее история интересуют его гораздо больше.

 

Это сочинение стало первой, но не единственной работой Вольнея по восточной тематике. В следующем году вышла его книга "Размышления о войне между турками и Россией", а в 1791 г. - одна из самых знаменитых его работ "Руины, или размышления о расцвете и упадке империй", действие которой разворачивается на развалинах Пальмиры.

 

Сочинения Вольнея и Савари дополняли друг друга. По мнению Карре, если восторженное описание Савари скорее воздействовало на воображение простых солдат, то философские и практические размышления Вольнея больше отвечали вкусам офицеров и ученых12.

 

Савари довольно подробно пишет про сухость и жару, господствующие в Египте. Что касается природы и плодородия Египта, то он не перестает восхищаться ими, отмечая постоянно, что Египет - это богатый регион. Говоря о Дельте, Савари сообщает, что "земля представляет собой черную почву, плодородие которой кажется неиссякаемым"13. Красочно, в свой-

 
стр. 112

 

ственном ему романтическом стиле, путешественник пишет: "незаметно я забрел в заросли тамаринда, апельсинов и сикомор, и наслаждался приятной свежестью в их плотной тени. Иногда несколько лучиков солнца пробивались сквозь эту тень светлой бороздкой и золотили небольшой участок листвы. Растения и цветы наполняли воздух ароматом, многочисленные горлицы перелетали с дерева на дерево, не пугаясь моего приближения". Путешественник много пишет о главном источнике этого плодородия и разнообразия - о Ниле. Он отмечает, что египтяне прекрасно понимают всю значимость этой реки для Египта и потому пышно отмечают праздник Нила, воздавая ему хвалу: "эта всеобщая радость неудивительна, ведь судьба страны зависит от разлива, и, когда вода прибывает, каждый надеется на урожай, достаток и заранее предвкушает наслаждение, которое обещает разлив"14.

 

Вольней также отмечает, что погода в Египте обычно чрезвычайно жаркая, и дожди практически отсутствуют. Что касается природы, то Вольней, в отличие от Савари, пишет о преимущественно однообразных и скудных египетских пейзажах: "ничто так не напоминает его облик (Египт - Е. П.) как болота нижней Луары и равнины Фландрии; однако, вместо множества сельских домов и деревьев последней, мы должны вообразить несколько жиденьких рощиц пальм и сикомор и несколько глинобитных деревень на искусственных возвышениях". Природа Дельты произвела на Вольнея более радостное впечатление: после прибытия в Розетту путешественник видит "очаровательные" пейзажи Розетты с плодородными землями, богатой растительностью и знаменитым Нилом. Вольней подчеркивает огромную роль Нила в жизни Египта: от этой реки "зависит все существование Египта, и политическое, и физическое"15.

 

И Савари, и Вольней изначально предполагали, что сухая и знойная погода должна провоцировать множество болезней среди египтян, однако оба признали в своих сочинениях, что, в целом, местные жители здоровы, и климат Египта вполне пригоден для жизни и даже, по мнению Савари, положительно влияет на здоровье египтян.

 

Оба путешественника подробно охарактеризовали этно-конфессиональный и социальный состав населения Египта.

 

Савари выделил несколько категорий арабов. Описывая землевладельцев и бедуинов, он разделяет первых на две группы в зависимости от существующего у них порядка управления. Те феллахи, которыми, по словам Савари, правят "тираны", то есть которые находятся во владении мамлюков, "утратили добросовестность и порядочность, присущие их нации" и "участвуют во всех формах разбоя". Другие же арабы-землевладельцы, общиной которых управляют старшины-шейхи, отличаются совсем другими качествами: гостеприимностью, благородством, честностью и великодушием. Владения шейхов Савари называет "княжествами" (principaute), но подчеркивает, что шейхи "правят скорее как отцы семейств, чем как монархи"16. По мнению Савари, именно эта категория египетского населения могла бы оказать реальное сопротивление османам: "если бы эти шейхи могли собрать и сформировать лигу против турок, они бы без труда изгнали их из Египта и стали бы его правителями. Однако политика мамлюкских беев мешает этому объединению: они сеют раздоры между шейхами, поддерживают слабых против сильных, признают власть только тех, кого считают полезными для своих замыслов"17.

 

Третьей категорией арабов Савари называет бедуинов. По его мнению, они представляют главную угрозу для караванов. Однако Савари пишет о бедуинах как о людях честных, верных своему слову, гордых, гостеприимных

 
стр. 113

 

и любящих свободу: "путешественник, принявший их покровительство, может не опасаться ни за свою жизнь, ни за свои богатства, поскольку их слово священно". Именно в их независимости Савари видит причину приверженности бедуинов кочевому образу жизни: "не один раз правительство предлагало им земли, и они всегда отказывались, потому что тогда бы они должны были подчиниться тиранам"18.

 

Давая общую характеристику арабам и их человеческим качествам, которые Савари ценит очень высоко, путешественник, напоминая, что им принадлежало 2/3 поверхности земли, заключает, что "они потеряли свои завоевания, но сохранили свой характер, религию и нравы. Если бы нашелся на Востоке еще один Магомет, способный собрать под тем же знаменем их разрозненные племена, он смог бы снова установить их господство над Азией и Африкой"19.

 

Другую этническую группу - коптов - Савари называет коренными жителями Египта: "они - единственные потомки древних египтян; подчиненные на протяжении двух тысяч лет иностранным правителям, они потеряли гений и науку своих предков, но сохранили множество их обычаев и древний разговорный язык". По его словам, копты подвергаются эксплуатации и притеснениям со стороны беев, которые "грабят их без сожаления, и они (копты - Е. П.) рады, если могут сохранить свою жизнь ценой потери имущества". Однако такая ситуация, по словам Савари, не вызывает бунтов со стороны коптов, поскольку "недостаток энергии оставляет их в униженном положении и бедности, которые они переносят без ропота"20.

 

Турки-османы изображены в сочинении Савари тиранами и разрушителями благополучия Египта. Именно с их приходом, по мнению Савари, началось запустение в этой стране. Турок в быту изображается Савари как ленивый, изнеженный мужчина, "томно восседающий на диване" и "проводящий всю свою жизнь за курением и созерцанием моря"21.

 

Рассказывая о жителях Египта, Савари также упоминает о сирийцах-христианах, греках и евреях и отмечает, что они занимаются торговлей и ремеслами, а также служат на таможнях. Не особо подробно останавливаясь на описании этих народов и объединяя их в одну группу, Савари пишет, что они часто используют свое положение на таможне для притеснения европейских купцов.

 

Подводя итоги описанию жителей Египта, Савари отмечает, что ими правят мамлюки, и это, по его мнению, не удивительно: у египтян, считает он, совершенно отсутствует воинственный дух, к тому же они уже долго находятся в рабстве: "любая нация, которая нападет на Египет, без труда его подчинит; с такой же легкостью она подчинит Эфиопию, а, завладев золотом этих земель и став хозяйкой вод Нила, она будет по своему усмотрению направлять их в Египет, обеспечив себе неиссякаемое изобилие"22.

 

Вольней, размышляя о нациях, отмечает, что Египет повидал множество завоевателей за всю свою историю и относится к тем регионам, где всегда проживало множество "рас", однако, в силу их религиозных или политических различий, они так и не стали единой, гомогенной массой. Тем не менее, по словам Вольнея, этнические группы смешивались друг с другом, "что привело к путанице, в которой стало сложнее выявить характер каждой из них"23. Тем не менее, Вольней выделяет четыре основные "расы", проживающие в Египте: арабы, копты, турки и мамлюки.

 

Первых он делит на три группы: арабы, прибывшие в Египет из Аравии с войсками Амра в VII в., - предки современных Вольнею египетских феллахов и ремесленников; африканские или западные арабы - потомки арабских завоевателей Мавритании, пришедшие в Египет в разные периоды; жи-

 
стр. 114

 

вущие в пустыне бедуины, оседлые и кочевники. Про последних Вольней пишет: "невежественные и бедные, бедуины сохранили свой характер, отличающийся от остальных наций вокруг"24. По словам путешественника, бедуины многочисленны, но разъединены, и сами египтяне их воспринимают как воров и бродяг, нападающих на крестьян и караваны.

 

Второй "расой" Египта Вольней называет коптов - "потомков людей, которых завоевали арабы, так сказать, смеси египтян, персов, а также, греков"25. Путешественник подчеркивает, что копты являются христианами, однако сектантами, поэтому Греческая церковь враждует с ними. В обществе копты, по словам Вольнея, в основном, занимают должности писарей, чиновников и откупщиков, за что их не любят крестьяне.

 

Турок-османов, чье происхождение и историю завоеваний он описывает, Вольней выделяет в третью "расу", отмечая, что они являются "правителями Египта, или, по крайней мере, имеют этот титул". По его словам, в Египте они живут только в Каире, где "занимаются ремеслом, а также занимают военные и религиозные должности"26. Как и Савари, он подчеркивает варварство и невежество турок.

 

Последнюю "расу", которую выделяет Вольней, составляют мамлюки.

 

Таким образом, из повествования обоих авторов складывается образ многонациональной страны, жители которой разрозненны как этнически и конфессионально, так и социально, при этом оба путешественника отмечают, что все жители Египта равно не любят пришлых - османов и мамлюков. Кроме того, Савари на протяжении всего своего рассказа о народах, населяющих Египет, стремится показать, что эта страна, являясь исключительно богатой, может быть легко подчинена. Поскольку "Письма о Египте" адресованы брату короля, то, очевидно, такую миссию автор возлагал именно на французов.

 

К моменту путешествия Савари и Вольнея на Восток, в Европе уже существовал определенный образ ислама. Как отмечает французский исследователь Анри Лоранс, для Века Просвещения было характерно представление об исламе как о религии, "которая благоприятствует деспотизму и фанатизму и порождена честолюбием человека, желавшего властвовать" и, как любая религия, ислам считался помехой на пути прогресса27.

 

Вольней рассказывает об исламе не в той части своего повествования, которая посвящена Египту, а в разделе о Сирии. По мнению Вольнея, ислам как нельзя лучше отвечает духу деспотизма. Философ негативно отзывается о Коране и пророке Мухаммаде, считая, что эта религия создана для подчинения человека28.

 

Савари не высказывает столь негативных и резких оценок. Он называет Мухаммада "великим политиком, который хотел, чтобы каждая вещь служила его религии"29. Коран, пишет Савари, является "кодексом их (мамлюков - Е. П.) религиозных догм и законов", из него проистекают все "общественные, военные и духовные обязанности". Тем не менее, при описании Каира, путешественник довольно резко высказывается об исламе: "Там (в Каире - Е. П.) торжествует фанатизм религии ислама, и мусульмане, погрязшие в невежестве, считают себя самыми величественными во вселенной". Также путешественник отмечает, что "мусульмане неохотно разговаривают с неверными о своем культе"30. Однако, в отличие от Вольнея, обобщающего негативного мнения об исламе Савари не высказывает.

 

Таким образом, оба автора не сомневались в "изобретении" ислама и Корана Мухаммадом с политической целью. Не раз на страницах сочинений Савари и Вольнея встречается чисто прагматическое объяснение обычаев мусульман. Однако, подробного описания этой религии нет в обоих сочинениях.

 
стр. 115

 

Савари довольно подробно рассказывает о происхождении мамлюков и об истории их правления до и после османского завоевания. Характеризуя их, путешественник пишет, что они отважные воины, однако у них отсутствуют европейские дисциплина и тактика, "искусство артиллерии", а их действия в бою носят беспорядочный характер. Общественное устройство мамлюков Савари называет "республикой", показывая, что, хотя формально они находятся под юрисдикцией турецкого султана, фактически они независимы от него. Первое лицо в стране - турецкий паша - является "фантомом", поскольку полностью зависит от мамлюков, которые могут сместить его в любой момент. Реальная власть принадлежит мамлюкским беям и санджакам, которых Савари называет "деспотами", злоупотребляющими своим могуществом. Путешественник подробно рассказывает о прибытии нового паши в Александрию, встрече с мамлюками и его торжественном препровождении в Каир. Савари был очень впечатлен богатством одежд мамлюков, пышностью и торжественностью самой церемонии: "это прибытие (паши - Е. П.) мне дало представление о восточной помпезности, роскоши, которая окружала древних монархов Азии, когда они появлялись на публике"31.

 

В целом же, государственный строй в Египте Савари описывает как "тиранию" и "деспотизм", ведь, по его мнению, такой богатой и плодородной страной управляют невежественные мамлюки и османы: "анархия чудовищного правительства, врагов порядка и законов уничтожает гений и, подобно чумному ветру, опустошает города и уничтожает поселения и их обитателей". Такая ситуация, считает путешественник, сложилась с османским завоеванием, поскольку ранее, в древние времена и во времена арабского правления, науки и искусства в Египте процветали, а ныне царит разруха, вызванная "варварством турок"32.

 

Лейтмотивом сочинения является мысль о том, что вернуть утраченную славу и процветание Египта и преодолеть нынешнее "варварское" состояние можно лишь в том случае, если страной будут управлять люди просвещенные. Миссию эту Савари, очевидно, возлагает на Европу. В одном пассаже, посвященном древнему лабиринту в Фаюме, он пишет: "возможно однажды, когда Европа передаст Египту знания, которые она от него получила, будут расчищены песок и мусор, скрывающие внутреннюю часть лабиринта"33.

 

Вольней также очень подробно пишет про мамлюков, повествуя об их правлении в Египте до османского завоевания и о нововведениях Селима I после 1517 года. Он отмечает, что в современном ему Египте вся фактическая власть принадлежит мамлюкам, а не султану и его администрации. По его словам, зачастую всесильные мамлюкские беи не высылают дань Порте или же уменьшают ее размеры, не выполняют распоряжения султана, однако независимость объявить не решаются. Османы же, отмечает путешественник, провоцируют разногласия между враждующими партиями мамлюков, чтобы ни одна из них не взяла верх.

 

Вольней подчеркивает, что "мамлюки составляют главную военную силу в Египте", поскольку, придя к власти, они постарались ограничить власть османских военных корпусов, в результате чего те стали "сборищем ремесленников, слуг и бродяг"34. Однако их военную подготовку Вольней считает недостаточной. Во-первых, у них отсутствует пехота, поскольку "предубеждение древних персов и татар до сих пор сохраняется в этой стране: война является искусством отступления и преследования, и только конник, который лучше всего служит для обеих целей, считается воином". Во-вторых, костюм мамлюков неудобен, так как состоит из четырех одежд и "имеет вид длинного мешка, из которого торчит голая шея и голова без волос, покрытая тюрбаном". В-третьих, лошади мамлюков перегружены тяжелым и неудобным

 
стр. 116

 

снаряжением. В-четвертых, вооружение мамлюков также устарело - его составляют английский карабин, пистолеты, булава и сабля несовершенной формы. Кроме того, путешественник подчеркивает, что "мамлюки ничего не знают о нашем военном искусстве: у них нет ни униформы, ни инструкций, ни строя, ни дисциплины, ни даже субординации. Их войска - это сборище, их маневры - толкотня, их бой - единоборство, их война - разбой"35.

 

Что же касается нравов мамлюков, то Вольней описывает их как жестоких, готовых к предательству, развращенных людей. Соответственно, отмечает Вольней, и государственное управление для них - не сложное искусство, а "просто способ получить побольше женщин, драгоценностей, лошадей, невольников и удовлетворить свои притязания"36. А поскольку мамлюков волнуют только их сиюминутные желания, а не процветание Египта, то это главная причина, по мнению Вольнея, бедности и невежества египтян: "Там где крестьянин не наслаждается плодами своих трудов, он работает только по принуждению, и сельское хозяйство чахнет; там, где нет безопасности для собственности, нет и того усердия, которое могло бы ее создать; и ремесла будут оставаться в примитивном состоянии; там, где знания ни к чему не ведут, к ним не стремятся, и умы находятся в состоянии варварства". Вольней противопоставляет тираническое правление мамлюков "разумному" европейскому устройству государства и общества. Кроме того, он полагает, что в египтянах, подчиненных мамлюкам, есть "скрытый огонь, который ждет только... чтобы произошел взрыв"37, - потенциальная энергия, которую только нужно направить в правильное русло.

 

Таким образом, оба автора подчеркивали слабость мамлюков и шаткость государственного управления Египтом, доказывая, что потенциальные завоеватели смогут без труда овладеть им, и даже, возможно, найдут сочувствие среди угнетаемых местных жителей.

 

Савари делает подробный обзор торговли в Египте с эпохи фараонов до современных ему дней. По его мнению, Египет не может конкурировать с европейскими державами, так как находится под гнетом беев, а в стране нет морского флота и достаточного опыта мореплавания. Но все же, по мнению путешественника, страна имеет большой потенциал для развития торговли: "несмотря на упадок, Египет может снова с блеском встать в один ряд с сильными державами, поскольку содержит в себе источники настоящего богатства". И произойти это может, если Египтом станут управлять "просвещенные правители". Савари рисует заманчивую картину того, как можно с выгодой использовать внутренние ресурсы Египта для торговли и развития производства, если восстановить все эти отрасли под "мудрым управлением"38.

 

Савари много пишет и о сельском хозяйстве Египта. Отмечая, что земля там исключительно плодородная, и в древние времена сельское хозяйство процветало, путешественник снова подчеркивает, что варварство нынешнего правительства погубило то, что было создано ранее39. Отсутствие частной собственности, передающейся по наследству, произвольно собираемые налоги и постоянные стычки между беями, в которых вынужденно приходится участвовать и простым крестьянам, разрушают сельское хозяйство и не позволяют реализовать все возможности этой плодородной земли, считает Савари.

 

Говоря о торговле в Египте, Вольней отмечает, что Каир является главным торговым пунктом Египта благодаря своему выгодному географическому расположению на пересечении различных караванных путей, и что торговля в нем процветает. Тем не менее, по словам путешественника, это совсем не обогащает Египет и его народ, поскольку закупаются, в основном, предметы роскоши для мамлюков. Путешественник уделяет особое внимание положению европейских, в частности французских, купцов в Каире. По

 
стр. 117

 

его словам, их жизнь полна опасностей с тех пор, как их консул был выслан из Каира: они живут обособленной коммуной, поскольку люди вокруг "ненавидят само имя франков", мамлюки притесняют их, из-за чего торговые дела французов идут не очень хорошо. Так что Каир как торговый центр, по мнению Вольнея, "самый ненадежный и неприятный пункт во всем Леванте"40.

 

Сельскому хозяйству Вольней не уделяет особого внимания, однако из его повествования следует, что крестьяне бедны и притесняемы мамлюками.

 

Таким образом, оба автора рисуют образ богатой страны с большим потенциалом, который не используется нынешними правителями.

 

Много внимания Савари уделяет обычаям и образу жизни египтян. Он с одобрением отзывается об их уважительном отношении к старшим, о прочных семейных узах и гостеприимстве, отмечая, что многое из этих обычаев утрачено европейцами. Однако в повествовании Савари явно сквозит убеждение, что для него египтяне стоят на более низкой ступени развития, чем европейцы, и именно поэтому они еще сохранили древние традиции. Путешественник даже сравнивает обычаи современных ему египтян с обычаями древних греков, описанными Гомером в его эпосах. По мнению американской исследовательницы Н. Ле Коат, подобное сравнение открывает путь созданию культурных стереотипов: "попытки Савари облагородить современных ему египтян, сравнивая их с греками Гомера и библейскими людьми, в конечном счете, мифологизируют их, консервируя в далеком и статичном прошлом"41.

 

Савари отмечает, что египтяне из-за постоянной жары ведут жизнь скорее пассивную, чем активную, что они сохранили "простоту древних манер" и находятся ближе к природе, чем европейцы. В целом же, образ жизни египтян Савари характеризует следующим образом: "наши спектакли, наши шумные удовольствия им незнакомы. Эта монотонность, которая для европейца стала бы мучением, им кажется прелестной. Они проводят свои дни, делая одни и те же вещи, следуя установленным обычаям, ничего другого не желая, ни о чем другом не думая. Не имея ни живых вкусов, ни горячих желаний, они не знают и скуки"42.

 

Общество Египта Савари описывает как патриархальное, подробно рассказывая об авторитете отца в семье. Отмечая, что европейцам вряд ли понравится подход жителей Египта к женщинам, путешественник пишет о том, что в основе этих отношений лежит "восточная ревность". Женщины, полагает Савари, "отягчены оковами рабства"43 и, в отличие от европеек, не играют никакой роли в общественной жизни.

 

Что касается Вольнея, то с первых строк своего рассказа о Египте он подчеркивает, что все в этих краях необычно и удивительно для европейца: "множество незнакомых объектов завладевают его чувствами - это варварские звуки, резкие и гортанные интонации языка режут его ухо; это странные одежды и лица диковинного вида". Особенно подробно Вольней описывает резко отличающиеся от европейских смуглые лица с бородой и усами, а также - длинные одежды египтян. Местных женщин Вольней называет "блуждающими призраками, которые, будучи закутаны в цельный кусок ткани, походят на людей только глазами". Османская империя, как следует из рассказа Вольнея, разительно отличается от Европы, и, по его словам, приглядевшись, путешественник увидит в окружающем пейзаже и людях отпечаток "жадности сильных и недоверчивости рабов". В Египте, в отличие от Европы, пишет Вольней, опасно путешествовать: "для нас путешествия - приятные поездки, здесь же - трудная и опасная работа", в частности, из-за местного населения, которое считает европейцев "чародеями, прибывшими похитить с помощью магии сокровища, спрятанные джином под руинами"44.

 
стр. 118

 

Вольней не описывает обычаи египтян и не останавливается подробно на их образе жизни, тем не менее, из его повествования следует, что жители Египта живут в невежестве и бедности из-за бездарного управления деспотов, а дух рабства пронизывает все общество.

 

Оба автора считают жителей Египта отставшими в развитии от европейцев, а их рабское положение, как следует из сочинений Савари, только усиливает их суеверия и предрассудки. Таким образом, деспотизм пронизывает все восточное общество. По мнению А. Лоранса, "у авторов XVIII столетия деспотизм - это не просто политическая надстройка, но та основа, которая формирует и структурирует общество и политику"45.

 

Савари подробнейшим образом описывает памятники старины и рассказывает о древнем Египте, отводя ему важную роль в мировой истории: "в этой знаменитой долине (Нила - Е. П.) человек впервые зажег светоч знаний, отблеск которого распространился на Грецию и ярко осветил весь мир". Однако, как не раз отмечает путешественник на протяжении всего повествования, тираническое правление мамлюков и османов не способствует возрождению этих знаний. Савари разрабатывает подробный маршрут путешествия, которое может предпринять европеец в Египте по тем еще неизведанным местам, где восемнадцать веков не было никого из Европы. Хотя, по словам Савари, такое путешествие может быть опасным, оно принесет совершившему его человеку славу и бессмертие46, а сделанные им исторические и археологические открытия будут бесценны.

 

Вольней же практически ничего не рассказывает про Древний Египет, отсылая читателя к многочисленным авторам до него писавшим на эту тему, и уделяет внимание только пирамидам. Склоняясь к версии, что это - огромные гробницы царей, и описывая монументальность этих сооружений, поражающих воображение человека и свидетельствующих о его возможностях, Вольней, однако отмечает, что его охватывает сожаление при мысли, что "для возведения бесполезной гробницы нужно было изводить двадцать лет целую нацию". Таким образом, Вольней снова возвращается к идее восточной тирании, которую он находит не только в современном, но и в древнем Египте. Впрочем, несмотря на такое отношение, Вольней считает, что сохранить эти памятники необходимо "как наследие для будущего поколения"47, хотя власти Египта этим и не озабочены. По его мнению, если бы Египтом управляли люди, знакомые с изящными искусствами, то можно было бы совершить много открытий для лучшего понимания древности. И, по словам путешественника, возможно, это осуществится уже скоро.

 

Таким образом, оба автора считали Египет обширным полем для исследований, способных раскрыть множество тайн.

 

Они создали образ богатой страны, причем богатой во всех отношениях: с благодатным климатом, неиссякаемым плодородием, удачным географическим положением на пересечении торговых путей. Тем не менее, как следует из сочинений Вольнея и Савари, эта уникальная страна столь бездарно управляется чужеземцами, что, в результате, Египет находится в запустении и упадке. Очевидно, что многочисленные пассажи обоих авторов о необходимом Египту "мудром управлении" и "просвещенных правителях" рано или поздно должны были найти своего читателя в лице этих самых потенциальных правителей. Оба автора настойчиво убеждали в слабости военной защиты Египта и обещали возможную поддержку со стороны местного населения. Кроме того, они подчеркивали, что в Египте бедствуют не только местные жители, но и европейцы, притесняемые мамлюками. И едва ли у читателей книг Савари и Вольнея могли остаться сомнения в том, что именно Европа и европейцы с их уровнем развития и знаний должны вернуть Египту былое величие и утраченную славу.

 
стр. 119

 

Как отмечает А. Лоранс, сочинения путешественников, посетивших Египет, вольно или невольно подготовили экспедицию Бонапарта в эту страну48. В случае Вольнея это было скорее невольно - ведь, не смотря на описание Египта, показавшее шаткое положение османских властей и слабость мамлюков, он, тем не менее, был против вторжения французов в Египет. В "Размышлениях о войне между турками и Россией" Вольней и вовсе открыто предостерегал французов от вторжения в Египет, объясняя, что это приведет к трем войнам сразу: с османами, англичанам и местным населением. Причем, последнюю войну Вольней считал наиболее опасной: "если франки, враги Бога и Пророка осмелятся высадиться там, то турки, арабы, крестьяне

 

- все вооружатся против них... фанатизм - всегда опасный враг. Вольней достаточно реалистично представлял себе перспективу вторжения французов в Египет: "нужно управлять этими людьми, но мы не знаем ни их языка, ни их нравов, ни обычаев... характер двух наций, полностью противоположный, станет взаимно антипатичным: наши солдаты будут шокировать население своим пьянством, возмущать его своей наглостью по отношению к женщинам... все это будет вести к ссорам и к вновь и вновь повторяющимся мятежам"49. Однако Египет был слишком притягателен, а потому предостережения Вольнея не остановили Бонапарта. Наоборот, он постарался учесть их, взяв в Египет печатный пресс с арабским шрифтом, требуя, чтобы солдаты уважительно относились к местному населению, и сохранив в Египте существующие административные и религиозные институты.

 

Очевидно, что Бонапарт в своей политике по отношению к местному населению использовал все те знания, которые получил из произведений путешественников на Восток. Именно поэтому, с момента прибытия в египетский пашалык, французы стали распространять среди местного населения прокламации на арабском языке, зачастую содержавшие выдержки из Корана, с заверениями в своей благожелательности к мусульманам, в дружбе с турками-османами, во враждебности к одним только мамлюкам и в желании улучшить жизнь египтян. "Я прибыл сюда лишь для того, чтобы освободить ваши права из-под власти тиранов, и ...я больше, чем мамлюки поклоняюсь Богу Всевышнему и почитаю Пророка и его великий Коран"50

 

- заявлял Бонапарт в одной из первых прокламаций. Очевидно, что генерал рассчитывал на поддержку местного населения, ведь и Вольней, и Савари писали о готовности разных социальных групп выступить против мамлюков. Большое внимание Бонапарт уделял организации различных торжеств, в том числе праздника Нила, ведь Савари и Вольней показали значимость Нила и его почитания для египтян. Большой научный корпус экспедиции должен был исследовать те самые богатые и неизведанные места, о которых рассказывали путешественники, и французы должны были стать теми самыми мудрыми правителями, что приведут Египет к процветанию...

 

Таким образом, произведения Савари и Вольнея стали, по выражению Карре, "руководством" для участников экспедиции51, а созданный ими, а также их предшественниками, образ Востока предопределил политику французов в Египте.

 

Примечания

 

Работа подготовлена в рамках Программы фундаментальных исследований секции истории ОИФН РАН "Исторический опыт социальных трансформаций и конфликтов".

 

1. CARRE J. -M. Voyageurs et ecrivains frangais en Egypte. Geneve. 2006.

 

2. GAULMIER J. L'ideologue Volney, 1757 - 1820; contribution a l'histoire de l'orientalisme en France. Beirut. 1951, p. 117 - 119.

 

3. CARRE J. -M. Op.cit., p. 79.

 
стр. 120

 

4. SAVARY С. - E. Lettres sur L'Egypte, Ou l'on offre le parallele des moeurs anciennes et modernes de ces habitans, ou l'on decrit l'etat, le commerce, l'agriculture, le gouvemement du pays, la desente de St. Louis a Damiette, tiree de Joinville et des Auteurs Arabs, avec des Cartes Geographiques. P. 1785 - 1786.

 

5. Об этом сообщает переводчик книги на английский язык (имя не указано) в предисловии: SAVARY C.-E. Letters On Egypt: Containing, A Parallel Between The Manners Of Its Ancient And Modern Inhabitants, Its Commerce, Agriculture, Government and Religion; With The Descent Of Louis IX At Damietta; extracted from Joinville and Arabian Authors. L. 1799.

 

6. SAVARY C.-E. Le Coran, traduit de l'arabe, accompagne de notes, precede d'un abrege de la vie de Mahomet, tire des ecrivains oiientaux les plus estimes. P. 1783.

 

7. SAVARY C.-E. Grammaire de la langue arabe et litterale; ouvrage posthume de M. Savary, traducteur du Coran, augmente de quelques contes arabes. P. 1813.

 

8. CARRE J. -M. Op.cit., p. 88 - 89.

 

9. Ibid., p. 91 - 92.

 

10. Как отмечает Гольмье, в то время во французских дипломатических кругах соперничали две тенденции. Приверженцы первой - служащий военно-морского министерства Сен-Дидье, посол в Стамбуле граф Сен-При, военный деятель и дипломат барон де Тотт - доказывали, что Османская империя находится в упадке и что захватить Египет не составит труда. Вторую представлял бывший посол Франции в Стамбуле Верден, считавший, что надо придерживаться осторожной политики и сохранять статус-кво. По мнению Гольмье, именно Верден отправил Вольнея в Египет и Сирию, чтобы тот собрал аргументы в пользу идеи о том, что завоевание этих территорий слишком рискованно. См.: GAULMIER J. Un grand temoin de la revolution et de l'Empife. Volney. P. 1959, p. 30 - 42.

 

11. VOLNEY C.-F. Voyage en Syrie et en Egypte pendant les annees 1783, 1784 et 1785. P. 1787.

 

12. CARRE J.-M. Op.cit., p. 101 - 102.

 

13. SAVARY C.-E. Op. cit., vol. 2, p. 47.

 

14. Ibid., vol. 1, p. 88, 125.

 

15. VOLNEY C.-F. Op.cit., p. 9 - 10, 16.

 

16. SAVARY C.-E. Op. cit., vol. 3, p. 17, 18, 21.

 

17. Ibid., p. 20 - 21.

 

18. Ibid., p. 22, 23.

 

19. Ibid., p. 29.

 

20. Ibid., p. 16.

 

21. Ibid., vol. 1, p. 30 - 31, 225.

 

22. Ibid., vol. 3, p. 33.

 

23. VOLNEY C. -F. Op. cit., vol. 1, p. 68 - 69.

 

24. Ibid., p. 71.

 

25. Ibid., p. 72.

 

26. Ibid., p. 83, 96.

 

27. LAURENS H. Les origines intellectuelles de l'expedition d'Egypte. L'orientalisme islamisant en France (1698 - 1798). Istanbul-P. 1987, p. 93, 94.

 

28. VOLNEY C.-F. Op.cit., vol. 2, p. 363.

 

29. SAVARY C.-E. Op. cit., vol. 1, p. 77.

 

30. Ibid., vol. 2, p.133, 134, 186

 

31. Ibid., p. 140 - 141.

 

32. Ibid., p. 33, 34.

 

33. Ibid., p. 22.

 

34. VOLNEY C.-F. Op. cit., vol. 1, p. 152.

 

35. Ibid., p. 153, 155, 163.

 

36. Ibid., p. 170.

 

37. Ibid., p. 172, 240.

 

38. SAVARY C. -E. Op. cit., vol. 3, p. 62 - 65.

 

39. Ibid., vol. 2, p. 190.

 

40. VOLNEY C.-F. Op. cit., vol. 1, p. 209, 210.

 

41. LE COAT N. Allegories Literary, Scientific, and Imperial: Representation of the Other in Writings on Egypt by Volney and Savary. The Eighteenth Century: Theory and Interpretation. 1997, vol. 38, N1, p. 19.

 

42. SAVARY C.-E. Op. cit., vol. 1, p. 101, 106, 107.

 

43. Ibid., p. 116, note 1, 117.

 

44. VOLNEY C.-F. Op. cit., vol. 1, p. 3, 4 11.

 

45. LAURENS H. Op. cit., p. 130.

 

46. SAVARY C.-E. Op. cit., vol. 1, p. 14; vol. 3, p. 181, 192.

 

47. VOLNEY C.-F. Op. cit., vol. 1, p. 255, 257.

 

48. LAURENS H. Op. cit., p. 104.

 

49. VOLNEY C.-F. Considerations sur la guerre des Turcs et de la Russie. L. 1788, p. 125 - 126.

 

50. АЛ-ДЖАБАРТИ, АБД АР-РАХМАН. Египет в период экспедиции Бонапарта (1798 - 1801). М. 1962, с. 54.

 

51. CARRE J. -M. Op.cit., p. 79.

 

 

Опубликовано 04 марта 2020 года



Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама