Поиск
Рейтинг
Порталус
база публикаций

ВОЕННОЕ ДЕЛО есть новые публикации за сегодня \\ 09.08.20


Судьба "маршальского курса" Академии Генерального штаба

Дата публикации: 25 июля 2020
Автор: С. Е. Лазарев
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ВОЕННОЕ ДЕЛО
Источник: (c) Вопросы истории, № 12, Декабрь 2009, C. 107-114
Номер публикации: №1595676641 / Жалобы? Ошибка? Выделите проблемный текст и нажмите CTRL+ENTER!


С. Е. Лазарев, (c)

найти другие работы автора

Среди советских высших военных учебных заведений, готовивших командный состав, особое место занимала Академия Генерального штаба РККА. Она обучала высших и старших офицеров Вооруженных сил и одновременно являлась ведущим военным образовательным учреждением по проведению научных исследований в области обеспечения военной безопасности государства и военного строительства.

 

Проблема высшего военного образования решалась в Советской армии в течение долгого времени. После потери Николаевской академии Генерального штаба, основная масса преподавателей и учащихся которой перешли на сторону белого движения, для Красной армии возникла настоятельная необходимость в военно-учебном заведении для подготовки командиров высшего звена. 8 декабря 1918 г. приказом Реввоенсовета Республики в Москве была открыта Академия Генерального штаба Рабоче-крестьянской Красной армии. За время гражданской войны академию и ее курсы окончили многие видные военачальники. В 1921 г. в связи с новыми задачами в области подготовки военных кадров были созданы Военная академия РККА и Высшие военно-академические курсы при ней, на которые были возложены функции и задачи Академии Генерального штаба. В 1925 г. Военной академии РККА присвоили почетное наименование "имени М. В. Фрунзе".

 

Военная академия имени М. В. Фрунзе обучала, прежде всего, командиров оперативно-тактического уровня (частей и соединений). Поэтому в августе 1931 г. при ней был создан специальный оперативный факультет, основной задачей которого стала подготовка офицеров оперативных органов корпусов, армий, фронтов и Штаба РККА. Срок обучения на факультете составлял один год. Он должен был комплектоваться слушателями с высшим военным образованием, а также не окончившими академии, но хорошо знающими тактику и имеющими практический опыт работы в войсках. Все слушатели прибывали с должностей от командира и начальника штаба дивизии и выше. Преподавали на факультете профессора академии. Оперативный факультет функционировал около пяти лет и за это время подготовил большую группу командного состава Красной армии.

 

 

Лазарев Сергей Евгеньевич - аспирант Орловского государственного университета.

 
стр. 107

 

К концу второй пятилетки (1937 г.) командиров с высшим военным и инженерно-техническим образованием готовили 13 военных академий. Но ни общевойсковая, ни военно-технические академии не были рассчитаны на подготовку военных руководителей высшего звена, к которым новый этап развития Вооруженных сил СССР предъявлял значительно более высокие требования, чем к выпускникам этих академий. Оперативный факультет Военной академии имени М. В. Фрунзе тоже не отвечал возросшим требованиям, тем более, что в соответствии с профилем академии, главное внимание ее руководителей и профессорско-преподавательского состава, все же было сосредоточено на оперативно-тактической подготовке командного состава. Поэтому для решения задачи подготовки специалистов Генерального штаба, высших соединений и объединений была вновь создана Академия Генерального штаба.

 

Приказ об образовании Военной академии Генерального штаба РККА Народный комиссар обороны СССР К. Е. Ворошилов подписал 11 апреля 1936 года. Первым ее начальником был назначен комдив Д. А. Кучинский, по воспоминаниям современников, один из талантливейших командиров Красной армии, обладавший "глубокими знаниями военного искусства, высокой общей культурой и незаурядными организаторскими способностями"1. Были созданы пять кафедр - армейских операций, тактики высших соединений, организации и мобилизации, военной истории и иностранных языков. Руководили ими наиболее опытные и подготовленные преподаватели: кафедру армейских операций возглавлял комбриг Г. С. Иссерсон, начальником кафедры тактики высших соединений был назначен комдив П. И. Вакулич, комкор М. И. Алафузо был начальником кафедры организации и мобилизации, во главе кафедры военной истории - комдив В. А. Медиков. Профессорско-преподавательский состав подбирался из числа наиболее квалифицированных кадров. Из Военной академии имени М. В. Фрунзе и других вузов были переведены лучшие ученые, профессора и преподаватели, широко известные в армии своими военно-теоретическими трудами: А. И. Верховский, А. И. Готовцев, Я. М. Жигур, Д. М. Карбышев, А. М. Кирпичников, Н. А. Левицкий, В. К. Мордвинов, А. А. Свечин, Ф. П. Шафалович, Е. А. Шиловский и другие. Срок обучения в академии определили в 18 месяцев. Занятия начались 1 ноября 1936 года.

 

Генеральный штаб постоянно контролировал работу академии, оказывал всяческую помощь, периодически организовывал для слушателей и профессорско-преподавательского состава доклады и лекции руководящего состава Наркомата обороны, Генерального штаба и округов по актуальным вопросам военного искусства и строительства Красной армии. В частности, в академии выступали первый заместитель Наркома обороны маршал М. Н. Тухачевский, начальник Генерального штаба маршал А. И. Егоров, начальник ВВС командарм 1-го ранга Я. И. Алкснис, инспектор кавалерии маршал СМ. Буденный. Слушатели участвовали в показных командно-штабных военных играх, организованных командующим Белорусским военным округом командармом 1-го ранга И. П. Уборевичем на тему "Прорыв подготовленной обороны противника" и командующим Украинским военным округом командармом 1-го ранга И. Э. Якиром на тему "Ввод в сражение механизированного корпуса". Эти учения, проведенные опытнейшими военачальниками, ориентировали молодых офицеров на сложные условия борьбы с сильным и активным противником, который не только оборонялся и отступал, но и наносил мощные контрудары.

 

По инициативе Тухачевского в рамках Академии Генерального штаба в 1936 - 1937 гг. была проведена стратегическая военная игра, где Михаил Ни-

 
стр. 108

 

колаевич командовал объединенными польско-немецкими силами ("за Гитлера"), а Уборевич командовал Западным фронтом. Советские войска одержали тогда полную победу. Бывший начальником штаба "Гитлера" Кучинский признавался, "что в эту игру Тухачевский вносил необычайную страстность. Он говорил, что у германцев должно быть больше сил"2. Маршал уже тогда отмечал, что начало войны следует себе представлять "как внезапное открытие крупных решительных операций с обеих сторон, на земле, в воздухе и на море, создающих очень сложную и напряженную обстановку. При этом следует учесть, что при определенных условиях противник может упредить нас и первым открыть военные действия"3.

 

Исходя из такой направленности оперативной и оперативно-стратегической подготовки в академии в предвоенные годы, интересно проследить судьбу ее первых слушателей. На первый курс в 1936 г. было принято 135 человек, в том числе полковники А. И. Антонов, И. Х. Баграмян, майор А. Н. Боголюбов, капитан 2-го ранга Н. Е. Басистый, полковники А. М. Василевский, Н. Ф. Ватутин, комбриги Л. А. Говоров, К. Д. Голубев, полковники Н. И. Гапич, А. И. Гастилович, Д. Д. Грендаль, М. В. Захаров, В. М. Злобин, В. В. Курасов, майор М. И. Казаков, комбриги П. А. Курочкин, Г. К. Маландин, полковник А. П. Покровский, майор Л. М. Сандалов, полковники С. Г. Трофименко, Н. И. Четвериков, А. И. Шимонаев и другие. Это были командиры в возрасте тридцати пяти - сорока лет4. Большинство зачисленных в академию происходили из пролетарских слоев - семей рабочих и крестьян. "Отбор слушателей, - вспоминал маршал Василевский, - проводился под непосредственным руководством ЦК партии"5. В академию направляли работников Генерального штаба и штабов округов, командиров и начальников штабов крупных войсковых соединений и преподавателей академий РККА. Все зачисляемые обязаны были иметь боевой стаж, отличные аттестации по службе и, как правило, уже одно высшее военное образование. Преимущество отдавалось выпускникам Академии имени М. В. Фрунзе. Большинство слушателей представляли сухопутные войска - пехоту (55 человек), конницу (13 человек), артиллерию (7 человек), танковые (10), химические (4) и инженерные части (2). Но были авиаторы (15 человек) и моряки (7 человек)6. Самое большое представительство в академии принадлежало наиболее крупным и насыщенным войсками приграничным военным округам - Киевскому (19 человек) и Белорусскому (18 человек). 16 слушателей были направлены из Московского военного округа, 11 прислал Ленинградский, по 6 офицеров - Харьковский и Северо-Кавказский, 4 - Приволжский военный округ7. Семнадцать слушателей к моменту поступления уже имели "генеральское" звание "комбриг"8, 86 человек - звание "полковник", 27 - "майор". Кроме того, в составе первого набора академии три представителя Военно-морского флота были капитанами 2-го ранга и один - капитаном 3-го ранга. Один слушатель имел звание "военный инженер 1-го ранга". Это были молодые, перспективные офицеры, обладавшие к середине 1930-х годов богатым жизненным и военным опытом, но до определенного момента находившиеся в Красной армии "на вторых ролях". Путь "наверх" открылся в результате "чистки", проведенной в армии в 1937 - 1938 годах. Согласно статусу академии, ее слушателей ждали самые высокие командные и начальствующие должности. Однако судьбы участников первого набора сложились по-разному...

 

Весной 1937 г. неожиданно были арестованы, а летом расстреляны ведущие советские военачальники: маршал М. Н. Тухачевский, командармы А. И. Корк, И. П. Уборевич, И. Э. Якир и другие. Вслед за ними репрессиям подверглись и те, кто непосредственно соприкасался с военачальниками по

 
стр. 109

 

службе. В результате освободились места, которые нужно было кем-то замещать. "Завершение курса близилось, но закончить его большинству из нас так и не удалось по ряду причин, - вспоминал Василевский. - Свыше 30 слушателей нашей академии первого набора были направлены на различные, порою довольно высокие командные и штабные должности"9. 7 мая 1937 г. капитан 2-го ранга В. П. Калачев был направлен начальником штаба Черноморского флота. При этом в приказе по академии от 8 июня значилось: "Слушателя Морской группы капитана 2 ранга тов. Калачева считать выполнившим всю программу 1-го курса Академии Генерального Штаба РККА, в том числе и сдавшим зачетные работы. Тов. Калачеву разрешено закончить академический курс заочно..."10.

 

21 мая полковник А. Ф. Анисов был назначен начальником 1-го отдела, а полковник А. А. Хрящев - заместителем начальника штаба Закавказского военного округа. 31 мая полковник Г. И. Брынков стал начальником Научно-исследовательского химического института РККА, а полковник Ф. Г. Филиппов - начальником Химических курсов усовершенствования комсостава РККА.

 

Основной же поток назначений слушателей академии на крупные военные посты пришелся на август-октябрь 1937 г., наиболее драматичный период в истории РККА. Так, полковник М. В. Захаров был назначен начальником штаба Ленинградского военного округа, полковник А. И. Антонов - начальником штаба Московского военного округа, полковник Г. Д. Шишенин стал его заместителем, полковник Д. Н. Никишев - начальником штаба Северо-Кавказского военного округа, полковник М. И. Казаков - заместителем начальника штаба Среднеазиатского военного округа, полковник Н. Ф. Ватутин - заместителем начальника штаба, а вскоре и начальником штаба Киевского военного округа, полковник С. Г. Трофименко - начальником оперативного отдела штаба этого же округа и т. д. На преподавательскую работу были направлены комбриги В. Е. Климовских, Г. К. Маландин, полковники И. Х. Баграмян, А. М. Василевский, Я. Я. Вейкин, А. И. Гастилович, Ф. М. Исаев, В. В. Курасов, К. Ф. Скоробогаткин, А. В. Сухомлин, П. Н. Рубцов, Ф. И. Трухин, А. И. Шимонаев, А. И. Штромберг, П. Г. Ярчевский, майоры Е. И. Гуковский, Л. А. Пэрн, И. Н. Рухле и др. Некоторым командирам удалось совершить впечатляющий карьерный рывок. Например, полковники Н. Ф. Ватутин и М. В. Захаров за четыре года (1935 - 1939 гг.) сумели пройти четыре ступеньки служебной лестницы и удостоиться высокого звания "комкор".

 

Но "академиков" коснулось не только повышение по службе, но и армейские "чистки", которые особенно тщательно проводились в стенах высших военных учебных заведений. 20 сентября 1937 г. был арестован начальник академии комдив Д. А. Кучинский, обвинявшийся в связях с "врагами народа", (контактировал и находился в хороших отношениях с Тухачевским и Якиром, у которого комдив был начальником штаба в 1931 - 1934 и в 1935- 1936 годах). 29 июля 1938 г. Дмитрий Александрович был расстрелян. За этим последовала основательная "чистка" преподавательского состава вуза.

 

Репрессии коснулись и слушателей академии. Обратимся к специальному докладу "О состоянии кадров и о задачах по подготовке кадров", подготовленному Управлением по командно-начальствующему составу РККА осенью 1937 года. Итак, к 20 ноября 1937 г. 26 слушателей первого набора Академии Генерального штаба назначили в войска, 20 стали преподавателями академии, 7 уволили из РККА, 14 зачислили в распоряжение Управления по комначсоставу. Многих оставили в академии: 10 подозревались в связях с "врагами народа", 14 исключались из ВКП(б) (пятеро так и не были восста-

 
стр. 110

 

новлены), 14 имели родственников за границей, 6 участвовали в троцкистской оппозиции, 6 служили в белых армиях, 4 были в плену у белых, родственники двоих имели связь с "врагами народа", 1 служил в полиции, 1 проживал на территории белых. Итого 58 человек "политически неблагонадежных"11 - даже такое элитное учебное заведение, отбор в которое осуществлялся по жесточайшим критериям, оказалось, по мнению управленцев по кадрам, сплошь "засорено" потенциальными или явными "врагами народа". В целом, из 135 первых слушателей, по подтвержденным данным, в разные годы были репрессированы 32 человека (24% набора). Некоторых из них забрали прямо со "студенческой скамьи". Причем основной удар пришелся именно на высшее звено. В 1937 - 1939 гг. были репрессированы флагман 2-го ранга В. П. Калачев, комбриги Л. М. Агладзе, И. Г. Бебрис, Г. И. Брынков, А. Г. Добролеж, П. В. Емельянов, А. М. Кущев, С. Л. Мартыновский, Б. В. Петрусевич, Ф. А. Померанцев, С. С. Смирнов, А. И. Швачко, П. Г. Ярчевский, полковники К. В. Альбертов, А. А. Ваганов, Н. Н. Жанколя, Л. Н. Затонский, Л. А. Кубанейшвили, С. Ф. Лапшин, А. В. Маковский, С. С. Павловский, А. Т. Терезанов, А. П. Успенский, майоры Г. И. Почтер, В. С. Рахманин и Л. Г. Салкуцан. Большинство из них были расстреляны. Г. И. Брынков и Г. И. Соколов скончались в местах лишения свободы. Интересна судьба Кущева и Ярчевского, которым удалось вернуться из заключения и в генеральских званиях принять участие в Великой Отечественной войне.

 

Мотивами для арестов становились, как правило, участие в "контрреволюционном заговоре", "троцкизм" и связь с "врагами народа". Например, Б. В. Петрусевич был арестован, как неоднократно соприкасавшийся по службе с Тухачевским (служил под его руководством в разведотделе Западного округа, Штабе РККА и разведотделе Ленинградского военного округа); участие в "военном заговоре" инкриминировалось Ф. А. Померанцеву, С. С. Смирнову и А. И. Швачко; комбриг Л. М. Агладзе "был зверски груб с подчиненными, имел тесную связь с врагами народа"12, в том числе с Алафузо, арестованным еще 15 апреля 1937 г.; комбриг П. В. Емельянов был арестован за связь с троцкистами; А. Г. Добролеж в годы гражданской войны оказался в плену у белых, "выбывал из партии" в 1918 г. и ввиду этого был "политически сомнителен", неоднократно менял фамилию, "поощрялся Гамарником"13, имел связь с "врагами народа" - сослуживцами по Особой Краснознаменной Дальневосточной армии14; комбриг И. Г. Бебрис имел родственников за границей (в Эстонии); служивший в момент ареста начальником штаба 57-го Особого стрелкового корпуса в Монголии А. М. Кущев обвинялся в сотрудничестве с японской разведкой и подготовке правительственного переворота в Улан-Баторе15.

 

Все перечисленные командиры были образованными, высококвалифицированными профессионалами. Сфера приложения их интересов широка - от штабной работы до службы в разведывательных органах. Имели за плечами опыт первой мировой и гражданской войн, высшее военное образование (как правило, Военную академию имени М. В. Фрунзе). Репрессированные командиры находились на заре военной карьеры и, скорее всего, в последующем могли вырасти в полководцев и сыграть свою роль в годы Великой Отечественной войны.

 

Кроме того, были репрессированы выпускники академии генерал-майоры Н. И. Гапич, В. Е. Климовских, И. Л. Леонович, И. Н. Рухле, Г. И. Соколов и Б. Л. Теплинский. На них возложили вину за неудачи армии в начальный период войны. "Компромат" на военачальников "компетентным органам" найти было несложно, ведь часть из них (Соколов, Климовских, Леонович и Теплинский) так и не стали коммунистами, а Гапич в годы гражданской

 
стр. 111

 

войны служил в Белой армии. И все же этим генералам повезло гораздо больше, чем другим их сокурсникам, арестованным в 1930-е годы. После смерти И. В. Сталина почти все они были освобождены и реабилитированы. Только возглавлявший в начале войны штаб Западного фронта Климовских за "трусость, бездействие", "развал управления войсками"16 был расстрелян в июле 1941 года.

 

Многие слушатели академии также находились под подозрением. Например, со второго курса (1937 - 1938 гг.) были исключены комбриг П. А. Курочкин, полковники П. И. Васильев, Е. И. Винницкий, А. В. Гвоздков, Р. Г. Иманов, М. П. Мидовский, майор В. П. Быстряков, военинженер 1-го ранга Н. И. Шмаков17. Из категории слушателей они временно переводились в распоряжение Управления по начальствующему составу РККА, вопрос об их дальнейшей судьбе оставался открытым. Отчисление большинства слушателей было мотивировано политической нейтральностью (почти все они были беспартийными). Обвинительные формулировки - самые разные - от связей с троцкистами до морального разложения. Например, полковник А. В. Гвоздков был отчислен из академии "за систематическое пьянство"18.

 

Впрочем, за отчислением не обязательно следовало увольнение из армии и арест. Известно, например, что Гвоздкову, Мидовскому и Курочкину удалось реабилитироваться и в генеральских званиях встретить Великую Отечественную войну.

 

Часть слушателей в 1937 - 1938 гг. были исключены из рядов партии: полковники А. Г. Дашкевич, А. А. Коршунов, И. В. Лебедев, К. П. Лавров, В. М. Лозовой-Шевченко, Е. В. Максименко и Г. Н. Якунников. Мотивы исключения все те же - "троцкизм" и связь с "врагами народа", коих много оказалось среди родственников и сослуживцев командиров. Среди причин встречались и такие, как антисоветские разговоры, служба в департаменте полиции при царе, пребывание в годы гражданской войны на территории белых и отрицательная партийная характеристика19.

 

Под угрозой отчисления из академии и ареста находились, в частности, выдающиеся военачальники Великой Отечественной - комбриг Л. А. Говоров, полковники И. Х. Баграмян, А. О. Гастилович и Н. И. Четвериков: Баграмяну вменялась в вину служба поручиком в дашнаковской армии в годы гражданской войны (дашнаки - буржуазные правители Армении); Гастилович имел родственников за границей (дядя в США) и именовался "выдвиженцем и любимчиком врагов народа" Якира и Кучинского20; в связях с "врагами народа" обвинялся Четвериков. Тяжелая ситуация сложилась у Говорова: в его прошлом была армия Колчака, где служили и братья Леонида Александровича; в 1930 г. он уже подозревался в связях с "Промпартией" и едва избежал ареста; в середине 1930-х годов к этому добавились донос о вредительстве на артиллерийских складах Киевского военного округа и обвинения в связях с "врагами народа" И. И. Гарькавым, С. А. Туровским, Б. И. Бобровым, П. П. Григорьевым и Д. А. Кучинским (причем отмечалось, что начальник академии Кучинский "его все время выдвигал преподавателем")21. Вывод высочайших инстанций был следующим: "Политического доверия Говоров не заслуживает. Говорова из академии отчислить"22. Правда, отчислен Леонид Александрович не был. В феврале 1938 г., еще до окончания академии, его назначили преподавателем тактики в Артиллерийскую академию имени Ф. Э. Дзержинского. Однако положение комбрига продолжало оставаться непрочным. По воспоминаниям маршала И. С. Конева, в 1941 г. Говоров был среди тех людей, которых "подготовили к аресту"23.

 

Когда 14 августа 1938 г. состоялся первый выпуск Академии Генерального штаба, слушателей осталось примерно третья часть24. Однако в приказе

 
стр. 112

 

Наркома обороны указывалось, что и тех, кто был досрочно направлен в войска или на преподавательскую работу, считать окончившими академию.

 

Подобные "чистки" высших военных учебных заведений нисколько не смущали высшее руководство страны. В конце 1937 г., подводя итоги учебы в РККА за год, Нарком обороны Ворошилов подчеркивал: "Выдвижение новых молодых кадров, проверенных и преданных делу Ленина-Сталина и нашей Родине, на командную и политическую работу уже дает самые положительные результаты и в ближайшее время скажется невиданными успехами во всех областях нашей работы"25.

 

Именно Академии Генерального штаба было призвано стать кузницей командных кадров Советской армии накануне Великой Отечественной войны. Ее выпускники попали "с корабля на бал" - сразу заняли высокие посты в армии и на флоте, освободившиеся после репрессий 1937 - 1938 годов. Многие из слушателей первого набора были в годы войны ответственными руководителями в составе Вооруженных сил: Антонов и Василевский возглавляли Генеральный штаб; Баграмян, Ватутин, Говоров и Курочкин командовали фронтами; Боголюбов, Захаров, Злобин, Казаков, Климовских, Курасов, Крутиков, Маландин, Озеров, Покровский, Сандалов возглавляли штабы фронтов; командовали армиями Гастилович, Голубев, Петрушевский, Свиридов, Сухомлин, Трофименко. Свыше двадцати человек были начальниками штабов общевойсковых, танковых или воздушных армий. Многие управляли стрелковыми, танковыми и авиационными соединениями. Шесть человек, в том числе Мидовский и Четвериков, руководили управлениями в Наркомате обороны, Басистый - стоял во главе штаба Черноморского флота.

 

Не случайно первый набор слушателей академии получил позднее название "маршальский курс": четверо из его числа стали Маршалами Советского Союза (Баграмян, Василевский, Говоров и Захаров), шестеро - генералами армии (Антонов, Ватутин, Казаков, Курасов, Курочкин и Маландин), восемь человек - генерал-полковниками (Боголюбов, Гастилович, Кущев, Петрушевский, Покровский, Сандалов, Трофименко и Четвериков). Почти все остальные выпускники, выжившие в 1930-е годы, стали генералами, а Басистый был удостоен звания адмирал. Героями Советского Союза стали Говоров, Курасов, Курочкин, Кущев, Петрушевский и Трофименко. Дважды звания Героя Советского Союза удостоились Баграмян, Василевский и Захаров. Трое -Антонов, Василевский и Говоров - были награждены высшим полководческим орденом "Победы" (Василевский - дважды). На фронтах Великой Отечественной войны сложили головы воспитанники академии генералы Ватутин, Кузнецов, Ларионов, Судаков, Шишенин. Генерал Анисов, чтобы не сдаваться в плен, покончил с собой в окружении под Харьковом (1942 год). Из числа первых слушателей возглавляли Академию Генерального штаба в послевоенные годы Курасов, Баграмян и Маландин.

 

Итак, созданная в 1936 г. Военная академия Генерального штаба РККА готовила высший командный и начальствующий состав оперативного и оперативно-стратегического уровня. Ее первый выпуск пришелся на сложное и трагическое для страны время - обострение международных отношений, ужесточение внутреннего режима, репрессии в Вооруженных силах. Слушатели получили фундаментальную подготовку под руководством лучших советских военных специалистов. Но никто из них, несмотря на их тщательный отбор, не был застрахован от репрессий. Тем не менее, большинству удалось выжить. В 1940-е годы они получили генеральские звания и в ходе Великой Отечественной войны сформировали ядро руководящего состава советских Вооруженных сил. Некоторые из них стали полководцами.

 
стр. 113

 

Примечания

 

1. ЗАХАРОВ М. В. Генеральный штаб в предвоенные годы. М. 2005, с. 50.

 

2. Военный совет при народном комиссаре обороны СССР. 1 - 4 июня 1937 г. Документы и материалы. М. 2008, с. 332.

 

3. Российский государственный военный архив (РГВА), ф. 37605, оп. 1, д. 6 (ИССЕРСОН Г. С. Судьба полководца. Записки современника о М. Н. Тухачевском), л. 83.

 

4. САНДАЛОВ Л. М. Пережитое. М. 1966, с. 3.

 

5. ВАСИЛЕВСКИЙ А. М. Дело всей жизни. М. 1974, с. 90.

 

6. РГВА, ф. 37963, оп. 1, д. 5 (Академия Генерального Штаба имени К. Е. Ворошилова. Строевой отдел. Списки лиц, зачисленных в военно-учебные заведения. Список слушателей 1-го курса АГШ РККА по специальностям), л. 20 - 21.

 

7. Там же (Список личного состава 1-го курса АГШ РККА по военным округам), л. 36 - 37.

 

8. Звание "комбриг" появилось в Красной армии 22 сентября 1935 г. согласно постановлению "О введении персональных военных званий" для обозначения промежуточной категории командиров между полковником и комдивом. Фактически это были бригадные генералы. После введения в 1940 г. генеральских званий часть комбригов стали полковниками, а часть - генерал-майорами. Многие преподаватели Академии Генерального штаба носили звание "комбриг".

 

9. ВАСИЛЕВСКИЙ А. М. Ук. соч., с. 93 - 94.

 

10. РГВА, ф. 37963, оп. 1, д. 5, л. 173.

 

11. Военный совет при народном комиссаре обороны СССР, с. 520 - 521.

 

12. РГВА, ф. 37961, оп. 1, д. 16 (Народный комиссариат обороны. Академия Генерального Штаба РККА. Список отчисленных из академии, документы по увольнению генералов и офицеров в запас и отставку, выписки из приказов НКО о присвоении воинских званий и перемещениях. Список военнослужащих АГШ, арестованных органами НКВД. 7 января 1938 г.), л. 18.

 

13. Гамарник Ян Борисович (1894 - 1937) - армейский комиссар 1-го ранга, 1-й заместитель Наркома обороны СССР, начальник Политического управления РККА. Проходил по "делу Тухачевского". Покончил жизнь самоубийством, не дожидаясь ареста.

 

14. РГВА, ф. 37961, оп. 1, д. 16 (Список слушателей АГШ РККА, на которых есть компрометирующий материал. Январь 1938 г.), л. 22.

 

15. ЧЕРУШЕВ Н. С. Из ГУЛАГа - в бой. М. 2006, с. 446 - 447.

 

16. ЕГО ЖЕ. Удар по своим. Красная армия. 1938 - 1941. М. 2003, с. 353.

 

17. РГВА, ф. 37961, оп. 1, д. 16 (Список военнослужащих АГШ РККА, отчисленных по разным причинам. 7 января 1938 г.), л. 9 - 12.

 

18. Там же, л. 11.

 

19. Там же (Список военнослужащих АГШ РККА, исключенных из рядов ВКП(б). Январь 1937 г.), л. 13 - 14.

 

20. Там же (Список слушателей АГШ РККА, на которых есть компрометирующий материал. Январь 1938 г.), л. 22.

 

21. Там же, ф. 37963, оп. 1, д. 10 (АГШ РККА. Переписка по приему и увольнению личного состава, списки кандидатов на поступление в академию, выписки из приказов НКО о назначении и присвоении воинских званий и переписка по пересылке личных дел. Именной список слушателей 2-го курса, подлежащих отчислению из академии), л. 455.

 

22. Там же.

 

23. Беседы с Маршалом Советского Союза И. С. Коневым. В кн.: СИМОНОВ К. М. Глазами человека моего поколения. Размышления о И. В. Сталине. М. 1988, с. 401.

 

24. ЗАХАРОВ М. В. Ук. соч., с. 52.

 

25. Военный совет при Народном комиссаре обороны СССР, ноябрь 1937 г. Документы и материалы. М. 2006, с. 329.

Опубликовано 25 июля 2020 года



Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?


© Portalus.ru, возможно немассовое копирование материалов при условии обратной индексируемой гиперссылки на Порталус.

Загрузка...

О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама