Рейтинг
Порталус


ПЕРВАЯ РЖЕВСКО-СЫЧЕВСКАЯ НАСТУПАТЕЛЬНАЯ ОПЕРАЦИЯ 1942 ГОДА (новый взгляд)

Дата публикации: 26 февраля 2021
Автор(ы): С. А. ГЕРАСИМОВА
Публикатор: Научная библиотека Порталус
Рубрика: ВОЕННОЕ ДЕЛО
Номер публикации: №1614332359


С. А. ГЕРАСИМОВА, (c)

К 60-летию Победы

О первой Ржевско-Сычевской наступательной операции 1942 г. войск Западного и Калининского фронтов написано в военно-исторической литературе, мемуарах, казалось бы, достаточно много. Но в связи с тем, что осуществлялась эта операция параллельно с оборонительными операциями советских войск на юге, в районе Сталинграда и Кавказа, Ржевско-Сычевская операция всегда оставалась в тени последних. Описание хода военных действий, развертывавшихся в центре советско-германского фронта, в массе книг, воспоминаний и публикаций дается, как правило, по версии, изложенной в таких, можно сказать "установочных", многотомных исследовательских и справочных военно-исторических работах советского периода как "История Великой Отечественной войны Советского Союза", "История второй мировой войны 1939 - 1945", Советская военная энциклопедия и других. В одном из последних серьезных трудов по истории войны - четырехтомнике "Великая Отечественная война 1941 - 1945. Военно-исторические очерки" первая Ржевско-Сычевская операция не упоминается даже в хронике событий 1942 года1 .

В упомянутых выше работах главной целью операции называлось сковывание сил противника на западном направлении, лишение его возможности перебрасывать соединения на юг. Лишь в "Истории второй мировой войны" приводится цитата из директивы Ставки ВГК от 16 июля 1942 года. В ней говорится о задаче войск Западного и Калининского фронтов срезать верхний, северо-восточный угол ржевско-вяземского выступа, "овладеть городами Ржев и Зубцов, выйти и прочно закрепиться на реках Волга и Вазуза, обеспечив за собой тет-де-поны в районе Ржева и Зубцова"2 . К операции привлекались войска 30-й и 29-й общевойсковых, 3-й воздушной армий Калининского фронта (командующий - генерал-полковник И. С. Конев), 31-й и 20-й общевойсковых, 1-й воздушной армий Западного фронта (командующий - генерал армии Г. К. Жуков). Главную роль в операции играл Западный фронт. Иногда упоминается о введении в операцию войск 5-й и 33-й армий этого фронта3 .

Перед наступлением участвующие в операции армии получили из резервов Ставки и с других участков фронта дополнительно стрелковые диви-


Герасимова Светлана Александровна - кандидат исторических наук, научный сотрудник Тверского государственного объединенного музея.

стр. 16


зии, танковые бригады, стрелковый корпус, саперные, артиллерийские, минометные, зенитные и другие части. По официальным данным, в полосах наступления ударных группировок фронтов было достигнуто более чем двукратное превосходство над противником в людях, артиллерии и танках4 .

Известно, что фронты начали наступление с разрывом в несколько дней: 30 июля - Калининский, 4 августа - Западный. Также известно, что с 30 июля пошли дожди, которые крайне затруднили наступление советских войск. В результате ожесточенных боев наиболее ощутимые результаты в операции были достигнуты войсками 20-й и 31-й армий Западного фронта: в ходе Погорело-Городищенской операции 23 августа были освобождены от оккупантов г. Зубцов Калининской области и п. Карманово Смоленской области. Некоторых территориальных успехов добились и армии Калининского фронта: части 30-й армии 21 августа освободили д. Полунино севернее Ржева, бои за которую шли около двадцати дней, и подошли к северо-восточным окраинам Ржева, части 29-й армии вышли к Волге между Ржевом и Зубцовом. Днем завершения операции считается 23 августа.

Операция считается успешной, так как противник вынужден был не только оставить здесь, на центральном участке фронта, части, подготовленные к переброске на юг, но и направить сюда резервы с других участков фронта. Как правило, приводятся слова К. Типпельскирха: "Прорыв удалось предотвратить только тем, что три танковые и несколько пехотных дивизий, которые уже готовились к переброске на южный фронт, были задержаны и введены сначала для локализации прорыва, а затем и для контрудара"5 .

В то же время, операция считается не завершенной, так как ни Ржев, ни Сычевка не были освобождены, а значит главная цель не была достигнута. В качестве причин незавершенности операции называются климатические условия - дожди и недостаток сил и средств. Опять же почти всегда приводятся слова Г. К. Жукова, в те дни командующего войсками Западного фронта, а с 5 августа координировавшего действия войск двух фронтов: "Если бы в нашем распоряжении были одна-две армии, можно было бы во взаимодействии с Калининским фронтом... не только разгромить ржевскую группировку, но всю ржевско-вяземскую группировку немецких войск..."6 .

В рамках этой операции упоминалось мощное встречное сражение, когда обеими сторонами в бой были введены все войска, предназначенные для действий на зубцовском, сычевском и кармановском направлениях. По данным начальника штаба 20-й армии генерал-майора Л. М. Сандалова, Западный фронт ввел в бой 800 танков, а с немецкой стороны в сражении участвовало 700 танков, то есть с обеих сторон 1500 танков. И это на год раньше знаменитого Прохоровского сражения! Но подробно это сражение никогда не освещалось. Лишь в 1990-е годы появились публикации с острой критикой использования танков в этом сражении7 . Общие потери фронтов в операции, по официальным данным, составили 193683 человека8 .

На неполной стыковке данной версии с информацией об операции Сов-информбюро внимание не акцентировало. Тем более, к официальным сообщениям следует относиться критически. Впервые о наступательных действиях войск Калининского и Западного фронтов на центральном участке советско-германского фронта Совинформбюро дало информацию лишь 27 августа. В сообщении "В последний час" говорилось, что дней 15 тому назад на фронтах Западном и Калининском оборона противника была прорвана на 115 км, перечислялись успехи советских войск, номера разбитых немецких дивизий, трофеи, назывались фамилии командующих фронтами и отличившимися армиями: Лелюшенко, Федюнинского, Хозина, Поленова, Рейтера, Швецова9 . Текст данного сообщения, а также документы названных фронтов и армий, как опубликованные, так и неопубликованные, оказавшиеся доступными мне10 , позволяют выдвинуть другую, отличную от бытующей, версию первой Ржевско-Сычевской наступательной операции.

Сообщение Совинформбюро содержит совершенно неконкретную фразу о начале операции: "дней 15 тому назад". Получается, что это начало отне-

стр. 17


сено примерно к 11-му августа, когда войска Калининского фронта наступали уже 12 дней, а войска Западного фронта - 8 дней. Таким образом, данное сообщение появилось только после достижения конкретных результатов. Информация о дате начала наступления на декаду позднее дана, как можно предположить, для того, чтобы показать "высокую" эффективность действий наступавших советских войск.

В сообщении Совинформбюро говорится о наступлении "на Ржевском и Гжатско-Вяземском направлениях". Но в литературе речь, как правило, идет о наступательных действиях войск в районах Ржева и Сычевки, но ничего не говорится о боях на "гжатско-вяземском направлении". В рамках этой операции в августе-сентябре советские войска действительно вели наступление с целью освобождения Гжатска, но поскольку эти действия не были успешными и не достигли поставленной цели, о них в последующем просто "забыли". На гжатском направлении войска 5-й и 33-й армий Западного фронта были введены в операцию не с самого ее начала, а позднее, причем 33-й армии отводилась большая роль, а 5-я армия должна была наносить вспомогательный удар и выйти на "фронт Городок, Карманово, Самуй-лово, где во взаимодействии с 20 А уничтожить группировку противника севернее рр. Титовка, Яуза, после чего свертывая фронт армии на юг, главными силами выходить в район Гжатск и западнее его". 33-я армия должна была прорвать вражескую оборону и "развивая успех в направлении Остролучье, Силенки, Гжатск, во взаимодействии с частями 5 армии уничтожить Гжатскую группировку противника"11 .

По завершении войсками 20-й армии Погорело-Городищенской операции был подготовлен план операции подвижной группы армий под командованием генерал-лейтенанта Тюрина (2-й гвардейский кавалерийский и 8-й танковый корпуса) по уничтожению противника северо-западнее Гжатска с последующим соединением этой группы с войсками 33-й армии. В приказе по армии от 31 августа после прорыва обороны противника и выхода группы западнее и северо-западнее Гжатска предусматривался поворот этой группы на восток "для захвата Гжатска с запада и уничтожение Гжатской группировки противника" во взаимодействии с частями 5 и 33-й армий. Наступление войск армии продолжалось до 6 сентября и было остановлено противником12 . О проведении войсками Западного фронта одновременной операции на гжатском направлении видно и из доклада командующего фронтом от 5 сентября 1942 г., где предлагалось приостановить Гжатскую операцию до окончания операции по захвату Ржева13 .

То, что наступательная операция войск 5-й и 33-й армий Западного фронта на гжатском направлении была составной частью исследуемой операции, подтверждает и перечисление в сообщении Совинформбюро в ряду отличившихся командующих армиями генералов И. И. Федюнинского и М. С. Хозина. В Журнале боевых действий Западного фронта за август 1942 г. 5-я и 33-я армии также упоминаются в одном ряду с 31-й и 20-й, когда говорится, что их войска заняли выгодное положение "для разгрома Ржевской и Гжатской группировки противника"14 . Таким образом, в задачи войск Калининского и Западного фронтов в этой операции входило освобождение не только Ржева (в первые два-три дня), Сычевки, но и Гжатска, вероятно, с развитием наступления на Вязьму. В Журнале боевых действий Западного фронта за август 1942 г. действия войск 5-й и 33-й армий называются - "на вяземском направлении", да и Жуков, вспоминая об этой операции, пишет о возможном разгроме "ржевско-вяземской группировки немецких войск"15 . Подтверждением более широкого наступления советских войск может быть и информация в сообщении Совинформбюро о протяженности прорыва немецкой обороны - 115 км. Но надо уточнить, что эта оборона была прорвана не на всем этом протяжении, а лишь на отдельных участках фронта. Тем не менее получается, что практически на всей восточной стороне ржевско-вяземского выступа советские войска в августе 1942 г. вели активные наступательные действия.

стр. 18


Вопрос о размахе операции смыкается с вопросом о количестве сил, участвовавших в ней. Приведенные выше факты заставляют к перечисляемым обычно войскам 30-й, 29-й, 31-й, 20-й армий добавить войска 5-й и 33-й армий, начавшие наступление соответственно 7-го и 13-го августа. При этом наступали они лишь на отдельных участках своих полос, на других же - на прямом направлении на Москву - было приказано держать прочную оборону, поскольку здесь было "наикратчайшее" расстояние от фронта до столицы16 . В наступлении участвовали также соединения и части 2-го гвардейского кавалерийского, 6-го и 8-го танкового, 8-го гвардейского (в полосе 20-й армии) и 7-го гвардейского (в полосе 33-й армии) стрелковых корпусов, а возможно, и других. При этом следует помнить и об уже упомянутых 1-й и 3-й воздушных армиях.

Получается, что к началу августа 1942 г. в центре советско-германского фронта, на подступах к Москве была создана группировка из шести общевойсковых армий Калининского и Западного фронтов, в которую входили (без частей и соединений корпусов) 43 стрелковые дивизии, до 72-х стрелковых бригад, 67 артиллерийских частей, 37 дивизионов гвардейских минометов, 21 танковая бригада. Эта группировка в начале августа насчитывала более 486000 человек (без корпусов) (а не 345100 человек, как утверждается). Причем, эти цифры не окончательные, так как участвовавшие в операции армии были усилены и стрелковыми дивизиями, и бригадами, и артиллерийскими частями. Кроме того, цифры в документах фронтов и армий упоминаются разные, что при подсчете вызывает трудности. Бронетанковые войска на сычевском направлении (31-я, 20-я армии, 6-й, 8-й танковые корпуса) имели 949 танков всех видов. На гжатском направлении 5-я армия имела 120, 33-я армия - 256, всего 376 танков. На ржевском направлении только 30-я армия имела 390 танков. То есть, к началу наступления группировка советских войск (без 29-й армии) располагала 1715 танками. "Артиллерийская плотность" на направлениях главных ударов 33-й армии достигала 40 - 45 орудий на 1 км, 20-й армии - 122 орудия, на Калининском фронте - 115 - 140 стволов17 .

В результате в полосах наступления ударных группировок фронтов было достигнуто не просто "более чем двойное", а значительное превосходство над противником в людях, артиллерии.

 

30 армия

31 армия

20 армия

5 армия

33 армия

 

 

на участках прорыва

 

По численному составу пехоты", "активным бойцам", активным

3:1

6:1

6,9:1

7:1

3,5:1

По артиллерии или "орудия всех калибров"

2,1:1

4:1

6,2:1

7:1

1,6:1

По танкам

2 :1

22(?):1

7,2:1

"полное превосходство"

 

В ходе операции из-за потерь, убытия отдельных частей, подвода противником резервов численный и боевой состав шести названных армий уменьшился и составил на 5 сентября 334 808 человек, 2497 полевых орудий, 412 танков, 561 миномет PC, но в целом превосходство оставалось. Это отметил начальник оперативного отдела 5-й армии: в пехоте - 2:1, в артиллерии - 2,3:1 в танках - 1,5:1, выразив при этом сожаление по поводу такого соотношения. По его мнению, для прорыва обороны противника этого было доста-

стр. 19


точно, а для развития прорыва - мало. К 10 сентября численный и боевой состав шести армий еще уменьшился и составил 184 265 чел, 3440 орудий, 306 танков, но соотношение сил, кроме танков (на данном участке фронта, в целом по фронту наблюдалось минимальное превосходство и в танках) продолжало оставаться у советских войск: по людям - 1,9:1, по орудиям - 2,7:1, по танкам - 0,6: 118 .

Утверждения, что операция завершилась 23 августа ("к 23 августа наступательные возможности советских войск были исчерпаны и они перешли к обороне", "в конце августа 1942 г. после завершения наступления наших войск на ржевско-сычевском направлении... противостоящие стороны активных боевых действий не вели"19 ) также не соответствуют действительности.

В документах армий не выявлено приказов о переходе к обороне с 23 августа. Наступление продолжалось с не меньшей, чем до этого числа августа, силой. В описаниях операций армий, кроме 5-й (хотя и продолжавшей наступление), эта операция датируется августом-сентябрем 1942 года. До середины сентября западнее Зубцова, а вокруг Ржева до начала октября продолжались жесточайшие бои с активными наступательными действиями советских войск. Немецкие источники окончание летнего сражения за Ржев относят к середине октября20 .

На Калининском фронте после перегруппировки уже в 5.30 утра 24 августа, вслед за артиллерийской подготовкой и ударом с воздуха, возобновили наступление севернее и восточнее Ржева части 30-й, а южнее - части 29-й армий. В Журнале боевых действий фронта за август 1942 г. 23 августа записано: "Командарм 30 решил перейти в наступление... с задачей во взаимодействии с 29 армией уничтожить Ржевскую группировку противника и овладеть г. Ржев". Генерал Х. Гроссманн, командир 6-й пехотной дивизии противник, в те дни оборонявшей Ржев, писал: "В то время как на юге Восточный фронт достиг Кавказа и на Эльбрусе развевался германский военный флаг, у Ржева 24 августа было днем большого сражения"21 .

На Западном фронте 31-й армии уже 22 августа приказано было готовиться к наступлению. Всех командиров полков предупредили, что "они головой отвечают за успех наступления", которое начнется после артиллерийской подготовки в 5.45 утра 24 сентября. Продолжили наступление 24 сентября 20-я, 5-я и 33-я армии. Ф. Гальдер записал в этот день в дневнике: "Серьезные удары по позициям... 9-й армии, где на некоторых участках снова отмечен незначительный отход наших войск. Несмотря на прибытие 72-й дивизии обстановка остается напряженной. На западном участке отражено наступление в районе Белого"22 .

25 - 26 августа части 30-й армии вышли к Волге в 5 - 6 км западнее Ржева, 29 августа форсировали Волгу и создали плацдарм на ее правом берегу. Все эти дни артиллерия Калининского фронта обстреливала, а авиация бомбила Ржев. Гроссманн писал: "День за днем борьба за Ржев... Спустя четыре недели уже невозможно узнать ни одного дома, ни улицы. Как и в первую мировую войну на Сомме кратерный пейзаж возник на месте города". Гальдер записал 30 августа: "У 9-й армии новое обострение обстановки в районе Зубцова и севернее Ржева. Разрешено использовать дивизию "Великая Германия""23 .

В связи с тем, что Г. К. Жуков был назначен заместителем Верховного Главнокомандующего, 26 августа командующими Западного фронта стали генерал-полковник И. С. Конев, а Калининского - генерал-полковник М. А. Пуркаев.

В боевых приказах 30-й армии за конец августа - начало сентября постоянно идут фразы "30 А продолжает развивать успех по овладению г. Ржев". Но взять город не удавалось. Директивой Ставки ВГК от 29 августа 1942 г. "в целях быстрейшего разгрома ржевской группировки противника, захвата города Ржева и удобства управления войсками" 29-я и 30-я армии Калининского фронта были переданы Западному фронту.

В докладе нового командующего войсками Западного фронта Верховному Главнокомандующему 5 сентября говорилось, что в ходе наступления "истощилась пехота, мало снарядов... Целесообразно временно приостановить

стр. 20


операцию, накопить снаряды, привести войска в порядок, отремонтировать танки и самолеты и организовать заново удар 29-й и 31-й армиями с юго-востока и 30-й армией с северо-запада. Сомкнуть кольцо южнее Ржева". Командующий фронтом просил "к началу Ржевской операции" усилить фронт авиацией, выделить для 30-й и 31-й армий PC М-30 и М-20 и пополнение, Гжатскую операцию он предлагал приостановить24 .

Эта операция вскоре действительно была прекращена. Части ударной группировки 5-й армии перешли к обороне еще с 25 августа, но части "северной группировки войск армии во взаимодействии с левым флангом 20-й армии" вели наступление против Самуйловской группировки противника. С 10 сентября 5-я армия перешла к обороне, но отдельные наступательные действия продолжались до конца сентября. 33-я армия прекратила наступательные действия 7 сентября. 20-я армия после неудачных попыток прорвать фронт противника и нанести удар на Гжатск с запада с 8 сентября также перешла к обороне. (Возможно уточнение дней перехода армий к обороне.)

Особенно ожесточенные бои в сентябре продолжались на правом фланге Западного фронта. Как для вермахта было делом престижа захватить Сталинград, так и престижным для Красной армии стало освобождение Ржева. 9 сентября части 30-й армии вновь, после полуторачасовой артиллерийской подготовки, в 7.00 "перешли на штурм Ржев". 14 сентября "после артналета части армии перешли в наступление... К 16.30, ворвавшись в кирп[ичный завод], овладели первой линией траншеи..., что северо-восточнее Ржева". 29-я армия "с рассветом 8.9.42. во взаимодействии с 31 А переходит в решительное наступление...с задачей овладеть южной частью г. Ржев". 31-я армия в эти же дни вела решительные атаки, чтобы в последующем совместно с 30-й армией окружить Ржев с юга, но этого сделать не удалось, и с 16 сентября 31-я армия перешла к обороне25 .

Полковник П. А. Арман, командир танковой бригады, действовавшей на сычевском направлении писал домой 4 сентября: "Моя бригада с 4 августа беспрерывно в боях и может еще драться", 23 сентября: "Много дней беспрерывно нахожусь в боях". Немецкий военный врач из 161-й пехотной дивизии, воевавшей на зубцовском направлении, в нескольких письмах домой с ужасом вспоминал 9 сентября, когда русские войска (31-я армия) вели наступление весь день - с раннего утра до позднего вечера. Гальдер записал 24 сентября о высадке русского десанта в составе 300 - 400 парашютистов в районе юго-западнее Сычевки с целью крупной диверсии против железной дороги Вязьма-Сычевка. Эта запись почти полностью соответствует действительности: в ночь на 23 и на 24 сентября на "пути подвоза противника в районы Ржев, Белый, Ярцево, Вязьма, Гжатск, Сычевка ..." были выброшены "парашютным десантом три партизанских отряда и шесть диверсионных групп общей численностью 240 человек" для "оказания помощи частям Красной Армии, действующим против ржевской группировки противника"26 .

Дольше других билась за Ржев 30-я армия. Ее части 21 сентября после артподготовки в 10.00 начали новый штурм. С ходу были заняты десять кварталов на северо-восточной окраине города. Разгорелись ожесточенные уличные бои - за каждую улицу, за каждый дом. 24 - 25 сентября немецкие войска попытались контратаками выбить советские дивизии из городских кварталов. Участники боев с обеих сторон вспоминали ожесточенность и накал боев этих дней. "25 сентября немцы перешли в контрнаступление... В этот день развернулось исключительно ожесточенное сражение с обеих сторон, подобных сражений до окончания войны я не видел даже на таких направлениях как Орша, Смоленск, Минск и Восточная Пруссия", - вспоминал М. К. Сушков из 215 стрелковой дивизии 30-й армии. "24 сентября затяжная борьба на северо-восточной окраине Ржева достигла новой критической точки... Из всех дней борьбы за Ржев этот был жесточайший. Он потребовал огромных потерь людей, особенно офицеров и унтер-офицеров и оружия. Но вражеские потери были ещё больше... Поразительным был в этот день боевой порыв врага... Воинские подразделения, действовавшие в месте

стр. 21


прорыва,... были так обескровлены, что дивизию приказано было сменить...", - вспоминал ветеран немецкой 6-й пехотной дивизии27 .

Взятие Ржева ожидалось со дня на день. Именно сюда, в 30-ю армию разрешили выехать высокому иностранному гостю, одному из руководителей Республиканской партии, личному представителю президента США У. Уилки. Накануне, 23 сентября он встречался со Сталиным, а 24 сентября был в районе Ржева, где беседовал с командующим 30-й армией генерал-лейтенантом Д. Д. Лелюшенко. О его приезде под Ржев сообщалось довольно широко: даже в газете Старицкого района Калининской области была информация об этом28 .

По накалу, по ожесточенности, по методам ведения, потерям августовско-сентябрьские бои в районе Ржева газеты обеих сторон в те дни сравнивали с боями под Сталинградом. И. Эренбург, бывший в Ржеве в сентябре, писал позднее в своих воспоминаниях, используя фронтовые репортажи: "Мне не удалось побывать у Сталинграда... Но Ржева я не забуду. Может быть, были наступления, стоившие больше человеческих жизней, но не было, кажется, другого, столь печального - неделями шли бои за пять-шесть обломанных деревьев, за стенку разбитого дома да крохотный бугорок... Наши заняли аэродром, а военный городок был в руках немцев... В штабах лежали карты с квадратами города, но порой от улиц не было следа... Несколько раз я слышал немецкие песни, отдельные слова - враги копошились в таких же окопах..." Немецкий военный журналист Ю. Шуддекопф в октябре 1942 г. в статье "Засов Ржев" писал: "В двух местах достигло Волги немецкое наступление на Востоке: у стен Сталинграда и у Ржева... То, что разворачивается у Сталинграда..., происходит в меньших масштабах у Ржева уже почти год. Почти день в день год назад немецкие войска в первый раз достигли Волги... С тех пор три больших сражения развернулись за кусок земли в верхнем течение Волги - и идет четвертое, самое ожесточенное, не прекращающееся уже больше двух месяцев"29 .

Части 39-й армии Калининского фронта также в это время вели наступательные действия. В конце сентября они очистили полностью северный берег р. Волги от частей немецкой 87-й пехотной дивизии. Ставка ВГК, утверждая план этой операции 19 сентября, предложила именовать ее в переписке "Венерой"30 .

В конце сентября - начале октября немецкое командование повторило контратаки, но вернуть северо-восточные кварталы Ржева немцам не удалось. К началу октября бои затухают, советские армии и в районе Ржева переходят к обороне: 29-я - 25 сентября, 30-я - 1 октября. В Журнале боевых действий Западного фронта за сентябрь 1942 г. при подведении итогов месяца записано, что главные силы фронта вели "упорные и затяжные бои в течение месяца" за Ржев и "на ряде участков (20, 5, 33, 16, 61 армии, 3 танковая армия) бои местного значения", а также что все армии фронта перешли к обороне31 . Армии вступали в операцию в разное время, и выходили из нее разновременно. Окончание Ржевско-Сычевской операции следует датировать не 23 августа, а концом сентября 1942 года.

Увеличение сроков операции, расширение ее территории сопровождались ростом потерь советских войск (человек).

Армии

Начало операции

Завершение операции

Общие потери в операции

30

30.07

1.10

За август-сентябрь - 99 820

29

30.07

25.09

За август-сентябрь - 16 267

31

4.08

16.09

За 4.08 - 15.09 - 43 321

20

4.08

8.09

За 4.08 - 10.09 - 60 453

5

7.08

10.09

За 7.08 - 15.09 -28 984

33

13.08

7.09

За 10.08 - 15.09 -42 327

 

 

 

Всего 291 172

стр. 22


В число общих потерь включены убитые, раненые, пропавшие без вести. В итоговую цифру не включены потери корпусов, воздушных армий, поэтому она не может считаться окончательной. Кроме того, итоговые цифры потерь по документам армий часто превышали данные в документах фронтов. Например, общие потери за август в документах 31-й армии - 81737 человек, в документах Западного фронта с 4 по 31 августа - 30683 человека. В целом, вполне можно говорить о потерях 300000 человек32 . Только за август потери в танках в 30-й армии составили 261, в 5-й армии - 100, в армиях и корпусах на сычевском направлении - 680, из них 311 безвозвратно33 , что в сумме составляет 1085 танков (данные не по всем армиям).

Немцы не сообщают итоговые цифры своих потерь в этой операции, но имеются промежуточные данные. Так, в приложениях к книге Х. Гроссманна об истории 6-й пехотной дивизии указывается, что 1 - 22 августа дивизия потеряла 3294 человека. Можно утверждать, что потери войск группы армий "Центр" были очень большими: в общей сложности 16 немецких дивизий потеряли от 50 до 80% личного состава. Так, в книге по истории 18-го гренадерского полка 6-й пехотной дивизии события этого периода описываются под заголовками "Полковая дорога жертв", "Полк истекает кровью". Очень ощутимыми были и потери противника в танках, о чем Гальдер писал еще 13 августа34 .

Готовившиеся к переброске на юг три танковые и несколько пехотных дивизий из группы армий "Центр" были задержаны. Более того, сюда были переброшены 12 немецких дивизий с других участков фронта, в том числе с юга, а в сентябре и дивизия "Великая Германия", предназначенная для отправки во Францию. К успехам можно отнести и отказ командования центральной немецкой группы армий от проведения операций на Киров и Сухиничи в первоначально запланированном варианте, а также освобождение части территории Калининской и Смоленской областей: были освобождены город Зубцов, поселок Карманово, большое число сел и деревень. Войска 30-й армии стояли в окраинных кварталах северо-восточной части Ржева. Но добиться конечной цели операции - "захват Ржева, Сычевки, Гжатска" - не удалось, что и зафиксировано в Журнале боевых действий Западного фронта за сентябрь 1942 года. Продвижение войск на ряде участков было совсем незначительным: 30-я армия очистила от противника полосу по фронту 24 км, в глубину на правом фланге - 10 км, на левом - 20 км. 31-я, 20-я, правый фланг 5-й армии продвинулись на 35 - 40 км, 33-я армия в западном и северо-западном направлениях - на 20 - 25 км35 .

Доклад немецкой 9-й полевой армии об итогах летне-осеннего сражения за Ржев заканчивался словами: "Неколебимо стоит фронт немецкой армии на своих краеугольных камнях - Ржев и Сычевка. "Ржевский воин" стало понятием на фронте и на Родине. Больше 2000 танков, более 600 самолетов и почти 1/4 миллиона убитых потерял враг"36 . Следует уточнить, что речь шла о потерях советских войск только в пространстве Ржев-Сычевка, где и действовали части 9-й армии.

Трудно согласиться с объяснением причин незавершенности операции, которые высказал Г. К. Жуков. Вряд ли стоило говорить о нехватке "одной-двух армий", если вспомнить, какова была численность группировки советских войск в начале операции. Вероятно, речь должна была идти о совокупности целого ряда обстоятельств и причин, которые не позволили достигнуть цели операции. Мнение командиров и штабов армий, составлявших описания операций после их завершения не всегда согласуется с мнением командующего. Отмечали, например, погодные условия, когда в результате проливных дождей в августе размыло дороги и даже самые маленькие ручьи вышли из берегов. Но ведь и противник находился в таких же погодных условиях, а ему приходилось еще подтягивать к передовой резервы!

Авторы описаний операции говорили о мощной, глубоко эшелонированной полосе немецких оборонительных укреплений, только первая линия которых была прорвана советскими войсками. После этой операции немцы

стр. 23


еще более укрепили оборонительную полосу. "Для изучения немецких оборонительных позиций" в районы Гжатска и Вязьмы в июле 1943 г., уже после ликвидации немецкого ржевско-вяземского плацдарма, было разрешено выехать группе преподавателей Военной академии им. Фрунзе. В литературе начала 1950-х годов говорилось, что этот участок был укреплен "всеми средствами современного инженерного оборудования". В современных работах говорится о 80 - 100-километровой глубине обороны37 .

Насколько полными были сведения о немецких укреплениях у разработчиков операции, которая готовилась достаточно долго?38 . Если они не знали о глубине немецкой обороны, можно ли говорить о хорошей подготовке операции? А если знали, то насколько оправданными были удары советских войск "в лоб" по этим мощным укреплениям? С самого начала операции немецкое командование стало перебрасывать на московское направление резервы, стараясь сохранить удобный плацдарм у Москвы для последующего использования. К концу сентября 1942 г. наибольшая концентрация сил противника против войск Западного фронта была достигнута на ржевско-сычевском и вяземском направлениях. Она составляла соответственно до 16 пехотных и трех танковых дивизии на 135 км (8,5 км на одну пехотную дивизию), 11 пехотных и одной танковой дивизии на 148 км (10,5 км на одну пехотную дивизию).

Не менее значимыми в неудаче операции были причины субъективные, связанные с так называемым "человеческим фактором". К ним, в первую очередь, надо отнести те правила и методы ведения боевых действий, которые тогда существовали и по которым вынуждены были воевать на передовой. По мнению офицеров оперативного отдела штаба 5-й армии, "основным недочетом проведенной августовской операции явилось большое резервирование живой силы и средств борьбы в построениях боевых порядков полков (2 - 3 эшелона) в особенности в начале наступления... По шаблону все и всегда думали о тройном (и не менее) превосходстве над противником, но никогда и никто не думал о том, что надо иметь это тройное превосходство не в живой силе, а в технике и главным образом в огне". Правда, с этим высказыванием трудно согласиться, так как у всех советских армий, участвовавших в операции, было превосходство и в огне. Оперативники 33-й армии говорили о том же: пехота при наступлении "действовала в скученных порядках, как по фронту, так и в глубину, отчего несла излишние потери... Сочетания огня и движения в боевых порядках почти не было, что давало возможность противнику вести безнаказанно огонь на близких расстояниях по движущимся густым боевым порядкам и наносить ей чувствительные потери..." Такую ситуацию, по словам штабников 5-й и 33-й армий, устранил приказ НКО N 306 ("блестящий пример нашей недальнозоркости, которая отлично разрешена и поправлена... в приказе 306").

При разборе причин неудачи операции действия всех родов войск подверглись критике. Разведка дала информацию о переднем крае обороны противника, но о глубине обороны сведений не было. Артиллерия на первом этапе операции выполнила задачу по взлому немецкой обороны, а вот в глубине система огня противника взломана не была. Да и на последующих этапах наступления возникли проблемы с боеприпасами, ведь на длительную операцию не рассчитывали. Во всех описаниях отмечалось плохое взаимодействие пехоты, танков, авиации, артиллерии.

В описании действий танковых войск на сычевском направлении говорится, что общевойсковые командиры не знали возможностей танков и потому неправильно их использовали. Танковые части часто переподчинялись, перебрасывались, вводились в бой поспешно, без разведки, по частям, в лесном бою действовали без поддержки. Плохо использовалась радиосвязь. В результате большое количество танков не привело к достижению конечных целей операции, что признавало командование бронетанковых и механизированных войск Западного фронта. Для подтверждения можно привести лишь одну цитату из документа: "Подвижные группы ... своих задач в операции не

стр. 24


выполнили потому, что штабы групп были созданы наспех, перед боем из нач. состава различных частей, средствами управления не обеспечены и как органы управления не подготовлены и не смежены"39 . Описание действий танковых войск на сычевском направлении представляет большой интерес, некоторые факты поражают.

Много нареканий вызвали действия авиации. О результатах действия авиации двух фронтов в первые четыре-пять дней операции появилась директива Ставки ВГК. Из 400 истребителей, выделенных для участия в операции, "при полном отсутствии авиации противника в первый день боя и при тройном превосходстве над противником в последующие дни", 140 самолетов вышло из строя: 51 истребитель - боевые потери, 89 - по техническим причинам. Ставка усмотрела здесь "наличие явного саботажа, шкурничества со стороны некоторой части летного состава, которая... стремится уклониться от боя". Ставка предлагала из такого летного состава создать штрафные эскадрильи и штрафные пехотные роты. Начальник штаба 20-й армии Л. М. Сандалов писал, что в самом начале операции авиация действовала эффективно, но в дальнейшем она не имела тесной связи с наземными войсками, летчики еще не освоили новые самолеты, прикрытие наземных войск осуществлялось на 15 - 20 минут. При анализе действий конницы Сандалов констатировал нецелесообразность ее ввода в прорыв при наличии у противника крупных танковых сил40 . Нужно ли было воевать целый год, чтобы понять, что конник с шашкой против танка неэффективен?

Критике подверглось и управление войсками на всех уровнях. В Журнале боевых действий Западного фронта за август 1942 г. говорится о растянутости ударных группировок, несогласованности действий разных родов войск, несвоевременном вводе войск в прорыв, о нерешительности, пассивности, безынициативности отдельных командиров высокого ранга41 .

Одной из причин неэффективного руководства войсками было слепое выполнение приказов свыше, неумение или нежелание большинства командиров всех уровней взять на себя ответственность, применить маневр, обход, гибко управлять своими частями. Соединения и части, возглавляемые такими командирами, неделями и месяцами били в одну точку, теряя людей и не добиваясь успехов. Подтверждением этого могут служить бои за д. Полунино, севернее Ржева, когда части наступавшей здесь дивизии пытались овладеть ею, атакуя с севера, почти двадцать дней. Когда был назначен новый командир дивизии, лично изучивший другие пути подхода к деревне, деревня была освобождена в ходе жестокого, но всего лишь двухчасового боя при наступлении с юга и с севера. Позднее на совещании у командующего фронтом этого комдива еще пытались и критиковать за неправильное использование танков. Соседняя дивизия штурмовала д. Галахово южнее Полунино с 5 по 26 августа ежедневно42 . Как результат, в братской могиле в д. Полунино лежат останки более 10000 советских воинов, 11500 человек на Московской Горе в г. Зубцове.

Но управление войсками в армиях и ниже во многом зависело от методов деятельности фронтовых штабов, да и Генерального штаба. Можно, например, выразить удивление тем, что мощная группировка войск, созданная к августу 1942 г. на центральном участке советско-германского фронта, была распылена, действовала по трем разным направлениям: ржевском, сычевском, гжатском "в лоб" против мощной, глубоко эшелонированной обороны противника. Некоторые армии действовали также в разных направлениях: 29-я - на север, к Ржеву, и на юг, к Зубцову, 5-я армия - на север, на Карманово, и на юг, к Гжатску. Фронты и армии вводились в операцию разновременно, тем самым утрачивалась внезапность выступлений на разных участках фронта. На ряде участков фронта (33-я армия) противник успел вывести из-под артиллерийского удара основную массу людей и техники. Неужели введение еще одной-двух армий решило бы перечисленные проблемы?

Причины неудач операции до сегодняшнего дня волнуют и рядовых участников тех событий, которым и приходилось в первую очередь расплачи-

стр. 25


ваться своими жизнями и здоровьем за ошибки и непрофессионализм своих командиров. Ветеран 52-й стрелковой дивизии 30-й армии Х. А. Шакиржанов считает: "Почему под Ржевом каждый шаг нам доставался ценой большой крови? Уж не потому ли, что мы плохо воевали? Нет и нет, боевой дух у нас был высок, однако многого нам не хватало: и вооружения, и боеприпасов, и опыта. Сказывалась нехватка квалифицированных офицерских кадров, неграмотное решение ряда тактических вопросов под Ржевом со стороны высшего командования. Кто же в основном командовал в начале войны? Это директора школ, предприятий и заводов". П. П. Шеховцев, связист 215-й стрелковой дивизии 30-й армии считает, что "выбор места наступления - Ржев - самый неудачный на всем Калининском фронте. Наступление на город через Волгу, на её высоком берегу..., да еще при тех технических средствах, которые мы имели во время наступления, не могло иметь каких-либо шансов на успех и вело к излишним потерям... Неужели наше верховное командование не нашло лучшего места для наступления ...?"43 . Из вышеизложенного следуют выводы:

1. Территориальный размах наступательной операции войск левого крыла Калининского и правого крыла, а частично и центра Западного фронтов в августе-сентябре 1942 г. был значительно шире, чем обычно говорится. Операцию скорее можно назвать Ржевско-Гжатской, чем Ржевско-Сычевской. Ее составными частями были Ржевская - 30-я армия, Ржевско-Зубцовская - 29-я и 31-я армии, Погорело-Городищенская (как часть операции "Свердловск") - 20-я армия, Гжатская - 5-я и 33-я армии.

2. Целью операции было не просто отвлечение сил противника с юга, а совершенно конкретная задача: нанесение ощутимого поражения войскам центральной немецкой группировки и освобождение городов Ржева, Сычевки, Гжатска.

3. В операции участвовали войска шести общевойсковых (30-й, 29-й, 31-й, 20-й, 5-й, 33-й), двух воздушных армий, пяти корпусов (2-го гвардейского кавалерийского, 6-го и 8-го танковых, 7-го и 8-го гвардейских стрелковых). К августу 1942 г. на центральном участке советско-германского фронта, в районе ржевско-вяземского выступа, была создана мощная группировка советских войск численностью до полумиллиона человек, имевшая более 1700 танков, до 400 истребителей. Советским командованием было достигнуто превосходство над противником в живой силе в три раза, а на участках прорыва в 6 - 7 раз.

4. Операция завершилась не 23 августа 1942 г., а в конце сентября 1942 года.

5. Общие потери советских войск в операции - до 300 000 человек, а, возможно и более, что составляет 60% численности группировки Красной армии в начале операции.

6. Операция не достигла конечных целей, а выполнила лишь некоторые задачи, в частности, отвлекла в центр советско-германского фронта большие силы противника и нанесла ему значительный урон в живой силе и технике.

7. Причинами незавершенности операции являются как объективные, так и субъективные. К последним можно отнести скованность командования армий, корпусов и т.д., слепое выполнение приказов, безынициативность, негибкость в использовании войск, нежелание командирами всех уровней брать на себя ответственность, несогласованность, неорганизованность, зачастую неразбериха в действиях фронтовых и армейских группировок, неумение рационально и эффективно использовать имеющееся преимущество в людях и технике. Налицо была попытка достичь победы скорее числом, чем уменьем.

К значению операции вероятно надо отнести то, что ее опыт был учтен при разработке нового "Боевого устава пехоты Красной Армии", введенного в действие в ноябре 1942 года.

Военно-историческая наука относит данную операцию к категории фронтовых44 . Но ее параметры, по крайней мере, в августе, когда наступление вели войска 2-х фронтов, вполне соответствуют параметрам стратегической,

стр. 26


определяемой в Советской военной энциклопедии как "совокупность согласованных и взаимосвязанных по цели, месту и времени ударов, операций и боевых действий объединений и соединений различных видов вооруженных сил, проводимых для достижения стратегических целей". Подготовка стратегических операций осуществлялась Ставкой ВГК, Генштабом, командующими, штабами, военными советами и политуправлениями фронтов45 . Все перечисленное присутствует в исследуемой операции. Центральное, московское направление летом 1942 г. оставалось стратегическим. Ликвидация опасности, угрожавшей столице, в 150 км от которой стояла мощная группировка противника, являлась задачей стратегической. Но этой цели не удалось достичь даже при очень высоком накале борьбы и ценой больших потерь.

Примечания

1. История Великой Отечественной войны Советского Союза 1941 - 1945. В 6 томах. Т. 2 М. 1963, с. 475; История второй мировой войны 1939 - 1945. В 12 томах. М. 1975. Т. 5, с. 244- 248; Советская военная энциклопедия (СВЭ). М. 1979. Т. 7, с. 119 - 120; Военный энциклопедический словарь. М. 1983, с. 635; Великая Отечественная война 1941 - 1945. Военно-исторические очерки. В 4-х кн. М. 1998. Кн. 1, с. 485.

2. СВЭ. Т. 7, с. 119; История второй мировой войны... Т. 5, с. 244.

3. История второй мировой войны... Т. 5, с. 244.

4. СВЭ. Т. 7, с. 119; АФАНАСЬЕВ Н. М., ГЛАЗУНОВ Н. К., КАЗАНСКИЙ П. А., ФИРОНОВ Н. А. Дорогами испытаний и побед. Боевой путь 31-й армии М. 1986, с. 59; ХЛЕБНИКОВ Н. М. Под грохот сотен батарей. М. 1974, с. 176.

5. ТИППЕЛЬСКИРХ К. История второй мировой войны. М. 1956, с. 241; История Великой Отечественной войны. Т. 2, с. 475; История второй мировой войны... Т. 5, с. 248; АФАНАСЬЕВ Н. М. и др. Ук. соч., с. 73.

6. ЖУКОВ Г. К. Воспоминания и размышления. М. 1988. Т. 2, с. 266.

7. САНДАЛОВ Л. М. Погорело-городищенская операция. М. 1960, с. 90; САФИР В. М. Генерал армии М. А. Гареев не приемлет факты и продолжает тиражировать мифы о Великой Отечественной войне. - Военно-исторический архив, 2000, вып. 10, с. 118 - 119.

8. Россия и СССР в войнах XX века. М. 2001, с. 312.

9. Известия, 27.VIII.1942.

10. В основу данной статьи положены описания Зубцовско-Ржевской наступательной операции 31-й армии в августе-сентябре 1942 г, Погорело-Городищенской операции 20-й армии в августе 1942 г., августовской (7 - 24 августа 1942 г.) наступательной операции 5-й армии, наступательной операции 33-й армии в августе-сентябре 1942 г., Ржевской наступательной операции 30-й армии в августе-сентябре 1942 г., подписанные начальниками штабов и оперативных отделов армий (Центральный архив Министерства обороны (ЦАМО), ф. 208, оп. 2511, д. 1463, 1044). Также использованы Журналы боевых действий Калининского за август и Западного за август и сентябрь 1942 г. и другие материалы фронтов и армий. Впрочем многие материалы, хранящихся в ЦАМО, не доступны. В 2000 г. Журналы боевых действий были отнесены к секретным, фотокопии их некачественны. Многие армейские и фронтовые, особенно Западного фронта, документы и карты за вторую половину 1942 г. до сегодняшнего дня относятся к категории секретных (см. ф. 208, оп. 2511, л. 66 - 67. 85, 86, 88, 89, 109 - 112, 114 - 117, 121 - 122). Некоторые армейские дела уничтожены (например, в фонде 33-й армии - оп. 8712 - уничтожено "Описание Августовско-сентябрьской операции армии...". Речь идет о картах тех мест, где в результате послевоенной мелиорации, строительства Вазузского водохранилища все изменилось). Может быть недоступность материалов связана с критикой в последнее десятилетие бывшего командующего Западным фронтом?

11. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1463, л. 148, 219, 244 об.

12. Погорело-Городищенская операция 20-й армии была, вероятно, частью армейской операции "по разгрому Сычевской группировки противника ("Свердловск)", намечавшейся на 19 июля - 5 августа 1942 г. (см. ЦАМО, ф. 373, оп. 6631, д. 36). Вероятно, именно ее пытались осуществить в августе 1942 г. и освободить Сычевку. Поскольку этого сделать не удалось, ограничились описанием успешной Погорело-Городищенской операции (ф. 423, оп. 6631, д. 36, л. 97, 99, 139; ф. 208. 2511, д. 1112, л. 74).

13. Русский архив: Великая Отечественная война 1941 - 1945 гг. Серия сборников документов. Т. 5(2). Ставка ВГК. Документы и материалы 1942 г. М. 1996, с. 542 - 543.

стр. 27


14. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1448, л. 108.

15. Там же, ф. 213, оп. 2002, д. 65, л. 5; ф. 208, оп. 2511, д. 1448, л. 88, 92; Г. К. ЖУКОВ. Ук. соч., с. 266.

16. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1463, л. 149.

17. Общевойсковые армии и их боевой состав за 1942 г. в Великой Отечественной войне. Часть 1, с. 41; часть 2, с. 51, 158, 172; часть 3, с. 12а,36. - Библиотека ЦАМО; ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1463, л. 4об, 45, 80, 162, 163, 220, 221, 231; д. 1044, л. 187; д. 1464, л. 38; д. 2271, л. 4; д. 1466, л. 14; ф. 384, оп. 8529, д. 152, л. 57; см. САНДАЛОВ Л. М. Ук. соч., с. 25, 38. 49; АФАНАСЬЕВ Н. М. и др. Ук. соч., л. 59; ХЛЕБНИКОВ Н. М. Ук. соч., с. 176; Россия и СССР в войнах XX века, с. 312.

18. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1044, л. 187; д. 1449, л. 102 (?); д. 1450. Приложение 5; д. 1463, л. 4об, 80, 119 об, 165, 164; д. 1464, л. 8. Цифра соотношения по танкам в 31-й армии вызывает сомнение.

19. СВЭ. Т. 7, с. 12; ГУРКИН В. В. "Марс" в орбите "Урана" и "Сатурна". О второй Ржевско-Сычевской наступательной операции 1942 г. - Военно-исторический журнал (ВИЖ), 2000, N 4, с. 16.

20. ЦАМО, ф. 386 (31 А), оп. 8583, д. 157, л. 1; ф. 423 (20 А), оп. 6632, д. 36, л. 170 - 174; ф. 384 (29 А), оп. 8529, д. 130, л. 26; ф. 208 (ЗФ), оп. 2511, д. 1044, л. 179 (описание 30 А); GROSSMANN H. Geschichte der rheinisch-westfalischen 6.Infanterie-Division 1939 - 1945. Bad Nauheim. 1958, S. 133.

21. ЦАМО, ф. 213, оп. 2002, д. 422, л. 47 - 48; ф. 384, оп. 8529, д. 94, л. 139 - 140; ГРОССМАНН Х. Ржев - краеугольный камень Восточного фронта. Ржев. 1996, с. 70.

22. ЦАМО, ф. 386, оп. 8583, д. 136, л. 330, 344, 370; ф. 208, оп. 2511, д. 1448, л. 830; ГАЛЬДЕР Ф. Военный дневник. М. 1969. Т. 3. Кн. 2, с. 328. Очевидно, какие-то войска Калининского фронта наступали и в районе Белого, на западной стороне ржевско-вяземского выступа.

23. ГРОССМАНН Х. Ук. соч., с. 72; ГАЛЬДЕР Ф. Ук. соч., с. 332.

24. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1112, л. 37; Русский архив. Великая Отечественная война... Т. 5(2), с. 376, 542 - 543.

25. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1045, л. 90; д. 1463, л. 210, 247; д. 1448, л. 92, 95, 98; ф. 326, оп. 5047, д. 101, л. 34, 40, 55; ф. 423, оп. 6631, д. 48, л. 281; д. 36, л. 139; д. 1473, л. 66, 236.

26. ВОРОБЬЕВ Е., КОЧЕТКОВ Д. Я не боюсь не быть. М. 1983, с. 300, 302 - 303, 307; LUHTER H. Dunkle Jahre. Kriegsbriefe und Erinnerungen. 1995 (маш. копия), S. 17 - 22. - Ржевский краеведческий музей. Рукописный фонд (РКМ РФ), N 813; ГАЛЬДЕР Ф. Ук. соч., с. 351.

27. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1045, л. 90, 94; Воспоминания М. К. Сушкова. - РКМ РФ; RHEIN E.-M. Das rheinisch-westfalische Infanterie/Grenadir-Regiment 18. 1921 - 1945. Bergisch-Gladbach. 1993, S.193, 194.

28. Исторический архив, 1998, N 4, с. 176; Социалистическое льноводство, 30.IX.1942.

29. ЭРЕНБУРГ И. Люди, годы, жизнь. М. 1990, с. 220 - 221; H. LUTHER. Op. cit., S. 21.

30. ЦАМО, ф. 213, оп. 2002, д. 441, л. 31 об.; КРАСНОШТАНОВ И. 114 осбр в боях по ликвидации плацдарма северо-западнее Ржева (сентябрь 1942 г.). - ВИЖ, 1979, N 2; Русский архив: Великая Отечественная война... Т. 5(2), с. 394.

31. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1044, л. 198; д. 1449, л. 100; д. 1450, л. 100; ф. 384, оп. 8529, д. 130, л. 26.

32. ЦАМО, ф. 213, оп. 2002, д. 429, л. 69 - 71; ф. 208, оп. 2511, д. 1450, л. 104, Приложение 6; д. 2277, л. 2; д. 1463, л. 248; д. 1464, л. 22; д. 2271, л. 39 об; ф. 386, оп. 8593, д. 17, л. 633; ф. 423, оп. 6631, д. 48, л. 264, 294.

33. Там же, ф. 208, оп. 2511, д. 1044, л. 214, 215об; д. 1464, л. 22; д. 1466, л. 140.

34. GROSSMANN H. Op. cit., S. 311; RHEIN E.M. Op. cit., S. 184, 189; ГАЛЬДЕР Ф. Ук. соч., с. 321.

35. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1448, л. 107; д. 1044, л. 200.

36. GROSSMANN H. Op. cit, S. 133.

37. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 2337, л. 101; ГОЛИКОВ С. Выдающиеся победы Советской Армии в Великой Отечественной войне. М. 1952, с. 74; Великая Отечественная война... Военно-исторические очерки. Кн. 2, с. 25.

38. На начало лета 1942 г. планировалась наступательная операция советских войск на центральном участке фронта. Командованием Западного фронта был разработан план операции с целью прорыва крупных сил фронта с выходом в район действий корпуса П. А. Белова и удержанием занятого группой плацдарма. Начать имелось в виду не позднее 5 июня 1942 года. План операции был утвержден директивой Ставки ВГК от 18 мая. Западному фронту из резервов Ставки выделялось семь стрелковых дивизий, два артполка БМ, четыре-пять артполка РГК, два артполка ПТО. Предполагалось также выделение танковых бригад и авиаполка. 25 мая был издан приказ о создании "Особой группы генерала Белова", в которую вместе с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом, 329-й стрелковой дивизией, частями 4-го воздушно-десантного корпуса вошли также 1-я и 2-я партизанские дивизии и 1-й

стр. 28


отдельный партизанский отряд, действовавшие юго-западнее Вязьмы. 10 - 25 мая намечалось осуществление воздушно-транспортной операции с целью усиления в тылу врага группы генерала Белова. Ставилась задача перебросить по воздуху "личный состав в количестве 9000 бойцов и командиров", а также вооружение, горючее и продовольствие. Вероятно, начало операции переносилось, но отменена она не была. Подтверждением готовящейся операции могут быть "Карта-решение командармов 5, 33, 49 армий по овладению г. Вязьма", "Карта-решение 20 и 43 армий по овладению гор. Вязьма" от 17 июня 1942 г. (на последней было указано количество соединений и частей, которые должны были участвовать в операции: 12 стрелковых дивизий, три стрелковые бригады, 41 танковая бригада, 10 артиллерийских полков, тринадцать гвардейских минометных дивизионов и другие части), "Карта-план наступательной операции 20 армии в районе гор. Гжатск" от 21.VI.42. Главный удар предполагалось нанести на Гжатск, потом на Вязьму. Эту наступательную операцию войск Западного фронта должны были поддержать войска Калининского фронта. В боевом приказе Калининского фронта от 24 мая 1942 г. командармам 30, 29, 31 и 3 воздушной армий говорилось: "Войска левого крыла Калининского фронта в тесном взаимодействии 30, 29, и 31 армий имеют ближайшей задачей овладеть районом Ржев, Зубцов. В последующем совместно с 22 и 39 армиями уничтожить Ржевско-Оленинскую группировку противника". Операция 2-х фронтов не состоялась, как объясняется, из-за проблем, возникших на южном участке советско-германского фронта. В группу генерала Белова с 10 по 31 мая было доставлено лишь 1663 человека личного состава, 21 шт. 82-мм-минометов (по плану 200), 33 шт. 50-мм минометов (по плану 200), 162 ПТР (по плану 600) и т. д. См. БЕЛОВ П. А. За нами Москва. М. 1963, с. 283, 262; Русский архив: Великая Отечественная война... Т. 5(2), с. 208, 194, 195; ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1495, 1522, 1525; д. 1024, л. 98; ф. 354, оп. 5806, д. 67, л. 61.

39. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1449, л. 101; д. 1463, л. 213 - 214, 248; 210 - 214, 247 - 251; д. 1466, Л. 9 - 12, 11 об.

40. Русский архив: Великая Отечественная война... Т. 5(2), с. 341 - 342; САНДАЛОВ Л. М. Ук. соч., с. 122 - 123, 124 - 125.

41. ЦАМО, ф. 208, оп. 2511, д. 1448, л. 108.

42. ХЛЕБНИКОВ Н. М. Ук. соч., с. 183 - 184; ЛАДЫГИН И., СМИРНОВ Н. На ржевском рубеже. Ржев. 1992, с. 188 - 191.

43. Это было на Ржевско-Вяземском плацдарме. Ржев. 1998. Кн. 1, с. 98, 46.

44. Россия и СССР в войнах XX века..., с. 312.

45. СВЭ. М. 1979. Т. 7, с. 551.

 

Опубликовано на Порталусе 26 февраля 2021 года

Новинки на Порталусе:

Сегодня в трендах top-5


Ваше мнение?




О Порталусе Рейтинг Каталог Авторам Реклама